Текст книги "Тематики (сборник) (СИ)"

Автор книги: Gierre

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

– Он мой преподаватель по основам генетики, – ответил Шурик. – Курс на год, начался в этом году.

– Ого, – отозвался Андрей. Было в этом «ого» что-то уважительное с ноткой сочувствия. – Биолог будущий?

– Вряд ли, – усмехнулся Шурик, запихивая замерзшие ладони в карманы куртки.

– Зачем пошел тогда? – спросил Андрей.

– Мать заставила. Сказала, что отвяжется, если получу диплом. – Он чувствовал себя на исповеди. Всегда рассказывал знакомым, что сам решил получить хоть какую-то корочку, а тут, не думая, ляпнул правду.

– Не отвяжется, – ответил Андрей. – Даже когда ипотеку возьмешь, женишься и родишь тройню.

Шурик рассмеялся – он и сам так думал. В сущности, его решение покориться воле матери было иррациональным и глупым, и, тем не менее, ему было тепло от мысли, что после сурового испытания мать все-таки «отвяжется». Верней, начнет видеть в нем кого-то, кроме двухлетнего сынульки.

– Ты на наркотики сам сел или надоумил кто? – спросил вдруг Андрей. И если бы интонация вопроса была иной, Шурик тут же пошел бы домой скорым шагом. Но в интонации не было осуждения, скорей интерес.

– Сами не садятся, – туманно ответил Шурик. Это было его глубокое убеждение. Только один единственный дебил, который первым изобрел первый наркотик, сел сам, остальных подсадили.

– Тут как посмотреть, – сказал Андрей, но в детали вдаваться не стал. – В вузе берешь?

– Да ладно вам, – фыркнул Шурик. – У нас все не настолько плохо. Левый знакомый.

– Это хорошо, – кивнул Андрей.

Что конкретно в такой ситуации было хорошего, Шурик не представлял, но спрашивать снова не решился. Вместо этого задал другой, куда более важный вопрос:

– Алексей Юрьевич попросил Криса рассказать мне про что-то. Про что именно?

– Алексей Юрьевич козел, – убежденно ответил Андрей. – Он попросил Криса сделать невозможное. Но речь шла о Теме. БДСМ, тети в латексе, мужики на четвереньках – улавливаешь?

Шурик уставился на Андрея с недоверием.

– Крис посадил тебя к небольшой компании нижних, – продолжил Андрей. – Верней, к семи нижним и одной сабе. Стас, будь он не ладен, затрахал своим уточнением. Честно говоря, я не понимаю, чего хотел добиться этим Крис, может, ему просто нужно было временно отсадить тебя от этого твоего Алексея Юрьевича.

– Я нифига не понял, – честно признался Шурик.

– Не понял про сабу или вообще? – улыбнулся Андрей.

– Не понял, какого лешего меня сюда привел Алексей Юрьевич, – ответил Шурик.

Помолчал секунду, и его осенило.

– Японский бог! – воскликнул он, ничуть не опасаясь выглядеть глупо. – Сегодня днем на семинаре я напомнил ему бородатый анекдот про сабмиссивные гены.

– Про сабмиссивные гены? – удивился Андрей.

– Да, там девочка выходит к доске рассказывать про гены и говорит, что они бывают доминантными и сабмиссивными, – пояснил Шурик.

Андрей расхохотался.

– И я сегодня эту шутку вспомнил, когда он начал спрашивать меня. Сводил погулять в парк.

– Отлично, – Андрей продолжал хохотать. – Перст судьбы просто.

– Да-да, там в анекдоте два парня на нее заинтересованно посмотрели. Теперь бы завтра еще кто не примотался, – усмехнулся Шурик.

– Это было бы слишком, – улыбнулся Андрей, отсмеявшись. – Хороший анекдот, спасибо.

– Не слышали никогда, что ли? – не поверил Шурик.

– Да у меня времени особенно на анекдоты нет, а случайно никто при встрече не рассказывал, – ответил Андрей. – Может, тебя действительно до метро проводить?

– Маленький я, что ли, – фыркнул Шурик.

– Ну, мне, субъективно – да, маленький, – ответил Андрей. – Во всяком случае, мне спокойней будет, если я буду знать, что до метро ты дошел без проблем.

– Видно, не в матери дело, – усмехнулся Шурик.

– Конечно, не в матери, – серьезно кивнул Андрей. И Шурик, посмотрев ему в глаза, понял, что Андрей не шутит, хотя и не заводит никаких мозгодробительных разговоров. Просто высказывает свою позицию, честно и без обиняков. По-взрослому. С Шуриком так не разговаривали даже одногруппники.

– Скажите, а вы… ну, вы кто? – спросил Шурик.

– В каком смысле, кто я?

– Ну, вот, вы сказали про семь нижних и саба, а вы сам кто?

– Эм, – Андрей почесал затылок, видимо, таких вопросов ему не задавали давненько, если задавали вообще. – Хорошо спросил, да. Можно я уточню, зачем тебе это нужно? Просто я не большой любитель обсуждать такое с посторонними людьми.

Шурик нырнул глубоко-глубоко в болото. С высоченного трамплина головой вниз. Ему вспомнилась картина «Офелия», где прекрасная женщина плыла по течению – мертвая, но при этом живее всех остальных. Он сейчас был мертвым насквозь. Он был болотом вокруг Офелии.

Посторонние люди.

– Я сказал что-то не то? – удивился Андрей. – Извини, но ты задал вопрос, на который я не буду отвечать в интервью журналистов.

– Нет, нормально все, – выдавил из себя Шурик. – Просто стало интересно. Забейте.

– Почему ты так отреагировал? – не отступал Андрей. – Тебя задела конкретная фраза?

Шурик пытался превратить лицо в ровную маску, чтоб не выдал ни один мускул. Попытки ни к чему не привели:

– Посторонние люди? Вот оно что, – Андрей покивал своим мыслям. – Извини, я имел в виду другое. Просто я не хочу разговаривать о себе в Теме.

Шурик кивнул, у него выхватили правду из-под носа, и теперь он не знал, куда деться.

– Ну, раз ты знаешь про сабмиссивные гены, – Андрей усмехнулся, – я – Дом.

Шурик посмотрел на Андрея с интересом и благодарностью. В конце концов, ему все-таки ответили. Посторонним людям Андрей отвечать бы не стал, а ему ответил. Значит, он не посторонний. Шурик выдохнул. В такие моменты он ощущал себя девчонкой. Пожалуй, распорядись судьба иначе, и будь он девочкой, все его попытки выйти на контакт с родителями увенчались бы успехом. Девочкам положено быть ветреными – то злится, то радуется. У них это вроде как физиологически оправдано.

– Мерзнете? – из-за двери высунулся Крис. – Заходите, мы закончили.

Возвращаться в атмосферу конфликта Криса и Алексея Юрьевича после общения с Андреем Шурику было непросто. Он сел напротив преподавателя, чувствуя себя предателем. Бросил на поле боя в самый ответственный момент. Даже не вступился.

– Саша, извини, – начал Алексей Юрьевич, выдавливая слова из себя, как будто Крис рядом сидел с обещанным пистолетом в руке. – Я должен был сам тебе все объяснить и рассказать. Я привел тебя на встречу людей, которые…

– Я понял, – прервал его агонию Шурик. – Встреча тематиков, садисты, мазохисты, все дела. Окей.

Алексей Юрьевич был сбит с толку. Шурик искренне надеялся, что теперь они перейдут на новый уровень общения без неловкого молчания и взаимных претензий.

– Ты ему рассказал?! – генетик одарил Андрея взглядом, полным ненависти. Так мог бы посмотреть на Тибальта Меркуццио перед финальной дуэлью.

– Он спросил, я ответил, – сказал Андрей, которого эмоции Алексея Юрьевича явно не трогали.

– Леш, ой, все, – нахмурился Крис. – Забей. Идите домой или куда там, ко мне можешь с этим больше не бегать. Саша, тебя это не касается. Захочешь прийти – без проблем. Только мы обычно в другом месте собираемся. Ну, надо будет, зайдешь, спросишь, где меня найти. Разберешься.

Алексей Юрьевич, злой и разочарованный, пошел оплачивать счет, не дожидаясь официантов, Крис отправился в соседнюю комнату, и Шурик с Андреем ненадолго остались одни.

– Запиши номер, – предложил Андрей. – У меня сестра на героине три года сидела. Будет нужно – я помогу.

Шурик посмотрел на Андрея с большим скепсисом, мол, вам больше всех надо, дядя?

– Ей помогли, считай, должен. Главное не ведись на уговоры – начнешь бросать, он тебя искать начнет.

– Я знаю, – кивнул Шурик. Однажды он уже попытался прекратить регулярные тусовки.

– Пойдем, – Алексей Юрьевич расплатился и уже ждал у выхода.

– Был рад знакомству, – Андрей протянул руку.

Шурик жал ее с тоскливым чувством последнего раза. Первый раз иногда даже не замечаешь, все впопыхах, как бы между прочим, а вот последние разы Шурик помнил отчетливо. И поэтому заметил на ладони золотое кольцо. Круглое, гладкое, без камней. Оно было единственным украшением. Андрей в его сознании отдалился, медленно растворяясь в череде мужей, которые изменяют своим женам. Как отец.

– Взаимно, – соврал Шурик. Сейчас он думал о том, что совершенно зря случайно открылся этому человеку. Такому же лживому, как все остальные на этой планете.

– Не хмурься, – улыбнулся Андрей.

И неловкий студент машинально скользнул взглядом по ладони еще раз.

– Кольцо? – улыбка Андрея стала шире, но теперь к ней примешались нотки горечи. – Она умерла пять лет назад. Говорят, надо снять, а я не могу. Вроде как память.

Шурик пораженно посмотрел на собеседника. Внутри взорвались тысячами сверхновых противоречивые эмоции. Сочувствие за потерю, благодарность за доверие, радость от того, что зря считал Андрея лжецом.

– Иди, тебя Алексей зовет, – Андрей отпустил руку, и до Шурика донеслось недовольное: «Сколько можно?». Напомнило отца в школе. Шурик вечно копался со шнурками, и когда отец забирал его после уроков, возня маленького ребенка его напрягала. Ругался, отвешивал подзатыльники на радость одноклассникам беспомощного Саши.

– До свидания, – прошептал на прощанье Шурик. Подумал, если сказать так, может быть, в самом деле, еще увидятся? Андрей отвернулся и пошел следом за Крисом обратно в соседний зал.

До метро было всего пять минут неторопливого шага. Алексей Юрьевич был подавлен и раздражен, разговаривать с ним у Шурика не возникло ни малейшего желания. Так и прошли всю дорогу в тишине.

– На следующей неделе контрольная, не забудь, – на прощанье сказал Алексей Юрьевич. Шурик проглотил это, кивнул и побрел садиться на подошедший поезд.

Дома его не ждали – он приходил от раза к разу. Говорил, что сидит у друзей, но сегодня стало понятно, что родители просто делали вид, мол, верят. На самом деле втихую готовились к мозгоправке. Мама встретила его равнодушным взглядом, отец завел на кухню – допросить на предмет успеваемости.

– Мы сегодня с преподавателем генетики чай пили, – рассказал отцу Шурик. – Хороший человек.

Отец промолчал, недоуменно разглядывая отпрыска. Как реагировать на такое заявление, он явно не знал.

Шурик зашел в их с братом комнату (патриот брательник служил на благо Отечества шестой месяц), уселся за компьютер и открыл окно, впуская морозный воздух. Ему предстояла бессонная ночь. Браузер, поисковик, первый запрос: «тематический клуб Москва».

До пяти утра Шурик последовательно просматривал десятки страниц, стараясь узнать как можно больше информации о мероприятии, на которое притащил его Алексей Юрьевич. Пытался вызнать про Криса, искал по адресу, даже вбил мобильный телефон Андрея – ничего дельного выследить не удалось. Тогда переключился на общие вопросы. Проглотил терминологию, заправился отзывами на форумах, и когда голова вскипела от противоречий, решил поспать.

Идти в вуз заставила мать – разбудила в десять и велела «поднимать задницу». Шурик запихнул тело в одежду и переместил его поближе к корпусу универа. Желудок ныл от боли, уже не было понятно, стоит ли Шурику есть, или лучше сразу перейти на внутривенное. Он купил гамбургер, усугубив дело, и с кислой миной потащился на кампус – ожидать начало третьей пары.

На перерыве его нашел одногруппник – Шурик даже вздрогнул от неожиданности. Тихоня Иванов Иван (характер под стать имени, ничего не скажешь).

– Минутка есть? – спросил он у Шурика, дождался кивка и продолжил. – Ты вчера на генетике пошутил интересно.

Шурик посмотрел на собеседника и выхватил на лице «многозначительность». Его чуть не разобрал дикий хохот. Только вчера они с Андреем представляли себе гипотетическую ситуацию, и вот, нате, приехали.

– Пошутил, да, – Шурик решил сыграть дурачка. Собственно, на момент шутки он и был, в каком-то смысле, дурачком, весьма далеким от подобных хобби. Теперь, по крайней мере, он знает терминологию, но, в принципе, не такая уж это ложь – показать незнание.

– У меня друг один есть, – начал Иван издалека. – Он рассказывал, что пару раз у них с девчонкой типа такого было.

Шурик пожал плечами:

– И че?

– Ну, я подумал, а ты сам? Не?

Шурик снова пожал плечами, показывая полную незаинтересованность в теме, в Теме и в текущем разговоре.

– Ясно, ну, извини, – Иван отступил, и Шурик почувствовал себя победителем.

День прошел как всегда. Скучно, уныло, максимально биологично и по-студенчески. К вечеру Шурик раздумывал, можно ли считать суицидом переход дороги в неположенном месте. И, если нельзя, сколько у него будет попыток? За этими мыслями его застал в коридоре Алексей Юрьевич.

– Саша, можно тебя на пару минут? – спросил генетик.

Шурик сразу вспомнил, как с таким же вежливым вопросом обратился к хохотушке Лере странный Станислав. Как там его фамилия?

– Саша, слышишь меня? – переспросил Алексей Юрьевич.

– Да, да, можно, конечно, – заторопился Шурик. Мысленно он все еще был в кафе за столиком с «семью нижними и одним сабом». Думать о Лере было приятно, он понял, что вполне мог бы подружиться с ней. Жизнерадостной, доброй, искренней девчонкой.

– Хотел тебя попросить, чтобы ты никому не рассказывал о том, что мы вчера…

– Само собой, Алексей Юрьевич, – кивнул Шурик. Хранить секреты? Что может быть проще. Внутри Шурика секреты обрастали историями, превращались в легенды и предания, и ему особенно приятно было, когда эти тайны никто не трогал. Появлялось чувство безопасности.

– Спасибо, – поблагодарил генетик и пошел по своим делам.

Надо же, и в две минуты уложился!

По пути домой Шурик задумался о том, что его ждет в квартире. Мать просканирует сетчатку глаза, опознает сына и предложит ужин. Он откажется, потому что есть ужин, который тебе предлагает робот, опасно и противно. Отец опять задаст вопрос об успехах в вузе, но когда Шурик ответит, у родителя случится крах системы. Алгоритм простой:

Спросить сына, все ли нормально в вузе, если да – похвалить, если нет – отругать.

Любые реплики, которые выбивались из «да» и «нет», ставили отца в тупик. Все разговоры заканчивались, Сашу гнали спать или учить «уроки».

Теперь было отчасти понятно, почему они ведут себя так последний год. Подозревали (и не зря), что их сынок подсел на дурь. Конечно, тут любой начнет опасаться.

Только ведь на дурь-то он подсел недавно. Или они как бы заранее это предполагали? Поставили, так сказать, крест в день рождения?

Ноги понесли Шурика к метро, где он сел на поезд, не думая о направлении, а через полчаса увидел перед собой знакомую дверь. Огромных усилий ему стоило подойти к бармену и задать сокровенный вопрос:

– Где мне найти Криса?

Бармен посмотрел на него оценивающе, а потом уточнил:

– Это вы вчера с Андреем за столиком сидели?

Шурик кивнул.

– Можете зайти в соседнюю комнату, Крис сегодня там. Пить что-нибудь будете?

Шурик ничего не хотел пить. Он хотел есть, но как-то все забывал, в конце концов, существуют вещи и поважнее.

Прошел в соседний зал, отыскал взглядом Криса и замер. В голове возник вопрос, который задать нужно было до того, как Шурик сел в вагон метро.

– Саша, привет! – Крис махнул рукой, намекая, чтоб гость не стеснялся и шел сам. Шурик на ватных ногах добрался до столика.

– Добрый вечер, – он сам протянул руку. Кажется, так вежливо? Раньше ему не приходило в голову здороваться первому.

– Добрый-добрый, – Крис пожал руку и похлопал по свободному стулу. – Садись. Леру ты знаешь?

Леру Шурик знал, но когда посмотрел на сидящую напротив Криса девушку, засомневался в своем убеждении. Размазанная по щекам тушь, искусанные от волнения губы, желтый, нездоровый цвет лица. Даже кудряшки, кажется, сникли.

– Знаю, – ответил Шурик. – Привет.

Посмотрев на Шурика, Лера громко разрыдалась.

– Садись-садись, – Крис еще раз похлопал по стулу. – Вот Саша здесь второй раз, так? Садись, Саша. Давай я расскажу тебе историю, и ты мне расскажешь, что ты об этой истории думаешь, хорошо?

Шурик кивнул. Истории, в принципе, он любил, хоть и был удивлен такой постановкой вопроса. Чего он может такого думать?

– Лера три месяца была сабой у Станислава Валерьевича, – начал Крис. Лера зарыдала еще громче. – Станислав Валерьевич у меня в клубе десять лет, и было у него, если память мне не изменяет, двадцать семь или двадцать девять нижних. Основательный человек, да? Лера про это знала, да, Лера?

Женщина кивнула и стала рыдать еще громче – Шурику показалось, что она хочет занять первое место в негласном конкурсе.

– Станислав Валерьевич у нас очень требовательный верхний, этикеты знает, договоры пишет, юриста нанял, – Крис фыркнул. – У них с Лерой было важное условие. Да, Лера?

Лера кивнула. Рыдать сильней у нее не вышло – осталась на прежнем уровне.

– Условие было довольно простое – Лере нельзя было встречаться с ванилькой, даже ради шутки. Никаких отношений, кроме Станислава Валерьевича. И что произошло, Лера?

Ответить Лера не могла – задыхалась рыданиями.

– В общем, Лера влюбилась, и несколько недель успешно совмещала Станислава Валерьевича и некоего Витюню. Станислав Валерьевич об этом узнал, разгневался и рассказал мне, поставив звонкий ультиматум. Мне-то, конечно, смешно, но ультиматум существует. И теперь либо я запрещаю Лере приходить на клубные мероприятия, либо Станислав Валерьевич никогда больше на них не появится. Как думаешь, Саш, за кого мне заступиться? – Крис, довольный рассказом, откинулся на спинку кресла.

Шурик задумался, в душе снова стало неспокойно. Он понимал, что его ответ принимать в расчет не будут, и зависит от него только одно – будет Лере легче или не будет.

– Двадцать семь человек, вы сказали, – начал он. – На десять лет это больше одного человека в год. И он никогда их не совмещал?

– Никогда, – довольно улыбнулся Крис. Судя по всему, происходящее начинало ему по-настоящему нравится. Он засветился энтузиазмом. – Был верен от начала и до конца. Два раза у него было сразу два нижних, но он ставил их в известность сразу.

– А у него есть жена? – спросил вдруг Шурик. И Крис расхохотался на весь зал.

– Умница! Мой герой! Вот о чем тебе, Лера, надо думать, – он наклонился к растерянной женщине. – В этом году ко мне и к Филиппу не ходи. Зачем тебе лишняя вонь? Он найдет себе кого-нибудь еще, успокоится, и все будет в порядке. Но в следующий раз, бога ради, не связывайся с таким маразматиком.

Лера ушла в туалет – Шурик решил, что «доревывать».

– Так, теперь ты, чего пришел? – Крис приступил к допросу: пересел на стуле поближе к столу, поставил на столешницу руки, сложив пальцы в замок, и положил на них подбородок.

– Не знаю, – честно ответил Шурик. – Идти некуда было.

– Ну, для начала сойдет и так, – ответил Крис. – Какие планы на вечер?

– Не знаю, – повторил Шурик. – Посижу, если не выгоните.

– Посиди, – легко согласился Крис. – Тебе работа не нужна? Вид у тебя такой, что деньги не помешают. Без обид.

Шурик не обижался. Одевала его мать, отец только иногда мешал ей дельными советами про солидность. Шурик носил вещи прошлых эпох, пытаясь вписаться в суровую действительность. По такому случаю сегодня он нацепил старинный свитер (винтаж – сказали бы некоторые) и затертые до дыр удобные джинсы.

– Бармен нужен, – не дождавшись ответа, продолжил Крис. – Неполный день, до часу ночи.

– Я не умею, – признался Шурик. Последний раз, когда он попытался смешать водку с газировкой, вышло очень похоже на конфетку «Вырви глаз» из детства. Наутро действительно хотелось вырвать глаз. И печень.

– Не страшно, почитаешь в интернете про коктейли. В основном, нужно кофе-машиной пользоваться, заваривать чай и разливать вискарь по бокалам. Главное оставаться при этом трезвым и вежливым – осилишь?

Собеседование привело Шурика в замешательство. Особенно в контексте того, что он знал наверняка – Крис в курсе наркотиков.

– Чего смотришь? Соглашайся, давай, а то Лере предложу. Она тоже обаятельная, хоть и с прибабахом.

– С прибабахом? – удивился Шурик.

– К Стасу нижней пойти – это надо головой удариться, – пояснил Крис.

– Так почему вы его пускаете тогда? – Шурик удивился еще сильней.

– Кого? Стаса-то? Ну, формально он ведёт себя адекватно. Все рассказывает заранее, обрисовывает ситуацию. Не зря же нашлось на него тридцать дебилов. Тут ведь на вкус и цвет не угадаешь, Саш. По мне – дуб дубом, а Лера вот души не чаяла, – ответил Крис. – Решай с работой, вон она идет уже.

Шурик, сбитый с толку, внезапным предложением, кивнул.

– Вот и отлично. Пока учиться будешь, походишь к Иннокентию по вечерам – он тоже недавно барменом заделался. Раньше у друга моего администратором работал. Научить сможет быстро. Хороший мужик.

И Крис отправил Шурика самостоятельно знакомиться с хорошим мужиком.

– Здравствуйте, – говорить приветствие первым было непривычно и жутковато. Бармен за стойкой методично протирал бокалы, как в старых американских фильмах. Насмотрелся – не иначе.

– Привет, – ответил он. – Крис отправил?

– Угу.

– Что-нибудь нужно?

– Да я, ну, вроде как, ну, на вторую смену пойду, – выдавил из себя Шурик.

– А, вот оно что! – Иннокентий обрадовался и побежал к противоположному концу стойки. – Иди сюда, заходи, покажу, где что.

Шурик удивился тому как степенный Иннокентий стал живым и веселым. И обрадовался, что такая метаморфоза произошла по его вине. Сгодился, хоть на что-то.

Первые шаги в деле бармена оказались до смешного простыми – Иннокентий рассказал, где находится посуда, подносы, мерные емкости, кассовый аппарат, салфетки и прочая мишура. Шурик вникал жадно и быстро, стараясь с первого раза запомнить все мелочи. Например, салфеток нужно класть сразу две, и лучше больше, чем меньше. Если бокалы не использовали весь день, их перемывают. Никаких «не найдется ли без сдачи?», никакого «подождите минутку». Только точные ответы: пять минут, десять, пятнадцать. Клиент сам решит, надо ему ждать или нет. Крис, по словам Иннокентия, за такое разгильдяйство голову выкручивал против часовой стрелки.

Время пролетело мгновенно. Шурик наблюдал за тем, как работает Иннокентий, подмечал частые заказы – немного, но все подспорье на будущее. Совершенно внезапно ему понравилось то, что он делал. Это было не просто, интересно, разнообразно и, самое главное, хорошо выполненная работа делала людей счастливыми. Иннокентий даже нарисовал елочку на капучино на глазах изумленного ученика.

В одиннадцать Крис отправил Шурика домой. Выгнал из зала, чуть ли не пинками, сунул в руки стольник на шоколадку и завернутый в бумагу бутерброд – поесть по дороге. Шурик тащился по холодной столице, уплетая вкуснейшую еду, сжимал свободной рукой стольник, и мечтал, чтоб следующий день наступил поскорее. Душу грела сама мысль о том, что кто-то в него по-настоящему поверил. Настолько, что готов предложить работу. Самую настоящую работу. С зарплатой и всем таким прочим.

Мать, которая предложила ужин, он проигнорировал и к отцу не пошел вовсе. Лег спать после напряженного дня и захрапел, едва голова коснулась подушки. Никаких снов, никаких тревог – только здоровый отдых.

Утром отправился в универ. Пары шли, он поглядывал на стрелки часов, считая минуты до заветного окончания занятий. В телефонной книжке теперь были Иннокентий и Крис. Два хороших человека, и это не считая Андрея, которого Шурик записал еще позавчера. Жизнь налаживалась. Записал он их, правда, не поименно, а с порядковыми номерами и припиской «Тема».

– Саша, а что ты делаешь вечером? – спросил столкнувшийся со студентом в коридоре Алексей Юрьевич.

Шурик удивленно посмотрел на преподавателя.

– Да по делам иду, Алексей Юрьевич, – ответил студент. Ему стало не по себе, рассказывать о встрече с Крисом он не хотел. Тем более о предложенной работе.

– Опять к своим отморозкам? – нахмурился генетик.

– Нет, никаких отморозков! – запротестовал Шурик. Не хватало ему еще недоразумений. – Я же сказал, что всё. Значит, всё.

– И какие у тебя дела? Пять часов вечера, тебе еще доклад готовить, – Алексей Юрьевич скрестил руки на груди. Стало ясно, что проблем не избежать.

– Да мы на футбол идем, – Иванов Иван возник, как черт из табакерки.

– На футбол? – генетик удивился.

– Сегодня ж факультетский матч, – Иван убедительно удивился в ответ. Дескать, как же так, Алексей Юрьевич, что ж вы не в курсе таких вещей?

– Ну, раз так, удачи вам, – генетик пошел по своим делам, явно расстроенный.

– Спасибо, – Шурик тоже пошел к выходу.

– Стой-стой, услуга за услугу, – Иван увязался следом.

– Я не просил помогать, – возразил Шурик.

– Но ведь не отказался, – парировал Иван.

– Ладно, только быстро, я, правда, спешу, – Шурик мысленно уже был в кафе и учился рисовать елочку на капучино.

– Пара минут, – пообещал Иван. – Я проект делаю по социологии, хочу автомат получить. Ответишь на вопросы анкеты, делов-то.

– Валяй, – ответил Шурик. Звучало неплохо – почему бы не помочь Ивану с автоматом? В конце концов, без него Шурик сейчас наблюдал бы, как трахает ему мозг доебчивый генетик.

– У меня диктофон в сумке, я в аудитории оставил, – ответил Иван. – Пошли, там спрошу. Ты полетел сразу после лекции – я боялся, что не успею поймать. Сдавать на той неделе, все дела.

– Да-да, конечно, – Шурик заторопился к аудитории. Зашел внутрь и заметил пару незнакомых студентов. Они смотрели на Шурика очень странно. Во взглядах читались нетерпение, интерес и… похоть? Шурик отшатнулся – подобное он чувствовал безошибочно. Сколько раз к нему пытались «подкатить» в притонах – не сосчитать. Блеск в глазах, улыбка, поза – он отличал такие вещи за секунду. Развернулся и хотел выбежать, но Иван уже закрыл дверь на ключ.

– Сказал, что нужно отрепетировать речь, – он помахал ключом перед носом Шурика. – У нас целый час.

Шурик бросился вперед, чтобы отобрать ключ, но незнакомые ребята схватили его с двух сторон, повисли на плечах и заставили согнуться.

– Просто так, говоришь, ляпнул? – усмехнулся Иван. Вдруг он перестал быть безликим и серым, в нем проявилось черное отчаяние и горькая усмешка. Шурика подобная комбинация мгновенно приводила в ужас. Любые драки, все побои начинались с этого. – Что ж ты такой мудак-то, а?

Иван положил ключ в карман. Сейчас он был совсем не похож на себя «обычного».

– Ну, и как ты любишь больше? С перепихом или без? – Иван наклонился поближе к лицу Шурика – должно быть, чтоб посмотреть на реакцию. – Видимо, с перепихом.

– Помогите! – заорал Шурик во все горло. И успел сделать это еще дважды, прежде чем ему заткнули рот. Последняя пара закончилась, но кто-то ведь должен был идти по коридору. Или просто работать на этаже.

– Будешь орать, – Иван достал из заднего кармана джинсов смартфон и показал Шурику. – Отнесу декану.

На экране Шурик увидел знакомый снимок. У него сложилось ощущение, что снимок этот кто-то ради шутки разместил фотографией у него на страничке «Вконтакте». Мычать он перестал – впал в ступор. Ладно, дядя – тот, небось, и не такое видел, но снимок ведь покажут матери, а такого Шурик точно не переживет. Единственное, что ему нравилось в предках – те не открещивались от своего Сашеньки. Гнобили, игнорировали, втаптывали в грязь, но всегда признавали, что он их сын, и что они – его любимые папка с мамкой. После такого фото можно сразу искать себе место на кладбище в другом конце города. Никаких больше семейных праздников, звонков после одиннадцати, нравоучений. Жизнь превратится в настоящий, чтоб ему, рай.

– Поиграй с нами, а мы тебя отпустим, – обманчиво ласковым тоном предложил Иван. – Ничего такого, жестить мы не будем.

Шурик решил выслушать предложение – выиграть время. Взгляд блуждал по комнате рассеянно и обманчиво вяло, он искал любой намек на спасательный круг. Любую возможность вырваться. Как назло, ни одного тяжелого предмета, ничего, похожего на палку, только скамейки и столешницы, да еще трибуна для лектора. Не мелками же бросаться в обидчиков. Потом он задумался, на каком этаже находится кабинет. Второй или третий?

– Вот, хороший мальчик, тебе же нравится такое. И нам нравится. Поиграем, разойдемся, все довольны, – продолжал Иван. – Виталик, тащи веревки.

Виталик отпустил правое плечо Шурика, и тот, почувствовав свободу, изо всех сил дернулся назад, выскользнул и побежал к окну. Распахнул одним быстрым движением и прыгнул вперед, ни о чем не думая. Одного единственного «поиграем» Шурику было достаточно, чтоб броситься в жерло вулкана. Такие вот «игры» он наблюдал неоднократно и частенько был их активным участником. Дети жестоки – так, кажется, говорят?

Этаж был всего лишь вторым, и если бы дело происходило зимой, Шурик мог отделаться испугом и насыщенными впечатлениями. Но на дворе была поздняя осень, земля затвердела после дождей и морозов, и удар оказался болезненным. Шурик с трудом поднялся на ноги, осмотрелся и поковылял в сторону метро. Он был уверен, что Иван, Виталик и их пока еще безымянный товарищ не отпустят игрушку так быстро. Компромат его не волновал – на другом конце были веревка, игры, перепих. Нет уж, лучше лишиться родительской любви.

Он успел дойти до метро, когда понял, что преследователи догоняют – обернулся в очередной раз и заметил знакомые силуэты вдалеке. Выхватил телефон, начал искать Криса, но телефоны смешались: все начинались со слова «Тема», а дальше шли безликие цифры. Шурик не хотел палить имена новых друзей, мечтал сделать, как лучше, а теперь это обернулось боком.

– Алло, – номер наугад, вдруг повезет, и это будет Крис? Встретить-то ему уж точно будет не проблемно. Хотя, вдруг сегодня он как раз в другом месте? Лучше Иннокентий. Пускай Кеша, тот возьмет с собой еще пару ребят, и Шурик спокойно дойдет до кафе.

Звонить родителям в такой обстановке не пришло в голову хотя бы потому, что отец еще на работе, а мать – ну, что мать? Просить ее спасти от извращенцев? Это уже не по-девчачьи, это по-мудацки.

– Да, здравствуйте.

Голос Андрея. Конечно, из трех вариантов он выбрал самый ебанутый.

– Извините, случайно набрал, – ляпнул Шурик и уже хотел нажать кнопку сброса, как услышал не то крик, не то вопль:

– Стой!

Шурик остановился, хоть это и означало сократить дистанцию с преследователями. Хоть в ментовку иди!

– Ты под кайфом?

– Нет, – прошептал Шурик. – Нет, – повторил он для убедительности.

– Что-то случилось?

Как в воду глядит просто.

– Да нормально все, я слу…

– Что случилось?

– В вузе… одногруппник, они за мной идут, – сбивчиво объяснил Шурик. «Они за мной идут», – попахивает паранойей.

– Сколько их и где ты?

– Трое, – Шурик обернулся и заметил, что в запасе у него осталось не больше минуты.

– Рядом есть метро?

– Есть, – Шурик посмотрел на заветную «М» возле лестницы.

– Найди полицейского, скажи, что тебе угрожают.

– У меня денег нет, – признался Шурик.

– На какой станции?