Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXXХХXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 15

Российская Империя

Иркутск

Виктор остановился посреди тротуара, получил по плечу краем чужого зонта и поспешил отойти к стене. Женщина с пакетами что-то сказала ему вслед, но переспрашивать он не стал. Вряд ли пожелала хорошего дня.

Зачем ему всё это? Ну конечно, сейчас придёт к Галактионову, а там его уже ждут. С цветами, радостными приветствиями. Где же вы были, Виктор? Нам как раз такого человека и не хватало!

Он посмотрел на свои ботинки. Левый уже промок насквозь. В худшем случае посадят на цепь. Вот за это Виктор переживал всерьёз, хотя до сих пор старался не думать, как такое может выглядеть. В лучшем дадут под зад и отправят домой. Пожалуй, домой он и сам доберётся.

Дурак. К Галактионову собрался! Человек пару часов назад то ли Луну уничтожил, то ли кого-то на Луне. Виктор видел запись возле магазина, но из разговоров собравшихся так и не понял, что именно там случилось. Полыхнуло страшно, это да. Потом показывали серую поверхность, по которой что-то ползало, и люди под навесом уже спорили, кого теперь будут добивать.

Александр Галактионов разбирался с богами. Уничтожал таких чудовищ, что на них даже через экран было смотреть неприятно. Витя же собирался прийти к нему со своей мечтой.

Он представил, как встанет перед этим человеком и объявит: «Здравствуйте, я Виктор Великий. Хочу работать на вас. Мне есть что предложить». После фамилии наверняка уточнят, не издевается ли он. С такой фамилией хотя бы выглядеть полагалось поприличнее. А тут в двадцать семь лет даже переодеться перед встречей не во что.

Дар у него был. Только Виктор и сам до конца не понимал, что умеет, и потому разговор следовало начать осторожно. Объяснить всё как есть, а уже потом показывать. Если попросят. В голову опять полезла цепь. Нет, точно домой. Нужно хотя бы переодеться, а думать о встрече можно и завтра.

Он остановился и хлопнул себя по лбу.

– Молодец, – пробормотал Виктор, убирая мокрые волосы с лица. – Домой решил пойти.

Дома больше не было. Сгорел сегодня утром. Почему загорелся, он так и не знал. Когда смотрел на то, что осталось, даже не мог сообразить, за что хвататься. Некоторые вещи ещё можно было вытащить, только складывать их оказалось некуда. Постоял, подобрал уцелевшее и ушёл, а теперь ноги сами понесли обратно.

Домик был старый. Достался от покойного старшего брата вместе с вечной необходимостью что-нибудь чинить. Виктор нащупал в кармане ключ. Достал, повертел и убрал обратно. Выкинуть не смог… Память, ведь брат любил этот дом…

Утром он решил, что пожар был знаком. Полгода собирался предложить свои услуги Галактионову и всё это время находил причины отложить. Вроде и понимает, чего хочет, но всякий раз оказывается, что сперва нужно заняться чем-нибудь другим. Вот хотя бы дверью. Можно ещё полгода потратить на новый дом и снова никуда не пойти.

Он прижал ладонью внутренний карман, проверяя лежавший там свёрток, и повернул обратно. К Галактионову. Хотя бы дойти, а там уже решит.

До имения добрался насквозь мокрым. Последний участок дороги шёл, глядя себе под ноги, и едва не пропустил поворот. Остановился перед воротами, поднял голову и некоторое время просто рассматривал их. Ого. Как вообще такие открывают? По раме тянулся узор, местами налитый силой. На обычное украшение он не походил. Створки тоже были артефактными, это Виктор различал, хотя понять назначение всех знаков даже не пытался.

Зато камеры заметил сразу. Одна смотрела на дорогу, другая висела над входом. Если здесь не спят все разом, о нём уже знают. Виктор поправил воротник и приготовился объяснять, зачем пришёл.

Никто не вышел. За воротами тоже никого не было видно. Он поискал глазами человека в будке или хотя бы открытую дверь, из которой можно крикнуть посетителю. Пусто. Ну и что теперь делать?

Постоял ещё немного, затем подошёл к раме и постучал. Костяшки отозвались болью, а звук получился таким, что даже сам едва расслышал. Стукнул ещё раз, посмотрел на створку и отступил. Весит, наверное, как поезд. Может, и больше. А он стучит, будто к соседу за солью пришёл.

Виктор повернулся к камере. Поднял руку, показывая, что ждёт, и снова отошёл от проезда. Если его не хотят впускать, так хоть вышли бы и сказали. Или велели прийти завтра. Кому нужен такой посетитель, он прекрасно понимал. Тем более сегодня. Но всё равно ждал, время от времени поглядывая на часы.

Он представил, что ему ответят, и пришлось придумывать заново. На исходе второго часа готов был согласиться даже на подзатыльник, лишь бы уже хоть кто-нибудь вышел. Поднял руку к лицу и смахнул воду с часового стекла. Секундная стрелка стояла. Постучал пальцем, поднёс к уху. Ничего. Часы тоже сдохли. Полная, мать её, непруха.

Виктор опустился на бордюр у края площадки и пристроил сумку на ботинки. Пальто задралось, холодная вода тут же нашла дорогу под пояс. Вставать не захотелось. Он подвинулся, как будто рядом могло оказаться суше, и уставился перед собой.

Может, зря не рассказал о себе в письме? Хотя тогда ещё пришлось бы ждать ответа. А вдруг вообще не прочли бы? Положили куда-нибудь к другим просьбам и забыли. Сейчас он хотя бы здесь. Нужно только объяснить всё правильно. Про дом первым делом рассказывать не станет. Решат, что ночлега просит, а он за работой пришёл. И жалованье можно пока не обсуждать. Сперва пусть выслушают, потом уже…

Капли перестали бить по макушке. Виктор провёл ладонью по лицу и обрадовался, что хоть дождь закончился. Посидит ещё немного, потом попробует постучать. Вдруг в прошлый раз не услышали.

У носков ботинок всё ещё разбивались капли. Рядом по дороге хлестало так, что вода подпрыгивала. Он поднял голову. Над ним держали зонт. Мужчина в форме Рода Галактионовых стоял сбоку, наклонив зонт к посетителю. Собственное плечо уже намокло, но его это, похоже, не беспокоило.

– Чем могу помочь? – спросил он, встретившись с Виктором взглядом.

Тот вскочил, уронил сумку и едва не задел головой спицы. Подхватил поклажу, выпрямился и посмотрел на знак Рода.

– Вы служите Галактионовым? – уточнил он, зачем-то показывая на форму.

Прекрасно. Следующим вопросом можно узнать, идёт ли дождь.

– Служу, – подтвердил мужчина, приподнимая зонт. – Вы к кому-то пришли?

– К главе Рода, – Виктор сжал ремень сумки. – Мне бы Александра Галактионова увидеть.

Гвардеец задержал на нём взгляд.

– Глава очень занят, особенно сейчас, – предупредил он. – По какому вы делу? Возможно, поможет кто-нибудь другой, и ждать не придётся.

Виктор открыл рот и запнулся. Все подготовленные слова куда-то делись. Плечо гвардейца мокло всё сильнее, а он стоял перед ним и никак не мог ответить на обычный вопрос.

– Мне бы всё-таки с ним, – выговорил наконец Виктор. – Кажется, он сможет понять. И принять.

Последнее слово прозвучало тише, чем хотелось.

– Дело серьёзное? – спросил гвардеец, перехватывая зонт другой рукой.

– Для меня да, – Виктор кивнул. – Я подожду, сколько нужно.

– Внутри подождёте, – решил гвардеец, показывая на проход возле ворот. – Только сразу предупреждаю: сегодня встречу не обещаю. Пойдёмте.

Виктор поспешил следом, пока тот не передумал. Документы у него всё-таки проверили. Пришлось повозиться с карманом, зато сами бумаги остались сухими. Пока сотрудник на входе смотрел их, Виктор стоял, стараясь не капать на стол, и ждал следующих вопросов. Ему вернули документы и пропустили дальше. До этой части знакомство он ни разу не продумал.

За воротами было на что посмотреть. Подстриженные кусты тянулись вдоль дорожки, а дальше, между деревьями, стояли статуи. Виктор задержал взгляд на каменном звере с раскрытыми крыльями. Между перьями оставались просветы, каждое было вырезано отдельно. Неужели всё из одного куска? Гвардеец остановился, и посетителю пришлось прибавить шагу, возвращаясь под зонт.

Под ногами тоже оказалась работа, которую хотелось рассмотреть. Узор шёл по самой дорожке, заходил на бордюр и продолжался дальше. По мокрому камню скользили блики. Виктор едва не споткнулся, пытаясь на ходу понять, как соединены отдельные части. Величие. Другого слова у него пока не нашлось. Богатые дома он видел, но здесь даже дорожку сделали такой, что по ней хотелось ходить осторожнее.

А впереди уже показалась усадьба. Виктор смотрел на окна и прикидывал, сколько в таком доме может быть комнат. Сбился, когда они обошли край клумбы и открылась ещё одна часть здания. Где-то наверху прошёл человек с подносом. Внизу распахнулась дверь, из неё вышли двое, поздоровались с гвардейцем и пошли по своим делам.

На самого Виктора посмотрели без особого интереса. У крыльца он долго вытирал ноги. Сопровождающий подождал, затем придержал дверь.

– Проходите, – пригласил он. – Здесь можно подождать.

В зале гостю показали на кресло. Рядом на столике лежало сухое полотенце, а на подносе стояли чайник и несколько чашек. В графине была вода. Виктор уселся на самый краешек и с ужасом посмотрел на оставленную у ног лужицу.

– Полотенце берите, напитки тоже для вас, – сказал гвардеец, заметив его взгляд. – Сейчас к вам подойдут.

– Спасибо, – Виктор взял полотенце, но приложить к лицу решился только после того, как гвардеец вышел.

На белом остались грязные полосы, и он сложил полотенце так, чтобы их не было видно. Точно с кем-то перепутали. Другого объяснения не находилось. Он ведь ещё ничего не сказал, просто попросил увидеть главу Рода, а его уже усадили в кресло, которое страшно трогать. Когда разберутся, нужно будет сразу извиниться. Только пусть за обивку платить не заставляют. И за полотенце тоже.

Решил больше ничего не трогать, но вскоре потянулся к чайнику. Руки так замёрзли, что даже чашку пришлось держать двумя ладонями. Отпил немного, обжёг язык и всё равно сделал ещё глоток.

Дверь открылась. Вошла горничная, посмотрела на его мокрую голову и подошла ближе.

– Мы ещё не передали Александру вашу просьбу, – сказала она. – Но вы совсем промокли. Пойдёмте со мной.

Виктор поспешно поставил чашку.

– Уже уходить? – спросил он, поднимаясь из кресла.

– Переодеваться, – поправила девушка, подав ему второе полотенце. – Первым вы уже вытерлись.

Он посмотрел на свою сумку. Объяснять, что сухого там почти ничего не осталось, не успел. Горничная уже ждала у двери, поэтому взял полотенце и пошёл за ней. Гостевые покои оказались больше, чем он ожидал. Впрочем, здесь всё оказывалось больше, чем он ожидал. На кровати лежала одежда. Девушка взяла верхнюю рубашку, прикинула по его плечам и положила обратно.

– Должно подойти, – сказала она. – Ванная за этой дверью. Душ тоже есть, а можете в купель залезть, как больше нравится.

Она приоткрыла дверь, и Виктор заглянул внутрь. В купели, кажется, поместилась бы половина его бывшего дома. Вторую можно пристроить там, где у них умывальники. Возле воды приготовили ещё полотенца. Эти он уже решил без крайней необходимости не пачкать.

– Отдыхайте, – продолжила горничная, повернувшись к нему. – Когда про встречу станет известно, вам сообщат.

– Долго ждать? – переспросил Виктор, ещё раз оглядев комнату.

– Не знаю, – она поправила лежавшую рубашку. – Что-то не так?

– Нет, всё так, – он замотал головой. – Просто вы, наверное, меня с кем-то перепутали.

Девушка посмотрела на него, затем на сумку, которую он всё ещё держал.

– Сумку поставьте, – предложила она. – И расскажите, что передать Александру. По какой причине хотите с ним встретиться?

Вот теперь придётся объяснять. Виктор опустил сумку. Ему вдруг стало стыдно. Столько людей из-за него хлопочет. Даже одежду приготовили, хотя он об этом не просил. Люди наверняка думают, что у него какое-нибудь важное известие. Может, даже такое, ради которого стоит отвлекать самого Галактионова. А он на работу просится.

– Я хотел бы служить Роду Галактионовых, – сказал Виктор, заставив себя посмотреть на девушку.

Горничная кивнула.

– Подробности будут? – спросила она, достав небольшой блокнот.

Витя вытер ладони о полотенце.

– Меня Витя зовут, – произнёс он. – Фамилия Великий. И я Скульптор… Кажется.

Брови у девушки поднялись. Сейчас спросит, что значит «кажется». И он расскажет, как умеет, без всей той ерунды, которую придумывал у ворот. Скрывать больше ничего не станет. Но горничная только улыбнулась.

– Отдыхайте, Виктор, – сказала она, убирая блокнот. – Я передам Александру о вашем прибытии.

Девушка направилась к выходу. Он шагнул следом.

– Вы сами ему скажете? – спросил Виктор, остановившись возле двери.

– Конечно, – она обернулась, взявшись за ручку.

– Просто вы же горничная, – выговорил он и сразу понял, как это прозвучало. – Простите. Я хотел спросить, вам можно к нему вот так зайти?

Девушка рассмеялась.

– В этом имении живут только личные горничные главы Рода, – объяснила она. – Мы и не такое можем.

Подмигнула ему через плечо и вышла. Виктор остался стоять с полотенцем в руках. Охренеть. Во что он вляпался?

Он думал, придётся ещё долго объяснять разным людям, зачем приехал и почему ему нужен именно Галактионов. А эта девушка сейчас просто пойдёт и всё передаст. Лично. Самое главное он ей уже сказал.

Уйти ещё можно. Собрать сумку, извиниться и попросить проводить обратно. Только зачем было мокнуть у ворот, если сейчас опять испугается?

Виктор вытер руки и положил полотенце. Достал из внутреннего кармана свёрток, развернул пакет и осторожно вынул фотографию брата. Тот улыбался. Очень хотелось сейчас позвонить. Рассказать, где оказался, спросить совета. Наверняка услышал бы знакомое: дошёл, молодец, теперь не вздумай удрать. А затем брат обязательно поинтересовался бы, когда он ел в последний раз. Витя шмыгнул носом и вытер лицо рукавом. Брат всегда верил, что у него получится. Теперь самому бы в это поверить.

Виктор сжал свободную руку в кулак, посмотрел на дверь и вернул взгляд к фотографии.

– Нет, – сказал он. – Я не уйду. Ты будешь мной гордиться, брат. Я иду за своей мечтой, как ты просил. И не отступлю.

* * *

– Ну, понимаешь… – Крендель почесал затылок, поглядывая на распиленную ракету. – Тут история долгая. Если коротко, мы её купили.

Я ещё раз посмотрел на розовый корпус. Стоит себе на козлах, часть обшивки снята, внутренности разложены рядом. Работа идёт, всё замечательно. Только у меня почему-то продолжает дёргаться глаз.

– У кого? – спросил я, поворачиваясь к мастеру.

– А это важно? – он перестал чесать затылок.

– Очень, – я указал на остаток надписи. – Ты знаешь, что здесь написано?

– Э-э-э… – почесал голову Крендель. – Нет, этого языка я не знаю.

– И слава Кодексу! – буркнул я. – Эта… гхм… штука, судя по всему, стояла на вооружении у одного тяжёлого ударного авианосца с названием, как у сосательной конфетки. Поэтому повторю вопрос. У. Кого. Ты. Это. Купил?

Крендель вздохнул и пошёл к стеллажу с документами. Судя по тому, сколько всего на них навалили, в бумагах он нуждался редко. Зато теперь пришлось убрать с верхней папки какую-то железяку, вытащить саму папку, убедиться, что не та, и проделать то же самое со следующей. Я подождал. Потом присел на край верстака.

– Ты хоть помнишь, что ищешь? – уточнил я, когда он полез на нижнюю полку.

– Помню, – буркнул он, вытаскивая ещё одну папку. – Покупку оформили как положено.

Вот этим он меня окончательно добил. Если нас отсюда выкинет в другую Вселенную, будет что предъявить продавцу. Впрочем, распилили ведь. И до сих пор живы. Значит, головой Крендель всё-таки пользовался, за что ему отдельное спасибо.

Нужный лист он нашёл только через несколько минут. Поднёс ближе к лицу, прищурился и начал читать.

– Игорян Седой, – сообщил он, ведя пальцем по строке. – Анатолий Аналоевич Мухаганов, погоняло Принц.

Я потёр висок.

– Что за дичь ты мне втираешь? – поинтересовался я. – Ты точно ту папку открыл?

– Да вот же! – мастер развернул лист ко мне. – Мои записали, как представились. Ещё третий был, но тот сумму услышал и сознание потерял.

– Совсем мало заплатили? – предположил я, вглядываясь в бумагу.

– Наоборот, – Крендель ухмыльнулся и перевернул лист. – Его потом отливали. А, нет, тут и про него есть. Бенедикт какой-то.

Посмотрел ему в лицо. Уже лыбится, значит, считает, что вопрос решён. Купил по всем правилам, никого не обидел. Даже человека в сознание привели.

– Ты мне объясни, кто они такие, – попросил я, возвращая лист.

– Бомжи, – Крендель пожал плечами. – Втроём на свалке нашли, раскопали. Сначала хотели просто на металл сдать, потом пригляделись. Поняли, что вещь необычная. Связались с нашими, спецы приехали, посмотрели и купили.

Теперь я потёр переносицу. На свалке. Вот прямо там, куда обычные люди ездят выбрасывать мусор. Трое бомжей покопались и нашли ракету, которой мои умельцы сейчас помогли развалить межвселенские врата. А я ещё радовался, что у меня хорошие связи в Многомерной. Оказывается, нужно было мусорщиков нанимать.

– Как она туда попала? – спросил я, показывая на корпус.

– Не знаю, – признался мастер. – Они тоже не знают. Говорят, откопали.

На него я посмотрел уже без раздражения, но всё ещё без удовлетворения. Крендель вздохнул, поняв, что разговор всё-таки не окончен.

– Ну я же не мог её там оставить, – пояснил он, прижимая папку к груди. – Ты сам посмотри, какая классная штука!

Посмотрел. И начал потихоньку успокаиваться. Да, я понятия не имел, кто со мной так шутит, хотя кандидатов на это больше, чем пальцев у меня на руках, да и ногах тоже.

– Ладно. Свалки теперь все проверяете? – спросил я, спускаясь с верстака.

– Конечно! – Крендель сразу оживился. – Ещё кое-что нашли. Пойдём покажу.

– С ракетой пока вы закончили, – предупредил я, придерживая его за плечо. – Остатки убери под замок. Без моего разрешения никуда больше ничего не добавлять.

– Даже если немного? – уточнил он, покосившись на снятую обшивку.

– Особенно если немного, – я убрал руку. – Ты эту меру как-то неправильно понимаешь.

Крендель повёл меня к отдельному стеллажу. Судя по расставленным табличкам, находки уже успели перебрать и записать. Хорошо бы знать, сколько из них после этого куда-нибудь приспособили.

– Вот, к примеру, – мастер взял с полки браслет и протянул мне. – Интересный металл. Наши такого не знают.

Я повертел ободок, провёл пальцем по повреждённому краю и нахмурился.

– И не должны знать, – сказал я. – На Земле его нет.

Морской металл. Держу в руках работу Морского народа и пытаюсь понять, каким образом она вообще оказалась здесь. Эти ребята даже в Многомерной ни с кем общаться не любят. Сидят у себя, занимаются своими делами и чужаков не зовут. Торговлю с ними тоже не наладишь, вещи они свои никому отдавать не собираются. Зато у нас можно на свалке подобрать.

Браслет был артефактным. Внутренняя вязь пострадала, но часть узлов ещё держалась. Попробовал разобраться, что именно уцелело, затем вернул находку Кренделю. Без нормального изучения лучше туда не лезть.

– Починить получится? – спросил он, заглядывая внутрь ободка.

– Позже посмотрю, – ответил я. – Что ещё притащили?

Он показал бочки. Несколько штук, без крышек, зато с артефактными обручами. Заглянул в ближайшую и даже усмехнулся. Винные. Кое-что ещё работает, хотя обращаться с ними явно перестали задолго до того, как выбросили.

– Бухич видел? – спросил я, выпрямляясь.

– Пока нет, – Крендель покачал головой. – Я сначала хотел выяснить, как их восстановить.

– Вот сперва и выясни, – посоветовал я. – Отожмёт же.

Мастер хмыкнул и двинулся дальше.

– А самое интересное здесь, – он отодвинул ящик, освобождая мне обзор. – Мы пока даже не поняли, как…

– ДА БЛЯХА! – я оттеснил его плечом и схватил находку. – Это как здесь появилось⁈

Кусок дрона Феликса. Много мне видеть не понадобилось. Обломанная опора, часть корпуса, уцелевший узел внутри. Узнал сразу и очень пожалел, что Крендель не начал показывать именно с него.

– Уцелевший узел ещё работает, он же Рой позовёт!

Я тут же обернул обломок своей силой и развернулся.

– Печь где? – спросил я.

– В соседнем цеху, – мастер показал рукой и поспешил за мной. – Как работает? Почему работает? Он же не работает! Мы проверяли!

Вот не надо мне сейчас про проверки. Я добрался до артефактной печи, отодвинул рабочего, поднял заслонку и бросил находку внутрь. Следом добавил силы. Закрыл, придержал ладонью и посмотрел через окошко.

Корпус оплыл быстро, а вот внутренности ещё пытались держаться. Поддал жару. Дождался, пока исчезнет последний целый узел, проверил остатки и только после этого отступил.

Крендель стоял рядом с таким лицом, будто я только что сжёг его зарплату за год.

– Мы ведь ещё не изучили, – сказал он, заглядывая в печь.

– Вот и хорошо, – ответил я. – Эти поделки изучать без меня не надо. Вообще.

Он покосился на меня и спорить передумал.

Ну вообще-то охренеть. Ракета от… Этого отморозка. Браслет Морского народа. И дрон Феликса второй раз на этой планете. Откуда всё это⁈ На свалках, сука!

Если этот гадский роз… блин, цвет меня уже преследует некоторое время, то и ситуация с Роем тоже, похоже, начинает усугубляться. А с Феликсом я сейчас встречаться точно не хочу. У меня и без него приключений достаточно. Тем более знакомить его с Кренделем это выстрелить себе в ногу. Два раза, а потом контрольный в голову. Эти двое найдут общий язык, я даже не сомневаюсь. Потом нам всем придётся искать другой мир для проживания.

– Ещё похожие штуки попадались? – уточнил я, возвращаясь к мастеру.

– Нет, только эта, – он бросил последний взгляд в печь.

– Найдёшь похожее, сразу зови. Ни к чему не подключать, не включать, – велел я. – И людей своих предупреди.

Крендель кивнул, наконец убрав папку под мышку. Самое время поинтересоваться, куда направить тех, кто будет разбираться с происхождением подарков.

– Где ваша чудо-свалка? – спросил я. – Съездить, что ли, посмотреть.

– Так это на разных нашли, – пояснил мастер. – Я же сказал, мы теперь везде проверяем. Адреса на бирках записаны.

На разных. Версию, что где-то вывернуло чужое хранилище, пришлось отложить. Или хранилищ было несколько? Тоже возможно, только вещи слишком разные. Или у кого-то коллекция совсем нездоровая?

А может, кто-то нам просто подкидывает свой мусор? Избавляется от ненужного, а мы здесь радуемся. В таком случае хочется узнать, что у него считается нужным.

Тут у меня зазвонил телефон.

– Да, слушаю, – ответил я, увидев вызов из имения.

– Александр, к вам посетитель, – сообщила горничная. – Виктор Великий. Просит о личной встрече.

Перебрал знакомых Викторов. Великих среди них не нашёл. Может, забыл кого? Вроде нет.

– Кто такой? – спросил я, остановившись у стеллажа.

– Обычный гражданский, документы проверили, – ответила девушка. – Оставляем ждать?

– Да, устройте в гостевых. Дня через три-четыре, наверное, выберусь, – я посмотрел на часы. – Только сначала выясните, что у него случилось. Если кто-то в опасности, тогда сразу ко мне. С таким ждать нельзя.

– О срочной беде он не говорил, – ответила девушка. – Очень хочет, чтобы именно вы его выслушали.

– Хорошо, пусть отдыхает, – согласился я. – Время найдём.

От меня не убудет десять-двадцать минут на разговор выделить. А у него, может, от этого вся жизнь изменится. Он человек, я тоже, почему не выслушать? В Ордене и с королём разговаривали, и с бордельной девкой. Особой разницы для нас не было. Разве что девка обычно честнее объясняла, чего ей от тебя нужно.

– Есть ещё кое-что, – добавила горничная. – Он назвал себя Скульптором.

Я перестал разглядывать бочку с артефактными кольцами.

– Кем? – переспросил я, уже проверяя связь с усадьбой.

– Скульптором, – повторила девушка. – Поэтому и звоню.

– Буду через полчаса, – сказал я, разворачиваясь к выходу. – Никуда его не отпускайте. Вежливо, он всё ещё гость. И сами будьте настороже.

Дождавшись подтверждения, отключился. Крендель уже держал ещё какую-то находку, которую хотел показать, но я поднял ладонь.

– Потом. Дела появились, – сообщил я. – Документы по свалкам мне пришли. Москаленко предупрежу, даст гвардейцев на всякий случай.

– А производство? – мастер указал в сторону цехов.

– Пусть работает, – ответил я и шагнул в Тень.

Скульпторов что-то много стало. Может, человек действительно статуи вырезает? Нормальная профессия, только из-за одной костяной сволочи я теперь даже название спокойно слышать не могу. Разберёмся. Но сначала до дома добраться надо, желательно побыстрее.

Уложился минут в десять. Энергии на дорогу не жалел, а ещё попутку поймал. Да-да, именно попутку. Мимо неслась крупная тень, причём как раз в нужную мне сторону. Подождал, пока поравняется, ухватился за выступ на её спине и устроился сверху.

Тварь дёрнулась, пытаясь повернуть ко мне голову. Показал связь со Шнырькой и указал направление. Пришлось ей продолжать путь с пассажиром.

Недовольства хватало, зато скидывать меня передумала. Свита Короля, всякое бывает. Очень удобный способ передвижения, между прочим. Ещё бы транспорт заранее спрашивал, где мне выходить, вообще красота.

Возле усадьбы отцепился сам. Тень прибавила ходу, а я выбрался домой, переоделся и по дороге через кухню закинул в себя пару блинов. Слугам велел накрыть стол в зале для гостей и привести Виктора.

Шнырьку позвал отдельно. На несколько минут понадобится рядом, пусть подстрахует. Мелкий отозвался и вскоре уже прятался в зале, пока я выбирал место за столом.

Свою ауру придержал. Гость и без того, судя по рассказу горничной, боялся сюда идти. Незачем ещё сильнее пугать.

Виктор появился на пороге, посмотрел на меня и едва не попятился.

– Господин Галактионов… – начал он, сминая пальцами рукав. – Это, наверное, ошибка. Я не думал, что всё так будет. До того как пришёл, идея казалась лучше, а теперь…

– Теперь можно присесть, – предложил я, показав на кресло. – Проходи, Виктор. Там удобнее, чем в дверях.

Он посмотрел на сопровождавшую его девушку. Та подвинула кресло, и только после этого гость дошёл до стола.

Рубашку ему выдали новую, с размером угадали. Только он умудрился и в ней выглядеть так, будто сейчас начнут допрашивать. Уселся на самый край, руки убрал на колени и смотрит.

– Есть будешь? – спросил я, придвигая блюдо.

– Спасибо, я… – он покосился на еду и замолчал.

– Давай сперва поедим, – я положил себе, показывая пример. – Говорить это не помешает. Что налить?

От алкоголя он отказался, попросил сока. Свежевыжатый принесли тут же. Стакан Виктор взял двумя руками, но даже так жидкость плескалась у края. Бедолага. Такими темпами мы к вечеру только знакомство закончим.

– Не бойся, я не кусаюсь, – сказал я, дождавшись, пока он поставит стакан. – Пришёл, значит, что-то беспокоит. Рассказывай, разберёмся.

– Я хочу поступить к вам на службу, – выговорил гость и наконец поднял глаза.

Вот это поворот. Всё это время я рассматривал его духовным зрением. Ничего необычного. Даже Дара нет! По крайней мере, я не видел ни малейшего признака, хотя проверял внимательно.

Мысль, что ко мне заявился сам костяной умелец, по дороге была. Мало ли, чем для него закончилась история с чужаком, о которой говорила Бездна. Сменил аватар, добрался обратно и пришёл поговорить. От Скульптора можно всякого ожидать.

У Виктора была другая Душа, никакой знакомой силы я в ней не обнаружил. Так откуда это название?

– Работу найдём, – ответил я. – Позову тех, кто у нас этим занимается. Расскажешь, что умеешь, они подберут место. Сейчас везде люди нужны.

С этим я точно не соврал. Имущества и производств стало столько, что сколько ни нанимай, всё равно кто-нибудь приходит с просьбой найти ещё работников. Сначала в новый цех, потом во вторую смену. Затем оказывается, что сделанное надо кому-то перевозить. Можно круглосуточно проводить собеседования, без дела никто не останется.

– Мне бы… – Виктор облизнул губы и выдохнул. – Я даже не знаю, как назвать.

– Скульптор? – напомнил я, наблюдая за ним. – Так тебя представили.

– Кажется, – он кивнул, затем собрался с духом и посмотрел прямо на меня. – Можно я покажу?

– Покажи, – согласился я, откидываясь в кресле.

Гость поднялся и начал оглядываться. Если сейчас двойное сальто назад сделает, приземлится со словами «Хоба! Ну что, берёте?», я, пожалуй, возьму. Хотя бы за то, как сумел подать своё умение. Шнырька тоже оценит, он такие штуки любит.

Но Виктор выбрал статую возле окна и двинул к ней. Афродита. В одной руке амфора, в другой виноград. Откуда взялась, уже не помню, у нас в доме столько всего накопилось. Зато работу я когда-то рассматривал. Очень хорошая вещь, старая. Складки одежды такие тонкие, что хочется пальцами проверить. И мрамор редкий, за один материал приличные деньги можно получить.

Парень подошёл, поднял руку и вдруг оглянулся.

– Это не очень ценное? – спросил он, показывая на статую. – Мне бы на ней попробовать.

– Пробуй, – махнул я рукой. – На барахолке взяли.

Соврал, конечно. Скажи я сейчас, сколько может стоить эта красавица, он отпрыгнет от неё и снова начнёт извиняться. А мне уже любопытно.

Виктор дождался ещё одного кивка и положил ладонь Афродите на плечо. Камень под его пальцами поплыл.

Я выпрямился. У человека появился Дар! Только что ничего не видел, а теперь в Душе работает структура, через руку в мрамор идёт сила. Проверил ещё раз, уже не отрывая внимания от его Души. Да как он это прятал⁈

На лице Афродиты проступила маска. Края сошлись вдоль щёк, прикрыли нос, оставив прорези для глаз. Волосы легли плотнее, и из них поднялся шлем, спустившийся пластинами на шею. В это же время менялось то, что она держала.

Амфора вытягивалась. Бока сходились, переходя в длинное древко, а горловина расплющилась и заострилась, образовав наконечник копья. Пальцы статуи разжались и снова сомкнулись, уже по-другому обхватив оружие.

Виноград в левой руке сливался в одно целое. Гроздь расползлась по сторонам, стала круглым щитом. Лоза обвила предплечье, закрепилась на запястье. Несколько листьев ещё оставались снаружи, теперь уже украшением возле выпуклой середины.

Одежда на груди утолщалась, превращаясь в доспех. Пластины легли на бёдра, закрыли колени. Мрамор двигался так, словно парень работал с тёплым воском, хотя ладонь всё это время оставалась у неё на плече. Красиво, сука.

Внутри статуи уже шла сила. Всё происходило прямо у меня перед глазами, а я никак не мог понять, как именно. Если бы так просто делали големов, можно было бы воевать силами одного приличного музея.

Ну и это точно не обычный голем. С ними я знаком достаточно хорошо, своих куча по двору ходит, а здесь другой принцип. Кое-что он мне напоминал, только верить в это пока не хотелось.

Ступня отделилась от постамента. Афродита спрыгнула на пол и опустилась на колено перед Виктором. Копьё отвела в сторону, голову склонила. Создатель убрал руку и оглянулся на меня, явно собираясь спросить, как получилось.