Текст книги "Возвращение Безумного Бога 15 (СИ)"

Автор книги: Архимаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

– А теперь, – я снова повернулся к Чёрному Солнцу, – финальный аккорд.

Настроение в зале мгновенно изменилось. Стало серьёзнее.

Я снова подошёл к пульту управления. На этот раз положил обе руки. Закрыл глаза. Сосредоточился на связи с артефактом.

– Девочки, отойдите, – скомандовал я, не открывая глаз, – К стенам. Сейчас будет немного… громко.

Они послушались без возражений. Отступили к краям зала. Прижались спинами к холодным стенам.

Я сделал глубокий вдох. Задержал дыхание. И высвободил всё.

Всю свою силу. Всю свою волю. Всю свою связь с Бездной – не сдерживаясь, не контролируя.

Хранилище содрогнулось.

Чёрное Солнце взревело – низкий, утробный звук, от которого закладывало уши и вибрировали кости. Тени, танцевавшие вокруг него, превратились в яростный вихрь.

– Ритуал Деления! – мой голос прогремел под сводами зала, отражаясь многократным эхом.

Сфера абсолютной тьмы начала вибрировать. Её идеально гладкая поверхность пошла рябью, как вода, в которую бросили камень.

Она начала вытягиваться. Превращаться в эллипс.

Затем, с тихим, сосущим звуком, словно пространство само разрывалось, она разделилась на две.

Две абсолютно идентичные сферы. Они вращались друг вокруг друга, как планеты в двойной системе.

Но я не остановился.

– Ещё! – рявкнул я, вливая в артефакт ещё больше силы.

Две сферы разделились на четыре.

Четыре – на восемь.

Четыре из восьми разделились в третий раз, увеличив число сфер до двенадцати.

Дюжина Чёрных Солнц парила в центре зала. Точные копии оригинала, только меньше размером – каждое примерно с человеческую голову. Они вращались в сложном, гипнотическом танце. Связанные невидимыми нитями силы.

Хранилище наполнилось их тихим, многоголосым гулом. Как хор, поющий на языке Бездны.

Я отнял руки от пульта управления. Пошатнулся. Ноги подкосились.

Настя и Эмми тут же оказались рядом. Подскочили, поддерживая меня с двух сторон.

– Костя, ты как? – обеспокоенно спросила Эмми.

– Живой? – добавила Настя, – Ты весь бледный. И потеешь. И выглядишь так, будто сейчас упадёшь в обморок.

– Устал чуток, – выдохнул я, облокачиваясь на них.

Голова кружилась. Перед глазами плыли фиолетовые круги. Во рту был привкус металла. Тело казалось чужим, тяжёлым, словно налитым свинцом.

– Но… доволен.

Я поднял голову. Посмотрел на дюжину своих творений. На дюжину ключей. На дюжину орудий.

Они медленно вращались в воздухе. Каждое излучало мощь. Древнюю. Первобытную. Опасную.

– Теперь, – я улыбнулся, глядя на изумлённые лица своих дочерей и учениц, – мы готовы. Готовы вышвырнуть Бездну из нашего мира. Раз и навсегда.

– Это… это невероятно, – прошептала Сахаринка, глядя на парящие сферы с благоговением.

– Это страшно, – поправила Никталия, – Красиво, но страшно. Как смотреть на ядерную бомбу, украшенную милыми бантиками.

– Точное сравнение, – согласился я, – Эти артефакты – оружие последней надежды.

– И сколько нам понадобится? – спросила Настя.

– Все двенадцать, – ответил я, – Синхронизированные. Активированные одновременно в ключевых точках нашей планеты.

Тишина.

Все смотрели на парящие сферы. Осознавая масштаб.

– Значит, теперь осталось только найти эти ключевые точки? – уточнила Эмми.

– Они уже давно найдены, – кивнул я, – Осталось лишь доставить туда сферы. И подготовить команды. И…

Я не закончил. Потому что в этот момент мир вокруг меня поплыл. Ноги окончательно подкосились.

Я начал падать.

Девочки подхватили меня. Осторожно опустили на пол, подложив под голову чей-то свернутый бушлат.

– Папа! – Сахаринка опустилась рядом на колени, – Папа, ты в порядке⁈

– Просто… устал, – пробормотал я, закрывая глаза, – Очень устал. Дайте минутку. Полежу. И всё будет хорошо.

– Кто-нибудь, зовите медика! – скомандовала Настя, складывая целебные печати, – Быстро!

– Уже бегу! – крикнула Никталия, срываясь с места.

Я лежал на холодном полу хранилища. Над головой парили двенадцать Чёрных Солнц. Девочки суетились вокруг.

И несмотря на слабость, несмотря на боль, я улыбался.

Потому что мы сделали это.

Мы создали оружие против Бездны. Красный Сгуститель, лаборатории, исследования… всё было не зря.

Теперь оставалось только исполнить задуманное.

Но это… это уже завтра.

Сегодня я просто полежу.

Глава 34
Я знаю, о чем ты думаешь. И поверь, я тоже этого хочу

Ночь опустилась на особняк Безумовых. Укутала его тишиной. Впервые за много дней эта тишина была не гнетущей, а… мирной. Усталой. Словно сам мир, израненный и измученный, наконец-то позволил себе короткую передышку.

Я стоял на балконе своей комнаты. Глядел на ночной Синегорье. Город жил. Там, внизу, горели огни. Редкие машины ползли по расчищенным улицам. Где-то вдалеке слышался рокот строительной техники – разбирали завалы, восстанавливали повреждённые здания. Но не было больше ни рева монстров, ни криков ужаса. Ни взрывов, ни сирен.

Город залечивал раны.

Как и мы все.

Тело протестовало против каждого движения. Каждая мышца ныла. Каждая кость жаловалась на перегрузку. Вторая Синхронизация, деление Чёрного Солнца, создание Метки для Насти – всё это выжало меня досуха.

Медики настаивали на постельном режиме. Никталия грозилась привязать меня к кровати. И охранять лично. С транквилизаторами и ружьем наизготовку. Обещала стрелять на поражение при попытке сбежать из кровати. Настя составила график отдыха с точностью до минуты.

Но я не мог спать.

Мысли, как рой взбесившихся ос, кружились в голове. Двенадцать Чёрных Солнц в хранилище. Готовящийся план по изгнанию Бездны. Предстоящий разговор с Императором о координации действий. Подозрения Соколовых, которые повисли над нами дамокловым мечом.

И рана. Свежая, ноющая, незаживающая рана по имени Перчинка.

Я сжал перила балкона. Холодный камень врезался в ладони.

Я потерял дочь.

Она потеряла семью.

Горькая победа логики над сердцем. Над её сердцем. И сокрушительное поражение для моего.

Я провел рукой по лицу, ощущая колючую щетину и… дикую усталость.

Я спас город. Я создал оружие против Бездны. Я вернул божественность Айсштиль. Я начал раздавать Метки своим близким.

Но я не смог уберечь собственную дочь от тьмы, которую она сама в себе взрастила.

Какая ирония. Безумный Бог, повелитель Бездны, мастер контроля над хаосом… не смог контролировать самое важное. Свою семью.

– Отличная работа, Эстро, – пробормотал я себе под нос, – Спас мир, потерял дочь. Идеальный баланс, не правда ли?

Внезапно воздух стал хрупким. Как тонкое стекло, готовое разбиться от одного неосторожного движения.

Температура резко упала. Мой выдох превратился в облачко пара. Волосы на затылке встали дыбом.

Я не напрягся. Не развернулся в боевой стойке. Не призвал щупальца Бездны.

Этот холод был знакомым. Родным.

Но теперь в нем было что-то новое. Что-то… спокойное.

Легкий вихрь снежинок закружился у перил балкона. Они не падали – они собирались. Сплетались в воздухе, формируя изящный, светящийся силуэт.

Через мгновение передо мной, словно сотканная из лунного света и северного сияния, стояла Айсштиль.

Она вернулась.

На ней было простое белое платье. Оно переливалось всеми оттенками полярной ночи – от серебристого до глубокого синего. Босые ноги не касались холодного камня балкона. Просто парили в паре сантиметров над поверхностью. Длинные белые волосы развевались на несуществующем ветру. Глаза сияли, как далёкие звёзды.

Она выглядела… отдохнувшей. Целой. И невероятно, пугающе сильной.

– Берлин устоял, – тихо сказала она, – Как и вся Восточная Европа.

Ее голос теперь напоминал мелодию ледяных колокольчиков. В нём не осталось ни капли прежней резкости, того холодного высокомерия, которое она носила как броню тысячу лет.

– Немцы шлют тебе благодарность. И спрашивают, нет ли у тебя в запасе еще пары богинь льда. На всякий случай. Желательно с гарантией и инструкцией по применению, – она усмехнулась.

– Я подумаю над этим, – я слабо улыбнулся, – Может, открою франшизу. «Богини на заказ. Спасение городов – наша специализация. Скидки при опте».

Она фыркнула. Почти по-человечески.

– Как ты? – спросил я серьёзнее.

– Целая, – она подошла ближе. Вокруг нее воздух мерцал мириадами крошечных льдинок, которые танцевали, словно живые, – И… спокойная. Впервые за долгое время, Эстро. Я чувствую себя… собой. Не осколком. Не сломанной копией великой богини. Просто… собой.

Она остановилась рядом. Оперлась руками о перила. Посмотрела на ночной город.

– Спасибо тебе.

– Не за что, – пожал я плечами, – Ты сама справилась. Я просто… подал сигнал.

– Ты дал мне якорь, – поправила она, – Когда я распадалась на части. Когда моя сила разрывала меня изнутри. Когда я думала, что это конец.

Её голос стал тише. Уязвимее.

– Бесконечная боль. Холод, который замораживал даже мысли. Одиночество во тьме. Я была готова сдаться. Раствориться. Просто… перестать существовать.

Она сжала перила. На камне появились тонкие узоры изморози.

– Но потом я вспомнила. Вспомнила тот хаос, что бушевал в теле Никталии. Ее безумные желания. Ее иррациональные страхи. Ее глупую, безоглядную радость. Всё это было таким… живым. Настоящим. Человечным.

Айсштиль повернулась ко мне. В ее глазах плескалось что-то, чего я никогда раньше не видел. Тепло.

– Вам оказалось полезно узнать друг друга получше, – улыбнулся я, – Пусть и таким… странным способом.

– Да. Я поняла. Хаос – это тоже сила. Не враг. Не разрушение. Просто… другая сторона медали. Если найти в нем свой центр. Свой якорь. Свою точку опоры.

Она протянула руку. Коснулась моего плеча. Прикосновение было прохладным, но не обжигающим.

– Ты был моим якорем, Эстро. Твой зов. Твой «маяк» сквозь Бездну. Он помог мне найти путь обратно. Не дал утонуть в собственном холоде. В собственной гордыне.

Мы помолчали. Стояли рядом и смотрели на огни ночного города. На этот мир, который мы оба защищали. Каждый по-своему.

– А я свой якорь потерял, – глухо сказал я, думая о Перчинке. О её уходе. О том, как она смотрела на меня перед побегом.

– Нет, – Айсштиль покачала головой. Снежинки в её волосах искрились, – Думаешь, он у тебя один? Это не так.

Она отпустила моё плечо. Протянула руку перед собой. Не коснулась моей, просто держала ладонь открытой. В нескольких сантиметрах. Приглашение.

– Изначально ты нес это бремя на своих плечах в одиночку, – сказала она мягко, – Ты был один против всего. Один против хаоса.

Её взгляд потеплел ещё больше.

– Но те времена прошли. Ты больше не один, Эстро. У тебя есть дочери. Ученицы. Союзники. Друзья. Люди, которые верят в тебя. Не потому, что ты бог. А потому, что ты… ты.

Я посмотрел на ее ладонь. Потом в ее глаза.

И увидел там не просто благодарность. Не просто союзничество.

Что-то большее. Глубокое. Настоящее.

Понимание. Принятие. Доверие.

Медленно, очень медленно, я поднял свою руку.

Из моей ладони родилась крошечная искра. Пульсирующая. Живая. Фиолетовое пламя Бездны. Частица моей сущности. Моего хаоса. Моего безумия.

Она танцевала над кожей. Теплая. Хаотичная. Непредсказуемая.

Айсштиль смотрела на нее. Не с опаской. Не с отвращением. С… любопытством.

Потом медленно, очень осторожно, накрыла её своей ладонью.

Она не пыталась ее погасить. Не пыталась заморозить. Не пыталась подавить.

Она окутала.

И произошло чудо.

Вокруг моей искры, внутри ее сомкнутых ладоней, начал формироваться кристалл. Он рос. Обретал форму. Грани. Структуру.

Идеальная, шестилучевая снежинка из чистейшего, прозрачного льда. Каждый луч был уникален. Каждая грань – совершенна.

А в ее сердце, как пойманный светлячок, билась моя искра Бездны.

Не борясь. Не пытаясь вырваться. Не плавя лёд изнутри.

Спокойно. Гармонично. Естественно.

Тепло и холод. Хаос и порядок. Бездна и Лед.

Они не уничтожили друг друга. Не сражались за доминирование.

Они создали нечто новое. Прекрасное и хрупкое. То, чего не существовало раньше.

Айсштиль раскрыла ладони.

Светящаяся снежинка с фиолетовым пульсирующим сердцем зависла между нами. Парила в воздухе. Озаряла наши лица мягким, неземным светом.

Она медленно вращалась. Каждая грань ловила свет города, преломляла его, превращала в радужные блики.

На губах Айсштиль играла легкая, едва уловимая улыбка. Но самая теплая, искренняя улыбка, которую я когда-либо видел на её лице за все наши тысячи лет знакомства.

– Да… – прошептала она, – Даже самые противоположные силы могут найти баланс. Если захотят. Если попытаются.

Я смотрел на снежинку. На этот маленький, хрупкий символ невозможного союза. Он, можно сказать, воплощал собой весь мой безумный план.

Позволить человечеству выжить в безграничном океане Бездны. Выжить, и укротить эту безумную силу. Как когда-то первобытные люди укротили огонь.

– Мы справимся, – сказала Айсштиль тише. Но в её голосе была сталь. Уверенность, – Вместе. Ты, я, твои девочки. Все, кто ещё верит, что этот мир стоит спасать.

Я посмотрел на снежинку. Потом на нее. На богиню, которая тысячи лет была моим противником. Любовницей. Соратницей. Соперником. Препятствием. Наша богатая историй отношений с Айсштиль тянула на отдельную эпопею.

А теперь мы с ней… стали близки так, как не были никогда.

Тяжесть, давившая на плечи, уменьшилась. Не исчезла, нет. Груз ответственности никуда не делся. Боль от потери Перчинки никуда не ушла.

Но теперь я нес всё это не один.

– Вместе, – кивнул я. И впервые за много дней улыбнулся по-настоящему.

Снежинка в воздухе медленно растаяла. Превратилась в облачко серебристого пара. Унеслась прочь на ночном ветру. Растворилась в темноте.

Но её свет… её свет остался. В памяти. В сердце.

Мы стояли на балконе. Двое древних богов, уставших от вечной войны. И в этой тишине, в этом коротком миге покоя, было больше силы, чем в любом грохоте битвы.

– Знаешь, – задумчиво произнесла Айсштиль, – немцы ещё передали, что если ты когда-нибудь соберёшься навестить Берлин, тебе гарантирован пожизненный запас пива. И почётное гражданство. И, цитирую, «любая помощь в борьбе с бюрократией».

Я фыркнул.

– Последнее кажется опаснее, чем пытаться контролировать Бездну…

– Согласна, – она усмехнулась, – Я бы предпочла драться с ордой тварей, чем заполнять немецкие формы в трёх экземплярах.

Мы рассмеялись. Негромко. Устало. Но искренне.

Внизу, в особняке, слышались тихие звуки. Кто-то из девочек не спал. Наверное, Настя – она всегда была совой. Или Никталия, которая, скорее всего, снова пробралась на кухню за ночным перекусом.

Семья. Дом. Тепло.

То, ради чего стоило сражаться.

Впереди нас ждал новый день. Новые враги. Новые испытания. Новые битвы.

Перчинку нужно было найти. Светлану – спасти. Бездну – изгнать. Мир – защитить.

Задач была тьма. Времени – в обрез. Шансов на успех – туманны.

Но мы встретим всё это.

Не в одиночку.

Вместе.

Я посмотрел на Айсштиль. Она смотрела на меня. И в этом взгляде было всё, что нужно было сказать.

Что-то щёлкнуло. Внутри. Как будто невидимая преграда рухнула.

Я шагнул вперёд. Одно движение. Резкое. Решительное.

Моя рука легла ей на талию. Вторая – на затылок, зарываясь в холодные шёлковые пряди волос.

Поцелуй был жадным. Отчаянным. Как будто я пытался выплеснуть всё – усталость, боль, одиночество последних дней, страх потери, отчаянную надежду на будущее.

Холод её губ обжигал. Знакомый, родной холод, который я помнил с самых давних времён. Когда мир был еще молод, а по земле бродили Титаны.

Айсштиль ответила мгновенно. Без секунды колебания. Её руки скользнули мне на плечи, притянули ближе. Она знала, что мне нужно. Всегда знала.

Снежинки закружились вокруг нас. Воздух наполнился мерцающим светом. Холод и тепло, лёд и пламя Бездны сплетались в знакомый, опьяняющий танец.

Её губы были холодными, но поцелуй – горячим. Страстным. Обещающим.

Я чувствовал, как граница между нами размывается. Как наши силы резонируют, отзываются друг на друга, как это было всегда.

Когда мы оторвались друг от друга, оба тяжело дышали.

– Эстро, – прошептала Айсштиль, её руки всё ещё лежали у меня на шее, – я знаю, о чём ты думаешь. И поверь, я тоже этого хочу.

Её большой палец провёл по моей скуле. Нежно. Обещающе.

– Но не сегодня.

– Почему? – голос звучал хриплым. Я притянул её ближе, моё лицо уткнулось ей в шею, вдыхая её холодный аромат, – Мы же…

– Потому что ты еле на ногах стоишь, идиот, – она тихо рассмеялась, но в смехе звучала нежность, – Ты провёл Вторую Синхронизацию. Разделил Чёрное Солнце на двенадцать частей. Создал Метку для Насти. Ты выжат досуха, Эстро.

Её руки скользнули с моей шеи на грудь. Не толкая, просто создавая дистанцию.

– Если мы сейчас начнём… – её губы изогнулись в знакомой, чуть насмешливой улыбке, – ты отключишься на середине. И это будет крайне неловко для нас обоих. Особенно для твоего самолюбия.

Я фыркнул, несмотря на разочарование.

– Ты недооцениваешь мою мощь…

– Нет, – она отстранилась ещё на шаг, и холод её отсутствия был почти физически болезненным, – Тебе нужен отдых. Настоящий отдых. Не пятнадцать минут на балконе с видом на город.

Айсштиль подняла руку. Коснулась своих губ пальцами. В её глазах плескалось тепло и… обещание.

– Когда вернёшь Перчинку. Когда спасёшь Светлану. Когда закроешь порталы Бездны, – она сделала паузу, её взгляд стал мягче, – тогда у нас будет время. Всё время мира. И я обещаю – ты не пожалеешь о том, что подождал. Я покажу тебе то… чего ты ещё ни разу не видел.

– Да? – мои брови взлетели на лоб. Заинтриговала так заинтриговала.

Она медленно отступила к перилам балкона.

– А пока… – её улыбка стала шире, игривее, – иди спать, Безумный Бог. Это приказ.

– С каких пор ты мне приказываешь? – я усмехнулся.

– С тех самых пор, как ты чуть не свалился в обморок в хранилище после деления артефакта, – она приподняла бровь, – Никталия мне рассказала. В красках.

Я застонал.

– Конечно, рассказала. У нашей богини желаний язык длиннее, чем у… Ладно, не важно.

– Очень длинный язык, – согласилась Айсштиль, – Но в данном случае она права. Тебе нужен отдых. Полноценный. Минимум восемь часов. В кровати. Под одеялом. Желательно без ночных кошмаров о порталах Бездны и предательствах дочерей.

Она отступила ещё на шаг.

– Спокойной ночи, Эстро, – её голос стал тише, нежнее, – Отдыхай. Набирайся сил. Завтра… завтра начнётся новая война.

– Спокойной ночи, Айси, – ответил я, – И спасибо. За всё.

Она кивнула. Улыбнулась последний раз – и в этой улыбке было тепло, обещание и что-то ещё. Что-то, от чего сердце билось быстрее.

А потом она распалась – превратилась в вихрь снежинок, которые закружились в воздухе. И унеслись в ночное небо, оставив после себя только лёгкий морозный след.

Я остался один на балконе.

Но одиноким себя не чувствовал.

Мои губы всё ещё хранили холод её поцелуя. Руки помнили изгиб её талии. Сердце билось ровно, спокойно, впервые за много дней.

Я облокотился о перила. Глубоко вдохнул ночной воздух.

Улыбнулся.

Айсштиль была права. Как всегда, чёрт бы её побрал.

Мне нужен был отдых. Настоящий отдых.

А всё остальное… всё остальное подождёт.

Завтра будет новый день.

Новые битвы. Новые испытания.

Но теперь у меня была ещё одна причина победить. Что там мне обещала показать Айси?

Я повернулся. Пошёл внутрь комнаты.

Закрыл за собой балконную дверь.

Рухнул на кровать, не раздеваясь.

И впервые за много ночей заснул почти сразу.

Спокойно.

Глубоко.

С улыбкой на губах.