290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Озборн (СИ) » Текст книги (страница 1)
Озборн (СИ)
  • Текст добавлен: 13 марта 2020, 14:00

Текст книги "Озборн (СИ)"


Автор книги: Arbalet






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц)

========== Пролог ==========

I won't stay long

In this world so wrong...

Сознание вернулось мгновенно. Вот только что я плавал в какой-то странной, белесой пустоте, как вдруг, в течение тысячной доли секунды, она превратилась в тьму. Грань между переходом от беспамятства к тьме под веками, и от нее – к свету яркой лампы дневного света, висящей под потолком, была резкой, словно острие ножа. Я услышал судорожный вздох, и только через невыразимо долгую секунду понял, что этот вздох вырвался из моей груди.

Стон. Тоже мой. Почему-то понимание того, что я все еще живу, не принесло ожидаемого облегчения. C другой стороны, а чего вы хотели от того, кто так мечтал свести счеты с жизнью, что прыгнул с моста?

Значит, все-таки спасли. Хм… Не то, чтобы я не рад, но… Пожалуй, присутствует некая досада от того, что мне не удалось довести свой замысел до конца.

Он пришел в себя!

Взволнованный голос. Кажется, женский.

Не слишком яркий, в общем-то, свет ослеплял, перед глазами все расплывалось, словно кто-то забыл подкрутить резкость на экране. Пришлось снова прикрыть веки, дабы приглушить резь под ними. Послышалась какая-то возня, по самому краешку сознания скользнула мысль, что это может быть важно. Но снова открыть глаза было выше моих сил. На несколько секунд я позволил себе скользнуть в небытие. Понадобилось неожиданно сильное усилие воли, дабы вернуться оттуда, и снова начать кое-как воспринимать действительность. Однако резь, что поселилась в моих глазах, не спешила уходить, так что я предпочел оставить веки закрытыми.

Гарри, – снова голос. На этот раз мужской. Властный, резкий. Странно-знакомый, но я так и не могу понять, чей именно. – Гарри, ты меня слышишь?

Понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать, что обращаются ко мне. Захотелось сказать, что они ошиблись, что я – вовсе не какой-то там Гарри, а самый натуральный Владимир Симанович – 32-летний житель Риги, который не слишком-то успешно пытался свести счеты с жизнью. Но голос не подчинялся мне, я мог лишь беспомощно приоткрывать рот, едва разлепляя губы, и пытаясь совладать с одеревеневшим, жестким, словно кусок застывшей смолы, языком.

Мистер Озборн, я снова прошу вас удалиться! – похоже, этот голос уже принадлежит медсестре, или какому-то доктору. Только они умеют генерировать такой тон – властный, и в то же время, не раздражающий. – Ваш сын в порядке, ему просто нужно время, чтобы восстановиться! Но вы, своим поведением лишь мешаете лечению!

Хе-хе.. Похоже, мистеру Озборну, действительно придется удалиться...

Стоп! “Мистеру Озборну”? “Сын”? “Гарри”?

Понимание пришло мгновенно. Захотелось со всей силой впечатать себе ладонь в лоб. Мог бы сразу догадаться, что это сон.

Ведь нет никакого удивления. Как будто не происходит с тобой событие бесконечно малой вероятности. Как будто неожиданно стать героем комикса – это нормально. Отсутствие критического мышления – явный признак того, что находишься во сне.

В самом деле, понимание того, что произошло, должно было потрясти меня гораздо сильнее. В моем мозгу научного работника с двенадцатилетним стажем должно было возникнуть тысяча и одно правило, гласящее, что происходящее – невозможно. Не возникло. Вместо этого, у меня в голове звучало что-то вроде: “Ну, стал ты Гарри Озборном, ну и что?”.

Странно, но понимание того, что я сплю – не особенно-то успокаивало. Может, все дело в том, что боль была вполне реальной, и мышцы по всему телу содрогались от постоянных спазмов.

Блин. Что же мне такое вкололи, что я словил такой резкий приход?

Он в сознании? – голос Нормана Озборна доносился до меня, словно сквозь вату.

Диаграмма мозга показывает, что да, – без особого удовольствия, ответил врач.

Хорошо.

И все? Не будет заботливых отеческих объятий, не будет обещания, что я обязательно выздоровею? Просто “хорошо”, и все?

Мда. Норман Озборн явно не претендует на премию “Отец Года”.

Думать совсем не получается. Мысль дробится на куски, и начав размышлять над одним, я додумываю уже совсем другое. Надо бы проснуться…

Память Гарри Озборна обрушилась на меня совершенно неожиданно. Сознание забилось в агонии, пытаясь спрятаться от ошеломляющего знания о том, что я – шестилетний мальчик, сын миллионера Нормана Озборна – владельца Озкорп Индастрис – одной из крупнейших промышленных корпораций в стране. Память не была фрагментирована, и не было никакой возможности усвоить ее постепенно – водоворот воспоминаний просто закружил меня, заставляя заплутать в мешанине образов из не моего прошлого.

Должно быть, тело маленького Гарри (или… уже мое тело?) также начало биться в конвульсиях, вслед за сознанием, ибо руку вдруг обожгло болью, на грудь и плечи навалилась неимоверная тяжесть. Сквозь вату, набитую в уши, пробивались крики персонала, пытающегося меня успокоить, но я едва слышал их. Голос Нормана среди них я так и не распознал.

========== Глава 1 ==========

Держись…

Сейчас будет еще одна жизнь.

Хотя можешь не вставать с дивана,

На экране все равно

любимое кино

И любимая сцена в ванной…

Это не обсуждается, – в словах главы ОзКорп угадывалась сталь.

Я вздохнул. С тех пор, как мое сознание оказалось в теле Гарольда Озборна прошло уже три месяца. И теперь отрицать очевидное и утверждать, что все это – сон, было проблематично даже для меня. Пришлось признать – теперь я буду жить в шкуре сына миллиардера… не такая уж плохая перспектива, если судить с этой точки зрения. Другое дело, что через пару лет, мой папаша наверняка свихнется, схлестнется с моим лучшим другом (с которым, кстати, я еще даже не познакомился), почти развалит многомиллионную корпорацию, которую сам же и создал… ну и подтолкнет меня к моей собственной смерти. И даже если превращения в Гоблина мне удастся избежать, то дальше, судя по той информации, что отложилась в моей памяти, начнется такой кабздец, что хоть стой, хоть падай. Поэтому игнорировать возможное будущее я не собирался.

Пап, – обращение сорвалось с губ легко, видимо, память Гарри здорово помогла адаптироваться в новых для сознания реалиях, – мне не нужна нянька.

Что во фразе “это не обсуждается”, тебе не понятно? – раздраженно спросил Норман. Впрочем, это был риторический вопрос: память Гарри предупреждала об этом совершенно однозначно. Когда старший Озборн начинал говорить таким тоном, лучше бы молчать и не отсвечивать. Поэтому я, собственно, молчал и не отсвечивал.

В очередной раз утвердив свой авторитет, Норман удовлетворенно кивнул, и нажал какую-то кнопку на монструозном аппарате, что стоял на его рабочем столе:

Кэтрин, пригласите, пожалуйста, мисс Смит.

Слушаюсь, мистер Озборн, – голос миловидной секретарши разнесся по громадному кабинету. Секретарши эти, судя по памяти Гарри, менялись у отца чаще трех раз в месяц, так что запоминать очередную я считал ниже своего достоинства.

Дверь открылась, и в кабинет уверенно вошла строгая женщина, лет, должно быть, не меньше тридцати. Темно-каштановые волосы, идеально уложенные в сложную прическу на голове и закрепленные богато украшенной заколкой, венчали ее миловидную головку. Лицо не вызывало отторжения, хотя красивым я бы его не назвал – та же новая секретарша Озборна даст сто очков вперед моей, очевидно, няньке, в плане внешности. Серые глаза женщины скрыты за строгими очками, прямой нос, на мой взгляд длинноват. Тонкие губы, сейчас плотно сжатые, отчего кажутся еще тоньше. Слегка полноватые щеки, короткий подбородок – и все это великолепие на длинной, лебединой шее. Женщина была одета в строгий деловой пиджак серого цвета, и подобранную ему в тон узкую юбку. На ногах – классические туфли на не слишком высоком каблучке.

Она сильно напоминала учительницу младших классов, если честно. Вот только под пиджаком угадывались очертания кобуры с пистолетом, и это несколько портило впечатление.

Айрис, – пока мы рассматривали друг друга, обратился к женщине Норман, – с сегодняшнего дня тебе предстоит обеспечивать безопасность этого молодого человека. Я надеюсь, вы быстро найдете общий язык.

Вряд ли… Но не будем загадывать.

Женщина кивнула. Я последовал ее примеру, и мы продолжили молчаливо изучать друг друга.

Что ж, – кашлянул Норман, когда молчание стало уж совсем неприличным, – я думаю, тебе лучше поехать домой, Гарри. Айрис отныне будет… тебе помогать.

Ага… Даже старший Озборн, очевидно, несколько смущен. Забавно. Я вообще считал, что это невозможно.

Спасибо, пап, – я постарался скрыть иронию в голосе, но, честно говоря, получилось хреново. – Даже не знаю, что бы я без тебя делал...

И кто меня за язык тянул?! Блин! Ляпнул, совершенно не подумав. И ведь Норман не забудет данный демарш, вон как глазки прищурил. Ох, влетит мне за эту фразочку, ох влетит!

Впрочем, нет худа без добра. Слегка приподнятые брови Айрис, и улыбка в уголках ее губ показывали, что моя фраза ей, очевидно, понравилась. Это, наверное, хорошо…

Так, – заговорил я, когда мы залезли в автомобиль, и моя нянька уселась за руль, – давай...те, кое-что проясним, хорошо?

Девушка нахмурилась. Потом осторожно кивнула.

Мне хотелось бы понять ваш статус. Чем вы собираетесь заниматься, болтаясь рядом со мной?

Мда. Она посмотрела на меня ТЕМ САМЫМ взглядом. Ну, я, конечно, понимаю, что задаю НЕ ТЕ вопросы, которые взрослые ожидают от шестилетнего мальчишки. Но, что ж поделать, сознание у меня взрослое, а тело – нет.

Мгм… – Айрис замялась, разогналась до средней скорости, вливаясь в сплошной поток машин. – Честно говоря, раньше мне не приходилось работать с детьми…

Это не ответ на вопрос.

Она вздохнула, перестроилась в более быстрый ряд, стала набирать скорость.

Ваш отец… довольно нечетко обрисовал список моих обязанностей, – проговорила, наконец, Смит, сосредоточенно дергая рычаг трансмиссии. – Очевидно, он (как и я, впрочем) не ожидал, что вам может понадобиться что-то… кроме защиты. Однако в понятие “защиты” вкладывалось: “защита от неприятностей”, а не “защита от пули”. Ибо смысла вас убивать пока, вроде бы, нет. Поэтому мой статус…э-э-э...

Нянька, – подсказал я, после тяжелого вздоха.

Ну… можно и так сказать.

Ясно, – я поджал губы, стараясь скрыть свое недовольство.

Никогда не думал, что дети сталкиваются с таким пренебрежением в свой адрес. Меня никто не воспринимал всерьез! И это, если честно, бесило.

Ладно. Злиться бессмысленно. Я не любил злиться еще в прошлой жизни, а теперь-то уж и подавно.

Еще один вздох. Вообще, жизнь Гарри Озборна особо не баловала. Мать свою он потерял давно, а отец на сына особого внимания не обращал. Парень рос, не особенно задумываясь над тем, что из себя представляет жизнь, друзей у него не было, а взрослые относились к мальчику весьма холодно – очевидно, брали пример с отца. И вот, неожиданно, персональная нянька…

С другой стороны, почему “неожиданно”? После того, как Гарри выскочил на дорогу, был сбит каким-то лихачом и чуть не погиб, Норман, очевидно, наконец, решил озаботиться безопасностью сына. Хотя, почему “чуть”? По сути, Гарри Озборн умер в результате этого несчастного случая. А его место занял я.

Так. Это из плохого. Что у нас из хорошего?

Ну, мальчик, вроде как, не болен. По крайней мере, пока. А то было там, что-то в какой-то из версий канона. Правда, болезнь Гарри, насколько я помню, проявилась гораздо позже. Так что, не все еще потеряно. Во-вторых, будучи сыном миллионера, у меня есть кое-какие возможности. Конечно, я трезво оцениваю свои шансы, и на лавры Тони Старка претендовать не собираюсь. Однако психом-гоблином становиться не охота. Да и к грядущему подготовиться надо бы…

Вообще, что я знаю об этом самом “грядущем”?

Комиксы не читал, будучи подростком просматривал сериал 90-х про приключения Человека Паука. Вообще не помню что там было, кроме, разве что Амбала с его злодейским смехом. Всегда мечтал научиться смеяться так же.

С голливудскими фильмами дело обстоит получше. Видел трилогию… э-э-э… понятия не имею, кто ее снял, и уж тем более не знаю, кто там играл. Знаю, что появилось куча мемов в интернете с этим актером. Что там было в этой трилогии-то? “Враг в отражении” запомнился классными танцами и идиотической смертью Гарри. Черт… Надо внести себе правило: “не пытаться убить Человека Паука”. Ничем хорошим для меня ни в одной из версий канона, судя по всему, это не закончится.

Что еще?

“Мстителей” помню.

“Люди Икс” еще есть. И то, что там показано в последних фильмах мне совсем не нравится. Как, впрочем и в “Мстителях”. Для супергероев, все, конечно, складывается не так уж и плохо, а вот для простых людей… Ладно, опустим пока. Что у нас там дальше?

Два фильма о приключениях “Нового Человека Паука” тоже в памяти отложились. По крайней мере, фрагментами. Ибо прошли совсем недавно. Сравнительно.

“Железный человек” – две части. Или три? Не так важно, в ближайшее время, я со Старком сталкиваться не собираюсь. А если доживу до его чудо-костюма, то, это уже будет достижение.

Был еще не очень популярный фильм “Каратель: Территория войны”, но о том, что это происходит в этой же вселенной я помню смутно. И то, кажется, только из-за того, что Каратель появлялся все в том же сериале “Человек Паук” из 90-х.

Так? Все?

А! Кстати. Новенький сериал про Сорвиголову. Был еще старинный фильм с чернокожим Амбалом (абсолютно не помню имена актеров, вообще у меня жуткая память на имена), но сериал, чуть получше, ибо история там раскрыта намного шире…

Что еще?

Да, вроде и все… Не густо, честно говоря.

Еще дело осложняется тем, что я понятия не имею, какая именно версия “канона” будет в этой жизни. Так, например, в “старом“ “Человеке Пауке” Гарри был эдаким мачо-плейбоем. Дебилом, правда, редчайшим, но… А вот отец у него показан эдаким гением, который, разве что, чутка не дотягивает до Старка.

В “Новом Человеке Пауке” Нормана я вообще не помню. Умер он там от болезни, кажется, да? Болезнь эта, кстати, вроде как передалась и Гарри, что еще спокойствия, если честно, не добавляет.

Плохо. Черт, знал бы, что попаду сюда, обязательно комиксы бы выучил, и все сериалы и фильмы о Человеке Пауке бы посмотрел по несколько раз.

Эх…

Ладно. Сейчас для меня важно следующее: Человек-паук скоро появится на горизонте. И это станет точкой отсчета, ибо после этого, независимо от “версии канона” у Гарри начинаются проблемы.

Что с этим можно сделать?

Самый очевидный вариант: подстроить дело так, чтобы радиоактивный паук кусанул не моего будущего друга – Питера, а меня. С другой стороны, черт его знает, что случится при таких раскладах. Если верить последнему фильму, только ДНК Паркеров взаимодействует с паучьими генами достаточно безопасно. Мне же это грозит быстрой, но очень болезненной смертью. Хотя, может, удастся скорешиться со старшим Паркером, ибо он, насколько мне известно, еще жив. Надолго ли – другой вопрос.

Ладно, оставим пока моего друга-паука. Запасной, так сказать, вариант. Какие у нас еще есть способы сохранить свою тушку?

Думается, что проще всего, свалить. Исчезнуть где-нибудь в уютненькой европейской стране. Заманчиво, конечно, вот только непонятно, насколько это реально, ибо длинная рука канона, вероятно, сможет меня достать даже из самой глубокой норы, в которую я забьюсь. Да и дальнейшие события, насколько мне помнится, будут носить глобальный характер, так что спрятаться вряд ли получится. Кстати, по канону, вроде бы, Гарри до этих самых “глобальных событий” не дожил. Что не может не огорчать.

Если сваливать – не вариант, то, очевидно, мне надо стать намного сильнее, чтобы выжить в грядущих переделках. Не слабее все того же Человека-Паука.

Ну, и как этого добиться?

Попытаться убрать побочные эффекты препарата, который скоро превратит Нормана (а потом и Гарри) в Зеленого Гоблина? Не думаю, что старший Озборн допустит сына к своей самой секретной разработке, даже если предположить, что я сумею что-то там “улучшить”... Еще есть у меня иррациональная тяга к человекам, а не к мутантам. Поэтому предпочту остаться на “предыдущем этапе эволюции”, как любят говорить различные сторонники повальной мутантизации. Да, вероятно, я буду слабее, но и сомнительного удовольствия побыть жертвой будущей охоты на мутантов, можно будет избежать.

О’кей. Мутировать – не охота. Но ведь в этом мире были и иные люди, которые не обладали какими-то сверхспособностями, при этом вполне успешно борясь с различными злобными мутантами и прочей ересью.

Первый, кто приходит на ум, конечно, Тони Старк. Но тут уж без вариантов, как уже отмечалось, на костюм Железного Человека мне пока рановато варежку разевать. И не важно, что до создания этого самого костюма еще лет десять, и сейчас Тони, в лучшем случае, намного старше меня.

Кто еще? Каратель. Насколько мне известно, он уже начал свою деятельность, хотя еще не настолько известен… С другой стороны, Фрэнка Касла надо еще поймать, хотя, признаюсь, этот персонаж из всей вселенной мне наиболее симпатичен. Ибо озабочен, прежде всего, эффективностью своей борьбы, а все остальное – вторично… Вообще, насколько реально, заручиться поддержкой одного из самых неоднозначных героев этой вселенной? Что-то мне подсказывает, что шансы стремятся к нулю. Даже если удастся его найти, вряд ли он берет учеников. Тем более таких, как я.

Еще варианты? Сорвиголова. У него тоже, вроде как суперспособностей нема – разве что этот его “радар”...

Хмм… А ведь может получиться. Если предположить, что Мэтту Мердоку сейчас лет восемь-девять… Примерно в этом возрасте, он, вроде бы, и попал под злосчастный грузовик, потеряв при этом зрение, а, значит, вполне возможно, удастся перехватить его учителя. Как там, бишь, его звали-то?..

От возбуждения, я даже заерзал в кресле, что не укрылось от моей новоявленной няньки:

Что-то случилось, мистер Озборн?

Блин. С мысли сбила. И ведь почти вспомнил… Ладно, черт с ним, с именем, потом вспомню. Сейчас главное – найти Мэтта. А как это сделать? Будучи шестилетним мальчиком, которого никто не воспринимает всерьез.

Я взглянул на Айрис. Как было бы здорово, если бы я мог на нее положиться! Вот только она наверняка настучит Норману о любых подозрительных телодвижениях с моей стороны, что меня категорически не устраивает.

Ничего, все в порядке, – я глубоко вздохнул, успокаиваясь. Взглянул в окно. Мимо мелькали высотки Нью-Йорка, миллионы пешеходов и сплошной поток автомобилей. – Скажите, мисс Смит, а где вы работали до того, как…

Я хотел сказать “стали нянькой малолетнего миллионера”, но передумал:

... как получили это задание от моего отца.

В охране Озкорп, – дернула плечом женщина.

Понятно, – я откинулся в кресле. – Интересно, почему выбор пал именно на вас.

Я сама вызвалась, – хмыкнула нянька.

Мгм… А причины?

Ну… – она замялась, очевидно, не уверенная, что я пойму, – у меня сложились не очень хорошие отношения с руководителем отдела охраны.

О? – я выгнул бровь. – Неужто отказались спать со своим начальником?

Она резко вывернула руль, ударила по тормозам, заставив автомобиль вильнуть в сторону, едва не столкнувшись с водителем такси. На отборную брань в свой адрес из уст таксиста, Айрис не обратила никакого внимания.

Гм, – произнесла она, наконец, – скажите, мистер Озборн, сколько вам лет?

Шесть, – нахмурился я. – Скоро будет семь.

Ясно, – по ее виду было понятно, что нифига ей не ясно.

Вот в этом вся и проблема, – вполголоса пожаловался я. Причем пожаловался не ей, а… в пространство: Богу, Сатане, Одину, Галактусу – не знаю. Просто мне захотелось пожаловаться.

Простите?

Я вздохнул, повернул голову в ее сторону.

Смотри… короче, я перейду на “ты”, дабы было еще понятнее, хорошо? – я усмехнулся, и кивнул собственным мыслям. – Видишь? Ты морщишься. Тебе неприятно, что какой-то малец шести лет от роду, смеет назвать тебя “ты”. Это оспаривает твой более высокий статус в племени… Это не твоя вина, Айрис, это проблема всех взрослых. Вы сердитесь, когда ребенок пытается просто с вами поговорить на равных. Вы это воспринимаете, как дерзость и хамство. Вот почему, ты говоришь “ясно”, хотя понятия не имеешь, откуда у ребенка могут быть познания о сексуальном насилии в коллективе взрослых людей. Вот почему, ты даже не пытаешься разобраться: для этого тебе придется расписаться в том, что ты чего-то не понимаешь. Расписаться перед дитякой шести лет от роду. Уверен, ты будешь размышлять об этом, и придешь к выводу, что меня надо будет сводить к какому-нибудь психологу. Скажешь об этом моему отцу, и он выделит тебе деньги… Хотя, гораздо проще было бы просто позволить себе поговорить со мной, и все.

Она поджала губы в тонкую полосочку, и вцепилась в руль. Я понимал, что ей было очень неприятно услышать подобное, но она хотя бы не отмахнулась, не усмехнулась презрительно, не стала одаривать меня покровительственным взглядом, выдав что-то вроде: “Ну, ладно, давай поговорим, малыш”. Вместо этого она сосредоточенно смотрела на дорогу.

В салоне автомобиля повисла напряженная тишина. Я даже начал жалеть, о своих словах, когда она, наконец, глубоко вздохнула, и произнесла:

Вы умеете выбить из колеи…

Да уж, – я облегченно вздохнул. – Впрочем, это не моя вина. Подумай, как бы ты восприняла мои слова, исходи они… ну, скажем от воспитателя или от моей личной няньки? Думается, что они не стали бы для тебя откровением: ты бы приняла их к сведению, хотя никогда не стала бы следовать рекомендациям специалиста. По тем же причинам, что я озвучил только что.

Мистер Озборн, – спустя еще с полминуты, вновь заговорила Айрис, – у вас когда-нибудь были домашние животные?

Мгновение мне понадобилась на то, чтобы осознать резкое изменение темы.

Нет, – настороженно ответил я.

Почему?

А я в это мгновение вновь поразился разуму… нет, не разуму, а скорее мозгу Гарри Озборна. Он был в сотни, тысячи раз круче мозга Владимира Симановича. Если сравнить мое сознание с какой-то продвинутой программой, то сейчас оно чувствовало себя так, словно его перенесли на новое “железо”. Скорость мышления увеличилась многократно, память улучшилась на несколько порядков.

К чему я это? К тому, что мозгу Гарри понадобилась секунда, дабы вспомнить, как ему задавали подобные вопросы. И кто их ему задавал.

У тебя второе образование – психолог? – ответил я вопросом на вопрос.

Девушка моргнула:

Как…

Не трудись, – я равнодушно пожал плечами, размышляя над тем, к каким выводам пришел семейный психолог, который когда-то задавал мне (то есть Гарри) те же вопросы. – Тебе не удастся провести эмоционально-логическую цепочку от домашнего животного – ко мне. Не удастся спроецировать заботу о питомце на заботу обо мне. Не получится таким образом выяснить, был ли я жертвой домашнего насилия. Не удастся обвинить в этом моего отца или кого-то из слуг.

Почему вы вообще…

На дорогу смотри.

Ой!

Визг тормозов ударил по ушам, девушка резко вывернула рулевое колесо, едва избежав очередного столкновения. На этот раз ее обложили матом уже с нескольких сторон. И на этот раз Айрис не осталась в долгу.

Извините, – слегка покраснела она, снова втягивая свою голову в салон и поднимая боковое стекло, которое опустила, дабы обругать какого-то уж больно эмоционального водителя.

Не переживай, – я снова равнодушно пожал плечами. – Матом меня не удивить.

Брови девушки поползли вверх.

Не подумай чего плохого, – поспешил успокоить няньку я. Очевидно, она решила, что вокруг меня одни матершинники. Мда. Нехорошее представление складывается у мисс Смит о своем подопечном. – Просто я много читаю. Даже всяческую “желтую прессу”, в которой не стесняются в выражениях. Предупреждая твой вопрос: да, о “недопустимых прикосновениях” и прочих подобных вещах, я узнал оттуда же.

Знаю, что врать нехорошо, но… моя новая жизнь и так сплошная ложь. И не сказать, что она мне нравится меньше, чем жизнь научного работника Владимира Симановича.

Понятно, – Айрис нахмурилась, вероятно, размышляя о том, кто из моего окружения может быть столь беспечен, что оставляет “желтую прессу” в досягаемости шестилетнего ребенка.

Я вздохнул:

Ага, – и хмуро отвернулся.

К чести Айрис, она быстро поняла свою ошибку:

Извините, мне не следовало…

Ты слишком часто извиняешься, – я не повернул головы.

Но… Черт… – она вздохнула, нервно убрала выбившуюся прядь за ухо. – Боюсь, что вам нужна не одна нянька, а несколько. Один человек просто не справится. Я с вами не больше пятнадцати минут, а уже хочу оказаться от вас как можно дальше.

Вот уж чего не надо, того не надо!

Она снова моргнула, удивленно воззрилась на меня. Кажется, впервые я проявил столь яркие эмоции в ее присутствии.

На дорогу…

Знаю, я знаю!

Блин. Надо было объяснить, почему я не хочу еще парочки нянек над своей тушкой. Правда в том, что мне необходимо как можно больше свободы, дабы подготовиться к будущему, явно не была лучшим вариантом. А не рассказывать не получится, ибо этот эмоциональный порыв девушка наверняка запомнит, и какие-то выводы сделает. Не хотелось бы, чтобы ее умозаключения оказались нежелательными… Поэтому надо подтолкнуть ее к правильным выводам.

Слышала когда-нибудь, об “эффекте свидетеля”? – подпустив в голос усталости, проговорил я.

Простите?

В 1968 году Джон Дарли из Нью-Йоркского и Бибб Латане из Колумбийского университетов провели эксперимент, – продолжил я, не меняя тона, – в котором исследовали поведение людей в критической ситуации, когда кому-то рядом с ними требуется помощь. Выводы были однозначными: чем больше людей в группе, тем меньше шансов получить своевременную помощь у попавшего в беду. То есть, если у меня вдруг случится сердечный приступ, и рядом со мной будешь только ты, у меня гораздо больше шансов получить помощь, чем если бы за мной ходила целая толпа нянек.

Но… почему?

Рассеивание ответственности, – пожал плечами я. – Каждый думает, что помощь окажет кто-то другой – более подготовленный.

Не совсем уверен, что в этом мире такой эксперимент имел место быть. Вот только, люди в обеих вселенных одни и те же, так что, полагаю, в этом аспекте разницы никакой.

Это вы тоже прочитали в желтой прессе? – приподняла кончики губ в неком подобии усмешки Айрис.

Помимо прессы, я еще иногда читаю книги, – чуть раздраженно ответил я. – И всем другим советую.

Гарри действительно много времени проводил в библиотеке. Хотя читал он не так уж и часто, вместо этого, используя свое воображение, играл в лабиринтах стеллажей и старых фолиантов, представляя себя искателем древних сокровищ, или могущественным волшебником. А что ему еще было делать – друзей нет, игрушками отец его совсем не баловал, так что парень развлекал себя сам, как мог.

Похвально, – одарив меня странным взглядом, произнесла Айрис. – Мы приехали.

Знаю.

Кстати, мистер Озборн, – обратилась ко мне девушка, как раз в тот момент, когда мы выбрали для нее комнату, и я собирался снова свалить в библиотеку. Она улыбнулась, как мне показалось, слегка виновато. – Со следующей недели вы начинаете ходить в школу. Ваш отец поручил мне убедиться что у вас есть все необходимое.

В школу? – я резко развернулся. – Вы издеваетесь?

Она моргнула:

Что-то не так?

Да нет, все так, – скрежетнул я зубами. – Кроме того, что я абсолютно уверен в перманентной неспособности системы школьного образования предоставить мне хоть какой-то приемлемый уровень знаний.

Нет, ну правда! Нафига мне школа?! Начальная, мать ее, школа! Учиться читать и писать заново? Так Гарри это и так прекрасно умеет, я проверял!

Но… – слегка растерялась нянька, – как вы собираетесь получать образование?

Репетиторов еще не отменили? – фыркнул я.

А интеграция в общество? – секунду она размышляла, потом, наконец неуверенно уточнила: – Вы ведь знаете, что такое “интеграция”, да?

Да, мисс Смит, я знаю, что такое “интеграция”, – раздражение вырвалось наружу, и, наконец, проявилось в голосе. – Так же я знаю, что такое “индивидуальный подход” к ученикам, и знаю, что он невозможен в рамках американских школ, когда в классе по тридцать человек и у учителя просто нет времени на то, чтобы разбираться с каждым учеником отдельно. Знаю, что школьное образование направлено на автоматизированное запоминание материала и применение его в очень схожих ситуациях, в рамках простых похожих задач, а не на формирование творческого подхода… А вот знаете ли об этом вы с моим отцом?

Я вздохнул, успокаиваясь. Злиться бессмысленно, злиться бессмысленно, злиться бессмысленно…

Я поговорю с мистером Озборном на эту тему, – вот как ей (да и не только ей) удается произносить это ее “мистер Озборн” по-разному для меня, и для Нормана? Если, когда она говорит про отца, в ее словах чувствуется, какое-то подсознательное уважение, даже страх, то когда она говорит со мной или обо мне… короче, уж лучше бы она говорила “Гарри”. Так бы я не стал чувствовать этой издевки, которую она не хочет вкладывать в свои слова.

О! – я резко развернулся на каблуках. – Я в этом не сомневаюсь.

========== Глава 2 ==========

Say goodbye,

As we dance with the devil tonight.

Don't you dare look at him in the eye

As we dance with the devil tonight...

Норман Озборн устал. Впервые, должно быть, за свою жизнь. Все вокруг рушилось со страшной силой, и ему приходилось вот уже полгода вилять, словно угрю на сковородке, в попытке вытащить свою компанию из ямы, в которую она угодила из-за бездарности парочки топ-менеджеров. Конечно, эти идиоты были немедленно уволены, как только Норман разобрался в ситуации, но на общее положение дел это никак не повлияло. Компания медленно шла ко дну.

Срочно нужен был какой-то проект. Проект, который можно будет показать инвесторам, который позволит Озкорп выползти из долгов.

Пока самой перспективной была работа Ричарда Паркера с генами пауков. Если удастся впарить это военным, то деньги потекут рекой. Вот только чертова Траск Индастрис изо всех сил переманивает Ричарда, из-за чего ученый становится все наглее. И уже не хочет делиться результатами своих экспериментов, несмотря на то, что совсем недавно Паркер был готов назвать Нормана другом!

Как же все это выматывает. Нет, раньше глава Озкорп был бы только рад проблемам. Преодолевая их, он становился сильнее. И его компания вместе с ним. Вот только постоянное напряжение, растянутое на целых полгода, сделали свое дело, нарисовав глубокие мешки под глазами Озборна и добавив ему несколько новых морщин.

А тут еще Гарри начал чудить. Он вообще изменился после той глупой аварии, став каким-то более… непонятным.

Ну, и как ты собираешься все это объяснять, молодой человек? – подпустив в голос строгости, спросил Норман, глядя на шестилетнего сына, стоящего перед ним, вперив глаза в пол.

Он сам виноват, – буркнул Гарри, заставив Айрис, стоящую у двери, едва сдержать смешок. Что не укрылось от Нормана. Возможно, мисс Смит не была лучшей кандидаткой на роль няньки-телохранителя для младшего Озборна?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю