Текст книги "Трон великих Предков (СИ)"

Автор книги: Ellerillen

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Глава 12

– Главное – придерживаться плана! Всё должно пройти предельно тихо и спокойно, если мы хотим выйти на след этих таинственных недоброжелателей, – чинно, вдумчиво вещал Инари Сай, пристально глядя на своего подопечного и ученика. – Мои люди знают своё дело, я отозвал лучших ради этого! Они аккуратно проверят слуг Высокого Двора, особенно тех, что вхожи в ваше жилище и жилище вашего брата. Тем временем господин Айри с учеником тщательно проверят территорию поместья своими талантами, а ваша задача – вести себя, как обычно, и дать Шоуки возможность посетить все уголки Высокого Двора… Вы меня поняли?

– Да, конечно! – Амарими так покладисто закивал, что всем, кто знал его сколько-нибудь продолжительное время, стало понятно, что молодой принц задумывает привнести в сей план нотку своей шебутной индивидуальности.

– Ещё раз, действуйте, как оговорено, не надо переживать, что дело движется медленно, так и должно быть, вражеские агенты не должны ничего заподозрить пока не станет слишком поздно, самодеятельность тут только помешает… – старый прохвост ужимкам принца тоже не верил, и потому повторял и раз за разом проговаривал тому основные положения плана. Это продолжалось уже достаточно долго, и окружающие успели заскучать. Алан делал попытки читать на ходу вытащенную из седельной сумки книжицу, люди господина Инари старательно смотрели по сторонам, делая вид, что преисполнены бдительности и охраняют маленький отряд. Учитель устал страдальчески закатывать глаза, выехал немного вперёд, и теперь то ли задумчиво пялился в том направлении, куда вилась дорога, то ли медитировал.

Потом, правда, опомнился, оглянулся, и поманил ученика жестом. Парень чуть тронул коня пятками, подаваясь в голову отряда, поравнялся с конём Тамая.

– Скажи-ка, – задумчиво произнёс Жрец. – Как ты отбил мой клинок тогда на тренировке?

– А? Когда… – Шоуки несколько растерялся.

– Когда “рукой”. Ты задействовал “волну”, ведь так?

– Так, – молодой карит кивнул, сообразив наконец, о чём идёт речь.

– Ты, я так понимаю, сузил её.

– Сузил.

– Насколько?

– Ну… Вот как-то до такой ширины, – Шоуки показал ладонями расстояние чуть меньше чем пол-локтя.

– Как?!

Парень уставился непонимающе на Тамая, и тот вздохнул.

– Как тебе удалось ужать “волну” настолько?

Шоуки посмотрел на учителя долго, не в силах поверить в ту совершенно шальную идею, что пришла ему в голову при взгляде на напряжённого и взбудораженного жнеца.

– Вы так не умеете?!

– Ты забыл? Я – самоучка, меня никто не учил управляться именно с таким Даром! Всему, что я умею я научился сам, по большей части – случайно, и по меньшей – настойчивым битьём головой о стену с подбором силы и направления удара, – поморщился Тамай. – И раз ты наткнулся на что-то стоящее…

Он помялся, потом медленно выдохнул, опустив взгляд.

– Мне бы хотелось, чтобы ты поделился со мной этой техникой, и тем, как к ней пришёл.

Такая откровенность и прямолинейность немного выбили Шоуки из колеи, ему потребовалось несколько мгновений, чтобы растерянно кивнуть.

– Не думаю, что это можно назвать техникой… – Шоуки немного неуверенно выставил ладонь вперёд и попытался выпустить такую же сконцентрированную в одной точке “волну”, как и тогда. Так, сосредоточиться…

– Это – определённо техника. Сила удара была весьма существенна, на уровне того что выдал бы серебряный карит с обычным Даром усиленной версией “волны”, – покачал головой Тамай. – И если я такое ещё могу повторить… раз или два, то твой духовный сосуд на такое ещё не способен.

– Объём? – уточнил Шоуки. С третьего раза у него всё же получилось создать этот узкий вариант “волны”. А во время тренировки с ходу вышло… – Да… Тратится не больше, чем на поднятие рывком средней тренировочной гири.

– Неплохой показатель. И как ты это делаешь? – спросил очередной раз Тамай.

Объяснить процесс было сложно. Шоуки несколько минут морщился, пытаясь подобрать слова, и потерпел полную неудачу.

Навыки обычных каритов постигались интуитивно, редкие специфические техники обычно изучались путём достижения нужного состояния. Да и было их не так много – Шоуки слышал хорошо если о десятке, да и те были доступны на более высоких ступенях мастерства, но он слышал, что техника осваивалась путём достижения нужного состояния духовной энергии в теле путём медитации и совершения определённых движений, долженствующих способствовать выплеску энергии в нужной форме.

Одним словом, как списать эту “технику” он не имел ни малейшего понятия.

– Ну, от части похоже… Когда присматриваешься к определённой точке, появляется такое чувство, будто сосуд немного сжимается и подбирается, как зверь перед прыжком. Вот, если в такой момент немного… напрячь его сильнее и изобразить “волну” в нужном направлении… Довольно трудно выбрать точку, из которой её направить, правда. Мне показалось, что если провести энергию через руку, то с этим не будет проблем, и это в общем-то сработало.

Шоуки задумчиво сжал-разжал пальцы и повернулся к Тамаю. Тот смотрел на него… странно.

– Так, по порядку. “Присматриваешся”. О чём ты?

Шоуки мельком оглянулся на принцев и старого телохранителя, всё ещё ведущего бесконечную беседу о дисциплине, терпении, и следовании оговоренным планам, и начал рассказывать.

Об их пути, о невидимых лодках и отчаянном желании заглядывать дальше. О том как это стало получаться ценой сужения поля зрения, о преследователях и постоянном поиске засад и злодеев, впереди, позади, по сторонам….Тамай слушал, кивал, задавал наводящие вопросы про использование дара и расходе духовной энергии, подначивал сравнивать ощущения с тем, как ведёт себя сосуд во время определённых медитаций. И мало-помалу Шоуки подхватил эту игру в сравнения, и описывать свои ощущения последовательностью медитативных состояний стало на удивление логично. Не то чтобы просто, но если подумать и сравнить, то в канву они ложились на удивление ладно.

Шоуки даже немного расстроился, когда впереди показались стены и крыши поместья. Снова нужно было собираться, и пристально смотреть по сторонам, однако ж не подавая виду. Вести себя, как обычно, и в то же время – бдеть. Звучало в целом просто, но парня подспудно мучило сомнение – он не очень хорошо помнил, какое это было “как обычно”. Казалось, что он покинул поместье целую вечность тому назад, и покинул его совсем-совсем другим человеком.

Это даже немного пугало.

Самую чуть.

***

Знаки плясали перед глазами и сплетались во что-то совершенно нечитаемое и странно угловатое. Написанный от руки в седой древности текст и так читать было нелегко, а уж учитывая, что составлен он был на чужом языке, письменность которого Алан знал далеко не идеально…

Впрочем, он уже, если честно, не помнил, когда говорил на родном языке в последний раз. В посольстве? Нет, в каком-то городке, куда они заезжали, “сбежав” от отряда. Как же, кажется, давно это было…

Это тяготило, но было меньшим, что беспокоило Алана сейчас, и заставляло погружаться в изучение “шешоу” – помесь типичного гримуара, дневника и рабочих записок его далёких венценосных предков. Голову нужно было занять полезной работой, чтобы избавиться от тревожных мыслей и упаднических настроений, и шешоу для этого подходили весьма хорошо. Записи проливали свет на политические дрязги, свидетелями которых стали авторы, открывали некоторые детали придворных интриг, а главное – описывали сложный процесс обучения одновременному использованию эфира и духовной энергии. Традиционно, обучение шло тяжело, часто с различными инцидентами и даже несчастными случаями.

И не удивительно – подходили они к обучению со стороны медитаций и направления движения “духовной энергии” различными жестами и фокусировкой на металле. Нет, в определённых случаях это работало неплохо и стабильно выдавало одинаковые результаты для разных представителей рода, но в большинстве порождало радикально разнящиеся последствия.

Не удивительно – они подходили к эфиру как кариты, а не как маги.

С другой стороны… Алан подходил именно как обученный маг и тоже иногда получал довольно неожиданные результаты. Маг из него, конечно, был слабый, прикладник-теоретик, но в понимании Алана это должно было только облегчить задачу постижения собственных странных способностей. Однако же попытки обосновать принципы преобразования внутренней энергии в эфир только путали его, раз за разом руша теории и обманывая ожидания.

Сперва Алан списывал эти провалы на невозможность свериться с магическими альманахами, обновить в памяти некоторые коэффициенты и проверить свои расчёты на возможные ошибки. Но тут в спокойствии и вынужденном затворничестве поместья клана Сиасай, он всё больше склонялся к мысли, что к двойственной силе и подходить нужно двойственно, совмещая практики каритов и магов.

Именно этим он и займётся, когда получит немного больше свободы действий. Ибо пока…

Нет, беседа с Наместником прошла отлично, просто замечательно, и ощущение, что его ловко обвели вокруг пальца и загнали в рамки вызвано исключительно лёгкой паранойей и нервами. Его единственной задачей сейчас было сидеть тихо и не высовываться, попутно начав усваивать необходимые для управления империей знания, углублённо изучить историю её южной части, которую он знал не так хорошо, как следовало бы, разобраться в сложной системе межклановых отношений, постигнуть все тонкости традиций и этикета. В этом ему помогали и шешоу, и Инари Сай, и по десять раз на день забегающий проверить друга Амарими, и таскающийся за ним хвостиком Шоуки. Последний помогал в основном тем, что ненавязчиво утаскивал молодого принца, когда его энтузиазм становился совсем уж обременительным.

Всё было логично, всё было правильно – поработав, пусть и совсем немного, под началом дядюшки на Перекрёстке, Алан отлично понимал, насколько важно по-тихому вскрыть агентурную сеть врага, выйти на более важные и глубокие её звенья, а в идеале – и перевербовать их.

Но всё равно, сидеть в четырёх стенах было совершенно невыносимо.

Под подозрение попадали все слуги Аминари с супругой, да и прочие слуги и кариты вхожие в Высокий двор поместья. Одним словом – прорва народа, и чтобы устраивать настолько глобальный шмон и проверку на благонадёжность, потребовалась бы уйма людей. А на ту же проверку по-тихому уйдёт порядком времени.

Нет, её тоже проводили, параллельно с основным действом, Инари Сай ручался за своих людей, которым она была поручена, и в красках расписывал их таланты. Но основное действо было куда любопытнее – территория поместья была совершенно, абсолютно эфирно нейтральна, и потому любые магические артефакты должны были быть снабжены эфирным накопителем из метеоритного железа. И в первый же день по приезду что Жнец, что его подопечный отыскали около десятка подозрительных изделий из этого металла, спрятанных в разных примечательных местах поместья!

Осмотрев аккуратно, чтобы не потревожить, замаскированный под типичную поясную подвеску амулет с неприятно знакомой бусиной-накопителем, что был запрятан за декоративную ширму в большой зале для торжественных приёмов, Алан установил, что это какой-то вариант прослушивающего амулета с удалённой активацией посредством амулета-пары. Разве что расположен он был довольно неудачно – помещение было большое, его следовало спрятать куда ближе к возвышению, на котором следовало располагаться всем важным людям во время всевозможных событий.

Да и вообще, устраивать прослушку в торжественном зале, в который и так обычно набивается множество народу…

Да и прочие амулеты были расположены довольно дилетантски с точки зрения Алана, человеком, явно не знающим специфику захвата звука подобными плетениями, да и плохо представляющим, где ведутся по-настоящему важные беседы.

Либо просто не имеющим доступа в эти места.

Но как бы то ни было, господин Инари всё равно был взбешён самим фактом наличия прослушки, и облазил всё поместье, выискивая её аналог на печатях и духовной силе. Не нашёл, несколько подуспокоился, и, как сказал Шоуки, перестал смотреть волком на господина Маомина, который имел здесь роль, схожую с ролью камергера и начальника стражи одновременно.

Ещё одним любопытным открытием было то, что отправленный обратно в Императорский дворец Жнец через пару дней вернулся с вестью, что подобных артефактов там нет совсем, что с одной стороны обнадёживало, с другой давало пищу для размышлений, и позволяло скорректировать план по скармливанию дезинформации противнику.

Одним словом – вокруг кипела оперативная работа, а он, Алан, сидел в трёх комнатах и не высовывал из них носу!

Он отстранился от стола и устало растёр лицо ладонями. Надо было бы ложиться спать, но сон совершенно не шёл, несмотря на позднее время. Бездействие тревожило его, но никак не меньше тревожило будущее. Если не забивать голову изучением книг из дворцовой библиотеки, в голову начинало лезть совсем другое – как он вообще будет управлять чужим народом? Примут ли его кланы? Или обязательно придётся показывать силу и доказывать своё право на трон? Наместник на его стороне (на его же?), но это не слишком обнадёживает. За три столетия, что Империя провела, фактически, без головы, в Благословенных землях успели сложиться сложные взаимоотношения между кланами, само его появление серьёзно их нарушит, даже если Алан на троне предков поклянётся не менять ничего после коронации и вступления в единовластие…

Честно сказать, когда он по настоянию Амарими посетил тронный зал дворца, и увидел то, что местные называют троном, его на несколько мгновений сковало приступом настоящего ужаса перед грядущим. Хорошо, удалось быстро взять себя в руки.

Он справится. Ему придётся справиться. Вникнуть в политические дрязги, расположить к себе одни кланы и приструнить другие, освоить свой странный дар…

Вот подготовкой к последнему он сейчас и занимался.

Северянин вздохнул, вновь склонился над раскрытой книгой, и подвинул ближе стопку листов с расшифровкой малознакомых знаков третьего круга аятти.

***

– Благодарю, госпожа, – Шоуки с поклоном принял из рук женщины пиалу с чаем, что снова вызвало у неё тихий вздох.

– Мы почти родственники, Шоуки, как супруга твоего учителя, я совершенно настаиваю, чтобы ты называл меня старшей сестрой!

Молодой карит поёрзал, немного нервно пряча взгляд.

– Как можно, госпожа?

Новость, что Тамай успел жениться, пока они были в отъезде, не то чтобы выбила Шоуки из колеи – это было, в целом, ожидаемо. Но не так быстро же! Сперва у Шоуки сложилось впечатление, что учитель срочно побежал делать предложение отцу своей ненаглядной, как только подготовка к путешествию на север позволила ему удалиться из столицы. Потом он узнал подробности “сватовства” и ему оставалось только головой покачать. То, как господин Инари гонял будущего зятя по всему поместью бамбуковой палкой, до сих пор было основной темой пересуд слуг поместья и каритов. Всплывали такие подробности, что любой порядочной девушке, встрявшей в такую ситуацию, впору было удавиться на шёлковом шнуре, однако Ясуми цвела как весенняя вишня, не переставала улыбаться и не оставляла попыток наладить отношения с учеником своего супруга.

Немного поразмыслив, Шоуки сообразил, что злые языки не перетирают её косточки только потому, что супруг её – пресловутый Жнец, а отец – бывший телохранитель наместника, учитель его сыновей и едва ли не второй человек во дворце. Если любой из них узнает, что про их драгоценный цветок говорят дурное…

– Можно! – вздёрнула она носик. – И как тебе чай?

– Немного горчит, – со вздохом сообщил Шоуки, сделав глоток на пробу. – Возможно, стоит всё-таки сократить количество трав более… радикально?

– Хм… Может, добавить немного мёда, чтобы скрыть горчинку?

Шоуки снова вздохнул. Ну ничего, ещё два варианта способствующего медитациям отвара, и его отпустят с миром. Тот, самый первый отвар заставил Шоуки подавиться и закашляться, настолько резким и насыщенным оказался его вкус. В заявленном полезном действии он тоже был не очень уверен, но искренне хотел помочь госпоже довести его до ума.

Как оказалось – Тамай пил сваренный по древнему рецепту чай с каменным лицом, ничем не выказывая, что замечает его ужасающий вкус, а сама Ясуми пробовать его опасалась, ибо многие входящие в состав травы были не совсем безопасны для девушки, вполне возможно, находящейся в положении. Ей было так совестно после того, как она узнала, что поит дорогого супруга отборнейшей гадостью…

– У меня сложилось впечатление, что господин учитель не слишком любит сладкое.

– У меня тоже. Но всё равно попробуем. Выпей пока этот и обожди минутку!

– Благодарю, госпожа! – Шоуки принял очередную пиалу, и сделал аккуратный глоток. Ещё горше, послевкусие резануло глотку так, что едва не выбило слёзы из глаз.

Он как раз продышался, когда девушка вернулась с пиалочкой подслащённого сбора. Вежливо сообщил, что предыдущий совсем никуда не годится, распробовал новую порцию и неуверенно кивнул. Это было неплохо. Особенно по сравнению с предыдущими вариантами.

– Отлично! Значит, пока остановимся на этом варианте!

Она так обрадовалось, что Шоуки снова почувствовал себя не очень уютно. Но – у него была ещё одна причина сидеть в этой чайной беседке и помогать супруге своего учителя с подбором трав. Отсюда он своим даром перекрывал сразу два прохода, по которым в этот поздний час мог пройти один человек. Знакомый ему ещё с Тростниковой Долины молодой карит, передвижения которого в свободное от несения службы время Шоуки отслеживал уже третий день, жертвуя сном и всячески изворачиваясь, чтобы не привлечь внимания к своим действиям раньше времени.

Он не мог разбрасываться подозрениями, и тем более обвинениями, прежде чем уверится в том, что те имеют под собой хоть какую-то почву. Слишком деликатны были некоторые моменты.

А вот и приметный клинок появился на границе “зрения”.

– Что ж, отлично, – Шоуки поставил пиалочку на столик. – В таком случае, госпожа, разрешите мне покинуть ваше общество.

– Снова твои странные дела? – чуть прищурила глаза Ясуми. Шоуки растерянно поднял на неё взгляд.

– Иди, иди, – благосклонно разрешила она. – Но контролировать лицо тебе стоит поучиться. Сразу так сурово хмуришь брови… Если что – я могу подсказать пару упражнений!

– Б-благодарю, госпожа, – Шоуки запнулся, и торопливо поднялся, обожжённый странным сходством тона этой милой девушки с тоном, который то и дело использовала незабвенная госпожа Шиинна.

Впрочем, зная, кто её отец…

Да и не к месту подобные размышления – его “дело” свернуло к хозяйственным постройкам, и следовало поторопиться, чтобы не потерять его из виду.

Глава 13

– Ну скажи, скажи это ещё раз! – подливая крепкого напитка в чашечку, проворковал Имари. Его гость закатил глаза, и нудно потянул скучающим тоном:

– Ты был прав, юноша очень талантлив и ты сделал правильно, буквально навязав его мне в обучение. Твой взор пронзает самую суть мира, а мудрость может потеснить мудрость Предков на вершине горы Аят…

– Мог бы и без сарказма, – подвинул выпивку Тамаю, впрочем, с видом совершенно довольным и горделивым.

– Чтобы ещё хоть раз я поделился с тобой чем-то хорошим… – проворчал тот, но подношение принял.

– И кто тогда даст тебе дельный совет и поможет закрепить полученный результат? Тем более, столь эффективный результат. Новая техника – это определённо большое достижение! Существенное! Да ещё и такая, способная неприятно удивить всякого, кто попробует сыграть на твоих слабостях.

Тамай вздохнул – признавать правоту друга не хотелось, особенно не сейчас, но реальность уже с четверть часа настаивала на том, что Имари был прав вдоль и поперёк в своих суждениях. Видать, и правда Предки в уши лили, подстёгивая природную прозорливость карита. Не сказать, чтобы Имари был выдающимся старшим каритом, его сосуд был довольно средним и продвижение по ступеням не отличалось скоростью, это в своё время и помогло им сблизиться – стремление стать сильнее было у них общим. Однако ж, оставленный замещать тогдашнего наставника в работе с молодняком, Имари быстро приноровился отыскивать сильные и слабые стороны учеников, и это заметили. Долго ли, коротко ли, прежний наставник с большим удовольствием спихнул обязанности на преемника, и отправился гонять пиратов на побережье. Какие-то старые счёты, удачно совпавшие с желанием Наместника приструнить набегающую с архипелага гнусь.

– Эту бы технику, да пару месяцев назад… – Тамай поморщился, в его воображении некоторое сходство старого наставника с его драгоценным тестем вызвало в памяти не самые приятные моменты, предшествовавшие свадьбе.

– Честно? Сомневаюсь, что помогло бы, – покачал головой Имари. – Может, только продлило бы ваш забег и позволило полюбоваться на него лично вообще всему поместью.

Тамай представил себе картину, и с трудом поборол желание спрятать лицо в ладонях. Вместо этого залпом допил крепкую наливку, особо не почувствовав вкуса – только горло обожгло.

– Давай всё же о хорошем, ладно? Например, когда сам обзаведёшься женой и подумаешь о наследниках?

– Когда придёт время! – невозмутимо отбил шпильку старший карит. – О хорошем, так о хорошем. Слышал, тебе даровали земли…

– Маленькое извинение от Наместника. Не то чтобы прямо обширные владения, но на поместье хватит, – кивнул Тамай, чувствуя себя немного неловко из-за необходимости врать. – В конце концов, он обещал не тревожить меня в это время, но получилось, как получилось. Главное, что Ясуми соблаговолила принять этот дар и не держит на Наместника зла.

Вот последнее было чистой правдой – супруга была в восторге и уже кипела планами по обустройству обширного поместья. И совершенно не сердилась на то, что наместник на несколько дней украл её суженого. Как вообще на такое можно сердиться?

Особенно если в довесок идёт неплохой земельный надел в довольно удобном месте и с перспективами на создание собственного клана.

Его спешный отъезд в столицу подали как реакцию на ошибочное суждение младшего принца о назревающем перевороте. Мол, едва вернувшись во дворец инкогнито, тот услышал краем уха что-то не то, интерпретировал как-то не так, в итоге его отец всё же решил подстраховаться, и теперь извиняется за нарушенное обещание. Амарими с готовностью взял на себя вину, и даже весьма талантливо изображал раскаяние при столичных чиновниках.

Ему не впервой.

В целом, остановились на том, что Ишимари не следует задерживаться в столице надолго – слишком много лишних ушей и глаз, и это не позволит ему приступить к полноценным тренировкам. Да и поместье Сиасай было тоже не самым удобным местом, не говоря уже о возможных шпионах. Но прочие достаточно тихие и хорошо охраняемые владения находились чересчур далеко от столицы, что тоже было так себе вариантом. Тут-то и всплыла идея с дарёной землёй. И высказал её дорогой тесть. Его выслушали и предпочли закрыть глаза на то, что старый жук заодно выгадывал хорошие земли для своих будущих внуков, ибо он предлагал радикальный выход из положения.

Нет подходящего поместья? Можно его построить! Аккурат между столицей и долиной Сиасай, чуть в сторону гор. Времени на возведение основных строений уйдёт не так уж и много – было бы странно, если бы молодая семья, пусть и такого положения в обществе, сразу начала строиться в камне и на века. На века поставят втихую защитный периметр и сторожевой камень. И можно не беспокоится о подпитке мощной защиты духовной силой – будущий Император возьмёт это на себя.

Плюс люди клана Сай, и место станет тихим, безопасным, и в то же время удобным. Инари Сай сможет посещать его едва ли не в любое время под предлогом навестить дорогую доченьку, молодой принц может увязаться с ним, чему никто особо не удивится. И когда сидящего напротив Имари посвятят наконец в происходящее, он сможет спокойно “навещать друга”, а на деле помогать Ишимари с ближним боем и использованием Духовного Сосуда.

Звучало, в целом, неплохо, да и за то время, пока будет поставлен сторожевой камень и выстроены первые дворы, злокозненного шпиона удаться вычислить и отловить.

Если на то будет воля богов…

– Ха, невольно задумываться начинаешь, как бы так выставить Наместника виноватым, чтобы отхватить такой же вкусный кусок! – усмехнулся наставник каритов, снова взявшись за кувшин с наливкой.

– Тебе бы род собственный основать сперва, прежде чем на землю облизываться. К чему земля кариту без семьи?

Имари прищурился, и наверное собирался снова высказаться о том, что его не проймёшь такими намёками, но его сбил непонятный грохот, донёсшийся откуда-то со стороны Копейного двора.

Мужчины подорвались почти одновременно, повиснув на перилах террасы и глядя, как в одном из хозяйственных дворов оседает какая-то постройка, осыпаясь черепицей.

***

Шоуки остановился в узком проходе между стенами на территории Малого двора. Эта его часть представляла дикую мешанину сараев, простенков, старых мастерских и складов, которую пытались перестраивать и доводить до ума, но дело шло медленно. Этот проход ввечеру не пользовался популярностью, отрезанный от основных маршрутов передвижения слуг, и был достаточно удобным местом для… Нет, не тайного свидания – слишком далеко от жилой части Высокого двора, слишком сложна дорога оттуда и до этого места.

И с кем же тогда собирается встретиться этот карит? Хорошо бы, если с новой пассией из служанок, это сняло бы порядком вопросов…

Однако ж, хоть появившийся спустя какое-то время человек и нёс на себе довольно бедный набор украшений, к женским они не относились совершенно точно. Более того, притаившийся в заваленном строительным мусором дворике Шоуки не услышал ровным счётом ничего, хотя находящиеся за стеной люди встали так, будто разговаривали друг с другом.

Но ничего предосудительного при них всё ещё не наблюдалось…

По крайней мере, ничего, изготовленного из металла.

Шоуки перебрал в памяти варианты печатей, что отвечают за тишину и, придвинувшись ближе к стене, внимательно оглядел её на предмет выбоин и трещин. Стену давно не чинили, и вероятно собирались и вовсе сносить, так что штукатурка местами потрескалась и немного отставала, а то и отваливалась мелкими кусками. Пристроил мысок сапога в стык обнажившейся кладки, подтянулся аккуратно, ухватившись пальцами за край стены под выступающей черепицей… Только бы ничего не начало сейчас от стены отваливаться – очень не хотелось вспугнуть парочку. Тихо, аккуратно, до боли в мышцах медленно подтянуть себя выше…

А вон и они. Точно, тот, кто общается с каритом, одет как слуга Малого двора, скромный пояс, пара скромных подвесок на нём, в возрасте, лицо незнакомо совершенно, в руке пластина, покрытая печатями. Шоуки такую уже видел, но та была изготовлена из бронзы, а эта… он затруднялся с ответом. Что-то светлое, либо особое дерево, либо кость. Не стал вглядываться – аккуратно спустился вниз, и замер у стены. Лицо слуги он запомнил, наличие печати тишины говорило о многом, так что эта информация уже дорогого стоила. Разговора он не услышит всё равно, а выдавать себя сейчас было бы глупо.

А ещё стоило хорошенько подумать, что делать дальше. По хорошему – следовало идти к господину Инари и сдать всех с потрохами. Доказательств от него не потребуют, всё слишком серьёзно, чтобы разбрасываться обвинениями на пустом месте и все причастные это отлично понимают. А там – в казематах разговорят любого. Есть ли казематы в поместье он не знал, но в столице точно были – Амарими ему их показывал…

С другой стороны – Шоуки представлял, какой будет скандал, когда вскроются… определённые детали. И вряд ли подобное удаться удержать внутри клана. В конце концов, речь идёт не только о супружеской измене, а о возможном предательстве целого клана!

Просто голова пухла от таких мыслей. Видят Предки, Шоуки не хотел даже близко подходить к этой куче отборных продуктов жизнедеятельности и шуровать в них палкой! Завоняет на всю округу и отмыться от запашка потом будет проблематично.

Ах, если бы был способ подстраховаться…

От размышлений голова пухла. Честно сказать, молодому кариту куда больше нравилось идти в пусть и безнадёжный, но простой и понятный бой, чем прикидывать результаты своих поступков на политической арене Империи. Особенно – в сложившихся обстоятельствах. На севере подавляют мятеж, здесь, в благословенных землях, прячут будущего Императора…

Определённо нужно было идти к старшим участникам проимперского заговора и каяться в утаённой информации, но…

Шоуки ждал. Ждал, и всё острее понимал, что должен пообщаться с Сасаем, прежде чем проливать свет… вот на это вот всё. Оставался немалый шанс, что госпожа, слугой которой он считался совсем непродолжительное время, как и её клан, были тут и вовсе не при чём. Так зачем же гневить предков ложными обвинениями?

Оставалась небольшая такая проблема…

Ну как небольшая – Сасай был старше его, крупнее и выше, и до сих пор его физические данные и навыки борьбы были весьма выдающимися. Но, вроде как, он всё ещё был бронзовым, и по идее, так что разница в сили была не катастрофически велика. Если что-то пойдёт не так, Шоуки должен с ним совладать…

Он дождался, когда подозрительная парочка договорит и разойдётся, каждый своим путём. Убедился, что карит возвращается прежним маршрутом, и обогнав его, затаился под каким-то навесом, скрывшись в тенях. А дальше – дело техники. Шагнуть вперёд, приставить нож к горлу, и, ухватив, уволочь под навес, чтобы не смущать неприглядной картиной тех, кто может случайно оказаться в этом углу в столь позднее время.

– А сейчас мы поговорим по душам, и помни, от этого разговора зависит не только твоя честь, – тихо заметил Шоуки, чутко следя за напряжённо замершим каритом.

– Ты… Я помню твой голос. Слабак Шо, выбившийся в ученики того человека…

– Шоуки. Моё имя – Шоуки, – поправил карит холодно. – Я знаю о твоих встречах с госпожой Наири. Стоило ли вовлекать её во всё это? Полагаю, ты познакомился с ней в поместье Оро, ещё до свадьбы. Первая любовь, да?

И это предположение попало в цель. Карит дёрнулся, Шоуки вынужден был впиться в него сильнее, не давая развернуться, ещё и ножом надавил, надрезая кожу.

– Да что ты в этом понимаешь?! – зло выдохнул парень.

– Достаточно, чтобы врубиться, насколько серьёзно ты скомпрометировал госпожу! Дело идёт уже не о скандале с любовником и отцовством ребёнка, а об измене, попытке захвата власти, а то и вовсе развале Империи! Ты понимаешь, что позором и изгнанием твоя ненаглядная уже не отделается? Как глубоко ты впутал её в это? Дело обошлось просьбой развесить в нужных местах неприметные цацки, или в пылу страсти она шепчет тебе на ухо тайны семьи Наместника? Самые свежие новости прямо с супружеского ложа…