Текст книги "Возвращение Безумного Бога 15 (СИ)"

Автор книги: Архимаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

– Это был контролируемый пожар! – возразила Никталия, – Вполне в рамках нормы!

Светлана смотрела на торт с чем-то похожим на гордость. Это было её кулинарное творение. Первое в жизни. Не идеальное, немного кривоватое, но… сделанное своими руками.

– Давайте попробуем, – предложила Эмми, уже протянув руку за ножом.

– Подожди! – Никталия отдёрнула её руку, – Сначала автор должна попробовать! Это традиция! Ну, я только что её придумала, но всё равно!

Она отрезала небольшой кусочек и протянула Светлане на блюдце.

– Ну же! Пробуй! Не стесняйся!

Светлана взяла вилку. Отломила кусочек. Поднесла ко рту.

Жевала медленно, задумчиво. Её лицо было сосредоточенным – словно она анализировала вкус на молекулярном уровне.

– Ну? – нетерпеливо спросила Никталия, – Как? Вкусно? Гениально? Достойно богов? Рецепт Никталии безупречен?

Светлана продолжала жевать. Не отвечала.

И вдруг замерла.

Её зрачки, лазурные и яркие, сузились в точки. Крошечные. Нечеловеческие.

Воздух вокруг неё исказился.

– Госпожа в опасности, – прошептала она голосом, который одновременно был и не был её собственным.

Лазурное сияние вспыхнуло – ослепительное, яростное, заполнившее всю кухню.

Эмми отшатнулась, прикрывая глаза:

– Что такое⁈ Света⁈

Никталия стояла с широкой улыбкой, совершенно не понимая происходящего:

– Ну как? Вкусно? Я же говорила, мой рецепт…

Кулак Светланы врезался ей в лицо.

Удар был быстрым. Точным. Безжалостным. С силой десятка обычных людей, усиленной Лазурным Даром.

Никталия отлетела назад, как тряпичная кукла. Пролетела насквозь через стол с ингредиентами, через полки с кастрюлями, через стеллаж со специями. Прихватывая всё за собой.

*ГРОХОТ*

*ЗВОН*

*ТРАХ-БА-БАХ*

Богиня врезалась в дальнюю стену и рухнула на пол, погребённая под лавиной кухонной утвари. Мука взметнулась облаком. Яйца разбились, растекаясь жёлто-белыми лужами. Кастрюли покатились во все стороны.

Тишина.

Потом из-под горы обломков медленно поднялась рука. Вялая. Дрожащая. С венчиком, зажатым между пальцев.

– Значит… – донёсся слабый, но всё ещё жизнерадостный голос Никталии, – Понравилось?

Глава 27
Я не хочу…

Эмми застыла на месте. Глядела то на неподвижную Светлану, окружённую аурой лазурного огня, то на руины, которые раньше была частью кухни.

– Э-э-э… – пролепетала она, – Кто-нибудь… может объяснить… ЧТО ТОЛЬКО ЧТО ПРОИЗОШЛО⁈

Светлана не ответила. Она стояла неподвижно, её глаза смотрели в никуда, сквозь стены, сквозь пространство. Лазурное сияние пульсировало вокруг неё волнами.

Где-то глубоко в подземелье особняка, в запечатанном хранилище, Перчинка вдруг дёрнулась, словно от удара.

Её ментальная связь с подконтрольной Светланой сработала как сигнал тревоги. Яркий. Кричащий. Неотложный.

«Госпожа в опасности».

Автоматический протокол защиты, вшитый в саму структуру нового нектара.

– Чёрт, – прошептала Перчинка, бледнея.

Костя, стоявший напротив неё, мгновенно напрягся:

– Что случилось?

– Светлана, – выдохнула Перчинка, – Она… активировалась.

Его глаза сузились:

– Что ты сделала?

– Ничего! Я здесь с тобой! Это… это автоматический протокол! Если она почувствовала, что я в опасности… Я недооценила силу ее сенсорики…

Она не закончила.

Потому что в этот момент, где-то наверху, в разрушенной кухне особняка Безумовых, Светлана Соколова (одна из сильнейших воительниц Империи) медленно повернула голову в сторону выхода из кухни.

И сделала первый шаг.

* * *

Эмми стояла, застыв на месте, пытаясь осмыслить происходящее. Светлана (их соратница, невеста Кости) только что отправила богиню желаний в нокаут одним ударом. И сейчас стояла посреди разрушенной кухни, окружённая аурой лазурного пламени. Со взглядом, устремлённым куда-то сквозь стены.

– Света? – осторожно позвала Эмми, медленно поднимая руки в примирительном жесте, – Эй, всё в порядке? Ты… э-э-э… может, торт был слишком калорийным?

Светлана повернула голову. Движение было плавным, но как-то… неправильным. Слишком точным. Механическим.

– Эмми, – произнесла она спокойным голосом, – Не мешай.

– Окей, хорошо, ты меня узнаёшь, это прогресс, – Эмми попыталась улыбнуться, – Но может, сначала объяснишь, почему только что запустила Никталию через половину кухни? Я знаю, что иногда очень хочется это сделать, но это как бы немножко, самую малость… перебор.

– Она мешала, – Светлана сделала шаг вперёд. Её лицо хмурилось, словно в задумчивости, – Надо защитить госпожу.

– Госпожу? – Эмми нахмурилась, – Свет, о ком ты? Здесь только мы! Ты, я, и Никталия под горой кастрюль!

– Технически я под горой кухонной утвари! – донёсся приглушённый голос из завала, – Кастрюли – это только верхний слой! Дальше идут сковородки, потом специи, потом… кажется, чья-то обувь? Откуда здесь обувь⁈

Светлана остановилась. Её лицо дёрнулось, словно в нём боролись два разных выражения.

– Госпожа… Перчинка… в опасности, – её голос звучал почти нормально, но с какими-то странными паузами, – Должна… нет, подожди, почему я должна? Я же… устранить угрозу. Немедленно.

– Света, постой! – Эмми шагнула ближе, – Ты сейчас говоришь странно! Тебе правда нужно защищать Перчинку? Или кто-то внушил тебе это?

– Никто не внушал, – Светлана покачала головой, но движение было слишком резким, – Защита члена семьи – приоритет. Хотя почему приоритет? Я вообще-то не особо… нет, всё же приоритет. Я же должна защищать своих…

Эмми похолодела. Это было неправильно. Светлана никогда так не говорила. Она всегда была собранной, чёткой, уверенной. А сейчас… сейчас она звучала как два человека, говорящих одновременно.

– Света, послушай меня внимательно, – Эмми шагнула к ней, протягивая руки, заговорила медленно, отчётливо, – Ты помнишь, что было до того, как ты съела торт?

– Торт? – Светлана снова дёрнулась, – Да, помню. Мы готовили. Ты, я, Никталия. Было… приятно. Я впервые готовила. Мне понравилось. Нужно идти вниз. Сейчас же.

– Видишь⁈ – Эмми указала на неё пальцем, – Вот это! Эти переключения! Ты говоришь нормально, а потом выдаёшь какую-то установку! Как будто кто-то нашептал тебе в ухо!

– Никто не нашёптывал, – Светлана начала обходить Эмми, – Это мои собственные мысли. Чёткие. Понятные. Защитить госпожу от… от чего, кстати? Что ей угрожает? Кажется, я забыла. Неважно. Защитить.

Эмми метнулась, загораживая ей путь к двери:

– Нет-нет-нет! Пока не объяснишь, что происходит, никуда не идёшь!

Светлана остановилась. Посмотрела на Эмми. В её лазурных глазах что-то мелькнуло – борьба? Сомнение?

– Эмми, пожалуйста, отойди, – в её голосе прозвучала почти человеческая просьба, – Я не хочу тебя ранить. Но я… я должна идти. Это важно. Жизненно важно. Хотя я не понимаю почему. Но точно важно.

– Света, это не ты! – Эмми схватила её за плечи, – Послушай себя! Ты сама не понимаешь, что говоришь! Это опять Никталия что-то в торт добавила!

– Па-а-апрашу! – долетел слабый голос из кучи, – Почему Никталия вечно козел отпущения? Чуть что не так, так сразу Никталия виновата…

– Никто мной не управляет, – механически ответила Светлана, – Я полностью контролирую ситуацию. Мои действия логичны и… и… почему я вообще здесь стою? Мне нужно вниз. К Перчинке. Защитить её от… него? Нет, это бред. Он ей не угрожает. Он её отец. Угрожает. Определённо угрожает. Устранить угрозу.

– Ч… что? – Эмми округлила глаза.

Из-под груды кастрюль раздался стон. Потом скрежет металла. И наконец, Никталия вылезла наружу, вся в муке. Венчик теперь почему-то торчал из её волос.

– Так, – произнесла она, отряхивая тесто с платья, – Кто-нибудь может объяснить, почему меня только что использовали как кегль в боулинге?

– Никталия! – Эмми обернулась, – С Светой что-то не так! Она говорит странности и собирается идти в подвал!

– В подвал? – Никталия почесала затылок, и венчик выпал с тихим звоном, – А там что, распродажа? Или… – её глаза расширились, – Ооо… подожди! Я чувствую что-то!

Она подошла ближе, прищурившись. Вокруг её рук начало мерцать розоватое сияние – сила богини ночных желаний.

– Это… это не её желание, – прошептала Никталия, всматриваясь в ауру Светланы, – Там что-то ещё. Чужое. Навязанное. Как… как программа, наложенная поверх её сознания.

– Можешь её снять? – быстро спросила Эмми.

– Ващ-щ-ще легко! – Никталия потёрла ладони, – Желания мой конек! Только предупреждаю: я в последний раз делала ментальную магию лет… сколько там? Много. Могу случайно стереть её воспоминания о последнем часе. Или заставить влюбиться в первого встречного. Или…

– Никталия!

– Ладно-ладно! Попробую!

Богиня протянула руки к голове Светланы. Розовое сияние усилилось, потекло, обвивая лазурную ауру воительницы.

Светлана дёрнулась, пытаясь отступить, но Эмми сзади крепко обхватила её за плечи.

– Давай! – прокричала Эмми, – Я её держу!

– Отпусти, – монотонно произнесла Светлана, – Эмми, отпусти немедленно. Не хочу тебе вредить…

– А мне, значит, с размаху в челюсть без разговоров? – возмутилась Никталия.

– Это приказ, – продолжала Света, – Нет, подожди, у меня нет права приказывать. Но мне нужно… нужно защитить… кого я защищаю? Ах да, госпожу. Которая Перчинка. Которую я вообще-то в гробу видала…

Никталия глубже погрузилась в ментальное пространство. Её лицо напряглось.

– О боги, – прошептала она, – Это же… это шедевр! Многослойный контроль! Видишь, Эмми? Нет, конечно, не видишь, ты же не богиня. Но там целая паутина! Триггеры, команды, протоколы!

– Можешь разорвать⁈

– Пытаюсь! Но это как распутывать наушники! Знаешь, когда они в кармане запутались в узел, и чем больше тянешь, тем хуже?

Розовое сияние вспыхнуло ярче. Никталия зажмурилась, её лицо исказилось от напряжения.

– Есть! Вижу главную нить! Сейчас дёрну и… Готово!

Светлана выдохнула. Её лазурная аура взорвалась наружу – волна чистой силы, отбросившая обеих девушек в разные стороны.

Никталия врезалась в стену и сползла вниз, оставляя мучной след.

– Ауч… – пробормотала она, – Значит, не готово…

Эмми откатилась по полу, больно ударившись спиной о ножку стола.

Светлана стояла посреди кухни. Её аура бушевала вокруг, как штормовое море.

– Попытка вмешательства зафиксирована, – произнесла она голосом, в котором не осталось ничего человеческого, – Классифицирована как враждебная. Применение силы – разрешено.

– Ох… – выдохнула Эмми, с трудом поднимаясь, – Света, мы не враги! Мы пытаемся тебе помочь!

– Помощь не требуется, – Светлана сделала шаг к двери, – Миссия в приоритете. Защита госпожи. Устранение угрозы.

Эмми поняла – разговоры не работают. Что бы ни управляло Светой, оно слишком глубоко. Слишком сильно.

Оставался только один вариант.

– Никталия, – позвала она, не отводя взгляда от Светланы, – Беги. Предупреди Костю. Скажи, что Света идёт, и она не в себе.

– А ты? – Никталия с трудом поднималась, держась за стену.

– Я задержу её, – Эмми сжала кулаки. Вокруг нее вспыхнул покров, – Сколько смогу.

– Эмми, она же сильнее тебя! В десятки раз! А может и в сотни…

– Знаю, – Эмми усмехнулась, – Поэтому беги быстро.

Никталия колебалась секунду. Потом кивнула и рванула к боковому выходу.

Светлана метнулась перехватить её.

Эмми преградила путь.

– Извини, Свет, – произнесла она, принимая боевую стойку, – Но через меня не пройдёшь.

Светлана остановилась. Посмотрела на Эмми. В её глазах мелькнуло что-то – сожаление? Или просто расчёт?

– Эмми, отойди, – её голос стал почти умоляющим, – Пожалуйста. Я не хочу тебя ранить. Мы боевые товарищи…

– Света… – Эмми печально улыбнулась, – Это не ты, Света. Кто-то играет тобой, как марионеткой.

– Никто не играет, – Светлана шагнула вперёд, – Я полностью контролирую… я не контролирую… контроль абсолютен. Протокол защиты активирован.

Её рука метнулась вперёд – прямой удар, усиленный лазурной силой.

Эмми едва успела блокировать. Фиолетовое сияние вспыхнуло, приняв на себя удар.

Ударная волна разнесла остатки кухонной утвари. Стол треснул пополам. Окна зазвенели.

Эмми откатилась назад, её руки онемели от силы удара.

«В десять раз сильнее» было оптимистичной оценкой. При этом Эмми не отпускало ощущение, что Света сдерживается… очень сильно сдерживается.

Светлана атаковала снова – серия быстрых ударов, каждый смертельно точен.

Эмми уклонялась, блокировала, отступала. Она была быстрой. Изворотливой. Но Светлана была опытнее. Сильнее. И сейчас – безжалостнее.

Удар в живот. Покров изогнулся, никак не защищая хозяйку. Эмми согнулась, воздух разом покинул легкие.

Удар в плечо.

*Хруст*

Что-то треснуло.

Эмми рухнула на колени, задыхаясь. Реген заработал, но как-то медленно, неспешно…

– Света… пожалуйста… – прохрипела она.

Светлана занесла руку для финального удара. Лазурное сияние сконцентрировалось вокруг кулака.

И замерла.

Её лицо исказилось. В глазах промелькнула боль.

– Эмми… – прошептала она почти человеческим голосом, – Беги… я не могу… не могу остановиться…

– Знаю, – Эмми улыбнулась сквозь боль, – Поэтому я… не убегаю.

Глава 28
Почему я в цепях?

– Глупо, – Светлана дёрнулась, борясь сама с собой, – Очень глупо. Благородно. Глупо. Эмми всегда была импульсивной. Нейтрализовать. Сейчас.

Кулак опустился.

И вдруг…

*БАХ!*

Что-то врезалось в Светлану сбоку, отбросив её через всю кухню. Она рухнула в угол, её аура на мгновение дёрнулась.

На месте, где она только что стояла, приземлилась Сахаринка. Все четыре её руки были растопырены, хитиновая броня ощетинилась шипами.

– Что у вас тут вообще происходит⁈ – заорала она, развернувшись к Светлане.

Эмми застонала:

– Сахарок… не надо… она не…

– Вижу, что не в себе! – Сахаринка не отводила взгляда от Светланы, которая уже поднималась, – Поэтому и пришла! Услышала грохот! Думала, вы там просто готовите громко, но нет! Ты тут лупишь Эмми!

Светлана встала. Отряхнулась. Её взгляд упал на Сахаринку – холодный, оценивающий.

– Сахаринка, – произнесла она, – Препятствие. Среднего уровня угрозы. Устранить. Хотя она же моя… наша… семья? Устранить.

– Вот видишь? – Сахаринка указала на неё, – Ты опять говоришь странности! Света, что с тобой?

Истребительница ринулась вперёд.

Сахаринка встретила её в лоб. Четыре руки против двух. Хитин против лазурного сияния.

Удар. Блок. Контрудар.

Сахаринка была сильной. Даже… невероятно сильной. Но Светлана…

Светлана была на совсем ином уровне. Даже при том, что часть ее сознания продолжала сдерживаться.

Удар в корпус отбросил Сахаринку назад. Та врезалась в стену, оставив глубокую вмятину, покрытую трещинами.

– Ох… – прохрипела мирмеция, с трудом поднимаясь, – Окей, больно. Очень больно.

Светлана шла к ней, методично, неумолимо.

– Сахаринка, – произнесла она, и в голосе прозвучало что-то похожее на извинение, – Ты хорошая девочка. Самая лучшая. Устранить.

Она занесла руку.

Сахаринка закрыла глаза, приготовившись к удару.

*ГРОХОТ*

Дверь кухни вылетела с петель.

Через проём ринулась волна хитина – десятки мирмеций, привлечённых грохотом боя.

Они двигались как единый организм. Как рой, атакующий крупного хищника. Не для убийства – для обездвиживания.

Первая волна накрыла Светлану снизу, хватая за ноги. Вторая – за руки, торс, плечи. Третья волна состояла из летающих мирмеций с крыльями – они попыталась зафиксировать голову.

За три секунды Истребительница превратилась в кокон из дюжины мирмеций, цепляющихся за каждую конечность, каждый сустав.

– Удержать цель! – прокричала одна из солдат, – Не отпускать! Сестра Сахаринка, отходи!

Светлана замерла. На мгновение показалось, что сработало.

А потом…

Её аура вспыхнула.

Не плавно. Не постепенно. Одним мощным, яростным взрывом.

Лазурное пламя разлилось волной, отбрасывая мирмеций, как листья на ветру. Они отлетели во все стороны – в стены, в потолок, друг в друга. Хитиновая броня трещала от ударов. Несколько девочек вырубились мгновенно от ментального шока.

Светлана встряхнулась (резко, по-звериному) и последние цепляющиеся мирмеции разлетелись в стороны.

Она стояла посреди кухни, окружённая оглушёнными телами. Её дыхание было ровным. Аура пульсировала угрожающе.

– Препятствия устранены, – монотонно произнесла она, – Продолжаю выполнение миссии.

Сахаринка смотрела на неё с ужасом.

– Света… ты только что… всех наших…

– Живы, – перебила Светлана, – Не убита ни одна. Повреждения минимальны. Смертельная сила не применялась. Летальные повреждения исключены. Протокол выполнен.

Она повернулась к Сахаринке. Сделала шаг.

– Твоя очередь, – её голос был абсолютно спокойным, – Нейтрализация. Без летального исхода. Ты важна для семьи. Но препятствие должно быть устранено.

Сахаринка попятилась, но спина упёрлась в стену.

Выхода не было.

Светлана подняла руку.

И вдруг остановилась.

Её лицо исказилось. В глазах промелькнула боль – настоящая, человеческая.

– Не могу, – прошептала она, – Сахаринка… она… семья… не могу… должна… протокол… приоритет…

Две команды боролись в её голове. «Устранить препятствие» против «не навредить семье».

И на мгновение, всего на мгновение, человечность победила.

– Беги, – выдавила Светлана сквозь зубы, её рука дрожала в воздухе, – Обе. Бегите. Пока я… пока могу держаться… бегите к Косте… предупредите…

Сахаринка не раздумывала. Схватила раненую Эмми под руку, перекинула через плечо и рванула к выходу, перепрыгивая через оглушённых сестёр.

– Держись, Света! – крикнула она на бегу, – Мы вернёмся! Поможем! Обещаю!

Светлана стояла посреди разрушенной кухни, окружённая грудой мирмеций и обломками. Дрожала всем телом. Её аура бушевала, вспыхивала, гасла.

А потом…

*Щелк*

Что-то в её голове встало на место. Протокол переписал приоритеты. Нашёл обходной путь.

Её глаза снова стали холодными.

– Препятствия устранены, – произнесла она монотонно, – Продолжаю выполнение миссии. Защита госпожи. Устранение угрозы.

Она развернулась и быстрым шагом направилась к выходу из кухни. В сторону подвала.

А особняк уже кипел. В сторону кухни стекались дополнительные отряды мирмеций-солдат и магов, вооруженные уже боевым оружием…

* * *

Светлана шла по коридору быстрым шагом, с каждой секундой приближаясь к подвалу. Её лазурная аура пульсировала ровным, угрожающим светом. Мирмеции пытались остановить её – группами по пять, по десять, выстраивая живые стены, накладывая заклинания…

Бесполезно.

Она проходила сквозь них, как нож сквозь масло. Не убивая. Не калеча. Просто… отбрасывая. Нейтрализуя. С пугающей эффективностью.

Одна из мирмеций-магов попыталась наложить ментальный блок. Светлана даже не среагировала – её аура автоматически отразила заклинание, и маг рухнула без сознания от обратного удара.

Три мирмеции-солдата бросились на неё одновременно с разных сторон. Она просто шагнула в сторону, позволив им проскочить мимо, и ударила каждую по затылку – быстро, точно. Они осыпались, как подкошенные колосья.

Коридор за ней был усыпан телами оглушённых мирмеций. Все живы. Все целы. Но все выведены из строя.

Идеально: минимум повреждений, максимум эффективности.

Светлана дошла до лестницы, ведущей в подвал. Начала спускаться.

Но навстречу ей поднимались трое.

Костя. Перчинка. Никталия.

Костя выглядел бледным, усталым, но его глаза горели решимостью. Перчинка стояла рядом, её четыре руки были сжаты в кулаки. Никталия… Никталия выглядела взъерошенной, вся в муке, с синяком под глазом, но живой.

– Света, – тихо произнёс Костя, – Стой.

Светлана не остановилась. Продолжала спускаться, шаг за шагом.

– Препятствие, – монотонно произнесла она, – Эстро Безумов. Уровень угрозы – критический. Устранить. Защитить госпожу. Приоритет максимальный.

– Госпожу? – Костя бросил быстрый взгляд на Перчинку, – Вот как.

Перчинка побледнела ещё сильнее.

Светлана ускорилась. Её аура вспыхнула ярче.

Из-за углов, из боковых проходов, даже из вентиляционных шахт выплеснулись мирмеции. Два десятка. Три. Четыре.

Они обрушились на Светлану лавиной, хватая, цепляясь, фиксируя. Маги начали накладывать печати подавления – одну за другой, слой за слоем.

Светлана попыталась сбросить их, как раньше. Её аура вспыхнула…

– Перчинка! – резко приказал Костя, – Останови её! Сейчас!

Перчинка дёрнулась. Её лицо исказилось – борьба, сомнение, страх. Но она подчинилась.

– Светлана Соколова, – произнесла она чётко, активируя ментальную связь, – Приказываю. Остановись. Немедленно. Не сопротивляйся. Подчинись.

Эффект был мгновенным.

Светлана замерла. Абсолютно. Как статуя. Её аура погасла. Мышцы расслабились.

Мирмеции, не теряя времени, начали накладывать путы – не обычные, магические. Светящиеся руны оплели её запястья, лодыжки, шею. Печати подавления легли слой за слоем, блокируя доступ к силе.

Светлана не сопротивлялась. Даже не дёрнулась.

Просто стояла, с пустым взглядом, пока её превращали в беспомощную пленницу.

Костя медленно подошёл ближе. Его лицо было мрачным.

Он протянул руку, коснулся её виска. Закрыл глаза, погружаясь в ментальное пространство.

Секунды тянулись.

Его лицо всё больше хмурилось. Брови сходились на переносице. Губы сжимались в тонкую линию.

Наконец он отстранился. Открыл глаза.

– Чёрт, – тихо выдохнул он.

– Папа? – осторожно спросила Перчинка, стоящая рядом.

Костя посмотрел на неё. Долгим, тяжёлым взглядом.

– Ты заколдовала её капитально, – произнёс он, и в его голосе не было ни капли тепла, – Это не просто контроль. Это… интеграция. Нектар сросся с её духовной структурой так глубоко, что…

Он не закончил. Просто покачал головой.

Перчинка сглотнула.

– Я… я говорила. Что это необратимо…

В этот момент Светлана дёрнулась.

Её глаза, до этого пустые, вдруг сфокусировались. Зрачки расширились. В них промелькнуло осознание.

– Что… – прохрипела она, – Что происходит? Где я?

Она попыталась пошевелиться. Цепи звякнули, не давая двинуться.

– Почему… почему я в цепях? – её голос дрожал от растущей паники, – Костя? Что… что происходит?