Текст книги "Демонология Китая. Летающие мертвецы, ежи-искусители и департаменты Ада"

Автор книги: Юй Сы

Соавторы: Алиса Атарова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Еще лисицам приписывают плевки огнем, и потому люди боятся, что появление лисы может привести к пожару.

Помимо этого, в «Каталоге гор и морей» есть множество чудовищ, которые описываются как «похожие на лисицу». По большей части все они несут бедствия и неприятности людям. К примеру: биби (獙獙) – зверь, похожий на лисицу, но с крыльями, кричит как гусь и несет засуху; лунчи (蠪蚳) – девятиголовая лисица с девятью хвостами и когтями тигра, что пожирает людей; чжуноу (朱獳) – лисица с рыбьими плавниками, приносит несчастья той стране, в которой ее увидишь, и другие.

Змея

Разумеется, описывая оборотней, невозможно обойти стороной еще один популярный миф – о змее-демоне. Змея в китайской культуре имеет самые глубокие корни: Нюйва, древнекитайская богиня, создавшая людей, изображается в виде змеи с женским лицом. Змея также потомок дракона (или даже Небесного императора), а потому во многих провинциях имеет священный статус, однако благодаря своей ядовитости и приписываемой хитрости эта рептилия получила множество чудесных и не очень свойств и стала героиней множества мифов. Китайцы верили, что умерщвление змеи приносит несчастья и убитая змея становится призраком, который мстительно преследует охотника. Змея в китайской мифологии всегда имела сверхъестественные свойства и околобожественный статус, и лишь во времена поздних династий змеиные духи приобретают негативную окраску.

В этом разделе мы рассмотрим только змей-оборотней – то есть тех, кто способен обращаться человеком либо же изначально им был, а также тех, кто приносит вред людям.

Змеи-оборотни, что относятся к категории яошоу, схожи по своим признакам с лисами: они тоже культивируют, чтобы стать людьми, но если навредить им, то будут мстить. К тому же шэяо (蛇妖) могут очаровывать людей, прямо как хулицзин. Самые ранние истории о змеях-демонах в Китае повествуют о рептилиях, что обращаются красивыми женщинами и с помощью различных средств соблазняют мужчин, а затем убивают их или съедают. При этом они хладнокровные и бесчувственные, а потому вся их красота и доброта – это лишь лицемерная игра. Благодаря змее в китайском языке появился чэнъюй 蛇蝎美人 (шэ си мэйжэнь) – досл. «красивая женщина подобна змее и скорпиону».

Самой известной змеей-оборотнем является, конечно, Белая змея (白蛇, байшэ). Хотя этот миф о трагической любви, а не о том, как змеи вредят людям, все же познакомимся с ним:

«В период правления Шаосин Южной Сун[43]43
  紹興 – девиз правления южносунского императора Гаоцзуна с 1131 по 1162 г.


[Закрыть] в Ханчжоу жил владелец аптекарской лавки по имени Сю Сюань. Однажды на озере Сиху он случайно повстречал прекраснейшую госпожу Бай с доверенной служанкой Цин-Цин. Начался дождь, и двое укрылись от него на лодке. Молодые люди понравились друг другу и вскоре поженились. Однако после свадьбы госпожа Бай стала вести себя очень странно, из-за чего Сю Сюань забеспокоился. Фахай, наставник храма Цзиньшань в Чжэцзяне, подарил Сю Сюаню чашу для милостыни и велел накрыть ею жену. Как только Сю Сюань накрыл чашей госпожу Бай, та тут же приняла свою истинную форму – тысячелетней белой змеи, которая оказалась заперта в чаше.

Фахай забрал чашу и положил ее на пике Лэйфэн, близ монастыря, да попросил людей возвести над ней семиступенчатую пагоду Лэйфэн, в которой навеки запер госпожу Бай».

Это краткое содержание легенды, однако в дальнейшем она трансформировалась и разрасталась: появились сюжеты о том, что госпожа Бай (которую позднее окрестили Су Чжэнь) и Сю Сюань были возлюбленными с детства, что она помогала ему с торговлей, а злой монах все испортил, о том, как госпожа Бай из-за любви не послушала Цин-Цин и показала истинный облик мужу, что до смерти того напугало, так что пришлось вмешиваться небожителям, и так далее. Сказка о Белой змее превратилась в оперу, множество дорам и сериалов, в книги и рассказы. Она не совсем злая, но отомстить может.

ЗМЕИНЫЙ ДУХ ПОВЕТРИЯ (蛇瘟神)

Относится к категории шэяо (蛇妖) – змей-оборотней. Насылает поветрие, где бы ни появлялся. Первое правило лодочников: всегда проверяйте, кого перевозите на другой берег, доверьтесь своей интуиции. Второе правило лодочников: если уж везете кого-то, не поднимайте занавеску – некоторые клиенты (даже если они и чудовища) любят уединение…

Зато вот другие змеи-оборотни очень злобные. Многие из них приносят болезни и засухи, как, например, Змеиный дух поветрия (蛇瘟神, шэ вэньшэнь). Этот демон описывается в южносунских «Записках Ицзяня» (夷坚志):

«В мае первого года правления Цинъюань[44]44
  慶元 – девиз правления императора Южной Сун Нинцзуна с 1195 по 1200 г.


[Закрыть] у южных ворот Хучжоу появилась женщина в белом и наняла лодочника, чтобы переправиться в деревню И. Сев в лодку, она закрылась от лодочника тростниковой занавеской. Долгое время от нее не было ни звука, и лодочник все больше удивлялся. Наконец, не в силах сдерживать любопытство, он приподнял занавеску и заглянул внутрь. Он увидел несметное множество маленьких змеек длиною около одного чи, что свернулись в клубок внутри. Лодочник жутко испугался и тут же опустил занавеску.

Спустя шестьдесят ли показался берег, и занавеска снова поднялась. Из-за нее вышла все та же женщина в белом, которая с улыбкой сказала ему:

– Никому об этом не рассказывай. Я принесла в эту деревню змеиное поветрие, но спустя месяц оно пройдет.

В той деревне жило семьсот человек, и тем летом более половины из них умерло от болезни».

Иные демонические змеи вроде бы и хотели никому не вредить, но люди сами находят свое бедствие. В династию Цзинь существовала легенда о том, что если убить змею, то она превратится в призрака и ночью явится убийце во сне, а тот затем умрет от боли в животе.

Существует колоссальное количество яогуаев, которые имеют форму змеи. А «Каталог гор и морей» содержит несколько десятков демонических зверей, похожих на эту рептилию:

· Сянлю (相柳), или сянъяо (相繇), – это мифическая змея с девятью головами и человеческими лицами, которую убил Великий Юй (древнекитайское божество). Кровь сянлю была так зловонна, что земля, где умерла эта змея, потеряла свою плодородность.

· Яюй (窫窳) – еще один змей из «Каталога», имеющий тело рептилии и лицо человека. Он тоже был убит в древние времена.

· Яньвэй (延维), или вэйши (委蛇), – змея уже из легенд народности Мао, имеющая две человеческие головы и туловище рептилии. У яньвэй фиолетовая чешуя и лишь голова красная, а длиною она почти с повозку. Эта змея пуглива – она настолько боится грома, что замирает при первых раскатах.

· Есть даже девятихвостая змея (九尾蛇), похожая этим на хулицзин, но, кроме девяти хвостов, ничего не имеющая.

Самая интересная легенда о змее связана с мифологизацией радуги. Да, китайцы в самом деле верили, что радуга – это разноцветная змея. Зовется она хунни (虹蜺) и олицетворяет похоть (тайный брак) и бунт. Все потому, что древние китайцы верили: радуга появляется от столкновения мужского и женского начал, ян и инь, и потому символизирует дисгармонию. Люди считали, что по обеим концам этой огромной змеи две головы: мужская и женская, и хунни любит пить из водоемов. Однако то место, где хунни выпьет воды, постигнет несчастье. В то же время хунни – это символ яркого таланта, а потому увидеть ее – к счастью. Вот такой двоякий миф. Благодаря ему, по крайней мере, становится ясно, почему этимологически в китайском слове радуга присутствует ключ «змея» (虫).

И напоследок маленький божок несчастий, смерти, нищеты, неурожая и траура: санмэнь (丧门) – змея с головой человека и чиновничьей шапкой. Считается, что он вестник смерти, но также может и просто приносить несчастья – тут уж как «повезет».

Тигр

Мы уже обсуждали в прошлой главе тигров-демонов, однако говорили про чангуев – злых духов-прислужников. Здесь же мы рассмотрим несколько иных созданий, которые почитаются за божественных, но при этом приносят вред людям: ху шаньшэнь – горные боги-тигры (虎山神). В глухих горах Китая, где водится много тигров, люди верили, что этот зверь – божество, которому Небесный император даровал право есть людей. Обычно ху шаньшэнь выглядит как прекрасный человек в богатых красных одеждах и в чиновничьем головном уборе с золотыми лентами. В «Новых речах Гуандуна» (广东新语), энциклопедии эпохи Цин авторства Цюй Дацзюня (1630–1696), этот дух описывается так:

«Это горный бог-тигр. Когда охота ему съесть человека, он снимает одежды и шапку, превращается в тигра и с ревом бросается вперед. Это Небесный император попросил горного бога приручить тигра, но тот забрал одежду горного бога, чтобы есть людей. Интересно, это Небесный император заставил горного бога обратиться тигром или же тигр изначально был горным богом?»

В других провинциях также верят, что тигром можно стать в наказание за грехи – тогда твоей участью будет вечно рыскать по лесам и есть себе подобных (людей).

Это не единственная история, связанная с мифом о тигре-оборотне. Среди чужэней есть не только мертвецы и тяжело больные люди, но и те, кто не способен противиться собственным желаниям.

Так, в «Обширных записях об удивительном» (广异记) есть история о деревенском старосте по имени Фань Дуань, который имел неконтролируемое желание есть сырое мясо. Однажды он украл у соседа свинью, а после этого его обуяла жажда человечины. Позже он повстречал двух тигров, вместе с ними охотился и делился едой, да так постепенно и сам обратился в тигра. Жители деревни были напуганы и хотели убить его, но мать помогла ему бежать. С тех пор в той деревне если видели трех тигров, то у одного можно было заметить сапог на левой задней ноге. Остальные тигры всегда убегали, а он поворачивался и смотрел назад со странной тоской, будто не мог понять, где он и что делает. Его так и прозвали – «староста Фань».

Разумеется, тигров-оборотней, как и всех яошоу в целом, обвиняли в похоти и совращении. В «Императорской энциклопедии эпохи Тайпин» (太平广记) записана легенда из династии Тан о женщине в тигриной шкуре (хупинюй, 虎皮女):

«В городе Пучжоу жил чиновник по имени Цуй Тао. Однажды ему потребовалось отправиться в Лиян на юге, и по дороге он проезжал Чучжоу. Прибыв в Чучжоу на рассвете, Цуй Тао решил задержаться и остановиться на ночь на постоялом дворе „Гуманность и справедливость“. Местные предупредили его: „Поговаривают, что там обитает что-то злобное, лучше не селитесь там“. Но Цуй Тао не послушался.

Ко второй страже у него догорела свеча, и он решил лечь спать. Но стоило ему развернуть одеяла, как в воротах двора он увидел огромную лапу. Двери распахнулись, и внутрь протиснулся огромный тигр. Цуй Тао в испуге забился в темный угол комнаты и принялся наблюдать.

Он видел, как тигр остановился посреди двора, сбросил шкуру, и на его месте оказалась девушка удивительной красоты, в прекрасном одеянии и украшениях. Она зашла в комнату и легла поверх его одеяла. Цуй Тао не мог больше сдерживать любопытство. Он вышел из темноты и спросил:

– Зачем вы лежите на моем одеяле? И почему я видел, как вы входите в образе зверя?

Девушка поднялась и обратилась к нему:

– Господин, я могу вам все объяснить. Отец и брат этой простолюдинки охотники, а семья так бедна, что хорошего мужа мне найти не может. Потому я стала набрасывать на себя тигриную шкуру и тайком приходить сюда в надежде, что смогу послужить какому-нибудь благородному господину и он позволит мне прибирать его дом. Однако все гости до этого в испуге прогоняли меня, но вот мне наконец посчастливилось встретить господина, который, надеюсь, примет меня.

Цуй Тао сказал:

– Ну раз таково твое желание, то можешь услужить мне.

На следующий день господин Тао выбросил тигриную шкуру в высохший колодец во дворе и увез девушку с собой. Позже он выдержал экзамены и получил должность в Сюаньчэне. Жена и дети Цуй Тао последовали за ним к месту назначения.

Более месяца спустя они снова остановились на постоялом дворе „Гуманность и справедливость“. Цуй Тао тогда вспомнил и обратился к жене:

– Это же то место, где я впервые встретил тебя!

Он заглянул в колодец и увидел, что тигриная шкура не истлела и совсем такая, как и раньше. Цуй Тао радостно сообщил жене:

– Да и шкура, в которой ты пришла ко мне, все еще лежит в колодце!

На что она ответила ему:

– Повели-ка достать ее тогда.

Слуги достали шкуру, и жена Тао со смехом сказала:

– Позволь мне примерить ее еще разок.

Но стоило ей одеться в шкуру, как она превратилась в тигра и грозно зарычала. Она сожрала Цуй Тао и детей, выпрыгнула из постоялого двора и была такова».

Мораль этой истории проста: не доверяйте женщинам, которые прокрадываются в вашу спальню посреди ночи, тогда как вам говорили, что в этом дворе обитает зло.

Волк

Несложно догадаться, что оборотнем в китайской мифологии может стать практически любое животное. Для этого даже многого не надо – парочку раз навредить людям (или, наоборот, помочь), и вот уже заклеймят тебя демоном.

К примеру, не вызывает удивления, что не только лисы – демонические животные, то и волки тоже. Бытовало расхожее мнение, что оборотни могут создавать себе подобных вполне привычным и знакомым нам способом – с помощью укусов и царапин (то есть ликантропией). Однако, как и в случае с цзянши, вероятно, это все-таки западное влияние.

Волк-оборотень (жэньлан, 人狼) хитер и жесток, он не ведает жалости, и все, что ему нужно, – это человеческая жизнь. Эти свирепые демоны-каннибалы не брезгуют никакими методами, чтобы заполучить жертву. Еще в «Иллюстрированном каталоге демонов Байцзэ» (白泽图) описывается создание под названием чжинюй – досл. «знающая женщина» (知女):

«Столетний волк способен обращаться женщиной чжинюй необычайной красоты. Она садится у края дороги и обращается к проходящим мимо мужчинам со словами: „У меня нет ни отца, ни матери, ни братьев, ни дома“. Если кто возьмет ее в жены, то через три года она его съест. Если же назвать ее по имени, то она сбежит».

Волком-оборотнем можно стать так же, как и другим оборотнем: после смерти или после сильной болезни. Среди жэньланов есть и такие, что живут среди людей и успешно притворяются безобидными, однако тяга к сырому мясу их не отпускает. К примеру, в «Обширных записях об удивительном» (广异记) есть такая история про юношу-волка:

«В одной деревне Цзянчжоу жил юноша около двадцати лет. Как-то он сильно заболел, да так, что чуть не потерял душу и превратился в волка. Он сожрал многих детей в деревне, но те, кто потерял сыновей и дочерей, не знали, что случилось с ними, и напрасно их искали.

Этот юноша обычно нанимался на разную работу в какой-нибудь дом и тем зарабатывал себе на рис. Как-то он проходил мимо двора, где пропал сын. Отец мальчика, вздыхая, позвал юношу со словами:

– Приходи к нам завтра, есть для тебя работа, а взамен вкусно тебя накормим.

Тот рассмеялся:

– Что я буду за человек, если приду в твой дом во второй раз! Я уже отведал твоей вкусной еды!

Отец пропавшего мальчика очень удивился его странным словам и принялся расспрашивать. Юноша же пояснил ему:

– Небеса повелевают мне пожирать людей. Вчера я съел отличного маленького мальчика лет пяти, очень упитанного и вкусного.

Отец, потерявший сына, только тогда заметил, что губы у юноши в запекшейся крови. Он набросился на него и принялся неистово избивать. Юноша превратился в волка и издох».

Как видите, волки – совершенно беспринципные создания в китайской мифологии. На севере Китая (в провинциях Шаньси, Шаньдун, Хэбэй) бытует страшная сказка о старухе-волчице (ланпоцзы, 狼婆子), которая очень похожа на сказку о пихуцзы («шкура лисы»). История все та же: у матери было трое детей, она пошла работать в поле, встретила волчицу, которая убила ее, приняла ее облик и отправилась к дому, где ждали три девочки. Младшую она сожрала ночью, а старшие девочки, услышав хруст, хитростью выбрались наружу, поставили под деревом котелок с кипящим маслом, заставили волчицу привязать веревку к себе и принялись ее тянуть. Разумеется, все закончилось точно так же, как и в истории с пихуцзы: демон был побежден.

Кроме ланпоцзы, в Юго-Западном Китае верят в свекровь-медведицу (熊家婆) или бабушку-медведицу (熊外婆). Сказка о ней похожа на историю пихуцзы. И точно так же существует известная сказка о тетушке-тигрице (虎姑婆) со схожим сюжетом. Благодаря этому можно сделать вывод, что в целом сказки перекликаются – равно как и в славянской мифологии.

Медведь

Медведь-оборотень называется довольно просто – жэньсюн (人熊), человек-медведь. Выглядит он как медведь, только больше обычного, у него острые когти, и жэньсюн очень силен – настолько, что может даже победить «повелителя леса» тигра. Как отличить его от обычного медведя? При встрече с человеком он начинает смеяться, но не стоит вестись на его добродушие – больше всего он любит протыкать людям глаза и уши.

В «Новых речах Гуандуна» (广东新语) про этого зверя сказано, что его жир способен заставить седые волосы снова стать черными. У него похожая на человечье лицо морда и черные губы, и, когда он смеется, прикрывает верхнюю губу лапами. В той же энциклопедии указано, что жэньсюна в народе прозывают еще и шанду (山都, чакма, разновидность павиана). Это говорит о том, что в народных верованиях медведь и обезьяна зачастую сливаются. У шанду есть еще и синий или черный хвост, похожий на рыбий.

При этом в «Собрании различных надписей с цинских стел» (清稗类钞), цинском историческом сборнике авторства Сюй Кэ (1869–1928), который был написан примерно в то же время, жэньсюн описывается совсем по-другому: «больше бурого медведя, шерсть рыжая с белым, длинные лапы, может выкорчевывать деревья с корнем; встретив человека, встает на задние лапы, чтобы его схватить, а потому в народе называется человеком-медведем. Обитает в трех северо-восточных провинциях»[45]45
  Провинции Ляонин, Цзилинь, Хэйлуцзян.


[Закрыть].

В книге «О чем не говорил Конфуций» есть такая история о встрече с жэньсюном:

«Один купец из Чжэцзяна зарабатывал тем, что торговал за морем. Как-то вместе с двадцатью товарищами из-за сильного ветра его отнесло на остров, и они решили сойти на берег, пока ветер не утихнет. Они долго гуляли, пока не встретили огромного жэньсюна высотой больше чжана, который напал на них. Жэньсюн подтащил их к большому дереву и, проткнув одному за другим уши лозами, привязал их к стволу, а после куда-то побежал.

Как только жэньсюн оказался достаточно далеко, люди подняли ножи, срезали лозы и бросились обратно на корабль. С борта они увидели четырех жэньсюнов, которые несли огромную каменную плиту, на которой пританцовывал явно счастливый демон.

Подойдя к дереву, он увидел, что лозы лежат на земле, и пришел в большую ярость. Человек-медведь на плите принялся яростно распекать четырех других жэньсюнов, а потом начал избивать их.

Люди на борту со страхом смотрели на эту сцену и чувствовали, что заново родились, чудом избежав смерти. Когда они вернулись обратно, то проколы в их ушах доказали правдивость слов купцов».

Как можно заметить, жэньсюн больше похож на зверя, чем на человека, а потому скорее относится к демоническим зверям, о которых речь пойдет в следующей главе.

Другие звери-оборотни

Как было сказано ранее, оборотнем может стать практически любое животное – на самом деле любое. Часто оборотнями становятся собаки, старые дикие и домашние животные – быки, кошки, зайцы, козы, бараны, свиньи. Любое животное, дожившее до «преклонных лет», может быть обвинено в том, что оно оборотень. Существует немало легенд и сказок о них, но в целом все они повторяются по сюжету.

ЕЖИ-ОБОРОТНИ (蝟怪)

Вполне безобидные оборотни, которые часто прячутся среди людей. Если ночью, занимаясь своими обычными делами, вы услышите хихиканье, не выходите. Возможно, вы застанете двух совершенно непримечательных синих старцев, которые просто прогуливаются под луной, а потом обращаются ежами и скрываются в траве. Догнать их вы все равно не сможете, а любые оборотни опасны.

Есть и интересные «экземпляры» демонов. К примеру, ежики-оборотни (蝟怪, вэйгуай). Конечно, это не самый распространенный вид яошоу, но потому и интересный. Вы спросите, разве может ежик навредить человеку? Автор «Записок чайного пьяницы о необычном» (醉茶志怪), цинский литератор Ли Цинчэнь, с вами бы не согласился:

«Один ученый из родного города этого автора читал как-то ночью книгу и услышал, как за окном кто-то будто шуршит листьями. Ученый выглянул в окно и увидел двух ежиков, что по траве спешили прочь из двора. Любопытство обуяло ученого, и он последовал за ними. У стены двора ежики обернулись двумя старцами с синими усами и волосами. Они о чем-то болтали и смеялись. Ученый в испуге спросил, кто они, но старцы тут же исчезли».

Как было сказано выше, старые животные зачастую наделяются демоническими характеристиками. Так и старый еж в китайской мифологии получил статус демона: вэйхо (蝟火) – это огненный еж, который в тех же «Записках» представлен как существо выше трехлетнего младенца с глазами, горящими, как огни.

Демонический еж кажется безобидным, но, как и всякий яошоу, таковым не является. Вот поучительная история о том, какими последствиями оборачивается доброта к демону:

«За глиняным чаном на заднем дворе одного дома жил белый еж размером с блюдо. Хозяин дома хотел убить ежа, но жена остановила его. Той же ночью женщине приснилось, будто в комнату вошел молодой человек с круглым белым лицом, в грубом халате с широкими рукавами. На его одежде было так много кисточек, что та казалась очень тяжелой. Молодой человек сказал женщине:

– Спасибо госпоже за заступничество, вы уберегли меня от рук злодея и спасли мою жизнь. Я пришел лично засвидетельствовать свое почтение и благодарность.

Женщина спросила его имя, и молодой человек ответил:

– Зовите меня господин Бай.

Перекинувшись с ней еще парой слов, он вдруг стянул обувь, забрался к ней на кровать и принялся ее целовать. Женщина пыталась сопротивляться, но ее тело будто онемело от тяжести, а затем она и вовсе с радостью отдалась плотским утехам.

Один раз испытав наслаждение, быстро к нему привыкаешь, и господин Бай частенько наведывался в сны женщины. Полгода спустя она забеременела, но у нее ужасно болел живот, словно ее кололи тысячи иголок. Каждый раз, когда она двигалась, не могла не кричать от боли и мечтала о смерти. Женщина умоляла пощадить ее, но господин Бай только ответил:

– Я еще не отплатил тебе за доброту.

Женщина разрыдалась и тихо прошептала:

– Если бы тебя тогда не пощадили, то у меня бы не болел живот.

Господин Бай обиженно фыркнул и в гневе удалился. Та семья пригласила даоса, чтобы он очистил дом от скверны и воскурил благовония. Но стоило тому зажечь свечу на алтаре, как она потухла, стол резко опрокинулся, а женщина упала замертво».

Мораль сей истории, вероятно, в том, что доверять даже белым милым ежикам не стоит – потому что демоны по своей природе не бывают добрыми.