Текст книги "Хрустальное сердце фарфоровой куклы (СИ)"
Автор книги: да_Винчи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)
– И кто это решает, кому какая причуда подходит? Будто именно причуда определяет человека, а не человек придаёт смысл причуде, подчиняя её себе и используя в своих целях: геройских или злодейских.
– Кто… кто решает, кому какая причуда подходит? – тихо повторила Эбигейл слова друга, всё сильнее сжимая руки в кулаки. А потом подняла свой самый грозный, полный решимости взгляд на Все за Одного и громче произнесла:
– Не причуда определяет человека! Человек придаёт смысл своей причуде! Только он вправе решать, где она ему послужит – на поприще героя или на недостойном ни в чём пути злодея. И я дочь про-героя Манипулятора и Мизуки Оониси, воспитанница Хасэгавы Ёсико и семьи Тодороки, приёмная дочь про-героя Сотриголовы и ученица геройского факультета академии UA! Неужели вы думаете своими словами пошатнуть мою решимость стать героем? Мои идеалы и принципы?! Я не ребёнок, мною не так легко манипулировать! Я никогда, никогда не примкну к вам!
– Ну что ж… я предполагал именно такой исход нашего разговора. Раз уж ты так сильно жаждешь стать героем, то сможешь пройти ещё одно моё испытание…
Эбигейл, сжав челюсть и встав в боевую стойку, стала предполагать самый ужасный исход этого столкновения.
Настоящее время
«Чёрт! Чёрт-чёрт-чёрт!!! Как же так?!»
Шатенка ходила из стороны в сторону в коридорчике, из которого двери непосредственно вели к туалету. Эбигейл всё так же сидела в кабинке, обняв коленки руками, и с отчаянием в глазах наблюдала за подругой по несчастью.
«Нет! Нет, это просто не может быть правдой! Что за глупость? Что задумал этот чёртов Шигараки?!» – всё кричала у себя в голове «мартышка», стараясь подавить нарастающую панику.
– Слушай, – она резко остановилась, заглядывая к Эбигейл, – пилота точно нет? То есть…. Может, он спит?
– Нет… – прошептала Айзава каким-то треснутым и сухим голосом. – Его там просто нет.
– Чёрт! – вслух простонала шатенка, зарываясь руками в волосы и растягивая их в разные стороны до боли. – Нет… мы не должны… Мы не должны позволить истерике нас ослепить! При пожаре первое правило не паниковать! Здесь почти то же самое! Думай! Думай! – девушка начла бить себя по лицу, будто это стимулирует её мозговую деятельность. – Слушай, ты сразу из лагеря сюда попала?
– Нет… меня отправил сюда Один за Всех…
– Он тебе что-нибудь сказал???
– Он сказал… что это испытание меня как героя.
– Так… если это испытание, то здесь должна быть инструкция…
Девушка было собралась идти обратно в эконом-класс, но Эбигейл выпрыгнула из туалета, стараясь удержать её.
– Не ходи! Пожалуйста! Не оставляй меня одну!
Шатенка окинула взглядом Айзаву. Вся белая, как мел, тело бьёт мелкая дрожь, а ноги вообще еле её держат. Поджав губы, она сжала её в объятиях, стараясь поделиться крупицами своей уверенности.
– Мы должны спасти этих людей. Если это испытание, то тут будет три выхода – спастись самим, спасти всех или погибнуть всем. Нам не дадут выбора.
Эбигейл кое-как через страх кивнула, мол она поняла и согласна с тем, что надо действовать. Не выпуская беловласку из полуобъятий, шатенка повела её к бизнес-классу сквозь сотни спящих людей. Их выбросили в самом хвосте! Этот самолёт был слишком, слишком большим: три сектора, целых два бизнес-класса. И первый класс тоже имелся.
Как только девушки зашли на верхнюю палубу, телевизор, над выходам к боксам первого класса загорелся. «Мартышка» мысленно усмехнулась столь радикальному различию между толстосумами и остальными «плебеями» не только в самолёте, но и во всём мире.
Помехи, которыми был первое время заполонён экран, пропали. Теперь на нём высветилась картинка Все за Одного. Мужчина начал вещать:
– Все пешки на своих клетках. Как я и говорил, дорогая Эбигейл, за свои слова рано или поздно тоже надо отвечать. Возможно, сильнее, чем за поступки. Раз ты так гордо называешь себя героем, то будь добра – отвечай этому званию.
– Это запись… – шепнула Айзава подруге по несчастью. Та согласно кивнула, не отрывая напряжённого взгляда от телевизора.
– Тебе предстоит головоломка. Пути к отступлению почти перекрыты. Лишь один способ спасёт тебя и этих людей. Может спасти… но отыскать его трудно, поэтому я решил упростить тебе задачу и послал в помощницы мою любимую в прошлом подопытную. Вам есть о чём поговорить перед кончиной, я уверен.
Вам будет дана загадка. Как спасти всех? Как только тебе, дорогая Эбигейл, надоест играть – просто войди в кабину пилота, надень наушники, поймай частоту *** и скажи «Я сдаюсь». Я тот час вызволю тебя и даже перемещу в твой любимый UA. Но все остальные на борту, включая эту безымянную игрушку злодеев, погибнут. Это твоё испытание.
Игра начинается, девочки. Желаю удачи.
Экран потух.
– Как спасти всех? – Эбигейл схватилась за голову. Слёзы вновь больно защипали глаза. – И как мы это сделаем?!
– Успокойся, – шатенка положила руки на плечи беловласки, сжимая их. Та подняла на неё свой отчаянный взгляд. – Разве герои так легко сдаются? Один за Всех не зря послал нас сюда вместе. Его расчёт на то, что ты быстро сдашься. Но мы обманем его ожидания. Просто доверься мне, а я доверюсь тебе. Вместе нам по силам решить эту загадку.
– Я… я верю тебе… – голосом, предвещающем цунами слёз, произнесла Айзава, всхлипывая. Шатенка удовлетворительно кивнула, ужесточив свой взгляд и вид в целом. – Но с чего нам начать?
– Нам надо… надо узнать, на каком мы борту… Куда летим и откуда, во сколько вылетели, во сколько прибудем. Чтобы понять, сколько у нас осталось времени.
– И как мы это поймём?
– Сперва просто пошаримся по карманам пассажиров. Надо найти посадочный талон. Надеюсь ещё остались люди, которые их в бумажном виде используют, – шатенка тяжело выдохнула и решительно подошла к ближайшему мужчине.
– Стой! – вдруг выкрикнула Эбигейл. «Мартышка» удивлённо-вопросительно посмотрела на неё. – Мы что… будем лазить по карманам? Это же не по-геройски, как-то…
– Не по-геройски думать, что по-геройски, когда на кону сейчас множество жизней, – пристыдила Айзаву шатенка слегка истеричным тоном. – Вас чему там вообще в академии учат? Как язык в ответственный момент распускать? Это на злодейских курсах проходят, вообще-то, ты ничего не перепутала?! Нам сейчас действовать надо!
– Д-да… ты права…
– То-то же… – шатенка хмуро отвернулась от Эбигейл, продолжив своё дело. Но ни у этого мужчины, ни у его соседки ничего в карманах не обнаружилось. Телефоны были запаролены, но девушка хотя бы узнала точное время и дату.
– Нашла! – вдруг радостно подала голос Айзава. В её руках «мартышка» и вправду увидела посадочный талон, как только обернулась – та ей просто под нос её подставила.
– Они летят из Варшавы, – сказал шатенка.
– Но тут написано из Лондона… – пробормотала Эбигейл, повторно заглянув в талон.
– Прямого рейса из Англии в Японию нет. Скорее всего эти люди совершают транзитный перелёт. Лично мне известен один способ: сначала из Лондона в Каунас, затем ночная смарт-пересадка в Вильнюсе, оттуда в Варшаву и только из Варшавы в Японию*. И… О май гаребл! У нас всего полтора часа!
– Что?! – испуганно пискнула Эбигейл. В её голос снова пробрался страх, а ужас сковал тела.
– Так! Без паники! Всё будет хорошо! Судя… судя по планировке борта и дальности перелёта это самолёт типа Боинг-747 серии 200. Его ещё называют «Jumbo».
– Откуда ты знаешь?
– Это один из самых узнаваемых авиалайнеров в мире. Один мой знакомый был пилотом такого Боинга. В носовой части лайнера нижней палубы находится первый класс обслуживания. Двенадцать кают первого класса судя по надписи над дверью.
Она указала на то, о чём говорила. Действительно под телевизором была надпись «Кабины первого класса 1-12, ряды 1-4».
– Мы на верхней палубе самолета. Здесь расположен класс бизнес, 12-17 ряды. Двадцать посадочных мест, – она указала на номер крайнего пассажирского места. – И мы прошли ещё один бизнес-класс, 6-7-8 ряды нижней палубы. Двадцать четыре посадочных места. С 9 по 61 – эконом-класс. Мы прошли три сектора, между которыми находится проход с аварийными выходами, туалеты и кухни. Я не заметила сколько там посадочных мест, но должно быть около четырёхсот. К тому же дальность полёта этого Боинга как раз позволяет преодолеть расстояние между Варшавой и Японией. Крейсерская скорость 917 км/ч, мы прибудем через 1,5 часа, значит сейчас мы находимся в… скорость на время… около 1300 км от места приземления. Сейчас мы где-то над Японским морем.
– Откуда ты всё это знаешь?!
– Моя причуда интеллект: фотографичная память вкупе с дедукцией. Но сейчас это маловажно!
Шатенка опять нахмурилась, пристыдив одним взглядом Эбигейл. Она замолчала, потупив взгляд полный сожалений.
– Что же нам делать дальше?.. – еле слышно спросила она.
– Я думаю, что…
И тут самолёт начало трясти. Крича от ужаса о том, что они падают, Эбигейл свалилась на пол, закрывая голову руками. Вторая девушка всё-таки удержалась на ногах, схватившись за спинку близстоящего кресла. В голове резко возникла неразбериха, шатенка старалась подавить и так подкатившую по самые не балуй панику, но тряска только подливала масла в огонь. Когда до неё дошло, что случилось с Боингом, по её лицу уже стекла холодный пот.
Аккуратно опустившись на пол, держась за ножки кресел, девушка потянулась рукой к всё ещё кричавшей Эбигейл. Ту нехило мотыляло туда-сюда, вместе с самолётом. Беглянка из-за всех сил сжимала её плечо, чтобы спасти беловласку от увлекательного полёта внутри воздушного судна.
– Это просто зона турбулентности! Айзава-чан, успокойся и держись за что-нибудь! Ты слышишь меня?!
Шатенка старалась перекричать Эбигейл, но та слишком долго сдерживала подкатившую к горлу панику. То ли из-за собственного визга, то ли из-за того, что она слишком сильно сжимала свои уши, девушка просто не слышала «мартышку».
Тогда беглянка подняла голову и заметила свободное место в крайнем ряду около какого-то ребёнка. Напрягая мышцы до предела, он подтащила к себе Айзава. Оторвала одну её ладонь от уха и прокричала прямо в него:
– Садись сюда и пристегнись! Это просто зона турбулентности! Скоро всё закончится!!!
А голове только одна мысль: «О Боже, пусть только автопилот не отключится, молю!!!».
Кое-как усадив Эбигейл на кресло, она помогла ей пристегнуться. Лицо девушки было абсолютно белым, прямо как и её волосы. Она всё плакала и плакала, её трясло даже сильнее, чем рядом с Один за Всех. До сознания мало доходило всё то, что говорила ей шатенка, ведь там осталось только одно: «Самолёт упадёт!».
В какой-то момент беглянка хотела ударить девушку по лицу, чтобы та пришла в себя. Но она не осмелилась поднять руку на ту, которая выглядела и даже пахла как Кэцуми. Да и тряска самолёта сильно мешала ей: она вновь лежала на полу, держась за сидения.
Вдруг всё прекратилось. Мартышка, вся дрожа от страха, подтянула себя на негнущихся руках вверх и выглянула в иллюминатор. Вроде не падают. Значит, автопилот всё ещё работает. Можно выдохнуть. Но вместо этого шатенка натягивает на побледневшее лицо фальшивую улыбку и произносит:
– Вот видишь? Я же говорила – ничего страшного.
Эбигейл не ответила. Она всё ещё сидела зажмурившись, вцепившись мёртвой хваткой в подлокотники. Ей не верилось, что этот ад закончился. А потом вдруг пришло осознание – нет. Они всё ещё варятся в этом котле Преисподней. Они всё ещё на этом проклятом судне.
– Нет… – выдыхает она и позволяет панике полностью овладеть собой. Слёзы и причитания – больше от неё шатенка ничего не смогла добиться. Да она и сама боялась до чёртиков.
«Чёрт! Да что же делать? – кричала она на саму себя, усевшись за сидением Эбигейл и свернувшись в какой-то комок отчаяния. – Автопилот не может посадить самолёт. Его надо направить в океан. Или… что же «или»? Я ведь… я очень боюсь летать! И я не помню… не помню, как сажать самолёт! Мне должен кто-то помочь. Нет… не должен… я одна… я всегда, всегда одна! Я должна надеяться только на себя!»
– Моя настоящая фамилия Свон… – вдруг произнесла беловласка. Беглянка вздрогнула и отняла лицо от коленей, поворачивая голову в бок в ожидании объяснений. – Эбигейл Лорелея Кэцуми Свон. Меня удочерил Айзава Шота. Тогда в парке я струсила и не сказала тебе. Прости…
– Я… я догадывалась… – вдруг охрипшим голосом ответила шатенка. Её сердце болезненно сжалась.
«Она! – кричал теперь разум. – Это она! Я нашла её!»
– Мой отец… он ведь был пилотом. Это он тебя научил всему этому?
– Да… – односложный ответ.
– Как тебя зовут?
– У меня нет имени.
– Я тебя знаю?
– Да.
– Как я тебя звала?
– Я… не помню. Это было очень давно.
– Но меня ты помнишь.
– Да. Важное всегда остаётся в памяти надолго. И я стараюсь «удалить» то, что мне не нужно.
– Но имя это важно.
– Не для меня. Мне хватало «подопытная ARI.K-1».
– ARI.K-1? Эрика… Значит «обладающая благородством».
– Красивое имя. Но мне навряд ли подойдёт.
– А мне кажется, что очень даже.
– Как скажешь.
– Дашь мне право выбрать тебе имя?
– Я отдам тебе свою жизнь. Имя это просто слово, чтобы не называть собеседника по половому признаку или «Эй, ты!».
Эбигейл молча согласилась. Но потом вдруг произнесла, так, словно пробовала каждую букву на вкус, ведь он появлялся у них, когда человеку давали имя:
– Эрика…
– Что? – тут же покорно отозвалась она. Это вдруг показалось Айзаве немного печальным.
– Кто… кто я для тебя?
Молчание. Эбигейл даже показалось, что девушка не ответит. Но она всё же произнесла тихо-тихо:
– Сокровище…
Айзава замолчала, глотая слёзы. Молчала и беглянка. Теперь она вовсю напрягала голову, стараясь понять, как выбраться из этого полного и беспросветного слова на букву п.
Вдруг шатенка вздрогнула. Мёртвую тишину верхней палубы пронзила противная трель чего-то звенящего. Даже Эбигейл затихла. Девушки молча сидели, не понимая – слуховая галлюцинация это или что-то другое. Прошло тридцать секунд, и трель закончилась. Но спустя несколько мгновений снова повторилась.
– Это телефон… – прошептала Эбигейл. – Мы должны ответить…
– Зачем? – так же тихо спросила шатенка отчаянным голосом.
– Вдруг там кто-то, кто знает, как управлять этой штукой? Вдруг он нам поможет?
– Это шанс один на миллиард, ты же понимаешь… – по щекам беглянки потекли слёзы. Она заставила себя отлепить руки подогнутых к груди колен и уцепиться за спинку кресла, привставая. Трель снова прекратилась.
– Если зазвонить в третий раз, мы должны взять, – совсем неслышно произнесла Айзава. – Это знак.
– О эта великая и беспощадная сила веры женщин в знаки, – тяжело усмехнувшись, произнесла Эрика.
А телефон всё же зазвонил.
Решив взять на себя бремя ответственности за лазание по карманом и ответ на чужой звонок, шатенка поползла по салону в поисках источника звука. Он довольно быстро обнаружился в специальном отсеке для телефонов. Входящий звонок был с неизвестного номера, но судя по коду страны шёл из Японии. Об этом и оповестила Эбигейл девушка.
– Возьми скорее!
– Да, конечно… – немного замешкавшись, Эрика приняла вызов и поднесла телефон к уху. – А… алло… Алло!
– Кто-то ответил! Алло! – тут же раздался немного хриплый мужской голос. Он даже показался шатенке знакомым. – Я про-герой Всемогущий. С кем я говорю?
Комментарий к Глава
XXVII-XXVIII
. Высокое напряжение *это транзитный перелёт в Токио из Лондона
Вы просто не представляете, сколько времени я провела в инете, чтобы родить эту главу ;) Но это не значит, что я самолётный эксперт, так что примем за правду то, что в мире МГА (по крайней мере, в моё фике) действуют те правила и законы, которые согласуются с тем, о чём я пишу.
====== Глава XXIX-XXX. Мерило жизни ======
Комментарий к Глава
XXIX-XXX
. Мерило жизни опять-таки куча работы с интернетом – и я почти разобралась, как посадить самолёт (:
Выражение «Я боюсь себе даже представить» – в корне неверно. Ведь люди боятся, потому что представляют.
Пожиратель душ
– А… алло… Алло!
– Кто-то ответил! Алло! – тут же раздался немного хриплый мужской голос. Он даже показался шатенке знакомым. – Я про-герой Всемогущий. С кем я говорю?
– О Боже, милая, это Всемогущий! – напряжённая ситуация, болючим узлом завязавшаяся в груди, вдруг лопнула и полилась через слёзы на девичьем лице, как только герой Японии номер один назвал своё имя. Эрика чуть не задохнулась на радостях, крича об этом Эбигейл. Та точно так же выдохнула, какой-то молитвой поблагодарив милостивого Бога.
– Кто Вы? – повторно спросил мужчина на том конце трубки.
– Д-да, простите. Я просто так рада Вас слышать! Я… я та девушка, которую Тога Химико удерживала в плену, – затараторила шатенка, еле успевая одеревенелым языком за своими мыслями. – Вам наверняка рассказали Ваши ученики. И меня, кажется, объявили в розыск, но это не точно. Я слышала что-то такое от Тоги.
– О Боже, так ты та «мартышка»!
– Д-да. Да, это я. И… и со мной рядом Ваша… Ваша ученица. Свон, то есть, сейчас она уже не Свон. Айзава, да. Кажется, Айзава. Простите, у меня мысли путаются.
– Эбигейл? Эбигейл рядом?! – перепросил Всемогущий, отчего-то прокашлявшись. – Дай ей трубку!!! Подожди, Старатель! – ругнул на героя номер два мужчина, когда тот попытался выхватить у него из рук телефон, чтобы поговорить с дочкой Айзавы.
– Эбигейл, он хочет поговорить с тобой… – девушка была потянулась, чтобы поползти к Айзаве, но та заверещала:
– Нашли время! Я в порядке, скажи это ему! Пожалуйста, скажи, что нам нужна помощь!!!
– Помощь? Это голос Эбигейл?
– Д-да, это она, – отозвалась тут же Эрика, возвращая трубку к уху.
– Где вы? Что у вас стряслось?
– Да, простите. Надо было с этого начинать. Мы… мы тут в самолёте. Нас закинул сюда Все за Одного. Тут все спят. Кажется, пассажиров усыпила чем-то через кислородные маски, они не приходят в себя, но они живы и… и пилот… его нет в кабине.
– О боги! Как?.. А, впрочем, не важно. Скажи… тебя как зовут?
– Э… Эрика…
– Хорошо, Эрика. Скажи, ты знаешь, на каком вы борту?
– Д-да. Мы нашли посадочный талон у кого-то. Мы на самолёте Боинг 747-200, компании «Trans-Oceanic Airways». Летим рейсом с пересадками из Лондона в Мусутафу. Рейс номер ***. И мы… мы прибудем через… Сейчас, простите…
Эрика поморщилась от тошнотворного ощущения в горле. Её никогда не укачивало, да и сейчас не морская болезнь была причиной. Ей было страшно, до дрожи в поджилках страшно. Она тяжело задышала, отнимая телефон от уха и прислоняя его к груди и стала рвано через силу выпускать из себя воздух, как будто тужилась при родах.
– Эрика? – обеспокоенно позвала Эбигейл. – Эрика, ты в порядке?!
– Эрика, с тобой всё хорошо? Что там стряслось?
Девушка ещё несколько секунд тяжело дышала, после чего трясущейся рукою вернула телефон к уху.
«Возьми себя в руки, тряпка!»
– Всё… всё хорошо… Мы прибудем уже через сорок минут… Надо посадить самолёт.
– Я понимаю. Хорошо. Ты только не волнуйся. Всё будет в порядке.
– Я… я пытаюсь… Всё нормально… Что мне делать?
– Тебе надо пройти в кабину пилота. Только не спеши.
– Д-да. Я поняла.
Кое-как встав на ватные ноги, Эрика всё ещё тяжело дыша, обернулась назад.
– Эбигейл! Эбигейл, ты слышишь?
– Да! – прокричала беловласка в ответ, тоже кое-как справляясь с полуобморочным состоянием.
– Мне надо в кабину пилота!
– Но ты… ты будешь сажать самолёт?!
– Другого выхода нет!
– А они не могут там… подбросить к нам пилота? В Мусутафу есть летающие герои!
– Давай, я не буду отвечать на этот вопрос?! – взмолилась Эрика. Страх и так парализовал её тело, но мыслила она вполне рационально. То, что предлагала Эбигейл, просто физически невозможно. – Я иду в кабину!
– Я с тобой! – тут же крикнула Айзава и начала пытаться отстегнуться.
– Ты уверена? Может, лучше здесь останешься?
– Я… не хочу! – Эбигейл-таки отстегнулась и свалилась в проход между креслами, потому что ноги её уже отказывались двигаться. На четвереньках она доползла кое-как до Эрики. Всё это время из телефона слышался какой-то шум – это Всемогущий разговаривал с другими пор-героями и подоспевшей полицией.
– Эрика! Эрика, ты слышишь? – позвал он, когда девушки уже зашли в первый класс.
– Да, я здесь! – она крикнула в трубку слишком громко, лишь бы заглушить бешеный стук собственного сердца. Однако герой номер один и вида не подал, что его барабанные перепонки сейчас находились в миллиметре от своей кончины.
– Мы сейчас же выдвигаемся в ваш аэропорт. С нами будет Леди Гора. Тебе не надо будет сажать самолёт полностью, лишь снизить его, понимаешь? Она поймает вас в воздухе и сама приземлить.
– Да! Да, я поняла, хорошо! Мы уже в кабине пилота!
– Хорошо. Проверь, точно ли самолёт в режиме автопилота. Там на контрольной панели должен…
– Я знаю! – выкрикнула Эрика, медленно забираясь в кресло капитана авиасудна. – Да, мы на автопилоте!
– Хорошо. Сейчас я передам трубку человеку, который всё тебе расскажет. Я сам мало разбираюсь в пилотировании.
– Да… Я готова.
– Алло, – тут же раздался другой мужской голос из телефона. – Меня зовут Такеши Соута. Эрика, как у тебя вообще с панелью самолёта?
– Я раньше знала, как посадить самолёт, но всё уже забылось.
– Хорошо. Тогда примерно ты знаешь, где всё расположено?
– Да, – кивнула сама себе Эрика.
– Главное помни, что всё будет хорошо. Вы в безопасности. Посмотри, пожалуйста, корректировка положения самолёта в пространстве. Помнишь, как выглядит индикатор авиагоризонта?
– Да, я смотрю прямо на него, – отозвалась Эрика, найдя глазами нужную часть панели.
– Теперь проверь искусственный горизонт.
– Мы немного накренились влево, – чуть испуганнее, чем раньше, произнесла шатенка, потянувшись дрожащей рукой потянулась к штурвалу. – Я… я всё поправлю… Кэцуми… подержи, пожалуйста… – она протянула телефон второй рукой беловласой девушке, стоящей рядом за креслом пилота. Та понимающе приняла мобильник и приложила его к уху Эрики.
– Главное спокойно потяни штурвал вправо.
– Да-да. Я знаю… – нервно отозвалась на совет Такеши шатенка и зашептала себе под нос, накрывая штурвал руками:
– Как же… как же там было? Сорока-белобока… Где была? – Далёко! Печку топила… Кашку ва… варила…
Эрика немного запнулась, почувствовав, что в какой-то момент штурвал поддался хуже, чем раньше. Она было запаниковала, но тут на её плечо легла рука Эбигейл. Девушка наклонилась ближе к шатенке, и зашептала вместе с ней.
– Кашку варила, деток кормила.
– На порог скакала, деток созывала.
Наконец, самолёт выровнялся. Эрика издала какие-то очень высокие звуки, радуясь, что всё прошло замечательно и она нигде не напортачила. Сердце станцевало болезненную чечётку на рёбрах, но в целом всё было не так уж и страшно. Шатенка поспешила оповестить об этом Такеши. Он похвалил девушку и с такой же радостью оповестил о её успехе всех про-героев, сидящих вместе с ним в полицейской машине как на иголках. Всемогущий облегчённо выдохнул, Леди Гора подпрыгнула на месте, захлопав ладоши, Старатель же промолчал. Он был всё ещё немного шокирован и даже разозлён после уже окончившейся битвы Всемогущего и Один за Всех, которая мало того, что транслировалась безумными репортёрами по всей Японии, так ещё и раскрыла его истинную форму и состояние его сил.
– Мы отследили ваш маршрут, – произнёс Такеши, когда по рации с ним связался главный штаб. – Вы летите немного быстрее первоначального курса. Расчётное время прибытия – 25 минут.
– Ч-что? Разве так быстро? О Боже… – тошнота снова подкатила к горлу Эрики. Ладошка Эбигейл на её плече сжалась чуть сильнее от страха самой Айзавы. Она пыталась взять себя в руки, очень сильно пыталась, но одна маленькая победа вела к очередной малоутешительной задачке.
– Тише! Успокойся! Всё нормально! Ничего страшного!
– Я спокойна! – вскрикнула Эрика, срывая голос в накатывающей волнами истерике. – Что мне делать?
– Пора начинать снижение. Для начала, надо снизить мощность двигателей самолёта. Опускай дроссель на несколько сантиметров, пока не услышишь, что звук самолёта стал тише. Только не дёргай штурвал – самолёт сам выровняется. Но если скорость самолёта станет ниже «зелёной зоны», то немного подай дроссель вперёд.
– Да, я поняла! – снова крикнула шатенка и зашептала сама себе, бегая взглядом туда-сюда:
– Дроссель, где же дроссель?
Дроссель обнаружился там, где и должен был быть. Ухватившись за него правой рукой, девушка неумело начала опускать его. Практически онемелая рука почти не слушалась, но в конце концов Эрике удалось начать снижение. Счёт шёл на минуты.
– Мы уже в аэропорту! – оповестил её через телефон Такеши. – Леди Гора у взлётной полосы. Как только заметишь аэропорт, сразу скажи – она начнёт увеличиваться. Тебе останется лишь выровняться в нужном направлении. Я всегда на связи, так что ничего не бойся и просто слушай меня.
– Д-да. Я поняла, – промямлила Эрика. Она уже видела огни вдали, которые медленно приближались к самолёту. Ещё одна волна страха накатила на неё, пройдясь вверх от кончиков пальцев рук и ног к сердцу, больно ухнув по пути в животе. Снова подступила тошнота, шатенка накрыла рукой рот, сжимая челюсть до боли в костях.
Двенадцать минут. Десять. Восемь. Видна посадочная полоса, но Эрика забыла сказать об этом. Её начало потряхивать, посторонние звуки больше не долетали до её ушей. Эбигейл что-то кричала, Такеши тоже пытался спрашивать, разговорить шатенку. Он понял, что у девушки случилась паническая атака. Айзава сперва боялась даже коснуться к Эрике, ведь у той в руке всё ещё был дроссель, а потом сама поддалась истерике и начала её трясти. Земля всё приближалась и приближалась, оставалось меньше минуты, и тут самолёт тряхнуло. Он замер в воздухе, а перед лобовым стеклом появилось отчего-то израненной лицо Леди Горы.
– Девчонки, вы как?! – крикнула она, встревоженно уставившись на двух подростков в кабине пилота. У Эрики настолько были расширены глаза, что, казалось, они вот-вот выпадут. Эбигейл тяжело дышала, вцепившись руками в костлявое плечо шатенки.
Обе молчали, обе не совсем осознавали, что ад уже закончился.
Леди Гора опустила самолёт на взлётную полосу, всё ещё удерживая его в руках у земли, ведь шасси не были выпущены. На площадку высыпало людей в форме и про-героев. То тут то там мигали машины полицейских и скорой помощи. К воздушному судну подкатили трап, по нему взобралось несколько человек. Они открыли дверь, ведущую на верхнюю палубу.
Как только тряска закончилась, Эбигейл подскочила на месте, не желая и лишней секунды оставаться на этом проклятом Боинге. Схватив замершую на сидении пилота шатенку, она кое-как вытащила её из кабины пилота и подтянула к открывающейся двери. Не меньше десятка человек вбежали внутрь и поспешили на остальные палубы проверять состояние пассажиров. Позже выяснилось, что всех пилотов и бортпроводников заперли в багажном отделении – они тоже были усыплены.
Девушкам помогли выбраться наружу. К Эбигейл тут же подбежал Старатель, схватив ту за плечи и придирчиво осматривая.
– Ты в порядке? – пробасил он, пропустив нотки беспокойство в голос. Но девушка всё время смотрела в сторону, туда, где в нескольких метрах от неё полицейские окружили Эрику со всех сторон, практически закрывая обзор на неё.
Как только шатенка встала на твёрдую землю, так тут же свалилась сперва на колени, а затем улеглась прямо на асфальт, сворачиваясь калачиком.
– Помогите… помогите… – шептали её бледные потрескавшиеся губы. Вся кожа была почти как мел, но щеки покрыли аляповатые красные пятна. Взгляд туманен, а тело прошибла мелкая дрожь.
– Врача сюда! Скорее врача! – крикнул тот самый мужчина, который заменял им диспетчера при управлении самолётом. – НЕ СТОЙТЕ СТОЛБОМ, ИДИОТЫ!
К ним тут же подоспела женщина в белом. Несколько сотрудников скорой помощи подошли к Эбигейл и старались заставить её обратить внимание на них, но девушка не могла оторвать взгляда от маленького тельца шатенки, сжавшегося прямо на земле.
– Что с ней? Что с ней? – спрашивала Айзава. Из глаз брызнули слёзы. Она было начала подходить к скопищу полицейских и врачей, но тут на взлётную полосу буквально вылетел Сотриголова.
– Эбигейл! – проорал он, чуть ли не срывая себе голос, как только его ошалелые глаза нашли беловласку. Ему потребовалась лишь секунда, чтобы добраться до дочери и развернуть её заплаканное лицо к себе. – Кнопка, ты как? С тобой всё хорошо? Ничего не болит? Тебя тошнит? Сильно испугалась?
– Эрика… Что с Эрикой?.. – всё плакала Эбигейл, сжимая в руках деловую рубашку отца, надетую для обманной конференции.
– Кто такая Эрика? – поспешно спросил Айзава, приседая на одно колено перед девушкой и стискивая её плечи несильной хваткой. Беловласка лишь указала рукой на шатенку на земле, вокруг которой суетились врачи. – Та девушка, что была с тобой в самолёте?
– Что у Вас болит? Скажи хоть что-нибудь? – пыталась вывести на контакт уже бывшую пленницу злодеев доктор, пока мерила ей давление. – Вы слышите меня?
– Я почти не чувствую тело… Тошнит… Плохо вижу… – кое-как вертя языком, еле слышно отзывалась Эрика. – Хочу спать…
– Только не отключайтесь! Слушайте мой голос! Вам нельзя сейчас засыпать! Будьте со мной!
Доктор ужаснулась показателям прибора в руке. 220 на 140! Она подтянула к себе девушку, чувствуя, что у той поднялась температура, и уложила на свои колени. Женщина потянулась к аптечке за градусником и таблетками нитроглицерина, попутно раздавая приказы помощникам:
– НОСИЛКИ! И КАПЕЛЬНИЦУ! СКОРЕЕ! ЗДЕСЬ ТРЕБУЕТСЯ СРОЧНАЯ ГОСПИТОЛИЗАЦИЯ! И УБЕРИТЕ ЭТИХ ДОЛБАННЫХ РЕПОРТЁРОВ!!! РАЗВЕ ЗДЕСЬ ЧТО-ТО ИНТЕРЕСНОЕ?!
Все поспешили выполнять её указания. Полиция пыталась согнать наглых журналистов с камерами наперевес, пока два медбрата сломя голову не неслись туда-сюда к машине скорой помощи.
– Девушка! Девушка, Вы слышите меня?! – доктор похлопала по щекам Эрики, как только вытащила градусник. Прибор показывал 39,8. – Девушка, Вам нельзя спать, слышите! Очнитесь! СКОРЕЕ ОХЛАЖДАЮЩИЕ ПАКЕТЫ! Скажите что-нибудь! Не отключайтесь! Слушайте мой голос! Поговорите со мной!
– Что… что мне сказать?.. – выдавила из себя шатенка.
– Как Вас зовут?
– Кажется, Эрика…
– Сколько Вам лет, Эрика?
– Наверное, около шестнадцати… – пролепетала девушка, туманным взглядом уставившись куда-то в небо. Её веки медленно закрывались и открывались.
– Не отключайтесь! Эрика! – врач снова похлопала по лицу девушки. – Ваш любимый цвет?
– Белый… как снег…
Наконец прибыли те два сотрудника скорой помощи с носилками и всем, что просила начальница.
– Чрезвычайно повышенное артериальное давление. Шок. Тахикардия, – перечисляла она, укладывая охлаждающие пакеты к шее Эрики. – Подозрение на нервный срыв. Состояние критическое.
За всем этим с шоком наблюдала Эбигейл. Её тоже начало трясти, руки стали леденеть, а температура лба наоборот повысилась. Она стала шептать себе под нос одну фразу «Что с ней? Что с ней?», пытаясь сперва с места разглядеть Эрику, обзор на которую закрыли «люди в белом» и каталка, а потом решила подойти. Её тут же остановил Айзава, встав и прижав её спиной к себе.
