Текст книги "Калгари 88. Том 15 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

– Как классно! – восхитилась Соколовская, сунула ключ в замочную скважину и два раза провернула его. Сочно щёлкнув, замок открылся. Чтобы войти внутрь, пришлось ещё повернуть вниз блестящую никелированную ручку. Удивительная конструкция! Соколовская опять захлопнула дверь, щёлкнула ручкой вверх, и дверь неожиданно закрылась сама! Техника на грани фантастики!

– Замок без ключа закрывается! – с большим удивлением сказала Соколовская. – Стоит только ручку вверх поднять. Так забудешь ключ внутри, уйдёшь, захлопнешь дверь и не сможешь попасть обратно.

– Хм… Учись ничего не забывать! – усмехнулась Арина.

Уж она-то знала такие ручки в своём времени!

– А вот и вы! – раздался знакомый голос. – Это получается, я рядом с вами буду жить!

Дядя Саша! Подошёл к соседнему номеру и остановился, с улыбкой посмотрев на фигуристок.

– А вы с кем будете жить? – с любопытством спросила Арина.

– С кем же я буду жить, естественно, со своим напарником, с Сашей Фицкиным. А вот и он! – заявил Федотов.

Фицкин прошёл мимо, посмотрев на фигуристок и ничего не сказав, и вошёл в комнату, любезно открытую Федотовым.

Осталось и Арине вместе с Соколовской пройти в свою комнату и заценить её. Правда, заценить удалось не сразу – когда подружки вошли внутрь и захлопнули дверь, то не могли найти выключатель. Когда всё-таки нашли, то оказалось, что он совсем не такой, к которому они привыкли… На выключателе справа находилась небольшая ручка, а не кнопка! И эту ручку надо было повернуть до щелчка, тогда свет зажигался. Впрочем, разобрались с этим быстро.

– Шик-блеск! – заявила Соколовская, рассмотрев номер.

Пожалуй что, Арина была с ней согласна. Номер был отделан в спокойном цвете морской волны. Вытянутой прямоугольной формы, и с огромным окном во всю стену, наполовину закрытым синими жалюзи. Рядом с окном в окне какой-то продолговатый ящик с несколькими кнопками и рычажками.

– Что это? – с любопытством спросила Марина.

Арина сразу же поняла, что это кондиционер: в номере был свежий воздух и слегка пахло освежителем с запахом морской волны.

– Это устройство для кондиционирования воздуха! – с важностью сказала Арина и начала раздеваться. – Давай посмотрим, что тут ещё есть.

Посреди номера стояли две широких кровати, застеленных чистым бельём, а перед ними на тумбочке телевизор с какой-то коробкой, наверное, кабельного ТВ. Рядом с коробкой рекламные буклеты телеканалов NBC, CBS и Fox. У окна стол, два кресла, гладильная доска с утюгом. У входа слева платяной шкаф, а справа дверь, ведущая в туалет и душ.

Арина подошла к окну, нажала на кнопку и жалюзи с шелестом полностью уползли вверх, показав окружающий пейзаж. Луч закатного солнца упал в номер, и осветил интерьер причудливым алым цветом.

– Красотища! – восхищённо сказала Арина, взъерошила волосы и раскинула руки в стороны.

Закатное солнце осветило её фигуру, полыхнуло огнём по контуру тела, по волосам, и она снова ощутила себя словно на картине у Аньки, когда плавала в потоках красного света, а её фигура отбрасывала тень на стену комнаты. Арина медленно встала в позицию фуэте: руки над головой в овал, правая нога согнута в колене и ступней касается левого колена. Солнце отбросило её искажённую тень на стену.

Маринка с любопытством посмотрела на Арину, подошла к окну и чуть не вскрикнула от удивления: казалось, будто она видела декорации какого-то зарубежного фильма, настолько неправдоподобно красивым и нереальным казался окружающий пейзаж. Закатное солнце роняло алые лучи из разрывов в облаках самых причудливых очертаний и озаряло старинные дома с каминными трубами, слуховыми окнами, остроконечными крышами, пышными зелёными деревьями: вязами и дубами между ними. Такое ощущение, словно смотрят в экран громадного телевизора, и видят какую-то красивую историю, в которой участвуют сами. И неожиданно пришло предчувствие, что сейчас они переживают очень важный и значимый момент в своей судьбе, который будет помниться всю жизнь. Это вызвало лёгкую печаль…

Глава 11
Удивительный номер и общее собрание

Времени до собрания оставалось немного, но при этом хотелось тщательно изучить весь номер. Здесь многое им показалось необычным, в корне отличающимся от того, к чему они привыкли в Советском Союзе. Кое-что Арина знала, так как встречала эти вещи в своём времени, а кое-что – нет.

Во-первых, на столе на видном месте лежала англиканская Библия короля Якова, причём, что удивительно, на русском языке. Соколовская с любопытством взяла книгу в руки и полистала её, по-видимому, видела впервые.

– Это что, специально для нас положили? – спросила Марина. – Если гостиничные номера уже заранее были распределены, значит те, кто этим заведует, знали, что мы здесь будем жить. Подсунули Библию. Да это же какая-то диверсия! Развращают нас антисоветчиной! Надо срочно дяде Саше рассказать! Люська! Зачем нам та книга??? Нас к церкви приучают???

Арина с любопытством посмотрела на Соколовскую, и конечно же, сразу убедилась, что она шутит, в глазах подружки гулял насмешливый огонёк.

– Так и у дяди Саши, я думаю, та же самая книга лежит, их тоже окучивают, – усмехнулась Арина, подошла к красивому прикроватному ночнику с лиловым абажуром, стоявшему на тумбочке, и попробовала его включить, однако это не получилось. У него не было выключателя! Только потом сообразила, что выключатель здесь – обычная едва видимая ручка, которую нужно поворачивать справа налево, причём без всякого щелчка. Вот это система «ниппель»!

– Получилось! Смотри, Маринка, как красиво! – с радостью сказала Арина и включила ночник. Мягкий, уютный лиловый свет наполнил комнату.

– Красиво, – согласилась Соколовская и показала на два бра, висевших над каждой кроватью. Они тоже были приятного лилового цвета. От каждого бра вниз свисала верёвочка с грузиком на конце, дёрнув за которую можно было включить свет, дёрнув второй раз – отключить.

– Это для чтения! – уверенно заявила Соколовская. – Видела же в фильмах, как американцы перед сном читают?

– Нет, не видела! – усмехнулась Арина и заметила на столе рядом с Библией пульт дистанционного управления, совсем небольшой. Кнопки были подписаны, и оказалось, что это пульт управления климатической установкой. Хотелось проверить его в деле, однако, естественно, не стала. Пока температура была комфортной, примерно 22 градуса тепла.

Девчонки уже видели пульты дистанционного управления на импортных телевизорах и видеомагнитофонах, поэтому особого удивления это не вызвало.

Потом вместе с Мариной отправились в санузел, так как там было всё самое удивительное. Открывалась дверь грибовидной ручкой, как раз такой, которые в фильмах ужасов щёлкали и не открывались, и герои были вынуждены дёргать их туда-сюда несколько раз.

– Что-то конструкция ненадёжная, – заявила Соколовская. – А если ручка сломается, будешь сидеть там, в туалете, пока не помрёшь?

– Получается так, – обнадёжила Арина. – Зато в ванной весь старт просидишь, не свалишься на лёд тушкой.

– Да ну тебя на фиг, Люська! – рассмеялась Марина, хотела схватить Арину за шею, но та ловко увернулась. Пришлось продолжить осмотр.

Ванна была отделана кафелем бирюзового цвета, на полу – пластиковые коврики. Раковина, биде и унитаз сверкают белоснежным фаянсом, а блестящие никелированные трубки и смесители выглядят как зеркальные.

– И как это открывать? – с большим удивлением спросила Соколовская, указав на однорычажный смеситель над раковиной. – Где тут краны?

– Учись, деревня, – усмехнулась Арина, слегка подняла ручку вверх, а потом поводила вправо и влево. – Это же всё читается на раз-два.

– Да, удивительное изделие, – призналась Маринка и повращала ручку туда-сюда, наблюдая за изменяющимся потоком воды. – Смотри, как легко крутится и как просто всё сделано. Ой, смотри, а тут мыло лежит! Написано… Palmolive! Мне такое батя привозил из Болгарии. Пахнет офигенно, лавандой. Как наши духи! Только смотри, какое оно мизерное, буквально полсантиметра!

Соколовская понюхала крошечный кусок розового мыла, лежавший в мыльнице над раковиной, и в восторге запрокинула голову. Потом, на всякий случай, понюхала мыло и Арина и вынуждена была согласиться: действительно, пахнет потрясно. В Оберстдорфе в отеле тоже было мыло, но почему-то какое оно, не запомнилось.

Потом приступили к осмотру душевой кабины. Ванны в номере не было. Душ тоже был сделан не как у людей: открывалась раздвижная полупрозрачная пластмассовая дверца, к стене была прикручена блестящая никелированная труба, на конце которой прикручена лейка, торчащая под углом вниз. Вода подавалась двумя круглыми ручками, и можно было регулировать холодную и горячую. Система походила на ту, что стояла у Арины в душевой кабине в квартире на «Алых парусах», только там можно было подавать разные типы изливания воды, от «эконом» до «тропического ливня».

– А тут ещё унитаз сломанный! – заявила Соколовская, посмотрев на этот очень важный предмет санитарии. – Там вода стоит. И вообще, он какой-то странный!

Арина глянула в унитаз – он стоял вплотную у стены, бачок для слива воды, по-видимому, был устроен в самой стене. Унитаз был непривычный для Маринки, конической формы, которая, впрочем, была хорошо знакома Арине, потому что в 21 веке была широко распространена. Но самое главное – сейчас в нём, как в ведре, стояла вода, всего в 15 сантиметрах от крышки. Кажется, как будто засор. Но, конечно же, это не так.

– Ничего тут не сломалось! Тут всё так работает! – усмехнулась Арина и нажала кнопку на стене.

Где-то под унитазом щёлкнул затвор, и вода начала сливаться прямо вниз, закручиваясь по спирали. Потом, когда полностью слилась, снова щёлкнул затвор, включилась система подачи, унитаз стал наполняться, и наполнялся опять до уровня в 15 сантиметров от края. Совсем другая система! Никакого бачка тут не было, сам унитаз служтил бачком. Конечно, для Марины это было очень удивительно. И, естественно, непривычно.

– Сядешь подумать, вся задница в воде будет! – прокомментировала необычное устройство Соколовская. – Ерунда какая-то! Блин, тут ко всему привыкать надо! Ну почему тут всё никак у людей???

Конечно, Арина не могла ответить на вопрос, почему тут всё не как у людей. Не скажешь же, что в 21 веке всё это широко распространено, а классических унитазов с трубой, чугунным баком наверху и свисающей на цепочке гирькой уже нигде нет. Арина вспомнила, что не могла понять, как работает сортир в больнице, когда она только что попала сюда, в 1986 год. А оказывается, вот, вполне современная сантехника уже есть, правда, здесь, в Америке.

Маринка под впечатлением увиденного уселась на кровать, сложив руки между коленями и задумчиво уставилась в окно, в пламенеющее закатное небо. Арина могла представить какие чувства были у девушки, увидевший совсем другой уклад жизни. Это же культурный шок! А ведь Марина была непростой девчонкой, дочерью богатого и авторитетного человека, директора завода, народного депутата, но даже у них дома, где как-то гостила Арина и близко не было такой обстановки. Да и в Болгарии или Югославии, куда они ездили на отдых, тоже было всё не так как здесь, а более приближенно к Советскому Союзу.

Впрочем, кое-чему удивилась и сама Арина, когда расхаживая по комнате, наткнулась взглядом на утюг, стоявший на гладильной доске, и заметила: вилка на нём была совсем не такая, к которой они привыкли.

– Смотри! Здесь даже вилка с розеткой другие! – с большим удивлением сказала Арина.

Действительно, вилка была с двумя плоскими контактами, стоявшими вертикально, и с небольшим круглым контактом заземления ниже их. Совсем никакого совпадения ни с советскими, ни с европейскими розетками! На вилке написано 110 Вольт. Тут ещё и напряжение не 220, как у людей!

Рядом с входом в санузел на полочке лежал фен для сушки волос. Арина подошла и увидела, что и на нём точно такая же вилка.

– Ладно, давай разбирать вещи! – заявила Соколовская. – Хорошо, что я взяла с собой тетрадь, буду дневник писать и всё записывать туда. Честно скажу, Люська, у меня просто масса впечатлений. Не скажу, что они плохие или хорошие, здесь всё не так. Здесь на катке даже лёд узкий!

– Пусть всё не так, зато мы-то те же самые! – заявила Арина. – Слушай, а ты знала, что здесь арена шириной 26 метров?

– Мне тренер говорил. Поэтому я старалась на последних тренировках кататься в двух метрах от бортов. Специально под меня арену ЦСКА никто не стал бы переделывать, тренер сказал: «Ты должна размер арены держать в голове».

Пожалуй что, с этим можно было согласиться…

Проведя инспекцию номера, подружки разобрали вещи, повесив одежду на плечики в шкаф, потом, посмотрев, что время подошло, отправились искать, где здесь находится актовый зал, как по привычке сказал товарищ Шмутко. Конечно, на самом деле назывался он «конференц-зал», но кто же в Советском Союзе знает такие мудреные названия…

Исследовать гостиницу отправились в той же одежде, что и приехали: в спортивных костюмах сборников. Решили, что так будет проще и затеряться труднее, сразу кому надо, издалека опознают как своих и помогут. Тем более, как тут всё устроено, ещё не знали, поэтому переодеваться в нарядную фуршетную одежду не стали: вдруг ещё скажут что-нибудь…

…Конференц-зал находился на третьем этаже здания, на него вёл эскалатор, поднимавшийся в обширное лобби, из которого вели двери ещё в несколько подобных помещений, а также в коридоры с номерами. Большая двустворчатая стеклянная дверь вела в конференц-зал, который находился за стеной с надписью Four Points by Sheraton Norwood, сделанной громадными буквами, идущими вдоль всего помещения. Зал был приличного размера, не менее чем на 500 человек. Проводились тут собрания всего, чего угодно. Собрания церкви мормонов, ветеранов войны во Вьетнаме, общества борьбы за права животных, общества за права домохозяек, торговых представителей и коммивояжёров различных фирм и ещё множества организаций и объединений, которые раз в год бронировали места в гостинице и собирались здесь для общения. А сейчас вот проводилось общее собрание участников соревнований Скейт Америка 1986.

Подружки вошли внутрь и огляделись. Двухцветная, бело-серая отделка стен и потолка, красивый пол с чёрно-белой шахматной плиткой, помещение заливает яркий свет из красивых светильников. По всему залу расставлены удобные мягкие стулья с подлокотниками, на которых начали рассаживаться приглашённые спортсмены, тренеры и представители национальных делегаций.

На возвышении длинный стол президиума с микрофонами. За президиумом в углах помещения стоят большие колонки. Во всю стену оформлено большое панно, на котором горела красивая надпись «ISU Skate America 1986. Norwood. The Boston Skating Club». Рядом с ним стилизованное изображение фигуристки, исполняющей заклон. Во всю стену логотипы и названия спонсоров. Часть из них написанные иероглифами, явно принадлежащими японским компаниям, так как в это время Китай ещё был закрытой страной и спортсмены от него в соревнованиях по фигурному катанию не участвовали. Арина с удивлением увидела надписи Aeroflot и Lada, что внушило гордость за свою страну. СССР фореве!

Людей было много, почти все спортсмены были в спортивной форме с национальными флагами на ней и крупными названиями стран на спине. Тренеры одеты кто как, но в большинстве в официальные костюмы. Несмотря на уже довольно большое количество собравшихся, никакого шума не было: люди вели себя спокойно, лишь тихо переговаривались между своими соотечественниками и посматривали по сторонам, оценивая конкурентов.

Арина и Марина прошли незаметно через задние ряды, но всё-таки привлекли внимание, несколько человек с любопытством посмотрели на них, улыбнулись и помахали руками. Арина ответила тем же.

Искать своих времени не было, поэтому сели в предпоследнем ряду на свободные места, прямо у окна, за которым уже совсем смеркалось и стало видно красивые огни подсветки на близлежащих зданиях. Вскоре, через 5 минут, пришли трое мужчин, одетых в костюмы и направились к президиуму. Собравшиеся встретили появление ответственных людей энергичными аплодисментами. Раскланявшись, мужчины расположились на своих местах.

В одном из них, крупном седоволосом скандинаве, похожем на Дитера Болена, Арина опознала уже знакомого им господина Олафа Поульсена, президента ISU, которого видела на юниорском чемпионате мира в Любляне. Поульсен улыбнулся, окинул взглядом собравшихся и тоже начал аплодировать, как будто поддерживая движуху. Потом сделал знак, чтобы стало тихо, и начал говорить. Говорил по-английски, с небольшим акцентом, но Арина хорошо понимала его. У Соколовской английский был чуть похуже, и Арине приходилось кое-что переводить ей и рассказывать.

– Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, я президент Международного союза конькобежцев Олаф Поульсен. Рад видеть вас в добром здравии и расположении духа. Хочу поздравить вас со скорым началом престижного международного турнира «Скейт Америка 1986». Принимают его на этот раз славный город Норвуд и Бостонский конькобежный клуб, наш великолепный партнёр, и его чудесная ледовая арена. В этот раз турнир получится очень интересным и насыщенным, потому что на него собрались очень сильные спортсмены, практически вся мировая фигурнокатальная элита. Я уверен, что миллионы любителей фигурного катания с большим нетерпением ждут, когда начнутся наши соревнования. Они ждут великолепных выступлений, которые надолго останутся в наших сердцах, ждут великих побед и великих подвигов.

Раздались громкие аплодисменты и одобрительные крики. Подождав, когда они утихнут, Поульсен представил сидящих рядом с ним людей. Это были двое мужчин примерно по 50 лет, выглядящих почти одинаково: в чёрных смокингах, галстуках-бабочках, чистейше выбритые, с аккуратно причёсанными седоватыми волосами, значками Республиканской партии и внешностью типичных белых состоятельных американцев англосаксонского происхождения.

– Дорогие друзья, разрешите мне представить моих коллег: справа от меня находится мистер Джо Блант, президент Бостонского конькобежного клуба, а слева – мистер Хью Конрад Грэм-младший, президент федерации фигурного катания Америки.

Оба мужчины, когда объявили их имя, встали, слегка поклонились и сели на свои места. Раздались громкие аплодисменты.

– Сейчас господа расскажут, что будет происходить в ближайшие дни, – объявил Поульсен.

– Сейчас я расскажу о содержании нашего собрания, оно довольно краткое, – сказал Джо Блант. – Сразу о регламенте. Я надеюсь, все вы очень хорошо и уютно расположились в гостинице. Сейчас вы получите аккредитационные карточки, по которым будет осуществляться питание в ресторане The Best from The West, который находится на первом этаже отеля, и проход на спортивную арену, а также в её служебную зону, в раздевалки, тренажёрные залы и медицинский центр. От отеля до ледовой арены уже с завтрашнего дня будут ходить трансферные автобусы с периодичностью в полчаса, с 8 до 20 часов. Когда начнутся соревнования, время курсирования автобусов будет увеличено, с 7 до 22 часов. От гостиницы до ледовой арены расстояние 9 километров, автомобильное движение здесь достаточно свободное, поэтому на автобусе можно доехать за 10 минут. На этом у меня всё, сейчас о графике на ближайшие дни более конкретно расскажет мистер Грэм.

Подождав пока стихнут аплодисменты, мистер Грэм начал говорить.

– Хочу ещё раз поприветствовать вас, дорогие друзья и поблагодарить за то что вы почтили своим присутствием нашу страну и соревнование, которое будет здесь проходить. Сейчас расскажу о предстоящем регламенте. Официально сегодня первый день заезда на соревнования, однако приехали ещё не все участники. Завтра-послезавтра приедут спортсмены из США, Канады и Японии. Так что наше собрание получается предварительное. В четверг, 23 октября, состоится ещё одно собрание, на котором подробно будут озвучены списки участников, расписание самих стартов, проведена жеребьёвка на стартовые номера и всё будет рассказано по регламенту. Однако для тех, кто уже приехал, во вторник и в среду будут организованы тренировки на ледовой арене. С 10 до 12 тренируются женщины, с 12 до 14 мужчины, с 14 до 16 парники и с 16 до 18 танцоры на льду. У нас есть два катка, один основной, один тренировочный. Спортсмены каждого вида будут разбиты на две тренировочных группы, одна из групп пойдёт тренироваться на основную арену, вторая группа – на тренировочную. На основной арене предусмотрены полные прокаты коротких и произвольных программ. Поэтому вторник и среду тренировочные группы будут меняться местами тренировок. Просьба на тренировку взять с собой аудиокассеты с музыкальными композициями и предоставить их звукорежиссёру турнира.Также к вашим услугам открыты тренажёрные залы и медицинский центр. На этом всё. У меня есть список участников, я буду зачитывать фамилии по списку, вы будете подходить и получать ваши аккредитационные карточки. Сначала это коснётся спортсменов, потом тренеров, и после них членов делегаций и сопровождающих лиц. Начнём, дамы и господа.

Раздались непродолжительные аплодисменты, после которых мистер Грэм начал зачитывать приехавших участниц соревнований.

– Так получается, Линды ещё нет, – задумчиво сказала Арина. – Этот мужик сказал, что из Америки и Канады участники только завтра приедут.

Соколовская пожала плечами и хотела что-то сказать, но в этот момент мистер Грэм назвал фамилию «Хмельницкая», и Людмила, смущённо улыбаясь, под аплодисменты пошла к президиуму.

Все трое сидевших в президиуме мужчин с интересом посмотрели на неё, как будто оценивая, в какой она форме. Поульсен явно помнил её, приветливо улыбнулся и помахал рукой.

– Вот твоя карточка, Люда, – сказал мистер Грэм и подал пластиковую карту на белой тесёмке, на которой по-английски было написано: «Людмила Хмельницкая, фигуристка». Больше ничего не было: ни фотографии, ни флага СССР.

Люда поблагодарила и отправилась на своё место. Пожалуй, после собрания сразу можно будет сходить пообедать. Или, если точнее, поужинать. Последний раз ели в самолёте, часов 5 назад, жрать хотелось неимоверно…