Текст книги "Возвращение Безумного Бога 15 (СИ)"

Автор книги: Архимаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 13
Как не вовремя…

Светлана поймала Костю, опустилась на колени. Прижала к себе.

– Идиот, – прошептала она, гладя его волосы, – Идиот чертов. Всегда лезешь в самое пекло. Всегда доводишь себя до предела.

Слезы потекли по ее щекам, смешиваясь с лазурным сиянием.

– Но ты жив. Жив, слышишь?

К ним уже спешили Настя, Эмми и Сахаринка. Все трое были побиты, измучены, но живы.

– Он… в порядке? – тихо спросила Настя.

Светлана кивнула, не отрывая взгляда от лица Кости.

– Да. Просто… выжат до последней капли. Ему нужен покой. И время.

Она подняла голову и посмотрела на девушек.

– Спасибо, – сказала она искренне, – Спасибо, что были рядом с ним. Что сражались. Что не бросили его.

– Мы его семья, – просто ответила Сахаринка.

Светлана улыбнулась сквозь слезы.

– Да. Семья.

Она снова посмотрела на Костю. На его бледное измученное лицо. На следы крови в уголках губ.

И крепче прижала его к себе.

– Держись, милый. Держись. Я здесь. Я никуда не уйду. И вообще, ты ещё должен мне спарринг…

Лазурное сияние окутало их обоих. Мягкое. Теплое. Защищающее.

Эмми и Настя недовольно засопели, глядя на всё это дело… Если к друг дружке они давно привыкли, то вот Светлана все еще была чужая, претендующая на роль главной жены их любимого Кости…

В небе медленно расходились последние облака. Сквозь них пробивались первые лучи заката.

Битва была окончена.

Они победили.

Но какой ценой…

* * *

Настя вызвала по рации отряд мирмеций для эвакуации. Ее голос был ровным, несмотря на усталость.

– Сюда. Координаты передаю. Нужна медицинская помощь и техподдержка для Дребезга. Побыстрее.

Эмми опустилась на землю рядом со Светланой, которая все еще держала Костю. Рыжая выглядела измотанной – волосы растрепаны, лицо в копоти, но глаза горели упрямством.

– Как он? – тихо спросила она.

– Пульс стабильный, – Светлана, накладывая очередную целительную печать, осторожно проверила его состояние, – Дыхание ровное. Просто… полностью опустошен. Не знаю, что он такое применил… но оно выжало из него все до последней капли.

– Это Второй Уровень Синхронизации Бездны, – Эмми кивнула, – Костя уже использовал ее против той светящейся Змеи-аномалии. Но всего лишь пару секунд…

Сахаринка тем временем осматривала перевернутого Дребезга, оценивая повреждения.

– Так-так-так… – бормотала она, ощупывая вмятины и трещины в броне, – Дребезг, старина, ты держишься? Не развалишься на части?

Монстромобиль издал тихое жалобное поскрипывание.

– Эй, не хнычь! – Сахаринка похлопала его по боку, – Ты молодец! Ты вывез нас всех! Да, немного помятый, но зато живой! Я тебе потом такое масло подгоню – пальчики оближешь! Ну, если бы у тебя были пальчики… Ладно, щупальца оближешь, во!

Дребезг жалобно бибикнул.

– Знаю-знаю, больно. Потерпи немного. Сейчас придут сестренки, мы тебя перевернем, отремонтируем…

Настя подошла к Светлане, присела рядом. Достала из полевой аптечки несколько ампул с регенерирующим составом.

– Давайте скормим ему это, – сказала она, – И проверим, нет ли внутренних повреждений.

Светлана кивнула, осторожно придерживая Костю, пока Настя работала. Ее руки двигались уверенно, профессионально – каждое движение отточено опытом.

– Ловко управляешься, – заметила Светлана, – Чувствуется практика.

– Ну а как же, – усмехнулась Настя, – С Костей в качестве учителя либо научишься полевой медицине, либо… ну, вариантов особо нет, если честно.

Эмми фыркнула:

– Это правда. Он притягивает неприятности, как магнит металлическую стружку.

– Говорит девушка, которая сегодня решила в одиночку сразиться с ледяным клоном тёти Аси, – парировала Настя, делая Косте укол в плечо, – Очень разумно, между прочим.

– Эй! Я же не знала, что она такая сильная!

– Ты вообще думала?

– Думала! Я думала: «Надо защитить Костю». Вполне здравая мысль!

– Костю защищать не надо было. Он сам справился.

– Ну задним числом-то, конечно, легко так рассуждать!

Сахаринка подошла к ним, вся перемазанная машинным маслом.

– Девочки, не ссорьтесь. У нас всех был тяжелый день. Давайте лучше… не знаю… обнимемся? Поплачем? Порадуемся, что живы?

Настя и Эмми переглянулись. Потом одновременно расхохотались. Нервный, истеричный смех после пережитого напряжения.

– Сахарок, – сказала Эмми, вытирая слезы, – ты сегодня невозможная. Тебя точно Перчинка не покусала?

– Это все пирожки Никталии, – вздохнула Сахаринка, – Вы то все съели по одному, а я целых два навернула…

– Вот оно что…

Светлана смотрела на них с легкой улыбкой. Но потом ее лицо стало серьезным.

– Девочки, – начала она тихо, – Мне нужно с вами кое о чем поговорить.

Все трое насторожились. Что-то в ее тоне заставило их напрячься.

– Я не случайно оказалась здесь, – продолжила Светлана, – Я патрулировала сектор и почувствовала ваш бой. Хотела вмешаться сразу. Но… – она помедлила, – Отец мне запретил.

– Что? – Настя нахмурилась, – Почему?

Светлана глубоко вдохнула. Она сейчас… шла по самому краю. На грани между отцом и Костей. Но по другому она не могла.

– У отца появились подозрения. Относительно Кости, – Она посмотрела на каждую из них, – Есть… информация. Что он и Перчинка, возможно, ведут двойную игру против нашего рода.

Тишина.

Потом Эмми взорвалась:

– ЧТО⁈ Это бред! Полный бред! Костя никогда…

– Эмми, – мягко остановила ее Светлана, – Я знаю. Я тоже так думаю. Но отец получил данные. Серьезные данные. И он не может их игнорировать.

– Какие данные? – холодно спросила Настя.

– Я не могу раскрыть детали. Но… – Светлана посмотрела на Костю, лежащего без сознания у нее на руках, – Это касается недавних нападений на наши базы и научные центры. Если сведения, что все это организовала Перчинка.

– Совпадения! – Сахаринка аж подпрыгнула, – Это просто совпадения! Перчинка никогда бы не прошла на такое! Говорю, как ее старшая сестра!

– Возможно, – согласилась Светлана, – Я хочу верить, что это так. Я доверяю вам, девочки. Мы боевые товарищи. И через многое прошли. Это связь, которую не разорвать.

Она снова глубоко вдохнула.

– Но я не могу игнорировать слова отца. Он глава нашего рода. И если есть угроза Соколовым… я обязана разобраться. Понимаете?

Настя медленно кивнула.

– Понимаю. На твоем месте я бы поступила так же.

Эмми буркнула что-то неразборчивое, но не стала спорить.

Светлана посмотрела на них внимательно.

– Скажите… где сейчас Перчинка?

Девушки переглянулись. Настя нахмурилась. Эмми отвела взгляд.

Сахаринка решительно выступила вперед:

– В особняке Безумовых. Она там… готовится охранять. Вместе с остальными мирмециями.

– Охранять что?

– Черное Солнце, – ответила Сахаринка, не моргнув глазом. И продемонстрировала Свете печать Императора, – Артефакт Бездны. Очень мощный. Очень опасный. Костя его достал из хранилища по приказу Государя. Везли в особняк для изучения. Вот из-за него вся эта заваруха и началась.

Светлана нахмурилась.

– Черное Солнце… – прошептала она, – Да, помню-помню… Турнир, террористы Организации, Кривотолков, огромная Черная Сфера… Такое не забудешь…

– Да, – подтвердила Настя, – Я так поняла, Костя даже использовал его силу, чтобы изгнать Черную Айсштиль через Разлом.

Светлана задумалась. Ее пальцы непроизвольно сжались на плече Кости.

– Это… это может быть одной из причин подозрений отца, – тихо сказала она, – Артефакт такой мощи в руках человека, который слишком хорошо владеет силой Бездны…

– Костя не предатель! – отрезала Сахаринка, – Он защищает Империю! Он спасает людей! Он… он мой отец!

Ее голос дрогнул на последних словах.

Светлана посмотрела на нее с сочувствием.

– Я знаю, Сахарок. Я верю тебе. Верю вам всем. Верю Косте. Но…

– Но твой отец не верит, – закончила за нее Настя.

– Да, – Света посмотрела на Сахаринку внимательно, – И уж простите, но я не доверяю Перчинке. Особенно после того, что она сделала на турнире.

Тишина.

Потом Сахаринка резко выпрямилась. В ее глазах загорелся огонек решимости.

– Тогда надо просто поговорить! – объявила она, – Серьезно! Если князь Соколов думает, что Костя что-то замышляет – надо объяснить ему, что это недоразумение! Показать доказательства! Рассказать всю правду! И Перчинку позвать! На честный разговор! Глаза в глаза!

– Сахарок… – начала Настя.

– Нет, послушайте! – Сахаринка не сдавалась, – Это же логично! Если просто сесть за стол переговоров, объяснить все по порядку, показать Черное Солнце, рассказать о задании Государя… то наверняка все образумится! Ведь так?

Она посмотрела на них с такой надеждой, что Настя не выдержала и отвела взгляд.

Эмми вздохнула:

– Сахарок, милая… политика не работает так просто. Ну и… помнишь наши разговоры про Перчинку? Она в последнее время… действительно подозрительно себя ведет.

– Почему⁈ – взорвалась мирмеция, – Почему нельзя просто быть честными? Почему нельзя просто доверять друг другу⁈

– Потому что на кону стоят жизни, – тихо ответила Светлана, – Целого рода. Может быть, целой Империи. Когда ставки так высоки… доверие становится роскошью.

Сахаринка сжала кулаки. Ее хитиновая броня заскрежетала.

– Это несправедливо.

– Нет, – согласилась Светлана, – Не справедливо. Но другого не дано.

Вдалеке послышался рев двигателей. Мирмеции приближались.

Настя поднялась с колен, отряхивая одежду.

– Ладно. Сейчас не время для философских дискуссий. Нужно эвакуировать Костю. Починить Дребезга. Доставить Черное Солнце в особняк. И потом…

– И потом разбираться с политическими интригами, – закончила Эмми мрачно. И посмотрела на Сахаринку, а потом на Свету, – Может, все на самом деле проще? Вдруг тут просто очередной князь Кривотолков мутит воду? Который просто хочет вбить клин между двумя княжескими родами?

– Всё может быть, – кивнула Света.

– Мда уж… – буркнула Сахаринка, – Обожаю политику. Особенно когда она обвиняет отца в предательстве.

Светлана осторожно поднялась, все еще держа Костю на руках. Он был удивительно легким для человека его роста. Словно Синхронизация отъела у него не только энергию, но и калории.

– Я помогу вам, – сказала она твердо, – Довезти его до особняка. Убедиться, что с ним все в порядке. А потом… – она посмотрела на девушек, – Потом поговорим с Перчинкой. И я отправлюсь к отцу. И… если ваши аргументы будут убедительными, я попытаюсь его убедить, что он ошибается.

– Спасибо, – искренне сказала Настя.

– Не благодари. Я делаю это не только для вас. Я делаю это для него, – Светлана посмотрела на лицо Кости, – Потому что, несмотря на все подозрения, все сомнения… я люблю этого идиота.

Сахаринка улыбнулась:

– Знаешь, Света… ты хорошая.

– Взаимно, Сахарок, – Светлана улыбнулась в ответ.

Первый монстромобиль с мирмециями подъехал к ним. Из него выскочили медики и техники.

Началась суета эвакуации.

Но в этой суете, среди шума двигателей и выкриков команд, четыре девушки обменялись взглядами.

Они были разными. С разными силами и характерами. И одна даже относилась к иному виду.

Но сейчас их объединяло одно.

Они все любили этого упрямого, безрассудного, героического идиота, который лежал без сознания, выжатый до последней капли.

И они все сделают, чтобы защитить его.

Даже от обвинений в предательстве.

Даже от всего мира, если потребуется.

* * *

Тихий жужжащий звук прорезал воздух. Едва слышный, почти неразличимый среди шума подъезжающих автомобилей.

Беспилотник.

Небольшой, размером с кулак, он завис над местом битвы на высоте метров тридцать. Его матово-черный корпус почти сливался с сумеречным небом. Четыре миниатюрных винта вращались с тихим стрекотанием, удерживая его на месте. Линза камеры в центре корпуса бесшумно вращалась, фокусируясь то на бессознательном Косте, то на девушках, то на разрушениях вокруг.

Это была модель разведки последнего поколения. Бесшумная, почти невидимая, с продвинутой системой скрытия от магических сканеров. Созданная специально для наблюдения за полем боя. Или для шпионажа – в зависимости от точки зрения.

В особняке Безумовых, в одной из гостевых комнат, Перчинка лежала на диване в расслабленной позе. Её глаза смотрели в экран планшета. Всё выглядело так, словно она смотрела некое развлекательное шоу.

Но на самом деле… через объектив беспилотника она видела все. Конец боя с Черной Айсштиль. Перевернутый Дребезг. Измученных девушек. Светлану, держащую на руках Костю. Разрушения вокруг – кратеры, расплавленный асфальт, обломки зданий.

Ее кулаки сжались на подлокотниках кресла. Хитиновая броня на костяшках заскрежетала.

– Папа… – прошептала она, – Как же все это не вовремя…

Глава 14
Я знаю, что ты смотришь

Перчинка запустила беспилотник, как только почувствовала всплески энергии в том районе. Ее инстинкты подсказали – что-то не так. Что-то пошло очень-очень не так.

И она не ошиблась.

Битва была чудовищной. Перчинка успела увидеть только финал – как Костя и Светлана вышвырнули Черную в Разлом. Как отец упал без сознания.

Сердце сжалось от страха. От беспомощности. Она была здесь, за километры, и не могла ничего сделать. Только смотреть.

Но сейчас он был жив. В безопасности. Светлана держала его. Девушки были рядом. Мирмеции уже прибыли.

Перчинка выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно уходит.

– Хорошо, – пробормотала она себе под нос, – Все хорошо. Они справились. Папа в порядке. Девочки целы. Дребезг помят, но починим…

Она уже собиралась отозвать беспилотник, когда услышала голос Светланы.

Система звукозаписи беспилотника была превосходной. Каждое слово доносилось четко, несмотря на расстояние.

«У Соколовых появились подозрения. Относительно Кости».

Перчинка замерла.

«Есть… информация. Что он и Перчинка, возможно, ведут двойную игру против нашего рода…»

Мир словно остановился.

Перчинка медленно откинулась на спинку кресла. Ее глаза не отрывались от экрана, где Светлана говорила с девушками.

Подозрения. Двойная игра. Угроза роду Соколовых.

Слова эхом отдавались в ее голове.

Но как? Как Соколовы могли что-то заподозрить? Она же идеально замела все следы… внутренняя утечка? Невозможно, она идеально контролирует всех своих людей при помощи нектара!

Она слушала дальше. Слышала возмущение Эмми. Решительность Сахаринки. Спокойствие Насти. И искренность Светланы – ее любовь к Косте, смешанную с долгом перед семьей.

Перчинка не шевелилась. Только смотрела. Слушала. Анализировала.

Когда разговор закончился и началась суета эвакуации, она отключила звук.

Тишина заполнила комнату.

Перчинка сидела неподвижно. Ее лицо было нечитаемым, оно почти не выдавало эмоций. Но глаза… в глазах читалось нечто глубокое. Тревожное.

Она медленно подняла руку и коснулась экрана. Пальцы скользнули по голографическому изображению Кости, лежащего без сознания.

– Папа, – тихо сказала она в пустоту, – А я ведь даже подумывала… завязать. С Игорем я… познала нечто новое… для себя…

Однако отвязаться от темных делишек прошлого оказалось не так просто.

Она откинулась назад. Закрыла глаза. Глубоко вдохнула.

Перчинка всегда была аналитиком. Стратегом. Той, кто видел картину целиком, когда другие видели только фрагменты. Это было ее силой. И ее проклятием.

Сейчас она начала складывать пазл.

Черное Солнце. Артефакт невероятной мощи, который Костя достал из хранилища по приказу Государя.

Вторая Синхронизация. Сила, которую он использовал все чаще и чаще. Сила, которая выжимала из него все до последней капли. Почему он рискует так? Что он пытается доказать? Или… что он пытается скрыть?

Разломы. Он открывал их самостоятельно. С помощью Черного Солнца. Это была невероятная способность. Опасная. Пугающая. Граничащая с…

Перчинка оборвала эту мысль.

Нет. Не граничащая. Это была сила Бездны. Чистая. Неразбавленная. Пропущенная Через Черное Солнце.

А Соколовы подозревали его в предательстве.

Почему?

Какую информацию они получили? Откуда? Кто слил им данные?

Перчинка открыла глаза. Ее взгляд стал острым. Сфокусированным.

– Кто-то играет против нас, – прошептала она, – Сколовы не могли получить такую информацию. Кишка у них тонка. Им кто-то слил меня. Кто-то специально подставляет папу. Сеет сомнения. Раскалывает альянс.

Это было единственное логичное объяснение. Костя не предатель. Она была более чем уверена в отце. Видела, как он сражается. Как защищает людей. Как жертвует собой снова и снова.

Наивный идеалист, которого почему-то прозвали Безумным Богом… На взгляд Перчинки это прозвище ему совершенно не подходило.

Но кто-то очень хотел, чтобы другие видели в нем монстра.

Вопрос: кто?

И еще более важный вопрос: зачем?

Перчинка снова посмотрела на экран. На Светлану, осторожно несущую Костю к монстромобилю. На девушек, суетящихся вокруг Дребезга. На мирмеций, организующих эвакуацию.

Все они были на виду. Все их действия можно было отследить. Проанализировать. Исказить.

А что, если…

Перчинка резко выпрямилась.

Что, если за ними наблюдают? Прямо сейчас? Ну кто-то еще помимо неё…

Она быстро переключила управление беспилотником. Развернула его на 180 градусов. Активировала режим расширенного сканирования.

И замерла.

В небе, на расстоянии километра, парил еще один беспилотник. Другой конструкции. Другой модели. Без опознавательных знаков.

Он просто висел там. Неподвижно. Наблюдал.

– Вот ты где, – прошептала Перчинка.

Ее пальцы заплясали по голографической клавиатуре. Она попыталась засечь сигнал управления беспилотником. Отследить его источник.

Но устройство было хорошо защищено. Сигнал шифровался через множество ретрансляторов. Невозможно было определить, откуда идет управление.

Профессиональная работа.

Перчинка сжала зубы.

– Значит, игра идет давно, – пробормотала она, – Очень давно.

Она записала все данные. Сохранила координаты. Сделала копию изображения чужого беспилотника.

А потом медленно откинулась на спинку кресла.

В ее голове уже формировался план. Несколько планов. Варианты. Контрварианты. Запасные выходы.

Она была Перчинкой. Лучшим стратегом дома Безумовых. И если кто-то пытался угрожать её семье…

Что ж… Она не такая снисходительная как папочка.

Они выбрали не того противника.

– Папа, – тихо сказала она, глядя на его бессознательное тело на экране, – держись. Я разберусь. Я найду, кто за этим стоит. Я найду доказательства.

Обвинения Соколовой Перчинку нисколько не волновали. Истребительница была еще более прямолинейной и наивной, чем сестренка Сахаринка. Отбрехаться и что-нибудь придумать Перчинке не составит труда.

Куда больше ее волновали те самые таинственные интриганы, злоумышляющие против ее семьи. Она снова посмотрела на чужой беспилотник в небе.

– Наслаждайтесь своим мнимым преимущество… скоро вы ощутите, что значит связываться с Безумовыми, – прошептала она.

И тут картинка дёрнулась.

Резко. Неестественно.

Беспилотник начало разворачивать. Не по её команде. Камера крутилась, словно… пытаясь вырваться из чьей-то хватки?

Перчинка мгновенно напряглась. Пальцы заплясали по голографической клавиатуре, отдавая команды стабилизации. Но беспилотник не слушался. Его словно схватила невидимая рука.

А потом картинка стабилизировалась.

И Перчинка увидела лицо.

Светлана Соколова смотрела прямо в объектив камеры.

Её лазурные глаза были холодными. Очень холодными. Она держала беспилотник в руке, словно пойманную бабочку. Вокруг её пальцев плясали искры голубоватой энергии – она подавляла все системы дрона своей силой.

Перчинка застыла.

Светлана медленно поднесла беспилотник ближе к лицу. Её губы беззвучно шевелились. Но по движениям Перчинка прочитала:

«Я знаю, что ты смотришь».

Сердце ухнуло вниз.

Пальцы Светланы сжались. Совсем чуть-чуть. Корпус беспилотника затрещал. Искры посыпались с него, как конфетти.

«И я найду тебя».

Перчинка не раздумывала.

Её рука метнулась к экстренной красной кнопке на краю планшета. Нажала.

Сигнал самоуничтожения ушёл мгновенно.

На экране вспыхнул белый свет – микровзрыв внутри беспилотника. Картинка погасла, превратившись в статичный шум.

Перчинка откинулась на спинку дивана. Тяжело дышала. Хитиновая броня на её руках по ощущениям как будто бы даже вспотела – если у хитина вообще может быть пот.

– Чёрт… – прошептала она, – Чёрт-чёрт-чёрт…

Светлана поймала беспилотник. Увидела его. Поняла, что за ними следят.

Но успела ли она отследить сигнал? Засечь источник?

Перчинка лихорадочно вспоминала. Шифрование. Многоуровневая маршрутизация через семь ретрансляторов. Анонимизация. Всё было сделано по высшему разряду.

Они не смогут отследить.

– Надо действовать быстрее, – пробормотала Перчинка себе под нос, – Гораздо быстрее, чем планировала.

Она уже тянулась к планшету, чтобы активировать запасные каналы связи, когда дверь в комнату распахнулась.

Настежь.

С грохотом.

Перчинка подскочила на месте, как ошпаренная кошка. Планшет выпал из рук и со звоном ударился о пол. Её хитиновая броня с щелчками ощетинилась шипами – инстинктивная защитная реакция.