Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Что же, я могу понять причины, почему ополченцы, пробудив Ауру, остались в Ностое. Но, хех, хитро-то как! Не думал, что местные отличаются такой продуманностью! Сумели ведь придумать, как исподволь оставить у себя столь ценный актив!

Хм… это что получается, я тоже попался в подобную ловушку?

– Предлагаю покинуть это место, – снова поднял я уже ранее озвученную тему. – Но Худрос не будет финальной точкой пути – лишь началом. Вначале туда, а потом переехать на восточную часть острова. Там всё ещё остаётся вода. Не знаю, пересыхает или нет, но торгаши говорят о полноценных лесах и даже джунглях, – на мгновение я остановился и перевёл дух. – Даже не нужно основывать какое-то поселение: нас мало, просто прибьёмся к какой-нибудь уже существующей деревне. Туда, где ещё есть место. Сомневаюсь, что нас прогонят, а если и прогонят, то поселений там – пруд пруди. Где-нибудь да осядем. – Я пожал плечами. – Шансов выжить всяко больше, нежели оставаться здесь и надеяться на чудо.

– Если нас примут, то только на каких-то условиях, – недовольно проворчал Гербер.

– И что? – улыбнулся я. – Как по мне, лучше на каких-то условиях проживать рядом с водой и чернозёмом, чем гордо торчать в пустыне.

– А если и там засуха? – Фусто посмотрел на меня совершенно серьёзно, не воспринимая мальцом или человеком, который не достоин находиться среди их высокого сборища.

– Загрейн верно сказал: о засухе на востоке не слышно, – опередив меня, ответил Леви. – Более того, поговаривают, что там, наоборот, ситуация только улучшается. Вроде как дожди начали лить не только в сезон, но и просто так.

– Не слышал и не видел, зато слухи пересказывать горазд… – фыркнул Милегер.

– Ты вроде говорил, что хочешь Наршгалу помолиться? – Мос-Лир прищурился, волком глядя на жреца. – Лучше продолжай, а то мало ли? Обидишь нашего великого покровителя.

Жрец скрипнул зубами, но замолк.

И они снова продолжили перемывать друг другу косточки. Моя идея быстро затерялась за фасадом других тем. И так на протяжении ещё ЧЕТЫРЁХ раз! Да-да, ещё четырежды я пытался направить «деревенский совет» в нужную мне сторону, но… Каждый раз тема затухала, плавно переключаясь на другую.

И если поначалу я пытался чего-то добиться, спорить и предлагать, то по итогу фигуральным образом плюнул.

Иронично, но обсуждение ни к чему не привело. У меня теплилась надежда, что ситуация разрешится на следующем собрании, куда я уже не был приглашён, но моим мошкам забыли про это сказать. Однако… не судьба. Быстро выяснилось, что староста в деревне не вола валял, а реально работал. Без него люди попросту не могли принять какое-то единое решение! Каждый старался тянуть одеяло на себя, отчего собрания быстро перерастали в дрязги и конфликты. Из памяти поднимались старые противоречия и обиды. Дело несколько раз едва не доходило до драки, и ладно бы по нынешней теме, так нет же! Из-за коровы, которая сдохла от якобы неправильного лечения ещё десять лет назад. Из-за женщины, которую кто-то у кого-то по юности отбил. Из-за непохожих на родителя детей. Из-за денег и загубленного урожая – опять же старого.

Глава 12. Крысиный король

А в деревне ведь лучше не становилось. Каждый день – это перспектива потуже затягивать пояса на давно ставших слишком широкими штанах. А Дуфф, вместо того чтобы как-то решать начавшие копиться проблемы, дневал и ночевал за пределами Ностоя, пытаясь отыскать давно мёртвого Дервиса.

Я даже пожалел, что умудрился перемолоть ублюдка до костного порошка, который потом опять-таки съели мои мухи. Может, если бы я подкинул старосте голову его сына, тот бы погоревал, но преодолел себя и начал жить дальше? Ради дочери и жены…

Однако поздно думать о несбывшемся. Дела обстояли так, что голодающая деревня осталась без защиты. Ополченцы, подгоняемые Дуффом, ушли слишком далеко, «на страже» остались юнцы, типа моей компании, где из всех лишь я один сумел открыть Ауру, да парочка не особо шустрых ветеранов типа Леви Мос-Лира.

Обстановку накаляли слухи о каннибалах из Грайдии, которые вроде как уже готовятся к тому, чтобы навестить нас. Ко мне даже пытались подвалить с претензиями пара человек, причём не подростков типа Кольто Шебора или Жаруба Вуруса, а прям уже полноценные мужики. Пришлось звонко ударить кулаком о кулак, применив Ауры Защиты и Атаки. Поднявшийся ветер и хлёсткий звук удара угомонили придурков.

Однако я не ожидал, что страх будет поднимать голову, как готовящаяся к атаке змея. За два следующих дня произошли три драки и одно убийство. Виновника – до возвращения Дуффа – заперли в пустом доме. Несколько человек вооружились самодельными копьями и старыми сельскохозяйственными инструментами, начав патрулировать местность, изображая из себя опытных вояк, хотя никто до сего момента ни разу даже не приходил посмотреть на тренировки Боевых Искусств.

Я больше не рисковал покидать Ностой. Опасался, что снова произойдёт какая-то дичь, а так я хотя бы смогу её предотвратить, поэтому окружил деревню плотным коконом мошек, которые сидели в каждом из ещё жилых домов, сараев, коровников и загонов. Летали подле поля с куцыми, почти выжженными солнцем колосьями пшеницы. Контролировали превратившуюся в мутную лужу запруду возле Беруги.

– Хотя бы здесь всё стабильно, – хмыкнул я, лёжа на чердаке дома Эландов. Садрич пил, хотя ещё два дня назад клялся, что у него остался последний кувшин самогона. Энни рыдала на кухне, ведь муж обменял на выпивку последний мешок муки. Реально последний. Всё. Больше в доме ВООБЩЕ не имелось никакой еды. Ребис направился по друзьям в попытках добыть хоть немного пищи. Себб злобно тренировался на заднем дворе. Даже отсюда мне были слышны щелчки сухих ударов, нанесённых по самодельной макиваре.

Вздохнув, я принял сидячее положение, почесал затылок, потом направился вниз. Хоть у меня с тётей не слишком хорошие отношения, но…

– Я слишком часто дрочил на тебя голую, чтобы хоть как-то за это не заплатить, – слабо усмехнулся я, прежде чем зайти на кухню.

Энни не сразу заметила мой приход. Я воспользовался этим и тут же ошарашил её.

– У меня яд завалялся. Старый. Сам делал, у Вияльди, несколько лет назад, когда жизнь была ещё не столь плоха, – совершенно спокойным и даже обыденным тоном, словно завёл разговор о погоде, проговорил я.

Хотя нет, про погоду в Ностое говорят преимущественно или гневно, или с мольбой.

– Предлагаешь выпить его и наконец-то отмучиться? – Энни подняла взгляд и через силу усмехнулась, глядя на меня. Женщина даже не скрывала заплаканных глаз.

Ей был тридцать один год. В моём прошлом мире сказали бы: самый сок! Уже достаточно опытная, но ещё не успевшая состариться и обрюзгнуть. Здесь, конечно, считалось несколько иначе. Однако Энни всё равно умудрилась сохранить привлекательную внешность. Немного усталую и побитую, но… утончённую, что ли?

Хотя рада ли она такой «утончённости», полученной от голодной жизни?

Впрочем, завести кавалера на стороне ей это не помешало. Но Форпон Корс её хотя бы не бил. Показатель!

Думаю, присутствуй он в Ностое, то Энни давно бы попросила его помочь. Человеку с Аурой не отказали бы в предоставлении хоть минимального, но запаса пищи. Да и у самого Форпона, уверен, где-то скроен тайничок.

Но его в деревне не было. Бродил где-то, искал Дервиса.

– Тоже вариант, но вообще я думал одолжить его для дяди. Ему, кажется, нужнее, – улыбнулся я, скрестив руки на груди и облокотившись о гладко обструганную стену. Невольно в голову пришли воспоминания о долгом противостоянии с различными паразитами, проживающими под досками и внутри стен. Мои мошки хорошо постарались, изничтожая всю пакость. Теперь внутри ползали лишь они – и то не часто. Скорее профилактически.

– Он… – Энни замялась. – Он просто…

– Дядя уже не контролирует себя, – подсказал я ей. – Последняя стадия.

– Может, и так, – спустя три удара сердца признала она.

Я вздохнул и почесал подбородок, взглянув на грязные открытые ставни. Стёкол в Ностое не было. Не имелось их и в Худросе. Ну, почти. В паре купеческих гильдий, на ратуше и в некоторых домах богачей.

Что поделать, стекло ныне – ресурс редкий и сложный в изготовлении.

Похоже, придётся начинать издали. Не люблю такое. Вот… вот она же всё понимает! Так какого чёрта, а?! Боится осуждения? Да даже если Энни открыто проломит Садричу башку топором, то ей вообще никто и слова плохого не скажет! Здесь же, сука, как в коммунальной квартире: все знают про всех. В том числе и о ситуации семьи Эландов.

– Ты не могла не заметить, что последнее время я не столовался вместе с вами, – произнёс я, покрутив рукой. – И на то есть причина. У меня, скажем так, скопился свой небольшой запас. То с охоты, то с обмена, – пожал я плечами. – Я могу поделиться. Всё-таки вы мне не чужие люди.

Энни недоверчиво прищурилась. В уголках её всё ещё влажных глаз собрались маленькие морщинки.

– Ребис обещал найти… – неуверенно начала она.

– Я не навязываюсь, – перебил я её, выставив руки ладонями вперёд. – Просто знай, что я поделюсь. Это факт. Единственное, что меня смущает, – дядя. Мне или каждый день кормить вас всех чуть ли не с ложечки, выделяя ровно на один раз, – выставил я палец, подчёркивая важность момента, – или быть уверенным, что далеко не даром доставшаяся мне пища одним прекрасным днём не превратится в плохо очищенную выпивку.

– «Быть уверенным»… – медленно повторила женщина. – На что ты намекаешь? – в её глазах загорелось понимание. – Ты серьёзно, что ли, насчёт яда? Ты что, совсем свихнулся?! Хочешь, чтобы я Сада убила?! – Она приподнялась на стуле, но почти сразу упала обратно, будто ноги не держали.

Облизнув губы, я перенёс вес на другую ногу. В голове ситуация развивалась иначе.

– На самом деле – да, – продолжая сохранять вымученное спокойствие сказал я. – Прости за прямоту, но чувств между вами давно нет. И ты сама уже с год как ходишь к Форпону Корсу, – я постарался, чтобы в голосе не звучало даже намёка на осуждение или веселье. – Ему нормально, тебе тоже. Ваше право, никаких претензий. – Короткая пауза: я собирался с мыслями. Слова старательно убегали, мешая себя поймать и выстроить фразу должным образом. – Увы, но дядя проиграл в этой жизни. И он сам отлично это знает, пытаясь закончить её всеми способами, кроме самого очевидного.

– Ты бредишь, – резко произнесла тётя. – Убирайся! И еду забери свою, она нам не нужна!

– Энни, послушай, – добавил я строгости в голос и даже немного подался вперёд. – Верхушка деревни планирует переезд, – солидно преувеличил я. – Здесь, в Ностое, уже нечего делать. Ты сама это видишь. Голодает не только ваша семья. Все, – я демонстративно развёл руки, будто готовясь обнять целый мир. – А ты ещё не старуха. Не спорь. Прошли времена синяков и ссадин. Работа уменьшилась, дядя перестал тебя колотить. Ты привела себя в порядок и выглядишь более чем достойно. Не молодуха, но вполне симпатичная. Это я тебе честно говорю, – улыбнулся я. – Рано на себе крест ставить, Форпон Корс подтвердит, – я подмигнул ей. – А вот дядя – иное дело. Ты правда думаешь, что будет хорошей идеей в столь тяжёлое время тащить его с собой? Кормить, присматривать, контролировать, чтобы снова ничего не обменял? Кто даст гарантию, что однажды ночью, напившись до невменяемого состояния, он не обрушит тебе на голову топор? Или Себбу с Ребисом? А ведь такое уже было! Этот человек не может отдавать отчёт своим действиям.

Она промолчала. Отвела взгляд.

Хороший знак.

– Он ведь не инвалид, как Мос-Лир, – уже спокойнее продолжил я. – Это не какая-то болезнь, от которой можно взять и вылечиться. Это не потеря конечности, к которой можно привыкнуть, и даже не перелом спины, после которого он бы мог только лежать пластом, полностью парализованный. Нет, всё куда проще и одновременно сложнее.

Энни не издала ни звука.

– Молчишь? Твоё право. Вот пузырёк, – вытащив зелье из кармана, я поставил его на стол. Яд был залит в маленький сосуд из обожжённой глины. – Сильная дрянь, но нужно попадание внутрь тела. Подлей ему в выпивку, – кивнул я на второй этаж, где Садрич предпочитал квасить. – Он уже в невменяемом состоянии. Отвлеки его и подлей яд в кувшин. Сработает уже через пять минут. Быстрая смерть. Лёгкая. Не достойная этого человека. – Я слегка поморщился. – Никто не удивится, что запойный алкаш подох. И не думай, что я чёрствый и злой, просто я уже давно похоронил того человека, который приютил меня в вашем доме после трагедии с моими родителями. Я до сих пор помню того Садрича, который рассказывал нам с Ребом и Себбом сказки и истории. Я помню, как он обучал меня работе на мельнице… – на моих губах зазмеилась лёгкая улыбка. – В каком-то смысле он заменил мне отца. Но тот дядя давно умер. Теперь вместо него рядом незримо присутствует оборотень, которого интересует лишь выпивка. Он серой тенью бродит по дому, одним своим видом погружая всё вокруг в уныние и безнадёжность.

Вздохнув, я взъерошил волосы. На душе ощущалась тяжесть. Возникла мысль, что надо было всё сделать самому. Быстро, просто, легко, никаких вопросов… Но разве не было бы правильным, чтобы в последний путь своего мужа отправила именно жена? Точнее, даже не мужа, а человека, который в пик голода оценил мешок муки в меньшую цену, нежели кувшин бормотухи. Причём имея на руках семью, для которой та мука была ПОСЛЕДНЕЙ едой! Он в каком-то роде обрёк всех нас на смерть! Да, нас! Ублюдок ведь не в курсе, что я обладаю сверхспособностями. Следовательно, в его голове я также являлся тем, кто нуждался в пище. Но теперь её нет.

Пару секунд постояв на месте, я мысленно сплюнул и обернулся к Энни, которая не сводила глаз с пузырька.

– Я вернусь позже. Надеюсь, что к этому моменту ты примешь верное решение. Своими запасами я в любом случае поделюсь, но… знай, так или иначе, Садрич всё равно скоро откинется. Просто перед этим создаст всем нам кучу самых разных проблем.

Так и не дождавшись от неё никакой реакции, я вышел из кухни, а потом и из дома.

Необходимо было «достать еды», и я знал, где её раздобуду. Телепортом в Худрос. Пора немного потрясти склады купцов. Нужно будет только, наверное, изобразить привычную для последнего времени схему реализации товара – через старосту Дуффа.

– Однако Дуффа нет. – Уперев руки в бока, я несколько секунд стоял перед невысоким забором Эландов, но потом направился по улице – прямой как палка. Не хотел, чтобы Энни увидела меня в окно и посчитала слова про тайные запасы выдумкой.

– Хотя, – почесал я затылок, – особой нужды в нём теперь и правда нет. Я ведь не планировал раздавать еду вообще всем? Только Эландам. А для Энни я уже подготовил вполне сносное объяснение. Значит, староста мне не нужен.

Тихонько насвистывая и одновременно размышляя о проблеме инерции мышления, я неспешно шёл по улице, заодно направив мошек, находящихся в прибрежном городе, изучать торговые точки. Нужно было место, где на данный момент отсутствовали проверяющие и прислуга.

Ситуация немного осложнялась тем, что сейчас день. Большинство складов днём не простаивало, там активно бегали люди: приносили-выносили, переставляли, убирали, считали, чистили… Много возни плюс обязательный контроль кого-то из помощников купцов – чтобы не воровали.

Мошки облетали склады, изучая обстановку, а я мысленно радовался, что заранее разведал весь Худрос. Всё-таки мои насекомые уже давно находились в нём, отчего я научился более чем сносно в нём ориентироваться.

– …ни одной? – удалось подслушать один разговор, показавшийся поначалу неинтересным, однако я быстро поменял мнение. – Глупости!

– Наршгалом клянусь! – горячо ответил паренёк примерно моего возраста. – Крысы пропали! За последнюю неделю ни одной на складе не видел!

«Ах да, – мысленно хмыкнул я. – Решил ведь, что в качестве компенсации за периодическое «заимствование» продуктов буду честно отрабатывать, уничтожая естественных вредителей: крыс, тараканов, гусениц, тлю и прочую пакость, обожающую поджирать пищевые запасы». – И слово своё сдержал. Тем более что мне не было особой разницы, чем будет питаться рой, – лишь бы регулярно передавал мне дополнительную энергию, которую я «инвестировал» в них же. Хитин моих созданий успел чуточку укрепиться. Пока особо не заметно, но если продолжу действовать в таком же темпе, то месяца через два-три… хе-хе, любо-дорого поглядеть!

Между тем парень продолжил рассказывать, пока счетовод сверял исписанные книги прихода-расхода. Потом достал счёты, перебросил костяшки, важно покивал и улыбнулся.

Надо же! Искренняя улыбка на лице торговца! Зрелище столь же редкое, как проститутка, решившая поискать клиентов возле храма.

– Если я прав, – голос мужчины дрогнул, – мы сохранили почти на двадцать процентов больше товара.

Его собеседник моргнул. Помощник купца хмыкнул и махнул ему рукой. Работяга быстро пропал, не понимая смысла сказанных ему слов. Небось даже слово «процент» не знает. Ну да не мне его судить.

– Какой я молодец, а, – похвалил я сам себя. – Значит, система и правда работает хорошо. Тогда даже париться не нужно: подыщу местечко, нагребу сумку, а потом, в качестве компенсации, направлю туда рой. Зачистив местных вредителей, сэкономлю купцам товар и, считай, отработаю сделку. Все в плюсе!

Неспешно гуляя по улице, я вскоре обнаружил подходящее место. Какой-то дальний склад, на который как раз разгрузили свежеподошедший корабль. Грузчики довольно утирали потные лбы и вполголоса бранились. Кто-то жаловался на потянутую спину. Другой бурчал, что ему прилетело ящиком по ноге.

На складе осталось несколько работников, которые тем не менее занимались более благородным трудом: заполняли бумаги. Мошка, подлетевшая ближе, увидела стандартные бланки прихода, которые писари заполняли, обмакивая перья в чернильницы. Люди были так заняты, что и носа от бумаг не отрывали. На выходе из склада стояли несколько лениво поплёвывающих сквозь зубы охранников. Мужчины негромко болтали и даже не особо смотрели по сторонам. Ничто не предвещало беды.

Я решил рискнуть и начал нагнетать внутрь склада мошек, чтобы создать рой и обратиться. Конечно же, старался действовать незаметно: никакого жужжащего роя, который начал бы обретать контуры человека посреди помещения. Не-не, я ведь не идиот! Несколько мух уселись рядом со всеми людьми подле и внутри склада, контролируя их движения, а остальные принялись неспешно рассаживаться возле наиболее отдалённых участков, скрытые коробками и стеллажами.

К этому моменту я уже в должной мере отошёл от Ностоя, углубившись в лес. Во-первых – чтобы скрыться от чужих взглядов, ведь не обращаться же мне в рой посреди селян? Во-вторых – от пользователей Ауры. Тот же Мос-Лир имеет неплохую пассивную дальность Ауры Наблюдения, а значит, есть неиллюзорный риск спалиться.

Глава 13. Пища для размышлений

Спустя полчаса я успел достаточно отдалиться от деревни, заодно создав на складе подходящую массу мошек для обращения их в своё тело. Миг – и в глубине склада появился человек. Я.

В руках у меня был заранее прихваченный мешок, позволяющий набрать запас немногим меньше собственной массы. Я специально рассчитывал именно такой, чтобы обратить его в насекомых.

Ещё десять минут прошли в аккуратном хождении среди рядов – непременно так, чтобы меня что-то закрывало со стороны возможного обзора писарей. На охрану у ворот пришлось забить. Если у них имелась Аура Наблюдения, то меня заметят, если нет – то нет.

К счастью, мне повезло. Всё-таки верно Отье и Мос-Лир говорили: людей с открытой Аурой очень и очень мало. Это у нас, в Ностое, оказались ветераны, готовые передать свои знания подрастающему поколению, и то из всего потока пробудил Ауру пока лишь я один. Но это нормально. Леви объяснял, что в среднем, если регулярно тренироваться, участвовать в боях и всячески работать именно над пробуждением Ауры – через специальные упражнения, то годам к двадцати весь наш поток сумеет добиться результата.

Что же, будем надеяться, он прав.

Я набил полный мешок: разные виды солёной и вяленой рыбы, мяса, кувшины разносолов, печёные фрукты, мёд, крупы и даже немного шоколада.

Закончив, едва уловимо хмыкнул, покосился на единственный выход (он же вход), а потом разлетелся потоком насекомых, будто бы никого и никогда здесь не бывало.

И вот я снова стоял в лесу, но теперь стал обладателем оттягивающего руку мешка – пришлось даже Ауру использовать, чтобы его удержать!

– Энни охренеет, – слабо улыбнулся я. – Интересно, она прикончит Садрича?

Сейчас я не контролировал обстановку дома дяди и тёти. Специально. Не хотелось постоянно отвлекаться, думать об этом и гадать, словно на ромашке: убьёт – не убьёт. Вот приду и сам всё узнаю.

– С этим? – взвесил я в руке набитый здоровенный мешок, в котором навскидку было никак не меньше пятидесяти килограмм. Если бы не Аура, я бы его и не поднял. Во всяком случае, не с такой же лёгкостью. – Да ну на хер. Мало того, что ко мне появится куча новых вопросов, так кто даст гарантию, что Энни или Ребис с Себбом тупо не спалятся? Не-е… одно дело притащить пару краюх сухого хлеба и немного вяленого мяса, другое – вот эту гору.

– Значит, припрячу, – пожал я плечами. – Только не в своей комнате, а то всё копчёностями провоняет. Меня же потом самого сожрут.

Улыбка, появившаяся на губах, медленно сошла на нет, стоило лишь вспомнить Грайдию. М-да, шутки про «съем тебя» стоит придержать. Даже когда буду общаться с Ветой. А её, кстати, надо бы навестить. Девчонка снова хворает, запершись в комнате. Не дело.

Ладно, буду решать проблемы по мере поступления. Мешок еды. Круто. Но вываливать его в Ностой будет глупостью. Сразу потребуют ещё и ещё. Это с Дуффом, пока он был адекватным, я нормально договорился, а сейчас что?

Часть отдам Энии, хорошо. Остальное? Отнести к Вияльди и Леви? Ох, как бы беду на них не навести. Сейчас ведь за такое богатство натурально убить могут. А у них мелкая егоза Керста. Язык за зубами девочка, как и все дети в её возрасте, держать решительно не умеет.

Задумавшись, прислонился к дереву. Другие варианты? Закопать? Нет. Хотя… не, точно нет!

– Место должно быть неподалёку, но такое, чтобы никто лишний не совался.

Мельница! Простаивает уже несколько месяцев.

– На позапрошлой неделе работала, – заспорил я сам с собой. – Осталось одно поле, но всё равно ведь осталось. Пшеницу надо где-то молоть.

Плюс Садрич изредка валяется там пьяным. Есть риск, что недоумок отыщет запасы и тогда… не могу предсказать, что переклинит в его башке.

– Если, конечно, Энни не прикончит идиота, – протяжно вздохнул я и запретил себе отвлекаться. Идея с мельницей показалась мне верной. По территории Эландов мало кто ходит. Найдётся несколько старых сараев для инструментов и разной всячины, куда действительно никто не заглядывал уже с год. Вот туда и спрячу запасы! Главное – самому не подставиться.

Стоп! А не подставлю ли я в таком случае приютившее меня семейство? Вияльди, значится, решил еду не подкидывать, а тут, выходит, можно?

– Пустой дом, – осенило меня.

В Ностое за последние годы умерло рекордное число людей. Появилось много пустых хат, за которыми по-прежнему продолжали ухаживать, будто надеясь, что одним прекрасным днём всё волшебным образом наладится.

Вот только это не просто отдельно стоящие домики. На территории каждого имелось своё хозяйство с многочисленными пристройками, верандами, банями и прочими сооружениями.

– Идеал, – улыбнулся я, направив потоки мошкары обыскивать сооружения.

Пока насекомые – точнее, я их глазами – изучали варианты для тайника, я перебрал украденные (нет, честно отработанные!) продукты. Отделил то, что может полежать, от того, что желательно употребить в пищу побыстрее. После этого завернул условный скоропорт в отдельный кусок ткани. Вот и запас для Эландов.

Рой как раз подыскал подходящий вариант убежища, так что я перестроил свой маршрут и направился обратно в деревню.

Припрятав мешок – действовал аккуратно, предварительно изучив все окрестности Аурой Наблюдения и своими мухами, – я направился к… Вете.

Решил дать Энни ещё немного времени. Да и девушку… свою девушку, – поправился я, – надо вытаскивать. Чем дольше она пробудет в плену хандры и чёрной депрессии, тем сложнее будет её спасать.

Возле дома Бурсов обнаружился Есар Бокус, отец Заны. Он вовсю переругивался с Улой, женой Дуффа и матерью Дервиса с Ветой.

Решив не попадаться им на глаза, я шмыгнул за сарай и прижался к нему спиной, направив мошек подслушивать беседу.

– …продукты, – говорил Есар. Его колючий взгляд буквально впился в женщину. – Которые Дуфф добывал по своим источникам. Ностой нуждается в них!

– Так иди и тряси с него эти источники! – возмущённо рявкнула Ула. – Я тебе их где достану?!

В отличие от мужа, – и частично от Веты – Ула, хоть и носила траур, куда легче пережила смерть Дервиса. Во всяком случае, со стороны особого горя от неё заметно не было. Может, тоже надеется, что парень просто сбежал? Или попросту запретила себе даже думать об этом? Просто мошкара не замечала даже ночных рыданий, которые периодически наполняли комнату той же Веты.

– Дуфф не говорил, откуда их берёт! – Есар тоже поднял голос. – Я бы пошёл и «потряс»! Потому что у нас в доме вообще ничего не осталось. Голяк! Жрать нечего. Подпол опустошили, поля снова пожгло солнцем, ни мяса, ни овощей…

– Я тебе помочь ничем не могу, – немного спокойнее произнесла женщина. – Мне муж ничего не рассказывал.

– Ула, я ведь по-человечески прошу…

– Есар, я тебя всю жизнь знаю, как и ты меня, неужто думаешь, будто у нас все погреба забиты?

Я хмыкнул, ведь прекрасно знал, что так оно и есть. Наверное, не стоило старосте пускать меня в подпол, когда я обменивал у него половину туши гиены сразу после возвращения из Грайдии.

Попререкавшись ещё какое-то время, Есар покинул территорию Бурсов, после чего к дому подошёл уже я. В голове крутились мысли по поводу ситуации. С едой, имею в виду. Ностой голодал, это факт. Похоже, Эланды не единственная семья, оказавшаяся на грани. Проклятье! И что делать?

Закусив губу, я сжал кулаки. У меня БЫЛ способ их спасти. Был. Причём всех. Но тогда я признаюсь, что являюсь Прóклятым. Чуть ли не главной гадостью, по местным правилам и рамкам. И, может, ещё месяц назад меня не остановило бы это, но сучий Дервис, напавший и попытавшийся меня убить (несмотря на то, что знал: я помогаю Ностою!), здорово изменил моё мнение.

Здесь живут фанатики той или иной степени. Некоторые кажутся нормальными, некоторые откровенно поехавшие. Как я могу признаться им, что съел Запретный Плод? Даже если они предпочтут пропустить эти слова мимо ушей, найдётся какой-нибудь уникум, который решит выпустить мне кишки по примеру кретина Дервиса. И что тогда? Снова организовывать пропажу? А не слишком ли заметно будет?

– Безвыходная ситуация, – поморщился я.

И на Дуффа теперь проблему не переложишь. Староста, кажется, сошёл с ума. Может, он и придёт в норму, но точно не в ближайшее время. И что делать? Нет, серьёзно, что, мать его, делать?!

Деревня словно в осаде, будто корабль, вставший посреди бескрайнего океана после смерти своего капитана, в то время как его боцман, штурман и навигатор рвут друг другу глотки, пытаясь взять власть.

Команда такого корабля обречена на гибель. И, быть может, среди этих людей есть те, кто прекрасно понимает ситуацию, но что они могут сделать, не имея достаточной власти или силы?

Я не могу взвалить Ностой себе на плечи и вытащить его в светлое будущее!

Но могу попытаться… Облегчить муки…

Хмыкнув, я уставился на небо, столь синее, что, переверни его, получится море. На нём выделялась ослепляюще яркая точка солнца. Климат решил убить нас. Не вовремя.

Прикрыв глаза рукой, я стоял и пялился вверх, не желая возвращаться к прежним мыслям. Слишком сложно. От меня хотят слишком многого. Я что, избранный? Эй, я не Гарри Поттер! Про меня нет секретных пророчеств, и я не обязан помогать всем вам!

К тому же даже если попытаюсь, то не смогу бесконечно воровать еду! Я даже не про то, что такие пропажи быстро заметят и перекроют мне канал – хотя и это тоже. Я попросту не хочу обеспечивать всё оставшееся население деревни. Это бред. Мне что, больше всех надо? Я шестнадцатилетний пацан! Мне о сиськах полагается думать! Об оружии – в крайнем случае. О породистых лошадях, крутых кораблях, своей команде афридов, золоте, почёте и уважении. А я, мать его, не даю деревне умереть с голоду.

– Ну как не даю? – протяжно вздохнул я.

В ушах, как назло, зазвенели слова Дервиса, которыми он умело упрекнул меня в том, что моя деятельность по воровству пропитания из Худроса не приносит Ностою ровным счётом никакой пользы.

Обидно было! Но он, мать его, в чём-то был прав. Я мог сделать больше, но боялся раскрытия. Вот только кто сказал, что я ОБЯЗАН делать больше? С чего бы?!

Фух… нет, по местным порядкам всё так. Каждый старался на максимум – просто потому, что иначе общество не выживет. Запад Миизара, даже до начала эпопеи с засухой, представлял собой очень суровое местечко. Одиночки здесь умирают. Лишь коллектив способен худо-бедно выживать. Поэтому всех с самого детства старательно обрабатывали на эту тему: нужно помогать, нужно заботиться друг о друге. А тут вылез я! Индивидуалист херов, который, благодаря Запретному Плоду, спокойно может жить один. Единственное исключение. Несостыковка, ломающая гениальную схему.

– Хватит, – сказал я сам себе. – Решай, Загрейн, помочь или нет?

Дилемма, схожая с вопросом: уйти из деревни или остаться?

– А что меня держит? – начал мерить я шагами пространство возле сарая Бурсов. – Нет, серьёзно, что меня здесь держит?

Хороший вопрос. Я уже думал о нём и не нашёл толкового ответа. Ну-у… положим, Вета. Ещё друзья и несколько близких людей, которых я железно хочу спасти от всего творящегося здесь пиздеца. Но могу ли я это сделать? Предложу им, скажем, сбежать, а те захотят потащить своих родичей. Те – своих. И так, пока весь Ностой не поднимется. А он, ха-ха, не поднимется, доказано сраным советом деревни, который без Дуффа не пришёл ни к какому мнению. Только вот ждать старосту не вариант – можно и неделю, и месяц на это убить, не дождавшись результата.

– Если бы сдох любой человек, кроме Дервиса, то ситуация складывалась бы иначе. А погибни сам староста, то Дервис подменил бы его в этот момент, – осознал я. – Его бы послушались. У него была сила, было уважение, доставшееся по наследству.

Ха-ха, если бы Дервис не пропал, то Дуфф был бы в адекватном состоянии и не отдал бы власть сыну. Ага, всё связано друг с другом.

Что получается – я загнан в угол? Всё бессмысленно?