Текст книги "Империум. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Findroid

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21

Тронный зал светлого князя саратовского, Григория Александровича Сафронова, был просторным и величественным, но без излишней роскоши: высокие сводчатые потолки украшены резными деревянными балками, а стены обтянуты тяжелыми шерстяными гобеленами с изображением сцен охоты и военных побед Саратовского княжеского рода. В центре зала, на небольшом возвышении, стоял княжеский престол – широкий, резной, обитый темно-бордовым бархатом. За спиной же висел огромный герб Сафроновых: золотой медведь на пшеничном поле, что говорило одновременно и о силе рода, и о благоденствии его земель. Во время пиров князь очень любил рассказывать прибывшим ко двору купцам и послам о том, как герб появился. Как его прадед, прозванный Саратовским Медведем, голыми руками победил огромного потапыча, шкуру которого, впрочем, по недальновидности, похоронили вместе с ним. Григорий всегда считал это большой потерей, ведь ей можно было хвастаться перед гостями.

Сам князь Григорий Александрович сидел на престоле, слегка откинувшись на спинку. Его некогда мощная фигура теперь казалась чуть ссутулившейся, а седина, пробивающаяся в густой бороде и волосах, выдавала возраст. Лицо князя, испещренное морщинами, всё ещё сохраняло следы былой строгости и властности, но в глазах читалась усталость. Лучшие годы его жизни остались позади, и теперь он больше полагался на опыт и хитрость, чем на силу и решительность. На нем был темно-синий кафтан, расшитый серебряными нитями, а на груди висела цепь с княжеским знаком – тем самым медведям, что и на гербе.

Герольд, разодетый в ярко-красный кафтан с золотыми пуговицами, громко объявил:

– Великий княже, ко двору прибыл граф Семён Валентинович Строганов!

Князь скривился, едва слышно вздохнув. Он не любил этого молодого графа и до конца не понимал, что такого его дочь Клавдия в нём нашла. Бесхарактерный, слабовольный, но достаточно преданный, чего о многих придворных князь сказать не мог. По крайней мере, в его преданности князь мог не сомневаться и поручал дела, которые не требовали принятия особо сложных решений. Впрочем, сейчас был слегка другой случай.

В Вольнове творится что-то неладное, про это уже ходит очень много слухов. Изначально все должны были подумать, что барон Вольнова, Градов, отвернулся от Охранителя, и поселение оказалось разорено демонами, после чего туда должны были явиться люди барона нижнереченского и вместе с волхвом восстановить охранителя и установить над городом новую власть. Только вот всё пошло совсем не по плану.

Вначале отправленный туда для «зачистки» отряд мракоборцев бесследно пропал, но тогда князь подумал, что они нашли много выживших и решили их продать в Самару, в рабство. Такое случалось, особенно с бабами посимпатичнее. Тут-то у вольновцев могли быть семьи или друзья, а вот там уже вряд ли. Но видимо, зря он так подумал, потому что отряд воинов барона нижнереченского, возглавляемого его старшим сыном Аркадием, вместо опустевшего, мертвого города внезапно обнаружил самую настоящую крепость!

Неслыханно!

Когда один из воинов барона нижнереченского сообщил об этом, князь рассмеялся и чуть было не велел выпороть того за ложь. Каменные стены в Вольнове? Это даже не смешно. Там была каменная башня, князь прекрасно об этом знал, говорят, её возвели ещё во времена, когда сам Всеволод Охранитель ходил по земле, и та башня была его домом. Но такое лишь смешило, башня была маленькая и едва ли могла служить домом такому невероятному человеку. Не могли вольновцы построить каменную стену, не было у них ни ресурсов, ни людей, а даже если бы попробовали, то князь узнал бы об этом давным давно.

И тем не менее, о стене говорили все те, кто спасся из Вольнова. Воины говорили о том, что барон Градов продал душу мраку, колдуном стал и с помощью своей ворожбы разбил воинство нежнереченцев, и требует нынче выкуп у барона нижнереченского за сына своего. Чтобы разобраться с ситуацией, Илья Владиславович отправил туда своего лучшего человека, богатыря Филатова. Кому, как не ему справляться с грязными колдунами? Слава Андрея Филатова шла впереди него, но и он не справился. Что там случилось, не рассказывал, но наличие стен подтвердил, а ещё что все люди барона нижнереченского мертвы, не считая баронета, тот остался заложником.

Попросил Филатов у князя дружину его лучшую, витязей из отряда Черного Топора, и князь не стал отказываться. Ему самому было выгодно, чтобы проблему с Вольновым решили как можно быстрее. Выделил он воинов, но для пущего эффекта убедил взять с собой графа Строганова. Князь уже не первый раз поступал таким образом, давал мальчишке поручение, которое на самом деле выполняли другие люди. Это создавало тому определенный образ, и среди приближенных многие стали относиться к графу очень серьезно, словно тот на самом деле был важным и влиятельным человеком.

Филатов вместе с богатырями из Черного Топора должен был покрошить колдуна и его слуг, передать город под власть нижнереченского барона. Всё.

Но… что-то пошло не по плану.

Строганов зачем-то решил вступить в переговоры с колдуном, и хуже того, позволил тому влезть себе в голову. Князь сам не верил, что слышит безумную историю об охоте на демонов мрака и убитом драконе. А парень все не унимался, нахваливал этого барона Градова и рассказывал, какое чудное это место, как тот собирается изменить все их княжество в лучшую сторону и изгнать демонов с этих земель навсегда.

– ДОВОЛЬНО! – рыкнул князь, и его возглас разнесся по залу. – Всё прочь! – но жестом велел вмиг побелевшему графу стоять на месте.

Дождавшись, когда все уйдут из комнаты, а стража закроет дверь, князь неторопливо встал с трона и прошел к столу с яствами. Неподалеку всегда стоял накрытый стол на случай, если князь или его близкие проголодаются.

Григорий Александрович неторопливо наполнил серебряный бокал вином, пригубил его, а затем зарычал и бросил кубок прямо в нерадивого «сына». Тот ударил графа по голове, и юноша упал, схватившись за лоб, а миг спустя увидел на собственных пальцах кровь.

– ПРИДУРОК! Это ж надо было такому уродиться! Это ж надо было моей кровиночке выбрать такой никчемный кусок дерьма, как ты! Да ты хоть понимаешь, что, во имя Охранителя, ты несешь⁈ А⁈ Что за ересь ты сеешь среди моих людей⁈

– Но…

– ЗАТКНИСЬ! – князь едва не задохнулся от ярости. – Тебе ведь был дан ясный приказ: взять людей и отправиться в Вольнов. Решить проблему в Вольнове, да ещё и чужими руками – что может быть проще? Тебе не нужно было делать вообще ничего. НИЧЕГО! Ни говорить с бароном, ни торговаться, просто дать воинам сделать свое дело. Но нет, ты с чего-то решил, что главный.

– Но вы ведь сами…

– Я сказал заткнуться! Заткнуться и слушать, бестолковая твоя голова! Я назначил тебя главным, чтобы все думали, что ты главный, что ты что-то решаешь, хотя твоя основная задача – стоять в сторонке с важным видом, – не удержавшись, князь кинул в графа ещё несколько слив и яблоко. Немного выпустив пар, князь вернулся обратно к трону, взгромоздился на него и гневно взглянул на сжавшегося на полу отрока. – Этот человек убил свою жену, своего ребенка, и лишь стараниями его отца ухитрился сохранить голову. И ты восхищаться им вздумал⁈ – князь рыкнул, сделал глубокий вдох и продолжил: – А теперь слушай повеление своего князя. Ты приведешь себя в порядок, а завтра, на рассвете, вернешься в Вольнов вместе с Черным Топором.

– Но… Но ведь… Ведь баронет Синицын освобожден, и мы…

– Это неважно. На моих землях рассадник ереси, злобный колдун, что туманит разум людям. Если об этом узнают в Новгородском царстве, сюда пришлют армию, тысячи мракоборцев, каждый из которых будет как богатырь Филатов или даже сильнее. И они сожгут не только Вольнов, они, тупая твоя голова, придут сюда, в Саратов. в мой двор и спросят, как это князь проигнорировал колдуна на своих землях, не в сговоре ли он с ним.

Теперь граф побледнел ещё сильнее. Он стал понимать, в какой ситуации оказался и что стоит на кону.

– Понимаешь теперь, да? Либо Вольнов, либо мы. А теперь иди и покончи с этим, пока не случилось непоправимого.

* * *

Разделкой трупов в этот раз занимался не только я, но и Ксения. Как профессиональный охотник она была хладнокровна, и её нисколько не смущала необходимость копаться в чьей-то грудной клетке. Даже и бровью не повела, когда я поручил ей это дело. Вместе мы вскрыли всех шаманов, но удача повернулась к нам лишь с одним из них. Девушка извлекла небольшой красный камень, чуть больше ногтя, который сразу же передала мне. Что ж, меньше, чем хотелось бы, но учитывая, что это империум, очень даже неплохо. Если бы это был обычный синий камень маны, такого не хватило бы, чтобы восполнить запасы моего магического ядра, а вот империум такого размера может полностью восполнить мои запасы раз двадцать, а то и больше, прежде чем истощится.

Паук принес нам ещё один, чуть большего размера, что в итоге давало мне три стабильных империума, которые можно носить с собой и которые будут восполнять свой запас, когда совсем рядом будут умирать монстры искажения. Есть ещё мнение, что если носить при себе империум и часто его использовать для восполнения собственных сил, то станешь гораздо сильнее как одаренный. Это слухи, никто настоящих исследований не проводил на эту тему, но за свою жизнь доводилось их слышать не раз и не два. Будем проверять собственнолично.

– Юлианна, этот тебе, – бросил я девушке самый большой. Та ловко его поймала и удивленно посмотрела на меня, а я тем временем уже бросил второй, который достала Ксения, Лёне. – А этот тебе, – и снова повернулся к черноволосой воительнице, – свой синий отдай Ксюше.

– А почему не красный? Я же его добыла.

Тут я удивился, наша невозмутимая снайперша внезапно недовольно надула губки, правда, тоже сделала это словно безразлично. Удивительно, как это у неё выходит.

– Скажи, сколько в тебе сейчас энергии? – прямо спросил я.

Девушка задумалась, заглянула внутрь и через десяток вдохов ответила:

– Почти вся. Немного усилила выстрелы через винтовку, но это немного отняло.

– А ты, Юлианна?

– Почти пустая, едва на ногах стою.

– Вот поэтому ей и красный, – заключил я. – Ты не тратишь столько силы, сколько она.

– Хорошо, я поняла, – сказала Ксения, развернулась и куда-то зашагала. Я проводил её взглядом, но ничего не сказал.

Ксения порой так себя ведет, но не стоит принимать это близко к сердцу. Скорее всего, решила отправиться на разведку к лагерю и посмотреть, что там да как, перед тем, как мы отправимся туда полным отрядом.

Пока занимался разделкой шаманов и паука, заметил ещё одну любопытную деталь: то ли уровень контроля моей силы увеличивается, то ли я сам становлюсь сильнее, но теперь я могу безошибочно найти все мои метательные снаряды, использованные в битве. Тут ведь куча разного металла: ржавые доспехи, мечи, обитые металлом дубины – во всем этом я практически сразу нашел нужное мне и притянул к себе.

Жаль, пока не очень представляю, как это использовать помимо такой ситуации, но всё равно приятно. Нет необходимости обшаривать гору трупов в поисках моих вещей.

Мое отдыхающее воинство расположилось в паре десятков метров от устроенного побоища. Вначале думали вернуться к выходу, а потом я махнул на это рукой. Смысл? Нам нужно просто перевести дух, а затем отправиться в лагерь гоблинов, взглянуть, сколько тех осталось, и если немного, то просто добьем. Не думаю, что вторая схватка будет такой же долгой и сложной, как первая.

Пока все отдыхали, Юлианна отпросилась отделиться от группы и пройти к ручейку, чтобы смыть с себя остатки грязи. Тут всем по-хорошему неплохо было бы помыться, но Юлианна, в отличие от остальных, искупалась в потрохах паука, а у них уж очень неприятный запах. Я вон лишь руки немного запачкал, полил руки из фляги после, и вроде нормально.

Поднес руки к носу, поморщился.

Нет, погорячился, не нормально. Но тут одной водой не справишься, надо хорошенько попариться.

Юлианна вернулась минут через двадцать, заметно посвежевшая. Избавилась от большей части грязи на одежде, распустила косу, видимо, чтобы вымыть голову, как полагается, и заплетать обратно не стала, ограничившись простым тугим хвостом. Ей шло, как по мне, даже больше. Заметив мой взгляд, девушка улыбнулась, проходя мимо, но ничего не сказала.

И впрямь палимся.

Ладно, плевать, это мелочи на самом деле.

Я убрал камень от лица, перестав вытягивать из него энергию. За время отдыха успел пополнить запасы магического ядра процентов на семьдесят. Вполне неплохо, но вот у других, к сожалению, всё не столь оптимистично. Я-то наученный, как из подобных камешков энергию впитывать, пополняя внутренние запасы, а вот мои товарищи только учатся. Но, справедливости ради, и их магические ядра сейчас совсем слабые, заполнить их не так уж сложно.

– Слушай команду, – крикнул я, поднимаясь на ноги. – Ещё десять минут отдыха, и собираемся. Идем к лагерю гоблинов, попробуем добить их.

Глава 22

К лагерю гоблинов шли неторопливо, попутно пополняя запасы магической энергии из камней. Ксюша, ушедшая вперед, ждала нас неподалеку от главного входа во вражеский стан.

– Мы действительно многих перебили, – сообщила мне она. – Оставшиеся укрепились в центре, но там целых два паучьих наездника. Будет сложно справиться и с ними, и с гоблинами.

– Скорее всего, босса обороняют. Собрал оставшихся, чтобы защитить себя, – сделал я предположение из озвученного. Подобная тактика нередка среди полуразумных монстров вроде гоблинов.

– Попробуем их выманить или просто атакуем в лоб? – спросила Юлианна, поправляя перчатки.

– Вначале осмотримся, – решил я и, не скрываясь, прошел непосредственно в лагерь гоблинов. То, что они меня могут заметить, не слишком волновало – босс вряд ли позволит остаткам своей армии уйти в погоню за одиноким человеком. Остальной отряд держался рядом, был фактически в пятнадцати-двадцати метрах от меня, но скрыт для гоблинов их же частоколом.

Прямо сейчас остатки монстров готовились к битве: строили импровизированные баррикады, ставили позиции. Вели себя очень разумно, я бы даже сказал, слишком разумно. Во время прошлого замеса в лагере ничего подобного и близко не было. О чем это говорит? О том, что босс кто-то вроде полуогра или…

Пока я об этом размышлял, заметил в стане врага некоторое движение. В той части, где располагались самые большие и внушительные постройки, появилась рослая зеленая фигура. Да ну… Быть не может…

– Ксюш, дай винтовку! – крикнул я девушке, которая стояла чуть позади. Та без лишних слов бросила её мне, и я, вскинув оружие, припал к прицелу. – Охренеть…

– Что там? – заинтересовался Лёня, переминаясь с ноги на ногу, так и порываясь покинуть укрытие.

– Орк, – ответил я, наконец опуская винтовку и отступая за стену.

Это очень странно. Орк? В качестве босса портала? Не то что бы невероятно, но в отличие от каких-нибудь кобольдов или гоблинов, орки считаются разумной расой. У них есть культура, язык, по мнению многих, они варварский народ, но тем не менее. Слышал я, что у одного генерала с фронтира северного пробоя жена орчанка, правда, не уверен, что это правда.

Но наличие орка в качестве босса многое ставит на свои места. Он умен и силен, самый лучший лидер для такого отребья, как гоблины и полуогры. И то, что он послал большую часть лагеря за нами, лишь подтверждает это. Будь наш отряд меньше и не используй мы выстроенное Лёней поле боя и тактику, нас бы просто массой задавили. А так устояли и даже отделались малой кровью, никто не погиб.

Орк и сам понимал, что его воины не вернутся, и теперь пытался выстроить оборону, чтобы продать свою жизнь подороже. Издалека видно, что он ставит лучников на позиции, и тех чуть ли не половина всех имеющихся войск. Полуогры служат бойцами ближнего боя, а все гоблины вооружились луками. Стоит нам подойти, как на нас обрушится целый ливень из каменных стрел.

Мда…

Я бы предложил их перестрелять, но у нас патронов мало осталось. У Ксении чуть больше магазина, у второго стрелка патронов пять вроде осталось или около того. Я вот вообще пуст, револьвер висит на поясе с пустым барабаном. Не хватит, чтобы всех перестрелять, там одних гоблинов под сотню и полсотни полуогров. Про двух пауков я вообще молчу, эти твари живучие, так просто их не возьмешь.

Вырисовывалась так себе картина на. Сунемся – нас нашпигуют огромным количеством стрел. И даже если укроемся щитами или вроде того, нам ведь ещё баррикады штурмовать, а там и с полуограми биться. Нет, в лоб мы точно штурмовать это место не станем, так есть риск не просто кого-то потерять, а вообще всем лечь.

В идеале мы могли бы просто отстреливать врагов издалека, дальность винтовок позволяет, но всё упирается в то, что у нас просто нет столько патронов. Запас пороха, казавшийся в прошлом таким большим, с моими аппетитами стал стремительно таять, и в данный момент у меня остался один маленький бочонок, которого хватит на несколько десятков патронов. А учитывая, что через день-два могут заявиться воины князя, то я просто не мог тратить их прямо сейчас на эту мелочь.

– Ваше Благородие? – мое разглядывание окрестностей затянулось, и народ уже стал переглядываться, гадая, что именно я решу.

– К демонам их, – махнул я рукой, разворачиваясь.

– В смысле? – удивился Лёня. – Вы же говорили, что нам нужно разобраться с гоблинами сегодня.

– Говорил, но это было до того, как они так хорошо укрепились, – поморщился я. Мне и самому не нравилось, что в этот раз нас переиграли. – Спокойно, это тактическое отступление. Нет смысла рисковать прямо сейчас, пытаясь взять штурмом эти баррикады. Так точно кто-нибудь погибнет. Обдумаю тактику, соберу оба отряда, и тогда сделаем всё по уму.

– Поддерживаю, – кивнула Юлианна, тоже взглянув на гоблинские фортификации. – Тут нужен хороший план. В другой ситуации я бы предложила попробовать пробраться к ним ночью, но в этом месте же нет ночи?

– Да, вечный полдень, – ответила за меня Ксюша.

– Плохо…

– Мы разберемся, – заверил я людей. – Этот портал простоит ещё около недели без прорыва. За это время мы точно придумаем, как с ними разобраться без жертв с нашей стороны.

* * *

Вернулись мы аккурат к закату. Синицын и шахтеры закончили работу в шахтах и теперь готовились к ночи. На общей кухне нас уже ждала горячая еда – мясной суп из мяса виверны. Собственно, последние пару дней мы только им и питались: супы, жаркое, стейки, шашлыки. Мяса было много, и долго оно не пролежит, ведь холодильников у нас нет. Я бы мог создать холодильный артефакт, но пока было слишком много других более нужных дел, требующих моей силы. Например, изготовить новые патроны. Благо хоть снаряжать мог поручить Степану, тот наловчился работать с моим импровизированным оружейным верстаком. Главное, отлить головки пуль, а уж измельчить дикий империум и смешать его с порохом мог кто угодно. В общем, делегирование полномочий у меня понемногу получалось, жаль, что не со всеми делами так можно.

Набил желудок и сразу почувствовал, что жить стало лучше, как обычно и бывает. Да ещё и Софья принесла новость, что баньку растопила по моему приказу.

После всей этой возни хотелось просто отдохнуть, попариться, да и мысль у меня одна возникла. Баня у меня за домом, небольшая и совсем не княжеская, но зато личная и отгороженная от соседей. В Вольнове мало кто может таким похвастаться, мыться приходилось в одной большой общей бане. Вернее, в двух, которые соединены единой печью с тыльных сторон. Благодаря такой конструкции топить можно было один раз, зато сразу и мужскую баню, и женскую.

Любопытно, что пока мне нормально там помыться так и не довелось. Чаще всего я просто шел в собственную с ведром воды, нагревал его магией до нужной температуры и мылся. Софья всё ругалась на это, считая, что странно это – в холодной бане мыться, так что ещё один повод немного её уважить, а так ведь и впрямь нагрел бы ведро, ополоснулся и пошел бы спать.

Перед водными процедурами я прошелся по городу и раздал народу последние поручения. Солнце уже почти зашло, но я сильно на этот счет не переживал. Баня попадает в освещенную часть города. Теперь у нас есть медь, и я каждый день понемногу расширяю освещаемую область. Думаю, через неделю в городе не останется ни одного неосвещенного участка, и даже ночью выходить на улицу станет относительно безопасно. Плюс, у меня при себе артефактный фонарь.

Раскочегарили баню хорошо. Скинул одежку и прошел в парилку, наслаждаясь жарой. И впрямь давненько не доводилось в баньке париться. Хорошо! А ещё размаривает знатно. Разлегся на лавке и чуть было не уснул, помешал внезапный стук в дверь.

– Кто? – спросил я, сев.

Какая-то часть меня ожидала увидеть там Юлианну, но вместо черноволосой воительницы, жаждущей потереть мне спинку, на пороге появился Борис, да ещё с бутылкой и двумя деревянными кружками в руках.

– Разрешите, Ваше Благородие? – спросил он, улыбнувшись.

– Ну проходи, раз пришел. И можешь убрать это обращение, сам прекрасно знаешь, что я не дворянин.

– Ну не скажите, – покачал он головой. – Вы же всё равно Ростислав Владимирович, пусть и не тот, кровь-то одна, а она баронская.

– Шут с тобой, – махнул я рукой. – Разливай!

И тот, заулыбавшись, разлил по кружкам своей бормотухи. Пригубил – любопытный вкус.

– На чем гнали?

– Яблоки.

– Неплохо, и даже чувствуется слегка.

– Рецепт моего деда. Передается из поколения в поколение, правда… некому уже передавать-то, – с грустью сказал Борис и выпил. Я мгновение смотрел на него и только сейчас понял, что на самом деле мало что о нем знаю, ну кроме того, что он работал на прежнего барона в страже городка. Понятия не имею, есть ли у него семья, дети и всё в таком духе.

– Не сложилось или?..

– Сын в дружину князя ушел, когда шестнадцать стукнуло. Два года назад это было, сегодня как раз годовщина, как проводил его. Говорил дураку тут оставаться, а он нет, отправиться туда хочу! Тут глухомань, а там же столица княжества Саратовского. Славы хотел, а в итоге… – мужчина поджал губы и скривился, – зарезали его в пьяной драке.

– Сожалею. Знаешь, кто?

Он помотал головой.

– Непонятно там всё было. Зимой драка была, воинам скучно стало, решили кулаками помериться. Обычное дело на самом деле для дружинников, князь это даже поощряет, но там мелочи, носы друг другу сломают, синяков поставят. А Артема ножом ударили. И никто ничего не видел, никто ничего не знает. Стали драчунов подымать, а он там лежит, в снегу, мертвый.

– Проклятье… – только и пробормотал я, смотря на него. Вот уж неожиданная история на ночь глядя.

– Да… Я плавал туда разбираться, но в итоге ничего не нашел. Даже к князю с прошением обращался, чтобы виновника нашли, но в итоге князь саратовский это прошение проигнорировал.

– А барон? Ну, я имею в виду моего отца из этого мира. Ты просил его помощи?

– Просил, но он отказал. Не хотел ссориться с князем, у них и так отношения были не самыми лучшими.

– А почему не знаешь?

– Так из-за вас, Ваше Благородие, – и тут же опомнился. – Вернее, другого Ростислава Владимировича. Не знаю, рассказывала ли вам Софья, но у вас же жена была. Вернее…

– Да я понял-понял, можешь не исправляться. Мне и самому надо привыкать, что теперь я это он, так что считай, что просто напоминаешь мне то, что я и так должен знать.

– Как скажете. Так вот… у вас же жена была, Александра. Красивая чертовка, что греха таить. Она была сводной сестрой супруги князя и даже после замужества сохраняла с той хорошие отношения. Летом могла неделями в столице гостить, и четыре года назад там что-то случилось. Что-то… нехорошее.

– Давай поподробнее, пока не очень понимаю.

А Борис тем временем словно мялся, неловко ему было обсуждать эту тему, и тем интереснее мне становилось.

– В общем… утопла она, вместе с сыном вашим.

– То есть… я ещё и вдовец? Вот так новости, – хмыкнул я, ошарашенный известием, а ведь мне никто ничего такого пока не говорил. Ни о жене, ни о сыне. У меня, оказывается, тут была настоящая семья? Но ключевой момент «была».

– Да, но всё хуже, чем может показаться, – Борис вновь замялся, потупил взгляд. Даже взял и налил себе ещё выпивки.

– Да не тяни уже, – вздохнул я. – Что там?

– Поговаривают, что это вы сделали.

– И есть основания?

– Есть. Говорят, что неверна она вам была, что с одним богатырем из княжеской рати тайно встречалась, и что сын не ваш.

– Хреново… – одна новость хуже другой. И вот вроде бы ладно, я вот вообще не имею к этому никакого отношения, но другие-то могут об этом судачить. Лучше бы мне об этом пораньше сообщили.

– Да… – признал Борис. – Позиция вашего отца была в том, что вы к этому не причастны, но несколько свидетелей видели вас в Саратове в тот день. Одна служанка даже утверждала, что вы ссорились с госпожой Александрой, а спустя несколько часов их тела нашли в реке. Вы, разумеется, всё отрицали, но ситуация вышла крайне неприятной. Княгиня требовала вашей казни, Владимир Степанович смог откупиться, и это дорого ему обошлось. Очень дорого. И это вас очень сильно терзало, Ростислав Владимирович. Вы стали много пить и вести малоприятный образ жизни, но в Саратове старались не показываться с того времени.

– Ну и история, – вздохнул я. – Ты меня, конечно, ошарашил.

– Учитывая, кто вы, думаю, кому-нибудь и так рано или поздно пришлось рассказать это.

– Спасибо. Так выходит, конфликт между Саратовом и Вольновым лежит во мне?

– Скорее всего. Тогда же не поладили ваш отец и дядя, так как тот тоже поддерживал мнение, что вас надо предать суду за содеянное. За прошедшие четыре года лучше ситуация не стала, даже наоборот. Княгиня то и дело вспоминала о вас, когда барон прибывал ко двору. Спрашивала о вашем здоровье, если можно так сказать.

– Тогда можно прямой вопрос? Вот по-твоему, он, хотя уже вернее я, правда это сделал?

Борис долго смотрел мне в глаза, прежде чем кивнуть.

– Да, я почти уверен в этом.

– Хорошо, я понял, – почесал я подбородок. Если тот Ростислав правда это сделал, то он был тем ещё куском говна, а жить с этим придется мне. Скверно.

– На самом деле я всё это рассказываю отчасти из-за того, что мне кажется, что Артема убили из-за этого.

– Из-за меня?

– Да. Что это была месть вольновцам. Что это княгиня решила так поквитаться со мной.

– А почему с вами? – не понял я.

– Потому что именно я был защитником Его Благородия. Я перед князем врал, что Ростислав был со мной весь тот день, по приказу вашего отца.

– Если это так, то мне жаль.

– Вам не за что извиняться, Ростислав Владимирович. Я не могу с уверенностью сказать, сделал ли это барон на самом деле, или всё это какая-то хитрая ловушка, но точно могу сказать, что это были не вы. Не вы убили ту женщину и ребенка, наоборот, вы каждый день спасаете нас от демонов, от мракоборцев, от князя. Таким человеком, как вы, я восхищаюсь.

Мы выпили, а затем Борис продолжил.

– Знаете, а ведь я думал всё бросить незадолго до всего этого.

– В каком смысле?

– Уйти. Меня тут уже давно ничего не держит. Ни жены, ни детей, лишь служба, которая стала мне омерзительной. Думал, по весне, когда пойдут торговые караваны на юг, взять деньги, договориться с торговцами и, никому ничего не сказав, просто уехать. А потом появились вы, новый Ростислав, и внезапно я обрел новый смысл жизни, – мужчина рассмеялся, хоть и с нотками печали. – Знаете, вот словно последние годы я жил в темноте, а вы зажгли фонарь.

– Я просто делаю, что могу. В моих руках знания и сила, чтобы изменить этот мир к лучшему, этим я и занимаюсь.

– И я горд, что помогаю вам с этим.

Мы ещё выпили, и Борис попутно отметил, что немного сглупил, и нужно было прихватить закуски. Крепковатый самогон вышел. Но даже так мы очень хорошо посидели и поболтали, хоть смог узнать получше одного из своих доверенных людей. Он, в свою очередь, рассказал ещё некоторые мелочи и истории из жизни моего двойника, чтобы я мог проще вжиться в образ.

– Остывать банька начала, спать надобно идти, – посетовал Борис.

– Да, иди, – кивнул я, не став посвящать его в детали моего плана, а то ещё испортит всё. – Я задержусь ещё ненадолго.

– Уверены? Так и застыть недолго.

– У нас есть хороший лекарь, если что, – усмехнулся я. – Иди спать, Борь, это приказ. Я посижу ещё минут десять, обдумаю, что ты рассказал, и тоже пойду.

– Ну как знаете, – ухмыльнулся он и вышел из парилки.

Я же разлегся на лавке и просто прикрыл глаза, стараясь ускорить движение магической энергии в своем теле. Многовато выпил, стоит поскорее избавиться от алкоголя или хотя бы снизить его концентрацию в крови до приемлемого уровня.

Едва заметный скрип половицы в предбаннике заставил меня открыть глаза и сесть. Послышалось? Думаю, нет. Выждав полминуты и не заметив, чтобы кто-то собирался войти, я поднялся и сам вышел в предбанник.

Там было темно, хотя я мог с уверенностью сказать, что оставлял фонарь включенным, и учитывая, что тот был артефактным, работающим на диком империуме, погаснуть он никак не мог. Но в комнате на первый взгляд было пусто, тогда сосредоточился на металле вокруг, но ничего постороннего, выбивающегося из окружения я не ощутил.

Странно.

Может, просто показалось?

Я сделал пару шагов к столику, на котором стоял фонарь, собираясь его включить, но тут ощутил движение позади, а миг спустя нечто острое уперлось мне в горло.

– Вам лучше не дергаться, Ваше Благородие, – услышал я слегка хриплый женский голос. Знакомый голос, между прочим. Кажется, это Ольга, одна из рабынь, которых привез Борис из Саратова. Значит, прав я был, таинственный убийца скрывался среди них. – И не пытайтесь что-то сделать, а то рука соскользнет.

– Вижу, вы подготовились, – улыбнулся я, хотя на деле внутренне морщился. Знал, что сюда ночью заявится убийца, слишком уж удобная возможность разобраться со мной по-тихому, но всё-таки надеялся, что он будет орудовать железом, а у этой женщины не было ни крупицы металла. Даже её орудие было из камня или чего-то похожего. И где она его взяла, интересно?

– Разумеется.

Но ей это не поможет.