Текст книги "Клинер на полную ставку (СИ)"

Автор книги: Гобоз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

Дождь шёл по цеху, по крану-балке, по пустым стапелям.

Эцио вышел на плац оставляя маленькие лужицы крови за собой и волоча тело девушки на своей спине. Он еле перелез через заваренные ворота – покинув тем самым территорию завода. Он шёл вдоль улицы и нёс Кристину пока рядом с ними не остановилась проезжающая мимо машина, из которой вышел пугливый лысый мужичок.

Он наставил на водителя пистолет и приказал отвести их в Милицейский участок. Тот не сильно возражал.

Уложив Кристину на заднее сидение, он обошел автомобиль и сел на переднее пассажирское место. Только после этого он почувствовал, как сильно ему не хватает воздуха.

Его вырвало вновь. Кровью.

Он вытер рот рукавом, выпрямился и достал телефон.

Экран был в разводах – смесь грязи с кровью. Он вытер его о штанину, чище не стало.

Он нашёл номер и очень долго держал палец над кнопкой. Его сознание было готово вот – вот отключиться.

Всё же он нажал.

Гудок. Второй. Третий.

– Алло, Эцио?

– Раиса Павловна! – сказал он, и голос сорвался на первом же слоге, он переждал, откашлялся и сказал ещё раз, ровнее. – Раиса Павловна, это Эцио.

С той стороны молчали – выжидая информацию.

Он посмотрел назад в окно, на отдалявшийся завод: на четверть километровой длины блок с провалившейся крышей, на тополя в трещинах плаца. На то место, где он снова, как и в борделе бросил ещё одного друга!

– Максима больше нет! – сказал он. – Пришли Арсения сюда срочно – я буду в участке в Заводск…

Телефон вывалился из его руки и упал куда-то между сидениями. Водитель машины что-то испуганно говорил. Но его слова итальянец уже не слышал. Его голова становилась всё тяжелее, а веки понемногу опускались.

Эцио взглянул на Кристину и облегченно сделав глубокий вдох – потерял сознание.

Всё же несмотря на всё произошедшее ему удалось спасти хотя бы кого-то.

Финал. Разве это финал?

Всё же я решил вызвать такси. Да! Щеголять по крышам домов с голым задом как по мне не очень хорошая идея…

Машинка подъехала через восемь минут. Спасибо удивлённому моим видом прохожему, который любезно согласился вызвать со своего телефона. Мой же смартфон скорее всего уже полностью закоптился в горящем жилище Флакона.

Белый «Поло». Водила по имени Абубакар с рейтингом 4.98, что внушает доверие. В салоне пахло ёлочкой и чурчхелой.

Мы с Нагломордом спокойно уселись на места.

Абубакар глянул на кота. Потом на меня. И молча включив радио тронулся с места. По радио играла популярная когда-то песня про рюмку водки на столе, и я подумал, что, если наступит конец света – саундтрека лучше, чем этот не найти.

Обстановка предрасполагала к отдыху, и я решил вздремнуть.

Я проснулся в 16:45 – когда мы стояли на МКАДе. Да! Опять!

Абубакар за время поездки устал слушать апокалиптические песни и видимо уже давно переключил на новостную волну.

«…аграрии Красногорска рассчитывают на рекордные показатели, а мы напоминаем, что в столице сохраняется прохладная погода с минимальными осадками…»

Внутренне кольцо. Где-то между Марксисткой и Чкаловской. Все полосы были забиты плотно, но всё ещё продвигались – та самая любимая Московская иллюзия движения – ты вроде едешь под двадцать, а вроде стоишь – просто очередь тоже едет под двадцать.

Но непонятно с чего занервничал Нагломорд.

Он вылез откуда-то из-под руки, встал на задние лапы, упёрся передними о стекло и зашипел.

– Что такое? – сказал я.

– Земля…

– Что земля?

– Земля шевелится, кретин. Смотри на обочину.

И действительно – асфальт на обочине шёл волнами. Создавалось впечатление, что под землёй кто-то перекатывался. Много кто.

– Абубакар. – сказал я спокойно. – Ты сейчас, пожалуйста, перестраивайся в левый ряд.

– Нэ буду. Камер много.

– Да я оплачу штрафы если что!

И в этот момент асфальт лопнул.

Не образно, а буквально. Полотно МКАДа между двумя полосами вспучилось и разошлось трещиной метров на двадцать, и из трещины полезло.

– Господи! Это шевелящийся мазу…

– Тараканы! – закричал Нагломорд.

– Да! Тараканы!

Только не обычные тараканы, которых ты бьёшь тапком и не те, которые строят сообщество и поднимают революции в домах богатеев. Эти были размером с крупную овчарку. С овчарку, Карл! Корпус хитиновый – черного цвета, глянцевый, как рояль в консерватории, с масляными разводами. Длинные как удочка усища и шесть мутированных лап. Какие-то деформированные как человеческие, какие-то как у животных.

И что самое поганое – они двигались не как насекомые, а как волна. Волна насекомых разного размера от сантиметровых до овчарки.

И что самое сверх поганейшее – они двигались в нашем направлении.

Первая волна, вылетевшая из земли, прошла поперёк потока, и эта часть МКАДа перестала существовать как транспортная артерия.

Визг тормозов слился в один сплошной звук. Кроссовер впереди нас ушёл в занос и снёс работягу мужика с отбойником в руках. Автобус – обычный рейсовый, с рекламой стоматологии «Улыбка до Затылка» – опрокинулся на бок и поехал юзом, высекая искры и издавая звуки скрежета. В его окнах я успел увидеть лица людей пока его не охватил огонь. Горящие люди выбирались из открытых окон и падали с двухметровой высоты на асфальт за тем которых сбивали разгоняющиеся машины.

– Держись! – заорал Абубакар.

Он был хороший водитель. Царство ему небесное! Он успел вывернуть и почти проскочил. Почти!

В нас влетели сзади. Потом уже мы влетели в бок фуре. Мир перевернулся на девяносто градусов, потом ещё на девяносто и ещё… Ремень врезался мне в ключицу так, что я услышал хруст. Подушка ударила в лицо словно боксёр в тяжёлом весе, и всё замерло.

Тишина. Буквально секунда. В ушах гудело.

Когда слух возвращался – я слышал крики. Очень много криков.

– Нагломорд… – прохрипел я. – Кошак?

– Пока ещё здесь. – отозвался Кот откуда-то сверху в ногах. – Что это за водитель такой?

– Я не водитель… – хрипел Абубакар. – Так-то у меня есть свой бизнес, а такси это для…

Я обернулся. А Абубакар с рейтингом 4,98 лежал, скатившись на крышу и на его белой футболке с жёлтыми разводами, расплывалось красное пятно. И рулевая баранка была там, где её быть не должно. Я потянулся и приложил два пальца к шее.

Ничего.

– Прости, братан. – сказал я. – Поставлю тебе пятёрку в приложении.

Дверь заклинило. Я выбил её ногой со второго удара и вывалился на асфальт. Следом выполз и кошак выгибая спину пытавшись видимо размяться.

И я наконец вновь увидел МКАД.

Господи. Я потом когда-нибудь вспомню эту ситуацию и опишу нормально, чтобы не было так пафосно или смешно. Хотя сейчас подходило другое слово. Мерзко!

Все дорожные полосы были забиты машинами «враскоряку». Часть была охвачена огнём. И между машинами – они. Сотни или тысячи. Они текли словно волны по крышам, по капотам, по стёклам и машины под ними проминались. Части роя забирались в салоны, из которых потом ручьями брызгала кровь, сопровождаемая истошными криками.

Неподалёку бежал мужик в костюме пересекая разделительную полосу, размахивая кожаным портфелем. Такая завораживающая деталь – портфель. Мужик убегает от гигантских тараканов и не может выкинуть тяжёлый портфель, потому что в нём документы, а документы – это работа. Работа – это выживание. Вскоре его сбило с ног, и он ещё пытался отбиваться этим самым портфелем, который раскрылся от удара и по МКАДу полетели белые листы А4. Пугающая и будоражащая картина как в кино.

Я стоял и смотрел на всё это ещё двадцать секунд.

А потом внутри что-то щёлкнуло и стало легко.

Знаете это чувство? Когда пол дня тебя грызёт какая-то дрянь, тревога или что-то невысказанное – а потом наконец появляется неведомая дичь, у которого есть морда, и ты понимаешь: вот оно! Вот куда можно спустить пар.

Вот они – тараканы!

– Нагломорд. – молвил я, разминая шею. – Ты знаешь, что я хочу сказать?

– Что ты сейчас сделаешь глупость?

– Теплее.

– Что ты сейчас сделаешь сверхмогучую глупость!

– ТЫ ЧЕРТОВСКИ ПРАВ!

Я начал концентрацию маны во многих частях своего тела сразу. Она пошла легко – я чувствовал, что оказывается я был на взводе давно. И не замечал. Резерв маны просто гудел от напряжения, как трансформаторная будка. Эрги хлынули в ноги, в плечи и в кисти. Всё моё тело будто сжигало влагу внутри. Воздух вокруг моей груди дрожал, аккомпанируя сердечному ритму. Даже повеяло маревом как над мангалом.

– Уважаемые дамы и господа! – заорал я на весь МКАД. – Уважаемые участники дорожно-транспортного происшествия! Компания «Штопоровъ и Нагломордъ» проведёт бесплатную дезинсекцию периметра! Просьба – не паникуйте, а если совсем невмоготу, то пожалуйста… Покиньте периметр!

Тараканы уставились на нас с котом отвлекаясь от людей. Те же продолжали бежать. Немногие кто меня услышал – бежали ещё быстрее!

И я рванул вперёд.

Бошка ближайшего усатового верзилы раскрошилась на части пропуская сквозь себя мою красивую и чуть шершавую пяточку.

Хитин оказывается очень легко раскалывается. Тварь обрушилась на пол с треском, брызнуло что-то бело-жёлтое и завоняло как… Да нигде так не воняло.

Его коричневый дружочек прыгнул на меня спереди. Не знаю, чего он хотел достичь – я его поймал в воздухе, выдав поистине балетный пируэт с разворотом вернул его тело отправителям. Мёртвая туша влетела в волну роя, и они словно кегли разлетелись в разные направления. Самые большие кучкой и тяжёлые кучкой рухнули в метре от меня и я, опираясь о капот машины подпрыгнул вверх и приземлился, ударяя кулаком о поверхность асфальта создавая магическую волну. Ближайшие превратились в салат Нисуаз, крайние отлетели подальше.

– Слева! – заорал кот.

Я даже не заметил и не успел повернуться, как меня резко приложило по рёбрам чем-то похожим по тяжести на бетонную сваю. Меня откинуло на капот «Соляриса», прокатившись по нему спиной я упал на асфальт.

С горящего автобуса на асфальт спрыгнул высокорослый таракан. Он стоял и смотрел на меня. Его тело было особенно приближено к человеческому. Вытянутое, ровное, жилистое. Хитиновые пластины на пузе были сложены ровно и походили на пресс. Он стоял и смотрел, а потом медленно зашагал ко мне!

– Да что ты за дичь такая? – усмехнувшись проговорил я.

И я клянусь – он остановился. И посмотрев мне в глаза – зашевелил своими жвалами. Что-то щёлкнуло, раз шесть, как будто он пытался преодолеть невидимый барьер и перевести щелкающие звуки в речь.

Его голова задрожала и наклонялась в разные стороны.

– Щ-ща-ща. Х-хы. Кл-кл-кл.

– Ой. – сказал я, выставляя руку ладонью вперёд. – Нет-нет-нет. Ты сейчас ничего не говори. Я к этому не готов. Три часа голым проходил – и лимиты странностей кончились.

Оно шагнуло вперёд.

Я встал с асфальта, вытер кровь с губы и сплюнул.

– Ладно. – сказал я. – Фигачим.

Оно быстро метнулось. Прям пиздец как быстро для монстра. Первый выпад и я улетел, кувырком пробивая машины и перекрытия. Всё что я успел так это сфокусировать ману и скрестить руки перед ударом. Протаранив какой-то лексус и вылетев за границы дороги, я начал падать вниз.

– О. Так мы были на мосту!

Я падал и смотрел вверх как мои тряпичные переломанные руки болтались словно надутые куклы-зазывалы от воздуха. Я плюхнулся в речушку. В Яузу. И всплыл пузом к верху. Следом в воду спрыгнул и коша и подплыв ближе ко мне – забрался на пузо.

Нас медленно относило от моста, на краю которого стоял таракан и провожал меня взглядом.

Мы перемещались по воде приближаясь к Москве реке.

– Не, ну начало было красивое! – сказал кот отряхивая лапу. – Какая речь! Сколько экспрессии! Правда концовка говённая.

– Иди ты!

– Что-то тебя поломали знатно! Больно на руки твои смотреть!

Мы проплывали другой мост, на котором тоже была резня. Некоторые особо умные люди тоже прыгали в воду.

И мы все продолжали плыть по воде. Я выбрался на сушу у Космодамианской набережной. В метрах двадцати я заметил трассеры, и мы побежали туда.

Метров за сто до ближайшего здания по нам открыли огонь.

– СВОИ! НЕ СТРЕЛЯЙТЕ! ГРАЖДАНСКИЙ! С КОТОМ!

– С кем?! – донеслось из-за деревьев.

– С КОТОМ!

– Я ЧТО-ТО НЕ ПОНЯЛ!

– ДА ХЕР С НИМ, НЕ СТРЕЛЯЙТЕ ПРОСТО!

Вскоре подошли два солдафона и выволокли меня за шкирку из укрытия.

Надо мной стояли трое! Один увидел некий кал. Другой ругнулся – нелегал. А третий отошел в астрал. Надо мной стояли трое!

Вскоре со стороны подошёл и четвёртый.

– Ты кто такой?

– Штопоров. Лейтенант запаса. Оператор магии и Клинер. Допуски есть, корочки тоже, но сгорели.

– Маг с боевым опытом?

– Клинер на полную ставку!

– То есть маг.

– То есть маг!

– Ну и славно. – сказал седой мужик в форме. И этой фразой он мне сразу понравился. – Валера, Саня. Возвращаемся во временный опорный пункт. Сёма приди уже в себя!

Мы вошли в один из подъездов ближайшего здания и зашли в квартиру на первом этаже в которой временно разместили пункт связи. В зале лежали шестеро раненых вояк. Двое – уже никак. Четверо – ещё кое как.

За столом, на котором раньше стоял компьютер сейчас сидел Сержантик и яростно кричал в рацию.

На фоне из окна доносились взрывы и выстрелы зенитных комплексов.

– Они что-то пытаются сбить в этом районе?

– В каком районе? – сказал другой вояка нервно курящий бычок сигареты. – По всей Москве такая дичь…

– В каком это смысле?

– А везде! По всему городу парень! Сатана курорт решил устроить. Тут хотя бы только тараканы. В Отрадном – передавали про слизь размером с пятиэтажку! В Митино – птицы, только не совсем видимо простые раз авиацию раздолбили!

– Подожди минуточку… Отрадное же в Питере?

– Ага-ага. В нём…

Наш обмен фактами и новостями прервала срочная трансляция.

«Внимание всем военным подразделением, находящимся в зоне внутреннего кольца! Подкрепления не будет! Передаю срочный приказ к отступлению! Повторяю! Группам и подразделениям Внутреннего кольца – Приказываю отступать!»

Седой вояка повернулся и сказал:

– Да чтож это такое творится?

В комнату зашёл капитан, убирая бинокль и спросил:

– Были указания из штаба?

– Так точно товарищ капитан! Был дан приказ к отступлению за внутренне кольцо!

– Они издеваются? – прокомментировал доклад Капитан. – Да на всей территории до третьего кольца уже всех наших положили! А кто выжил скорее всего спрятались в метро или уже отступили из Москвы!

– Да как это получается?

Капитан посмотрел на голого меня. Потом на кота.

– Ты кто?

– Это маг с боевым опытом, лейтенант запаса, товарищ капитан! Вроде Арсений!

– Пойдёшь с нами! Опытные нам пригодятся!

– Крутая затея! Только одежду и пушку можно?

Капитан улыбнулся.

– Этого добра у нас навалом. Федоров! Принесите магу его ствол!

Я оделся в военную униформу. Она была на парочку размеров больше, чем нужно, но, когда было по-другому. Солдаты тоже подготавливались. Раненые решили остаться здесь и выиграть немного времени, чтобы мы смогли прожить подольше пока будем отступать. Все волновались!

А я? Чувствовал себя в своей тарелке. Возможно, опыт с войны…

Пока мы ждали команды капитана в мою голову приходили разного рода вопросы.

А как там Макс с Эцио в Саратове? Или, например. – Раиса Павловна с Лизой тоже эвакуировались?

– Слушай Нагломорд! – спросил я у вылизывающегося кошака. – А что твои коты сейчас делают?

– А что они ещё могут? – сказал кот переводя взгляд на окно. – Так же, как и солдаты! Убивают и умирают, пока другие бегут!

В комнату вновь зашёл капитан.

– Товарищи! Все готовы? Выдвигаемся через пять минут в сторону Павелецкого вокзала!

– Мы угоняем поезд товарищ капитан? – ехидно спросил я.

– Так точно! Но не факт, что у нас получиться добраться до вокзала, так что не веселись раньше срока!

Вскоре мы поднялись и двумя колоннами выстроились в подъезде перед металлической дверью!

Капитан продолжал:

– Фёдоров! Поведёшь свою группу вдоль правой стороны улицы! А мы вдоль левой. Лишний раз – огонь не открывать. Подыхайте тихо, пока прикрытие не привлечет на себя всё внимание или мы не займем брошенные машины! Всем ясно!

– ТАК ТОЧНО! – хором крикнули бойцы.

Капитан приоткрыл дверь. С другой стороны здания послышались выстрелы. Видимо раненые бойцы приступили к выполнению последней задачи.

– Готовность минута!

Мы стояли затаив дыхание в ожидании команды.

Капитан медленно повернулся и осматривая периметр снаружи прошептал:

– Выдвигаемся!

Два отряда вышли из подъезда и скрываясь за машинами и деревьями медленно направились вдоль Садовнической улице в сторону Павелецкого вокзала.

Не знаю как мы к этому пришли и что я забыл здесь в этот час. Но не смотря на огромное количество вопросов на которых у меня не было ответа – в одном я был уверен точно.

Не думаю, что мне доведётся ещё хоть раз поработать Клинером. Скорее всего это уже будет невозможно. И если мне доведётся пережить сегодняшний день – я обязательно брошу эту профессию. Ну а пока я жив и продолжаю идти. В эту последнюю ночь. Я побуду Клинером на полную ставку.

Простите.