332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Кузнецов » Изумрудный дождь » Текст книги (страница 20)
Изумрудный дождь
  • Текст добавлен: 30 октября 2016, 23:38

Текст книги "Изумрудный дождь"


Автор книги: Юрий Кузнецов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

Невидимый магнит

Сбылась давняя мечта Криса Талла. С раннего детства ему нравилось слушать упоительные морские рассказы деда Чарли. Географические названия, которые Блек произносил с небрежным шиком, будоражили Криса, как настойка валерьянки кошку. Сколько раз просил он Чарли взять его с собой!

А теперь Крис – полноправный член экспедиции, юнга на самой лучшей в мире яхте!

Погода была замечательная. Штурман, привыкший к космическим скоростям, решил снова включить реактивный двигатель. Теперь-то вряд ли удастся на кого-нибудь наскочить, разве что на самоуверенную акулу, плавник которой появлялся то там, то сям вокруг «Арзака». Она крутилась поблизости, явно рассчитывая на поживу, не считая катамаран опасным для себя противником. «Посмотрим ещё, кто из нас кошка, а кто мышка», – подумал Крис, который впервые видел так близко это морское чудище и, чего греха таить, слегка поёживался, когда чёрный плавник вспенивал воду совсем рядом с бортом.

Зор проверил прочность всех креплений на палубе. С морем шутки плохи. Стоит только какой-то снасти дать слабину, как скорость и ветер сделают своё вредное дело, сорвав с места плохо закреплённый предмет.

Тот, в свою очередь, вдоволь покатается по палубе, сломав и разбив что окажется по силам, а затем сиганёт за борт. И поминай его, как звали!

Весь экипаж занял свои места в рубке. Старт! Полный ход! Самый полный ход! Кау-Рук хотел проверить, на что же способен катамаран. Яхта прыгала с волны на волну, как плоский камешек, пущенный умелой рукой. Поднялся такой грохот, вой и свист, что, даже стоя вплотную друг к другу, невозможно было переговариваться. Стоять, не держась за поручни, тоже стало уже невозможно. Пол рубки убегал из-под ног. Ещё немного, и катамаран опрокинется вниз мачтами. Тогда диск будет уже притягивать катамаран к земле, то есть ко дну залива. «Арзак» рискует превратиться уже в подводную лодку, а это не входило ни в его название, ни в планы экипажа. Кто знает, удастся ли потом вынырнуть!

Кау-Рук с сожалением снизил скорость.

– Всё-таки это не космический корабль, – вздохнул он. – Рождённый плавать летать не может!

Но даже при таком темпе через несколько часов они должны были достичь того места, где потерпел кораблекрушение Чарли, налетев на риф. Кау-Рук передал штурвал Зору, а сам в который раз принялся изучать карту.

Вот что казалось ему удивительным!

За долгую историю мореплавания Мексиканский залив наверняка был изучен.

Если бы море хранило следы избороздивших его вдоль и поперёк всевозможных судов, от плота до современных кораблей, залив был бы истоптан, как центральная площадь после митинга.

Неужели бы никто не обнаружил этот злосчастный коралловый риф?! Что-то здесь неладно!

Но даже если Чарли повезло открыть новенький, свежеиспечённый коралловый риф, то этот риф быстренько бы обнаружили с корабля или самолёта, обмерили, пронумеровали и уже продавали бы билеты на его осмотр, пока риф снова не вздумал бы спрятаться. А Чарли Блека отправили бы домой, если его не устраивала должность сторожа, контролёра и гида.

Не тут-то было! До сих пор нет ни слуху, ни духу, ни Чарли, ни рифа. Настораживает и другое. Настроившись попасть к своим приятелям в преисподнюю после кораблекрушения, Чарли попадает в антимир, на планету Ирэна. Не приложили ли руку к созданию этого таинственного кораллового рифа друзья-антипланетяне с Ирэны?!

Так размышлял штурман Кау-Рук, пока Крис вынужден был околачиваться в рубке. Это вместо того, чтобы стоять на капитанском мостике с чёрной повязкой на глазу, с парой пистолетов за поясом и абордажной саблей на боку и выглядывать в подзорную трубу, нет ли на горизонте добычи. Тысяча чертей! Да в этих местах дно должно быть усеяно, как галькой, пиастрами и золотыми брусками вперемешку с бриллиантами. А воздух до сих пор пахнуть порохом от яростной канонады жарких схваток! И не пираты ли похитили деда и держат в своём тайном логове в ожидании богатого выкупа? Но ничего, скоро Крис спасёт его, клянусь каракатицей! И тогда Чарли сам предложит в следующий раз идти вместе в море.

Ну что ж! Плох тот юнга, который не мечтает стать капитаном!

Зор проглядел все глаза, надеясь первым заметить остров, на котором робинзонит капитан Чарли Блек.

Пока на горизонте не было ни малейшего намёка на какую-нибудь сушу.

Штурман дал знак Зору сбавить ход. Они пришли на ту точку, которая соответствует широте и долготе указанного Блеком места кораблекрушения.

Конечно, существовала какая-то неточность в определении координат Кау-Руком и Чарли Блеком. Но искать риф следовало где-то здесь!

Кау-Рук предложил исследовать место, курсируя вдоль и поперёк. После нескольких часов всем, в том числе и Крису, стало ясно, что в этом районе залива нет кораллового острова, на котором Чарли Блек мог бы скоротать время до их прихода.

Поиски медленно, но верно заходили в тупик. Может быть, капитан второпях недостаточно точно вычислил свои координаты, а может быть, Грау что-то напутал…

Экипажем начало овладевать потихонечку что-то похожее на некоторое уныние. Нельзя сказать, что они опустили руки. Пока есть достаточное количество провизии и питьевой воды, «Арзак» будет бороздить воды Мексиканского залива. В крайнем случае есть ещё записка начальника портовой полиции об оказании катамарану необходимой помощи проходящими мимо судами. Но надежду на быструю встречу с Блеком приходилось оставить…

Кау-Рук снова и снова проверял свои расчёты, а Зор сочувственно посматривал на мальчика. Вот кому больше всех хотелось поскорее встретиться со своим горячо любимым дедом Чарли.

Зор перевёл взгляд на приборы перед собой, стараясь как можно точнее выдерживать положенный курс.

«Опять немного отклонились в сторону, – проворчал он про себя. – Что за катавасия! Создаётся такое впечатление, что действует какая-то сила, которая, как магнит, притягивает к себе яхту».

– Что ты там шепчешь, колдуешь что ли? – удивлённо обратился к Зору штурман.

– Станешь тут суеверным, – обиженно отозвался бывший патрульный.

– Давай вместе посмотрим, – обрадовался Кау-Рук возможности хоть ненадолго отвлечься от грустных мыслей.

Они несколько раз проверили предположение Зора. Действительно, кто-то притягивал катамаран к центру!

Дальше стало ещё веселее. По мере приближения к воображаемому центру притяжения катамаран шёл не по прямой, как положено благовоспитанному судну, а по дуге!

Что-то сообразив, штурман уменьшил скорость яхты. Теперь, на самых малых оборотах двигателя, эта дуга замкнулась в окружность. Сделав несколько таких кругов, исследователи заметили, что их радиус становится всё меньше и меньше. Это могло означать только одно: «Арзак» движется по спирали, с каждым витком приближаясь к центру.

Вдруг Крис как-то странно изменился в лице, его глаза от удивления округлились. Он, словно потеряв дар речи, указал своим спутникам вперёд, на нос катамарана. Вернее, на то место, где должен находиться нос судна. Но его на положенном месте не оказалось! Будто гигантская рыба-пила в мгновение ока откромсала эту немаловажную часть «Арзака». И это ещё не самое страшное. Через секунду донельзя удивлённые моряки обнаружили, что косая, со слегка размытыми краями линия, за которой ничего не было, продвигалась по палубе к рубке, покушаясь и на сам экипаж.

И тут оставшийся кусок катамарана, пока ещё довольно изрядный, потряс резкий толчок, словно яхта внезапно перевалила через какую-то преграду. Не устояв на ногах, все кубарем, помогая друг другу натыкаться на всевозможные острые углы и зарабатывать дополнительные ссадины и шишки, покатились по полу рубки. Крису, как самому лёгкому, удалось улететь дальше всех, успев по ходу дела проехаться по обоим своим спутникам и сложиться в комочек возле трапа.

Разлёживаться было некогда, поэтому команда моментально оказалась на ногах. Вцепившись на случай повторной встряски в поручни, ограждающие приборную доску, они попытались оглядеться по сторонам.

Катамаран спокойно стоял в зеленовато-лазурной лагуне кораллового атолла. Со всех сторон она была окаймлена рифовым коралловым кольцом. Сквозь просветы рифов моряки не увидели ничего интересного. Впрочем, нет, не так! Они ничего не увидели. Совсем ничего! Ни моря, ни неба, словом, всего того, что их окружало последние дни плавания. Просто пустота!

В плену

– Вот этот коралловый риф, который мы искали! – спокойно доложил Кау-Рук. – Если бы не наблюдательность Зора, мы могли бы преспокойно искать его всю оставшуюся жизнь. Я полагаю, что атолл просто невидим со стороны моря, впрочем, как и море с нашей стороны!

– А вот этому рифу, – указал Зор в тон командиру, – я обязан громадной шишкой на затылке, которая продолжает потихоньку увеличиваться, как будто кто-то пытается проломить череп изнутри!

И Зор поспешно приложил к темени медную подзорную трубу, самое главное сокровище из багажа Криса Талла, подаренную ему самим Чарли Блеком.

– А вон и сам Чарли Блек! – не отстал от товарищей мальчик. – И, кажется, не один! Если бы я не был уверен, что я здесь, в рубке «Арзака», то сказал бы, что это я стою там, рядом с дедом…

Все дружно посмотрели в ту сторону, куда кивнул Крис. Действительно, слева от катамарана, метрах в сорока, стоял под пальмой капитан Чарли Блек собственной персоной. А рядом с ним стоял мальчик, очень похожий на Криса.

– Да, мальчишка здорово смахивает на нашего Криса, – подтвердил Зор.

– Подожди, подожди! – воскликнул штурман. – Сдаётся мне, что я где-то уже видел этого паренька.

Несколько секунд Кау-Рук пристально разглядывал его.

– Так и есть! Мы с Ильсором имели удовольствие заочно познакомиться с ним сквозь перегородку в тоннеле, соединяющем Рамерию и Землю. За перегородкой скрывается тоннель, ведущий на планету Ирэна. Невидимый коралловый риф – проделка ирэнцев. Впрочем, довольно гадать на кофейной гуще! Сейчас мы всё узнаем доподлинно!

Крис тоже разглядывал своего двойника.

«Вот повезло так повезло! – думал мальчик. – Не только нашли деда, но и товарища для меня. Взрослые взрослыми, а для настоящей игры нужна более подходящая компания. А дед-то Чарли каков! Меня с собой не взял, как я ни упрашивал, а другого мальчишку, пожалуйста, хоть на необитаемый остров», – ревниво попенял Крис.

Тем временем штурман и Зор подняли небольшой парус, уловив слабый боковой ветерок. Штурман мастерски подвёл катамаран прямо к месту, где стояли капитан Блек со своим спутником. К их немалому удивлению, а ведь для Чарли практически не существовало тайн там, где речь шла о воде и устройствах для передвижения по ней, начиная от простой доски и кончая океанским теплоходом, неизвестно откуда взявшаяся яхта выскочила прямо на берег и, спустив парус, бросила якоря: один, кормовой, – в воду, а другой, носовой, – на прибрежный песок.

На палубе стояли три человека: двое взрослых, по внешнему виду не американцы, и один мальчуган.

– Клянусь голубой каракатицей, я знаю этого юнгу! – воскликнул Чарли, бросаясь к катамарану.

Крис, не дожидаясь, когда Зор спустит трап, сиганул прямо через борт на белый рыхлый песок. Ловко смягчив удар о землю согнутыми ногами, он, как пружина, распрямился и бросился в объятия капитана.

– Здравствуй, здравствуй, пострел! – ласково бормотал растроганный Чарли, похлопывая внука по спине. – Как это вы нас отыскали, ума не приложу! Свалились как снег на голову! А мы здесь, как ёжики в тумане, кроме атолла, ни дьявола больше не видно! Хуже, чем на необитаемом острове! Там хоть море видно, есть шанс парус заметить, костёрчик развести, сигнал дымком подать. Глядишь, кто-нибудь и снимет с мели робинзонов!

А Крис с места в карьер взахлёб рассказывал о рамерийцах, об экспедиции, организованной ими, о пещерном льве, бывшем элмом на Ирэне и сообщившем координаты кораллового рифа…

– Как же, как же, помню я этого льва. Симпатичный зверюга! Гляди-ка, всё запомнил, умница! – восхитился капитан.

Пока родственники беседовали, остальные деликатно стояли в сторонке, с любопытством поглядывая друг на друга.

– Что же это мы?! – спохватился первым Блек. – Сами лясы точим, а друзей друг другу не представили!

Он подтолкнул Криса к мальчику, а того – к внуку и сказал:

– Знакомьтесь! Это мой внук Крис Талл, а это Костя Талкин, русский. Мой товарищ по несчастью. Вместе были элмами на планете Ирэна. Со мной всё ясно, я об этот риф споткнулся нечаянно, сюда и вернулся, а вот как его забросило на мой атолл, наверно, одному Олу известно…

Поймав недоуменный взгляд внука, добавил:

– Ах, да! Ты же не знаешь Ола. Это один джентльмен с Ирэны, который нам помог избавиться от облавы массаров и вернуться на Землю… Объяснил, называется, – засмеялся Чарли. – Теперь нужно и про массаров рассказывать. Ладно, у нас будет достаточно времени, чтобы поставить все точки над «i». Лучше, юнга, познакомь меня и Костю с твоими друзьями!

Рамерийцы и земляне обменялись крепкими рукопожатиями. Собственно говоря, заочно все уже были знакомы.

Только Крис ничего не ведал о Косте; Костя, в свою очередь, не слышал о Зоре; да Чарли Блек не имел понятия об этом рамерийце. Зато теперь они собрались все вместе. Не хватало только представителей от Ирэны. Хотя, кто знает, не присутствуют ли незримо при этой встрече элмы-ирэнцы?

После всеобщего знакомства штурман пригласил обитателей атолла на яхту. Капитан Блек горел желанием ознакомиться с этим судёнышком поближе. Костя тоже! Ведь он со своим приятелем Алёшкой Голиковым готовился сплавать вниз по реке. Правда, намерение их таковым и осталось. Однако подготовка не прошла даром. Чем больше узнаёшь про водные путешествия, будь то озеро, река, не говоря уж о море-океане, тем сильнее хочется попробовать это на зуб.

Для Зора тоже не было ничего приятнее, чем поболтать о его любимце «Арзаке». Штурман же, как радушный хозяин и космический бродяга, не упускал из виду, что риф, скорее всего, не баловал своих невольных обитателей разнообразием пищи. Поэтому он мобилизовал всех умеющих держать ножик в руках. Конечно, непревзойдённым знатоком кулинарии был старина Чарли.

Были пущены в ход самые неприкосновенные запасы продуктов. И каких продуктов! Жители Волшебной страны на славу снабдили экспедицию провизией!

Вкусная еда и интересная беседа так увлекли наших героев, что обед плавно перешёл в ужин. Наконец, когда взгляды присутствующих на этом званом ужине перестали останавливаться то на одном, то на другом блюде, а равнодушно скользили поверх стола, решили прервать беседу до утра.

Теперь уже Блек пригласил к себе в гости экипаж катамарана. Всем удобно разместиться на этом небольшом судне было трудновато, да и Чарли знал, что, как ни любишь море и свой корабль, всё-таки изредка приятно после долгого плавания ощутить под ногами твёрдую почву.

Хижина-навес, который капитан и Костя смастерили из растущего в изобилии подручного материала, была достаточно вместительной, а постели из мягкого душистого сена казались неотразимо привлекательными.

Уютно расположившись под навесом, земляне и рамерийцы продолжали неторопливо беседовать. Им было что рассказать! К их удивлению, каждый мог понять друг друга. Те, кто побывал в обличье элма, как Чарли и Костя, сохранили способность к телепатическому разговору. Владел этим искусством и Кау-Рук. Крис после путешествия на Рамерию сносно владел языком её жителей и телепатически общался с пушистыми. Зор за время плавания на «Арзаке» научился поддерживать разговор и с Чарли, и с Крисом. Но вот беда, ребята, которым, конечно, было чем поделиться друг с другом, не имели общего человеческого языка. Крис, конечно, не знал русского, а Костя, как многие наши ребята, был не в ладах с английским. Телепатия телепатией, но так можно и разговаривать разучиться! Кроме того, некоторые любимые ребятами словечки и выражения с трудом можно было вообразить в виде мысленных телепатических образов. Ну, например, выражение «вилять хвостом» означает на английском «болтать, сплетничать». Попробуйте представить себе Криса и Костю, оживлённо помахивающими длинными пушистыми хвостами! Может быть, мальчишки и не возражали бы особо против хвостиков, по крайней мере здесь, на атолле, где их не могли видеть приятели, но для штурмана этот придаток был бы чересчур легкомысленным. Или другое, русское, выражение «сесть в калошу», означающее какую-нибудь промашку! Капитан Чарли мог просто обидеться, увидев себя плывущим в калоше.

Поэтому поговорка «Учение – свет, а неучение – тьма» приобрела для ребят реальный смысл. Они мысленно пообещали друг другу после возвращения домой приналечь на иностранные языки.

Облазив весь атолл, попробовав молодые листья пальмы и запив их кокосовым молоком, что являлось обычным завтраком Чарли и Кости, успевшим им немного приесться, и было в новинку для Кау-Рука, Зора и Криса, земляне и рамерийцы стали подумывать о возвращении. Ни у кого не было ни тени сомнения, что «Арзак» в любой момент может преодолеть барьерный коралловый риф и вернуться в открытое море. А там рукой подать до побережья Америки. Поэтому только к вечеру сборы были закончены и то в основном за счёт энтузиазма Чарли, которому до чёртиков надоело болтаться без дела на этом рифе. Кроме того, он испытывал к нему некоторую неприязнь за нелюбезное обращение с его собственной яхтой, приведшее к её потере. Она, в отличие от катамарана «Арзак», не умела ходить по земле и не смогла перевалить через кольцевой коралловый риф. Сейчас она, наверное, покоится где-нибудь на дне, на глубине три-четыре тысячи метров, если не застряла на какой-нибудь террасе рифового склона.

Пополнив запасы пресной воды и прихватив для разнообразия меню несколько десятков кокосовых орехов, экипаж «Арзака» в расширенном составе погрузился на корабль. Теперь катамаран имел не только двойной корпус, но и двух юнг. Чарли по старой памяти взял на себя обязанности боцмана, наотрез отказавшись быть капитаном вместо Кау-Рука.

Выбрали якоря, сделали прощальный круг по акватории лагуны и, найдя просвет в коралловом кольце, позволяющий свободно выйти из лагуны катамарану, под парусом направились к выходу в открытое море. «Арзак» успешно миновал рифовое ожерелье, но уткнулся носом в невидимую стену. Как это произошло и при первой встрече с атоллом, нос начал терять свои видимые очертания той части, которой под напором ветра в парусе удалось проникнуть внутрь преграды. Но дальше сопротивление возросло настолько, что яхта за счёт потери скорости перестала слушаться руля, и корму начало заносить в сторону, прибивая катамаран к преграде всем бортом. Кау-Рук немедленно включил реактивный двигатель, сначала на малых оборотах, затем и на полную мощность. Не тут-то было! Кроме невообразимого шума, заполнившего все уголки и закоулки атолла и приведшего в ужас редких пернатых и ползающих аборигенов, добиться ничего не удалось.

Это было настолько неожиданным для экипажа, что безуспешные попытки прорваться на волю продолжались ещё некоторое время, значительно уменьшив запасы горючего встроенной в катамаран ракеты.

Наконец штурман сыграл отбой, выключив двигатель. С большим трудом, лавируя парусами, удалось развернуться в узком проходе между рифами и невидимой стенкой. Яхте пришлось снова вернуться на свою исходную позицию, в лагуну, а затем на берег возле хижины. Происшедшее событие требовало тщательного обдумывания. Кау-Рук вспомнил, что такое же яростное сопротивление оказала его ракете прозрачная перегородка в тоннеле, соединяющем Рамерию и Беллиору. Если эти две преграды созданы одним и тем же, ирэнским, разумом, то борьба с ними бесполезна. Но тогда, вместо спасения Чарли и Кости, он вместе со спутниками сам оказался в мышеловке.

Атолл уже окутался покрывалом непроглядной южной ночи. Как разительно отличалась атмосфера хижины, где снова расположились на ночлег теперь уже пленники кораллового рифа, от вчерашней радости встречи. У всех в головах крутилась одна и та же мысль: как же выбраться отсюда?

Даже такой законченный оптимист, как рамериец Зор, не мог придумать ничего более утешительного, кроме того, что утро вечера мудренее. Постепенно всех, одного за другим, сморил сон. Только Кау-Рук ворочался на своей подстилке почти до самого утра, перебирая всевозможные варианты освобождения из невидимого плена.

Встреча с Олом

Всё, что штурман смог придумать за ночь, это обследовать преграду по всему периметру. Может быть, удастся нащупать проход или хоть относительно слабое место в этом защитном экране, отгородившем атолл от остального мира. Другой вариант вдруг предложил капитан Блек, который, как оказалось, тоже не спал.

– Можно попробовать, – подал Чарли голос, – вплавь добраться до перегородки и попытаться поднырнуть под неё. Вдруг под водой преграда кончается?

Кау-Рук некоторое время обдумывал предложение Блека, а затем согласился с ним.

– Только для страховки следует прикрепить на пояс лёгкий трос, чтобы в случае опасности можно было подать сигнал. Тогда остальные быстренько смогут вытащить ныряльщика назад, к рифу.

Штурман тоже поделился с капитаном своими соображениями. Блек как профессионал высказал сомнения по поводу того, удастся ли катамарану пройти вдоль всего кораллового ожерелья атолла.

– Как бы не попортить днище, – озабоченно высказался он. – Тогда, даже если нащупаем проход, не на чём будет возвращаться домой.

– Пожалуй, слабое место следует поискать сначала вплавь, – добавил Чарли.

– Всё красиво на бумаге, да забыли про овраги. А по ним ходить! – вдруг засмеялся Блек. – Даже если мы и обнаружим, что под водой нет преграды, что мы будем делать в море без катамарана. Он-то ведь нырять не умеет!

Кау-Рук снова надолго задумался.

– Не может – научим, не хочет – заставим! – наконец решительно заявил штурман. – По крайней мере я знаю, как заставить «Арзак» погрузиться под воду. Осталось только научить его всплывать!

На этом ночное совещание капитанов закончилось.

Ранним утром экипаж «Арзака» был уже на ногах. От вчерашней минутной растерянности не осталось и следа. Все были полны решимости во что бы то ни стало выбраться из заколдованного круга. Поэтому сразу же приступили к реализации ночного плана Кау-Рука и Блека. Главным исполнителем стал Зор, хотя Чарли очень настаивал на своей кандидатуре. Рамериец сиял от радости, что ему доверили такое важное дело. Он разделся, подпоясался штормовым ремнём, к которому замысловатым морским узлом Чарли прикрепил конец лёгкого, но очень прочного троса. Второй конец для надёжности был закреплён на кормовой якорной лебёдке «Арзака». Так что, если не хватило бы силы у людей, чтобы вытащить Зора из воды, на помощь был готов прийти катамаран.

Матрос-рамериец весело махнул рукой оставшимся на берегу товарищам и бросился в воду. Свёрнутый в бухту трос лежал на самом берегу, и Чарли Блек по мере удаления Зора стравливал кольцо за кольцом, чтобы не затруднять тому продвижение. Предварительно договорились, что один рывок за трос будет означать: «Как дела? – Всё в порядке!», два рывка: «Продолжаю движение!», три рывка: «Срочное возвращение!»

Зор уже достиг невидимой завесы, но, вопреки его ожиданиям, преграды не оказалось. Он беспрепятственно проник внутрь. Для наблюдателей с берега Зор просто растворился в зыбком мареве, чуть дрожащем над водой. Остался только конец троса, уходящий в никуда, как нить Ариадны. Ожидание было столь томительно, что Чарли, не выдержав, дёрнул за трос, проверяя, там ли матрос. Ответ последовал незамедлительно: «Всё в порядке!» И трос, или линь, как ещё называют такие тонкие верёвки моряки, продолжал сматываться с бухты, змейкой сползая в воду и исчезая за барьером видимости. Чарли размотал около двадцати метров. Некоторое время линь оставался неподвижным, затем со стороны Зора последовали два рывка: «Продолжаю движение», – и трос опять пополз в воду. Но на этот раз его поведение изменилось. Сначала он двигался быстро, затем словно повис на месте. Опять быстрое стравливание, и опять провисание. Что-то происходило на другом конце линя.

Чарли намотал трос на руку, выбрав слабину, чтобы можно было сразу ощутить сигналы от Зора. И сигнал, как предчувствовал Блек, не заставил себя долго ждать. Три коротких рывка троса были восприняты как международный сигнал бедствия: «SOS». Чарли тотчас же принялся тянуть на себя трос, резким возгласом призвав на помощь остальной экипаж. Дело нашлось всем. Блек и Кау-Рук выбирали из воды линь, который натянулся как струна и ходил из стороны в сторону, как будто на другом его конце на крючке сопротивлялась огромная рыбина. Костя снова сматывал в бухту трос, который удавалось отвоевать у моря. А Криса оставили на палубе «Арзака», у лебёдки, чтобы выбрать на неё весь запас троса, лежащий на берегу, и быть наготове по сигналу включить привод, если у людей не хватит своих сил вытащить Зора. Мало-помалу, метр за метром, трос переходил в распоряжение Криса. Чарли и Кау-Рук упирались изо всех сил. Внезапно сопротивление троса прекратилось, и капитан Блек со штурманом покатились по песку, не выпуская, впрочем, из рук добычи.

«Оборвался?» – мелькнула одновременно у них в голове ужасная мысль.

«Нет-нет, всё в порядке», – словно развеял их сомнения появившийся из ниоткуда рамериец Зор, быстро плывущий к берегу. Нужно отдать должное двум юнгам, которые даже после падения своих командиров не прекратили порученную им работу, а продолжали выбирать линь: один – сначала на берег, а другой – затем на лебёдку яхты. Это помогало Зору не запутаться в плывущем перед ним тросе. Когда Зор вышел на берег и в изнеможении опустился на песок, стало очевидно, каких усилий стоила ему борьба с невидимым, но грозным противником. Экипаж окружил своего разведчика. Один расстёгивал штормовой пояс, крючки которого даже погнулись, пытаясь выйти из отверстий. Другой протягивал кружку с освежающим и бодрящим кокосовым молоком. Все ждали рассказа Зора, но никто не торопил его, позволяя прийти в себя.

Наконец Зор жестом указал своим товарищам на песок вокруг, приглашая присесть, и засмеялся:

– Вы что все такие серьёзные, как будто собрались на мои собственные поминки, а я случайно оказался в числе приглашённых? Или, думаете, меня там, – кивнул он в сторону невидимого кольца, – подменили?!

– Молодчага, Зор, – закричал Чарли. – Мне как раз не хватало такого весёлого приятеля, когда людоеды племени Куру-Кусу хотели поджарить меня на ужин!

А штурман добавил:

– Тебе действительно повезло, что ты оказался с нами. Мы тянули так усердно, а ты сопротивлялся так упорно, что ещё немного, и запоры пояса не выдержали бы такой борьбы. Расскажи, что там такого интересного, что ты никак не хотел возвращаться на берег?

– Сейчас, капитан, расскажу всё по порядку! – воскликнул Зор. – Вы знаете, какая разница между мной и «Арзаком»? Катамаран, как кота к сметане, прямо-таки тянуло к атоллу, и теперь, добравшись до места, он никак не хочет уходить отсюда. Меня же, наоборот, тянуло к невидимому барьеру, но вот попасть обратно сквозь него никак не удавалось, хоть плыви прямо, хоть подныривай под него. Если бы не трос и ваша помощь, мне пришлось бы взять курс прямо на ближайшее побережье вплавь. Хотя неподалёку меня уже и поджидали наши старые знакомые, санитары моря с чёрными плавниками…

– Какое счастье, – заметил Чарли, обращаясь к Косте, – что мы не попробовали, как собирались, высунуть нос в море за пределы атолла…

– Но самое интересное, – продолжал Зор, – было, когда я находился внутри этого заколдованного барьера. Мне казалось, что я как будто плыву в воздухе. Впрочем, пожалуй, и не совсем «я», так как мои очертания стали настолько расплывчатыми и размытыми, что скорее я походил на полупрозрачную медузу. Воды под собой тоже не различал, только дрожащая пустота. Правда, далеко внизу удалось разглядеть лежащий на террасе кораллового склона корабль, вроде небольшой парусной яхты…

– Наверно, это мой бедный «Куру-Кусу», – вздохнул Чарли Блек, до сих пор скучавший по своему кораблику, названному в честь острова людоедов, которые в конце концов оказались вполне приличными и гостеприимными ребятами.

– …Мне показалось, – нарушил паузу, возникшую после реплики Блека, Зор, – что я смог бы легко при желании до него добраться, так как никаких видимых преград между нами не было. Ощущения были такими, будто я находился в невесомости, как в тоннеле Гуррикапа.

– То-то ты пытался там задержаться, – с улыбкой заметил Кау-Рук. – Невесомость – приятная штука…

– Задержаться подольше, чтобы оглядеться, я хотел на обратном пути, – признался Зор, – а в первый раз, помня о главной задаче – найти проход сквозь невидимую стенку, – я сразу же устремился дальше и скоро выплыл прямо в море. Когда оглянулся, то позади ничего не увидел, кроме обрывка линя, прикреплённого к поясу. Стало даже немного страшновато. Вдруг и на самом деле трос оборван. Я повернул назад и попытался снова попасть внутрь. Не тут-то было! Я бился как рыба об лёд – и ни в какую! Тогда попробовал ещё раз с разбегу, отплыв немного подальше. Без результата! Кстати, подныривать тоже бесполезно. Эта проклятая преграда, похоже, простирается до самого дна. Мне кажется, если бы я умел летать, то всё равно и по воздуху не удалось бы проникнуть на атолл. К этому времени моими попытками заинтересовались и любопытные акулы. Тогда-то я, отчаявшись справиться сам, дёрнул три раза за трос, впрочем, не будучи до конца уверенным, что вы на другом конце примете этот сигнал. Но трос сразу же натянулся, и меня стало втягивать в невидимую стенку. Впечатление малоприятное, сказала бы пробка, которую сначала протолкнули внутрь бутылки, а потом попытались извлечь назад с помощью нитки, намотав её вокруг талии. Задержаться на обратном пути мне не пришлось, так как я был на мощном буксире. Ну да в следующий раз…

– Я против следующего раза, – решительно возразил штурман. – Два раза одной шутке не смеются! Вдруг трос или пояс окажутся менее прочными, а акулы более проворными… нужно сначала хорошенько разобраться, в чём тут дело. Эх, жаль нет с нами Ильсора, он специалист по всяким каверзам…

– У меня есть одно предположение, – скромно сказал Зор. – Есть ещё одна существенная разница между мной и «Арзаком». У меня нет антигравитационного диска…

– Точно! – подтвердил штурман. – У тебя нет диска, но зато есть шарик, который, на мой взгляд, здорово соображает. Стоит нам удалить из днища «Арзака» этот диск, как мы спокойно сможем выбраться наружу…

С этими словами штурман встал и направился к катамарану, как будто собирался немедленно привести свой план в действие. Остальные последовали за ним.

– Остановитесь, друзья! – вдруг раздался откуда-то сверху голос. – Не стоит портить такую великолепную яхту. Она ещё не раз пригодится Чарли Блеку хотя бы навестить приятеля – осьминога Прима. Кроме того, если из названия «Арзак» убрать «а» – антигравитационный и «з» – земноводный, то получится «Рак», а такое имя для яхты не совсем подходит, если вы не собираетесь плавать на ней кормой вперёд!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю