Текст книги "Кодекс Охотника. Книга XXXXXХХXL (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

– Александр, – Доброхотов наклонился ближе. – Ты понимаешь, какие разговоры начнутся после этой картинки?

– Поэтому тебя и попросил рядом постоять, – ответил я, глянув на него.

Герцог выпрямился. Отлично. Теперь главное самому раньше времени не улыбнуться.

– Граждане Империи, добрый день, – начал я, дождавшись сигнала от оператора. – Меня вы знаете. С вами ваш Галактионов.

Человек с подготовленной речью медленно опустил папку.

– Прежде всего хочу сказать спасибо, – продолжил я, глядя в объектив. – Сегодня Земле угрожала опасность, с которой наша планета прежде не сталкивалась. Вы видели, что происходило в небе. Было страшно, и я прекрасно понимаю тех, кто хотел забрать близких и уехать подальше. Но большинство послушалось наших служб. Вы оставили дороги свободными, дали военным выполнить свою работу. Это нам очень помогло.

Сказать, что никто не поддался панике, было бы враньём. Зато общее движение по стране не встало, и вместо того, чтобы снимать людей с обороны ради наведения порядка, мы занимались врагом. Уже хороший результат.

– К нашей планете пытались провести армию из другой Вселенной, – пояснил я, положив ладони на подлокотники. – Для этого построили огромный портал. Его вы и видели на записи. Сейчас он уничтожен, основной проход закрылся. Всё, что шло через него к Земле, больше не пройдёт.

На мониторе я заметил, как Доброхотов кивнул. Молодец. Само собой, он считал, что просто подтверждает сказанное. Мне этого пока хватало.

– Однако тревогу ещё не отменяем, – предупредил я, указав на боковой экран со съёмкой Луны. – Часть вражеских войск оказалась там вместе с обломками. Мы наблюдаем за ними и готовимся встретить, если попробуют добраться сюда. Поэтому продолжайте выполнять распоряжения местных властей. Как только станет безопасно, вам сообщат.

В зале работали тихо. Даже те, кто поначалу переговаривался возле стен, теперь слушали. Впрочем, дальше их тоже ждала новость.

– И ещё кое-что вы должны знать, – я снова повернулся к главной камере. – По записи может показаться, что всё получилось легко. Выпустили ракеты, цель уничтожена. Но без нашей Императрицы мы могли бы вообще не успеть нанести этот удар. Елизавета заранее готовила страну. Находила средства для новых разработок, договаривалась о помощи. Именно благодаря одному из таких проектов мы вовремя увидели врага.

Вспомнил телескоп и то, сколько иномирных материалов туда ушло. Доброхотов за спиной продолжал кивать. Может, и одалживали у него? Потом спрошу, сейчас речь о другом.

– Всё это имеет цену, – сказал я, проводя ладонью по подлокотнику. – Чтобы наша страна получала помощь и дальше, Елизавета отправилась на другую планету, к союзникам. С ней мои люди. Она в безопасности, и за это я отвечаю лично.

Про то, как я отправлял Лизу и что она обещала со мной сделать, пока её уводили, народу знать незачем. В Крепости она точно без дела не усидит. Братья скоро сами попросят список того, чем ещё можно помочь Империи, лишь бы дать женщине занятие.

– Императрица Ольга тоже сейчас у наших союзников, – добавил я, на миг отвлёкшись от камеры. – За Империю она переживает, можете мне поверить. С обеими всё хорошо. Домой они вернутся.

Вот когда, пока не скажу. Сам бы рад знать.

За плечом стоял совершенно невозмутимый герцог. На экране он выглядел так, будто присутствовал при всех этих решениях и лично убедился, что всё устроено как надо. Алмазный Король умел держать лицо. Сейчас проверим, насколько хорошо.

– На время отсутствия Елизаветы у Империи должен быть человек, который возьмёт на себя управление страной, – продолжил я и выпрямился. – Такой человек есть. Он имеет на это право по крови, а свои заслуги перед государством доказал делом. Сегодня я объявляю о его назначении временным управляющим Империей.

Поднялся с трона. Оператор чуть отступил, сохраняя кадр. Доброхотов повернулся ко мне, и по его лицу я понял: разговора после выступления не избежать. Наверняка уже прикидывает, с чего начнёт.

– Прошу любить и жаловать, – я шагнул в сторону, освобождая трон, и протянул руку герцогу. – Герцог Максимилиан Доброхотов.

Доброхотов приоткрыл рот. Посмотрел на меня, словно ещё надеялся, что ослышался, а потом перевёл взгляд на пустой трон. Протянутую руку он так и не взял.

Пришлось самому взять его за руку и пожать.

– Империя в надёжных руках, – сказал я в камеру. – Трон знает, какая кровь должна занимать это место. Поздравляю вас, Максимилиан Венедиктович. Спасибо, что приняли на себя такую ношу.

Герцог сжал мою ладонь. Ох, сильный мужик. Теперь бы пальцы обратно получить.

Его взгляд метнулся к камере, затем обратно. Доброхотов выпрямился, прикрыл рот и начал возвращать на лицо выражение, с которым стоял ещё несколько секунд назад. Получалось пока с трудом.

У дальней стены кто-то кашлянул. Помощник с папкой вдруг очень заинтересовался собственными бумагами, а один из операторов опустил глаза к пульту. Я подвинулся ещё немного, чтобы Максимилиана было лучше видно.

Справится. Своим хозяйством управляет, за Империю готов воевать, деньги умеет считать. Происхождением тоже не обделён. Сначала, конечно, следовало бы спросить, но он бы начал отказываться, а у нас времени мало. Вот теперь и у Лизы будет кому оставить трон. И ко мне меньше вопросов, куда я её увёз.

Доброхотов отпустил мою руку. Сделал шаг к трону, остановился рядом и кивнул в камеру. Всё, принял. Ругаться будет, когда выключат.

– На этом пока закончим, – сказал я, встав рядом с герцогом. – Дальнейшие сведения получите через официальные службы. Берегите себя. Пока Галактионовы существуют, спите по ночам спокойно. Превозмогать вместо вас будем мы!

Глава 14

Первая Крепость Охотников

Тост за братика и сестричку, Хладных Близнецов, Хельга Галактионова всё же произнесла, как и обещала бабушке, и вырвалась из Хладного Пантеона раньше, чем там начали праздновать по второму кругу!

В Первую Крепость Охотников её, разумеется, пропустили без единого вопроса. Первый Охотник дал своё благословение, едва ледяной дракон вынырнул из портала под стенами, и дежурные братья только проводили взглядами огромную тушу, которая заложила круг над башнями и опустилась посреди двора.

Звала его Хельга по старой привычке Ссыклей, хотя вырос Сыклавиний так, что от одного взмаха его крыла по камням расползался иней на полдвора. А вот характер у дракона остался прежний, хитрожопый: он тут же улёгся поперёк прохода, прикрыл глаза и сделал вид, что крепко спит, чтобы его, не дай Хлад, не попросили лететь куда-нибудь ещё.

Хельга спрыгнула на камни, откинула за спину меховой плащ и огляделась. Вот она и дома, ну, почти дома. Муж, как всегда, был где-то далеко, зато здесь были сестрички и её вредный мальчишка, по которым она соскучилась так, что всю дорогу подгоняла дракона.

И вот тут Хельга начала охреневать, причём охреневала она потом без остановки.

По галерее навстречу ей шла Катя. Шла медленно и бережно, а на руках у неё лежал свёрток, из которого торчала толстая щека.

– Катюха!!! – Хельга рванула к ней и в последний момент затормозила, чтобы не снести обеих. – Ты что, уже родила⁈

– Родила, – Катя сияла так, что в галерее стало светлее. – Знакомься. Сын!

Хельга осторожно заглянула в свёрток. Малыш был толстенький, щекастый и голубоглазый. Плакать он даже не собирался, просто лежал и совсем не по-младенчески разглядывал тётю, от которой пахло морозом и драконом.

– Красавец! – выдохнула Хельга. – Как зовут?

– Всё ещё думаю, – вздохнула Катя.

– В смысле, думаешь? А Саша что?

– А Саша сказал: решай сама. Через Мишу передал, что полностью мне доверяет, только чтобы не Михаэль, – Катя хмыкнула. – Или Михаил.

– Очень странно, – нахмурилась Хельга.

– Вот и я так думаю, – согласилась Катя. – Но, блин, всё равно же надо придумывать!

Хельга взглянула на малыша ещё раз, уже внимательнее, потом ещё внимательнее, и нахмурилась всерьёз. Сын Кати и Сандра! Тут просто обязано было что-то быть, хоть искра, хоть отзвук, хоть какая-нибудь тень силы. А там было пусто, хоть шаром покати.

– Да как так-то⁈ Первородный Хлад, помоги… – пробормотала она себе под нос.

Хлад отозвался сразу, послушно, как отзывался всегда. Он умел чуять ложь и видеть людей насквозь, а сейчас добросовестно ощупывал свёрток и раз за разом находил в нём одно и то же… толстенького щекастого младенца, самого обычного.

Катя всё это время просто улыбалась. Она стояла рядом, наслаждалась зрелищем и изо всех сил старалась не засмеяться, только плечи у неё подрагивали.

– Я ничего не вижу, – растерянно призналась Хельга.

Вот тут Катя не выдержала и рассмеялась в голос.

– Да не переживай ты так! Ты не одна такая. Миша ничего не разглядел, хотя он, между прочим, Лекарь! Да что Миша, даже Первый Охотник над ним долго хмурился и тоже ничего не увидел.

Малыш покосился на одну тётю, потом на другую, а на Хельге задержался, и в голубых глазах у него мелькнуло что-то подозрительно похожее на усмешку.

– Гы! – сообщил он.

– Может, он… – начала Хельга и тут же спохватилась, прихлопнув рот ладонью.

Катя засмеялась ещё сильнее.

– Неодарённый? Ты это хотела сказать? – она даже слезу вытерла. – Да ладно, не пугайся ты так. Были такие предположения, честно. Только я в это не верю.

Хельга уставилась на неё с изумлением. Хлад молчал, а значит, Катя не врала и не храбрилась, она действительно так думала.

– Ну да, выглядит всё именно так, – Катя пожала плечами и перехватила сына поудобнее. – Но, блин, это же сын Сандра!

– И как выяснить его настоящий потенциал? – задумчиво спросила Хельга.

– А вот этого я не знаю, – честно ответила Катя. – Поэтому сначала нужно дать ему имя. И тут я, как видишь, в некотором затруднении.

– Хельга⁈

По лестнице к ним спускалась Лиза, без всякой свиты и без регалий, и Хельга обрадовалась ей так, что сгребла её в охапку прямо на ступеньках.

– И ты здесь! Вот это новости!

– А новости, между прочим, ещё не кончились, – многозначительно протянула Катя. – У Лизы официально поменялся статус.

– В смысле?

– Теперь она официальная невеста!

– Так она вроде и была! Девичник же предполагался, и всё остальное.

Катя снова фыркнула.

– А ты ей в душу посмотри.

Хельга посмотрела совсем чуть-чуть, самым краешком Хлада, как смотрят сквозь чистый лёд на воду, и увидела. Там, где у Лизы горело её Истинное Пламя, теперь тянулась нить к Сандру, живая и крепкая. Связь Душ, такую не подделаешь и ни с чем не спутаешь.

– Поздравляю, подруга! – расплылась в улыбке Хельга.

И Лиза смутилась. Мощнейший маг, повелительница Истинного Пламени, Императрица, которая была старше и Хельги, и Кати, сейчас покраснела, как девчонка, и не знала, куда деть руки. Всё это было для неё в новинку, и пряталась она за улыбкой так неумело, что Хельга обняла её ещё раз. Девушки радовались за неё искренне, обнимались и смеялись при этом так громко, что дежурный брат на лестнице предпочёл развернуться и пойти другой дорогой.

– А где Машка и Аня? – спохватилась Хельга, когда объятия наконец закончились.

– Маша всё пытается стать лучшим Архитектором во Вселенной, – заржала Катя.

Хельга даже не улыбнулась.

– Зная нашу Машку, она вполне может это сделать.

– Лет через тысячу, – кивнула Катя.

– Ну а мы же никуда не торопимся, – улыбнулась Хельга.

Тут уже засмеялись все трое.

– А Аня?

Катя на секунду замерла.

– Аня, я уверена, прямо сейчас повышает благосостояние нашего рода, – сказала она, подумав. – Хотя что-то мне тревожно оставлять её одну без присмотра.

– А к Саше как попасть? – спросила Хельга, глядя на обеих. – Я ведь, вообще-то, к нему летела.

Лиза с Катей переглянулись, и по их лицам Хельга всё поняла раньше, чем они открыли рот.

– Пока никак, – вздохнула Лиза. – Он сам оттуда всех вывозит. Меня вон выставил, даже договорить не дал. А когда к нему Миша заявился, Земля так затрещала, что Саша тут же отправил его обратно. Вместе со мной.

Хельга помолчала, спорить тут было не с чем, и она это прекрасно понимала. Если Саша решил, что сейчас нельзя, значит, нельзя, а пробиваться к нему силой, чтобы потом на неё же и ругались, Хельга не собиралась.

– Тогда к Аньке слетаю, – решила она. – Посмотрю, как она там. Может, и помощь моя пригодится.

– Пригодится, – неожиданно серьёзно кивнула Катя. – Ты не думай, что благосостояние Галактионовых строится так просто. Когда я у неё гостила, под стены банка пригнали целую армию. С магами, с машинами, и даже Архимага притащили! Машка уже собиралась банк по камешку переносить.

– И что?

– А то, что прямо посреди их армии из разрыва вываливается Саша. На Эрании и, как потом выяснилось, после дегустации какой-то Розовенькой. Хватает этого Архимага за шкирку, говорит ему: «Ты мне подойдёшь», машет нам: «Девочки, я скоро вернусь!» И пропадает вместе с ним!

– А армия? – Хельга даже рот приоткрыла.

– А армия разбежалась, когда Тёмная объяснила им, на чьих жён они полезли, – Катя покачала сына на руках. – Так что смотри сама. У Ани там без драки ни один вклад не обходится.

– Так там ещё и весело! – у Хельги загорелись глаза. – Решено, лечу! Но сначала я хочу увидеть Сан Саныча. И с детьми поиграть, я по ним ужасно соскучилась.

Катя и Лиза переглянулись и заржали обе.

Хельга смотрела на них, ничего не понимая.

– Что?

– У Сан Саныча новая нянька, – выдавила Катя сквозь смех.

– Какая ещё новая нянька? – нахмурилась Хельга.

И вокруг неё сразу похолодало, причём по-настоящему: по камню галереи побежал иней, а перила покрылись изморозью. Шутки шутками, а за сына она переживала всерьёз, и Хлад откликнулся на это быстрее, чем она успела себя одёрнуть.

– Да нет, там всё нормально, – успокоила её Лиза, на всякий случай отступив от инея подальше. – Всего-навсего инфернальный командир.

– Бывший второй генерал Дьявола, – добавила Катя. – Ну, точнее, помощница.

Хельга переводила глаза с Лизы на Катю и понимала, что не понимает вообще ничего. Объяснять ей никто не стал. Лиза молча взяла её под руку, Катя кивнула на коридор, и Хельгу повели в детскую.

У дверей их встретил Купер. В доспехе, с погремушкой, заткнутой за пояс рядом с кинжалом, и с лицом человека, который очень долго ждал хоть кого-нибудь из взрослых.

– Хельга!!! – простонал он. – Ну хоть ты им скажи! Тут уже собралась целая куча нянек, а меня всё равно не отпускают! Отпустите меня повоевать, пожалуйста! Хоть куда-нибудь!

– Разберёмся, не ссы, Купер, – отмахнулась Хельга. – Что вы мне хотели показать?

Купер тяжело вздохнул и посторонился.

В детской на первый взгляд всё было как положено. Асса склонилась над каким-то древним томом и старательно выводила в нём очередную пентаграмму, а Тоха с сосредоточенным видом пытался отгрызть угол у кубика из Первородной материи и пока проигрывал.

А на троне посреди детской сидел Сан Саныч.

Откуда в детской взялся трон, Хельга даже спрашивать не стала. Сан Саныч сидел на нём, весело болтал ногами, а увидев маму, просиял и замахал ей обеими руками. Один глаз синий, другой багровый, щёки перемазаны чем-то сладким, и у Хельги внутри всё растаяло.

Растаяло ровно на секунду, потому что рядом с троном, на ступеньке, сидела ослепительно красивая демоница. Чёрное платье с вырезом до неприличия, пышная грудь, которую этот вырез даже не пытался прятать, и жёлтые глаза с узкими вертикальными зрачками. В одной руке она бережно, как святыню, держала обгоревшего деревянного коня, а другой поправляла Сан Санычу воротник.

– Это что ещё за разврат⁈ – заорала Хельга.

Демоница на крик даже головы не повернула. А Купер подошёл и встал рядом, сложив руки на груди.

– Да нормально всё, – сказал он. – Хоть что-то радует мой взор, кроме детей и их игрушек.

Хельга медленно повернулась к нему.

– Подожди… Ты и она… – и сделала очень глубокомысленную паузу.

Купер хмыкнул и пожал плечами.

– Ну да. И чё?

– Прямо здесь⁈ В детской⁈ – охренела Хельга.

Купер показательно обиделся.

– Ну ты чего, я дурак, что ли? Нет, конечно! Дети когда спали, там другие помещения есть, вообще-то.

Хельга повернулась к демонице, потом к Куперу, потом к девчонкам, которые стояли в дверях и уже даже не пытались сдерживаться.

– Да что за хрень здесь происходит⁈

И тут её кто-то подёргал за край плаща.

Она опустила глаза. Рядом стояла незнакомая девочка лет пяти-шести, растрёпанная, с красным бантом в горошек, и разглядывала её с огромным интересом.

– О! Я чувствую в тебе Первородный Хлад, – серьёзно сообщила девочка. – Сильная женщина. Давай знакомиться!

Хельга, и без того ошарашенная, растерялась окончательно. Поругаться ей хотелось очень, вот только маленькой девочке ведь не скажешь «какого хрена?». Она с надеждой глянула на Лизу и Катю, но те продолжали заливисто хохотать и подсказывать ничего не собирались.

Она вздохнула и опустилась на колени, чтобы оказаться с малышкой вровень.

– Ну давай, – сказала она. – Меня зовут Хельга.

– А меня Хроника, – девочка радостно улыбнулась и протянула ей ладошку. – Я новая подружка Ассы. Но Асса сейчас читает, а Сан Саныч со мной играть не хочет. И Антошка только ломать любит. Пойдём поиграем?

* * *

Красный огонёк на главной камере погас, и Доброхотов тут же развернулся ко мне всем корпусом.

– Какого хрена, Галактионов⁈

Операторы вокруг очень дружно занялись кабелями, а помощник с папкой попытался слиться с ближайшей колонной.

– Слушай, ну тебя ж не зря Алмазным Королём прозвали, – я широко улыбнулся. – Ты всегда хотел чего-нибудь побольше. Вот теперь у тебя целая Империя. Куда уж больше-то?

– Да, но… – герцог набрал воздуха. – У меня прииски! У меня дела, люди, в конце концов! Я не могу просто взять и бросить…

Дальше он начал оправдываться, причём так обстоятельно, будто я его в чём-то обвинял. А я стоял и ржал. Сдерживаться честно пытался, но получалось плохо.

Доброхотов осёкся на полуслове.

– Ты сейчас надо мной издеваешься?

– Ну, немного, – признался я, – но ты пойми: что бы ты мне сейчас ни сказал, ты всё равно останешься исполняющим обязанности Императора и никак на это не повлияешь. Ты ж сам в прямом эфире кивал, вся страна видела.

Вот тут я с интересом понаблюдал, как герцог проходит все положенные стадии. Отрицание он прошёл ещё перед камерами, когда не взял мою руку. Теперь начался гнев: Доброхотов побагровел, заходил перед троном туда-сюда, рассказал мне про Империю, про ответственность и про то, что так дела не делаются. Потом остановился, посмотрел на пустой трон, потом на меня, и как-то вдруг сдулся. Подумал ещё немного и наконец улыбнулся, то есть дошёл до принятия.

– Ну ты, Галактионов, и сволочь, – с чувством сказал он.

– Знаю, знаю, мне это сегодня уже говорили, – заржал я, похлопав его по плечу. – Короче, я в тебя верю. Ты справишься!

Я подхватил прислонённый к трону меч и повернулся к выходу, но далеко не ушёл.

– Так, стоп! – Доброхотов ухватил меня за рукав. – Ты куда это собрался? Мы ведь ещё не обговорили, что мне за это будет!

А вот и торг подъехал. Порядок стадий у герцога, похоже, был свой, особенный.

– Тебе за это ничего не будет, – развеселился я ещё больше. – Будешь целой Империей управлять. Тебе что, мало?

– Ракеты, – напомнил он, не отпуская рукав. – Ты обещал обсудить.

Я вздохнул: вот ведь хватка у человека, недаром он с алмазами всю жизнь возится.

– Ладно, что с тобой делать. Пусковых шахт всё равно нужно больше. Свяжусь с тобой чуть позже, когда пойму, сколько мы сможем производить дополнительных установок. Сам понимаешь, нам сейчас запас ракет восстанавливать.

Ответ его устроил. Он отпустил мой рукав, кивнул, и я уже шагнул к ближайшей тени, когда он спохватился снова.

– А с Луной мне что делать?

– Да ничего, – пожал я плечами. – Само рассосётся как-нибудь.

И со смехом ушёл в Тень. Герцог ещё что-то орал мне вслед, но я был уже далеко.

Вышел я в Горе.

Моя Гора жила своей жизнью и на всякие там Кольца и Луны плевать хотела. Под сводами гудели транспортные ленты, в соседнем ангаре садился грузовой шаттл, а по стене деловито пробежала цепочка рабочих муравьёв, потомство Красивой. Она всё никак не успевала нарожать столько рабочих, сколько требовалось Горе. Пахло металлом, горячим маслом и чем-то кислым из лаборатории Валерчика, нашего радужного слайма-биотехнолога, куда я без особой нужды старался не заглядывать.

Кренделя нигде не было.

В его мастерской царил привычный бардак, но самого хозяина там не оказалось. В цехах его не видели, в столовой тоже. Говорушкин при виде меня сделал вид, что страшно занят, и, не поднимая головы от чертежей, сообщил, что Кренделя нет. Это я сегодня уже слышал. Прячется, паразит, прекрасно понимает, что за стыренные без спроса материалы ему сейчас прилетит.

Пришлось звать специалиста. Я потянулся к мелкому по нашей ментальной связи, и ждать себя он не заставил: из тени под ближайшим верстаком высунулась знакомая мордочка с четырьмя довольными глазами.

– Наш-ш-шёл! – радостно доложил Шнырька. – Ш-ш-шидит в подш-ш-шобке для уборщиц, за ш-ш-швабрами, и ж-ж-жрёт булку. Нервничает, по ходу. Приташ-ш-шить его к тебе?

– Да не, не надо, – засмеялся я. – Он всё-таки гений, а гениев пугать нельзя. А то уйдут в себя и перестанут креативить. С ними надо осторожно.

Шнырька вылез из тени целиком и склонил голову набок.

– Подош-ш-жди. А ш-ш-шо мной почему не ош-ш-шторожно?

– А ты что, гений? – удивился я.

– Я король! – гордо выпятил грудь мелкий.

– Ну, это две большие разницы, – хохотнул я.

Шнырька показательно обиделся, задрал нос и развернулся обратно к тени, но я его остановил.

– С Луной разберётесь?

Мелкий замер, медленно обернулся и молча уставился на меня всеми четырьмя глазами, очень подозрительно. Ну да, ну да, Теневой Король бесплатно не работает.

– Да помню я, помню про мороженку, будет тебе, – заржал я. – Там, как я понимаю, всё просто. Половина Луны сейчас в тени, так что твои легионы там быстро приберутся.

Шнырька кивнул, но как-то задумчиво. Слишком задумчиво для того, кто только что выбил себе мороженое.

– Тебя что-то смущает?

– Мочить можно вш-ш-шех? – уточнил он.

– Всех, без пощады. Только ту рябь, которую камеры не видят, обходите стороной и сразу зовите меня. И попроси своих Кольцо не жрать. Там много хорошего металла, мы его потом на производство заберём.

– Еш-ш-шть не ж-ж-жрать Кольцо! – отчеканил мелкий и нырнул в тень командовать.

Про рябь он, кажется, услышал куда хуже, чем про еду. Ладно, позже напомню.

А ведь Теневой Король на подхвате, если подумать, для Земли очень жирный бонус. Когда сюда в следующий раз сунется какая-нибудь сволочь с плохими намерениями, тени её найдут раньше, чем она успеет распаковать чемоданы. Вот только есть одно но. Когда я уйду с Земли, мелкий уйдёт вместе со мной, а с ним и вся его теневая братия. И доступ к Тени у Земли тогда сильно урежется. А это опять значит, что Землю нужно делать сильнее, причём без расчёта на нас с мелким.

С этими мыслями я и дошёл до подсобки. Раздвинул швабры и широко улыбнулся.

Крендель, увидев меня, подавился булкой и зашёлся кашлем. Я заботливо постучал ему по спине.

– Слышь, ты мне тут ещё сдохни от испуга, подавившись булкой!

– Ну извини, – прохрипел он, вытирая слёзы. – У меня вообще-то обеденный перерыв.

– В подсобке для уборщиц.

– Ну типа мне здесь никто не мешает, – продолжил оправдываться Крендель.

– Хорош, – отсмеялся я. – Я понимаю, что ты обосрался, но объясняться тебе всё равно придётся. Ты что, блин, наворотил в этих ракетах?

Крендель покраснел, потом побледнел, потом снова покраснел.

– Да ты сам требовал, чтобы эти ракеты могли загасить даже Бога!

– Так, стоп. Не было такого, – я поднял палец. – Я сказал, что в перспективе хорошо бы. Но у нас нет подобных материалов.

И тут Крендель расплылся в улыбке. До него наконец дошло, что прямо сейчас бить его не будут, и он потихоньку успокаивался.

– Теперь есть.

– Откуда? – опешил я. – Ты ж мне клялся, что розовый в «Розовой Мечте» у тебя случайно получился! А всё остальное вроде на «Дырокол» ушло!

– Немного осталось, – продолжил лыбиться Крендель.

– Так, с этого места поподробнее.

– Ну у всех же должны быть свои маленькие тайны, – пожал он плечами.

Ох, и наглый же. Бывший гопник, что с него взять, такие в себя приходят быстро. Я отвесил ему подзатыльник.

– Короче. Показывай!

Крендель даже не обиделся. Потёр затылок и вздохнул почти с удовольствием, как человек, которому напомнили молодость. Люлей он в своё время, когда гопничал по районам столицы, получал регулярно, так что для него всё было в порядке вещей. Дожевал булку, отряхнул руки и повёл меня на склад.

В дальнем ангаре, на здоровенных козлах, лежала ракета. Огромная, розовая и наполовину распиленная. Обшивку с одного бока сняли, внутренности частично выпотрошили, а вокруг аккуратными рядами лежали срезанные куски. На уцелевшем борту, там, куда пила ещё не добралась, виднелись остатки надписи: «ФЛЮГЕ…»

Волосы у меня на голове натурально встали дыбом.

– Ты где, БЛИН, это взял⁈