Текст книги "Калгари 88. Том 15 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

Туфли, которые Арина заказала маме, тоже были великолепны. На среднем квадратном каблучке, с удобным, не острым носком, по форме напоминающим острую трапецию, в котором очень уютно чувствовали себя её ступни, из светло-бежевой приятной мягкой кожи, а внутри отделка белой кожей с перфорацией. Арина померила туфельки и вынесла вердикт – прекрасно! Даже сама бы не отказалась такие носить! А уж для женщины 35 лет так и вообще шикардос!

К туфлям тоже лежал подарок: большой продолговатый женский кожаный кошелёк-портмоне бежевого цвета с латунным замком и кнопками. Множество отделений, в том числе для банковских карт и наличных денег, ключей и мелочи. Да… Такой, наверное, долларов 10 стоит, не меньше.

– Ну что? Как тебе? – раздался звонкий голос Соколовской.

Арина, пока рассматривала свои подарки, как-то упустила Маринку из вида. И тут она напомнила о себе. И напомнила самым прекрасным образом! Естественно, Соколовской привезли её платье, и платье было очень шикарным! Точно таким же, как на рисунке, и даже ещё лучше!

Платье было белого цвета с принтом, изображавшим крупные разноцветные орхидеи. Коротенькое, чуть выше середины бедра, с рукавами до локтя, с широким поясом, подчёркивающим талию и задающим тон всей фигуре, с небольшим декольте. У Маринки в платье вид был просто ангельский, оно точно сидело по её фигуре, подчёркивая стройные бёдра и красивые плечи с руками. Вдобавок, идеально подходило к её светлым волосам и голубым глазам. На голове у неё была косо надетая белая женская шляпка, а на плечо накинута лёгкая светлая сумочка на ремешке. Надо признать, вид у Соколовской был отпадный, словно у дочери миллиардера, на отдыхе где-нибудь на Гавайях. Всё-таки Марина знала толк в хороших вещах…

– Прекрасно! Просто прекрасно! – призналась Арина. – Тебе идёт как никогда. А что там подарили?

– А вот! – Соколовская помахала двумя коробочками. – Там лак для ногтей пяти цветов, причём есть прикольненькие, синий и зелёный. А тут косметика.

Арина подумала что да, такие цвета лака для ногтей очень прикольные, правда, сейчас их не выпускали, особенно в СССР. В обиходе был только ярко-красный!

– Ну что, берём? – спросила Арина.

– Берём! – согласилась Соколовская. – Это же настоящая прелесть!

Потом сложили вещи обратно в коробку, Маринка переоделась в спортивный костюм, и вместе направились обратно в вестибюль, где их ждали представители фирмы.

– О, я вижу, вы без коробок, вам всё подошло? – спросила Николь.

– Да, спасибо большое, – смущенно сказала Арина и протянула девушке 100 долларов. – Вот, возьмите, пожалуйста, деньги.

– Деньги не нужны! Это подарок от нашей фирмы! – заявила Николь. – Пусть наши вещи служат вам долго. А сейчас мы хотели бы сделать с вами несколько фотографий на память. Вы не против?

– Нет, мы не против, – покачала головой Арина.

– Тогда мы вас на несколько минут попросим выйти на улицу! – попросила Николь. – Там у двери стоит наш автомобиль. Прямо у него мы сделаем фотоснимки.

Николь показала на большую чёрную лакированную машину, стоявшую прямо напротив входа вопреки всем правилам и запрещающим знакам.

Люда оказалась в лёгком замешательстве, ведь им строго-настрого запретили покидать отель, ну и как тут поступить… Отказаться? Так будет очень неловко. Согласиться? А если затолкают в тачку и увезут куда-нибудь, это же Америка. Однако неожиданно столкнулась взглядом с дядей Сашей Федотовым, который, как будто ничего не делая, находился здесь же, рядом, в пяти метрах, сидел за журнальным столиком и от нечего делать листал газеты. Федотов посмотрел на Арину, слегка улыбнулся: «Иди, всё, под контролем».

Ну что ж, при такой поддержке можно и выйти на улицу, тем более, светлый день и народа вокруг полно…

Глава 21
Музыка и наряды

Фотосессия заняла примерно 10 минут. Рядом с входом в гостиницу стоял чёрный, блестящий хромом шикарный автомобиль Сhevrolet impala, настоящее полноразмерное американское купе с громадным длиннющим капотом, кожаным просторным салоном и большими колёсами. Автомобиль чёрного цвета блестел как новый, да наверное таким и был.

Из машины Виктор вытащил две однокассетные стереофонические магнитолы и расставил их на капоте. Были они тоже совсем новые, серебристого цвета, винтажного вида, с большими хромированными корпусами и ручками. На корпусе написана марка: Emerson CTR-955. Тоже, наверное, американская. Фотограф по имени Джон предложил взять каждой фигуристке в руки по магнитоле, встать у машины, рядом друг с другом, поставить магнитолу на плечо и улыбаться, сам при этом сделал несколько снимков. Потом предложили Арине сесть за руль Импалы, Маринке рядом с ней, и сфотографировал в таком виде. Сделав несколько фотографий, Джон сказал, что этого достаточно, кончилась плёнка в фотоаппарате.

– Можете взять один магнитофон себе! Подарок фирмы! – сказала девушка и подала Арине один из магнитофонов, потом, подумав, дала другой магнитофон Соколовской. – Марина, а это твой.

– Николь, ты бы им ещё Chevrolet подарила, он же тоже продаётся, – рассмеялся Джон.

– Спасибо вам большое! – ещё раз поблагодарила Николь, потом все трое сели в машину и, помахав на прощание рукой, уехали.

– Что это было? – спросил стоявший в трёх метрах дядя Саша, наблюдавший за этим перформансом, причём стоял он не один. За достаточно короткий срок собралась целая толпа удивлённых мимопроходящих из числа постояльцев гостиницы. Возможно, кто-то даже видел это действо из окон.

– Вот, поучаствовали в рекламных съёмках, – смущённо заявила Арина и показала магнитолу. – Магнитофон вот эммм… Дали…

Федотов покачал головой и дал знак, чтобы следовали к гостинице. То, как фигуристки спустились за коробками, он увидел совсем случайно, хотя на фирмачей обратил внимание сразу, как только они появились в вестибюле. Но даже не мог предположить, что эти люди приехали к Хмельницкой и Соколовской. По-видимому, только девчонкам пришла в голову гениальная мысль потратить доллары, вызвав к себе доставщиков. Конечно, мнительный человек мог подумать, что это какие-нибудь террористы или наёмные убийцы, но только не Федотов. Он сразу определил, что руки у мужиков не как у бойцов или наёмников. Тяжелее рюмки ничего не поднимали! А женщина по поведению – обычная офисная сотрудница. Конечно, мнимые террористы могли быть отличными артистами. Но, как правило, если ты видишь то, что похоже на утку, это и есть утка.

Гораздо большее беспокойство у Федотова вызывала пёстрая компания, которая приехала к одной из здешних фигуристок по имени Тоня Хардинг. Федотов буквально за 5 минут до того, как приехали фирмачи, увидел, как она вышла из гостиницы, и у входа к ней подошли двое каких-то сальных молодчиков, похожих на мелких гангстеров. Они о чём-то начали громко разговаривать, а потом пошли в сторону парковки, где у них стояла дешёвая полураздолбанная машина. Федотов из входного комплекса внимательно рассмотрел всю компанию. Во всяком случае, такое присутствие здесь ему совсем не нравилось. Вот ещё… Будут тут ходить всякие отморозки… Надо будет обратить на них пристальное внимание…

…После того как подружки вернулись в номер, сразу принялись рассматривать полученные в подарок магнитолы. Были они без коробок, и в комплекте был только шнур, лежащий сзади в специальном отсеке. Ну что ж, дарёному коню в зубы не смотрят.

– Надо пробовать! – заявила Соколовская, включила магнитофон в сеть и поставила одну из запасных кассет, на которых было записано музыкальное сопровождение ко всем программам, которые она когда-либо катала. Случайно попалась мелодия «Время вперёд» к прошлогодней короткой программе. Мощная ритмичная музыка наполнила номер. Качала магнитола неплохо! И с высокими частотами и с басами было всё в порядке. Конечно, по качеству звук не сравнится с Панасоником или JVC, но вполне достойный, намного лучше, который играли советские магнитофоны. Вдобавок магнитола имела неплохой функционал и псевдосенсорное управление.

Соколовская, бурля эмоциями, встала посреди номера и исполнила начальную растанцовку из «Время вперёд». Волосы растрепались словно под ветром, глаза горят, румянец на щеках розовеет. Ух! Валькирия!

– Класс! – восторженно заявила Маринка.

– Класс, – подтвердила Арина. – Вот только это американский магнитофон, на их розетку и на напряжение 120 вольт.

– Ну и что! – возразила Соколовская. – Мало у нас умельцев, которые под наше напряжение смогут переделать? Всё у тебя, Люська, не так!

– Мне всё так! – пожала плечами Арина. – Я просто сейчас думаю, куда нам девать 100 долларов.

Марина звонко рассмеялась и бухнулась на кровать. Действительно, кому-то было бы за счастье потратить деньги и купить эти вещи. Им же они достались задаром, и теперь думай, куда девать 100 долларов.

– Посмотрим, что есть в киосках на арене! – заявила Арина. – Я обещала Аньке привезти альбомы для рисования, фломастеры и краски. Правда, у меня был план на интервью сказать болельщикам, чтобы мне в подарок бросали эти вещи. Чтобы получилось то же самое, что с этими дирндлями!

– Да, с дирндлями у нас вышло прекрасно! Сейчас тоже неплохо, – согласилась Соколовская и посмотрела на Арину. – Слушай, кажется, сегодняшний день пока проходит прекрасно. Не стоит его пускать в какое-то другое русло. Оставим всё как есть. Ты случайно пообедать не хочешь? Давай сходим в ресторан, потом завалимся спать до вечера.

Арна согласно кивнула головой: это было здравое предложение.

В ресторане, как и утром, народу было мало, тренировочный процесс шёл полным ходом, и большинство спортсменов: мужчины, парники и танцоры находились на ледовой арене. Подружки не спеша пообедали и отправились в номер отдыхать до вечера. Настроение было прекрасным…

… День прошёл очень быстро и практически незаметно. Вечером, во время ужина, встретились с Линдой, и перед сном решили немного посидеть в лаунже, поговорить о насущном.

– Ты ещё музыку не выбрала для нашего спектакля? – поинтересовалась Арина.

У самой у ней, честно говоря, пока ещё не было вообще никаких вариантов. Очевидно, что Арина хотела сделать что-то необычное, такое, чего ещё никто не делал, но для этого требовалась и музыка необычная. Заезженная классика здесь не пойдёт, так же как и известные ритмы: латино, джаз или какая-нибудь электроника с роком. В общем, только сейчас она ощутила, что задача предстаёт во всей сложности: нужно было подобрать примерно минимум час музыкального звучания, причём сделанного в одном ключе. А это очень сложная задача, подразумевающая бесконечные часы сиденья в какой-нибудь музотеке. Опять в библиотеку ходить, терзать там старые проигрыватели?

– Я думаю, надо взять атмосферную музыку, но только какую-нибудь необычную, новую, – предложила Линда. – Музыка должна быть не заезженная, с яркими акцентами, с драматическим оттенком. И у меня есть такой вариант, представь себе! Сейчас в Европе набирает популярность шотландская группа Cocteau Twins и альбом «Victorialand». У них уже есть четыре альбома, но последний, который вышел в апреле, мне кажется, самый классный и вдохновляющий. Цирк дю солей, похоже, у них черпает вдохновение. Там очень много подходящих мелодий.

– Где можно послушать? – с любопытством спросила Арина.

– У меня есть кассета, и даже здесь! – заявила Линда. – Вот только на чём…

– Как на чём? У нас есть магнитофоны, целых два! – вмешалась Соколовская. – Пойдём к нам в номер, погоняем, посмотрим, что у тебя есть.

… Линда сильно удивилась, когда увидела в номере две большие серебристые магнитолы, сразу же бросавшиеся в глаза.

– Это где вы взяли? – с любопытством спросила она.

– Нам их подарили представители одной фирмы, у которых мы заказали вещи! – объяснила Арина. – Они нам их подарили, предложили сфотографироваться, и за это дали магнитофоны.

Вся эта ситуация, обрисованная Ариной, была настолько неправдоподобной, что Линда лишь удивлённо покачала головой, ничего не сказав, и почти упала в кресло. Нет слов! А как бы отреагировали вы?

Потом всё-таки пришла в себя и дала Маринке кассету TDK длительностью 90 минут. Соколовская поставила кассету в магнитофон, и по номеру разлилась мелодичная переливчатая музыка. Арина и Соколовская с удивлением и большим любопытством начали слушать. Сначала закончилась одна композиция, потом другая…

Одна из удивительных вещей, с которыми Арина столкнулась, попав сюда, в 1980-е годы, это возможность увидеть воочию прообраз вещей, хорошо знакомых ей в 21 веке. Она смотрела на эти магнитофоны и видела в них будущее цифровых аудиосистем, смотрела на пузатые телевизоры и видеомагнитофоны и представляла тонкие плоские телевизоры с жидкокристаллическим дисплеем, компьютер «Микроша» через 36 лет станет ноутбуком и смартфоном. То же самое касалось и музыки. Очевидно, что сейчас они слушали далёкий прообраз неоклассической музыки. Воздушные, переливчатые мелодии с красивым женским вокалом заполняли комнату. С первого раза определить стиль этой музыки было трудновато: тут была и очень медленная новая волна, и романтичный пост-панк, и эмбиент, и дрим-поп.

Когда прослушали девять песен этого альбома, стало ясно одно: музыка неспешная, очень красивая, атмосферная, как раз такая, под которую можно очень красиво кататься. У двух композиций был драматический оттенок, что подходило под трагические номера.

– Классно! – в конце концов заключила Арина. – Выше всяких похвал! С этим уже можно работать. Ты, кстати, придумала, как объединить оперный театр и твой заброшенный парк отдыха и развлечений?

– Можно делать сюжет напрямик! – заявила Линда. – Например, главная героиня, выпускница консерватории, случайно попадает в этот цирк в поисках новых ощущений, как это сейчас модно у продвинутой молодежи, потом на неё нападает злая клоунша в виде меня, и девушка оказывается в этом странном городе и оперном театре. Как видишь, всё логично!

– Прекрасно! – согласилась Арина. – Ну что ж, эту тему уже можно разрабатывать. Сейчас я что-нибудь придумаю.

– О’кей! – Линда поднялась из кресла и внимательно осмотрела подружек. – Пожалуй, я пойду к себе, завтра с утра общее собрание и жеребьёвка. Встретимся там.

Арина и Соколовская помахали Линде на прощание руками и закрыли за ней дверь. Следовало и самим ложиться спать – завтра вставать очень и очень рано! Самое позднее, в 7 часов. До собрания нужно успеть сходить на завтрак.

…Ночь прошла спокойно. Как и планировали, проснулись в восьмом часу утра, сделали зарядку, сходили в душ и отправились на завтрак. Потом сразу же начались приготовления к жеребьёвке. В этот раз и Арина, и Соколовская решили блеснуть по полной. Раз в жизни живём!

– Что ты будешь надевать? – поинтересовалась Арина.

– Что, зря это платьице брала? – рассмеялась Соколовская, качнув головой в сторону платья, висевшего на вешалке в шкафу. – Вот это надену, шляпку и сумку возьму. А что? Надо же посмотреть реакцию почтенной публики!

Арина рассмеялась в ответ: Маринка решила пойти путём эпатажа, что, конечно, было делом совсем неудивительным. С малых лет, при попустительстве родителей, делая что хочешь, трудно отказать себе в такой мелочи, как желание выставить себя во всей красе. Впрочем, Арина была такая же…

Сама она надела своё платье от Dior и посмотрела в зеркало: чудесное бордовое платье с короткими рукавами, небольшим вырезом и косой бахромчатой юбкой как нельзя лучше смотрелось на её стройной фигуре. Сколько она его не надевала? Кажется, прошла вечность. Естественно, Арина за прошедшие полгода, с того времени, когда первый раз померила его в Любляне, подросла на пару сантиметров и слегка раздалась в груди и бёдрах, но, странное дело, платье на её фигуре стало смотреться ещё более шикарно, более чувственно, более женственно.

Арина покрутилась перед зеркалом: с правой стороны юбка доставала до колена, а с левой была только до середины бедра. Юбка сделана из нескольких частей, которые свободно развевались при каждом движении, облегая, а иногда и обнажая стройные бёдра. Арина надела туфли на каблучке и тщательно расчесала свои длинные волнистые волосы, крупными локонами падающие на плечи. Осталось только подкрасить брови, глаза и губы. Вид получился шикарный!

– Ты, Люська, как какая-то артистка! – похвалила Соколовская, посмотрев в зеркало.

– Ты тоже! – заверила Арина.

– Спасибо, – смутилась Маринка.

Она надела своё новое платье и белые колготки. Подумав, решила всё-таки обойтись без шляпки, так как выглядела бы в ней слишком вычурно. На ноги Соколовская надела белые туфли на каблучке, захваченные из дома.

Маринка тщательно расчесала свои короткие светлые волосы и, подумав, нарисовала на глазах длинные зелёные стрелки, которые гармонировали с тропическими цветами на платье.

– Ну что, пора идти? – спросила Соколовская.

Вид у неё был очень самоуверенный, в отличие от Арины, которая чувствовала некоторую неловкость. Ведь всё-таки они подростки, и зависят от мнения окружающих, особенно представителей своей советской команды. Судя по всему, у Соколовской никакой неловкости не было.

На часах было 9:50, когда подружки вышли из номера и направились в конференц-зал, неловко ступая туфлями на каблучках. Эх, всё-таки не так часто они в них ходят…

В конференц-зале уже собирался народ, похоже, почти все уже пришли, да и за длинным столом президиума, под красивым панно с надписью «ISU Skate America 1986. Norwood. The Boston Skating Club», уже сидели ответственные лица. Арина узнала Олафа Поульсена, президента ISU, мистера Джо Бланта, президента Бостонского конькобежного клуба, и мистера Хью Конрада Грэма-младшего, президента федерации фигурного катания Америки. Ещё с большим удивлением подружки увидели, что рядом с уважаемыми людьми сидит олимпийская чемпионка 1956 года Тенли Олбрайт, которую они позавчера видели на тренировке. Женщина была в красивом платье и почти точно в такой же шляпке, которую не захотела надевать Соколовская. На шее розовые коралловые бусы. Вид у олимпийской чемпионки и в этот раз был очень аристократический.

Когда Арина и Соколовская вошли в конференц-зал, естественно, все взгляды оказались прикованы к ним, причём реакция у всех была разная. Мужчины в президиуме и Тенли Олбрайт посмотрели с большим удивлением, словно сначала не узнав, кто же это пожаловал, что за дивы. Фигуристы, фигуристки и тренеры, сидевшие на местах в зале, отреагировали с полным восторгом и даже лёгкими аплодисментами. «Браво! Красота!» – крикнул кто-то по-английски.

Единственный, кто посмотрел с явным неодобрением, это, естественно, свои, советские люди, причём не только Шмутко, Шеховцов и Алла Ивановна, но даже Левковцев с Жуком. Во взглядах читалось: «Вы что, в ресторан или кабаре пришли в таком виде?»

Впрочем, о чём-то говорить было бессмысленно, так как большая часть спортсменов, а особенно спортсменок, были одеты примерно так же. Это же жеребьёвка! Сюда всегда надо приходить так, чтобы тебя увидели и запомнили, ведь от этого может зависеть твоя деловая карьера не только во время занятия спортом, но и после окончание спортивной карьеры. Будешь выглядеть скромной серой мышью: никто не позовёт в ледовый театр или на ледовое шоу. И наоборот, заявляя себя яркой, смелой личностью, не боящейся экспериментировать и эпатировать, ты всегда будешь желанным гостем на любом ледовом представлении, да и не только на нём…

Глава 22
Жеребьевка

Увидев, что время подошло и почти все собрались, президент ISU Олаф Поульсен начал говорить. Телеоператоры снимали его речь. Для чего? Бог его знает… Для истории. Изредка блестели вспышки фотокамер.

– Здравствуйте, дорогие спортсмены, тренеры, судьи, технические специалисты и все присутствующие лица. Хочу объявить, что с этого момента турнир под названием «Скейт Америка 1986» официально считается открытым и начинает действовать в соответствии с регламентом Международного союза конькобежцев. Наш турнир будет транслироваться по телевидению на 50 с лишним стран мира, и ваши соотечественники с гордостью и радостью увидят ваши выступления. Надеюсь, все приехавшие спортсмены продемонстрируют нам великолепные прокаты и мы получим от них очень сильные эмоции и переживания. Итак, объявляю турнир Скейт Америка 1986 открытым.

Раздались громкие аплодисменты и одобрительные крики от присутствующей публики. Настроение у неё, судя по всему, было очень и очень положительным. Арина и Маринка сидели во втором ряду, и опять получилось так, что отдельно от своих соотечественников, которые расположились на два ряда ближе к выходу. Левковцев и Жук временами посматривали на своевольных учениц, чтобы они не сотворили каких-нибудь пакостей. Тем временем начал говорить мистер Хью Конрад Грэм-младший, президент федерации фигурного катания Америки. Американец говорил не спеша, протяжно, и вследствии этого Арина его легко понимала.

– Дамы и господа! Со своей стороны, со стороны Федерации фигурного катания США, хочу вас поприветствовать и поздравить с открытием этого турнира. Вы все уже разместились в гостинице, опробовали местную еду и местный лёд, которые надеюсь, вам очень понравились, провели по регламенту две тренировки, в которых показали свои великолепные программы и элементы. Теперь турнир официально объявляется действующим. Почему я говорю действующим? Потому что сейчас мы объявили лишь об официальном открытии турнира, а торжественное открытие состоится на ледовой арене во второй день соревнований, перед короткими программами женщин.

Подождав, пока громкие аплодисменты стихнут, мистер Грэм продолжил.

– Хочу напомнить, что все официальные структуры турнира с сегодняшнего дня работают по рабочему графику. Начинает постоянную работу мандатная комиссия и судейская коллегия, а также с сегодняшнего дня на арену начинает ходить трансферный автобус по усиленному расписанию: с 7:00 утра до 22:00 вечера, каждые полчаса. А сейчас расскажу о регламенте сегодняшнего дня. Сейчас, после общего собрания, состоится жеребьёвка на короткую программу и короткий танец у парников и танцевальных дуэтов, а также на турнир обязательных фигур у одиночников. Также сегодня будет последняя серия ледовых тренировок: с 13 до 15 часов официальная тренировка у женщин, с 15 до 17 часов тренировка у мужчин, с 17 до 19 часов тренировка в парном катании и с 19 до 21 часа тренировка у танцевальных дуэтов. С завтрашнего дня уже начнутся официальные соревнования: с 10:00 до 12:00 состоятся соревнования по обязательным фигурам у мужчин, с 12:30 до 14:30 обязательные фигуры у женщин, с 15 до 17 часов короткие программы в парном катании, и с 17:30 до 19:30 состоится короткий танец у танцевальных дуэтов. Таким будет первый день соревнований. Подробный график соревнований распечатан на бумаге, и можете с ним ознакомиться прямо после собрания. После первого раунда соревнований жеребьёвки не будет. Стартовые номера будут распределены по итогам короткой программы и короткого танца у парников и танцоров и обязательных фигур у мужчин и женщин. После второго раунда одиночников также жеребьёвки не будет, стартовые списки будут сформированы по результатам короткой программы. На этом у меня всё. Если есть какие-либо вопросы, задавайте.

Присутствующие опять зааплодировали, раздались восторженные возгласы. Но, кажется, вопросов не было: всё было устроено как всегда и привычно всем. После того как общий регламент турнира оказался известен, Арине стало ясно, что и здесь всё будет зависеть от жеребьёвки на фигуры и от результатов в них. Второй раз переиграть слепой случай не будет возможности!

– Ну, раз вопросов нет, сейчас слово предоставляется Тенли Олбрайт, олимпийской чемпионке по фигурному катанию 1956 года и почетному члену Бостонского конькобежного клуба. Встречайте! – мистер Грэм первый поднялся и громко зааплодировал.

Раздались ещё более громкие аплодисменты, чем звучали до этого, и все присутствующие встали со своих мест, приветствуя знаменитую спортсменку. Женщина, сидевшая в президиуме, по-видимому, была очень растрогана, встала, поклонилась, снова села и дала знак садиться всем. Потом начала говорить.

– Здравствуйте, дорогие дамы и господа! Я являюсь почётным членом Бостонского конькобежного клуба уже не один десяток лет! Это мой родной клуб и моя родная арена, на которой я всегда тренировалась, а сейчас принимаю самое активное участие в её жизни, а также в организации турниров и различных спортивных и праздничных мероприятий. Для меня огромная честь присутствовать на этом турнире и содействовать его проведению. Также я очень рада видеть всех вас, знаменитых спортсменов, которых я ещё не видела вживую, только по телевизору. Хочу сказать огромное спасибо за то, что вы приехали, и я буду иметь возможность лицезреть ваши великолепные выступления. Я буду присутствовать на всех соревнованиях. Если возникнут какие-либо вопросы, обращайтесь в любое время, и Бостонский конькобежный клуб постарается эти проблемы решить.

Снова раздались громкие аплодисменты. Потом слово взял мистер Джо Блант, президент Бостонского конькобежного клуба, лицо, ответственное за проведение этого турнира.

– Ну а сейчас, дорогие дамы и господа, состоится, пожалуй что, самый волнительный момент этого дня: жеребьёвка на обязательные фигуры у одиночников и короткий танец и короткую программу танцевальных дуэтов и парников. Жеребьёвка стандартная: я называю ваше имя, вы подходите, вращаете, ну, или не вращаете барабан, достаёте жребий, показываете его нам, говорите стартовый номер и время выступления. Мы заносим их в стартовый протокол, вы расписываетесь в нём и проходите на своё место. Когда все стартовые номера окажутся распределены, будет сформирован и распечатан стартовый список, который уже через полчаса можно будет увидеть или здесь, в вестибюле гостиницы, или на информационном стенде ледового центра. На этом у меня всё. Пусть победит сильнейший! Сейчас будут распределены стартовые номера среди мужчин, потом среди женщин, потом среди спортивных пар и под конец среди танцевальных дуэтов. А для начала назову количество участников на этом турнире. У женщин число участниц 12 человек, у мужчин 14 человек, также в соревновании участвуют 7 спортивных пар и 9 танцевальных дуэтов. Сейчас стартовые номера для них будут разыграны в честном порядке. Начнём, дамы и господа.

Раздались громкие аплодисменты, и тут же назвали имя первого фигуриста: Брайан Бойтано. Модно одетый ухоженный американец в вельветовом пиджаке, джинсах и белой водолазке, бодро встал со своего места, помахал руками присутствующим и, словно голливудский артист по ковровой дорожке, уверенной походкой направился к столу президиума. Там о чём-то весело поговорил с комиссией, покрутил барабан, достал что-то круглое, показал Джо Бланту, расписался в протоколе и отправился на своё место. Процесс пошёл.

Арина вдруг вспомнила этого фигуриста. Брайан Бойтано! Кто ж из фигуристов не знает это имя? Точнее, фамилию. Это для неосведомлённых болельщиков есть обычные прыжки и прыжки с «руками наверх», но, естественно, эти элементы имеют своё название, и названы они по фамилии тех фигуристов, которые впервые исполнили какие прыжки. Прыжок с одной рукой наверх всегда назывался «тано», по имени Брайана Бойтано, который первый раз прыгнул его в 1987 году. Прыжок с двумя руками наверх назывался «риппон», по имени американского фигуриста Адама Риппона, катавшегося в середине десятых годов. Кстати, Брайан Бойтано, насколько Арина помнила, олимпийский чемпион 1988 года в Калгари! Риппон… Но почему прыжок с двумя руками наверх называется риппон??? Ведь получается, самая первая прыгает его сейчас именно она, Людмила Хмельницкая! Блин, какая-то шиза… Как она вляпалась в перекраивание фигурнокатательного времени???

– Так… Стопэ… – Арина неожиданно повернулась к Соколовской. – А почему не назвали прыжки по моему имени??? Я же первая сейчас с двумя руками наверх прыгаю! Должно быть «хмель». Какой ещё риппон???

Соколовская недоумевающе посмотрела на Арину, и такое ощущение, что хотела покрутить пальцем у виска. Естественно, не стала, но локтем в бок толкнула вполне ощутимо. Что мол, опять дуркуешь? Следи за жеребьёвкой! Люська опять в миражах витает!

Процесс жеребьёвки тем временем проводился с большой долей помпы и торжественности. Именно так его охарактеризовала бы Арина, впрочем, такой же гламурной жеребьёвка всегда была и в её времени, особенно на чемпионате России, где в в брендовой одежде и её стоимости можно было себя не ограничивать. Все фигуристы надевали самый дорогой и модный look!

Впрочем, фигуристы, а особенно фигуристки, точно так же поступали и здесь. Из 12 участниц в женских соревнованиях никто не пришёл в спортивном костюме, все оделись модно и современно. Конечно, уровень модной одежды у каждой девчонки был свой. Например, Тоня Хардинг пришла в драных джинсах, толстовке с названием какого-то колледжа и в бейсболке. Мидори Ито была одета в чёрное платье и с большой чёрной заколкой в волосах. Люда уже заметила любовь этой фигуристки к чёрному цвету. Линда Флоркевич дефилировала в модных красных брюках, красиво облегающих её стройные длинные ноги, бордовых туфлях на шпильке и свободной кофточке в стиле болеро с короткой блузкой, из-под которой был виден белый плоский животик. На лице тёмные очки, волосы забраны в пышный хвостик. Даже такой простой облик в стиле городской casual очень шёл ей.

Наконец-то вызвали и Арину.

– Людмила Хмельницкая! – громко сказал Джо Блант.

Арина встала и, стараясь шагать по-модельному, направилась к президиуму. Телекамеры снимали её дефиле, и во время прохода фотовспышки несколько раз ярко озарили конференц-зал. Подойдя, Арина улыбнулась присутствующим и даже помахала им рукой, сунула руку в барабан и вытащила ворсистый теннисный мяч жёлтого цвета, к которому была прикреплена блестящая металлическая табличка с выгравированным якорем – гербом Бостонского конькобежного клуба. Ниже якоря – надпись мелкими буквами: Skate America 1986. Norwood. The starting number 6. Start time 12:55.

Арина назвала эти данные Джо Бланту, расписалась в протянутом ей протоколе и, опять помахав рукой присутствующим, под громкие аплодисменты возвратилась на своё место. Потом пришла очередь получать стартовый номер и время старта Соколовской.

Маринка в своём белом платье смотрелась как ангел, и естественно, привлекла общее внимание. Раздались громкие аплодисменты —несомненно, её знали многие. Из-за этого Соколовская шествовала как победительница! С надменным видом, таким, словно уже выиграла этот турнир и находится на церемонии вручения наград.

Пока она шествовала по проходу между рядами кресел, телеоператоры и фотокорреспонденты обратили всё своё внимание на неё. Маринка прошла к президиуму, крутанула барабан, достала шарик, назвала комиссии номер старта и стартовое время, а потом вернулась на своё место.