Текст книги "Бунт стихий (СИ)"
Автор книги: Кицуне-тайчо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)
========== Часть I. Воспоминания ==========
– Какой ты мудрый! – Вздохнул я. – Мне даже крыть нечем… Если я скажу, что не собирался возвращать их к жизни и вообще ничего не собирался делать, это ничего не изменит, правда? Все равно все уже почему-то случилось!
– Беседуя с тобой, я, кажется, начинаю постигать логику таинственной силы, которая движет всем во Вселенной. – Улыбнулся Джинн. – Если бы эта сила пожелала вступить с нами в беседу, она бы тоже наверняка сказала, что «не собиралась ничего делать», но все, тем не менее, «почему-то случилось».
Макс Фрай «Мой Рагнарёк»
1
Монетки были беспорядочно рассыпаны по песку возле недорисованной гексаграммы. Здесь же был небрежно брошен полураскрытый веер с нанесенными на него загадочными символами, поверх него свернулись истертые деревянные четки. Владелец этих предметов сидел рядом, скрестив ноги и закрыв глаза. Это был худощавый мужчина, по лицу которого решительно невозможно было определить его возраст. Он казался бы почти юным, но возле глаз собрались лучистые морщинки, а густая копна длинных волос, некогда черных, была изрядно пересыпана сединой. Мужчина кутался в бесформенные драпировки, истертые до степени ветхости.
Это был семьдесят восьмой район Руконгая. Место гиблое, но для тех, кто посильнее, не такое уж плохое. Тому, кто имеет способности синигами, здесь почти и нечего опасаться. Такой может взять силой все, что ему захочется, и мало кто сумеет воспротивиться. Но человек, сидевший на песке в крошечном закутке за домами, проводил большую часть своего времени в медитациях.
Мужчина вздохнул и открыл глаза. Некоторое время изучал свои руки, сцепленные в замок, потом поднял взгляд к небу. На его лице поочередно отражались самые разнообразные чувства. Мелькнула обреченность в глазах, сменилась саркастической усмешкой, потом лирической печалью. Мужчина остановился было на выражении стоической покорности судьбе, но передумал. В конце концов, на его лице прочно установилась философская отрешенность.
– Да, – протянул он задумчиво, но совершенно равнодушно, – никуда не денешься. Надо идти.
Несколько позже этого же человека можно было увидеть у городской стены Сейрейтея. Он не обратил никакого внимания на тот шум и грохот, который наделал своим появлением. Просто дождался, когда уляжется пыль, поднятая обрушившейся неведомо откуда стеной, а потом немного вытянул из ножен меч и слегка порезал палец о лезвие. Макнул в выступившую каплю крови щепку, начертил ей на небольшом листке бумаги несколько символов, а потом с размаху шлепнул этот листок в стену. Камни с хрустом выворотило вовнутрь.
***
В первый момент синигами даже не обратили внимания на вторжение. Подумаешь, система защиты сработала! Просто кто-то чужой, неграмотный, сунулся слишком близко к городской черте. Все равно преодолеть стену невозможно, так что пришелец теперь топчется с той стороны, до смерти перепуганный неожиданным происшествием. Патрульные, конечно, подобрались, порядка ради схватились за оружие и состроили серьезные физиономии, но куда-то срываться и бежать никто не собирался. Но уже через несколько секунд инженеры двенадцатого отряда, дежурившие у приборов слежения, зафиксировали… нарушение целостности стены! И тут же – новую реяцу внутри городской черты. Реяцу не слишком большую, не выше уровня лейтенанта, но тот факт, что возникла она прямо возле пролома, а также то, что она не принадлежала ни одному из лейтенантов Готэй, все это вызвало закономерное опасение. Старший из дежурных немедленно распорядился поднять тревогу.
Какое бессмысленное действие! Спустя не более чем полминуты с того момента, как загремел набат, о вторжении и без того узнал весь Сейрейтей одновременно. Да, именно так: весь город, не только тринадцать отрядов, но и многочисленные обитатели мирных поместий, поскольку атака началась сразу со всех сторон.
***
Бьякуя недоуменно поднял голову, отрываясь от работы. Что такого могло приключиться, что нужно было поднимать тревогу? Обычно это означало какой-нибудь масштабный прорыв, с одиночными пришельцами всегда разбирался ближайший к месту вторжения патруль. Прежде чем срываться с места, Бьякуя потратил еще несколько секунд на попытку разобраться в происходящем. Прислушался к реяцу… Реяцу не было. Он ощущал только готовых к битве синигами. Разве что приборы Куроцучи просто засекли что-то на подходах к Сейрейтею, и они вот-вот будут здесь…
– Кучики-тайчо! – Это Ренджи подлетел снаружи к открытому окну кабинета. – Там!..
Бьякуя немедленно подскочил. Что же там должно быть, что у лейтенанта такие круглые глаза? Он высунулся в окно… и в первый момент вообще ничего не понял.
Здание штаба окружали синигами. Десятка три вооруженных парней неторопливо приближались со всех сторон, в то время как несколько бойцов шестого отряда, видимо, первыми сорвавшихся по тревоге, медленно пятились назад, выставив перед собой обнаженные мечи. Бунт, что ли? – подумал было Бьякуя. Что еще за ерунда? Но тут разглядел. Эти нападавшие…
Они были в форме синигами.
У них была реяцу синигами.
Но их тела выглядели не то полупрозрачными, не то просто сотканными из цветного дыма. Контуры казались нечеткими, самую чуточку смазывались, отчего смотрящему на них начинало казаться, что у него ухудшилось зрение. Что бы это ни было, это не могло быть синигами.
Бьякуя перемахнул через подоконник и снова остановился в нерешительности. Что тут происходит? Кто они такие? Да и вообще, нападают ли они? А может, это только иллюзии, одна видимость? Хотя в том, как они зажимают в кольцо бойцов шестого отряда, явственно чувствуется угроза. Бьякуя подумал даже, не стоит ли сперва вступить в переговоры, но предпринять в этом направлении не успел ничего.
Нападавшие вдруг сорвались с мест, все разом, и первый синигами полетел в сторону, разрубленный почти пополам. Больше не оставалось сомнений ни в намерениях пришельцев, ни в их реальности. Кучики молниеносным движением вскинул меч.
– Цвети.
Две смутные фигуры впереди, прошитые лепестками Сенбонзакуры, рассыпались в прах. Не синигами, понял Бьякуя. Распадаются на духовные частицы, словно пустые. Но реяцу…
– Реви, Забимару! – Рявкнул рядом с ним Абарай. Лейтенант рванулся вперед, а Кучики так и остался у окна. Отсюда ему было удобнее атаковать.
Эта схватка была короткой. К тому времени, как подтянулись остальные бойцы, находившиеся в здании, площадка перед штабом была уже очищена. Синигами, топчась на месте, растерянно переглядывались. Что это сейчас такое было? Тела нападавших растаяли без следа. У них даже крови, в отличие от пустых, не было. Те красные капли, которыми была забрызгана площадка, принадлежали нескольким раненым синигами, да еще тому, первому убитому. Кто они? Откуда пришли? Как здесь оказались так внезапно?
Неожиданно Кучики ткнуло изнутри в ребра знакомое ощущение. Тентейкуура. Кто-то пытался выйти на связь с помощью бакудо. Бьякуя прикрыл глаза, сосредоточившись на голосе, зазвучавшем в его голове.
– Всем капитанам и лейтенантам. Говорит Ното из Бюро технологического развития. В Сейрейтее враги. Мы пока не можем понять, откуда они взялись. Мы даже не можем в точности сказать, сколько их и где они, поскольку их реяцу неотличима от реяцу синигами. Но если судить по зафиксированным вспышкам духовного давления, они повсюду. Они просто возникли везде сразу, по всему городу! Аргх!..
Похоже, сообщение прервалось совсем не так, как было запланировано. Абарай, тоже слушавший голос инженера, заморгал в недоумении, а потом с тревогой покосился на капитана. Кучики нахмурился.
– Ренджи, на тебе оборона нашей территории. – И, повысив голос, скомандовал: – Группы с первой по десятую остаются в распоряжении лейтенанта Абарая. Остальные за мной.
И побежал со всей скоростью, на какую был способен без сюнпо. Нужно было спасать город. Многочисленные мирные поместья, обитатели которых, возможно, не сумеют за себя постоять. Если эти враги повсюду… значит, и там тоже.
***
Это было форменное нашествие. Неразбериха царила везде, кругом шли сражения, но Бьякуя удерживался от того, чтобы вмешаться в какое-нибудь из них. Здесь, в расположении отрядов, подготовленные воины, они сумеют за себя постоять.
Странные туманные пришельцы были очень похожи на синигами. Очень. Они сражались при помощи занпакто, и Бьякуя успел заметить на бегу, что очень многие использовали самый натуральный шикай. Банкаев, кажется, пока не было. Но, как знать, может и такое тоже возможно. Уровень силы этих ребят явно был очень различным. Примерно как у настоящих синигами. Бойцы Готэй, ошарашенные, ничего не понимающие, изо всех сил оборонялись.
Чем дальше забирался Бьякуя со своим отрядом, тем больше становилось разрушений. Это оттого, что здесь собрались более сильные противники, или просто потому, что прошло время? Скорее, второе, успокаивал себя Кучики. Наверняка и в расположении шестого отряда к текущему моменту одни руины. Нет оснований предполагать, что на беззащитный город напали те, кто посильнее. Не имеет смысла. И все же лишь усилием воли он заставлял себя не сорваться в сюнпо. Если это сделать, его бойцы непременно отстанут, а Кучики еще должен отдать им распоряжения, когда они выберутся в город, и он разберется в обстановке.
Наконец, кончилось расположение отрядов, начались домики горожан. Здесь царил тот же бардак, дополнительно усиленный паническими воплями тех, кто не был способен ответить ударом на удар. И все же многие обитатели поместий, будь то аристократы или же руконгайцы, могли за себя постоять. Подавляющее большинство этих людей знали, за какой конец держать оружие, немало было весьма приличных бойцов, попадались и настоящие мастера. Словом, все эти «мирные граждане» уже организовали оборону своих жилищ. Бьякуя почти сразу понял, что положение не столь катастрофично, как ему представлялось.
– Защищайте горожан, – скомандовал Кучики своим бойцам. – Вы – в ту сторону, вы – туда, – он быстренько распределил группы. Синигами врубились в сражение. Горожане приветствовали прибывшее подкрепление радостными возгласами.
Чужаки нападали без звука. То есть, нет, они не скользили, как призраки, не касаясь земли. Был слышен и топот ног, и шелест одежд, и звон мечей. Но они не произносили ни слова, не отдавали команд, высвобождая занпакто, не вскрикивали, пораженные ударом, не пыхтели от напряжения, казалось, вовсе не дышали. На их лицах не отражалось ни боли, ни усталости. Многие из них улыбались. И от этого было еще страшнее.
Бьякуя обернулся на внезапно раздавшийся совсем рядом грохот. Какой-то тип, разворотив ударом изнутри деревянную дверь ближайшего дома, уже бросался на капитана. Кучики оставалось только выставить перед собой меч, на который и нанизался нападавший. Рука Бьякуи не ощутила сопротивления. Враг, казалось, был самым настоящим призраком; да он и исчез тут же, не охнув, едва клинок пронзил его насквозь. Одно хорошо, растерянно подумал Кучики, они не пачкаются.
С появлением синигами горожане заметно воспрянули духом. Пришельцев понемногу начали теснить. Оставалось только надеяться, что и другие капитаны вспомнят о существовании города за пределами расположения отрядов и пошлют кого-нибудь на подмогу. Бьякуя еще раз окинул взглядом улицу. «Я сделал все, что мог, – сказал он себе. – Этого достаточно. Вряд ли я могу сделать что-то еще. Я исполнил все, что был должен». Окончательно убедив себя в этом, Бьякуя снова бросился бежать, теперь уже со всей возможной скоростью. Он спешил домой. Конечно, члены семьи Кучики – не последние бойцы в Сейрейтее, и все же… И все же…
Город неотвратимо превращался в руины. У Бьякуи сжималось сердце от недобрых предчувствий. Эти легкие, почти символические конструкции не призваны защищать их обитателей от нападения. Впрочем, даже если бы дома были сложены из здоровенных булыжников, это не спасло бы от врагов, имеющих реяцу, и неплохую реяцу. Дети, женщины, старики… им сейчас просто негде укрыться! Бьякуя высвободил меч и походя сшибал призраков, попадающихся ему на глаза.
В поместье Кучики словно ураган прошел. Бьякуя проскользнул через пролом в ограде, перепрыгнул несколько поваленных деревьев. Ближайшего к нему крыла дома просто больше не существовало. Только втоптанные в землю фрагменты изломанных перегородок. Битва здесь уж давно началась. А то и вовсе закончилась. Никого не было видно поблизости, кроме…
Одинокий синигами обернулся к Бьякуе, заслышав его шаги, и приветливо улыбнулся. Он стоял посреди этого разора, сжимая в руке меч. В первый момент Бьякуя не узнал его, хотя и помнил точно, что прежде его видел. Да и кенсейкан не оставлял сомнений в его принадлежности к семье Кучики. Бьякуя двинулся было к нему, но, не сделав и пары шагов, замер, ошеломленный.
Это был его отец. Точно такой, каким Бьякуя его помнил. Лейтенант шестого отряда, с честью погибший в бою много лет назад. Он не произнес ни слова, но смотрел так, будто узнал своего сына. И улыбался, словно был рад его видеть.
– Отец? – Хрипло выдавил из себя Бьякуя. – Откуда ты?.. Что тут?..
Рука, держащая наготове меч, сама собой опустилась. Что это все могло значить? Откуда взялся сейчас, в разгар непонятной битвы, этот давным-давно погибший синигами? Что он делает здесь, на развалинах своего бывшего дома? И что вообще тут произошло? Бьякуя различил: вон там, поодаль, определенно лежит чье-то тело. Но так и не заметил, что по обнаженному клинку того, кто стоит перед ним, стекает кровавый ручеек. Отец двинулся к нему, по-прежнему улыбаясь. Контуры его формы казались какими-то смазанными, а на лице отчего-то было сложно сфокусировать взгляд…
Рефлексы сработали вперед сознания. Бьякуя шарахнулся назад, и тут же клинок вспорол воздух в опасной близости от его косоде. Не отскочи он, этот удар мог разрубить его пополам. А это существо, так ловко притворившееся его отцом, уже заносило меч для следующего удара. Но в этот раз сталь наткнулась на сталь. Бьякуя собрался мгновенно.
– Нелепая уловка, – бросил он в лицо этому… призраку? Оборотню? Кучики хотелось услышать его голос, но тот молчал. Губы существа кривились в улыбке, а в глазах была ярость и… пожалуй, ехидство. Оно продолжало атаку, но это знакомое лицо больше не могло ввести Бьякую в заблуждение, и его рука оставалась тверда. Если это он устроил здесь такое, он заслуживает смерти, кто бы он ни был.
Бьякуя уже с первых ударов понял, что его противник очень силен. Но силен, пожалуй, именно как лейтенант. Возможно, некогда отец был именно таков. Бьякуя был сильнее. И ему совершенно не интересно было сражаться с этим врагом, ожидая, когда тот выкинет что-нибудь такое, отчего его воля может дрогнуть, а решимость – поколебаться. Необходимо было заканчивать с этим поскорее, и Бьякуя решительно зашел сзади. Этот удар – сенка – он не использовал давным-давно, кажется, с тех самых пор, когда обучал ему Абарая. Но прием, впитавшийся в мышцы и спинной мозг, удался, как всегда, с филигранной точностью. Призрак не сумел отгадать атаки. И исчез после первого же удара.
Бьякуя сделал несколько глубоких вдохов, отгоняя прочь ненужные мысли, возвращая холодную ясность разуму. Что бы тут ни произошло, все потом. Это не имеет значения. Намного важнее разыскать кого-нибудь из своих. Кого-нибудь настоящего.
***
Уничтожив атакующих возле своего штаба, капитан и лейтенант третьего отряда ринулись дальше, в гущу событий. Поскольку разобраться в том, что происходит, так и не удалось, Сайто не сумел отдать своему отряду сколь-нибудь адекватные распоряжения. Скомандовал только защищаться во что бы то ни стало, после чего отправился вместе с Кирой искать кого-нибудь еще.
В целом, все выглядело так, будто на Готэй-13 напали самые обычные синигами, еще один Готэй. Были среди пришельцев и сопливые мальчишки, словно только что окончившие Академию, были и суровые, закаленные в боях воины. Некоторые из них были очень сильны, уровня третьих, четвертых, пятых офицеров. Кое-кого можно было сравнить и с лейтенантами. Одни из них были убелены сединами, у других даже усы расти не начали. Словом, нападавшие казались точно такими же, как и обороняющиеся.
Никто больше не пытался выйти на связь с помощью Тентейкууры. Сайто не владел бакудо такого уровня, а спросить у Киры как-то не подумал. Тем не менее, получить хоть какую-то информацию очень хотелось, и офицеры надеялись разыскать кого-нибудь из капитанов других отрядов. Нельзя сказать, будто им вовсе не повезло в этом. Но повезло не так, как они того хотели.
Кира вдруг замер, как вкопанный. Сайто даже сперва не понял, оглянулся на лейтенанта недоуменно, и только потом сообразил: тот парень в капитанском хаори, который неторопливо приближается к ним, – он незнаком Такайе! Чужак! Неужели и в самом деле капитан?
Чужак хитро сощурил глаза-щелочки и широко улыбнулся. Киру затрясло.
– Ичимару-тайчо? – Выдавил он.
Глаза Сайто сделались круглыми от изумления.
– Ичимару… Гин? Так вот он какой…
Нельзя сказать, чтобы встреча с покойным предшественником очень уж впечатлила капитана третьего отряда. Со свойственной ему практичностью Сайто рассудил, что стоит сперва поглядеть, что этот парень будет делать, а уж кто он таков, можно разобраться и позже. Кира же отмер только в тот момент, когда призрак бывшего капитана вытащил из ножен свой меч, и то больше от страха. Ичимару, хотя и стоял в сотне метров от офицеров, вскинул оружие наизготовку, отвел локоть назад и прицелился кончиком меча, будто собирался из него стрелять. Губы шевельнулись, словно произнося команду…
Синигами шарахнулись в разные стороны за секунду до удара. Кира узнал эту стойку, а Сайто догадался, чем дело кончится, поскольку выведал о своем предшественнике великое множество подробностей. Внезапно удлинившийся клинок проломил стену в конце улицы, а офицеры в этот момент уже были на крышах.
– Кира, уходи! – Рявкнул Сайто. – Банкай!
От лейтенанта сейчас не было проку. Неожиданное воскрешение бывшего капитана совершенно вывело его из равновесия. Сайто же не было решительно никакого дела, кто перед ним: Ичимару, не Ичимару, живой или мертвый, главное, что он нападает, и что его способности известны. Такайя был абсолютно уверен, что справится и в одиночку.
Кира подчинился, сиганул куда-то прочь через две улицы. Ичимару за ним не последовал, как того боялся Сайто. Может быть, новый капитан третьего отряда занимал его больше, а скорее, ему было просто все равно. Сайто отгадал по губам противника слово «банкай». Такайя рванул вперед по крыше, а иллюзорный двойник метнулся назад. Но меч призрака устремился к настоящему капитану.
Только приличная скорость бега спасла Сайто от неминуемой гибели. Ичимару промахнулся совсем чуть-чуть, Шинсо отсек хороший клок от подола хаори капитана. Сайто охнул, немедленно спрыгнул с крыши на соседнюю улицу, одновременно заставляя своего двойника зайти обманным маневром с другой стороны. Занпакто Ичимару развалил здание и свистнул прямо над головой чудом успевшего пригнуться Сайто.
Он меня чует, в отчаянии сообразил Такайя. По реяцу или еще как. Иллюзиями его не обмануть. Может быть, в невидимку ему чуточку сложнее прицелиться, но в целом это не изменяет расстановки сил. Сайто рванул в сюнпо.
Вскоре он нагнал Киру, дожидавшегося его на одной из крыш подальше от места сражения. Лейтенант уставился на него со смесью ужаса и надежды.
– Вы победили?
– Неа, – мотнул головой Сайто. – Не сумел.
Кира недоуменно заморгал. Не смог победить… и просто удрал? Капитан не производил впечатление человека, намеренного немедленно вернуться в бой, заручившись, к примеру, поддержкой лейтенанта.
– Идем, – коротко скомандовал Сайто и дернул прочь. Не было времени объяснять лейтенанту свою позицию.
***
Несколько позже с тем же врагом столкнулись еще два капитана. Укитаке и Кьораку в момент начала безобразия отдыхали в дальнем закутке в стороне от расположения отрядов. Когда прозвучал сигнал тревоги, оба немедленно рванули в город. Не было уже времени, да и, пожалуй, смысла мчаться к своим отрядам и отдавать распоряжения лейтенантам. Шунсуй был уверен, что Нанао уже выстроила отряд и организовала оборону, не дожидаясь капитана. Укитаке не знал точно, как поступит Иба: парень был его лейтенантом сравнительно недавно, – и все же у него была репутация надежного человека, на которого можно положиться.
Кидо-сообщение от инженера двенадцатого отряда они получили еще на подходе к городской черте, поэтому думали, что представляют себе, что их там ждет. Оказалось – не представляли. Сейрейтей превратился в одно сплошное поле боя. Гремели взрывы магических ударов; многие занпакто были не менее разрушительны. Значительная часть строений была просто растоптана, другие частично обрушены, кажется, целого не осталось ни одного. На улицах было месиво; поскольку и нападавшие, и обороняющиеся выглядели одинаково, казалось, все просто дерутся со всеми. Капитаны попытались было незамедлительно врубиться в сражение, но поняли, что вот так, с ходу, им не разобраться, кто здесь свои, кто чужие. Пришлось остановиться и присмотреться.
– Капитан Укитаке! – Отчаянно завопил кто-то.
На парня наседали сразу трое, и Джууширо тут же бросился на помощь. Через полминуты все трое развеялись невесомыми облачками пыли.
– Капитан! – Задыхаясь, пытался объяснить синигами. – Это какие-то призраки! Смотрите, они же прозрачные!
Капитаны вгляделись в еще одно сражение, с бойцом не согласились, – сложно было назвать этих тварей прозрачными, – но разглядели, наконец, чем враги отличаются от своих. Вот теперь можно было вступать в бой! Наскоро приободрив бойца (чей он, так и не поняли), капитаны приступили к зачистке.
Уровень противников не казался особенно большим, вот только уж больно много их было. Синигами, похоже, держались с трудом. Все же с появлением столь серьезной подмоги бойцы приободрялись, и в тех местах, где побывали капитаны, битва начинала складываться в пользу Готэй. Отряды понемногу теснили врага.
Впереди, кажется, никого в живых не осталось. Кьораку и Укитаке бежали по совершенно пустым улицам. Только многочисленные трупы валялись там и сям в развалинах. Но вот кто-то появился вдалеке… и друзья ошеломленно замерли.
– Гин? – Изумленно выговорил Кьораку.
Он никак не мог быть жив. Никак. Когда-то его искалеченное тело было похоронено силами Готэй-13. И оба капитана видели это собственными глазами.
Атака была столь молниеносна, что от нее невозможно было бы увернуться, но друзья отгадали движение врага в самом зародыше: ему ведь требовалось еще вскинуть свой меч. Капитаны успели метнуться в разные стороны, хотя причудливо извернувшийся клинок Ичимару исхитрился и вспахать мостовую под их ногами, и снести пару уцелевших стен, и пропороть штанину Укитаке, и едва не сбить шляпу с головы Кьораку. Миг, и призрак Ичимару уже снова замер в боевой стойке с коротким мечом в руке. Один из его противников осторожно выглядывал из-за остова каменной стены, второй и вовсе куда-то подевался.
– Гин! – Настороженно окликнул нападающего Укитаке, прячась за обломками камней. – Что происходит? Откуда ты взялся?
Гин не ответил. Он только ухмыльнулся и снова направил оружие, заставляя капитана спасаться бегством, уходя с линии атаки за мгновение до удара.
– Ичимару! – Попробовал Укитаке еще раз, останавливаясь чуть ближе к противнику. – Или ты не Ичимару? Кто ты?
Ответом опять послужила молниеносная атака. Джууширо понадобилось собрать все свои силы, чтобы избежать и ее.
– Неосторожно, – усмехнулся за спиной Ичимару Шунсуй. – Ты проиграл.
Кьораку с огромными ятаганами в руках стоял обеими ногами на тени своего врага. Можно было не сомневаться, что оба они играли сейчас в одну из тех смертоносных игр, которыми капитан первого отряда любил изводить своих противников. У Ичимару еще было краткое мгновение на то, чтобы понять неизбежность собственной смерти. Но в глазах мертвеца не мелькнуло даже тени страха. Чего бояться тому, кто уже умер? Его взгляд не изменился и в тот момент, когда Кьораку изо всех сил рубанул мечом. Ичимару обратился в прах.
– Что это было, Шунсуй?! – Воскликнул Укитаке еще издали. – Неужели и в самом деле Гин? Призрак синигами?
– Не знаю, что это было, – пожал плечами Кьораку. – Во всяком случае, у него была тень.
– Кире не рассказываем, – сказал Укитаке.
– И Мацумото, – подхватил Кьораку.
***
Куроцучи Маюри попытался первым долгом ринуться в погоню за главным врагом. Или за тем, кто таковым казался. Дав распоряжение лейтенанту действовать по обстановке, он бросился к тому месту, где был засечен прорыв стены.
Дорогой, правда, пришлось немного задержаться. Странные существа, даже чуя несомненное превосходство противника, все равно периодически бросались на капитана. От одних было достаточно раз отмахнуться мечом, с другими приходилось повозиться подольше. Словом, к тому моменту, как Куроцучи выбрался к городской стене, он был уверен, что никого уже там не найдет. Какой идиот станет сидеть на месте?
Проблема заключалась еще и в том, что Маюри понятия не имел, кого он собирается найти. Конечно, его лабораторные приборы слежения, которые засекли реяцу чужака, дали самые подробные сведения, автоматически вычертив сложнейшую диаграмму, разложив в цифрах самые разнообразные параметры. Подобная схема была для ученых, все равно что отпечатки пальцев для опытного криминалиста. Сравнив две подобные картинки, они с уверенностью могли бы сказать, одинакова реяцу или нет, принадлежит она одному синигами или же разным. Не давала диаграмма одного: ощущения. А ведь только на свои собственные ощущения приходится сейчас опираться капитану двенадцатого отряда, преследующему пришельца. Никаких портативных приборов, подобных большим лабораторным, у Куроцучи не существовало: до сих пор незачем было. Маюри на бегу прикидывал план своих дальнейших действий: покрутиться у стены на месте пролома, постараться различить реяцу, пройти по следу…
Все оказалось намного проще. Настолько просто, что Маюри некоторое время даже чувствовал разочарование. Он уже был совсем рядом с проломом (неплохая дырка образовалась в стене, даже жутко!), как вдруг заметил неподалеку на крыше чудом уцелевшего дома фигурку, облаченную в какие-то лохмотья. Точно руконгаец. В Сейрейтее в таком рубище не станут ходить даже вконец разорившиеся бедняги. Опять же реяцу… Впрочем, сложно сказать что-то определенное о реяцу, пока он не пытается сражаться. Уровень лейтенанта? Похоже. Сидит тут, словно на пикник приехал. Так надеется на свое призрачное воинство?
Куроцучи разом махнул через несколько улиц, оказавшись совсем рядом с врагом. Тот обернулся и глядел на капитана без всяких признаков страха. Или, скажем, злости. Кажется, он не испытывал вовсе никаких эмоций по поводу происходящего. Рот его слегка кривился в иронической усмешке, а вот в глазах… пустота.
– Ну, и кто же ты такой? – Грозно спросил его Маюри. Просто на всякий случай.
– Мне кажется, ты и так догадываешься, – безразлично пожал плечами руконгаец. – А имя мое тебе без надобности.
– Это ты их привел?
– Выходит, что я, – не стал отпираться чужак.
Куроцучи довольно потер руки.
– Ну что, будешь сдаваться добровольно, или заставишь брать тебя силой?
Отчего-то при этих словах взгляд пришельца изменился. Теперь он уставился на капитана с живейшим интересом.
– А что, – спросил он с надеждой, – можно сдаться?
Маюри, не ожидавший такого поворота, на миг растерялся, но тут же взял себя в руки и надменно кивнул:
– Можно.
– Тогда сдаюсь, – руконгаец немедленно вскочил на ноги. Он вытащил из-за пояса меч (занпакто, без труда определил ученый) и протянул его капитану.
– Давай, двигайся, – проворчал Маюри, несколько обескураженный столь покладистым поведением пленника. – И без фокусов.
========== 2. ==========
В то, что битва все же закончилась, верилось с трудом. Вымотались даже капитаны, рядовые синигами и вовсе валились с ног. И все-таки враги закончились. Все. До последнего.
Город нынче представлял собой жалкое зрелище. Улицы были подобны зубам во рту дряхлого старика: одно более-менее целое строение на целый ряд руин. Белые развалины пестрели черными телами: позаботиться об убитых еще не было времени, да и сил. Медики, шаставшие по улицам, пока искали только выживших.
Бьякуя возвращался в расположение отряда. Неторопливо, потому что спешить уже было некуда. Тут и там попадались утомленные бойцы, двигавшиеся с той же неспешностью. По глазам было видно: никто ничего не понимал. Кроме того, что город разрушен, но сами они еще живы. Бьякуя решительно пресекал всякие попытки поразмыслить на тему того, что произошло. Ясно же, что вот так, без фактов, на горячую голову, можно только насочинять всякой ерунды, к делу отношения не имеющей. Капитаны соберутся все вместе, расскажут, у кого что интересного приключилось, Куроцучи расскажет, что удалось засечь его приборам, вот тогда…
В расположении шестого отряда было не лучше, чем везде. Увидев на месте штаба все ту же растоптанную кашу из стен и перегородок, Бьякуя только обреченно выругался про себя. Попробуй, восстанови теперь рабочую документацию! Впрочем, это было сейчас делом далеко не первоочередным.
Лейтенанта Кучики разыскал довольно быстро. Какой-то парень с перевязанной головой, сидевший на камушке, поднял на капитана мутный, бессмысленный взгляд, даже не попытавшись встать, но на вопрос ответить все же сумел. Ткнул пальцем в сторону, невнятно пробормотал, что видел лейтенанта где-то там, и Абарай действительно оказался где-то там. Бьякуя издали разглядел, как Ренджи неловко пытается перевязать какой-то тряпкой предплечье. Заметив капитана, он страшно смутился и попытался незаметно спрятать руку за спину. Стыдно, что ухитрился получить рану. Сам Бьякуя так и не позволил кому-то коснуться его.
– Ладно, давай сюда, – утомленно проворчал Кучики. Рана, похоже, была совсем пустяковой, проще залечить сразу, чем еще несколько дней беречься. Абарай виновато насупился и сунул капитану перемотанную руку.
– Как тут? – Поинтересовался Бьякуя между делом.
Ренджи состроил совсем уж болезненную гримасу. Можно было не спрашивать, что она означает.
– Сколько? – Только и спросил Кучики.
– Половина, – буркнул Абарай сквозь зубы.
Бьякуя молча принял к сведению. Те бойцы, которых он увел с собой, еще не подтянулись, и он не мог бы сказать, какие у него самого потери. Может, даже и хуже. Он-то оставил свою группу сражаться самостоятельно, в отличие от Абарая, который наверняка воевал рядом с остальными.
– Кучики! – К офицерам, поминутно оскальзываясь на катящихся из-под ног камушках, пробирался Сайто. – Хорошо, что я тебя нашел. – Он оглянулся на развалины и жизнерадостно оскалился. – Это все, что осталось от твоего штаба? Вот и мой примерно так же выглядит. Кира просто в панике.
