Текст книги "Правила отхода (СИ)"

Автор книги: Ande

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 29 страниц)

Глава 31

Самолет DC-3 не внушал мне никакого доверия. Было ощущение, что его сперли со свалки. На фюзеляже виднелись заплатки. Тем не менее, как и планировалось, ровно в восемь утра, он бодро оторвался от грунтовой взлетной полосы частного аэроклуба Кэндал, недалеко от Майами, штат Флорида.

Не меняя курса, лишь набирая высоту, самолет через несколько минут завис над океаном. Спустя немного, довернул вправо, и лег курсом на остров Тортола, Британских Виргинских островов. Операция «Кхмерский Клад в обмен на деньги и отсутствие претензий» вступила в завершающую фазу…

Две недели назад, расставшись с господином Цзинсуном, я попросил отвезти меня, как я и хотел, в Бруклин. На склад, где до недавнего времени, хранились наши ценности.

Беседа с китайцем заняла не так уж много времени. Но, к моему появлению, на складе царил ажиотаж под руководством Карла Хофмана.

Грин посадил Айрин в такси и пропал! Его наверняка захватила мафия, триады, красные шпионы, мужеложцы – садомиты, похотливые бабы… в общем, ура, быть беде! Все в ружье! Найдем Питера, и надерем жопу всем кто посмел…

Так что, мое появление он встретил с некоторым разочарованием. А с десяток черных, что деловито протирали револьверы, как то незаметно куда то исчезли. Оставив с нами только Ти.

И я рассказал про случившуюся беседу. Этьен Мале, негритянский революционер, узнав, что я осенен благословением чуть ли не самого председателя Мао, проникся ко мне почтением. Я разъяснил парням суть теперешних отношений с континентальными китайцами. Ну, что вместо стрельбы, нам обещали помощь и поддержку, хоть китайского консула.

А Джо, и Карл принялись меня высмеивать. Ты Грин, как вышел из джунглей, так впал в транс, похожий на жизнь, и чувствуешь себя баобабом. Какой консул красного Китая? Откуда, без дипотношений?

Вздохнув, сказал, что мне, опытному китайцу, трудно объяснять лаоваям очевидные вещи. К примеру, разницу, между китайским термином « гуайяй даши» – посол, дипломатический представитель. И « гуанли дайбайо» – представитель правительства, в контексте – занятый дипломатическими формальностями, самый близкий английский аналог– консул. Пояснил, что сейчас в Нью Йорке, возле ООН, на постоянной основе, отирается большая китайская делегация, именно из КНР. Вот ее руководитель – к нам благосклонен, если чо. Можно обращаться.

Потом вспомнил, и рассказал про просьбу познакомить китайцев с отцом Карла. Тот сказал, что нет проблем. Уж с отцом то он поговорит хоть сегодня, если хочешь, Питер.

Но я сказал, что лучше давайте выпьем. Я перепугался. Думал, вот и пришел последний час. Да и Джо, теперь, практически потерян для людей. Не упускать же возможность?

– Ты знаешь, Джо, что при расследовании убийства, первые, кого проверяют полицейские, это мужья – жены жертвы?

– Что ты хочешь этим сказать, Питер?

– Это все, что нужно знать о семье и браке, Джо – пожал я плечами.

В завязавшейся оживленной дискуссии, мы много смеялись. Заодно подтрунивали над Карлом. Что, кажется, боится возвращаться домой, ибо сразу женят. А там и распросы полиции у безутешной жены, то, се… Можно ли сказать, что ты, Карл, бежишь из под венца? Носят ли немецкие женихи фату?

Заодно Ти рассказал, что груз, то есть деньги, отлежались, и очевидно никем не разыскиваются. Так что, надежным путем, отправляются в Майами. Через недельку будут там. Самолет готов.

Впечатленный я, вдобавок захмелев, подарил ему свой пикап. Ну а что с ним делать? Не тащить же в Европу? Этьен Мале очень проникся. И в ответ подарил мне автомат Стэн. Три магазина, и коробку патронов. Сказал, что если хочу, с деньгами доставят в Майами. Согласился, чо. Прикольный автомат…

Выставка открылась спустя десять дней. Темп и сроки осуществления, меня впечатляли невероятно. Но, видимо, здесь это нормально.

Сначала случилась эпичная презентация с фуршетом. Что бы не бросать Айрин с Джо одних, мы с Карлом принимали посильное участие. Помогали в организации, и в тусовках на презентации и закрытых показах.

Лично для меня самым потрясающим оказалось то, как дамы американского высшего света восприняли пару Джо и Айрин. Понятно, что черного на такое мероприятие никто не пустил бы никогда и ни за что. А официальная связь белой девушки с негром – это эпический зашквар. В результате, Джо выступал у миссис Паттерсон в качестве любимого шофера – носильщика – прислуги за все. При этом, практически всем, с первого взгляда было очевидно, что они любовники. Но, поскольку, приличия были более чем соблюдены, в глазах светских куриц я разглядел почти ничем не прикрытую зависть.

Возможно, я фантазирую, но большинство дам поинтересовалось у Айрин, где бы и себе такого добыть?

Что касается меня и Карла, мы, поначалу, были приставлены к куче хорошеньких барышень –исполнять роль спутников и гидов. При этом миссис Паттерсон строго на нас с Хофманом посмотрела. Да не больно то и хотелось.

Из любопытного можно вспомнить то, что за сутки до презентации, мне позвонил владелец китайского публичного дома. Что расположен в Чайна– Тауне, рядом с Уолл-Стрит. (Случайность, понятно.) Попросил организовать приглашение на презентацию для господина Хуан Чжэня. Он – глава китайской миссии, что сейчас осаждает ООН. На мое замечание, что там не будет дипломатов, чисто светско – бизнесовая тусовка, господин Дзинсун пояснил:

– Не мне тебе объяснять, молодой Ши, что деловые контакты – это ничуть не менее важно, чем дипломатия.

И я, оставив Хофмана в цветнике, некоторое время таскал за собой господина представителя. Даже успел его представить мистеру Вагнеру, мэру Нью-Йорка, заскочившему на пол-часа на такое вдохновляющее мероприятие. Потом я познакомил его с Джейкобом Биготом, и оставил. Проследил только, что с англичанином, как и положено на таких мероприятиях, китайский товарищ пошел по рукам.

Отвлечься меня заставил появившийся Дон Гамбино. Я решил, во избежание, лично побыть его чичероне. Как выяснилось, этого совершенно не требовалось.

Не успел я поздороваться с мистером Гамбино, влиятельнейшей фигурой в НьюЙоркском экспортно– импортном бизнесе, как на нас спикировала Айрин Паттерсон. В сопровождении супружеской пары средних лет, представленных как мисс и мистер Трамп. Тадам!

В завязавшейся светской беседе Фред Трамп(как я понял-отец), поделился проблемой. Простаивают строительные мощности, может быть, мистер Гамбино заинтересуется, в свете строительных работ в порту Бруклина…

Но Айрин пресекла праздную болтовню. Опустив мафию на деньги один раз, она, кажется, вошла во вкус. Рассказала джентльменам, что мисс Жаклин Кеннеди, считает что обветшалость и заброшенность Гранд Централ, Центрального Вокзала Нью– Йорка, это позор города. Как вы смотрите, господа, на то, что бы провести реставрацию вокзала? Никто не спорит, это затратно, но честь города будет восстановлена! А мэрия, намерена отважным восстановителям, выделить участок под строительство десятка многоквартирных домов на Манхеттене.

Как по мне, предложение так себе. Но завязалось оживленное обсуждение. Тут же объявился Питер Готти, и еще какие то перцы.

Я, в это время, развлекал Мэри Энн Трамп байками про горца Маклауда. Оказывается, девичья фамилия мисс Трамп – Маклауд. Она смеялась, и говорила, что отрубать головы начнет с мужа, пойдем, Питер, выпьем шампанского.

Отбывая, мистер Гамбино хлопнул меня по плечу и сказал:

– Жаль, что ты не итальянец, Питер. Ты приносишь мне удачу, мальчик мой.

И я понял, что похищать Айрин никто не будет. А то я уже почти собрался мчаться в Бруклин, узнавать у Ти, что там с пулеметами.

Отбывающий китайский консул был со мной не по-китайски сердечен. Сказал, что он благодарен мне за с пользой проведенное время. Проводив взглядом машину, я подумал, что китайцы прагматичны. В обмен на не преследование, они имеют плюшки. Неплохо.

Официальное открытие выставки широко освещалось в прессе и на ТВ. Отчасти из за посещения мэром. Отчасти, из за светской тусовки, что сделала ее модной.

Я с какого-то момента на это все забил. Меня всерьез отпустило. И я спал до полудня, и гулял по Манхеттену. Чуть раньше, что то такое же, произошло и с Хофманом. Он резко снизил сексуальную активность, и принялся сибаритствовать с посещением театров и концертов. Благо, его собутыльник и компаньон, по такого рода преключениям, Джейкоб Бигот, отбыл наконец на остров Тортола. И даже, приступил к работе, о чем нам отзвонился.

Это только кажется что наши приключения прошли для нас даром. Эмоциональный накал был серьезным. А когда мы поняли, что кажется, все утряслось, пошел отходняк. Собстенно, нам осталось дождаться сигнала от Ти, что можно выдвигаться…

Говоря об американской еде, я не могу сказать ничего хорошего. Самое точное слово, что приходит в голову – обман. Дело в том, что у нее совсем другой вкус. Грубо говоря, ты решаешь выпить рюмку водки, и закусить ее соленым огурчиком. Наливаешь, и подцепляешь с тарелки огурец. Такой пупырчатый и завлекательный, словно только из бочки. Опрокидываешь рюмку и хрустишь огурчиком. А вот облом! И водка не того вкуса и какая то слбенькая, и огурец не соленый , а кажется, его долго мочили в уксусе.

Гуляя по городу, я случайно наткнулся на забегаловку на углу сорок девятой и третьей авеню. Вкус мяса там был такой, к которому я привык. А соус больше всего напоминал мне Сацебели. И водка была польская. То есть– ничего. Так то, я, перешел на вискарь. Он один ни разу не обманул меня в Америке.

Размышляя о том, что в Америке все не так как кажется, я уминал стейк размером с колесо телеги, и не смотрел по сторонам. Занял привычный столик у окна, и предался тихим радостям. Пока у окна не остановился черный Линкольн Континентал. Ко мне за столик уселся господин Дзинсун, владелец публичного дома.

Причин для такой встречи не было. Мы несколько раз говорили по телефону, я договорился, что в Лос-Анджелесе двадцать китайцев примут на NBC. И даже урегулировал вопрос с профсоюзом. Да и вообще, не видел в чем меня можно упрекнуть. Так что я не стал заморачиваться. Предложил господину Дзинсуну разделить трапезу. Он отказался, пояснив, что у него лишь короткая информация:

– Тобой, молодой Ши, и Карлом Хофманом, заинтересовались в ФБР.

– Что их интересует?

– Пока ничего конкретного. Кроме того, что ваша передача – очевидно либерально– социальная.

– Чего ожидать?

– Опять же, ничего конкретного. Если не случится каких– нибудь расовых проблем. Тогда, возможно всякое. Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности вполне дееспособна.

– Я правильно понял, что нам лучше уехать?

– Не срочно. С получением загранпаспорта, в Госдепе, я тебе помогу. И твоему другу с формальностями. Просто не затягивай, и знай.

– Большое спасибо, господин Дзенсун, я позвоню вам завтра утром.

Хе. Господин Дзинсун, похоже, не вкурсе, что у меня подлинные документы уроженца Америки. Хоть что-то китайские товарищи не знают!

Осведомленность о делах и веяниях в ФБР, меня совершенно не удивила. Джон Гувер, глава ФБР, сознательно закошмарил творческую элиту америки вообще, и Голливуд в частности. Так что агенты ФБР на экране и в литературе, изображались исключительно рыцарями без страха и упрека. В результате в Америке, и во всем мире, сложилось мнение о безупречности сотрудников этого ведомства.

В реальности они ничем не отличаются от других силовиков, со всеми достоинствами и недостатками. Ну вот, к примеру, китайцы вкурсе, что у них там, в ФБР, творится и готовится.

Как бы то ни было, встретившись с Джо и Карлом, я предложил уезжать из Нью-Йорка. Хофману было все равно. А Джо даже обрадовался.

Да и то. Айрин, в своем желании развести мафию пожиже, как нам всем казалось, уже потеряла берега. Так что из штатов пора валить.

Очень кстати пришлось сообщение Этьена «Ти» Мале, о том, что груз в Майами, готов к транспортировке. Самолет с экипажем вас ожидает. Сообщите дату, я все организую.

Получение загранпаспорта для меня и Джо, нам облегчил мистер Готти. У меня много друзей в госдепартаменте, Питер, вовсе ни к чему ехать в Вашингтон. Любопытным в этом, была только обязательная для получающих загранпаспорт беседа, с сотрудником ГосДепа. Ничего особенного, за исключением почти ультимативного требования, в случае неприятностей обращаться в посольство…

В общем, долго ли, коротко ли, мы вылетели в Майами порознь. Джо и Айрин вылетели из Ла Гуардия, позже нас, на Боинге 707. Я и Карл, вылетели на три часа раньше, из аэропорта Флашинг, на турбовинтовом ДС -7.

Сойдя по трапу в аэропорту Майами, я понял, почему в Америке так любят Флориду. После стылого Нью-Йорка, плюс двадцать три и солнце, казались обещанием рая.

Джо с Айрин приземлились на двадцать минут позже. Встретившись на выходе, мы пошли к автостоянке, где нас ожидали. Я начал привыкать, что в Америке все, как правило, отлично организовано.

Черный парень, что ожидал нас, представился Деннисом Морганом, и откатил дверь Фольксвагена Т1. В дороге рассказал, что самолет загружен, вылет завтра утром. Переночуете там же, на территории аэроклуба в треллерах– автоприцепах. Три доллара с носа.

Летное поле аэроклуба– с грунтовой полосой с запада на восток. Совершенно банальное свиду. Метео конус на шесте, два здоровых ангара. Несколько мелких, двух –четырехместных самолетиков, на стоянке возле ангара. Вечерело, на полосу приземлялся какой– то небольшой аэроплан.

Пока Айрин размещалась в арендованном вагончике, мы пошли к самолету, что стоял метрах в четырехстах. Парень, что нас встретил, пояснил, что экипаж в самолете, познакомитесь.

Подойдя к самолету с левой стороны, мы в недоумении замерли. Прислонившись к левому шасси, подложив под голову кожаную куртку дремал дед. Борода, неопрятные волосы, клетчатая рубашка, полотняные штаны и армейские ботинки. Между шестидесятью и семидесятью возрастом. На наш приход не среагировал никак. Хотя мы разговаривали достаточно громко. А Деннис, показав на него, сказал:

– Это ваш пилот. Зовут Джим Уилсон.

Реакции не последовало. Я подошел, и потыкал в его ногу ботинком:

– Мистер, к вам пришли.

Пилот изволил открыть глаза:

– Чего надо?

– Мистер Уилсон – сказал негр Морган – это люди, которые полетят с вами.

Выглядели мы, кстати, весьма экзоточно. Джо Оттам, в пижонских дорогих брюках , поло, и крокодиловых мокасинах. Хофман, в своем охотничьем костюме, разве что предпочел американские армейские ботинки. И я, тоже в ботинках, джинсах, футболке, солдатской куртке, и шляпе Бриони, от солнца.

Этот Уилсон встал, оказавшись с Джо одного роста, и снова нас оглядел. Потом изрек:

– Негр, хам и педик. Все из Калифорнии. Куда катится мир?

– В морду хочешь? –не стал стесняться Хофман.

– Карл – укоризненно сказал я– зачем же так палиться то? Хотя ты прав. Кажется, нужно надавать ему по мозгам.

И было собрался ему перемкнуть, чего пилот, похоже, ожидал. Но тут, за спиной раздались шаги, и звонкий голос Айрин произнес:

– Здравствуйте! Это вы наш пилот? – миссис Паттерсон подошла и взяла Джо под руку.

– Добрый день мисс – учтиво ответил пилот – вы тоже летите со мной?

– Если это вы летите в Род Таун, то да – сделала американский ослепительный смайл Айрин.

Реакция пилота оказалсь неожиданной, он громко заорал:

– Спаркс! – внутри самолета что то упало, потом затопотало, из люка высунулась взлохмаченная голова парня, нашего ровесника.

– Убери ведро из туалета* – распорядился пилот. Голова исчезла.

– Джентльмены!– совсем другим тоном обратился к нам мистер Уилсон – вылетаем завтра в восемь утра. В семь тридцать приедет пограничный офицер, приготовьте документы.

*– суть этой сценки проста. На самолетах DC-3( как и некоторых отечественных) отходы из туалета отправлялись за борт. На высотках выше 2 км, зимой, случалось, что выпускной клапан замерзал. И экипажу, после приземления, приходилось возится в фекалиях. Поэтому, в простой компании, с пассажирами попроще, экипаж как правило договаривался, что пассажиры ходят в ведро. Наличие девушки, в нашем случае все поменяло. И экипаж повели себя как джентльмены.

Глава 32

Полет шел безсобытийно. Оживление взлета, с разглядыванием океана в иллюминаторы, сменилось бездельем.

Прошлым вечером, пилот Джим Уилсон, уяснив, что подраться не выйдет, успокоился. Объяснил, что трещит голова, и настроение ни к черту. Легкая разминка обычно помогает.

Я не стал говорить ему, что вот эта американская привычка так развлекаться, однажды доведет его до травм. Меня и вправду слегка перемкнуло, и я тоже был намерен подраться. Вполне всерьез. И только появление Айрин разрядило обстановку.

Выпили по глотку, мировую. Тут же, сидя на траве, поговорили, что да как. Пилот рассказал, что летает на Карибах уже с десяток лет, и проблем не предвидится. Прогноз погоды хороший. Машина исправна и заправлена, груз раскреплен. Какого черта вы тащите туда тушонку? Это, как я понял, он так пошутил. Подозреваю, летая на Карибах, он давно уже не интересуется что возит…

В семь тридцать, на Тойоте FJ 40, приехал миграционно-таможенный офицер. Не выходя из машины, проштамповал нам паспорта. И тут же уехал, даже не поинтересовавшись, чем загружен самолет. Это на ввозе грузов в США все серьезно. А на то, что вывозят из Америки, всем плевать.

Самолет, что везет нас и ящики – грузовой. Джим Уилсон рассказал, что купил его на распродаже армейской техники десять лет назад. Загнал на завод, и сделал капремонт. С тех пор летает, от Нью-Йорка до Сен-Мартена. Но в основном – на острова.

Сам он, воевал во Вторую Мировую. Летал в Италии на В-17. После войны поработал пилотом гражданских линий. А потом ушел в частный бизнес. Томми Спаркс, исполняющий обязанности второго пилота, бортмеханика, и вообще – дальний родственник, которому Уилсон намерен передать бизнес через пару лет. Этьен Мале из Нью-Йорка, один из самых доходных и надежных клиентов. Его заказы в приоритете, не нервничайте парни.

В грузовом, он же пассажирский, отсеке, всего четыре откидных сидения. Неудобных, привинченных к перегородке, отделяющей пилотскую кабину. Но мы не стали заморачиваться, а устроились на полу, на чехлах. Судя по всему, отсек, как минимум, утепляли. Звукоизоляция позволяла разговаривать, не напрягая голоса. Чем мы и занимались поначалу. Обсуждали планы. То есть прикидывали, как же нас встретит Джейкоб Бигот. Телеграмма ему ушла еще вчера днем.

– Вообще, будь Шекспир сегодня жив, он бы очередной роман начал словами– для начала, убьем всех банкиров. – проворчал Джо.

Так вышло, что он так и не познакомился с этим деятелем, и теперь побаивается. Ну и, перед Айрин выделывается.

– Вот еще – засмеялась Айрин – как ты не понимаешь, что гораздо больнее ему будет знать, что черный отставной солдат разбогател гораздо быстрее его.

– Я бы на вашем месте не заблуждался насчет Бигота – заметил Хофман – Как у всякого англичанина, у Джейка, кроме полного шкафа скелетов, звучная фамилия.

– Думаешь, маскируется? – я то, насчет Бигота не заблуждаюсь. Но это, скорее знание из будущего. Молодого салабона никто не поставить управлять банком, без уверенности что любой косяк так или иначе компенсируют. А он, вдобавок, вполне справляется. Хотя бы на нашем примере.

– Я думаю что Бигот, человек с тройным, если не больше, дном!

– Делай о нашем Карле выводы, Айрин. Видишь, как он отзывается, о вернейшем собутыльнике!

В общем, все в предвкушении. Как бы то ни было, море и солнце никуда не денутся, и мы трепались о всяко разном.

Айрин, между тем, рассказывала, что вся Америка ждет от Кеннеди судьбоносных шагов. Делилась сплетнями из Капитолия, и другими малопонятными мне новостями. И что инаугурационная речь Кеннеди всех впечатлила.

– Почему ты морщишься, Грин? Когда еще Президент был так откровенен с нацией?

Я от этих американок в шоке. У меня, в результате общения с ними, сложилось вполне определенное впечатление – умные, прагматичные и дальновидные. Хваткие, и достаточно жесткие в делах и быту. И, в то же время, все время открываются с совершенно неожиданных сторон. Вот Айрин. Да ей в бизнесе– цены нет. Поставь такую руководить пиаром, и все, знай считай прибыли. А она, совершенно очертя голову, связалась с Джо. И для того, что бы быть с ним – будет умной, жесткой, и расчетливой. И, тут же, абсолютно романтично верит, что один человек, пусть и крупный политик, может что-то резко и всерьез изменить. Тут не один десяток лет нужен…

– Ну чего ты ухмыляешься, Грин?! Скажи что я не права!

– Конечно не права, Айрин. Ну что это за речь? Мы не позволим… пусть знают… жалкий лепет!

– И что он, по-твоему, должен был сказать?!

–Ну как… выйти, и сказать – дамы и господа! Считаю длинные юбки проявлением Всемирного Зла и красной пропагандой. Сообщаю, что подписал указ, и обязал комиссию по антиамериканской деятельности, заодно разбираться с ханжами. Уволил Гувера, упразднил ФБР, чтоб не зазнавались. По вопросу длины юбок созываю ООН, что бы не скучали. По моему – сильная речь. Потом, можно еще на всякий случай Сирию разбомбить.

– А Сирия то тебе чем не угодил? – все же взоржал Хофман.

– Да какая разница? Главное, на нее в мире всем плевать. Зато вся Америка поймет, что Кеннеди серьезный парень, и все будут в коротких юбках.

– Тогда, Питер, и тебе придется носить юбку! Айрин, ты одолжишь ему, ну вот ту, что мне не нравиться? – Джо постарался не ржать. Потому что Айрин насупилась.

– Лучше начать с Карла, Джо.

– Айрин! Грин– он же из Китая. Чего его слушать? Мы то с тобой, цивилизованные люди, видим перспективу. – Хофман достал бутылку вискаря и разлил в металлические кружки понемногу.

– Не переживай, Карл. Может миссис Паттерсон найдет тебе что получше. Да и Джо замолвит за тебя словечко.

Пригубив, мисс Паттерсон заявила, что вообще то, она намерена стать в ближайшем будущем миссис Оттам. Для этого они с Джо поселяться в Париже, по твоему, Грин, совету! Где и намерены обвенчаться. Карл Хофман пришел в сильнейшее возбуждение.

– Я требую, что бы на вашу свадьбу приехала Сандра Аптон! Я так и не смог с ней познакомится поближе. А все из-за тебя, Айрин! А лучше всего, если подружек невесты будет полдюжины!

Хе. Я тоже заметил на презентации эту девицу. Видная такая брюнетка. Но кобелировать было лень, да и Айрин, вроде как просила не увлекаться. А Хофман, видиш ты, все не успокоится.

Я поздравил ребят с решением. Правда, подумал, что давно собираюсь спросить, что там у Айрин с ее семьей, и чего ждать. Но не сейчас же. А вот она как раз спросила меня:

– А что ты намерен делать, на свою долю от денег мафии, Питер?

– Ну, строго говоря, это деньги Карла.

– Я тебе говорил, что Грин отказывался?– оживился Джо.

– Он боялся – засмеялась эта пигалица – нацистский довоенный клад. Даже думать страшно, как бы порезвилась пресса.

– Да, я и хотел отказаться. Но решил быть принципиальным. – мы с Джо тоже засмеялись, глядя на покрасневшего от возмущения Карла.

– Про принципы хотелось бы подробней– попробовал язвить Карл.

– Изволь. Во первых – небольшой замок во Франции.

– Как это?!

– Если я поступлю честно, и буду боятся, Карл, то его не куплю.

– А варианты?

– Что?! Жалкий, поношенный замок в Италии?!!!! Считай, что я этого не слышал!

– Правильно, Питер. Мы будем ездить к тебе в гости – Арин удобно устроилась в обнимку с Джо – Может, тебе стоит выбрать Ментону?

– Нет, я подумываю о свиноводстве – мелькнула мысль, что все-то она уже продумала, Ментону ей подавай! – Где-нибудь в предгорьях Альп.

Все трое были настолько потрясены, что даже не нашли что сказать.

– Нет, а что? Новаторский проект, боевая свинья– поисковик! Стадо свиней тихо пасется возле моего замка. Пока не появится враг. Тогда стадо, на этих врагов нападает и съедает! А в мирные дни, с их помощью, ищут шампиньоны. Ну, я буду сдавать свиней в аренду, для поисков. Можно еще в полицию предоставлять, вместо собак. Это не считая прекрасных окороков, что будут у меня в замке делать! Которыми будет объедаться Франция. И главное. Если появится Хофман, я его скормлю своим свиньям. Карл придаст свинине особо утонченный привкус.

– Это – если скормить его живым, Питер. Привкус мертвого Карла будет всего лишь слегка бодрить – захохотал Джо – и то, лишь от мимолетного сознания, что наконец то Карл перестал отравлять девушкам жизнь!

– Айрин! – Карл спокойно отхлебнул вискаря – ты видишь теперь, что такое китайская ментальность? Цивилизованный человек даже предположить не может всех извращений, что могут родиться у Грина в башке!

Вообще то, лететь нам больше шести часов. Как с ветром сложиться, парни, пояснил нам пилот. Прогноз хороший, для этого сезона, но как повезет. Поэтому мы еще долго веселились, опорожнив бутыль бурбона на треть. Потом Айрин задремала, положив Джо голову на колени. А потом и Карл, сказал, что сон ему еще никогда не мешал. А мне как то не спалось.

Я закурил, и подумал, что китайская логика от любой другой ничем не отличается. Просто не всегда сразу виден смысл тех или иных событий.

По большому счету, глядя из двадцать первого века, очевидно, что логика Китая – железная.

Побаловавшись революционным воодушевлением масс, и прочими культурными революциями, товарищ Мао понял простейшую вещь. Без средств и технологий серьезного государства не построишь. И Китайское руководство вполне сознательно приняло концепцию получения средств, ресурсов и технологий за бесценок. Наглядней всего это видно на примере отношений Китай – СССР.

Охлаждение между ними началось в конце пятидесятых. Официально считается, что причина в осуждении культа личности Сталина. Но мало кто обращал внимания на то, что переговоры между Китаем и СССР, о продолжении поставок оборудования, технологий и вооружений были остановлены еще раньше.

Это усатый член, в то время, как в Союзе был натуральный голод, а колхозные поля распахивали бабы, впрягаясь вместо лошадей, задаром гнал в Китай эшелоны. С грузовиками, оборудованием, продовольствием, и оружием.

А вот считающийся среди русских патриотов пидором Хрущев, поинтересовался у китайцев, что с оплатой всего этого богатства?

Китай нашел повод, и отказался платить. Тем более что повод такой роскошный– осуждение культа личности! Совершенно прагматичная позиция. Зачем, если можно не платить?

Там конечно же всего намешано. И купание двух вождей*. И чисто иезуитское поведение Китая, выводящее руководство СССР из себя. Но результат один – почти задаром получены технологии, средства, и вооружения.

В череде кинутых Китаем партнеров, СССР не единственный, и даже не первый. Еще до этого, президент США Эйзенхауэр, сначала настоял на военной помощи Китаю. На восемь миллиардов долларов. В сороковых годах. ВОСЕМЬ МИЛЛИАРДОВ. А потом расстроено сообщил конгрессу, что с Китаем дел иметь нельзя. Потому что даже не понятно с кого спрашивать. Все на одно лицо.

Председатель Мао, эту ссору с великими державами назвал « политика сосредоточенности на внутренних проблемах». В переводе на общедоступный для русских патриотов язык, это звучит как « не пи@деть и не вы@бываться».

Еще Мао Дзе Дун, в рамках прагматичного использования доступных возможностей, вдобавок, толкнул концепцию единого народа. Это когда зарубежный китаец – это прежде всего китаец. А потом уже гражданин какой либо страны. Исходя из этого к иностранным китайцам на родине всегда было очень доброжелательное отношение. Что, со стартом реформ, сыграло почти ключевую роль. Американские китайцы пришли сначала со своими капиталами, а потом подтащили и финансовые рынки.

Это в России двадцать первого века патриотичным считалось требовать внесудебных расправ, и конфискаций. Тупенькому патриоту, трудно понять простейшую вещь. Хотя бы на уровне примет. Пока олигархи в Москве, у патриота есть шанс купить новую иномарку, и, может быть, квартиру. А вот когда они уехали, то, скорее всего, придется скоро записываться в очередь на «Ладу -Калину». Да и на ту, вряд ли наскребется денег. И какая уж тут квартира. Более сложные построения не для патриотических мозгов. А прикрикнуть, как Мао на своих хуйвейбинов, на них стесняются.

Иное дело Китай. Хотя бы на моем примере. Сочтя меня полезным, меня обласкали, и будут доить, пока буду полезен. Что самое прекрасное – ничего не потратив. Иметь первосортную информацию и доступ к нужным кругам. Посредством тоже мерзких эмигрантов, содержателей притона. И не особо тратясь на мощные разведслужбы. И даже когда стану бесполезен, за мной не станут гонятся, дабы избавиться. Вдруг пригожусь?

То ли дело Россия, с их асами разведки. Живущими в больших, светлых и дорогих квартирах, имеющими бесчисленные награды и прочие ништяки. Они были не в состоянии спрогнозировать даже очевидные последствия. При первом же шухере рассказывали, что грядет апокалипсис, и на всякий случай, нужно посадить Акунина. Да и остальных пересажать неплохо бы.

Заодно, они прививали народу убеждение, что историческая миссия России в том, чтобы публично усираться, и терпеть лишения. Главное – поднасрать окружающему миру.

Правда, народ не очень велся. Но они не опускали руки.

Хе, в Китае точно ЗНАЮТ последствия своих решений и действий. Не в последнюю очередь благодаря китайской диаспоре. А в России, последствиями не утруждаются, и, как правило, очень удивляются результатам своих эскапад. Ощутимая разница. И , что самое важное, результат…

Самолет приземлился спустя семь часов после взлета. Встречный ветер, уважаемая леди, хорошо не ураган. Аэродром Биф-Айленд, еще не стал гнездом бизнес-джетов и частной авиации. Бетонная полоса, построенная в войну, вышка дистпетчера, несколько ангаров, топливные танки на отшибе. Подлетая, мы миновали острова Пуэрто-Рико, Сент-Томас, и еще кучу совсем маленьких. С высоты, остров Тортола выглядит как реклама Карибского отдыха. Ультрамариновая вода, желтый песок, пальмы, паруса яхт.

Нас встречало два авто. Что-то типа инкассаторского броневика, с группой вооруженных револьверами негров-охранников. Сам Джейкоб Бигот, встречал нас на Ленд Ровере без крыши. Судя по рулю, на острове левостороннее движение. Подъехав к остановившемуся самолету, машины остановились.

По установленной приставной лесенке, первым спустился Джо. Потом явила себя людям мисс Паттерсон. В специальном костюме для перелетов на Карибы. Ничего особенного, легкие брючки, яркая полосатая кофточка, босоножки, прическа конский хвост, черные очки в пол лица. Только полная деревенщина может думать, что в полет можно одеться, как на загородный пикник, Питер. Действительно, как можно спутать? Лишь потом вылезли хмурые мы с Хофманом. Я, в конце-концов, тоже задремал.

– Здравствуйте, – Бигот все такой же длинный и меланхоличный – рад вас видеть.