Текст книги "Ловец Душ (СИ)"

Автор книги: Этьен Моро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

– Вранье значит, ну и зачем тогда распускают подобные слухи, поведай нам.

– А кто ж их знает, я то ведь не из тех, кто такие гадости болтает, может попугать кто себя любит, может из зависти бают, чтоб к нам сюда ездить перестали. Раньше то деревня ого-го была, барон нас любил, заезжал все время, а сейчас уж не то, захирела Белая Речка, да.

Северин слушал, а сам исподволь наблюдал за Рогатым Свеном, который весь покраснел и скрипел зубами, явно борясь с собой, чтобы не заткнуть старосту. Только правила приличия не позволяли наемнику наорать на хозяина в его собственном доме. Сигмар незаметно показал Рогатому помолчать и успокоиться, а сам вернулся к разговору. Но более ничего интересного Вельфир не поведал. Напрочь отрицая слухи, он как мог хвалил свою деревню и пытался навязать угощение гостям.

– Спасибо староста за помощь, но нам пора, а потрапезничаем потом как-нибудь, – прервал его Эйнар, и компаньоны вышли из поместья старосты наружу.

– Врет собака, – наконец прорвало Свена.

– Ты о чем? – спросил солдат.

– Как о чем, брешет Вельфир, наглый пес. Если все говорят одно, значит есть тут правда, деваются куда-то люди, этого, как там, Марека, ты и сам видел. Такие шрамы от чего по твоему остались, какой зверь такое сделает, а? Да никакой, я тебе скажу, и поверь, я знаю, о чем говорю.

– Ладно, ладно, не пытать же нам его, во всяком случае, сейчас, – успокоил Рогатого контрабандист.

– Ну, друг, куда дальше двинем, – осведомился у Эйнара солдат.

– Да думаю, местный храм посетить, вон купол его виднеется.

– Так он же заброшенный.

– Ну и что, тем лучше для нас, в путь ребята.

Компаньоны отправились по главной улице деревни в сторону леса. Заброшенный храм находился возле опушки, буйно разросшаяся растительность уже вплотную подступала к нему. Здание было каменным и внешне выглядело вполне целым, лишь черепичная крыша в паре мест обвалилась, обнажив толстенные деревянные перекрытия. Рядом с культовым сооружением неожиданно притулилась старая, замызганная палатка, человек на десять. Отправленные на разведку Ярун и Рогатый внутри никого не встретили. Оставив у дверей Свена, компаньоны зашли внутрь, отворив изрядно подгнившие двери.

Их встретила атмосфера запустения и заброшенности – иссохшие лавки, готовые разрушиться от легкого прикосновения, потускневшая статуя воплощений Незримого, проржавевшие подсвечники, развешанные по стенам. Все это было покрыто толстенным слоем пыли, в которой ярко и отчетливо отпечатались пересекающиеся следы нежданных гостей, по всей видимости, обитателей той видавшей виды палатки у входа. Стараясь не шуметь, компаньоны осмотрели здание, но никого и ничего не обнаружили. Место было забытым и безмолвным, как заброшенное кладбище, и они повернули назад. Едва Ярун переступил порог, как неожиданно рванулся вперед, следующий за ним Сигмар тоже припустил, когда увидел происходящее.

На дорожке, Свен прижал к земле незнакомого мужика и яростно лупил его по морде, приговаривая:

– Я тебе покажу беса, я тебе покажу рогатого.

Вдвоем Ярун с Сигмаром оттащили наемника от избитого, который сел на дороге и обхватил голову руками, словно пытаясь прийти в себя. А к ним уже бежали пятеро новых действующих лиц. Однако, они оказались благоразумными и прежде чем лезть в драку сперва решили узнать обстановку.

– Эй, что случилось? Кто главный? – сходу закричал высокий, плечистый мужчина с черными, как вороново крыло волосами и крючковатым носом.

– Я, – ответил контрабандист, – меня зовут Эйнар, посланник дуки Никифора. Ваш человек оскорбил моего друга, за что и получил. Так было, Свен? – повернулся он к Рогатому.

– Именно так, все верно, – обиженно просопел тот, – этот бурдюк умудрился еще и родителей моих оскорбить, пусть благодарит, что я вообще его не убил.

Главарь неизвестных, услышав столь громкий титул, сразу же сник и предпочел пойти на попятную:

– Мы с уважением относимся к могучему начальнику стражи Старгорода, а равно и к его посланникам, поэтому верим вам с первого слова. Мы разъясним нашему непутевому товарищу его ошибку.

– Хорошо, тогда я полагаю, мы можем разойтись, но прежде…Мы расследуем здесь некое дело по заданию Никифора, о чем есть печать самого дуки, а вот ваше присутствие здесь довольно подозрительно, прошу вас, объяснитесь.

Слово вновь взял черноволосый:

– Меня зовут Корв, я начальник рабочей команды. Храм поручил нам восстановить местную часовню, дабы жители беспрепятственно могли восславить Незримого. Если хотите, могу показать бумагу, скрепленную печатью самого епископа Суравы.

– Нет, спасибо, – ответил Эйнар, а сам жестом показал ребятам уходить.

– Странные какие-то каменщики, на рабочих совсем не похожи, – размышлял контрабандист, идя по дороге.

– Да и инструмент у них все больше ломать годится, – делился сомнениями Ярун.

– Но, пока это не наше дело, – махнул рукой контрабандист, – вернемся, пожалуй, к нашей гостеприимной бабуле.

У входа в деревню они заметили девушку. Она неподвижно стояла, глядя в сторону леса, глаза ее были красны и опухли от рек выплаканных слез. Ее скулы резко выпирали, а кожа на иссохших руках резко очерчивала кости рук.

– Нда-а, ну и деревенька, если подобное творилось полсотни лет назад, то я понимаю, зачем они сожгли этого егеря, – вслух подметил Сигмар, а за обедом спросил у Селены:

– Это что за изваяние у вас на краю деревни?

Бабуля поняла все с полуслова:

– Ее зовут Милана, бедная девочка. Муж несчастной уехал в Лесные ключи к родственнику, да и не доехал, пропал бесследно. Вот она и стоит, ждет его вроде как. Уж и пытались ее увести, привязывали даже. Но не помогает, только хуже делает. Белугой воет, плачет, кричит, волосы на себе рвет, совсем с ума сошла девка.

Кто-то из наемников тяжело вздохнул:

– И эх, жалко бабу.

– А что, бабуль, он по какой дороге ехать собирался?

– По Ингердовой, она как-раз по лесным деревням идет, куда рекой не добраться, а вы никак по ней ехать собираетесь? Не вздумайте!

– Это почему это? – задался вопросом Сигмар.

– Сгинете там ни за что, ни про что.

– Не бойся, бабка, и не в таких переделках бывали, а вишь – живые стоим, – успокоил Селену Рогатый, а их неформальный глава экспедиции хлопнул ладонью по столу.

– Ша ребята, придется нам проверить эту дорогу, так что вооружайтесь, как следует, и к вечеру двинем.

Остаток дня компания провела в приготовлении к походу. Они подгоняли снаряжение, проверяли бронь и щиты, разминались с оружием и без, проводили учебные схватки.

На закате княжьи люди, готовые к бою, выстроились в круг во дворе усадьбы Селены. Выслушав последние наставления Эйнара, они молча стояли и слушали вечерний стрекот кузнечиков и пение птиц, каждый думая о своем. Небо неожиданно прояснилось и на горизонте окрасилось в багровый цвет. Ярун скромно заметил:

– Хороший знак, друзья, небо чистое. Да поможет нам Незримый.

– Ты прав, его помощь нам явно лишней не будет. Вперед ребята, но для начала навестим старосту.

Путники вывели уже оседланных лошадей на улицы и запрыгнули в седла. Промчавшись по деревушке, они подъехали к поместью деревенского головы, застав его копошащимся около забора.

– Эй, Вельфир, ты ли это, друг? – закричал Сигмар.

А староста уже вовсю семенил к ним.

– Я, ребята, я. А вы никак уезжать собрались, – с надеждой в голосе спросил староста.

– Навроде того, посоветуй-ка нам дорогу до Лесных ключей, там вроде два пути есть, прямая и в объезд, какая лучше?

– А езжайте по прямой, по Ингердовой, так быстрее будет, – ответил Вельфир, а солдат уловил едва заметный злорадный огонек в его глазах.

– Там безопасно? – осведомился Эйнар.

– Конечно, господин, у нас все оттуда ездят, никто не жаловался.

Рогатый, слушая эту ахинею, отвернулся и молча краснел, вполне готовый поспорить своим цветом со спелым помидором.

– Спасибо, староста, за совет, а нам пора в путь. Может, свидимся еще, отведаем твоего угощения, а пока всего доброго, – попрощался контрабандист, развернул лошадь и жестом пригласил товарищей в путь.

Они ходко двигались по указанному пути, а день неумолимо отдавал свои права ночи. Чащобы они достигли уже в полной темноте. Шестеро против полной неизвестности.

Медленно вышагивая по лесной дороге, всадники зорко смотрели по сторонам, выискивая возможную угрозу, но лес был обманчиво спокоен.

– Э нет, мы в таких потемках никого не углядим. Придется на живца ловить, пешим порядком, – наконец решился Эйнар.

Княжьи люди привязали лошадей к деревьям и, разбившись на пары, двинули дальше. Эйнар и Сигмар по самой дороге, Ярун с Риком по лесу слева, Хальм с Рогатым справа. Время от времени они оповещали друг друга свистом о том, что все в порядке. Сигмар несмотря на надежную броню и присутствие верного друга рядом, совсем не чувствовал себя в безопасности. Напротив, страх скручивал его внутренности, усиливаясь с каждым шагом. Внезапный громкий крик справа заставил Северина вздрогнуть. Почувствовав неприятную горечь во рту, он сплюнул и, повинуясь приказу Эйнара, побежал в сторону крика. Добравшись до места, они застали Свена в боевой стойке, дико озирающегося по сторонам и рисующего шипящую мельницу мечом.

– О, это вы друзья, вооружайтесь скорее, бесы рядом, они забрали Хальма!

Тут Сигмар услышал шорох сбоку от себя. Северин резко развернулся, на ходу поднимая щит. И весьма вовремя, клубящаяся темнота нанесла свой невидимый удар. Рука солдата сразу же онемела, а на щите появилось несколько глубоких борозд. В ответ он стремительно ударил снизу мечом, но тварь оказалась не промах и вовремя отскочила, обнаружив человекообразное строение. Сигмар, увидев, что чудовище, несмотря на всю свою сверхъестественность материально, ринулся в атаку.

Используя все навыки, полученные в учебных боях с Эйнаром, он пытался уязвить демона, но тот играючи уходил от ударов меча, словно смеясь над солдатом. Увлекшись, Сигмар забыл о защите, и на замахе демон неожиданно ударил его в грудь. Северин отлетел, дыхание перехватило, слезы сами брызнули из глаз. Силясь подняться, он с ужасом наблюдал, как тварь подплывала к нему. Немую сцену прервал Ярун, он с разбега нанес демону удар, располовинив его до пояса. Сигмар заметил, что меч наемника мерцал неярким, желтовато-красным светом. Тварь резко завизжала, в воздухе запахло паленым, а неожиданный противник растаял в темноте.

– Давай, друг, подымайся, – протянул руку Ярун.

Сигмар, крепко ухватившись за ладонь наемника, подтянулся и встал на ноги. Свежий лесной воздух, наконец, наполнил легкие солдата. Не сговариваясь, вся компания поспешила на открытое место. Северин мчался, не чувствуя себя. Упругая лесная почва мягко пружинила под ногами, а разросшиеся коренья норовили ухватить за ноги.

Добежав до дороги, вся компания, подняв щиты и мечи, сгрудилась вокруг Яруна, который, едва заметно шевеля губами, шептал неизвестные молитвы. Амулет наемника замерцал светом закатного солнца. Северин кожей ощущал, как воздух буквально звенел от творящегося волшебства.

Секунда, две, минута. Повисла мертвая тишина, разбавляемая лишь тяжелым дыханием собравшихся воинов. Медленно, аккуратно переступая, напряженно вглядываясь в окружающую их темноту, они двинулись в сторону лошадей.

– Вперед ребята, уходим отсюда, – приказал, взбираясь на лошадь, Эйнар, когда они достигли цели.

Свен взвился:

– Эй, а как же Хальм?

Ярун положив Рогатому руку на плечо, тихо заметил:

– Боюсь нашему другу уже не помочь.

– Да, а ты откуда знаешь? И что за штуки ты показывал? – продолжал горячиться Свен, – это ты за этим пропал на шесть лет? Чтобы выучиться колдовать?

– Это не колдовство, а милость Незримого, которой он озаряет верных рабов своих, а что до Хальма, скажи мне Свен, куда демоны его уволокли? Не знаешь? Тогда не болтай глупостей, сунемся к нечисти в логово, пропадем ни за грош. Я считаю, нам нужен Вельфир, этот слизень явно что-то знает.

– Вельфир? Аа, староста, точно-точно, эта гнида и заманила нас сюда.

– Да, я тоже хотел навестить его, – согласился контрабандист.

Определив себе цель, воины вскочили в седла и помчались к поместью старосты.

А тем временем сам Вельфир внимательно выслушивал наставления своего покровителя.

– Сейчас к тебе придут люди, они будут злы, будут спрашивать о нас. Ты удивишься, заплачешь, будешь молить их о пощаде, и только после этого направишь их в старую часовню. Ход в подземелья открывается поворотом меча статуи Воина. Три раза направо. Запомнил, человек?

– Дда, – кивнул староста, захлопав своими маленькими глазенками.

Вихрем неслись воины по дороге, никто не произнес ни слова, лишь стук копыт, шуршание сбруи и сопение лошадей были их спутниками. Добравшись до поместья Вельфира, компания не стала терять времени и звать хозяина. Их нападение было внезапным как вспышка молнии. Рик и Свен, перебравшись через забор, быстро успокоили дворовых собак и отперли тяжелые створки ворот товарищам. Выбив входную дверь, ратники проникли в поместье. Вельфир встретил нежданных гостей в сенях, увидев их решимость, он сглотнул и попятился назад.

– Получай, гнида! – подбежал к нему Свен и с размаху ударил в челюсть, сбив старосту с ног.

– Отвечай, где Хальм, где?! – кричал он, пиная скрючившегося на полу деревенского голову. Большого труда стоило главарю наемников на пару с Эйнаром, чтобы оттащить разбушевавшегося Рогатого. Сигмар подошел к старосте и резко поднял его на ноги, убедившись, что тот понимает его, солдат начал допрос:

– Где Хальм? Кто приказал тебе заманить нас в западню? Отвечай!

Вельфир, лишившийся нескольких зубов, лицо которого уже начало заплывать в месте удара, весь как-то съежившись, бухнулся на колени и зарыдал.

– За что, господин, за что? Я ничего не знаю, никакого Хальма, никого…

Сигмар схватил плачущего старосту за шиворот и рывком бросил на подвернувшуюся длинную лавку.

– Не ври нам, Вельфир. Мы потеряли хорошего друга, а виноват в этом ты, так что поверь, никто не будет с тобой церемониться.

Допрашиваемый молчал, тяжело дыша. Его маленькие, плутоватые глаза бегали из стороны в сторону. Тем временем Рогатый, воспользовавшись тем, что державшие его ослабили хватку, вырвался. На ходу достав нож, он подбежал к Вельфиру и рычащим от злости голосом произнес:

– Говорри, паскуда.

Наемник пару секунд ожидал ответа. Не дождавшись, Свен схватил старосту за руку, и, прижав ее к скамье, резко отсек ему один палец. Вельфир заверещал как закалываемая свинья, кровь оросила деревянный пол, рассыпавшись созвездием ярко-красных капель. А Рогатый, совершенно потеряв разум, кричал:

– Где Хальм? Говори или я тебя сейчас на куски порежу!

Побледневший староста широко распахнутыми от страха глазами смотрел, как Рогатого оттаскивают Рик и Эйнар. Сигмар продолжил допрос:

– Я жду ответа, или ты хочешь еще немного пообщаться вон с ним, – указал он на Свена.

Староста вздохнул и, стараясь не смотреть на кусок ткани, которым солдат наскоро перемотал ему кисть, заговорил:

– Я действовал по приказу одного из Старших Братьев, не знаю его имени. Их логово в заброшенном храме, под землей, вход открывается так, – он помолчал, стараясь преодолеть внезапный приступ дрожи, – изваяние Воина держит меч в руках, поверните его три раза направо, и вход в подземелья откроется.

– Смотри Вельфир, если соврал, то мы живо оборотимся, и уж тогда ты парой пальцев не отделаешься.

– Чего ждать-то, я прямо сейчас могу его слегка подкоротить, – язвил Свен, но Эйнар оборвал наемника.

– Хватит, Рогатый, мы узнали, что нужно. Сигмар, Ярун вяжите этого тюфяка и даем деру отсюда, чем быстрее доберемся до храма, тем вернее спасем Хальма.

Наскоро повязав старосту, посланники Атмара направились в сторону окраины деревни, где прижатая лесом, пустовала заброшенная часовня.

Вскоре после их ухода из поместья, перед полусидевшим на лавке Вельфиром, который с тревогой наблюдал за стремительно набухающей кровью повязкой, сгустилась тьма, приобретающая человеческие очертания. Путы неожиданно ослабли, а в голове зазвучал тяжелый голос.

– Молодец, ты выдержал испытание и не проронил ни слова о Сеерхалле, даже и под пытками. Быть может, вскоре мы сочтем тебя достойным Посвящения.

Гость подобрал побелевший палец и, сдернув насквозь сырую тряпицу с руки старосты, приложил обрубок к кисти. Вельфир почувствовал, как его тело наполняется легкостью, с удивлением и ужасом он взглянул на свою руку. Омертвевшие ткани оживали неведомым образом, разорванная кожа срасталась, не оставляя малейших шрамов. Старший Брат отпустил руку Вельфира, который с недоверием пошевелил, казалось бы, навеки потерянным пальцем. Неожиданно деревенский голова упал перед гостем и гулко зарыдал, дрожа всем телом.

Добравшись до места, искатели спешились и направились к часовне, стараясь производить как можно меньше шума. Рик и Эйнар, подобно теням проникли в палатку, вырезав в полотняной стене проход, но их встретило безмолвие. Ничто не выдавало человеческого присутствия, а потому, осмотрев шатер, воины направились в храм. Звук яростно заскрипевших дверей показался Сигмару оглушительно громким в ночной тиши. Свен просунул голову внутрь и через пару секунд показал товарищам на вход. Внутри их ожидало небольшое открытие. Указанный старостой тайный проход в подземелья был уже открыт, тяжеленная каменная статуя Воина сдвинулась вбок, обнажив узкий люк, ведущий вниз. Поочередно спустившись, приключенцы собрались вместе, а Свен зажег припасенный факел. В неверном, дрожащем свете полыхающей головни перед ними проявились круглые своды коридоров, вымощенные кирпичом.

– Нда, тут особо не развернешься, – проворчал Большой Рик, прикинув ширину хода, – Ярун со мной вперед, идем, сомкнув щиты, Свен с факелом посередине, а вы друзья прикрывайте тыл.

– Хорошая идея, двигаем – одобрил Эйнар.

Коптящий факел скупо освещал кирпичную кладку.

– А здесь довольно сухо для подвала, – отметил про себя Сигмар, осторожно ступая вслед товарищам.

– Тсс, – полуобернулся Рик.

Насторожившись, Сигмар уловил впереди едва слышимый шум, похожий на звуки битвы.

– Уааа!! – звериный вопль ударил по барабанным перепонкам Северина, который вместе с Эйнаром развернулся и поднял щиты. Но чудовище напало на Рика и Яруна. Сильными и быстрыми атаками оно умудрялось теснить двух опытных воинов, чьи мечи оказались бессильны перед порождениями тьмы. Не зная, чем им помочь, солдат лишь напряженно вглядывался в свой сектор наблюдения, изредка оглядываясь назад. Тут он заметил крошечный огонек на острие своего меча. Северин растерянно сморгнул, но видение не исчезло, а пламя без огня окутало уже половину меча. Оглянувшись, Сигмар обнаружил то же самое у своих боевых товарищей, чьи амулеты также мерцали неярким светом. Ярун резко упал на одно колено, пропустив поверху очередной удар когтистой лапы, и вонзил свой преобразившийся меч в брюхо чудовища, которое растерянно отступив, совершенно по-человечески простонало. От середины туловища по телу демона пробежала волна, преобразившая тварь, которая обратилась в подобие каменной статуи. Осторожно, маленькими шажками, Ярун сблизился с истуканом и резко выбросил руку со щитом вперед, обратив в прах демоническое изваяние.

– Уууф, – выдохнул Эйнар, – оно все-таки смертно, это радует, но, может, ты все же объяснишься, мой рыжий друг.

– Не сейчас, после, – отмахнулся Ярун, – у нас другая проблема, из пяти мечей против нечисти годятся лишь четыре. Незримый не дал силы Свену, ибо тот не имеет в сердце истинной веры. Рогатый загорячился:

– Я и с железным мечом покромсаю эту нечисть, ваше колдовство мне ни к чему.

– Некогда спорить, друзья, нам нужно двигаться дальше, – поторопил всех Рик.

Компаньоны двинулись по узким коридорам вперед, факел Рогатого едва рассеивал темноту подземелий, и воины шли скорее на доносящиеся звуки битвы, нежели руководствовались своим зрением.

Пропуская ведущие неведомо куда ответвления узкого коридора, они сосредоточенно шагали вперед, ежесекундно ожидая нападения.

– Слышите, мы уже рядом, – обратился Ярун к спутникам.

Сигмар действительно слышал отчетливо различимые звуки: звериный вой впереди и крики людей, на фоне этой какофонии чуть заметно гудел ветер. Продвинувшись на пару десятков метров их ощетинившийся мечами строй попал в немалых размеров крипту. Едва рассеиваемый факелами, закрепленными в стенах, полумрак скрадывал величественную обстановку. Но все же Северин разглядел колонны из белого мрамора, подпиравшие оштукатуренный потолок, покрытый изысканными фресками. Между колоннами высились ряды каменных саркофагов, украшенные замысловатыми узорами и лепниной.

Между гробницами и на противоположном конце крипты, у стены с барельефом, изображавшим четырехлучевой солнечный диск, кипела битва. Атакующий демон, как две капли воды похожий на их недавнего противника, теснил широкого в плечах мужика, чей топор бесполезно вонзался в тело чудовища, не причиняя вреда. Едва заметный, мощный удар когтистой лапы рассек горло несчастного, оторвав нижнюю челюсть. Голова откинулась, и из рассеченного горла брызнул фонтан крови, к которому жадно припал демон.

– Эге, мужики, так просто не уйдем теперь, – подметил Эйнар, а на новых действующих лиц уже обратили свое зловещее внимание хозяева подземелий. Но заколдованные мечи верно разили нечисть, раз за разом обращая их в пыль.

С упоением бились посланники Атмара, не заметив, как прямо в середину их строя прыгнул очередной Младший Брат, а именно так в иерархии учеников Фавнира именовались эти твари. Мощным ударом демон оглушил Свена и внезапно нанес сдвоенный удар в спину Яруна, который отлетел на добрые пару метров, ударившись грудью о каменный саркофаг. Не теряя времени даром, Сигмар пронзил своим мечом затылок чудовища, а сам бросился на помощь товарищу.

– Больно дышать, похоже, эта тварь сломала мне пару ребер, – сообщил наемник Северину, который оттащил его с гробницы и уложил на пол.

– Подожди чуть-чуть, мы почти их перебили, – солдат подложил оставленный искателями приключений мешок под голову Яруна, а сам поднялся и оглядел крипту.

Под изображением солнца друг напротив друга встали его боевые товарищи и выжившие искатели приключений, в одном из которых Северин узнал черноволосого бригадира рабочей команды, встреченной ими днем у шатра.

Между двумя группами бойцов явно назревал конфликт. Подойдя ближе, Сигмар увидел и его причину – на серой запыленной мешковине лежал громадных размеров изумруд, по всей видимости, покинувший свое место в солнечном барельефе.

– Ты не забывай, если бы не мы, вас бы уже давно сожрали, – тыкая в грудь Корву, вещал Большой Рик.

– А я так думаю, что и без вас мы почти всех изничтожили. Хотя за помощь благодарю, конечно, но камень наш, вы про него слышали раньше? За ним сюда пришли? Нет? Так и идите восвояси, – невозмутимо ответил бригадир лжекаменщиков.

В беседу вмешался раскрасневшийся как свекла Свен:

– А если я тебе сейчас запросто башку отчекрыжу, тогда как?

– Попробуй сперва, тогда узнаешь, – пожал плечами черноволосый, совершив непоправимую ошибку.

Рогатый кинулся в атаку без предупреждения, стремительный, как коршун. Но реакции Корва можно было позавидовать, меч Свена лишь со звоном отскочил от железной окантовки щита бригадира, не принеся вреда.

Сигмар побежал на помощь к друзьям. Он уже не чувствовал страха, уставший, желая лишь одного – побыстрее покинуть эти проклятые подземелья. Но на его пути выросло препятствие, один из строителей, выряженный в побитую временем стеганку, со стареньким деревянным щитом и грозным оружием – моргенштерном. Противник медленно подходил к Северину, покачивая опущенной правой рукой, отчего шипастый металлический шар на железной цепи раскручивался в разные стороны, притягивая внимание солдата. Шестое чувство не подвело Сигмара, по наитию, быстро подняв щит, он успел заслониться от летящего со свистом снаряда. Левая рука мгновенно онемела до самого плеча, щит стал казаться непомерно тяжелым, а утренняя звезда уже летела сверху, грозя размозжить голову. Сигмар едва успел увернуться, и смертоносное орудие лишь несильно задело шлем, однако, в голове уже зашумело от ощутимого удара.

– Этак мне скоро конец придет, – мелькнула отстраненная мысль, заставившая уставшее тело двигаться и нападать.

Пара финтов, удар своим щитом по вражескому, атака мечом снизу и неудача. Против Северина явно стоял опытный противник. Свист. Удар. Рука Сигмара уже почти не повиновалась ему, солдат отпрыгнул, чтобы не пасть жертвой новой атаки. Внезапно фортуна подкинула дезертиру шанс, и он воспользовался им сполна. Железный шар моргенштерна завяз в дубовых досках щита Северина, и прыжок солдата заставил противника потерять равновесие, сделать шаг вперед, обнажив туловище. Резкий, с выдохом, удар Сигмара попал точно в цель, пропоров стеганку и брюшину, окровавленное оружие Северина вышло из спины каменщика, руки которого безвольно повисли. Он выронил амуницию и обеими руками схватился за меч Сигмара, который мгновенно вытащил его из тела, начисто отрезав противнику пальцы. Тот сел на колени и через секунду упал лицом вниз. Северина пронзила мысль, что враг не один, в животе похолодело, он резко принял боевую стойку, огляделся и понял, что битва окончена.

Неподалеку от солдата сидел на корточках Большой Рик и безотрывно глядел на лежащего друга, в котором с большим трудом можно было узнать Свена. Удар вражеской палицы размозжил ему кости, превратив некогда полное жизни лицо в кровавую кашу. Чуть поодаль валялась в лужи крови отсеченная рука злодея, навечно зажавшая орудие убийства. В это время, стонущего и мечущегося обладателя руки, ударом милосердия прикончил Эйнар, безучастно поднявшийся и пошагавший к Северину. За плечами контрабандиста лежал с распоротым горлом, из которого стремительно вытекала жизнь, предводитель каменщиков, Корв.

– Ты как, жив? – спросил Гарланд и сам же ответил, – ага, цел вроде. Тогда меч вытри быстрее, чтобы не заржавел.

Сигмар подобрал валяющуюся тряпицу и принялся счищать тягучие, темно-красные капли с острия своего клинка. В это время, Большой Рик словно очнулся от оцепенения, приблизившись к Эйнару, он, требовательно вглядываясь в его глаза, задал вопрос:

– За что они погибли?

– Я предупреждал, что поход может быть опасным, – нимало не смущаясь, ответил контрабандист.

– Ты не предупреждал, что противником нашим будут неуязвимые демоны, и что идем мы на верную смерть.

– Ты – жив.

– И ты, хотя и не должен, а мои друзья, мои преданные соратники, с коими я обошел полмира, они мертвы!

– Я заплачу их долю тебе.

– Мне не нужны деньги, золото, даже этот поганый камень не нужен, – указывая в сторону изумруда, отвечал Рик, – мне нужна справедливость, честный бой, один на один. Незримый укажет нам, кто прав.

Эйнар как-то тоскливо оглянулся на Северина:

– Да, Сигмар, наверное, ты подумаешь, что я сумасшедший, но я согласен с ним драться. Хватай камень, посмотри, что с Яруном и двигай к выходу.

Северин вложил меч в ножны, подхватил лежащую на мешковине драгоценность и, завернув ее в кусок грубой материи, положил в поясную сумку.

– Ярун, Ярун, – потрепал рыжего наемника по плечу Сигмар.

– Я, кх, кх, со мной все в порядке, лучше скажи, что они там удумали, – прокашлявшись, ответил Ярун, а на его губах заалела кровь.

– Нет, не все в порядке, раз кровь из легких идет, давай обопрись на меня, пойдем отсюда.

– Кх, а как же они, Рик, Эйнар?

– Это их дело, пусть они решат все сами, пойдем, – поднял Сигмар товарища и они пошагали по лабиринту тесных коридоров. У самой железной лестницы, ведущей наверх, их догнал Эйнар, его щека была распорота и сочилась кровью, но в остальном он был цел. На немой вопрос Яруна контрабандист ответил лишь:

– Рик хотел справедливости, он ее получил.

Выбравшись наружу, посланники Атмара задумались о том, что им делать дальше.

– Он не выдержит поездки, понимаешь, – доказывал, показывая на Яруна контрабандист.

– Но и оставить его мы не можем, если бы не его волшебство, нас бы порвали на части.

– Ну и что ты предлагаешь?

– Я видел повозку, здесь у шатра, лошади у нас есть, медленнее конечно, чем верхом, но все равно успеем.

– Успеем куда? – резонно задался вопросом Эйнар.

– К Зельдеру. Он, я думаю, не откажет в помощи, тем более бумага Никифора при нас, можно припугнуть, если что. Хотя, скорее всего это не потребуется.

Эйнар задумался:

– Вообще это хорошая мысль, хотя лошадей придется бросить, конечно, но плевать, мы и так уже богаты, камень у тебя?

– Да, – похлопал себя по сумке Сигмар.

– Тогда решено, отправляемся в Рильке.

И вот уже в предрассветных сумерках катила по наезженной дороге повозка, управляемая Сигмаром. Солдат то и дело клевал носом, проваливаясь в сон. Рядом с ним скакал верхом Эйнар, по его виду казалось, что закаленному искателю приключений все нипочем. В повозке лежал, впавший в беспамятство Ярун, ему явно становилось хуже, и Эйнар, то и дело беспокойно заглядывал внутрь, размышляя, чем помочь наемнику. За время путешествия он успел сдружиться с рыжим балагуром и искренне переживал за него. Кроме того, Гарланд осознавал, что без магии Яруна он попросту не вышел из проклятого леса или сгинул бы в подземельях.

– Шесть лет? – внезапно всплыли в голове контрабандиста слова Рогатого Свена, – и я ничего не знаю, поверил Алто, а он молчал об этом. Надо бы разузнать, когда будет возможность, Хотя какая разница, где он этому научился, главное в том, что его колдовство спасло наши шкуры.