Текст книги "Попаданка особого назначения"

Автор книги: Ирэн Васильева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

– О боги, только не начинай! Отключись! У нас тут сцена свидания!

«...я теперь начинаю отчётливо понимать, Неля, почему мне изначально так сильно понравился этот бескрылый король...» – ухмыльнулся ящер в моем мозгу.

– Замолчи, чешуйчатая сваха!

«...очень хороший, породистый выбор на роль предводителя... Одобряю...»

– ЗАМОЛЧИ, Я СКАЗАЛА! – не выдержав, вслух рявкнула я на всю поляну.

Янин удивлённо моргнул и застыл, глядя на меня со смутным подозрением:

– Что, Неля? Кому это ты?

– Ничего! Всё в порядке! – быстро, скороговоркой ответила я, заливаясь краской до самых корней волос. – Просто... дракон опять на связи. Комментирует происходящее.

– А-а, – с полным, абсолютным пониманием кивнул король, даже не смутившись. Словно наличие тысячелетнего ящера-комментатора в голове девушки – это совершенно нормальное, будничное явление в здешних широтах.

И именно в эту секунду, вися на руках у самого красивого правителя этого мира и выслушивая подколки от дракона с Севера, я окончательно и бесповоротно поняла: моя жизнь безнадёжно, феерично сошла с ума. И, судя по всему, это было только самое начало моих грандиозных приключений.

Глава 15

Если кто-нибудь когда-нибудь на полном серьёзе скажет вам, что дальнее путешествие в компании прекрасного фэнтезийного короля – это невероятно романтично, возвышенно и похоже на сказку, плюньте этому человеку прямо в глаз. Хотя нет, стоп. Сначала проявите капельку милосердия: заставьте этого неисправимого романтика провести ровно сутки в жёстком кожаном седле, отбить себе всё, что только можно отбить, окончательно запутаться в подоле парадного тёмно-синего платья, а уже потом, со всей накопившейся за дорогу справедливостью, плюньте. Чтобы дошло наверняка.

Потому что реальность, как обычно, плевать хотела на шаблоны из моих любимых книжек.

Лагерь мы разбили на небольшой, укрытой от ветров поляне у самого подножия холмов. Наш скромный состав беглецов не изменился: двадцать молчаливых гвардейцев, Янин, Альвар, я и несколько лошадей. Последние, к слову, смотрели на меня с плохо скрываемым, чисто парнокопытным осуждением. Особенно моя кобыла. Не знаю почему, но мне казалось, что эта серая скотина меня тихо ненавидит. Причём абсолютно взаимно.

После нашего стремительного, паркурного побега из столицы вымотаны были абсолютно все. Даже Янин, хотя он из последних сил и с истинно монаршим упрямством делал вид, что всё просто прекрасно. В столице, кстати, отдуваться за всех остался принц Эдмунд – править государством вместо старшего брата, пока король мотается по диким горам, спасает вселенную и, по возможности, пытается не дать мне умереть от холода, фанатичных жрецов или моей собственной феноменальной неудачливости. Очень удобная и безопасная должность у принца, если подумать. Завидую.

Ближе к вечеру гвардейцы слаженно развели костры, натянули походные палатки, выставили часовых по периметру, и лагерь постепенно начал погружаться в сонное спокойствие. Только я никак не могла угомониться. Слишком много безумных событий прессом втиснулось в последние несколько дней: внезапное попаданство, летающие драконы, разъярённые жрецы, древние пророчества, кошмарные сны, неизвестный враг на Севере и... один подозрительно привлекательный король.

Который, как назло, сидел сейчас прямо напротив меня у костра. И задумчиво смотрел на пляшущие языки пламени. Слишком красиво смотрелся. Подозрительно, кинематографично красиво, словно его подсвечивал невидимый голливудский софит.

– О чём ты так напряжённо задумалась, Неля? – негромко спросил он, переводя на меня взгляд тёмных глаз.

– О тотальной несправедливости этого мироздания, – честно вздохнула я, подтягивая колени к груди.

– Можно поконкретнее?

– Вот почему абсолютно все короли в сказках умудряются выглядеть безупречно после суток бешеной скачки и без единой минуты сна? Где ваши синяки под глазами? Где растрёпанный вид?

Янин тихо, бархатно усмехнулся:

– А ты, выходит, ожидала увидеть нечто иное?

– Конечно. По всем законам физики и биологии.

– И как же, по-твоему, должен выглядеть настоящий, уставший король?

– Помятый, – отрезала я. – Слегка потрёпанный жизнью, злой и жалующийся на радикулит.

– Что ж, спасибо за столь лестную оценку моей персоны, – качнул он головой.

– Пожалуйста. Обращайтесь, я всегда рада вернуть венценосных особ с небес на землю.

Король лишь снисходительно покачал головой, но его тёплая улыбка так и не исчезла с лица. И почему-то от этого его мягкого взгляда мне становилось гораздо теплее, чем от всего нашего костра, несмотря на стремительно опускающийся на холмы прохладный вечер.

Очень подозрительный симптом. Кажется, моё сердце начинает сдавать позиции этой фэнтезийной романтике.

Утром же выяснилось, что все хорошие новости в этом мире официально закончились. Совсем.

А всё потому, что прямо над нашим проснувшимся лагерем, затмевая робкое утреннее солнце, кружил тот самый знакомый сине-серебристый дракон. Спустя пару минут он с тяжёлым, раскатистым вздохом опустился на поляну, едва не сдув своим исполинским хвостом походные палатки, и ментально выдал крайне неприятную, зубодробительную информацию.

«...Дальше, маленькая Всадница, мы вас доставить не сможем...»

– Это ещё в каком смысле «не сможете»? – искренне возмутилась я, упирая руки в бока. – Я, можно сказать, только-только привыкла к этому роскошному бизнес-классу! Мой копчик после вчерашней седловой пытки требует исключительно крылатого транспорта!

Гигантский ящер посмотрел на меня сверху вниз с явным, неподдельным неодобрением.

«...Впереди начинаются Срединные горы...»

– И? – я прищурилась.

«...Там установлен Барьер...»

– И?

«...Это великая древняя защита Первой эпохи...»

Я уже начинала пятой точкой чуять грандиозный подвох.

– И? Что с того?

«...Драконы физически не способны пересечь эту невидимую черту. Магическая стена просто выжжет наши ауры...»

Над поляной повисла глухая, мёртвая и очень звенящая тишина.

– Что? – переспросила я, отказываясь верить своим ушам.

«...Не можем...»

– Вот прямо вообще совсем-совсем? – предприняла я последнюю отчаянную попытку.

«...Совсем...»

– Абсолютно и без вариантов?

«...Абсолютно...»

Я растерянно развернулась к нашему придворному колдуну:

– Альвар, ну скажи мне, что эта переросшая рептилия просто так специфически шутит! У них же есть чувство юмора, мы вчера проверяли!

– Рад бы тебя утешить, Неля, – мрачно и сухо ответил маг, сверяясь с походной картой. – Но нет. Дракон говорит чистую правду. Барьер неприступен для крылатых.

– Отлично, – я сокрушённо вздохнула и подняла взор к горизонту.

Прямо перед нами высились далёкие, грозные горные вершины. Заснеженные, острые, невероятно высокие. Настолько монументальные и холодные, что мне заранее, прямо здесь и сейчас, захотелось телепортироваться обратно на Землю, залезть под пушистое одеяло и желательно остаться там навсегда.

– И как, по-вашему, мы туда попадём, раз авиасообщение заблокировано? – я обречённо указала пальцем на заснеженные пики.

– Пешком, Неля, – невозмутимо отчеканил Альвар. – Исключительно своими ногами. Лошади по тем крутым тропам тоже не пройдут.

Я ошарашенно посмотрела на него. Потом ещё раз, надеясь, что мне послышалось. Потом перевела взгляд на обледенелые скалы. Потом снова уставилась на мага.

– Ты меня люто, искренне ненавидишь, Альвар, – вынесла я вердикт.

– Нет, – даже не моргнул он.

– Ненавидишь, – упрямо повторила я.

– Вовсе нет.

– Нет, ты не обманешь мою девичью интуицию! Это сто процентов твоя изощрённая, холодная месть за наш вчерашний эпичный прыжок с балкона четвертого этажа! Ты просто решил укатать меня по этим сугробам!

Через несколько часов мы уже медленно и упорно поднимались по узкой, петляющей среди валунов горной тропе. Именно тогда до моего увлечённого фэнтези мозга окончательно дошла одна важная, непреложная истина: горы по-настоящему красивы исключительно на глянцевых картинках земных журналов или экранах смартфонов.

В суровой местной реальности они оказались холодными. Очень холодными. Невероятно холодными. Безобразно, нецензурно и издевательски холодными. Несмотря на то что мы облачились в теплые сапоги и плащи.

– Ну почему, почему здесь такой собачий дубак?! – в очередной раз возмутилась я, стуча зубами на все ущелье.

– Потому что это горы, Неля, – монотонно, как на лекции, в сотый раз ответил Альвар, мерно шагавший впереди.

– Это вообще ни разу не научное объяснение!

Я сердито, до треска ткани плотнее закуталась в виданый походный плащ. Спойлер: не помогло вообще. Свирепый горный ветер всё равно умудрялся находить лазейки в шерсти, пробирая до самых костей. Было такое чувство, что этот морозный воздух действовал целенаправленно и осмысленно. Словно он лично, по контракту со жрецами, решил окончательно испортить мне жизнь.

– Сильно замёрзла? – раздался совсем рядом тихий, бархатный голос Янина.

– Нет, что ты! Я свежа, бодра и наслаждаюсь альпийскими видами! – безбожно соврала я, пытаясь унять дрожь.

Король остановился, обогнал меня на шаг и выразительно, со скепсисом посмотрел на мои посиневшие губы и подёргивающиеся плечи.

– Ну конечно. Вижу. Настоящая снежная королева.

Не успела я выдать новую порцию сарказма, как его собственный, подбитый мехом плащ уверенным движением опустился на мои плечи. Огромный, тяжёлый, невероятно тёплый. Он мгновенно окутал меня с ног до головы, принося спасительное блаженство и окутывая шлейфом его потрясающего аромата – дикого леса, дорогой кожи и чего-то неуловимо родного, мужского.

– Янин... – я растерянно захлопала ресницами, утопая в меховом воротнике.

– Что, Неля? – он принялся завязывать серебряные шнурки у меня на шее.

– Ты же сам теперь замёрзнешь на этом сквозняке. На тебе осталась одна рубашка и лёгкий камзол.

– Не замёрзну, у королей особая магия, нам такое не особо страшно – ухмыльнулся он.

– Это очень неразумно, нерационально и стратегически глупо с твоей стороны, – строго заметила я.

– Знаю.

– Тогда зачем ты это делаешь?

Король закончил с узлом, на секунду задержал свои тёплые ладони на моих плечах и посмотрел вперёд – туда, где горная тропа терялась в белой круговерти снега и колючего ветра. А потом повернулся ко мне и спокойно, очень тихо ответил:

– Потому что если я буду знать, что тебе тепло, мне самому станет гораздо спокойнее.

И почему-то именно после этих его негромких, бьющих наотмашь слов я внезапно напрочь перестала чувствовать ледяной ветер. Начисто. Хотя по всем законам биологии должна была мёрзнуть дальше. Очень должна была. Но внутри разлился такой мощный, огненный поток тепла, от которого Метка на запястье снова едва заметно, согласно пульсировала серебром, а сердце предательски застучало где-то в районе горла.

И да, нашёлся запасной плащ для короля. Правда не такой теплый как он отдал мне, но все же лучше, чем совсем ничего. Магия магией, а вот перестраховаться не помешает.

К вечеру путь стал ещё тяжелее. Тропа сузилась. Ветер усилился. Снег начал хрустеть под ногами. А я всё чаще ловила себя на том, что иду рядом с Янином. Хотя могла идти где угодно.

Странно.Очень странно. Ещё страннее было то, что он явно замечал это. Но ничего не говорил. Только иногда придерживал меня за локоть на особенно опасных участках.

И каждый раз моё сердце начинало вести себя подозрительно. То есть совершенно не помогало. А совсем наоборот, как-то подозрительно ускорялось.

– Осторожно.

Сказал Янин.

Я сделала шаг. Поскользнулась. И через секунду уже летела вниз. Точнее... Должна была лететь. Потому что меня тут же поймали. За талию. Одной рукой. Легко. Будто я вообще ничего не весила.

– Поймал.

Спокойно сообщил король.

Несколько секунд мы так и стояли. Слишком близко. Я даже почувствовала, как он замер. Словно тоже заметил это.

А потом впереди раздался голос Альвара:

– Если вы закончили любоваться друг другом, нам ещё идти три часа до привала!

Мы одновременно отскочили друг от друга. Гвардейцы старательно смотрели в разные стороны. Слишком старательно. Некоторые даже кашляли. Подозрительно.

– Я его когда-нибудь убью.

Пробормотала я сверля глазами Альвара.

– Встану в очередь.

Ответил Янин.

И впервые за весь день я рассмеялась.

А где-то далеко впереди, за снежными вершинами и древним барьером, уже ждало нечто, ради чего их привёл сюда Серебряный король.

Нечто, что могло изменить судьбу всего мира.

Но пока Неля об этом не знала. Пока её больше волновало другое. Почему рядом с королём ей становилось теплее даже посреди ледяных гор.

Глава 16

К ночи я окончательно и бесповоротно убедилась, что горы придумал человек, который испытывал к комфорту личную, глубокую и запредельную ненависть. Очень сильную ненависть. Возможно, даже подтверждённую какими-то детскими травмами.

Сначала наше пешее восхождение сопровождал обычный, меланхоличный снег. Потом к нему лениво подключился колючий ветер. Потом они объединились в единый фронт, устроив классический снег с ветром. А затем ветер, видимо, посчитал, что этого издевательства над попаданкой мало, и включил режим максимального хаоса. Началась самая настоящая, слепая и яростная метель.

– Скажи мне, великий магистр, – прокричала я сквозь гул стихии, наблюдая, как очередной мощный порыв едва не уносит нашу единственную походную палатку в бездну. – Вот это светопреставление – это сейчас вообще нормально?

– Для здешних гор? – меланхолично уточнил Альвар, подбрасывая хворост в защищённый заклинанием очаг.

– Да, для них, проклятых!

– Абсолютно нормально, Неля. Обычные будни Срединного хребта.

– Ненавижу горы, – уныло выдохнула я, глубже зарываясь носом в тёплый мех плаща Янина.

– Это взаимно, – невозмутимо отозвался чародей.

– Погоди. То есть горы тебя тоже искренне ненавидят? – я подозрительно прищурилась.

– Меня в этой вселенной ненавидят абсолютно все, Неля, – кристально честно и без капли обиды ответил маг.

Я на секунду зависла, но так и не нашла ни единого весомого аргумента против его слов. Потому что в контексте характера Альвара это звучало правдоподобно. Очень правдоподобно и логично. С его-то манерами – удивительно, как его вообще до сих пор не утилизировали сами жрецы.

Янин сидел чуть поодаль, проверяя наше нехитрое снаряжение, и лишь тихо, бархатно ухмылялся, слушая нашу очередную дорожную перепалку. Но стоило мне расслабиться и согреться, как Метка на моём запястье снова резко обожгла кожу изнутри знакомым, пульсирующим теплом. Рисунок спирали под тканью рукава на секунду вспыхнул серебром, пробивая тьму пещеры, а в глубине сознания сокрушительным эхом пронёсся уже не шёпот, а громкий, тревожный рокот Серебряного короля:

«...Всадница!.. Приготовься... Вы подошли к самому краю. Невидимый Барьер прямо перед вами... Но за ним... за ним я чувствую чужую, выжигающую волю, я не знаю кто он на самом деле человек или дракон!.. Но…, он делает свой первый ход...»

Я судорожно вздрогнула и резко выпрямилась, а сердце испуганно пропустило удар. Метель за пределами нашей стоянки завыла так яростно, словно сотни невидимых монстров Храма Солнца одновременно ринулись на штурм лагеря.

Лагерь пришлось разбивать гораздо раньше запланированного, потому что дальше идти было физически невозможно. Снег валил сплошной, непроницаемой белой стеной, а горная тропа практически полностью исчезла под свежими сугробами. Даже бывалые гвардейцы Янина начали заметно мрачнеть. А это, на минуточку, были суровые люди, которые обычно выглядели так, будто способны безболезненно пережить конец света, а потом ещё и лениво пожаловаться, что он был недостаточно зрелищным и интересным.

Походных палаток в нашем арсенале оказалось немного. Гораздо меньше, чем мне искренне хотелось бы для минимального девичьего комфорта. Особенно в тот эпичный момент, когда выяснилось, что моя собственная персональная палатка осталась где-то на предыдущем привале.

– Как это «потерялась»? – возмутилась я, утирая летящий в лицо снег. – Вы шутите?

– Очень просто, леди Неля, – философски и совершенно спокойно ответил один из гвардейцев, увязывая поклажу.

– Её унесло ветром.

– Палатку? – я ошарашенно захлопала ресницами.

– Да.

– Прямо целиком? Вместе со всеми колышками?

– Да. Сдуло в ущелье.

Я молча посмотрела на бушующую вокруг метель. Потом перевела взгляд на невозмутимого гвардейца. Потом снова уставилась на белую пустоту за пределами лагеря.

– Знаете что... Я даже спрашивать дальше не буду, – удручённо вздохнула я.

– Правильное и очень мудрое решение, леди, – одобрил воин.

Я сокрушённо покачала головой, кутаясь в тяжёлый королевский плащ, и медленно повернулась к костру, у которого Альвар пытался удержать защитный купол. Из-за потери палатки намечался очередной, чисто ромфантовский кризис: спальных мест в обрез, на улице арктический шторм, а это значит, что кому-то придётся делить жилплощадь.

И почему-то моё правое запястье, где спала Метка Всадника, снова предательски кольнуло волной тепла, стоило мне поймать на себе внимательный, тёмный взгляд Янина.

Спустя десять минут выяснилось, что масштаб катастрофы куда серьёзнее, чем я предполагала. Свободных спальных мест в оставшихся палатках почти не осталось – гвардейцы набились туда плотными штабелями, спасаясь от арктического холода.

Именно поэтому я сейчас стояла посреди засыпаемого снегом лагеря. Абсолютно мокрая, замёрзшая до синевы, глубоко несчастная и злая на всю эту фэнтезийную пакость. И выразительно смотрела на Янина.

Янин скрестил руки на груди и с плохо скрываемой ухмылкой смотрел на меня. Вокруг нас суровые королевские гвардейцы изо всех сил, просто самоотверженно делали вид, что ничего не замечают и чертовски заняты чисткой доспехов в метель. Особенно те из них, которые на самом деле замечали абсолютно всё и уже мысленно принимали ставки.

– Нет, – сразу, на опережение отрезала я.

– Что именно «нет», Неля? – спокойно, с обволакивающей бархатной хрипотцой в голосе уточнил король.

– Нет.

– Очень содержательный и весомый ответ, – хмыкнул он.

– Я не буду жить в твоей палатке, Ваше Величество. И точка.

– И почему же?

– Потому что это запредельно плохая, идея!

– Хм. А если подробнее? По пунктам?

– Потому что! – выдала я свой главный козырь.

– Железный, неопровержимый аргумент, против которого бессильно любое королевское право, – Янин покачал головой, а его глаза весело блеснули в полумраке.

Я упрямо скрестила руки под его тяжёлым меховым плащом:

– У нас есть какие-нибудь другие, более цивилизованные варианты?

– Разумеется, есть.

– Какие? Огласите весь список.

– Например, ты можешь остаться стоять здесь и гордо замёрзнуть насмерть под этой прекрасной метелью.

– Мне категорически не нравится этот вариант, – буркнула я, шмыгнув носом.

– Мне, признаться, тоже, – тихо ответил король, делая шаг ко мне.

– Видишь?

– Вот именно поэтому я и предлагаю тебе вернуться к первому, – он указал рукой на свою просторную, надёжно закреплённую палатку.

Ненавижу, просто люто ненавижу, когда этот невыносимый мужчина включает логику. Это мгновенно лишает меня доброй половины моих законных девичьих аргументов и заставляет капитулировать.

А в голове в эту же самую секунду, вибрируя от дикого хохота, снова раздался басистый голос Серебряного короля:

«...о, клянусь Ледяными пиками, Всадница, бескрылый парень снова загнал тебя в угол! Иди уже в палатку, пока твоя аура не превратилась в сосульку... Я обещаю закрыть глаза и не подглядывать... Почти...»

В итоге через полчаса я уже сидела в королевской палатке, бережно завёрнутая сразу в три плотных шерстяных одеяла. Вид у меня при этом был как у крайне недовольной, нахохлившейся рыжей гусеницы, которую насильно выселили из родной зоны комфорта.

Янин сидел напротив меня, устроившись на походном сундуке возле небольшой медной жаровни. От углей шло приятное, обволакивающее тепло. Король подпёр голову рукой и увлечённо что-то читал в толстом потрёпанном фолианте.

– Знаешь, Ваше Величество, ты сейчас выглядишь слишком спокойным, – нарушила я тишину, высвобождая нос из-под одеяльного плена.

– Спасибо, – не отрываясь от страницы, отозвался он.

– Это вообще-то был не комплимент.

– Я сразу об этом догадался, Неля.

Метель снаружи тем временем завывала всё сильнее, переходя в какой-то утробный, зловещий свист. Плотную ткань палатки периодически так сильно трясло и выгибало внутрь, словно кто-то невидимый и огромный раз за разом пытался перевернуть наше хлипкое убежище.

– Если нас этой ночью вместе со всеми вещами на фиг унесёт в пропасть... – мрачно начала я.

– Не унесёт. Опоры палатки укреплены защитными рунами Альвара, – спокойно перебил он.

– Дай мне договорить, я выстраиваю логическую цепочку!

– Хорошо, молчу, договаривай.

– Так вот. Если нас всё-таки унесёт в пропасть, виноват в этом единолично будешь ты.

– И по какой же причине вся ответственность снова ложится на меня? – Янин наконец поднял на меня свои тёмные, искрящиеся весельем глаза.

– Да потому что остаться ночевать в этой экстремальной зоне – это была исключительно твоя царственная идея!

Король тихо, бархатно рассмеялся, отчего у меня внутри снова подозрительно потеплело, а затем послушно вернулся к чтению.

Несколько минут я честно и самоотверженно пыталась смотреть куда угодно – на угли в жаровне, на стыки палатки, на собственные пальцы, – только бы не коситься на него. Потом окончательно сдалась. Просто потому, что делать в этой глуши без интернета и вайфая было абсолютно больше нечего.

– И что ты там так усердно читаешь? – поинтересовалась я, подаваясь вперёд.

– Старые хроники Первой эпохи, – вздохнул он, переворачивая пожелтевший пергамент.

– И как? Интересно?

– Ни капли. Сплошные сухие перечни дат, имён и налоговых сборов тысячелетней давности.

– Тогда зачем ты себя так жестоко пытаешь на ночь глядя?

– Альвар заставил перед выходом, – Янин иронично приподнял бровь. – Сказал, что хороший правитель обязан знать историю Барьера до того, как этот самый Барьер его уничтожит.

– А-а... – протянула я, глубже зарываясь в одеяла. – Ну, тогда теперь всё стало предельно понятно. Против занудства нашего магистра даже королевская власть бессильна.

Я закрыла глаза, прислушиваясь к гулу бури за стеной. Но стоило мне расслабиться, как Метка на моём запястье снова слабо, но настойчиво запульсировала серебристым свето. А вслед за этим сквозь монотонный шорох страниц в палатке я вдруг отчётливо услышала странный, едва различимый звук снаружи. Похожий на тихий, вкрадчивый скрежет когтей по обледенелой ткани прямо у меня за спиной.

Позже стало ещё холоднее. Я даже не подозревала, что в природе вообще возможны такие температуры. Но здешние горы явно решили окончательно расширить мой скромный городской кругозор.

Пытаясь спастись от арктического сквозняка, я натянула на себя четвёртое одеяло. Не помогло. Пятое, выуженное откуда-то из глубин королевского сундука, тоже не принесло долгожданного спасения. Шестое одеяло в палатке отсутствовало как класс, что я мысленно сочла личным, кровным оскорблением со стороны принимающей вселенной.

– Что, Неля, всё действительно настолько плохо? – раздался тихий, бархатный голос Янина со стороны жаровни.

– Нет, что ты, – безбожно соврала я, сильнее вжимая голову в плечи.

– Ну конечно.

– Я просто прекрасно себя чувствую. Атмосферно. Аутентично.

– Неля, ты стучишь зубами так громко, что заглушаешь мне вековые хроники, – иронично подмигнул он.

– Это исключительно от переполняющего меня спасительного счастья, – просипела я.

Король мягко покачал головой и аккуратно отложил книгу в сторону. Затем неторопливо поднялся со своего сундука, подошёл ближе ко мне, и прежде чем я успела открыть рот, чтобы выдать новую порцию праведного возмущения, уверенным жестом набросил мне на плечи свой огромный меховой плащ поверх всех моих текстильных слоёв.

– Ну и как? Так хоть немного лучше? – тихо спросил он, присаживаясь на корточки рядом со мной.

Я ненадолго задумалась, прислушиваясь к внезапно разлившемуся по телу блаженному теплу:

– Да. Ладно, признаю, гораздо лучше.

– Вот и отлично.

– Но ты не расслабляйся, Ваше Величество. Я всё равно буду жаловаться на этот поход каждую божью минуту, – строго предупредила я.

– Это я, поверь, уже отчётливо понял ещё на первом километре пути, – рассмеялся Янин, и его тёмные глаза оказались пугающе, притягательно близко от моих.

И именно в этот момент, когда я окончательно согрелась в его плаще, странный царапающий скрежет за обледенелой стеной палатки повторился. Но на этот раз гораздо ближе и отчётливее. Метка на моём запястье резко обожгла кожу, вспыхнув ослепительным серебряным сиянием прямо сквозь слои одеял!

***

Ночью меня разбудил странный, ни на что не похожий звук.

Сначала, сквозь пелену остатков сна, я лениво решила, что это просто очередные завывания ветра бьются о плотную ткань палатки. Потом, окончательно придя в себя, поняла, что нет. Ошибочка вышла. Звук был человеческим, причём кто-то снаружи отчаянно и яростно спорил. Очень тихо, почти на грани шипения.

Я осторожно, стараясь не шуметь одеялами Янина, выбралась наружу и приоткрыла полог. Из палатки пахнуло накопленным теплом, а мне в лицо тут же прилетел колючий заряд ледяного воздуха.

На засыпанной снегом поляне я сразу увидела Альвара. Эту долговязую фигуру в глухом дорожном плаще было сложно с кем-то перепутать. Маг стоял у едва теплящегося костра в компании командира нашей гвардии. Оба мужчины выглядели напряжёнными. Максимально сосредоточенными и мрачными, словно прямо сейчас решали вопрос о немедленной эвакуации.

– Что здесь опять случилось? – негромко спросила я, полностью выбираясь из укрытия и зябко кутаясь в меховой воротник.

Они одновременно, как по команде, обернулись на мой голос.

– Неля? Ты как здесь оказалась? – нахмурился Альвар.

– Да вот, шла мимо, дай, думаю, загляну на огонёк.

– Почему ты вообще не спишь в такой час? – недовольно буркнул ворчливый чародей.

– Да потому что я девушка по природе своей запредельно любопытная. Шумные разборки посреди ночи – мой главный триггер.

– Это я, признаться, заметил ещё в лесу при первой встречи, – вздохнул он.

Я подошла к мужчинам ближе, игнорируя хруст снега под ногами.

– Так что у вас тут произошло, пока я досматривала третью серию снов про Серебряного короля?

Альвар несколько бесконечных секунд хранил зловещее молчание, словно решая, стоит ли посвящать попаданку в государственные тайны. Потом всё-таки нехотя ответил:

– Барьер. Мы зафиксировали аномалию.

– И что с ним не так? Сломался?

– Он изменился, Неля. Прямо на наших глазах, буквально полчаса назад.

По моей спине моментально пробежал ощутимый, липкий холодок. И его первопричина на этот раз была вовсе не в паршивой горной погоде. В памяти мгновенно всплыли слова дракона из кошмара: «процесс запущен».

– Изменился в какую сторону? – я нахмурилась. – Стал слабее и открыл нам проход?

– Наоборот. Он стал в разы сильнее. Плотность защитных потоков выросла до критического уровня.

– Это... очень плохо, да?

– Очень, – мрачно отрезал маг и посмотрел куда-то в сторону чернеющих провалов гор. Туда, где во тьме ночи пролегала невидимая глазу стена древней магии Первой эпохи. – Такое ощущение, Неля... Будто кто-то на той стороне Барьера внезапно чётко понял, что мы идём. И целенаправленно заблокировал нам единственный безопасный проход. Только нам…, не тебе. Та магия что в тебе копится пропустит тебя без проблем. А вот нас…

Я сглотнула подступивший к горлу ком. Безумная ночная метель за пределами нашего лагеря внезапно показалась мне самой мелкой, ничтожной и неважной проблемой на свете. Нас выслеживали. Кукловод сделал свой ход и убирает преграды на своём пути.

А в следующую секунду из непроглядной, глухой темноты каньона донёсся далёкий, раскатистый звук. Очень далёкий, но отчётливый. Он был похож на утробный, яростный рёв, но только совершенно точно не драконий. В нём не было величия крылатых – только слепая, голодная и первобытная агрессия.

И от этого леденящего душу эха мне почему-то стало так не по себе, что подкосились колени. Очень жутко стало. Настолько, что даже обычно высокомерный и спокойный Альвар за долю секунды побледнел до цвета окружающих нас сугробов. Притихший командир гвардии беззвучно положил ладонь на эфес меча.

– Что... что это, блин, сейчас вообще такое было? – тихо, с трудом выдавливая слова пересохшими губами, спросила я.

Маг медленно поднял голову, вглядываясь в метель, и его голос прозвучал как эпитафия:

– Вот это... – глухо произнёс он. – Я очень, искренне надеюсь никогда в своей жизни не узнать лично.

В этот же миг Метка на моем запястье резко, болезненно запульсировала серебром, словно отвечая на этот далекий, жуткий призыв из темноты.

Глава 17

Интерлюдия

Северные горы. Место, куда уже много веков не проникал даже самый слабый, робкий солнечный свет. Место, полностью забытое самим неумолимым временем. Мрачное, глухое место, которое давным-давно должно было стать вековой могилой для древней магии, но так ею и не стало.

Тяжёлые, мерные шаги гулким эхом разносились по циклопическому пространству огромной подземной пещеры. Высокая, худощавая фигура в тёмном плаще медленно, круг за кругом обходила гигантскую каменную статую дракона. Снова и снова. Словно терпеливый хищник, неусыпно наблюдающий за своей пленённой, обездвиженной добычей.

Под ногами незнакомца при каждом шаге тускло, неровно вспыхивали высеченные на граните древние руны. Они мерцали багровым светом, будто сами чувствовали приближение чего-то неизбежного и страшного.

Фигура наконец остановилась у самого края кольца чёрного пламени. Медленно подняла голову и уставилась на окаменевшего гиганта. Даже сейчас, закованный в безжизненную гранитную броню, Серебряный король выглядел монументально и величественно: широко расправленные крылья, гордо поднятая голова и застывший, упрямый взгляд пустых глазниц. Будто он до сих пор, спустя тысячи лет, наотрез отказывался признавать своё поражение. Прошли долгие века, но гордости у этой древней рептилии меньше не стало.

– Они идут, – тихо, леденящим душу шёпотом произнёс незнакомец.

Мрачные своды пещеры тут же послушно ответили раскатистым эхом: «...они идут... идут... идут...»

Под глубоким капюшоном на бледных губах появилась едва заметная, хищная ухмылка.

– Всё продвигается именно так, как я детально рассчитывал в своих черновиках. Шаги просчитаны идеально.

Мужчина неторопливо протянул руку вперед, раскрывая ладонь над чёрным огнём. В затхлом воздухе над его пальцами мгновенно возник и задрожал крошечный серебристый огонёк – маленькая, чистая искра силы. Одна из бесчисленных искр, разбросанных когда-то по континенту.