Текст книги "Хрустальное сердце фарфоровой куклы (СИ)"
Автор книги: да_Винчи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)
Мидория в ужасе посмотрел на хрупкое тельце девушки, лежащее на земле у корней в десятке метров от него. Только потом до его сознания дошло, что его кто-то держит, а сам он сидит на спине этого кого-то. Опустив взгляд он увидел белые волосы и синюю ткань маски.
– Шо… Шоджи?
– Ну и раны у тебя… – прокряхтел парень с руками-репликантами. – Как ты вообще сюда добрался?
Не став ждать ответа от одноклассника, Мезо прыгнул к девушке и водрузил её себе на спину, укладывая рядом с Мидорией. Она всё ещё не приходила в себя. Из рассечённого затылка стекала кровь, отчётливо выделяющаяся на фоне её белых волос.
– Что там с ней?
Изуку кое-как перевернул девушку спиной к себе и осмотрел «фронт ущерба».
– Кажется, черепно-мозговая травма средней тяжести. Небольшая кровопотеря, рана на голове не глубокая. В ближайший час она точно не очнётся.
Теперь Мидория, кое-как уложив сломанную-переломанную руку на девушку, чтобыа она не съехала со спины одноклассника на землю, посмотрел в лес. В ту сторону, откуда пришёлся удар.
– Шоджи… что это?
– Токоями, – спокойно ответил парень. У Мидории чуть глаза на лоб не полезли.
– Токоями???
– Да, – уверенно повторил Мезо. – На нас напал злодей, и мы начали защищаться. В этот момент его причуда сошла с ума.
– Быть того не может… – Мидория, пребывая в шоке, прошептал свои слова. А Шоджи снова кивнул.
– Да… Если хочешь бежать дальше – сперва надо будет усмирить его.
– Эбигейл!!!
– Кто а чём, а двумордый только о своей блондинке печётся… – флегматично сказал Бакуго, когда его напарник в испытании на храбрость сломя голову понёсся к Шоджи, заметив, что в его руках-репликантах находится бессознательное тело «его женщины».
Мидория, решивший не сражаться с Токоями и не бросать Шоджи, вызвавшегося побыть приманкой, чтобы одноклассник сбежал, привёл на пару с Мезо парня-ворона к Бакуго и Тодороки, чтобы те светом уничтожили его тень. Кацуки же воспользовался сперва разбушевавшейся силой Фумикаге и позволил ей уничтожить их с Шото противника, выпускавшего лезвия из зубов. И только потом помог одноклассникам.
– У неё сотрясение и рассечение небольшое, – поспешно сказал Мидория, пока Тодороки брал девушку на руки и укладывал перед собой, чтобы осмотреть ранения. – Тень Токоями её нечаянно задела.
– Сколько она без сознания? – не обращая внимания на россказни одноклассника, спросил Шото, прощупывая пальцами опухшую кожу в месте рассечения на затылке.
– Минут десять-пятнадцать.
– Возможно, средняя степень, – сам себе сказал Тодороки, поднимаясь с Эбигейл на руках. – Нам срочно нужно доставить её в здание.
– Простите… что так подвёл вас… – тяжело дыша, сказал Токоями, с болью во взгляде смотря на одноклассницу. – Прости, Тодороки… я… я не хотел… навредить ей…
Шото отвернулся от парня, прикрыл глаза и что-то стал обдумывать. В какой-то момент мышцы на его руках напряглись сильнее – он ближе притянул к себе девушку, которую держал, и уткнулся носом в её макушку. Потом поднял туманный взгляд на лес в ту сторону, в которой в отключке под деревьями валялся его с Бакуго соперник.
– Ты в один момент вынес злодея с которым мы не смогли справится, – наконец, произнёс он, тяжело выдохнув. – Тебе не за что извиняться.
К парню-ворону подбежал Шоджи.
– Ты как, Токоями?
Парень молчал, медлив с ответом. Но потом он, пересилив себя, поднял-таки глаза на друзей.
– Прости меня, Шоджи. И ты, Мидория. Это всё моя вина. Моё сердце не было готово к этому, – парень поднял руки перед лицом и посмотрел на дрожащие ладони. – Влияние тьмы и моего гнева подстегнули мою причуду. Я позволил своей ярости завладеть собой, когда руку Шоджи отрубили.
– Поделишься своими переживаниями позже, – спокойно отозвался его друг. Токоями удивлённо вскинул на него голову. – На нашем месте ты бы сказал то же самое.
Мидория согласно кивнул и улыбнулся в поддержке.
– Верно, – сказал он и нахмурился. – Мы выяснили, что Каччан является одной из цели злодеев, так же, как и Эбигейл.
– И Бакуго? – удивлённо переспросил Токоями. – Они хотят убить их? Но зачем?
– Я не знаю. В любом случае нужно отвести их в безопасное место. С профи, Айзавой-сенсеем и Кровавым королём как-то спокойней.
– Я понял, – Фумикаге кивнул. – Наша миссия – сопровождение Бакуго.
Мидория утвердительно кивнул.
– «Дикие кошки» ещё сражаются со злодеями на стартовой площадке. Если мы пойдём по дороге, злодеи наверняка нас заметят. Лучше идти через лес напрямую.
– Мы не знаем, как много тут злодеев, – подал голос Шото. – Всегда есть шанс встретить их.
– Мы используем способности Шоджи для сканирования области и плюс твой лёд. Да и Токоями очень полезен, когда контролирует свою тень. Нам бы очень не помешала причуда Эбигейл, особенно если бы у неё с собой был её пистолет, но придётся нам обходится своими силами. Такой команде даже Всемогущий не страшен!
– ЧЁ ЗА ХЕРНЯ ТУТ ТВОРИТСЯ?!!! – не выдержал-таки Бакуго, всё это время наблюдавший с офигивающему лицом за разговором одноклассников, которые, кажется, совсем не замечали предмет своего обсуждения. – НАХ*Я МНЕ ТАКАЯ КОМАНДА ДЕРМОЕДОВ?!!!
– Не голоси, – спокойно сказал Тодороки, обернувшись к парню. – Возьми Цубурабу, иди по центру и помалкивай.
– ВЫ МЕНЯ ЧТО, НЕ СЛЫШАЛИ?! НЕ НАДО МЕНЯ ЗАЩИЩАТЬ!!!
– Бакуго, это ради…
– НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ, ЧТО ЭТО РАДИ МЕНЯ, ДОЛБАННЫЙ ДЕКУ!!! – оборвал побитого в стычке со злодеем одноклассника Кацуки.
– Пошли, – Тодороки молча обернулся и пошёл вперёд по тропинке. – Не забудь Цубурабу, – кинул он Бакуго, не обернувшись.
– Да чёрта с два я потащу этого идиота! Стой, я тебе сказал!
Тодороки всё-таки остановился, понимая, что никто не решился начать движение, пока у Кацуки бомбит в одном месте, и обернулся на самого блондина. Тот, тяжело дыша, широкими шагами подошёл к Шото и гневно произнёс:
– Давай сюда белобрысую! А то этого придурка я подорву на месте!
– Тогда пусть Цубурабу возьмёт Токоями, – пожал бы плечами Шото, если бы руки не были заняты, после чего хотел обернуться и продолжить идти, но его за плечо отдёрнул Бакуго.
– Тогда подорву птицу вместе с этим недоноском! Или кого-нибудь из вас! – вполне серьёзно произнёс он.
Шото в который раз повернулся. В его гетерохромных глазах читался немой вопрос: почему Бакуго так сильно хочет нести Эбигейл?
Сам парень тут же ответил на него, хотя плохо разбирался в чужих эмоциях, когда у него подгорало одно место.
– Гнома этого я хоть терпеть могу!
Все ученики на дороге молча тревожно пилили взглядами этих двоих. Тодороки молчал. Бакуго смотрел прямо в его глаза и тоже молчал. Сын Старателя долго решал «Что?», «Почему?» и «Зачем?», а после этого – «Что делать?» и «Как поступить?». Он перевёл взгляд на застывших в отдалении бледного Токоями, которого ещё потряхивало от недавно пережитого стресса, потом на Шоджи, с отрубленной руки которого ещё текла кровь и, наконец, на всего израненного и избитого Мидорию.
– Ладно, – сдался Тодороки, повернувшись к Бакуго. – Выстави руки.
– Нахрена? Я и так её возьму, – Кацуки нахмурился и потянулся, чтобы претворить свои слова в действия, но Шото отступил одной ногой назад, отодвигая Эбигейл от одноклассника.
– Я сказал – выстави руки, – спокойно и бескомпромиссно повторил он. Бакуго раздражённо выдохнул, ругнулся под нос, но просьбу-приказ выполнил.
Тодороки, посомневавшись в собственном решении ещё с минуту, посмотрел сперва на бледное лицо Эбигейл, затем на протянутые руки Кацуки, потом тяжело вздохнул и полностью повернулся к парню. Как можно более аккуратно он переложил девушку к однокласснику, придвинул ближе к его торсу, сам разместил его ладони на «доступные» места, после чего взял ватные руки Айзавы-младшей и уместил их вокруг шеи блондина, чтобы те не соскакивали и не болтались в воздухе.
Всё это время Бакуго как-то брезгливо морщился и старался отодвинуть лицо от беловласой головы однокурсница, сто раз пожалев о том, что просто не сбежал. К тому же теперь кольцо на шее, спрятанное под футболкой, под весом девушки сильно надавливало на его грудь, заставляя постоянно вспоминать о себе.
– Вот. Пойдёт, – Тодороки отошёл на шаг и взглядом окинул свою работу, чтобы «оценить по достоинству». Однако только сам недовольно поморщился. – Не смей обращаться с ней, как с мешком картошки.
– Да не тупой я! Что я, девок на руках не таскал что ли?
Одноклассники тактично промолчали, потупив взгляды в землю. Один только Тодороки флегматично поднял бровь. Бакуго вдруг покраснел и проорал:
– Да не в том… Я не… Да пошли вы, чё я перед вами оправдываюсь?!
– Действительно… – Шото отошёл от него и направился к месту, где недавно уложил непосредственно Цубурабу. Взвалив парня на плечи, он повернулся в ту сторону, в которую им предстояло идти, и объявил:
– Выдвигаемся.
– И без тебя знаем! – прикрикнул Бакуго, разворачиваясь. Подождав, пока все одноклассники обгонят его, он сам пошёл за ними, каждую минуту проверяя, нормально ли уложена Эбигейл, ведь, на самом деле, девушек-то он мало носил на руках.
Стоило Бакуго увидеть лежащую под Ураракой Очако ту самую блондинку, встреченную несколькими днями ранее в злополучном центральном парке, как крышу у него сразу-то и сорвало. Глаза налились кровью, а вены на лице и шее так вздулись, что грозились лопнуть под давлением. Вообще с первого взгляда могло показаться, что напряжение вен – это его причуда, так сильно они выпирали. Резко забыв о приказе настоятельной просьбе Тодороки о том, чтобы не обращаться с Эбигейл как неодушевлённым предметом, парень обернулся к Токоями и со словами «На, подержи!» сбросил ему свою ношу на его руки. После чего развернулся и помчался к двум девушкам, застывшим в странной позе посредине дороги – Очако верхом на злодейке.
– О, вот и наш злобный ёжик… – Химико растянула губы в сумасшедшей улыбке, обнажая клыкастые зубы. Теперь ни у кого не было сомнений в том, что она ненормальная.
– Ах ты сука!!! – Бакуго, не удосужившись дождаться пока крайне офигевшая от всей этой ситуации Очако отпрыгнет в сторону на безопасное расстояние, разогнался и сиганул на Тогу, занося руку в преддверии довольно нехилого взрыва. Однако блондинка в последний момент успела откатиться и отпрыгнуть на несколько метров.
– Это было близко… – она снова улыбнулась и подмигнула Кацуки. – Но не так близко, как хотелось бы, да, сладкий?
– Ты знаешь, кто это, Каччан? – спросила Урарака, удивлённо переглядываясь с Асуи – своей партнёршей в испытании на храбрость, которая сейчас висела на дереве, прибитая туда каким-то шприцом за собранные в бантик кончики волос.
– Где? Где она?! – кричал Бакуго какой-то бред по мнению многих присутствующих на дороге одноклассников, взрывая всё подряд в попытке поймать злодейку. Но та лишь смеясь, каждой раз в последний момент уходила от его атак. – Я спрашиваю тебя, сучка обдолбанная, где она?! Куда ты её дела?!
– Каччан, не кричи так, – опасливо подал голос Мидория. Взглядом он показал Очко и Асуи, что он знает причину буйного поведения одноклассника и обо всём потом расскажет. – Нас могут услышать другие злодеи!
– Да пох*й мне!!! Пусть все разом сюда явятся – я им всем внутренности изнутри взорву!!! – крикнул в ярости Бакуго, не подбирая особо цензурных слов.
После достойного и лаконичного ответа Мидории (по мнению самого Кацуки, естественно), парень снова вернул всё своё опасное внимание Тоге.
– Отвечай, где она?! – снова проорал он, ударив в землю в нескольких сантиметрах от места, где мгновение ранее стояла сама Химико.
– Да ты мне хоть слово дай вставить, а то «Где она?» да «Где она?», – наиграно обиженным голосом произнесла Тога, замерев на ветке дерева, на которое она успела передислоцироваться за пять секунд, и приставила указательный пальчик к щеке, сложив при этом руки под грудью. Бакуго тяжело дышал и уже готов был ударить по стволу, чтобы согнать Химико с её временного пристанища, но решил, что эта сумасшедшая в чём-то права. Сначала нужно узнать информацию, прежде чем хоронить её взорванный труп в безымянной могиле на каком-нибудь пустыре.
– Говори… – охрипшим от крика и переполняющей его ярости голосом ответил парень, сжимая и разжимая кулаки от ненависти, омерзения и презрения к этой злодейке.
– Да что говорить-то? – весело прощебетала Тога. – Дома твоя принцесска, рыцарь недоделанный, негде ей ещё быть. Жива, не вполне здорова, но зато жива же. Не чудо ли?
Никто это чудом не считал. Разочарованно выдохнув из-за этого правдивого, но обидного факта, Химико продолжила:
– Эх, я так её люблю! Ты не представляешь. Когда она кричит, я просто на седьмом месте от счастья! Не кричит – а поёт! Душой поёт, не как эти псведооперные певицы. Нет, правда, если бы ты только услышал её мольбы о помощи, эти стоны боли и вопли от ужаса при виде моей скромной персоны!..
Девушка мечтательно закатила глаза, складывая ладошки вместе и прислоняя их к щеке и плечу одновременно. Не выдержав подкатившей вспышке гнева к горлу, Бакуго-таки ударил по дереву так сильно, что с него даже сучья посыпались, а в коре и древесине осталась серьёзная вмятина, которая потом может привести к смерти дерева. Химико вновь пришлось перебегать – она прыгнула на рядом растущий дуб.
– Ты еб@нутая сука!!!
– О да-а. Ты не представляешь насколько. Но мы отошли от главной темы! Последние несколько дней моя малышка только и кричит, что «Помоги мне!» да «Помоги мне!», – девушка искривила своё личико ребёнка и недовольно посмотрела на Кацуки. – Кажется, ты сломал мою игрушку. Да-да, я на сто процентов уверена, что она тебя вспоминает. Раньше про какую-то Кэцуми кричала, а сейчас явно про своего недогероя, который не может элементарно девушку в беде распознать. Да что уж там – которого самого надо спасать от ножа в спину… то есть в грудь…
Химико едко улыбнулась и тут же перепрыгнула на другое дерево, из-за того, что это так же подверглось атаки первокурсника, как и его предыдущий сородич.
– О чём она говорит? – шепнула Очка Мидории, но тот отрицательно покачал головой, мол потом всё расскажет. А потом перевёл сосредоточенный взгляд на Тогу и навострил уши.
– Она моя любимая игрушка, правда-правда. Со мной ей ничего не угрожает. Я забочусь о ней, кормлю, пою, даже кайф помогаю ловить. Правда для этого приходится сдерживать её ремнями – есть же такие люди, которые не желают расслабляться и получать удовольствие…
Тога выпятила нижнюю губу и скуксила лицо. Но потом снова улыбнулась.
– Я храню её уже два года, до этого она была в какой-то лаборатории моего нынешнего боса. Он подарил её раньше, чем меня познакомили с Шигараки. Такая милая нежная и красивая, особенно, когда бьётся в конвульсиях и агонии, ммм…
Снова удар и снова побег. Химико уже начала злиться.
– Да что ж ты нетерпеливый такой, а? Дай я договорю!!! – дождавшись, пока Кацуки на земле снова относительно замрёт, Тога прильнула к дереву и стала поглаживать его кору. – Этот месяц почему-то она так быстро стала срывать себе голос. Может это потому, что я слишком несдержанная?
Она действительно задумалась над этим вопросом на несколько минут, наматывая выбившуюся из причёски прядку на палец.
Спустя недолгое для себя время, но до ужаса длинное для учеников UA, ожидающих ещё более устрашающей правды (хотя куда хуже-то?) о девушке, пожертвовавшей собой ради первых встречных детей, Химико произнесла:
– Нет, ну меня можно понять… Можно же? Просто недавно мне Твайс подарил очень хорошую книгу. Там рассказывалось о том, как пытать человека, чтобы ему было адски больно, но чтобы он не умирал от травматологического шока. Очень полезная книженция, я скажу. Обычно я не читаю, но эта прям затянула! Настолько, что я опробовала сразу несколько советов на моей игрушке в тот же вечер! Надо было, наверное, повременить, разделить их по дням как-то… Но я была слишком взбудоражена полученными знаниями!
На этот раз после удара Кацуки, девушка удержалась на бедном дерево, обняв его ствол руками и ногами. Она, кажется, даже не обратила внимание на атаку парня и продолжила говорить, словно сама с собой:
– Мой любимый врач, которому я не все пальцы отрезала, сказал, что ещё раз десять-пятнадцать и она в лучшем случае будет хрипеть до окончания своей жизни. Или вообще голос потеряет. А я не хочу, чтобы она голос потеряет. Иначе придётся её выкинуть и искать замену. Ты, кстати, очень бы подошла, – она посмотрела на Очако и премерзко улыбнулась – Урарака даже поёжилась от страха. – Комплекция почти такая же, а эти глаза и шёлковые волосы… У моей мартышечки правда они погуще. А можно покрасить тебе прядь в белый? Тогда вообще один в один будете! А если и грудь чуть подрезать, тогда…
– Заткнись! – заорал Бакуго и начала колотить по дереву кулаками вперемешку со взрывами. – Заткнись-заткнись-заткнись-заткнись!!! Сдохни!!! – в крайний раз он ударил так сильно, что дерево-таки повалилось. Химико не успела среагировать и полетела вниз вместе со своей временной защитой от этого психованного грозного ёжика, как она окрестила его у себя в голове.
Девушка сорвалась с спадающего дерево и упала на жёсткую почву, закряхтев. Не прошло и секунды, как у её головы прогремел взрыв, а после этого грубые руки за шкварник развернули её лицом от земли. Теперь прямо перед Химико, буквально на расстоянии десяти сантиметров, находились пылающие глубокой ненавистью глаза Бакуго, занёсшего руку в преддверии очередного взрыва. Из-под его майки выпала цепочка с кольцом, висевшая теперь в нескольких сантиметрах от лица Тоги. Та медленно перевела на неё взгляд, криво усмехнулась и вновь посмотрела на тяжело дышавшего, еле сдерживающего от необдуманного поступка парня.
– Следующий взорвётся у тебя на лице!
– Знакомая безделушка, – спокойно, не обращая внимания на ор Бакуго, проговорила девушка. – А я-то думала, что мартышка потеряла его. Единственное, что я разрешила оставить ей из её прошлой «нормальной» жизни, – девушка сделал особый акцент на слова «нормальной», но Кацуки тут же её грубо встряхнул, призывая закрыть рот.
– Замолчи и говори только то, что мне надо!
– Вот оно как? Так ты тоже доминант в отношениях? – Тога криво усмехнулась, и её тут же снова тряхнули, только сильнее. Она даже затылком ударилась о землю. – Ауч! Больно же! Не будь таким грубым, я вообще-то девушка!
– ЗАВАЛИСЬ И ОТВЕЧАЙ НА ВОПРОС!!! – взревел Бакуго, вопреки обещаниям подорвав близстоящее дерево, лишь бы выпустить пар. – Теперь повторного предупреждения точно не будет! Внимай или читай по губам. Где. Она?! Что ты с ней сделала?!
– Ничего такого… Ничего такого, чего бы она не вытерпела. Не понимаю, отчего ты злишься? Тебе бы точно понравились её крики! Уж я то знаю. Ты такой же псих как я!
– Завали свой поганый рот! Я не псих! И я подорву тебя заживо, а после заберу её!
– Да? Ну и как же ты это сделаешь? – Химико беззлобно и беззаботно улыбнулась. – Где она? – повторила девушка порядком доставший её вопрос парня. – Где же она? Не знаешь? Ты же не знаешь, где наша база, как туда попасть… А я знаю. О, и я могу проводить тебя туда. Прямо за ручку. Если ты согласишься пойти со мной… я покажу тебе её, познакомлю там, раз она так сильно тебе понравилась. Даже могу показать тебе новые узоры на моей любимой игрушке. Ну а если ты будешь совсем хорошим мальчиком – дам поиграть или покажу, как я с ней играю… Как тебе? Заманчивое предложение?
– Я сейчас убить тебя готов!
– Убей, давай, – пожала плечами Тога, всё ещё безумно лыбясь. – И ты никогда не узнаешь, где она и что с ней. А если я умру, навряд ли Шигараки станет заботиться о ней. Пришьёт просто да в какую-нибудь мусорную свалку выкинет, даже закапывать не станет. Чтобы бродячие собаки растащили её тело по кусочкам. Им ведь тоже кушать надо.
Бакуго хотел снова что-то прокричать, но открыв рот сразу же его закрыл. В его взгляде что-то переменилось, он начал обдумывать слова девушки и чем больше молчал, тем шире становилась её улыбка. Его рука всё ниже и ниже опускалась.
– Каччан… – осторожно подал голос Мидория, чтобы не спровоцировать одноклассника, – ты же не согласишься на её предложение?
– А почему я не должен? – с долей отрешённости в голосе спросил он, дёрнув головой в сторону избитого первокурсника. – Это единственный способ. Я поклялся, поклялся себе, и чёртому двумордому с его пигалицей, что спасу её. Если нарушу обещание… кто я буду после этого?
– Бакуго, ты же понимаешь, что это не выход? – Шото шагнул вперёд по направлению к Кацуки, но тут же замер. – Как ты сможешь спасти, её будучи в самом логове злодеев?
– А как ты сможешь спасти её, находясь в сотнях километрах от неё, и даже не подозревая, что с ней происходит? – елейный голосом сказала Химико, не сводя взгляда с сосредоточенного выражения лица парня-взрыв, смотрящего куда-то поверх её плеча. – Пока вы тут будете строить грандиозные планы по выслеживанию членов Лиги злодеев, расставлять на нас ловушки и применять прочие геройские штучки, мартышка будет снова и снова срывать голос от боли, умолять о смерти, спрашивать саму себя – почему за ней никто не приходит? Почему добро не побеждает зло? Почему никто не спасёт бедную, ни в чём не повинную девушку, у которой даже имени нет. Может потому, что вселенная сочла её мусором, недостойным спасения, или это герои не такие уж и герои.
Химико хихикнула, а потом скорчила сочувствующую моську и пролепетала:
– Но ты не расстраивайся, милый. Всех спасти нельзя – ведь так вас учат в этом UA, да? Ты должен смириться со смертью ни для чего и ни для кого не значащей девочки. Её жизнь в муках и скорая кончина в агонии даже не пылинка в истории всего человечества.
Тога могла поклясться, что в Бакуго что-то треснуло или надломилось. За долю мгновения в его взгляд вернулась ненависть помноженная на жажду крови одной психопатки в школьной форме. Рука, держащая Химико за её форму, сжалась сильнее, а вторая тут же опасно легла на шею.
– Мне даже причуда не нужна, чтобы убить тебя… – яростно прошептал он, сдавив пальцы так, что Тоге стало немного не хватать воздуха. – Я могу переломать тебе трахею раньше, чем ты достанешь свой шприц и начнёшь хрен пойми для чего сосать мою кровь, которая тебе не понадобится. Так что тебе сейчас лучше говорить только правду, усекла, сука недоразвитая?
– Говорить правду – это моё жизненное кредо, – Химико как могла улыбнулась, буквально выдавливая из себя слова. Её лицо уже начинало краснеть из-за недостатка кислорода.
– Если твой ответ мне не понравится – будешь кормить червей под каким-нибудь деревцем, – закрепил эффект устрашения Бакуго и перешёл к самим вопросам, которые звучали как утверждения:
– Если я пойду с тобой, ты приведёшь меня к ней.
– Д-да…
– И позволишь мне поговорить с ней.
– Да…
– И когда я подорву ваше логово нахер, ты не станешь у меня на пути.
– Мне жить ещё хочется, так что да.
– Тогда я пойду с тобой, – согласился-таки Кацуки. Химико довольно улыбнулась.
– Каччан, нет! – Мидория было дёрнулся, но Шоджи ему даже слезть со своей спины не дал.
– Это его выбор, – только и сказал парень.
– Лучше защищайте белобрысую. И не ходите за мной, придурки, – Бакуго обернулся к одноклассникам, и тут его глаза в шоке округлились. – А где гном-то?
Ученики застыли в немом ужасе, глядя то на удовлетворённую улыбку Тоги, поднимающейся с земли и отряхивающей свою одежду, то на изумлённый взгляд Кацуки, пилящий что-то за их спинами. В какой-то момент Химико схватила Бакуго за руку и потянула в лес, что-то сказав, после чего он и сам пошёл. Все остальные стояли как вкопанные и боялись посмотреть назад и удостовериться в том, что это что-то, на что смотрел ранее Кацуки, – пустота. И только Шото резко развернулся на пятках, издав какой-то подавленный крик ужаса.
Ни Токоями, ни Эбигейл на месте не было. Вместо них стоял какой-то недофокусник с одеждой в окраске петуха в цилиндре с пером и с маской на лице. В руках он держал какие-то два голубых шарика, перекатывая их между пальцами.
Комментарий к Глава
XXIII-XXIV
. Сердце героя под ударом Как я и говорила, описания битвы не моя тема. Здесь у нас больше времени уделяются чувствам и мыслям героев, а также их мотивы и предыстории. Это не Джен с элементами Гета, это чистый Гет, и в данный период идёт ударение на «Бакуго-беглянка» и «Беглянка-Эбигейл». Даже моего любимого Тодороки как такового здесь нет. Его чувства пока ясны – он порвать готов за Эбигейл. поэтому пока не станем мусолить их во всём розовые отношения.
Если кто-то хочет экшена, увы, вам к другим авторам и фанфикам. К тому же, все битвы и так показали в аниме и манге, не вижу смысла их пересказывать. У нас тут эмоциональные драмы, разрыва шаблонов и взросление.
P.S. И да, я звездю и вуалирую маты, потому что мне нравится себя убеждать в том, что я культурный человек.
P.S. И я пытаюсь сделать персонажей максимально не OOC. Надеюсь, у меня получается. Не зря же я учу все ругательства Бакуго)
====== Глава XXV. Разбитое желание ======
Сильные люди не любят свидетелей своей слабости.
Маргарет Митчелл
Бакуго ожидал от злодейского логово чего угодно, но не вшивенького бара, освящённого красными лампами. Ему не очень нравилось, что сейчас он один на один со множеством злодеев, и даже Шигараки тут был. Зато ни гнома, ни той девушки видно не было. Страх пытался пробраться к его сердцу, пока покалывая кончики пальцев и что-то переворачивая в животе, но парень успешно подавлял его, сосредотачиваясь сперва на интерьере, а затем на лицах наименее уродливых членов Лиги.
Набравшись смелости, Кацуки, сжав кулаки, недрогнувшим голосом произнёс:
– Где девушка?
– Девушка? – Даби приподнял брови, вопросительно посмотрел на Шигараки. Тот ничего ему не ответил, хоть и бросил взгляд в ответ. – Эта та, которая «мартышка»?
– Ага! – весело прощебетала Тога, сидящая на барной стойке и размахивая ножками в чулках. – Я сейчас приведу её!
Она спрыгнула и понеслась на второй этаж здания в свою комнату. Остальные злодеи никак не отреагировали на неё, продолжая пилить взглядом похищенного ученика. Бакуго отвечал им тем же.
Прошло около десяти минут напряжённого молчания, смазанного лишь шумом на втором этаже, как дверь у барной стойки открылась, и с лестничной площадки с торжественным видом вышла Тога.
– Та-тарата-та-та-та! – спародировала она последние звуки фанфар и рукой указала на место, из которого вышла. – Встречай свою принцессу!
Прошли пять секунд, десять, пятнадцать. Вслед за блондинкой никто так и не вышел. Магне хихикнула в кулак, остальные члены Лиги злодеев флегматично смотрели на Тогу. Химико нахмурилась, ругнулась себе под нос, потом повернулась к двери, сжала кулаки и грозно сказала:
– Выходи давай, пока есть чем ходить!
Цокая каблуками-клёш на очень неудобных туфлях, в бар вошла та самая беглянка из парка. На ней было надето очень пышное розово-белое платье с кучей рюш, складок и бантиков, чуть ниже колена, которое ей совершенно не шло. На голове из того же комплекта, что и платье – шляпка-капор из какого-то XIX века с высоким широкополым козырьком. Худые ножки в белых капроновых колготках.
Руки девушка держала сложенными, а голову опущенной, хотя сама стояла как шпалу проглотившая. Ноги не гнулись, она ходила как деревянная игрушка без шарниров в коленках, боясь ступить лишний шаг – почти что кукольные туфельки стесняли её хоть и маленькие стопы 34 размера.
– Неправда ли она миленькая! – воскликнула Тога, напрыгивая сбоку на девушку с объятиями, потёршись щекой о её плечо. Та шатнулась, но не произнесла и звука.
– Во что ты её вырядила?.. – устало протянул Даби.
– Я стянула это с какой-то девочки на показе мод, – отозвалась Тога, улыбнувшись парню. – Еле кровь отстирала!
И так бледная девушка побелела донельзя после слов Химико. Бакуго нахмурился, ругнувшись под нос:
– Долбанутая.
Шатенка опять вздрогнула. Она узнала его. Этот голос…
– Ну и что?! – блондинка обиженно, но гордо вскинула нос. – За то я та, кем хочу быть. И скрывать свою натуру мне не надо.
Бакуго ничего не ответил ей на это. Вместо этого он приблизился к «принцессе» за три широких шага и в нерешительности замер, окинув её цепким взглядом. Не считая нервной дрожи, бледного цвета кожи, рваного дыхания и неконтролируемых передёргиваний время от времени она выглядела довольно живой.
Девушка осторожно подняла взгляд с ботинок парня выше, но где-то в районе груди отдёрнула себя и снова опустила его на ноги Бакуго. Потом, собравшись с духом, всё-таки посмотрела ему в лицо. В шоколадных глазах читался вопрос и немой укор.
«Дурак!»
– Я Бакуго Кацуки, – решил начать с представления блондин. – Я с геройского факультета академии UA.
Девушка снова вздрогнула.
«Так он всё же… ученик героев?..»
– Как тебя зовут? – спросил тем временем парень.
Она даже не приоткрыла намазанные розовой помадой губы. Только съёжилась и немного сгорбилась, отведя наполнившийся сожалением и глубокой печалью взгляд в сторону.
– У неё нет имени, – Шигараки пожал плечами, откинувшись на стойку. – Хотя, можешь обращаться к ней подопытная ARI.K-1, если запомнишь, конечно.
– Почему она не отвечает?
Бакуго вдруг подумалось, что Химико могла что-то сделать с языком шатенки, поэтому она не может говорить. Но ответ одного из злодеев его немного успокоил.
– Это ты у неё спроси… – Даби хохотнул в кулак.
– Я пришёл спасти тебя, – сказав это, Бакуго сделал шаг к девушке. Расширив в ужасе глаза, она смотрела на него как на умалишённого, очень сильно начиная переживать за его целостность.
Лица некоторых злодеев напряглись.
– Что? Спасти? – спросил Томура, взглянув на скривившуюся Тогу. – Ты сказала, что он собирается согласиться на наше предложение.
– А как бы я его ещё затащила сюда?! – возмущённо ответила на сквозившую претензией фразу Шигараки Химико и, сложив руки на груди, отвернулась от него, снова вздёргивая нос.
– Чёрта с два я примкну к вашей шайке дерьмоедов, придурки! – Бакуго сжал кулаки и напрягся. – Я здесь только из-за неё, – он кивнул головой в сторону уже еле дышащей от ужаса «мартышки», чей взгляд сейчас очумело бегал с хмурого предводителя Лиги злодеев на своего «спасителя». – Отдайте мне девушку, и никто не пострадает. И белобрысого гнома я тоже, так уж и быть, заберу. Куда вы её засунули? Я знаю, что вы и её схватили, можете даже не пытаться отнекиваться!
– Здесь… из-за неё, говоришь, ты здесь? – спокойно переспросил Шигараки, растягивая слова как в вводящий в гипноз врач. – Тогда что же ты сделаешь, если мы откажемся отдавать её?
– В смысле «если»? – возмутилась на заднем плане Тога, но на неё никто не обратил внимание.
– Подорву здесь всё нахрен и привлеку внимание полиции к вашей забегаловке! А начну с тебя!
