Текст книги "Частная практика. Начало (СИ)"

Автор книги: esteem

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)

Глава 21

Новогодняя ночь. Вятка.

Новый год встречали совсем не во дворце генерал-губернатора, а в его обширном загородном поместье. Узнав о частичных результатах испытания Оленькиного амулета защиты и самообороны, – не только от непосредственных участников, но и от многочисленных звонков, «неравнодушных граждан» – Валерий Кристианович вначале даже загрустил.

– Это ведь почти 2% урожая загублено и почти 5% лесных угодий губернии! – схватился он за голову. – Сиятельная княгиня, а вы куда смотрели?

Мелинда пожала плечами.

– Я не смотрела. Я стреляла. И откуда у вас такая информация про урожай?

– Люди жалуются! Вы стреляли, а что мои крестьяне весной кушать будут, госпожа снайпер? А вы, Ваше Величество? Вы знаете, что это была не просто, липовая аллея, а старинная, самая знаменитая аллея в городе. Посаженная ещё сто с хвостиком лет назад самим, отрёкшимся от престола, Николаем Александровичем Романовым, бывшим у нас проездом со всем своим семейством? В ознаменование победы коалиции в Великой Войне?

– Помню, помню, – усмехаясь ответил герцог. – Старина Никки был тот ещё остряк. Своеобразно интерпретировал победные реляции в Европе. Липовая аллея в ознаменование "липовой" победы.

– Ну почему же "липовой"? – не согласился Валерий Кристианович.

– А потому, что англичане, проделали с германцами то же, что германцы хотели проделать с вами. Только более успешно. На американские деньги, они совершили в Германии переворот. Отчего она и проиграла. Вильгельма скинули, а на его место пришли коммунисты, социалисты, анархисты и прочие дармоеды! Той же самой коалиции, через двадцать лет пришлось сильно поднапрячься, чтобы вернуть на трон, если не Гогенцоллернов, то хотя бы побочную ветвь Габсбургов. Благо ваша империя в этом не участвовала. Ни в отречении Вильгельма(мы это сделали за вас, в отместку за отречение Никки) ни в реставрации Габсбургов. Хотя лично я считаю, что этим губошлёпам и одной Австро-Венгрии бы хватило! Уж лучше бы из Германии сделали президентскую республику или федерацию по образцу США, чем отдавать такую высокоразвитую, промышленную державу в руки этих высокомерных снобов.

– Не знаю, Ваше...

– Давайте "без галстуков", Валерий Кристианович.

– Хорошо, господин герцог. Так вот, я считаю, что нынешний император Франц, довольно адекватный правитель. Отстоял германские колонии в Африке, перед австрийцами, хотя и сам – Габсбург. Договорился с бурами и надавал по шее англичанам. Демонстративно пригласил американцев на Берег Слоновой Кости, разрабатывать кимберлитовые трубки, назло Метрополии. Великобританцы, только облизываются глядя как деньги уплывают в Штаты, а ведь де юре, США всё ещё английская колония. С нами имеет прекрасные отношения, хотя мы его на трон не сажали и участия в этом деле, как вы правильно заметили, не принимали.

– Зато мы принимали, – сказал Видас, – и самое живое. Мелинда-Ярослава, дедушку нынешнего императора Германии, чуть ли не за волосы тащила к трону! А тот упирался как баран и матерился не хуже чем одесский биндюжник на Привозе. Ему видите ли и в альпийском замке неплохо жилось! Но давайте пока оставим большую политику и вернёмся к собственно, аллее.

– Э-э...да, господин герцог, – опомнился слегка сбитый с толку генерал-губернатор. – Но согласитесь, разговор у нас намечался очень интересный.

– Не спорю, и к нему мы ещё вернёмся, но сейчас давайте обсудим...скажем так, меру нашей компенсации за причинённый нами ущерб, вашей епархии.

– Не скрою, сударь, – Валерий Кристианович, тепло и открыто улыбнулся, – мне бы хотелось сказать вам, что проблемка, пустячная и я вполне смогу решить её своими силами. Однако это не совсем так. Во-первых – проблемка совсем не пустячная и как государственный чиновник, я обязан на неё отреагировать. Во-вторых – средства-то, казённые. В-третьих, мы ещё до конца не выяснили, масштабы причинённого ущерба. Специалисты этим займутся, только после праздников. Но уже понятно, что дело не шуточное, если целый микрорайон исчез! А ваша аллея, господин герцог, это так...мелкое недоразумение по сравнению с результатами развлечений вашей родственницы.

– Ну, вообще-то аллея как раз ваша. Но не суть. Я согласен с вами, господин генерал-губернатор. Давайте дождёмся результатов детальной проверки масштабов "локальной катастрофы" в отдельно взятом регионе, и потом уже обсудим размеры нашей с госпожой Мелиндой, компенсации. Но прежде, я бы хотел сообщить вам одну настораживающую вещь. Предупредить, так сказать, заранее.

– Я весь внимание, Ваше Величество.

Герцог укоризненно посмотрел на барона фон Леманна.

– Простите, – смешалася тот.

– Дело в том, что точно такие же амулеты, Оленька хочет подарить всем своим подружкам. Вы представляете, если они начнут тестировать их прямо у вас во дворце?

– О майн гот! – генерал-губернатор, в буквальном смысле схватился за голову. – Они уничтожат мою резиденцию!

В итоге было решено выехать на природу. В имение.

– Да, Яна. Да, я всё прекрасно понимаю...Нет ничего предпринять не смогу, у них действительно контракт. Да. Сама видела. Эта мадам очень настойчива. Дело касается её бизнеса и она уверяет, что не отступит. На неделю. Угу, со второго по девятое. Неделя Высокой Моды в Париже. Нет, до подиума они ещё не доросли, только фотосессии. О-о! Журналов, до чёрта! Представляешь, по её словам, все хотят только «куколок»! Ага, превратились в имя нарицательное! У Ольки-то? С ней вообще интересная история, я своими глазами видела предварительный договор с мужским журналом. Ага, помимо всех прочих. Они там на неё просто запали! Угадай какой. Нет ты угадай! Ладно, ты сидишь? Ага, не вставай, журнал называется "Esquire". Именно он. Да,№1! Как тебе твоя внучка? А? Кстати, ты сейчас с лёгкостью её заменишь! Что? Даже попробовать не хочешь? Ну и зря. Оставь мелкую в покое, пусть резвится! И что? Ну да, Великая княжна. Ай-яй-яй! Урон чести? Яна, не гони! Не в средних веках живём! Мне Ангелина тоже предложила поучаствовать. Я согласилась. Ха! Я и Лёху с собой прихвачу! Да плевать мне на них! Я для себя это делаю! Всё, от тебя уже пар идёт! Успокоишься, перезвонишь. Уфф, – Мэл разорвала контакт. – Поговорили!

– Ну, здравствуй ещё раз, Всеволод. Да. Звоню повторно, как договаривались...Погоди, тебя совершенно не слышно. Всё-таки отправились в ночной клуб? Пожалуйста, поищи место потише...Да...да уже лучше. Понимаю...понимаю вы тоже имеете право на отдых. Я разве спорю? Нет не передумал, я настаиваю на дополнительной...Что? Да видел я их...Но они просто военные...и, что? Большие чины дают им опыт в работе совершенно другого направления? Алексия не смеши меня...Э-э, ребята. Да я вижу вы уже того...готовы. Не рановато ли? До Нового года ещё два часа. Да-да, ты царь в любом состоянии. И Алексия тоже...Однако ты осведомлён о её изобретениях, ты сам ей звонил...Откуда я знаю? Да она сама мне рассказала...Ну-у, я ведь как бы – дед. Близкий родственник...А вот она не знает, что нужно скрывать. Она действует так, как подсказывает её природа. Не забывай – она в сущности ещё ребёнок. Ей твои великие планы совершенно неизвестны. Что тебе? А-а, по команде доложили...ну-ну. Да. Её новое изобретение на основе известных тебе кристаллов. Нет. Первый инцидент...Ага, значит ты знаешь больше меня. Во втором я сам участвовал. Да...в качестве испытателя. Что твои наблюдатели?...Гм...правда исчезла. Как-как? Земля разверзлась и в неё нырнули ёлки?...И автобусная остановка...и ещё метров сто-сто пятьдесят шоссе? Которое, что? Пробегало мимо оной?... Да у тебя не наблюдатели, а поэты. И не ёлки, а липы...Как? Запоминай – амулет защиты и самообороны. Название?...напоминаю, она ещё ребёнок. Как понравилось так и назвала. Изъять? У неё? Вот сам приезжай и изымай! Она ещё своим «куколкам» подарки приготовила. Угу, такие же. Я Валерия предупредил...мы в имение переехали. От греха. Что? Два часа назад получили съёмки со спутника? Как Ромодановский назвал? Гиперболоид? Сколько??? Триста километров??!! Тройной удар? Мэл мне ничего не сказала! Нет...я только «землёй». Кстати насчёт Ромодановского. Она на него почему-то зла. Не знаю. Нет, точно никогда не видела, думаю до последнего времени она даже не подозревала о его существовании. Что? Да не знаю я! Как узнал? Опять же от неё. После того как аллея, ну...того...она прошептала: «Посмотрим деда, как этот Ромодановский меня на дыбу подвесит!» Да, что ты меня спрашиваешь? Собираешься приехать? Ты сначала проспись! Официально вызовешь в Питер? Когда?... Ну попробуй. Она второго в Париж летит. Работа по контракту. Что? Невыездная? С какого числа...А она об этом знает? Несовершеннолетняя! Ты вообще, думаешь, что творишь? Мэл твоим указом, подотрёт ей...ага. То самое. Так поэтому я и настаиваю на дополнительной охране! Девочки Алексии не справятся! Короче, до второго числа ещё есть время. Решай, или решу, я! Всё. Конец связи. – Герцог нажал на клавишу отбоя, что-то недовольно ворча себе под нос.

В большой игровой комнате загородного имения генерал-губернатора Вятки, была развёрнута «Железная дорога». Родители «куколок» и их родственники, оперативно подтянувшиеся на празднование Нового года с интересом и нескрываемым изумлением наблюдали, как шестеро девчонок и один мальчишка – сын хозяина поместья – ловко управляли обширным железнодорожным хозяйством размещённым на макете, который занимал площадь практически всего, довольно просторного зала. Девочки управляли посредством голосовых команд, лишь Серёжка лихо стучал по клавишам, даже на вид мощного компа.

– Скорый пассажирский экспресс № 12 "Тюмень-Москва," прибывает на третий путь. Граждане встречающие – будьте осторожны! – вещала "казённым" голосом Вилка.

Из дальнего конца зала, неторопливо двигался экспресс, как положено останавливаясь на семафорах и пропуская маневровый транспорт. Поднимался и опускался шлагбаум на переездах. Возле будок, стояли юниты (мужчины или женщины) с поднятыми флажками. Дальше, после того как поезд проходил, на дорогах начинал двигаться транспорт...Короче создавалось впечатление, что всё происходит вживую. Люди, автомобили, поезда...Совершенно дикое ощущение, без привычки. Словно свысока наблюдаешь за миром. Впрочем это чувство очень быстро проходило, оставался только неподдельный интерес.

Другие девочки работали, кто на маневровых горках, кто на вокзале, кто управлял работой шпалоукладчиков и мостовых кранов... В общем было весело. Так весело, что чуть не пропустили проводы Старого года.

"Управляющий контур", вставленный в здание диспетчерской, в течение долей секунды, решал сложнейшие задачи связанные с логистикой и расписанием движения поездов. С доставкой товаров со складов и разгрузкой товарняков. А так же с прибытием и отправкой пассажиров. Оленька называла его странным именем – квантовый компьютер. Логистикой и пассажирооборотом управляла в основном она. Техническими проблемами – Белка. Остальные девочки, были, как говорится, "на подхвате". Правда иногда мальчишка, посредством своего компа,(очки он почему-то не любил, хотя через них можно было "видеть" намного больше и объёмнее. В основном это касалось мелких деталей, но как известно, мужчины рассматривают проблемы в глобальном смысле, а мелочи их не волнуют, в отличие от женщин)вносил свои коррективы, не всегда совпадающие с текущим моментом, и тогда Оленька или Белка, мягко поправляли его, показывая как нужно поступать в том или ином случае. На что пацан совершенно не обижался. Он походу учился.

Однако среди всех присутствующих гостей, был ещё один человек, который тоже учился. Ещё с первых минут начала игры, папенька Алтуфьев, сразу уловил всю значимость Оленькиного и Белкиного изобретения. Опытный интриган, политик и магнат, он сходу понял какое влияние на события в стране и в мире, может оказывать человек владеющий трансконтинентальной торгово-транспортной империей! Ведь существуют не только поезда, есть и автомобили, корабли, самолёты! Значение электропоездов он тоже оценил, и решил после встречи Нового года, предметно побеседовать с девочками. Со всеми. Лавка "Млада" ему тоже покоя не давала. Это ж какие деньжищи! Что сказать, деловой подход!

Наконец-то Ирине Михайловне удалось обратить на себя внимание гостей, и она незамедлительно потребовала всех проследовать к столу! Что и было проделано с большей или меньшей неохотой. За столом страсти по игре чуть подуспокоились и пошли обычные светские разговоры о погоде и общих знакомых. В 23 часа подняли бокалы за уходящий, ровный и спокойный год. Пожелали такого же в будущем...и выпили. Потом выпили ещё и ещё.

А следом, как-то незаметно добрались и до Нового года. Прослушали по телевидению поздравление правящей семьи( в записи. Всеволод и Лексус в это время отрывались в ночном клубе, Александр в компании друзей, а сёстры Романовы ещё не до конца пришедшие в себя после демонстрации возможностей" паровозиков", всё порывались вернуться в игровой зал), бой Московских курантов и выстрел Петропавловской пушки, продолжили угощаться и выпивать.

И тут случился казус, который через несколько лет назвали "глобальным имперским изобретением столетия", кронштейны державшие ЖК-телевизор внезапно ослабели или треснули или лопнули, но фактом оказалось то, что громадная "плазма" свалилась на пол, продолжая при этом работать. Шёл праздничный концерт в московском Сити-Холле. Все самые знаменитые поп и рок группы участвовали в Новогоднем шоу. По обеденному залу пронёсся разочарованный шепоток.

– Ничего страшного, – воскликнула Ирочка. – Мы сейчас же перейдём в другое помещение. Гости стали нехотя подниматься с мест. Одно дело смотреть концерт за рюмочкой коньяка, не отрываясь от интересной беседы в знакомой компании, и совсем другое – оставлять стол уставленный всевозможными закусками, и тащиться куда-то, чтобы посмотреть на дёргания и кривляния молодых волосатиков с гитарами.

– Стойте, господа. Подождите, – громко сказала цесаревна, заметив как Оленька, что-то лихорадочно ищет в своём маленьком клатче. – Оль, у тебя, я так понимаю, есть другое решение нашей маленькой проблемы? Раз наши мужчины не в состоянии поднять и поставить телевизор, хотя бы на пол, – очевидно, что ей нравился концерт и цесаревна не хотела прерываться ни на минуту. Мужики – каждый как по команде, скроили рожи "я бы с радостью, но у меня спина" – остались на месте.

– Я попытаюсь...у меня просто появилась идея, – слегка покраснела от общего внимания, девочка. Ещё секунду поискав, она вынула из сумочки...нечто обмотанное скотчем. Потом она подошла к лежавшей экраном вверх "плазме" и присела, приложив это "нечто" к одному из входов USB и что-то нажав прошептала: "Ну, ты ж у меня разумная. Сама разберёшься". А затем вернулась за стол.

– Надеюсь, получится, – походя пробормотала она посмотрев почему-то на герцога.

С десяток секунд ничего не происходило. Всё так же гремела музыка, исходящая из лежавшего навзничь телевизора. Кое-где послышались разочарованные вздохи...как вдруг прямо из экрана, стали появляться, вырастать объёмные фигуры музыкантов, инструменты, аппаратура, а в конце вообще, вся сцена. А так как сам экран телевизора был примерно трёх метров по диагонали, то и фигуры соответствовали масштабу. Когда камера удалялась от сцены, то в объектив попадали зрители из зала и было такое чувство, как-будто концерт идёт прямо здесь, в большой гостиной генерал-губернаторского имения! Гости вдруг ощутили себя не в поместье, а в зале ресторана, где перед ними на сцене играют живые музыканты!

– Голограмма! – вскричала потрясённая Муха. – Миха! Голограмма! Настоящая, а не из твоих фантастических рассказов! Оля! Голограмма! – обратилась она к цесаревне. – Господа! Да это же настоящая голограмма! Неужели вы не понимаете? Да это же...это же...

– Шаг в будущее? – улыбаясь спросил папенька Асташев.

Но вместо потрясённой Мухи, ответила её сестра-близнец.

– Я бы охарактеризовала этот момент, как стремительный прыжок к звёздам. Длинною лет так в сто-сто пятьдесят, – спокойно, словно ничего не случилось, констатировала Миха.

Третьей, как ни странно, отреагировала Лена. Она поднялась со своего места и ни слова не говоря направилась к телевизору, подхватив по пути пластмассовую табуретку, ранее служившую подставкой под большое блюдо с запечённым в собственном соку осетром, которое не поместилось на плотно уставленном разнообразными яствами столе.

Подойдя к "плазме" в том месте, где обмотанное скотчем "нечто" соединялось со входом USB, Лена поставила табурет, уселась на него и вынув из наплечной кобуры пистолет и передёрнув затвор, умостила оружие себе на колени. Всё это молча. Напоказ.

Марина, тут же поняв и оценив манёвр напарницы, проделала тоже самое, только с другой стороны телевизора. Очевидно, чтобы не перекрывать директрису прицельной стрельбы подруге.

– Однако, девочки, – раздался громкий, довольный голос герцога Видаса. – Браво! Каюсь, недооценил вашу подготовку. Готов взять свои слова обратно. Сработали чётко и в срок!

– А что собственно происходит? – попытался перекричать музыку зазвучавшую из "плазмы", генерал-губернатор. С объёмным изображением появился и столь же объёмный звук. – Лена, ты там рядом. Сделай пожалуйста потише! Охранница выполнила его просьбу.

– Так, что господа, происходит? – повторил хозяин губернии. – Я что-то не понял. И зачем девушки обнажили оружие? На нас кто-то напал?

– Пап, ты чего? – мелкий фон Леманн, был несказанно удивлён, поведением папеньки. – Олька же это...ну-у это...сотворила...натворила...натворила научное открытие!

"Именно, что натворила" – как обычно недовольно проворчал Сидор.

– И, что из того? – всё ещё не понимал старший родич. – Это даёт право двум девушкам угрожать моим гостям пистолетами? В моём доме?

– Остановитесь, Валерий Кристианович. Успокойтесь и прислушайтесь к моим словам, – со своего места поднялся Видас. – Никто, боже упаси, вашим гостям не угрожает! Это простая мера предосторожности. Господа, – он посмотрел на притихший народ, – надеюсь вы всё воспринимаете адекватно. Тем более, кроме меня здесь и ещё присутствуют августейшие особы. А вы девочки, – он обратился к охранницам, – спрячьте оружие. Серьёзность своих намерений вы обозначили, считаю этого достаточно.

Охранницы спрятали оружие в кобуры, но с места не сдвинулись. Видас ещё раз одобрительно кивнул. Из телевизора донёсся шум зала.

– Видас, да выключи ты эту шарманку! Всё что хотели, мы уже увидели, – выкрикнул со своего места Иван Павлович Асташев, дедушка Белки. Кстати роль дедушки кого-либо из присутствующих, мог играть разве что генерал-губернатор. Он выглядел старше всех за столом.

Щелчок на пульте. "Плазма" выключена, изображения пропали. Лена, наклонившись с табурета, ловко подхватила "прибор" и не глядя сунула его в карман модных брюк, заслужив ещё один одобрительный кивок герцога Жимайтиса. Наступила неловкая пауза. Никто не решался начать обсуждение первым. Воспользовавшись всеобщим замешательством, цесаревна Ольга подсела к Мелинде, взглядом попросив Лёху... свалить куда-нибудь в закат. Минут так на двадцать. Лёха только ухмыльнулся и одевшись, отправился следом за своей подругой Фейкой, гонять по приусадебному парку оголодавших, а потому обнаглевших за зиму зайцев. "Куколки", бурно обсуждая новую Лёлькину чудесину, сытые и слегка захмелевшие от нескольких выпитых бокалов шампанского, тоже оделись и с радостью последовали за Лёхой. Перед Булькой гордо вышагивал Фей, время от времени подталкивая головой саму "Великую изобретательницу", которая путаясь в рукавах своей шубки, вновь принялась "корчить рожицы".

Цесаревна Ольга по свойски придвинулась к пьяненькой Мелинде, которая ещё не полностью отошла от шока увиденного чуда и поэтому просто молчала, задумчиво вертя в пальцах тонкую ножку хрустального бокала.

– Мэл? – бывшая двоюродная бабка, разрешила цесаревне так к ней обращаться. – Мэл?

– М?

– Мэл, как тебе изобретение? – издалека начала Ольга.

– М?

– Мэл, ты меня слушаешь?

Мелинда кивнула.

– Мэл, кто такая эта Оленька?

– Моя сестра. А что?

– Ну-у, как-то... это всё, – пожала плечами цесаревна. – Слишком странная девочка. На что у нас Миха умница. Грамотная, образованная, серьёзная...но твоя Оля, это вообще вне всяких рамок! Правда насчёт серьёзная...я бы так не сказала. Особенно когда наслушалась разговоров с её подругами -"куколками". Они вообще – по-моему – не бывают серьёзными. всё хиханьки-хаханьки...если бы не их дела. Это правда, что они сами организовали "Младу"?

– Правда.

– И, что? Никто им не помогал?

– Почему? Помогали конечно. Но не с товаром, а с организационными вопросами и помещением под магазин. А вот товар они изготавливают сами.

– Что ж. Охотно верю, – неуверенно сказала цесаревна. – А это правда, что мне "куколки" рассказали?

– Ты о чём?

– Ну-у, что весь товар изобрела Оля?

– Олька с Белкой...с Изабеллой Асташевой...

– Да знаю я про Белку. Уже и сама так звать привыкла.

– Так вот они изобрели и создали "Железную дорогу". Всё остальное создали сами девочки. Но правда в том, что именно Оля подтолкнула их к этому.

– Угу. Угу. А вот сама она, одна...ну вот кроме голограммы, что-нибудь ещё изобрела? – цесаревна затаила дыхание. Вот сейчас...ну сейчас!

– Эх ты, дознаватель-недоучка, – Мелинда совершенно трезво посмотрела на моментом смутившуюся цесаревну, – На! – она порылась в своей "Луи Виттон" и вручила Ольге ключ. – Бери своих близняшек, охрану и дуйте к нам домой. В холле, у самого входа на кухню, под лестницей, увидите маленькую дверь. Зайдёте аккуратно, посмотрите на ещё одно чудо. Только предупреди всех. Ничего не трогать и ни к чему не прикасаться! И вообще...не мешать процессу. Не спрашивай, сама всё увидишь. Там с правой стороны от двери, стоит картонная коробка. В ней то, чего ты так добиваешься. Возьмите сколько нужно...в ванной свежие полотенца есть. Короче сами разберётесь. Да и ещё. Захочешь одарить охрану – не стесняйся!

Не задав больше ни одного вопроса, цесаревна схватила ключ и пошептавшись с сёстрами, прихватив девочек-охранниц, быстренько выметнулась за двери господской усадьбы.

Им понадобилось не более двадцати минут, чтобы на одолженной у фон Круппа "Чайке", по совершенно пустынному шоссе, на бешенной скорости долететь до границ с новостройками(бывших границ с бывшими новостройками). Войдя в тёмный холл и наощупь нашарив дверь под лестницей, банда "домушниц" с трепетом заглянула в лабораторию. То, что они там увидели, вызвало ещё больший шок чем голограмма концерта. Это вообще не поддавалось никакому описанию. Когда в лаборатории автоматически включился свет, девушки застыли как соляные столпы. Даже моргнуть боялись.

– Это пещера Алладина или избушка Бабы-Яги? – шёпотом спросила всегда спокойная и уравновешенная Миха, глядя на беспрестанно летающие тюбики и беспрерывно двигающиеся вверх-вниз поршни шприцов.

– Лаборатория сумасшедшего учёного? – подсказала притихшая Муха.

– Каюта космического корабля пришельцев? – спросила одна из охранниц.

– Сказочный вход в гномьи лабиринты? – цесаревна прикрыла веки.

– Не знаю, – снова прошептала Миха. – Но я хочу здесь жить. Я хочу дышать этим воздухом. Воздухом науки и магии!

– Надышишься ещё! – пришла в себя Муха. – Нинка, хватай картон и тащи наружу, – приказала она охраннице. – А я пока сестёр из транса выводить буду!

Ещё через полчаса, все девять новоиспечённых "куколок", включая и охранниц, сияя тем самым "внутренним" светом и перламутровым оттенком волос, мчались назад в усадьбу.

– Не знаю девочки как вы, а меня к ней тянет, – вдруг в полной тишине заявила Ольга.

– Кто бы говорил, – мрачно откликнулась Муха. – Как только первый слой крема нанесла, так сразу и того...тоже.

Посмотрели на Миху.

– Аналогично, – коротко отозвалась та. – И что бы это значило?

– Может родственная магия? – неуверенно спросила Муха. – Она ведь тоже универсал, как и мы...только намного сильнее. Я у маменьки выведала.

– Возможно, – задумалась Миха.

– Кровь? – напряглась Ольга.

– И это может быть. Мы ведь "двоюродные" Романовы. И намешано в нас всего – всего. И та "старая" тоже есть.

– Ты имеешь в виду...

– Ага. Её. И в немалой пропорции...кстати. Я в одном "запрещённом" папенькой трактате вычитала.

– Что? Папенькин архив вскрыла? – округлила глаза Муха.

– А что там его вскрывать? – ухмыльнулась Миха. – Делов-то!

– И что там? – спросила Ольга.

– Да много всего, – неопределённо ответила Миха. – А возвращаясь к нашему вопросу...Я думаю и то и другое. И магия и кровь. А вас сильно тянет?

– Очень, – честно ответила Ольга.

– Спасу нет, – пожаловалась Муха.

– Значит её кровь старше и сильнее нашей. И в магии...она...сильней... – Миха подозрительно замолчала.

– Что? – насторожились сёстры.

Миха молча указала на охранниц.

– Девочки давали личную клятву на крови, – пожала плечами Ольга. – Кстати, Маша, – она обратилась к водителю, – вы ведь и на остальные две смены косметики прихватили?

– Да, Ваше Высочество.

– Вот и молодцы. Так что? – вновь вернулась она к сестре. – Ты что-то вспомнила?

– Ну я у папеньки много старинных свитков прочитала, – смутилась(в кои-то веки!) Миха. Наши догадки можно проверить лишь единственным способом.

– Хм, – догадалась Ольга. – Ритуал?

– Он самый, – кивнула Миха, – на крови.

– А Лёлька-то согласится? – Муха как и сёстры за короткое время знакомства привыкла называть "куколок", также как они сами себя называли.

– А мы её спрашивать не будем. При случае уколем иголкой, а капельки нам хватит.

На том и порешили.

«Зачем она вытащила пистолет?» – спросила девочка, когда «куколки» вместе с Лёхой и Феями отправились гонять зайцев, постоянно огрызавших кору с деревьев, по парку.

"Кто?"

"Деда, не придуривайся! Ленка!"

"Ну твой дедушка Видас, всем популярно объяснил – для серьёзности обозначенных намерений."

"Каких?"

"Очевидно для защиты твоих авторских прав на изобретение."

"А на них уже кто-то претендует? Они ведь даже не поняли, что произошло."

"Возможно. Но на телефонные камеры снимали все."

"И что это им даст? Прибор-то скотчем замотан. Я специально это сделала, как чувствовала. А Ленка со своим пистолетом! Вот дура!"

"Дура не дура, а прибор быстро оприходовала!"

"Всё равно без меня никто не разберётся."

"Ага. Никто. Кроме тех кто знаком с твоими кристаллами. А это почитай все! Уж пристроить лазерную указку к кубику, любой дурак сможет. У тебя ведь в каждом кристалле, капелька магии разума присутствует? Активируется голосом? Ну вот и думай голова!"

"Так может мне Ленке, ещё и спасибо сказать?"

"Может и сказать, только думаю я она не твоё изобретение спасала, а выполняла приказ императрицы."

"И какой?"

"Такой же как и императора. Не изобретать и не разрабатывать ничего, без разрешения вышестоящих органов. Или без личного на то дозволения государя. Ты что? Забыла о чём он с тобой вчера...вернее уже позавчера говорил? А если чего и создала, то немедленно прятать от любопытных глаз?"

"Но ведь Миха-то сказала, что моя голограмма, это большой скачок к звёздам. Зачем же его прятать?"

"Миха умная девочка, но к нашему сожалению она не императрица, да и вряд ли когда ею станет."

"Хм. А я кстати их чувствую."

"Кого?"

"Всех троих. И Миху и Муху и Ольгу. Вот прям физически чувствую. Они сейчас из нашего дома возвращаются. И моей косметикой пользовались!"

"Ага. Значит магия жизни вас зачем-то соединяет. И не только она. И да. Ты права. Но они тебя не чувствуют, их к тебе просто тянет." – хмыкнул дед.

"Как тянет?" – непоняла Оленька.

"Физически. Прям кушать без тебя не могут! Так любят!" – дед захохотал.

"Эй. Старый. Ты мне кончай издеваться!"

"Хм. Я серьёзно."

"И что делать?"

"Что делать, что делать. Наблюдать".

"И всё же, деда", – Оленька вернулась к прежней теме. – "Тебе не кажется, что Сева перегибает палку? Кто он вообще такой, чтобы мне что-либо запрещать?"

"Ого! Начинают проявляться амбиции "жизнюка"?"

"Заметь, я не подчеркнула слово "мне". Я подчеркнула "кто он вообще такой".

"Самодержец".

"Самодержец чего?"

"Самодержец государства Российского."

"Ну так вот пусть сам и держит государство у себя в Питере! А ко мне не лезет!"

"Не нервничай. У тебя от нервов портится цвет лица." – продолжал издеваться дед Сидор.

"Ничего у меня не портится. У мага жизни ничего не портится априори."

" И не злись."

"Как не злиться? Если каждый кому не вздумается, начинает указывать тебе, что можно, а что нельзя?"

"Обоснуй?"

"Да хотя бы Ленка. Какого спрашивается хера, ты полезла со своим оружием? Гостей напугать? Родителей и родственников моих подруг? Можно сказать сестёр? У тебя задача охранять меня, а не мои разработки! Вот и занимайся своим делом! Кругом одни понты!"

"Повторяю, она выполняла приказ. Если уж злиться то не на неё, а на императрицу, которая кстати, в тебе души не чает!"

"Ага! За мою косметику!"

"Не только..."

" Ну а за что ещё?"

"Не знаю пока, но ты ей нравишься. Я чувствую."

"Так-то да. Твоей чуйке я конечно верю, но..."

"Но вон едут твои царевны", – перебил Оленьку дед. – "Причём очень быстро едут. Наверное по тебе уже успели соскучиться!" – дед снова заржал.

Действительно, не успела машина остановиться как все три принцессы, выскочили из неё и бросились к одиноко стоявшей под старой сосной Оленьке. Подбежав они стали её обнимать и тискать, как плюшевую игрушку. Причём по мнению девочки, совершенно беспричинно. Внезапно Оленька почувствовала лёгкий укол в палец.

– Ой, – вскрикнула Муха. – Прости Лёлька! У меня булавка случайно раскрылась.

Миха меж тем, деловито стирала с пальца Оленьки кровь, вышитым носовым платочком.

– До свадьбы заживёт, – Муха подула на подушечку пальца, девочки.

– Ба-а! Да нашего полку прибыло! – из-за поворота парковой аллеи выбежал Фей, а за ним как привязанная следовала Булька. Она-то первой и увидела изменившихся цесаревен. Через несколько минут прибежали и остальные "куколки" во главе с Феей и Лёхой. Они принялись разглядывать и поздравлять цесаревен их охранниц(кстати, их подогнанная стандартная форма, стала выглядеть на них как-то нелепо, потому что их по-мужски спортивные фигуры, превратились в спортивные, но по-женски, со всеми округлостями и выпуклостями) при этом активно фотографируя и тут же делая рассылки своим родителям и родственникам. Кто-то догадался отослать фото всех девятерых Ангелине. Она не покинула своих "цыплят", а также встречала Новый год в компании гостей генерал-губернатора. И сейчас сидела за столом в большой гостиной, прислушивалась к интересному разговору о своём беленьком "цыплёнке" и его изобретении, попутно, через интернет, работая со своими агентами в Европе, подготавливая таким образом свой "звёздный" визит. У делового человека – нет выходных дней! Получив месседж и фото, Ангелина поднялась, извинилась перед присутствующими и быстро покинула помещение, надевая на ходу свою роскошную норковую шубу.