Текст книги "Невеста с гаечным ключом (СИ)"

Автор книги: Лея Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Глава 6

Подъем прозвучал резко и оглушительно, как взрыв гранаты в консервной банке. Вагончик, казалось, содрогнулся и загудел металлом, выплевывая разом всех нас во мглу предрассветного часа.

Из своего коллективного логова мы выползали сонные и злые, волоча ноги к навесу, где дежурные уже возились с термосом и грудой зачерствевших булок. Небо над Пустошью, как всегда, обещало очередной безнадежный день.

Завтрак, как обычно, был убогим: кипяток со вкусом мазута и кусок резины, выдаваемый за хлеб. Но никто не жаловался. Да и кому мы могли пожаловаться? Просто молча проглатывали свою порцию нищеты и готовились к новому дню борьбы за существование.

Я кое-как впихнула в себя этот кошмар, вспоминая сладость вчерашней конфеты, и направилась к ангару, надеясь, что мосье Лагранж уже приготовил хоть что-то, чтобы я могла осмотреть повреждения корабля. Райнер плелся следом, зевая во весь рот. Вид у нас обоих был такой, будто мы всю ночь грузили вагоны с рудой.

Не успели мы дойти до ангара, как парни окликнули нас, указывая в сторону ворот. Там стоял небольшой грузовичок с давно выцветшей надписью «Молоко». Из кабины выпрыгнул щуплый молочник в засаленном комбинезоне, которого все мы прекрасно знали. Он был тем еще пройдохой. Вечно юлил и всегда норовил всучить нам прокисшее пойло по цене парного молока. Но он все равно считался далеко не бедным, а значит имел связи. Три козы – это все-таки целое состояние по меркам Кассандры.

Достав из кабины бидон и оглядываясь по сторонам, он направился к нам.

– Что ему тут понадобилось с утра пораньше? – нахмурилась я.

– Наверное, весь рынок гудит новостями, вот и явился, лис проклятый, выведать, что да как, – сплюнул Райнер. – Доведет нас этот Арриан Левант до виселицы.

– Доброе утро, ребята, – оживленно поприветствовал нас молочник, стараясь казаться дружелюбным. – Свежее молоко, творог, сметана! Кому чего? Почти даром!

– С чего такая щедрость? – подыграл ему Райнер и сунул нос в бидон. – Поди опять кислятина?

– Только что козочек подоил и сразу к вам, – начал божиться тот. – Давненько я у вас не был. Думаю, дай-ка загляну. Небось соскучились по парному-то? – заговаривая зубы, он начал глазами блуждать по платформам, пока взгляд не остановился на «Страннике». – О-о-ох! Это что за махина у вас... так приземлилась?

– Миротворцы, – не стал изменять нашей легенде Райнер, отодвинувшись от бидона, к которому уже слетались мухи. – Напоролись на пиратов и решили сделать остановку на Кассандре. Сейчас подшаманим кораблик, и дальше полетят.

– Миротворцы? – задумчиво протянул молочник. – И где же они?

– Так ясно, где. В Валгалле. Или сообщить им, что тебе не терпится квартальную дань выплатить?

– Тьфу на твой вокодер! Ядреные у тебя шутки, парень. Я ж просто так спросил, из любопытства.

Не успели мы насладиться вонью из бидона, как из своего вагончика вышел шеф. Вид у него был измученный. Он пошатывался. А на щеке виднелись вмятины. Видимо, совесть не позволила ему согнать принца с кушетки, и он всю ночь ютился где-нибудь на куче хлама.

Заметив молочника, он даже не попытался изобразить гостеприимство. Подошел к нам, фыркнул и спросил, привез ли тот сыр.

– О, сыр сегодня особенно удался! Ароматный, пикантный, просто пальчики оближешь! Продегустируешь?

– Цена? – ближе к делу перешел Лагранж, недовольный тем, как молочник пялится на «Странника».

Нам тоже затянувшийся визит постороннего вынюхивателя не очень нравился. А вернее, очень напрягал. Может, по этой причине, а может, чтобы не изнурять принца заплесневелыми сухарями, мосье Лагранж купил у него половину сырной головки за смешную цену и этот дурно пахнущий бидон молока. После чего проследил, чтобы молочник, всячески пытающийся расспросить про корабль, убрался с нашей территории.

– Это была только первая муха, прилетевшая на навоз, – прокомментировал Райнер его визит. – Теперь сюда начнется целое паломничество. Предлагаю заняться ремонтом корабля в ангаре.

Шеф окинул его хмурым взглядом и поскреб затылок. Чтобы накрыть лайнер нашим единственным переносным ангаром, требовалась техника, которая уже много лет ржавела под проливными дождями, ветрами и солнцепеком. А Лагранжу до сих пор было нехорошо от моего вчерашнего списка.

– Иди покорми принца, – он сунул мне сыр и молоко, указывая на свой вагончик. – А мы пока подготовимся к починке.

Я молча пожала плечами и отправилась пожелать Арриану Леванту доброго утра.

Лежать он больше не мог. Когда я вошла в вагончик, принц сидел и с хмурым видом копался в своем коммуникаторе. Мне было нетрудно представить, какие эмоции он испытывал от подобных «апартаментов». Мальчик, выросший в комфорте и лоске, вдруг оказался на самой настоящей помойке. И пусть физически он возмужал, а внутри оставался ребенком. Капризным, привередливым и неукротимым.

– Я принесла вам завтрак, – пояснила я и принялась прибираться на столе.

Освободила уголок, смахнула пыль и крошки, расстелила газету. Хлеб у мосье Лагранжа всегда лежал в шкафчике, там же хранился чай и кусковой сахар. В треснутую фарфоровую кружку я насыпала щепотку чая, залила кипятком и порезала сыр и хлеб.

– Это точно мой завтрак? Или ты готовишь для собак?

– Это все, что у нас есть, – ответила я, стараясь говорить мягко. – Поверьте, ваше высочество, я бы с удовольствием накормила вас чем-то лучше, но сейчас нужно довольствоваться малым.

Скривившись, он поднялся с кушетки, но двинулся не к столу, а на выход. Я попыталась его остановить, но ему было достаточно задать один вопрос, чтобы поставить меня на место:

– Разве я пленник?

– О вашем визите на Кассандре знают лишь те несколько человек, что работают на этой станции. Если увидит кто-то еще…

– Если я умру от голода, ты никогда не увидишь свободы, судоремонтница.

Он все же вышел из вагончика и прикрыл глаза ладонью. Летом очень рано светало, а в ясные дни от яркости неба даже глаза слезились. На Аэоне, видимо, климат был мягче. Поэтому там и жили такие неженки, как принц.

Увидев нас, парни прекратили заниматься обыденными делами, а мосье Лагранж замахал руками:

– Ваше высочество, вам ни в коем случае нельзя выходить на улицу! Это опасно!

– За себя боишься? – Арриан посмотрел на него как на таракана.

– За вас! Вы хоть представляете, какой народ на Кассандре? Бандиты, работорговцы, пираты…

– А ты? Кто ты? Кому собираешься меня продать?

– Я?! Да ни в коем случае! Ваша жизнь бесценна! Я простой работяга, ваше высочество, и моя единственная цель – помочь вам вернуться домой. Поверьте, я сделаю все, что в моих силах! Как только вас осмотрит врач и убедит меня, что вы в порядке, я сиюминутно доложу в Аэон.

Я, затаив дыхание, наблюдала за принцем, пока он сверлил взглядом перепуганное лицо Лагранжа. В его глазах было столько неприязни, что мне стало очевидно: домой он не рвется. Скорее, бежит оттуда. Возможно, Кассандра со всеми ее недостатками и рисками казалась ему меньшим злом, чем трон, долг, брак или что-то еще, что его там ожидало.

– Я мог бы предложить вам поехать в Валгаллу, но, к моему прискорбию, все пути туда кишат разбойниками, – не унимался раскланиваться перед Аррианом шеф. – Но я клянусь, что отремонтирую ваш корабль и на нем в целости и сохранности доставлю вас в Империю.

Принц медленно обвел взглядом окружающую обстановку: ржавые конструкции, побитые транспортники, наши грязные робы. Все кричало о полном крахе, и в его глазах отчетливо читалось: «И это – мое спасение?».

– Как долго вы собираетесь ремонтировать мой корабль? – безразличным тоном поинтересовался Арриан.

Мосье Лагранж понятия не имел, что ответить, и глянул на меня, ища спасение.

– Все зависит от повреждений, ваше высочество, – выручила я шефа. – Но мы сделаем все возможное, чтобы как можно скорее…

– Конкретнее.

– Мы все сделаем в кратчайшие сроки! – отчитался Лагранж, вздрогнув от властности принца. – Вы не задержитесь здесь!

– Хочется верить, – ответил Арриан. – А ваши врачи мне не нужны. Иди за мной, судоремонтница, – приказал он мне и направился к кораблю.

Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним под завистливыми взорами коллег.

Приблизившись к «Страннику», принц остановился и обвел взглядом повреждения. Он внимательно изучал каждый скол, каждую царапину.

– Ты точно сможешь поднять его? – спросил он, не глядя на меня.

– Видимо, у меня нет выхода.

– Верно, – кивнул он и пролез в дверной проем, который нам вчера удалось пробить.

Со вздохом я полезла за ним. Впервые в жизни в имперский лайнер!

Пока я вглядывалась в полумрак и била карманным фонариком по ладони, чтобы он включился, Арриан принялся осматривать покореженные панели, вырванные с корнем провода и разбитые приборы.

Список повреждений рос в моей голове с каждой минутой, но в целом обстановка внутри была куда лучше, чем я представляла. К тому же даже в таком плачевном состоянии «Странник» поражал воображение.

Имперские технологии, о которых я только слышала, теперь предстали передо мной во всем своем великолепии, пусть и в сильно поврежденном. Панели с мерцающими голографическими дисплеями, искореженные, но все еще элегантные кресла, замысловатые переплетения проводов, будто нервная система живого существа. Чувствовалось, что это не просто транспорт, а произведение искусства, созданное с вниманием к каждой детали.

Я медленно шла по коридору, стараясь не наступать на обломки. Замечала прожженные лазером дыры в обшивке, поврежденные коммуникационные кабели, оплавленные корпуса приборов.

– Что скажешь, судоремонтница?

– Тут все так сложно. Мне действительно понадобится помощь вашего знакомого господина Тарка. А еще не будем забывать про двигатели. Но с ними я справлюсь самостоятельно. Наверное.

– Ты уже с кем-то поделилась нашим планом?

Я мотнула головой.

– Хорошо. Я не собираюсь заключать сделку со всеми здешними оборванцами. Только проследи, чтобы этот ваш Лагранж не успел доложить обо мне в Империю.

– То есть вы не собираетесь возвращаться домой? А как же наш уговор? Как я получу другое гражданство без вашей власти?

– А ты рассчитывала поселиться на Аэоне? – он выгнул бровь. – Может, немного сбавишь обороты? Кассандра не единственная планета за пределами Кластера.

– Да, но на них жизнь не лучше, – пробурчала я.

– Ищешь место, где кормят бесплатно и не требуют ничего взамен? Таких не бывает. Каждый платит свою цену. Вопрос лишь в том, чем ты готова пожертвовать. Аэон кажется тебе раем, потому что ты видела его только в голограммах. Поверь, там свои законы и свои проблемы. И твое прошлое, так или иначе, тебя настигнет. Впрочем, это уже не твое дело. Тебе нужно починить корабль. А все остальное я беру на себя.

Глава 7

Доктор принцу не требовался, потому что на его корабле было все необходимое для комфортной жизни и здоровья. Парни, конечно, хорошо постарались, «спасая» отсюда все самое ценное, но они не имели доступа во все отсеки, так что многое осталось на своих местах. По крайней мере, почти на своих местах, учитывая крушение, при котором разве что намертво приколоченное никуда не делось.

Медицинский отсек не пострадал и оказался настоящим сокровищем. Помимо сканеров и систем диагностики, там обнаружились автоинъекторы, способные вводить лекарства мгновенно и безболезненно, автоматические перевязочные аппараты, клеточные регенераторы, портативные биометрические анализаторы, а еще криокапсула – для экстренной заморозки и сохранения жизни в критических ситуациях.

Арриан здесь ничему не удивлялся. Наличие подобных приборов в его жизни – обыденность. А я о них лишь слышала из новостей и даже представить не могла, что однажды мне посчастливится увидеть их воочию.

Стараясь не мешать, я с интересом наблюдала, как принц ловко управлялся со сложным оборудованием. Он просканировал все тело, вывел голографические изображения на экране своего коммуникатора и запросил рекомендации. После чего взял автоинъектор с нужным лекарством и с мягким шипением ввел его себе в плечо.

– Все в порядке, ваше высочество? – спросила я, морщась от увиденного.

Арриан кивнул:

– Обычный ушиб. Ничего серьезного. Перестань глазеть, судоремонтница. Я пойду приведу себя в порядок, а ты пока можешь осмотреться. Но ничего не трогай без спроса. Просто оцени ситуацию.

Я не стала ничего обещать. Разве можно отказать себе в такой вольности, как пощупать новейшие технологии?

Мы вышли из медицинского отсека. Принц отправился в свою каюту, а я продолжила экскурсию. Вооружившись блокнотом и карандашом, я стала методично записывать все обнаруженные повреждения.

Первым делом было необходимо залатать пробоины в обшивке, чтобы защитить корабль от внешней среды. Этим мог заняться кто угодно из парней. Самая элементарная работа дня на три-четыре. В этом я могла положиться на Райнера.

Тем временем можно восстановить электроснабжение, чтобы запустить основные системы. Я за день-два налажу энергообеспечение. После чего можно будет заняться двигателями, с которыми я на «ты», и навигационной системой, в которой без посторонней помощи я уже не разберусь. Без ремонта систем жизнеобеспечения – таких как, рециркуляция воздуха, гравитация, боеспособность корабля, навигация – любой полет превратится в смертельный аттракцион, что, вероятно, и случилось с Аррианом Левантом. Так что я должна была из-под земли достать этого Кассиана Тарка.

Принц вернулся ко мне другим человеком. Смыв с себя грязь и облачившись в безупречно чистую форму, он словно вернул себе величественный титул. Хотя в его движениях и раньше была небрежная грация, а во взгляде – холодная отстраненность, но теперь казалось, будто он не провел ни минуты на Кассандре. Да и рана на его виске стала выглядеть куда лучше.

– Как успехи?

Не сводя взгляда с его идеального пробора, я что-то пробормотала про план и временные рамки, на что он совершенно не обратил внимания, а забрал у меня блокнот и пробежался по нему глазами.

– Три-четыре дня? Я точно смогу прожить столько на Кассандре?

– Это если мы быстро найдем господина Тарка, – пояснила я, не переставая любоваться безупречностью принца и сильнее чувствуя себя замарашкой рядом с ним. – Сложность в том, что на Кассандре уже лет двадцать не проводилась перепись населения. Мы не на Аэоне, где каждого жителя можно отследить. Здесь творится настоящий хаос и анархия. Никто точно не знает, сколько душ здесь обитает. Кто-то прячется, кто-то воюет, кто-то торгует. Людьми, я имею в виду. Найти одного конкретного человека в этом муравейнике – задачка не из легких. Особенно если он сам не горит желанием быть найденным. Здесь люди умеют исчезать, словно их и не было.

– Ты просила у меня помощника, я назвал тебе имя и сузил поиски до одной планеты. Хочешь выбраться из этого захолустья? Значит, шевели мозгами, судоремонтница.

– Почему вы всегда так грубы? – не удержалась я. – Понимаю, вы привыкли получать желаемое сразу и не привыкли к тому, что планы иногда могут не совпадать с реальностью. Но уясните, наконец, что на Кассандре нет порядка и контроля, как на Аэоне. Здесь все иначе. Здесь не бывает чудес. Вся территория во власти банд и картелей. Так что я не вытащу господина Тарка из-под земли, как кролика из шляпы. Порой в таких делах многое зависит от везения.

– Ты так много болтаешь, – ответил он, развернулся и направился куда-то вглубь коридора. – Знаешь, почему у вас бардак? Потому что вы сами его допустили, – продолжил он, давая понять, чтобы я снова следовала за ним.

Дошел до пищеблока, приложил ладонь к сканеру на стене, работающему на аварийном электричестве, и переборка с шипением отодвинулась.

Отсек оказался небольшим, но хорошо организованным. Все поверхности сверкали чистотой. Вдоль одной стены тянулась панель управления с множеством кнопок и дисплеев, которые не были повреждены. Рядом располагались шкафы, большая часть из которых, по всей видимости, была с автоматизированной системой консервации и выдачи еды.

Принц подошел к одному из шкафов и приложил палец к сканеру. Дверца опустилась вниз, и внутри я увидела ряды контейнеров с готовой едой. Арриан взял крайний, быстро взглянул на этикетку и протянул его мне.

– Держи. Поешь.

Я с недоверием взяла контейнер.

– Это что, синтетическая еда?

– Не знаю. Попробуй, – безразлично ответил принц, изучая содержимое других контейнеров. – Я тебе не прислуга.

Я вчиталась в этикетку без какой-либо транслитерации. Наверное, в составе перечислялись какие-нибудь питательные витамины и протеины, присущие высокой кухне. Покосившись на спину принца, я все же открыла контейнер и едва не упала в обморок от запаха. Внутри лежало аккуратно нарезанное мясо с овощами. Вид у них был не просто съедобным, а самым аппетитным в моей жизни.

– Это всего лишь еда, судоремонтница, – произнес принц, выбрав еще несколько контейнеров и сев за стол. – Не надо на нее молиться. Ее надо есть.

Он бросил перед собой две пластиковые вилки и принялся снимать крышки с остальных блюд, пока я, не веря своему зрению и обонянию, усаживалась напротив и действительно молилась, чтобы это был не сон, чтобы я не отравилась, чтобы не случилось заворота кишок, и чтобы меня не мучили угрызения совести, что я не пригласила к столу Райнера.

Я поднесла вилку к мясу, осторожно надела и стала рассматривать его под разными углами. Цвет, текстура – все было идеальным. Неуверенно коснувшись губами этого кусочка, я замерла.

Вкус!

Невероятный, насыщенный, взрывающийся во рту целым салютом ощущений. Нежная текстура, сочность, идеально подобранные специи – все это было божественным.

Забыв о принце, я буквально набросилась на еду. Кусок за куском, овощ за овощем – я уминала все, не в силах остановиться. Еда была настолько восхитительной, будто я ела впервые в жизни.

Принц молча наблюдал за мной, жуя медленно, с достоинством и не выказывая никакого восторга, ведь для него такая трапеза была перекусом. Все-таки это всего-навсего космические обеды, а не блюда с императорского стола с серебряными приборами и безупречным обслуживанием.

Но его скука не могла навредить моей эйфории. Мой аппетит разгорался все сильнее. Вскоре контейнер опустел, оставив после себя лишь легкое послевкусие и чувство непередаваемого блаженства.

Впервые в своей жизни я ощутила себя по-настоящему сытой.

– Неужели тебе понравилось? – спросил Арриан.

– Издеваетесь?

Он на миг нахмурился, но быстро вспомнил, что мне негде было учиться обращаться к титулованным лицам.

– Верно. Забыл, какой мерзостью ты пыталась меня накормить.

– То, что вы называете мерзостью, на Кассандре могут позволить себе далеко не все. Мой рацион чаще сводится к куску черствого хлеба, больше похожего на подошву резинового сапога, и похлебке из неликвидной крупы.

– Тогда ты должна быть предельно заинтересованной вывезти меня с этой планеты как можно скорее.

– Почему вы не хотите, чтобы на Аэоне узнали, что вы здесь? Вы наследный принц. Будущее Кластера. Ваша жизнь самая ценная во всей Галактике. Если вы опасаетесь, что пираты могут перехватить сигнал, то я вас успокою. На Кассандре всегда находятся миротворцы из числа местных силовиков. Их тщательно отбирают, обучают и тренируют. Среди них нет предателей. Они могут помочь вам вернуться домой.

– Я не для того покинул дом, чтобы возвращаться туда с подбитым хвостом. И не собираюсь ради политических амбиций портить себе жизнь. Тебе этого понять. Ты наверняка с радостью вышла бы замуж за любого успешного парня, которого тебе выбрали бы родители, считая, что они лучше знают, с кем тебе шагать по жизни. А я рос будущим Императором, способным самостоятельно решать хотя бы вопросы личной жизни. И не собираюсь жениться на принцессе с какой-то захудалой планетки, которая давно метит на членство в Кластере.

– То есть ваш брак может помочь той захудалой планетке вылезти из нищеты?

– Она давно не нищая. Захудалая – это скорее про ее влияние в Галактике. Ресурсы у Терассиса отличные, технологии на уровне, да и народ законопослушный. Просто я считаю неправильным ее вступление в Кластер таким кратчайшим путем, как брак их принцессы с наследным принцем Главной Империи. Родители считают, что я должен оценить выгоду. Но я не хочу быть пешкой в их играх. Есть ведь масса других законных способов вступить в Кластер. Инвестиции, научные достижения, культурный обмен, в конце концов. Но нет, им нужно все сразу и прямо сейчас, да еще и с моим участием.

Несмотря на довольно резкий тон принца, я почувствовала некоторое сочувствие к его положению. Быть пешкой – участь незавидная, особенно когда речь идет о собственной жизни и свободе выбора. Однако, его бунтарский дух, пусть и понятный, все же казался несколько наивным. Мир так устроен, что порой ради общей цели приходится идти на компромиссы. К тому же этот брак не самое худшее, что могло с ним случиться. Сбежав из дома, он уже напоролся на проблемы, и они будут умножаться в геометрической прогрессии, потому что капитан Грок и молочник – лишь первые ласточки. Райнер прав, сюда сунется еще немало народа. И кто-то точно догадается, какой важный гость грохнулся посреди нашей станции.

– И что же вы намерены делать? Скрываться на задворках Галактики, пока вас не найдут и силой не вернут на Аэон? Или у вас есть какой-то гениальный план по изменению существующего порядка вещей?

– Ты думаешь, я сбежал, чтобы отдохнуть от назойливой невесты? – Арриан усмехнулся, отставив пустой контейнер. – Мой план куда более практичен. Я летел на Терассис, чтобы лично встретиться с правящим советом и предложить им альтернативный путь. Вместо брака, который, по сути, является попыткой подкупа, я предложил бы им долгосрочные проекты. Терассис богат ресурсами, а Кластер – профессионал в их освоении. Сотрудничество на взаимовыгодных условиях – гораздо более достойный путь к процветанию, чем политические интриги. Я готов гарантировать поддержку этих проектов и продвижение их в высших эшелонах власти. Это был бы честный и прозрачный способ для Терассиса интегрироваться в Кластер, не жертвуя своей независимостью и не прибегая к унизительным уловкам.

– Но почему вы прилетели на Кассандру?

– Я не знал, что это Кассандра. Я был уверен, что подлетаю к Терассису.

– Как так?

– Сбежать с Аэона мне помог Иссар, мой советник. Он отвечал за подготовку корабля и прокладку маршрута. Когда я покинул границы Кластера, перешел на ручное управление и задал координаты Терассиса, которые мне дал Иссар. Наверное, я ошибся.

– Или этот Иссар вас предал, – предположила я, – и намеренно отправил сюда…