Текст книги "Калгари 88. Том 15 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

…Владислав Сергеевич Левковцев уже полностью ознакомился с гостиничным номером, в который его поселили вместе со Станиславом Жуком, и понемногу приступал к изучению гостиницы. Сам Жук в свободное время из номера почти не выходил, всё время смотрел телевизор, в основном фильмы и спорт. Левковцев больше наблюдал за образом жизни этих людей, американцев, которые сейчас здесь, в гостинице, раскрывались во всей красе.

Конечно, простому провинциальному советскому тренеру было очень лестно, что он находится в этом обществе, и находится не просто так, а в статусе тренера перспективной юной спортсменки. Многие зарубежные тренеры и хореографы его знали уже в лицо, здоровались, заговаривали, и Левковцев в очередной раз поблагодарил свою жену, которая работала в школе учителем английского языка. За очень короткий срок, буквально за лето, она сумела натаскать его по английскому, и сейчас Владислав Сергеевич вполне свободно понимал англоязычных и мог хотя бы с помощью пальцев изъясняться.

Выйдя из номера прогуляться перед ужином, увидел в лаунже молодую симпатичную женщину в брючном костюме, сидевшую и листающую журнал. Это была Сандра Бейзик, тренер канадской фигуристки Линды Флоркевич. Левковцев подошёл к женщине, слегка поклонился и поздоровался.

– Здравствуйте, – приветливо улыбнулась Сандра и отложила журнал. – Присаживайтесь. Как вам здешняя арена? Нам сказали, мы будем завтра тренироваться с вами.

– Ну, у нас сегодня тренировки были на другой арене, – смущённо сказал Владислав Сергеевич. – Завтра мы будем выступать на тренировочном катке, там я не знаю как… и что. Но в целом, мне эта арена очень нравится. Небольшая и какая-то уютная.

– Ваша Людмила, наверное, опять хочет поставить общий номер? – с улыбкой спросила Сандра.

– Мы пока ещё насчёт этого не говорили, – признался Левковцев.

– У Линды готов новый показательный номер, и она сказала, что с удовольствием включит его в вашу общую постановку, если будет на то желание. Думаю, это покажется зрителям очень любопытным, и довольно необычным. Кстати, вы знаете, что девочки хотят поставить ледовый спектакль и сейчас обговаривают предварительный сюжет?

Левковцев опять недоумённо пожал плечами. К сожалению, ничего этого он не знал…

Глава 19
Вторая тренировка

Над Бостоном разлился вечер. Солнце село за деревья, в номере стало темно. Люда проснулась как от толчка, и сразу же посмотрела на электронные часы, висевшие на стене комнаты и светящиеся красными цифрами в темноте: 20:05. Первое чувство: очень хочется есть.

– Маринка! Пойдём на ужин! – сонная Арина поднялась с кровати, зажгла ночник, и, потягиваясь, пошла в душевую привести себя в порядок.

Потом так же неспеша поднялась Соколовская, и дождавшись когда выйдет Марина, тоже направилась под душ. Немного посидели, пришли в себя и отправились в ресторан, на ужин.

– Какие у нас сегодня планы на вечер? – спросила Маринка, едва вышли из номера.

– Планы самые простые! – уверенно заявила Арина. – Сейчас мы отдохнули, более-менее хорошо себя чувствуем, нужно изо всех сил стараться привыкнуть к здешнему распорядку дня. Нам это крайне необходимо. Завтра среда, потом четверг, на третий день, в пятницу, уже выступление. К пятнице нам надо полностью адаптироваться к этому графику жизни.

– Давай поговорим об этом после ужина, когда придём в комнату, – предложила Соколовская. – У меня просто голова сейчас не варит.

Линды в ресторане не было, по-видимому, отдыхала, готовилась к тренировке. Советских фигуристов и тренеров тоже не наблюдалось, наверное, отдыхали и адаптировались к здешнему ритму жизни. Поужинав, подружки вернулись в номер. Сейчас предстояла вторая здешняя ночь. Часы показывали 21:00. В Москве в это время 4 часа ночи, и, естественно, в это время они бы ещё спали. На удивление, захотелось спать и сейчас, особенно после сытного ужина. «Никогда не спи на закате, потом весь вечер и ночь проспишь», – Арина вспомнила слова Дарьи Леонидовны. Мама оказалась права.

Арина включила телевизор, сделала негромкий звук и вопросительно посмотрела на Маринку. Соколовская согласно кивнула головой, соглашаясь: пусть телевизор бубнит. Потом погасили свет и легли в кровати. Сначала смотрели какой-то занудный фильм, и как-то незаметно уснули. Сделали всё как полагается! Как примерные советские спортсменки! Никуда не ходили, ни с кем не общались, поужинали и спать.

Когда проснулись, часы показывали 7 утра. Ура! Кажется, получилось! Встали, конечно, рановато, до утренней тренировки ещё 3 часа, но это уже вселяло надежду, что организм понемногу начинает привыкать к здешнему графику жизни. Проспали они непрерывно 10 часов, и это было очень хорошо.

Арина, на удивление, чувствовала себя отдохнувшей. Класс! Села в кровать, потянулась и поскакала в душ. Тем временем проснулась Соколовская. После Арины тоже сходила в душ, потом по привычке сделали парную зарядку, включив телевизор и местный канал MTV. Под музыку зарядочка получилась более активной, чем в тишине.

– Ты как себя чувствуешь? – поинтересовалась Арина.

– Нормально, – призналась Соколовская. – Хорошо выспалась, голова не болит.

– Значит, пора на завтрак! – заявила Арина и начала одеваться.

Так как встали относительно рано, то в ресторан пришли одними из первых, народу почти не было, зато в боксах лежала горячая, только что приготовленная еда. Какая восхитительная здесь была еда! Арина взяла на завтрак йогурт с кусочками фруктов в чашке, сладкие кукурузные хлопья с сухофруктами, залив их холодным молоком, и два панкейка, полив из соусника кленовым сиропом. Из напитков холодный фруктовый чай без сахара. Арина решила, что хватит жиреть с утра! Скоро настанут великие дела!

Соколовская взяла более привычные блюда: яичницу с беконом, нарезку из свежих фруктов и апельсиновый сок. Тоже невесть что по калориям. Потом направились к столику у окошка, где обедали вчера с Линдой и приступили к еде. В отдельный номер не пошли, так как народа в обеденном зале было ещё мало, и уединение выглядело бы неуместным.

Соколовская внимательно посматривала на Арину, с аппетитом поглощавшую йогурт, потом на хлопья, залитые молоком. По-видимому, не могла понять что это за блюда.

– Ты что ешь? – с любопытством спросила Соколовская. – Кажется, вчера ты брала только рыбу и салат.

– Это называется йогурт с фруктами! С персиком и маракуйей! – с важностью заявила Арина, со вкусом облизав ложку. – А это кукурузные хлопья с сухофруктами в молоке. А это панкейки – толстые рыхлые блинчики с кленовым сиропом! Вкуснятина!

– Откуда ты знаешь про всё это? – удивлённо спросила Маринка. – Ты что, раньше уже ела?

Арина вдруг сообразила, что Соколовская никогда не видела ни йогурта, ни панкейков, ни кукурузных хлопьев с сухофруктами. Те кукурузные хлопья стоимостью 6 копеек, что в картонных коробках продавались в советских магазинах, были без фруктов, да и есть их надо было очень быстро, пока они в молоке не превратились в склизкую кашу. Хотя, наверное, Соколовская, даже будучи в СССР, никогда не ела кукурузные хлопья. Йогуртов в Советском Союзе тем более не было. В молочном отделе магазина на Рабочем посёлке продавались похожие молочные продукты: «Снежок», «Аэрин» и фруктовый кефир. По вкусу они были неплохие, но очень жидкие и считались скорее напитками, чем едой. Этот же йогурт был очень густой и вкусный, его надо было есть ложкой, тем более, с кусочками свежих фруктов: персики и маракуйя.

– Люська, ты, наверное, меня обманываешь? – продолжила Соколовская. – Признавайся: ты была раньше за границей? Откуда ты знаешь все эти блюда и как их есть? Откуда ты вообще знаешь, как тут всё устроено??? Например, торговля по телефону, ящики для денег, как работает санузел и тысячи других мелочей?

– Да не была я за раньше границей! – показав досаду, ответила Арина. – Неужели ты не знаешь моих родителей? Обычные люди, ИТР-овцы. За границу мы только вместе с тобой ездили.

– Ладно, поверю на слово! – усмехнулась Маринка и погрозила пальцем. – Только знай! Ты под подозрением! Буду наблюдать за тобой!

Позавтракав, подружки вернулись в номер и принялись готовиться к тренировке. Настроение было позитивным: во-первых, ощутили, что реально начали привыкать к этому часовому поясу, во-вторых, сегодня должны привезти заказанные вещи. А в-третьих, приехала Линда, а значит, можно устроить что-нибудь весёленькое, например, потренировать общий показательный…

…В автобусе, идущем на ледовую арену, в этот раз народу заметно прибавилось. Когда Арина и Соколовская сели на последнее сиденье, быстрый подсчёт показал, что фигуристок 10 человек. По-видимому, приехали все! Кроме четырёх европейских девушек, которые были вчера, и Мидори Ито, в автобусе сейчас находились две американки: Дебби Томас, чемпионка мира, которую Арина победила в Небельхорне, и Тоня Хардинг, которая выступала на юниорском чемпионате мира и запомнилась лишь мрачным настроением и недружелюбными взглядами. Добавились две канадские спортсменки в красно-белых спортивных костюмах: Линда Флоркевич, а рядом с ней сидела невысокая светловолосая девушка лет 18–20, по-видимому, Элизабет Мэнли, о которой Линда говорила вчера. Элизабет случайно оглянулась, столкнулась взглядом с советскими фигуристками, приветливо улыбнулась и помахала им рукой. Арина удивлённо помахала рукой в ответ. Девушка очень похожа на Соколовскую!

Не было лишь Синди Бортц, чемпионки США среди юниоров, которую Арина видела в Любляне. Возможно, Синди приедет ещё позже или вообще живёт в Бостоне и приедет сразу на каток.

– Там ты сидишь! – шепнула Арина и пихнула Маринку локтем в бок, кивком головы показав на Элизабет.

– Вижу! – флегматично ответила Соколовская. – Можно сделать в твоём духе: четверной показательный замутить! Две Хмельницких и две Соколовских! Тут бы все под стол закатились!

Арина не смогла удержаться и громко рассмеялась, закрывая рот рукой. Сидевшие рядом люди, в том числе и члены советской делегации, опять неодобрительно посмотрели на подружек. Шеховцов даже строго помахал пальцем. Сидите, мол, что вы делаете?

– Чего мелочиться? – тихо сказала Арина, когда успокоилась. – Катать, так сразу пятерной номер, а то и десятерной. А может, вообще всех припахать на показалках?

– Можно и так! – пожала плечами Соколовская. – Ты же хочешь поставить ледовый спектакль. Вот, как раз будешь заранее тренировать актеров.

– А ты что будешь делать? – с интересом спросила Арина.

– Я в дурдом позвоню и буду смотреть, чтобы вы не сбежали, пока санитары едут, – с большой важностью ответила Соколовская.

На этот раз Арина опять не сдержалась и рассмеялась громко и безудержно. Соколовская с невозмутимым видом стала смотреть в окно, как будто и не при делах, а вот в Арину опять полетели лучики «добра», причём исключительно от своих. Зачем вот Соколовская её смешит? Надо приберечь эмоции к тренировке, да и соотечественники начинают уже недовольно коситься…

…Когда приехали на ледовую арену, всех прибывших встретила девушка-волонтёр и мужчина в костюме, организатор соревнований. Как и сообщил вчера информатор, часть фигуристок отправилась тренироваться на основную арену, это были те, кто вчера занимались на тренировочном катке: Аньес Гослен, Катрин Пауэлс, Корнелия Реннер и… Синди Бортц, которая, как оказалось, тренировалась вчера там, и вообще это был её родной клуб. К ним добавилась Тоня Хардинг. Пять спортсменок.

Другая часть фигуристок отправилась на тренировочный каток, это были те, кто вчера занимались на основной арене: Людмила Хмельницкая, Марина Соколовская, Мидори Ито, Инга Гаутер. К ним добавились и канадские спортсменки, Линда Флоркевич и Элизабет Мэнли. Однако тут же вмешались тренеры Элизабет Мэнли, мужчина и женщина, и добились её перевода на основную арену. Очевидно, там тренироваться было получше: можно было опробовать в деле под музыку короткую, и произвольную программы. Значительную роль в переводе Элизабет сыграла пробивная и разговорчивая тренер-женщина, которая убедила организатора, что к пяти фигуристкам не составит труда добавить ещё одну. Значит, на тренировочном катке предстояло заниматься пятерым фигуристкам, что в итоге не так уж плохо: меньше народа – больше кислорода!

Линда Флоркевич, несмотря на то что попала в этот ледовый дворец спорта первый раз, не стала знакомиться с ним и смотреть, как тут всё устроено: справедливо рассудила, что можно всё увидеть и после тренировки, а то и вообще завтра. Сейчас надо было тренироваться, поэтому все фигуристки практически без разговоров отправились в тренажёрный зал, где, проведя лёгкую разминку, пошли на тренировочный каток, вход на который был отсюда же, из служебного коридора. Пройдя по левому ответвлению коридора, примерно десяти метров длины, проходившему по крытому переходу, вышли на территорию тренировочного катка.

Сделан он оказался в виде быстровозводимого здания, из железного каркаса, балок, связей и колонн, которые обшиты утеплителем: сэндвич-панелями, которые были ещё не так распространены в СССР, где до сих пор промышленные и спортивные сооружения строили из бетонных панелей и кирпича.

Каток был прост как дважды два: прямоугольное здание длиной 65, шириной 30 и высотой 5 метров. Всё устройство как на ладони: железные металлоконструкции и утеплитель с проходившими по стенам трубами вентиляции, под потолком ряды ярких светильников. Посередине каток североамериканского размера: 26 на 61 метр. Между его бортиками и стенами здания свободное пространство шириной примерно полтора метра, в котором стоят рядами лавочки и несколько столов со стульями для тренеров. На правой стене, над правым коротким бортом, большой флаг США, а под ним электронные часы, которые показывали сейчас почти 10 часов. Больше тут ничего не было, даже аудиосистемы. Пришёл и тренируйся как хочешь. Очевидно, что сейчас можно было тренировать только либо фигуры, либо прыжки и непрыжковые элементы, или, в крайнем случае, попробовать катать макет программы без музыки. Наверняка местные фигуристы, занимавшиеся здесь, приносили свои магнитолы, потому что на столе, находившемся у калитки, было видно две приделанных к столешнице розетки, куда можно было подключать аппарат.

Для кого-то отсутствие музыки было бы проблемой. Однако ни Арина, ни Соколовская не из таких! Они половину жизни в ДЮСШОР-1 тренировались без музыкального сопровождения, поэтому просто надели коньки и подошли к своим наставникам, чтобы узнать вводные.

– Люда, начинай разминаться очень плавно, никуда не торопись! Прыжки не делай! – велел Левковцев. – Эту тренировку мы начнём опять с обязательных фигур, и сегодня будем делать их более плотно, чем вчера. Нам нужно добиться устойчивого стабильного исполнения этих элементов. Когда разомнёшься, подъедешь ко мне, и начнём.

– Я поняла, Владислав Сергеевич, – ответила Арина, надела коньки, повязку с кошачьими ушами, осторожно ступая по ковролину, прошла к калитке, сняла чехлы с лезвий и отправилась на каток.

Сделав несколько шагов, остановилась, попробовала ладошкой температуру льда: вроде нормальный, мягкий. Быстрыми перебежками покатила против часовой стрелки вдоль ближнего длинного борта, развернулась у правого короткого борта и поехала обратно, разминаясь фонариками. В это время другие фигуристки тоже приступили к тренировке, и Арина с большим удивлением заметила, что, кроме неё, и Соколовская, и Линда Флоркевич тоже надели повязки с кошачьими ушами. Вот так! Подростковая тренировочная мода, которую задавала Арина, пошла в народ! Можно поставить показательный номер про диких кошек!

Остальные фигуристки занимались примерно тем же: обычная разминка в лёгком темпе, рассчитанная на то, чтобы не забить мышцы и сразу приступить к исполнению обязательных фигур. Ездили не спеша, лавируя друг между другом, и исполняли самые простые шаги. Арина, размявшись, подъехала к Левковцеву.

– Я готова, Владислав Сергеевич, – скромненько сказала она.

– Если готова, пойдём на самый край катка и будем сейчас в течении получаса катать школу, – распорядился Левковцев. – Кстати, я хотел у тебя спросить, как у тебя дела с шириной арены? Ты вчера сильно концентрировала своё внимание на ней? Может, твои ошибки из-за этого?

Арина задумалась. Очевидно, что некоторые прыжки у неё вчера не получались из-за недостаточного набора скорости. Чтобы её набрать, нужен был более основательный разгон, но как разогнаться, если некуда прыгать? Не будешь же прыгать только параллельно длинным бортам? Тогда программа будет выглядеть несбалансированной, разбег-прыжок.

Узкие размеры ледовых арен в США и Канаде были сделаны не просто так: они полностью подчинены хоккею. Североамериканцы любили более контактный, силовой хоккей, с множеством бросков по воротам из любой зоны площадки, без умной стратегии, комбинационной игры и стремительных проходов вдоль бортов, которые присущи европейскому и советскому хоккею. А вот узкая арена – самое то: хоккеисты все в куче, дубасят друг друга, дерутся, много бросают по воротам с центра, зрители кричат: все довольны. Вдобавок вдоль длинных бортов можно разместить больше самых дорогих мест. А фигуристы страдают!

– Я думаю, пару раз я осторожничала, – призналась Арина. – Но сейчас я уже привыкла здесь кататься. Тем более, в наших программах многие прыжки идут с предварительным разгоном через весь каток, это для меня очень большое облегчение.

– Рад слышать, – согласился Левковцев. – Пойдём покатаем фигуры.

Арина поехала в самую дальнюю часть арены: к правому короткому борту. Положила там на бортик олимпийку, поставила бутылку с водой, салфетницу, как бы застолбив эту территорию, и начала не спеша, спокойно, без психов тренироваться. Сначала, как всегда, фигуры не очень-то и получались, хотя, как Арина заметила, в этот раз первое исполнение вышло получше, чем вчера. Потом сделала второй раз, третий, четвёртый, пятый, и пошло-поехало.

Последние три раза сделала вообще без ошибок. Левковцев вплотную подошёл к бортику, внимательно посмотрел на следы от коньков, хотя предполагал, что надо бы, по идее, ступить на лёд и лично проверить окружности с близкого расстояния. Но всё-таки решил довериться ученице.

– Хорошо получилось! – твёрдо сказал Владислав Сергеевич. – Пойдёт! Сейчас можешь сесть на лавочку, в течении 10 минут передохнуть. Потом начнём отрабатывать прыжки. Все подряд, что стоят в короткой и произвольной программе. На этот раз без всяких облегчений.

Люда согласно кивнула головой и покатила к выходу со льда. Настроение было очень хорошим…

Глава 20
Заказ приехал!

После 10-минутного перерыва на отдых Арина приступила к прыжковой тренировке. Сначала для разминки проехала опять вдоль бортов против часовой стрелки. В этот раз, кроме фонариков и змейки, делала перекидные прыжки, потом, почувствовав, что полностью размялась, прыгнула двойной аксель. Чисто!

Дупель получился по-стольниковски прекрасным. С ходу, практически без подготовки, с длинным пролётом и высоким подъёмом, да ещё и с выездом в одноножную секцию. После приземления выехала арабеской, потом сделала собачку, несколько пируэтов и скобку. Левковцев, наблюдавший за ученицей, одобрительно кивнул головой. Правильно, мол, делаешь!

Удачно прыгнув красивый дупель, Арина разогналась через всю арену и, сделав несколько троек, прыгнула каскад тройной флип – тройной тулуп. Чисто! Потом исполнила тройной лутц, и вот он-то подвёл, опять получился с ошибкой и неудачным приземлением в степ-аут. Подавив злобу, Арина покатила дальше и очень тщательно сделала заход по прямой к левому короткому борту, едва увернувшись от Соколовской, и прыгнула тройной лутц. Удачно!

Конечно, это всё хорошо, но пока проценты чистого исполнения не внушали оптимизма, надо было напрыгивать ещё бесконечное количество раз. Естественно, на исполнении прыжков сказалось и то, что на катке одновременно катаются шесть девчонок, которые не привыкли к совместному тренировочному процессу, постоянно пересекают траектории друг друга, и оттого некоторые прыжки получались смазанными.

Основным камнем преткновения для Арины стал её самый сложный каскад из произвольной программы – тройной лутц – тройной риттбергер. Две первые попытки получились неудачными, даже с падением, из-за чего Левковцев с тревогой окликнул Арину к себе. Сразу же появился врач, товарищ Фицкин, внимательно слушавший разговор.

– Ты как себя чувствуешь, не травмировалась? – с тревогой спросил тренер.

– Нормально! – мрачно ответила Арина, потирая ушибленное бедро, и потом посмотрела на Фицкина. – Жить буду. Медицинская помощь не требуется.

Фицкин согласно кивнул головой и сосредоточил своё внимание на Соколовской, прыгнувшей двойной аксель.

– Если видишь, что не хватает силы, отдохни либо снизь планку! – велел Владислав Сергеевич. – Прыгни что-нибудь попроще.

Арина опять согласно кивнула головой и покатила к центру арены, увернувшись от Линды и Соколовской, которые, судя по всему, с прыжками проблем не знали. Что вот говорит тренер? Что значит «прыгни попроще»? Тулупы и сальховы Арина прыгала только в путь, почти без подготовки, и могла прыгнуть даже с завязанными глазами. Но с ними ничего не выиграть. Проблемными пока были самые сложные прыжки.

Тем не менее, к совету тренера стоило прислушаться, напрасного он ничего не скажет. Поэтому Арина похлопала себя по голове, приведя мысли в порядок, подъехала к правому короткому борту и остановилась, решив понаблюдать, что происходит на катке. А проходила там обычная тренировка. Девчонки прыгали каскады и прыжки, и большинство из них были удачными, правда, по сложности они не могли сравниться с теми, что регулярно делает она.

Арина заметила, что на неё временами смотрит Матико Ямада. По-видимому, гадает, в каком состоянии находится чемпионка мира среди юниоров. Мидори Ито при этом находилась в нормальном тренировочном процессе. Прыгала тройной лутц, тройной флип, тройной риттбергер, тройной сальхов, тройной тулуп и каскады с ними. Всё чисто. Правда, насколько Арина поняла, полноценного каскада 3−3 с лутцем у японки так и не было. Она прыгала тройной лутц – двойной тулуп, и каскад с двумя тройными тулупами, который Арина уже видела на Небельхорне.

Тройной аксель у японской фигуристки тоже выходил с переменной степенью надёжности. На глазах Арины она один раз прыгнула точно, выехала в красивую арабеску, второй раз приземлилась в степ-аут с большим недокрутом, третий раз кошмарно упала на пятую точку, проехав чуть не до борта. Чистота исполнения всего 30 процентов! Арина при таком раскладе не стала бы прыгать, у неё-то самый сложный каскад был по чистоте исполнения 50 процентов, сделал – не сделал.

Впрочем, время для тренировки ещё было, так же как будет и завтра. Просто нужно включить голову и обязательно смотреть за окружающими её фигуристками, чтобы заранее спланировать нужную безопасную траекторию. А ну-ка, стоит попробовать ещё раз.

Арина на полном контроле разогналась от левого короткого борта к правому, встала на длинную дугу назад-наружу и всё-таки прыгнула каскад тройной лутц – тройной риттбергер. Чисто! Потом стала прыгать остальные каскады из произвольной программы, и они получились нормально. Естественно, сразу поднялось настроение, захотелось пошутить, совершив поведенческую диверсию, и Арина подъехала к Соколовской, которая уже почти бросила тренировку: времени с её начала прошло много, и скоро тренька уже должна была закончиться.

– А у тебя всё прекрасно получилось! – польстила Арина. – Что, может, парный номер скатаем?

– Можно, – согласилась Соколовская, огляделась и залихватски свистнула, чем вызвала у всех большое удивление.

– Зачем ты это сделала? – удивилась Арина.

– Чтобы на нас обратили внимание и никто не мешался под ногами! – с важностью заявила Марина. – Погнали!

Подружки подъехали к калитке и начали исполнять парный номер, который катали под Боба Марли и который знали наизусть, потому что регулярно делали под него утреннюю зарядку. Сделав начальную растанцовку, несколькими шагами покатили к центру арены, остановились, и уже оттуда, на расстоянии пяти метров друг от друга, начали вторую растанцовку.

Надо сказать, этот перфоманс вызвал одобрение, особенно у Линды Флоркевич!

– Кошки! А вы чего это без меня катаетесь? – задорно крикнула она, подъехала и притормозила, засыпав подруг снегом. – Начали! Давайте наш номер покатаем, который в Германии исполнили. Общий выход!

Несомненно, это было очень здравомыслящее решение! Уже через несколько минут остальные фигуристки просто раскатывались вдоль бортов, стараясь не мешать лихой троице, которая абсолютно синхронно нарезала петли, шаги, исполнила вращение в заклоне, а потом, расположившись в ряд, очень синхронно прыгнула двойной аксель с выездом в длинную пологую арабеску. Насколько Арина заметила, этим перфомансом они сгладили общую напряжённую атмосферу тренировки, нелёгкие размышления о предстоящем соревновании, планах на него и возможных раскладах на занимаемые места. Тренеры начали с улыбкой переглядываться, иронично качать головой, в общем, атмосфера очень сильно разрядилась. Правда, через несколько минут тренировка закончилась, и пришли кататься мужчины.

Оставалось только поклониться в четыре стороны воображаемым зрителям, помахать им рукой смеха ради и покатить к бортику. Пора идти в раздевалку. Так закончился второй день на арене Бостонского конькобежного клуба…

… Приехали из ледовой арены вовремя, в 13:00, и сейчас предстояло очень увлекательное событие: ждать курьера, который должен был привезти заказанные вчера вещи.

– Люда, мы, может быть, сегодня ещё увидимся, а может и нет, поэтому сразу предупреждаю: никуда не ходить, спать, отдыхать. Не забываем: завтра в 10 утра состоится общее собрание и жеребьёвка на обязательные фигуры, – заявил Левковцев. – После них сразу поедем в ледовый дворец на последнюю тренировку. День будет насыщенный, и нужно быть готовыми к нему.

Жук, стоявший рядом и слышавший всё, что говорит коллега, согласно кивнул головой, показав, что полностью согласен с мнением Владислава Сергеевича.

– Ясно, никуда не пойдём! – заверила Арина и вместе с Соколовской отправились в номер. Нужно было немного отдохнуть и ждать звонка.

Звонок не замедлил себя ждать… Едва приземлились на кровати, запиликал телефон. Время ровно 14:00, точность до секунды!

– Hallo! – сказала в трубку Арина.

– Здравствуйте, это Людмила Хмельницкая? – в трубке раздался знакомый женский голос.

Та же самая девушка, которая вчера принимала заказ!

– Да, это я, здравствуйте, – заявила Арина.

– Это фирма JCPenney, ваш заказ прибыл по назначенному адресу, отель Four Points by Sheraton Norwood, номер 202! – радостно сказала девушка. – Можете спуститься в вестибюль и забрать.

– Ясно, спасибо, сейчас приду, – поблагодарила Арина и положила трубку на аппарат, тут же повернулась к Соколовской. – Маринка, вещи приехали.

– Ой, но может ты сама сходишь? – сонно спросила Соколовская, уютно расположившаяся на кровати. – Люська, там же на тебя всё оформлено, будь подругой, принеси, пожалуйста.

– Пошли вместе! – решительно сказала Арина. – А вдруг там каких-нибудь плюшек дадут.

– Каких плюшек? – с интересом спросила Соколовская, поднявшись с кровати.

– Голос у девушки был такой… Необычный… – не нашлась что сказать Арина. – Мне показалось, она была очень рада, что я заказала у них товар. Может, чего-нибудь дополнительно дадут или какую-нибудь скидочку…

– Ладно, пошли! – махнула рукой Маринка.

В вестибюле царила привычная суета, но среди множества людей Арина сразу нашла тех, кто привёз ей товар. Их было трое! Рядом с ресепшеном стояли трое человек. Мужчина лет тридцати, одетый в форменную одежду: синие брюки, куртку и бейсболку с логотипом фирмы JCPenney, рядом с ним длинноволосый парень лет двадцати пяти в костюме, на шее которого висела большая профессиональная фотокамера, и девушка в брючном костюме. Рядом с ними на диване лежало несколько коробок, перетянутых подарочными лентами. Сотрудники фирмы стояли и внимательно разглядывали проходящих мимо людей. Естественно, сразу же увидели того, кто им нужен.

– Вот они! – с удивлением сказала девушка. – Смотрите, тут не только Людмила Хмельницкая, но ещё и Марина Соколовская! Какое великолепное стечение обстоятельств, которые бывают, наверное, только раз в жизни!

– Здравствуйте! – Арина смущённо подошла к компании.

– Меня зовут Николь Фогель, я менеджер отдела заказов Норвуда, – радостно улыбнулась девушка и протянула Арине руку.

Была она хороша собой, ухожена и явно работала на непыльной кабинетной должности, по телефону принимала заказы на товар.

– Люда, – Арина пожала руку девушки.

– Марина, – также за руку поздоровалась Соколовская.

– Это мои коллеги, Виктор, из отдела доставки и Джон, сотрудник рекламного отдела, – представила мужчин Николь, и они тоже поздоровались с фигуристками.

– Вы знаете, я даже не знаю, с чего начать, – замялась Николь. – Наша фирма очень гордится тем, что у нас покупают товар такие замечательные спортсменки, как вы, поэтому мы привезли ваш заказ и вдобавок приготовили для вас совершенно бесплатно несколько подарков. Вот ваш товар, можете в течение часа его померить и осмотреть. Мы подождём здесь. Также можете оценить наши подарки. Если товар вас полностью устроит, естественно, назад его не приносите, можете прийти и рассчитаться.

– Спасибо большое! – смущённо поблагодарила Арина, взяла две коробки и направилась к эскалатору. За ней последовала Соколовская. Обеим было очень неловко, хотя, казалось бы, что такого…

– Зачем они приехали такой толпой? – поинтересовалась Маринка, когда поднимались по эскалатору.

Арина оглянулась и увидела троицу, которая улыбалась и махала им руками.

– Я думаю, для них наше присутствие – это очень большая удача, – уверенно сказала Арина. – Думаю, они хотят сделать нечто вроде рекламной фотосессии с нами. Это будет приличная PR-акция.

– Это что такое? – удивилась Соколовская. – Пи-Ар-акция?

– Ну, например, скажут сфотографироваться с каким-либо их товаром либо с фирменным знаком, – с важностью заявила Арина. – Ничего страшного! Нам популярность только в плюс.

Когда пришли в номер, сразу же начали рассматривать коробки. В одной лежало то, что заказала Арина: ремень и ковбойская шляпа для отца. По-видимому, справедливо рассудили, что это для одного мужчины. Шляпа была великолепная, точно такая, которые показывают в фильмах. Арина надела её на голову и пофорсила в зеркале. Класс! Ремень… Настоящий американский ремень с массивной латунной пряжкой, на которой изображен отлитый орел из герба Соединенных Штатов, со стрелами и пальмовой ветвью, и толстая, прочная, но при этом отлично обработанная буйволиная кожа чёрного цвета, толщиной миллиметра три, не меньше. На таких можно машину таскать вместо буксировочного троса! Отличный подарок для мужчины! Но кроме этого, в этой же коробке лежала ещё зажигалка Zippo в фирменной упаковке. Настоящая зипповская зажигалка! Массивная, металлическая, весом граммов 100, и тоже с орлом на корпусе, причём орел был отлит в металле. Кроме того, в подарочной коробке на чёрном бархате рядом с зажигалкой лежал сувенирный блестящий цент на цепочке с надписью «На ремонт не потрачено ни цента». Прекрасный сувенир! Настоящие мужские подарки! Арина была уверена, что бате они очень понравятся. Здесь же лежали целых пять чистых аудиокассет, хотя она заказывала только две. Правда, они были неизвестной марки Scotch BX 90, по-видимому, американской.