Текст книги "Зов забытых Богов (СИ)"

Автор книги: Юрий Стерх

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Корвет слегка качнуло, все шесть торпед, стоявшие на вооружении корабля, вышли из своих шахт и понеслись в сторону врага.

Всё! От них спасения нет! Краем глаза Нур Кримштаат заметил, что третий корвет патруля тоже цел, и также выпустил свой боеприпас по цели.

Нур Кримштаат облегчённо выдохнул и уже хотел было дать команду к маневру уклонения от возможных осколков, как в груди снова тревожно кольнуло пуще прежнего. Причину этого он увидел, как только взглянул в огромный, с него ростом иллюминатор.

Маленький юркий кораблик какой-то несуразной формы, больше похожий на детскую игрушку, успешно уклонялся от выпущенных по нему торпед, одновременно сокращая дистанцию с двумя оставшимися корветами.

Нур Кримштаат во все глаза смотрел на маневры миниатюрного вражеского судёнышка и не верил сам себе. До этого момента он знал точно, что от этого типа торпед под названием «Крюк» спасенья нет! Но этот наглый нарушитель филигранно от них уходил, где-то используя свои, не по размеру судна мощные щиты, а где-то просто легко и непринужденно сбивал их своим непонятным оружием.

«Что он делает?» – Кримштаат в ужасе округлил и без того круглые глаза.

Выбрав своей следующей целью соседний корвет, маленький наглец приблизился к нему почти вплотную и, не обращая внимания на беспрерывный огонь плазменных пушек бортовых систем, проскочил вплотную под его днищем.

Три преследующие его торпеды с легкостью снесли щиты соседнего корвета, а еще две почти без сопротивления продырявили его корпус и взорвались внутри.

– Уходим... Разгоняемся для прыжка и уходим! – распорядился он, увидев гибель второго патрульного корвета, самообладание полностью покинуло бравого капитана. – Щиты на полную мощность... начинаем разгон... уходим!

Вдруг свет в рубке погас. Через мгновение включилось аварийное освещение, осветив всё вокруг красным светом.

– Что происходит? – Кримштаат изо всех сил пытался взять себя в руки. – Ответит мне хоть кто-нибудь?

И тут же услышал сбивчивый доклад дежурного офицера.

– Нас атаковали каким-то неизвестным импульсом... он полностью лишил энергии наш корабль и вырубил искина... мы потеряли ход и движемся только по инерции...

Легкий толчок в корпус корабля, не дал ему договорить.

– Нарушена целостность корпуса во втором отсеке. Нас берут на абордаж, нур капитан!

«Что?! На абордаж? – Кримштаат не мог поверить своим ушам. – Эти трое? У нас на борту десять человек экипажа и двадцать тяжелых десантников...»

– Десанту выдвинуться ко второму отсеку и уничтожить противника! – дал он команду по внутренней корабельной связи, и сам выхватил свой бластер. – Заблокировать вход! Охранных дронов на стражу рубки!

Массивные переборки отсекли звуки разгорающейся битвы от командира и трех дежурных офицеров.

– Что с нашим искином и силовой установкой? Их можно как-то оживить?

– Делаем всё возможное!

– Поторапливайтесь! Быстрее!

Меньше чем через минуту что-то тяжелое ударило в задраенный люк переборки. Резко запахло чем-то паленным. Снова удар сильнее прежнего. Еще удар.

Что происходит?

Кримштаат потянулся за своим бластером, но ничего предпринять не успел. Толстую, бронированную переборку прочертила красная полоса, и нижняя часть люка с грохотом отлетела в сторону.

В образовавшийся проем ворвались два гиганта с оружием в руках.

Один чуть повыше ростом и в странной переливающийся броне, другой – более изящный, в красно-черном комбинезоне, подчеркивающем достоинства атлетической фигуры.

– Мы сдаемся!

Кримштаат отбросил бластер в сторону и, кивком дав команду своим бойцам, поднял руки, показав ладони.

– Сдач...

Договорить он не успел.

Тот, что был в красно-черном комбинезоне, вдруг резко ускорился, и командир корвета заметил краем глаза летевший в его голову увесистый кулак.

В бой!

– В бой! – повторил я следом за Хатом.

В этот же миг нас вжало в кресла, и мы понеслись в сторону врага, очень быстро сокращая с ними дистанцию. Акумы не зря носили звание лучших воинов империи. В этом я очень быстро убедился, наблюдая за выверенными и четкими действиями нашего пилота.

– Передача связи шла на нас от центрального корабля, – палец Хата указал на хорошо уже заметные силуэты вражеских кораблей, – там их командир, его мы оставим на потом! – в голосе нашего пилота чувствовались нотки возбуждения от предстоящего сражения.

– Они используют щиты, но они недостаточно мощные для нашего оружия.

Прямо перед глазами появился красный треугольник, который быстро уменьшился и навелся на один из звездолётов.

Наш истребитель слегка подбросило вверх и в сторону, после чего я заметил стремительный красный росчерк в направлении вражеского корабля.

Хат заложил крутой вираж, уходя вправо, и мне пришлось сильно вывернуться в своем кресле, чтобы разглядеть результаты нашей стрельбы.

Я в состоянии боя не был подключен к искину акумовского истребителя и поэтому не знал, из чего точно Хат пальнул, но тот результат, который увидел, выворачивая свою шею, превзошел все мои ожидания.

Сигарообразный корабль неизвестной конструкции (по крайней мере, Кира не смогла его точно идентифицировать) сначала вздулся изнутри, как воздушный шарик, а затем просто и бесшумно исчез в облаке газовой пыли, разложившись на миллиарды частиц.

Всё это произошло настолько быстро и стремительно, что я даже толком не успел понять, что теперь против нас осталось только двое кирианцев.

– Нас атакуют! – услышал я деловой и спокойный голос Хата, чувствовалось, наш пилот находится в своей стихии. – Все, выпущенные по нам двенадцать торпед, наши щиты не выдержат, придется маневрировать, держитесь!

Сразу же нас стремительно закрутило вокруг своей оси, истребитель начал резко менять направления, ныряя из стороны в сторону, ювелирно уходя от торпед и одновременно сокращая дистанцию с вражескими кораблями.

Какие-то торпеды Хат успешно сбивал, стреляя по ним из носовой пушки истребителя, какие-то за счет своих невероятных маневров заставил столкнуться между собой, но были и такие, которые всё-таки достигли своей цели. Здесь уже не подкачали мощные щиты нашего корабля. Как говорил до этого Хат – все двенадцать торпед они бы навряд ли задержали, а вот справиться с двумя-тремя смогли без особых проблем.

Я в круговерти боя не заметил, как мы очень близко приблизились к одному из кораблей противника и почти впритирку прошмыгнули под его днищем.

Следовавшие за нами торпеды как голодные пиявки одна за другой впивались в его корпус, нанося тому существенные повреждения.

В отличие от первого корабля, этот не исчез в газовом облаке, а просто развалился на части, прямо на наших глазах.

– Нам нужен пленный! – снова услышал я голос Хата. – Мы захватим корабль и допросим командира. Зор, ты готов?

– Готов! – как можно решительнее ответил я.

Наш истребитель метнулся к единственному оставшемуся кораблю и, не обращая внимания на его непрерывно палящую по нам бортовую артиллерию, завис в мертвой точке под его днищем.

– На борту всего тридцать живых существ. Сейчас мы вырубим все его бортовые системы вместе с искином!

Через миг я прямо ощутил своей затянутой в Игму кожей, как от нашего истребителя во все стороны пошла почти осязаемая волна мощнейшего излучения.

Хат выскочил из своего кресла, я тут же последовал за ним.

Немного покопошившись в одной из ниш, он, как мне показалось, оценивающе глянул на меня и протянул мне тяжелый десантный бластер.

– Вот, возьми! Сразу же подключи его к своей Игме.

Я быстро проделал необходимую процедуру, и у меня перед глазами появилось некое подобие перекрестия прицела.

– На захват корабля и изъятие их искина, – продолжал говорить Хат, экипируясь, – у нас будет не больше пятнадцати минут, поэтому нам необходимо поторопиться!

Себе он взял массивный ручной бластер, смахивающий на наш однозарядный земной Thunder крупного калибра, и средних размеров клинок с обоюдоостро заточенным и чуть изогнутым лезвием.

– Нам нужен их командир, остальным пощады нет! – он посмотрел на меня сквозь непроницаемое стекло своей маски.

Я согласно кивнул.

Тем временем наш истребитель самостоятельно вышел из-под днища и присосался к боку вражеского корабля.

За нашим бортом сверкнула яркая вспышка, как от мощной электросварки.

Хат перед выходом чуть притормозил и обратился к неподвижно сидящему в своем кресле Мору.

– Уважаемый Мор! Тебе необходимо остаться на борту моего истребителя! Посторонний никак не сможет попасть вовнутрь. Поэтому я надеюсь, что ты не отправишься за нами следом.

Не дождавшись от него ответа, Хат несильно хлопнул ладонью по невидимой мне кнопке на панели, и четвертные створки люка с легким шипением разбежались в разные стороны, открывая нам проход вовнутрь вражеского корабля.

Я перевел бластер на автоматический огонь и первым шагнул в темный зев прохода.

В тускло подсвеченном красным аварийным освещением коридоре пока было пусто, но прислушавшись, я понял – это ненадолго!

Совсем близко с обеих сторон был слышен тяжелый приближающийся топот многочисленных ног.

– Никакой пощады! – еще раз зло прошипел Хат, направив ствол своего оружия в левую сторону прохода.

Я снова утвердительно кивнул, поудобнее перехватив свой тяжелый пехотный бластер, одновременно включил максимальную маскировку своей Игмы.

Хат так же, как и я, растворился в воздухе рядом со мною, став почти невидимым.

Мой биосканер подтверждал слова Хата о наличии тридцати живых существ на его борту. Четверо засели в помещении ближе к носу корабля, еще шестеро были разбросаны по всему судну, и ровно двадцать, разделившись на две группы, быстро приближались сейчас к нам с обеих сторон.

Во мне начала закипать кровь, щедро разбрасывая адреналин по венам.

Десант? Да без разницы кто там! Встретим, как говорит Хат – без пощады и...

«Дай им возможность всем выскочить в проход, только затем стреляй», – услышал я установку по мыслесвязи от Хата.

Ждать оставалось недолго. Еще пара-тройка секунд, и с обеих сторон почти одновременно появились первые космодесантники. Показавшись из-за поворотов, они тут же перешли на шаг, затем грамотно рассредоточились, прикрываясь выступающими частями несущих конструкций в проходе, и взяли на мушку дыру с оплавленными и еще дымящимися краями, из которой мы совсем недавно тут появились.

Нас они пока еще не видели, и это хорошо! Тем внезапнее и смертоноснее будет наша атака!

Пока они занимали свои позиции, я их внимательно рассмотрел.

Те, что шли впереди, были облачены в тяжелые, громоздкие скафандры и выполняли роль своеобразных танков, а те, что прикрывались ими, были одеты чуть поизящней, но тоже как-то по сравнению с нашей экипировкой тяжеловато.

«В бой!» – наконец прозвучал у меня в голове грозный рык Хата.

Стрелять мы начали почти одновременно, и это стало полной неожиданностью для наших врагов. Наши заряды пробивали их защиту как тонкую бумагу, не оставляя им никаких шансов на выживание.

Прошло всего несколько секунд интенсивного расстрела, и двадцать трупов изломанными фигурами заполнили проход.

В нашу сторону прилетел всего один выстрел, не принесший нам абсолютно никакого вреда – настолько всё было стремительно и внезапно.

– Зачищаем! – коротко дал команду Хат и, пригнувшись, двинулся дальше по коридору с оружием наготове.

Я шел за ним в полный рост, держа под прицелом свободное пространство впереди.

Из бокового помещения выскочило двое в обычных лётных комбинезонах, но с оружием в руках. Наш сдвоенный выстрел разорвал их незащищенные броней тела, почти пополам.

Прикрывая друг друга, мы шли дальше. Биосканер показывал наличие на судне еще восьмерых живых.

– Там, где собраны четверо кирианцев вместе, там их рубка управления! Двигаемся туда! У нас еще одиннадцать с половиной минут, после чего оживет их искин, и они смогут совершить прыжок...

Впереди засели трое. Двое – с правой от нас стороны коридора, один – с левой.

С легким перестуком по ребристому половому покрытию в нашем направлении заскакал маленький цилиндрик с двумя ярко светящимися диодами на его концах.

– Берегись!

Хат усилил свои щиты на максимум и прижался к одной из переборок с правого борта.

Я же неожиданно и для себя поступил совсем по-другому. Даже не думая о своих действиях, я подхватил гранату телекинезом и мощно отправил ее в обратную сторону, и вовремя... Почти сразу же раздался громкий хлопок, и в резко наступившей тишине отчетливо послышались всхлипы, стоны и причитания противника.

Хат выхватил из-за своей спины обоюдоострый клинок и пулей ринулся на эти звуки. Я поспешил за ним, но когда подбежал, на полу в разных позах валялись три изувеченных, обезглавленных трупа.

– Не задерживаемся!

Наш пилот закинул клинок себе за спину, выхватил бластер и быстрым шагом направился дальше по коридору.

Перед самой рубкой управления, нас ждал неожиданный сюрприз.

Два человекоподобных охранных робота встретили нас плотным, заградительным огнем. Хорошо, что их заряды были не на максимальной мощности, иначе они бы разобрали свой корабль на части буквально за считанные минуты, наши щиты под их выстрелами начали ощутимо быстро проседать.

– Не мешай мне! – Хат дико закричал, снова выхватил свой клинок и, петляя и уворачиваясь от их выстрелов, стремглав метнулся к ним.

Я был вынужден прекратить огонь по дронам, чтобы не задеть своего пилота.

Хат был ужасен в своей яростной атаке. Он смазанной тенью носился между дронами, непрерывно стреляя по ним и нанося удары клинком по их конечностям и корпусу. Те были не настолько проворны, как наш пилот, и явно не успевали за ним.

С каждой секундой их движения становились всё медленнее, выстрелы зачастую попадали в белый свет и вскоре потеряли свою интенсивность. Так продолжалось до тех пор, пока один из них не задымился и прямо на моих глазах не развалился на части.

Хат, окрыленный успехом, снова яростно закричал и схватил уже изрядно покромсанного, лишенного всех манипуляторов оставшегося дрона, приподнял его от пола и швырнул в переборку отделяющую коридор от боевой рубки с засевшим там экипажем. От такого варварского обращения с кирианским стражем у того отвалилась нога, и он заискрил как новогодняя елка. Хат подбежал, снова оторвал его от земли и с криком полным ярости швырнул его еще раз об переборки.

Всё!

По корпусу стража пробежали красноватые искры, он задымился, и ярко горящие глаза на его вытянутой железной башке окончательно потухли.

Я подошел, посмотрел на ровные срезы на конечностях дрона и удивленно мотнул головой. Если клинок Хата чем-то и уступал моему Чернышу, то совсем немного.

Под останками охранных дронов, я обнаружил труп еще одного члена экипажа корабля. Удар клинка нашего пилота, пришелся тому по шее сверху и немного наискосок, отделив тому голову, руку и половину туловища...

Пока я разглядывал место сражения, Хат соединил некоторые пластины на рукаве своего доспеха и направил руку на переборку.

Из маленького отверстия на его предплечье, выскочила красная тонкая нить, которой Хат ловко полоснул поперек мощной, бронированной перегородки.

Нить легко, как нож масло, рассекла массивную плиту пополам, и Хат, не дожидаясь, пока оплавленные края начнут остывать, мощно саданул ногой по ее нижней части.

В рубке управления, как и ожидалось, находились четыре офицера.

– Мы сдаемся!

Тот, что выходил с нами на связь, отбросил в сторону свое оружие и, кивнув своим, поднял руки вверх.

«Этого берем в плен! – услышал я по мыслесвязи голос Хата. – Остальные нам ни к чему!»

Я ускорился и нанес легкий, но точный удар командиру звездолёта в челюсть, отправляя того в глубокий нокаут.

Девять минут спустя

Мы бежали по запутанным проходам кирианского корабля в сторону нашего истребителя. Обратный отчет уже начался, и нам необходимо было поторопиться, чтобы отстыковаться и отлететь от этого корвета как можно дальше.

Когда мы изымали их искин из гнезда, то сработала система самоликвидации корвета, и у нас на всё про всё осталось всего-то чуть больше чем полторы минуты.

Срок немаленький, если учесть наши физические возможности, и уже свободный обратный путь.

Кстати, кирианский искин Хат всё-таки с собой прихватил – этот кладезь бесценной информации он наотрез отказался оставить на судне противника.

Теперь вон тащит шар искина в руках, стараясь его не уронить.

Вот, наконец, и наш коридор, заваленный трупами кирианских космодесантников. Мы один за другим нырнули в оплавленную дыру, ведущую на наш истребитель, и, тут же отстыковавшись, начали стремительно отдаляться от обреченного корабля, увеличивая расстояние между нами.

Мы почти успели.

Как только мы отлетели и начали удаляться, красно-синяя волна разрезала вражеский звездолёт пополам, а затем произошел мощный взрыв, от которого наш маленький кораблик затрясло и зашвыряло из стороны в сторону, как перышко на ветру.

Слава зотэрианским инженерам и конструкторам!

Несмотря на очень близкий взрыв, наш истребитель выдержал, хотя и не без последствий для себя.

Кира доложила мне, что наши щиты просели почти полностью, и на восстановление потребуется не меньше четырех часов.

Для нас это означало только одно – мы вынуждены задержаться в злосчастном секторе на время подзарядки.

По правилам, утвержденным зотэрианцами еще в незапамятные времена, строго запрещалось совершать гиперпрыжок, если щиты просели больше чем наполовину. Конечно, были исключения из правил, но это не наш случай, тем более что нам еще надо снять или уничтожить глушилку, из-за которой мы здесь оказались.

Глушилку мы обнаружили без проблем.

Благодаря аппаратуре, расположенной на нашем истребителе, это оказалось совсем несложно.

– Да, великовата! – задумчиво проговорил Хат, разглядывая кубическую конструкцию, размером как наш истребитель. – Жаль, но придется ее уничтожить, другого выхода у нас нет!

Мы отлетели от глушилки на безопасное расстояние и выпустили по ней пару очередей из нашей носовой пушки.

Яркая вспышка и разлетевшиеся в разные стороны обломки сказали нам о том, что теперь после полного восстановления щитов, мы сможем беспрепятственно прыгнуть в систему Дрикам и дальше к конечной точке нашего путешествия – к планете Нарих.

Четыре часа спустя

Всё то время, пока заряжались наши щиты, мы, включив полную маскировку, прятались среди крупных обломков двух вражеских кораблей.

При допросе у пленного выяснили, что они успели сообщить на свою базу о том, что мы напали на их патруль, и они вступили с нами в бой. По его расчетам подкрепление должно было прибыть где-то часов через шесть после получения сигнала или еще раньше, если кто-нибудь из Объединенных Сил был где-то здесь поблизости.

Поэтому Хат решил дождаться зарядки щитов на этом месте, используя хоть какое-то укрытие.

Отведенное нам время мы провели с пользой.

Хат колдовал вокруг вражеского искина, подключая его к аппаратуре нашего истребителя, и тут же передавал полученную информацию прямиком в Ковчег. А мы с Мором, решили потратить это время на совместные занятия.

По обыкновению, сев напротив друг друга и взявшись за руки, мы погрузились в учебную медитацию.

«Откройся мне! – услышал я в своей голове спокойный голос Мора. – Покажи мне то, что произошло с вами на том вражеском корабле. Мне передай эмоции и чувства тобою испытанные».

Я сосредоточился и выкинул из головы все посторонние мысли.

Заново прошел вместе с Хатом по узким коридорам вражеского звездолёта, беспощадно уничтожая врагов.

Наш пилот был жесток, очень жесток!

Его ненависть к кирианцам была настолько сильна, что ему было мало просто так убить врага на расстоянии из своего бластера, ему необходимо было собственноручно отрубить тому голову или разрубить его пополам, как того члена экипажа, возле рубки управления, где Хат сражался с дронами. И то, как он беспощадно расправился с уже сдавшимися офицерами внутри самой рубки, на меня произвело угнетающее впечатление.

Пока я вырубал их командира, он выхватил свой клинок и, метнувшись к ним, в три удара обезглавил всех троих, залив всё вокруг их черной кровью.

Жестоко? Но я думаю, если Совет Восьми внес их расу в ранг врагов зотэрианской расы высшей категории, то на это были свои причины.

Затем пришло время допроса пленного.

Хат присел возле него на корточки, жестко надавил ему за ухом, чем быстро привел того в сознание.

Кирианец непонимающим взглядом осмотрелся по сторонам, затем заметил обезглавленные трупы, кровь своих офицеров повсюду, и, испуганно глядя на нас, засучил ногами.

Наш пилот не собирался с ним церемониться и занес было руку для увесистой оплеухи, которая, по его мнению, должна была развязать ему язык.

– Позволь мне! – остановил я, уже готовую было обрушиться на затылок кирианца руку Хата.

Он посмотрел на меня сквозь черное как смоль стекло маски и, кивнув, поднялся на ноги.

– Поторопись! – коротко бросил он, отходя немного в сторону. – Первое, выясни коды к их искину, мне меньше будет возни.

Я, кивнув, снял свой шлем. Мне так проще создавать и чувствовать свой щуп. Краем глаза заметил, как Хат внимательно наблюдает за мной, не снимая своего шлема.

Кирианец заподозрил что-то неладное, учащенно задышал и бешено завращал глазами. От страха его аура пошла всеми цветами радуги, его мелко затрясло, и он замычал что-то несвязное и нечленораздельное.

Не обращая на него внимания, я надавил на него ментально и задал ему первый вопрос. Глаза его тут же потухли, и он быстро заговорил, четко отвечая на наши вопросы.

Через пять минут такого допроса, мы знали практически всё, что нам было нужно. Узнали, существует ли сейчас империя Митхар, насколько она сильна, и какое она имела отношение к Объединению Независимых государств. Узнали, что представляло собой это Объединение. Каков у него строй, органы управления, вооруженные силы, сколько планет и государств в него входило.

Узнали о бывших союзниках зотэрианцев – Кирианцах, Филугийцах, Тетехах, Мурийцах и многих других...

Одним словом, за очень короткое время мы получили ценнейшую информацию, после чего Хат бесцеремонно смахнул голову этому бедолаге, и занялся извлечением местного искина.

– Ого! Ты только посмотри на него! – наш пилот извлек из гнезда шар размером с баскетбольный мяч. – Такое ощущение, что кирианская раса откатилась в своем развитии далеко назад. В мое время их технологии были более разв...

– Внимание! После несанкционированного извлечения истина, включен режим самоуничтожения корабля! Начался обратный отчет! До самоуничтожения корвета класса «Сун» осталось 77 секунд, 76 секунд, 75...

Хат без раздумий подхватил тяжелый шар Искина и стремглав бросился в пролом. Я, не теряя времени, последовал следом за ним...

Мор отпустил мои руки и задумчиво посмотрел на меня. Не говоря больше ни слова, он уселся в свое кресло и о чём-то глубоко задумался.

Я уже было хотел поинтересоваться причиной его задумчивости, но тут раздался голос Хата.

– Всем занять свои места, через минуту мы совершим прыжок и продолжим наш путь.

Усевшись на свое место, я еще раз глянул на Мора. Он сидел, выпрямив спину и закрыв глаза, руки его при этом мелко подрагивали.

Глава 4 Планета Хогов Нарих

Глава 4 Планета Хогов Нарих

Размерами родная планета Хогов выглядела чуть больше, чем наша земная Луна. С орбиты хорошо просматривались бескрайние моря и океаны с разбросанными тут и там частыми островками суши.

Два сравнительно небольших материка разделялись между собою небольшим проливом и цепочкой мелких, каменистых островов. Насколько я помню со слов Декара, раньше на планете был всего один материк. Видимо, на Нарихе за десяток с лишним тысяч лет прошли такие катаклизмы, из-за которых на этой, по словам Мора, вечно цветущей планете теперь образовалось два полноценных материка.

Интересно, к чему это привело?

Может быть, там сейчас и нет кровожадных карминов? Может, они погибли в ужасных катаклизмах, и на планете сейчас совсем безопасно? Но Кира, связавшись с искином корабля, развеяла мои надежды. Она сообщила мне, что на Нарихе наблюдалась повышенная биологическая активность, и планета густо заселена.

Сами материки были вдоль и поперек изрезаны многочисленными реками, впадающими в свою очередь в большие и малые озера.

Мор прильнул к прозрачной стене кабины, во все глаза рассматривал родную планету и не мог сдержать вырывающихся наружу эмоций. Он глубоко дышал, часто издавая звуки, похожие на всхлипы и протяжные стоны. Кончики его пальцев при этом мелко подрагивали и всё время скребли по стенке кабины, как будто хотели протереть в ней дыру.

Таким взволнованным и одновременно печальным я видел своего наставника впервые. Даже арест и суд над его соплеменником Гугом не вызывал в нём столько эмоций.

– Определите место высадки, – донесся до нас голос Хата, внимательно изучавшего карту планеты Нарих, повисшую в воздухе прямо перед ним.

– Вон там! – Мор указал трясущимся пальцем на гигантский горный хребет, пересекающий один из материков пополам.

Хат кивнул, посмотрел на нас и сообщил:

– У вас десять минут, подготовиться! Затем мы начнем спуск на планету.

Я тут же бросился к напольной нише, вытащил оттуда свое оружие, рюкзак и стал торопливо стаскивать с себя «Игму».

Извлек из рюкзака на свет «Горку» и, быстро напялив на себя, принялся шнуровать крепкие армейские ботинки. Затем накинул на себя портупею, подогнал и затянул на ней крепкие кожаные ремни, поправил кобуру с револьвером и закинул слегка опустевший рюкзак себе за спину, закрепил на поясе секиру, нож вставил в ножны и взял в руки копье.

Всё! Готов к поиску и добыче живительного цветка Лиама.

Я посмотрел на Мора.

Он стоял перед нами в матерчатой накидке на манер мексиканского пончо, в которой я с удивлением узнал скатерть со стола бабы Фроси. Чистый хлопок, из которого она была соткана, явно пришелся по душе моему наставнику.

– Подарок от Ефрии, – по-своему истолковал мой взгляд наставник.

– Занять свои места, начинаю маневр снижения! – деловито проговорил пилот, привычно располагая руки на невидимом для нас пульте управления.

Чертыхнувшись, я снял рюкзак, секиру и, положив их себе под ноги, устроился в своем кресле. Оно как живое обволокло меня со всех сторон, как бы погрузив в своеобразный кокон и надежно зафиксировав всё мое тело.

– Пошли послание на Терру, что мы начали спуск на Нарих! – вдруг обратился Мор к Хату слегка охрипшим голосом.

Тот косо посмотрел на моего наставника и медленно кивнул, производя необходимые манипуляции на пульте управления.

– Послание отослано, – доложил пилот, еще раз быстро глянув на Мора.

Тот закрыл глаза, поплотнее обхватил пальцами подлокотники и кивнул.

Неполадки с нашим истребителем начались сразу же после того, как мы, стремительно пробив плотные облака, стали приближаться к поверхности.

От ужасной турбулентности нас трясло и подкидывало так, как будто мы попали в мощнейший ураган, и наш летательный аппарат вот-вот развалится.

Хат, выкрикивая только ему понятные ругательства, пытался вести нашу машину ровно, направляя ее к тому месту, на которое указал ему Мор.

– Что за планета? – кричал он, перекрикивая предупредительно орущую сирену. – У меня один двигатель уже почти вышел из строя, и половина датчиков не реагируют ни на что! Если так будет продолжаться и дальше, то после того как я вас высажу, не смогу взлететь!

Мор заговорил возбуждённо и тревожно:

– Защищает себя Нарих! Нарушен баланс природных сил, планету оберегающих. Не понимаю я, что происходит! Раньше подлые гемурианцы спокойно взлетали и садились на короткое время, и добрые зотэрианцы забирали с Нариха остатки расы нашей! А сейчас... я не понимаю!

Наш истребитель в очередной раз тряхнуло, и Хат, зарычав, направил его к поверхности.

– Высажу, где смогу, иначе мы разобьемся! – зло прорычал наш пилот. – На выход! Быстрее на выход! Поторопитесь! У вас десять секунд! – прокричал нам Хат, вцепившись пальцами в пульты управления. – Быстрее!

Наш истребитель завис в трех метрах от поверхности, и его сотрясала сильнейшая мелкая вибрация, от которой у нас зуб на зуб не попадал.

Схватив свои вещи, я первым прыгнул в открытый люк и тут же, развернувшись, поймал на руки Мора, для которого такая высота могла стать опасной.

Двигатели истребителя издали пронзительный свист, и он стал резко набирать высоту, стараясь как можно быстрее покинуть атмосферу такой негостеприимной планеты.

После того как Хат нас высадил, ему необходимо было выйти на безопасную орбиту, где при помощи приписанных к истребителю ремонтных дронов он смог бы в спокойной обстановке привести свой корабль в нормальное состояние, способное позволить нам совершить обратное путешествие.

Кира сразу же стала информировать меня о составе воздуха и окружающей среды. Мой биосканер, заранее настроенный на обнаружение существ крупнее собаки, тут же доложил о том, что в радиусе двух километров находятся тринадцать живых существ, и некоторые из них быстро приближаются к нам.

Я поспешно накинул на спину рюкзак, сунул в специальную петлю на поясе секиру, взял в руки копье и посмотрел на Мора – что дальше?

Тот стоял, задрав голову и приложив ладонь козырьком к глазам – наблюдал за полётом нашего истребителя.

Я оглянулся по сторонам. Мы находились на невысоком горном плато, ниже по склону метрах в трехстах начинался густой лес, и я почувствовал, что именно оттуда нам грозила опасность.

Перехватив поудобнее копье, я приготовился к неожиданностям и доложил об этом Мору.

– Лес! К нам кто-то приближается из него! Пятеро! Уже скоро они будут здесь.

Наставник никак на это не отреагировал, просто стоял и смотрел в небо.

Я проследил за его взглядом вверх и то, что я там увидел, меня ввергло в шок.

Наш истребитель, дымя всеми тремя двигателями, пытался набрать высоту, как вдруг его окутала яркая огненная вспышка, и прозвучал далекий раскат взрыва.

– Вон он! – возбуждённо прокричал Мор, показывая пальцем на точку, которая не падала камнем вниз, как остальные обломки истребителя, а планировала по дуге, постепенно приближаясь к нам.

Я напряг зрение и сумел рассмотреть небольшую спасательную капсулу наподобие той, что я видел на разведчике, на котором мы с Мором, Шаком и Илеей исколесили всю Солнечную систему, пробуждая Зотов.

Я облегчённо выдохнул. Это Хат! Он сумел катапультироваться!

Не успел я отойти от шока, как вдруг капсула изменила свое направление, ее кинуло из стороны в сторону, и она, резко снижаясь, камнем пошла вниз.

Перед самыми верхушками деревьев нашему пилоту каким-то чудом удалось ее выровнять, и тут же из-под ее днища вниз понеслись красные длинные росчерки. Почти сразу же, метрах в шестистах от нас, в самой гуще леса прогремела серия мощнейших взрывов, и я почувствовал, что те пять живых существ, что приближались к нам оттуда, бесследно исчезли с моего внутреннего радара.