Текст книги "Трон великих Предков (СИ)"

Автор книги: Ellerillen

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

– Не смей говорить о ней в таком тоне! – парня аж затрясло, и Шоуки запереживал что переборщил с топтанием по больному. Ну да, большого опыта в том, насколько надо надавить на человека, чтобы вывести его из душевного равновесия, у него не было. Особенно в столь щекотливой ситуации. – Наири – нежный цветок который продали клану Наместника, как какую-то вещь, в обмен на чиновничьи посты да влияние в столице!

Нежный цветок? Он вообще серьёзно? Шоуки несколько опешил, слушая излияния карита. Какая она нежная, какая она светлая, какая благодетельная и недостойная всей той грязи, в которую её окунули, выдав за зажравшегося сыночка из рода выскочек, севших своей толстой жопой поперёк всего континента!

Не то чтобы Шоуки хорошо знал свою бывшую госпожу, да и видел её, по правде, всего несколько раз, но впечатления у него сложились совсем иные. А потом его осенило – да этот… придурок влюблён по уши, и недостатков в своей избраннице в упор не видит. То-то он бесился так, когда их определили в приданное к госпоже. Как же давно это было!

– Ты присягал роду Сиасай. Никакая женщина не стоит нарушения клятвы!

– Она не какая-то женщина! – тихо и зло произнёс Сасай. – А Наместник – всего лишь узурпатор, прибравший к рукам Благословенные Земли! Лишь перед Императором надлежит склонить голову благородному кариту! Или ты наивно полагаешь, что этот ублюдок и его сыночек склонят головы и отступят в сторону, когда потомок Императора заявит права на престол? Его уничтожат на месте!

Шоуки сморгнул. Ах, если б ты, придурок, только знал…

– Ты заглядывал в голову Наместника и читал его мысли как открытую книгу? – хмыкнул Шоуки с сомнением, старательно удерживая в себе желание выматериться в голос.

– Это так же верно, как и то что солнце встаёт на востоке и садиться на западе! Поверь, Империи пойдёт только во благо, если Наместника свергнут! Свергнут и уничтожат его, и его отпрысков, отравленных единовластием! И тогда совет из верных Империи людей сможет справедливо управлять этими землями в ожидании возвращения Императора! И Наири, моя Наири, будет освобождена от этого позорного брака и сможет быть счастлива вместе со мной! Её добродетель воссияет, и её красота и ум…

– Так значит, она непричастна, и невиновна, и с теми людьми сношений не имеет, и особой роли в этом маленьком заговоре не играет? – перебил влюблённого Шоуки, чувствуя как у него уши начинают узлом завязываться от этого всего.

– Да!

Прозвучало уж слишком искренне и жарко. Но, лучше бы это действительно было так.

– Я не желаю скандала в доме наместника. Просто молчи о ней на допросах. Сам пошёл, сам развесил, сам подменил… Понял? А с ней я сам переговорю, чтобы сидела тихо, и в мыслях даже не думала…

– К чему? – в этот раз шоуки сам был перебит Сасаем. – Оставим этот разговор между нами, и тебя не тронут, когда всё начнётся. Или же, если сам перейдёшь на сторону Истинного Императора и его верных приспешников, то тебе это зачтётся!

Вот тут молодой карит не выдержал, и сдавленно хохотнул в спину здоровяку.

– Я уже там, Сасай. Это тебя демоны попутали. Поверить, что обретёшь счастье с возлюбленной, когда они перебьют всю семью её мужа… Кто они, кстати?

Вот тут Шоуки почувствовал, как его добыча напрягается, и… По-хорошему, стоило засадить ему клинок в шею, или хотя бы надавить, намекнув чтобы тот успокоился, но Шоуки замешкался, и нож просто вывернуло у него из пальцев! Похоже, молодой карит держал его неудачно, и Сасай смог увидеть клинок, а значит и воздействовать на него.

А дальше всё пошло кувырком – Шоуки попытался выхватить второй нож с поясных ножен, но его отшвырнуло мощной волной, пущенной не глядя за спину, и впечатало с хрустом в стену сарая.

Хрустели вроде доски, но это по крайней мере помогло Шоуки опомниться – перед ним враг! Предатель! Вольный, не вольный, с серьёзными ли мотивами пошедший на предательство – сейчас не важно и второстепенно! Так что выхватить клинок, ножи…

И снова его отбросили на стену волной духовной силы, загнав в какой-то хлам, поднявший клубы удушливой пыли. Шоуки, не проморгавшись толком, рухнул на пол, и клинок Сасая ударил в стену, прорубив старые доски. Блокировать в этой ситуации было бы самоубийством. Шоуки лягнул противника в пах, но тот ловко подставил бедро и попытался ухватить парня за ногу. Пришлось спешно откатываться, насколько позволили старые корзины вперемешку с пыльными мешками и какими-то палками. Шоуки отлично помнил, насколько хорош Сасай был в классической борьбе, и совершенно не хотел оказаться в захвате.

Да и вообще из этого пыльного и тесного сарая нужно было выбираться – у Шоуки возникло очень неприятное чувство, что он сам себя загнал в ловушку. Попытался снова схватиться за клинок – Сасай перехватил его своим даром и едва не расколол об утоптанный до состояния камня пол – Шоуки едва увернулся, и ударил волной вперёд и вверх, цепляя очередную груду мешковины. Волна, как всегда, вышла слабая, но на то, чтобы выбить пыль из старого хлама и швырнуть его в лицо кариту её хватило.

– Ах ты погань! – взревел Сасай, превентивно пуская круговую волну так, что хлам впечатало в скрипнувшие стены. Ухватить ни клинок, ни ножи Шоуки снова не успел, но зато торопливо метнулся в дверной проём – волна прошла над его головой, пытающийся проморгаться карит ошибся с высотой. Зато, почувствовав движение, бросил вслед такой заряд духовной силы, что стену разворотило и Шоуки зацепило парой досок прилетевших в спину, остальные застучали по дворику. А потом сарайчик рухнул с грохотом и потянул за собой часть стены и навес с черепичной крышей.

– Ох… – невольно выдохнул молодой карит, потирая ушибленное доской плечо. Провернуть всё по-тихому не получилось. А ещё рухнувшие останки сарая разметало ещё раз, и пыльный и помятый Сасай выбрался наружу, с ненавистью глядя на соклановца. Шоуки выхватил из рукава последний нож, мрачно думая о том, что ему срочно надо что-то вроде Хризантемы учителя, но полегче и покомпактнее. Все прочие ножи и меч остались под завалами сарая и не поддавались.

Навес всё ещё сыпался и заваливался медленно и печально. Только черепица раскалывалась звонко и даже как будто весело. Где-то залаяли псы, где-то слышались всполошенные голоса. Сасай оценил ситуацию, лицо его скривилось от злости, и он метнулся к стене, добавив себе прыти духовной энергией. Шоуки метнулся следом, быстро набрав почти такую же скорость, и когда пытающийся сбежать предатель вспрыгнул на стену – подбил его ногу суженной, сконцентрированной волной, и попытался ударить противника ножом, когда тот рухнул на землю. Нож снова, чтоб его, перехватили и отшвырнули далеко в сторону, Сасай взревел, подрываясь на ноги, и бросился на Шоуки с кулаками – его меч тоже застрял где-то под досками. С перепугу молодой карит даже попробовал подсечь противника, блокируя удар, но его умело взяли в захват и впечатали спиной в землю.

Дальше была свалка, очень болезненная свалка, с ударами, тычками, пинками и попытками придушить друг друга. У Сасая получалось лучше, но вскоре их прервали. Сверху обрушилась такая тяжёлая, полная злости духовная энергия, что оба на пару мгновений потеряли ориентацию и волю к сопротивлению.

– Каких демонов тут происходит?! – грозно и крайне недовольно потребовал ответа Наставник. Остановившийся подле него Тамай только голову на бок склонил и прищурился.

Сасай зубами скрипнул, с ненавистью глядя на обоих. Шоуки прокашлялся, коснулся едва не передавленного горла и прохрипел:

– Вашего… тестя сюда… срочно!

И как Амарими сохраняет выражение лица, когда сам куда-то влипнет и ожидаемо опростоволосится? Шоуки сейчас очень хотелось бы спросить у него совета на этот счёт…

Глава 14

Господин Инари медленно выдохнул, и потёр переносицу.

– Ещё раз, почему ты не рассказал обо всём прежде, чем полез к… этому!

– У меня были на это причины, – упрямо повторил Шоуки, исподлобья глядя на мужчину. Увы, держаться с тем же достоинством и спокойствием, аки младший принц, у него не выходило.

– Мы потеряли связного из-за твоей выходки! И этого… – он снова скривился, – можно было бы попытаться использовать втёмную!

– Мы простые кариты, – усмехнулся Тамай, испытывающий странное удовлетворение от происходящего. По крайней мере, Шоуки казалось, что учитель чем-то весьма доволен. – Видим врага – бьём врага. Смысл пользовать в собственных играх подобных, не слишком разумных исполнителей? Да и связной вряд ли знал много о наших врагах.

– Он знал достаточно, чтобы ему выдали яд, – господин Инари поджал губы.

Да, того слугу они успели перехватить, когда тот пытался пробраться за стену поместья через малые ворота. Перехватили, и с удивлением и ужасом отступили, когда тот вдруг начал биться в судорогах и исторгать кровь горлом. Сделать ничего не успели. Сасая, конечно, взяли невредимым, но все присутствующие сомневались что он знал многое. А вот связной мог работать с несколькими агентами…

– Одним больше, одним меньше. Как водится, основные шпионы-заговорщики должны сидеть в столице, там, где принимаются решения, – пожал плечами Тамай.

– Когда целью ставят уничтожить род – нападают на родовое поместье, – напомнил ему устало дорогой родственник. – Именно поэтому так важно выдернуть все ядовитые нити, что закинуты за эти стены! Вычислить, выдернуть одним ударом, и ими же подсечь тех, кто их закинул!

– Опять же, уважаемый отец, подобные тонкости – ваша работа. Мы просто уничтожаем врагов. Низменно, примитивно и эффективно.

Шоуки притих, наблюдая за перепалкой, и тихо молясь, чтобы его продолжали не замечать. Вот в дело пошли прищуренные взгляды, вскинутые подбородки…

– Хотелось бы всё-таки вернуться к основной причине нашего собрания… – рассеянно заметил господин Распорядитель Высокого Двора.

– Определённо, – кивнёт Имари, тоже сидевший в покоях господина Маомина. Насколько понял Шоуки, в помещениях смежных с его кабинетом хранилось много важных документов, и финансовых, и касающихся планировки поместья и его защитного периметра, и ещё демоны знают каких, так что защищены помещения были хорошо, и от прослушивания, в том числе. – Так от чего, Шоуки? Подобное на тебя не похоже. Только серьёзная причина могла заставить тебя скрыть от старших столь важную информацию. Так в чём же дело?

– Этот жалкий карит в напрасной гордыне возомнил себя всемогущим и легкомысленно решил, что сам сможет выкорчевать предательский корень из этого тихого сада, – пробормотал Шоуки, склонив голову в знак вины.

Все трое с прищуром уставились на него в крайнем скепсисе.

– Ладно, врёшь ты уже ровнее и артистичнее, но по-прежнему крайне неуклюже и вне характера, – отчитал его Инари Сай. – Просто скажи, в чём дело?

Шоуки поёрзал задницей на пятках, чувствуя отчаяние припёртого к стенке человека. Глянул на одного, на второго, понял что старшие от него совершенно не отстанут и процедил:

– Мне нужно было… Уточнить пару деталей чтобы… снять подозрения, и избежать большого… скандала, если это вообще возможно, – с трудом подбирая слова проворчал он.

– Ну-ка, ну-ка, и кого же покрывает наше правильное до безобразия молодое дарование? – склонил голову на бок наставник каритов.

– Столь долгое время, проведённое в обществе младшего принца, боюсь, отразилось на его дисциплине и порядочности не лучшим образом… – качнул головой Тамай.

– И кто же его обрёк на это, отослав на север вместо себя, а? – напомнил господин Инари.

Противостояние взглядов разыгралось с новой силой, и Маомин выразительно кашлянул в кулак. Помогло…

– Итак, о каком скандале идёт речь? – деловито и спокойно спросил господин Распорядитель. От чего-то юлить и скрывать правду перед этим человеком было особенно неловко. Наверное, дело было в том, что именно ему он приносил свои клятвы и с его помощью и советом получил такое хорошее, родное имя.

– О том, которого не случится, если я промолчу.

– Уверен, что Сасай не проговорится? – Инари вскинул бровь. – Его будут допрашивать со всем тщанием.

– Насчёт этого – не проговорится, хоть на куски его режьте, – кивнул мрачно.

– Баба? – живо заинтересовался Тамай. Шоуки вытаращился на учителя со священным ужасом, а вот Инари глянул даже с некоторым одобрением.

– Как бы мне не хотелось это признавать, но ты, дорогой зять, не безнадёжен.

– И на кого же запал наш маленький предатель? На замужнюю? – живо заинтересовался господин Имари.

Шоуки коротко кивнул. Чувство было такое, будто всё вокруг рушится и полыхает, и пол проваливается под ногами…

– И верно, – огладил задумчиво тонкую бородку Инари Сай. – Иначе никакого грандиозного скандала бы и не было. Вопрос в том, о какой замужней идёт речь, если наш тихий, правильный Шоуки, так отчаянно боится этого скандала, что решился на…

Бывший телохранитель самого Наместника не закончил фразу, рука его замерла, а глаза на мгновение остекленели, сделав лицо похожим на восковую маску. Старшие, заметив это оцепенение, переглянулись и нахмурились в задумчивости, и следующим опал с лица Распорядитель Маомин. Пожилой мужчина как-то сипло и резко вдохнул, нашаривая ладонью сердце на груди, и Шоуки зажмурился, отчаянно желая быть маленьким и незаметным среди той бури, что вот-вот разразится.

***

Утром Амарими с досадой обнаружил, что в поместье что-то произошло, а он не в курсе. Сперва был замечен один из людей господина Инари, ненавязчиво караулящий вход в один из соседних дворов, в большом доме которого обитал брат с супругой. Непонятного возраста мужчина с невыразительным, не запоминающимся лицом делал вид, что просто болтал со служанкой у ворот. Ничего особенного, проходите мимо. Служанка тоже была из слуг рода Сиасай, а не тех, что притащила с собой… глубокоуважаемая старшая сестра.

Мелочь, болтают и болтают, но молодого принца царапнуло ощущением странности происходящего.

Но в целом, подобное мерещилось ему часто, и молодой принц старательно развивал в себе если и не критическое мышление, то привычку сперва внимательно посмотреть по сторонам и сопоставить факты, и потом уже нырять в происходящее с головой.

Потом выяснилось, что самого господина Инари сегодня в поместье нет, и совместный с Аланом урок истории взаимоотношений кланов отменяется.

Чуйка заскребла сильнее, Амарими коршуном налетел на слуг, расспрашивая так и сяк и издалека. Изображая досаду от сорванного занятия, и исподволь выпытывая информацию, он поприставал и к другим наставникам, но добился чего-то стоящего только от Наставника Копейного двора. Прочим было известно, что господин Инари Сай покинул поместье рано с утра, и только. А вот почти тёзка наставника старательно избегал этой темы и выглядел невыспавшимся и обеспокоенным.

Он темнил!

Точно знак, что что-то происходит!

Шоуки не было. Его учитель тоже отсутствовал. Супруга его учителя зазывала на чай, хлопала глазами и изображала такую наивную неосведомлённость, что Амарими посчитал нелишним удрать поскорее, отболтавшись делами, и попытать счастья в другом месте. Отыскал Кено, Таики и Шимая, припряг их расспрашивать слуг Малого двора, а сам попытался наехать на людей господина Инари.

Получил массу удовольствия, слушая, как они предельно вежливо уклонялись от ответов на наводящие вопросы задаваемые раз за разом, но ничего нового не вызнал. А вот засланцы, когда они встретились в условленном месте, принесли массу информации.

С ней он и пошёл к Алану, потому что к кому же ещё, когда Шоуки нет?

– Есть успехи? – подкравшись к рабочему столу за которым страдал будущий Император. Стол был застелен большим листом грубой бумаги, на котором Алан старательно выводил какие-то чародейские схемы, сверяясь с ворохом записок и несколькими книженциями. Ах, нет, вон на обложке характерная печать, он опять с шешоу работает…

– Да не особо. Никак не сходится… А я то считал себя довольно неплохим бытовиком-теоретиком.

Алан выпрямился, оторвавшись от своих схем и вздохнул. Выглядел он умотанным и несчастным, его явно нужно было срочно взбодрить. Или встряхнуть.

– Сойдётся ещё. Послушай лучше… – Амарими подсел к нему за стол, и заговорчески понизил голос. – Вчера поздно вечером Шоуки сцепился с одним младшим каритом, подрались так знатно, что развалили склад и разнесли стену да полдвора.

– Шоуки? Подрался?! – Аланнахмурился недоверчиво.

– Вот о том и речь. Просто так он бы в этого Сасая не вцепился. Конечно, есть версия о том, что у них какие-то застарелые тёрки, парни родом из одного места, да вместе же перешли в служение Оро, да оттуда – сюда, к нам, через свадебное приданное. Может и было что, но! После этой драки, того, второго, куда-то уволокли, а Шоуки с учителем и господином Имари шуршали по Малому двору и выловили у малых ворот труп слуги. А после всем скопом, да в придачу с Распорядителем Высокого Двора да моим многоуважаемым наставником полночи шуршали в павильоне “Три цветка лотоса”. А с утра свалили в столицу, все, кроме Наставника Имари и господина Маомина. Он вроде как нехорошо себя чувствует, лекаря поутру вызвал…

– Хм. Похоже, шпиона поймали, – сделал вывод северянин.

– Очень похоже! – согласился. – А ещё вызнали что-то такое, чтобы бегом бежать к моему отцу и брату. А нам не сказали!

– Скажут, как разберутся в ситуации, – качнул головой Алан. – Наверняка всплыл вопрос причастности клана… Оро, да? Ко всему этому делу. А раз твоё брат женат на девице из Оро – этот вопрос очень щепетильный, и работать с ним нужно на самом высоком уровне. Вот сидят сейчас, наверное, и решают – замести под ковёр, либо придать огласке и потребовать контрибуцию, или заслать собственных шпионов – обыденные интриги, одним словом.

– Не подумал, – задумчиво потянул Амарими. – Да, это многое объясняет. Тогда – просто ждём, когда они вернутся и нам всё расскажут?

– А что нам ещё остаётся?

– Ну… Занятия у нас сегодня накрылись, – после некоторой паузы потянул младший принц. – Так что можно было бы размяться, клинками позвенеть. Или прогуляться куда… Есть тут пара любопытных мест.

– Хм…

Алан потянулся задумчиво, прижмурился, когда в спине хрустнуло так откровенно, что даже Амарими услышал, и кивнул:

– Да, размяться бы не помешало, но на счёт прогуляться, я бы не хотел лишний раз мелькать на виду у местных. Да и Шоуки уехал. Кто нас прикроет если вдруг что?

– Но Камень Императора же!

– Что за камень? – немного встрепенулся Алан.

– По легенде, когда ещё поместья Сиасай не было и в помине, один из внуков Первого Императора, который впоследствии сам стал Императором, гулял тут, неподалёку. Не просто так гулял, конечно, охотился на редкого зверя, искал по горам и долинам демоническую ласку, что разоряла мелкие поселения и принесла много бед жителям этих мест. Он остановился напиться воды у родника, и к нему явилась дева красы невиданной, и говорила ласковые речи, и черпала родниковую воду кувшином, и предлагала ему испить воды. Но будущий император был не дурак, и заподозрил, что ему явился сильный демон, и хочет обмануть и отравить. Он взял с поклоном кувшин из её рук и сделал вид, что приложился к нему, а сам шепнул воде пару слов и обратил её мелкими сияющими камешками. А потом воскликнул, мол, что за дело, ты предлагаешь мне выпить воды, а сама подсовываешь камни! И опрокинул кувшин, высыпая камешки на землю. Ну, там дева смутилась, и предложила ему отведать плодов с растущих неподалёку деревьев, говоря, что они сочные и отлично подходят, чтобы удалить жажду. Но будущий Император снова обратил собранные её руками фрукты в камни и воскликнул в великой тоске и обиде – “Какое дурное зло я причинил этой красавице, что потчует она меня камнями большими да камнями маленькими! Чем заслужил я злые эти шутки? Клянусь Предками, что не причинил волею своей дурного никому из живущих ныне, а за невольное зло по незнанию и недогляду всегда искупал словом своим и делом своим! Прильни ухом к сердцу моему и услышишь, что оно не может врать!” Ну а демоническая ласка, а это была именно она, только и рада подобраться так близко к молодому принцу, прильнула она к нему, собираясь вырвать сердце у него из груди, и обращена была в камень хитрецом. Вот!

– Слышал похожую легенду у хладоморцев, – хмыкнул явно не впечатлённый Алан. – Только у них кроме еды и питья присутствует ещё и ложе, а злого демона утопили в холодном море обратив в камень его ладью.

– Ну так это пересказанная да переделанная на их манер наша легенда! И камень там действительно стоит и даже светится немного по ночам. На костяной янтарь похож, и в ручье такие же камешки мелкие, говорят, найти можно. Я искал пару раз, но мне их не попалось. Но большой камень точно странные свойства имеет и на духовную силу отзывается. От того к нему запрещено ходить, так-то, и его точное месторасположение держится в секрете, чтобы не пришли и не расковыряли всякие любопытные. Мало ли, вдруг это демона освободит? Лови его потом…

– Говоришь, реагируют на духовную силу? – Алан явно заинтересовался, и Амарими начал неторопливо “подсекать”.

– Да, и это точно не небесное железо и не имеет никаких примесей металла. Я магнитным камнем в него тыкал – не прилипает. И твёрдый прям очень, мечом не царапается.

– А как же демон? – Алан фыркнул, сдерживая смех.

– Какой демон? Кто в такое верит? – отмахнулся. – И вообще, тут недалеко совсем, через стену, и час туда, час обратно! Пешком! Разве бы стали поместье в такой близости от всамделишного заколдованного демона ставить?

– И в самом деле… – кивнул Алан, немного задумавшись. – Застену как тихо выйти, ты, конечно же, знаешь.

– Ты точно выспался? Такие глупости спрашиваешь…

Алан рассмеялся тихо, и, широко улыбаясь, спросил, когда лучше выйти. После взвешивания всех за и против, идти решили после обеда, в пересменку караула, чтобы наверняка, да и вернуться до ужина, чтобы никто их не хватился.

А то неловко получится.

Обед приближался неотвратимо, Амарими сунул нос туда, сюда, снова насел на людей господина Инари, чтобы не расслаблялись, пообщался с молодыми каритами ещё разок, и чинно удалился в сторону обеденной залы малого поместья. Сегодня, как удобно, там будет накрыто всего-то на двух персон. Однако ж уже подходя к дверям он услышал приглушённый разговор, а зайдя в помещение обнаружил, что стол накрыт на троих, а напротив озадаченного Алана восседает, что-то бодро рассказывая, многоуважаемая госпожа Ясуми.

Амарими бодро изобразил радостное удивление, чувствуя царапающиеся внутри подозрения, и поклонился, приветствуя женщину.

– А вот ивы, мой принц! Как славно! Еду только принесли, проходите, садитесь, сегодня на кухне изобразили что-то совершенно чудесное! – заулыбалась она. – Свинина в кисло-сладком соусе особенно удалась, а после обещались принести лепёшки с зелёным луком!

– Обожаю лепёшки с луком! – он сел на свободное место, всё ещё продолжая изображать искреннюю радость. – Так радостно видеть, что вы присоединились к нам сегодня, дорогая старшая сестра! Однако же, отчего такая любезность была преподнесена нам именно сегодня?

– Ах, мой благоверный снова уехал в столицу, сославшись на государственные дела. Мне оставалось либо умереть от тоски, либо скрасить скуку дорогого гостя и непоседливого младшего принца, о чём и просил меня батюшка перед отъездом.

– Ваш батюшка весьма мудр, – Алан сложил руки в молитвенном жесте, обращённом к Предкам, прежде чем преступить к еде. – С его стороны это было весьма дальновидной просьбой…

– Мой батюшка весьма опытен, и мудрость его не знает границ! – лучезарно улыбнулась госпожа Ясуми.

И ведь ни тени фальши, ни намёка на насмешку либо глумление. Светлая и незамутнённая радость и женское обаяние.

“Достойный противник!” – заключил Амарими, вознося молитву Предкам, и приступая к поглощению пищи и излиянию нахватанных по поместью слухов и сплетен. И улыбаться радостнее, радостнее, и лицо попроще и наивнее. И Алан игру поддерживает, вставляя вежливые замечания но особо не влезая в оживлённый разговор.

Ничего, впереди ещё довольно времени, отвязаться от девушки они несомненно сумеют!