Текст книги "Я подарю тебе новую жизнь (СИ)"
Автор книги: Юри Анфилада
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
– В бездну всё! – выпалив, и спешно поднимаясь он принялся развязывать меня, тут же снимая все верхние элементы одежды сопровождая влажными хаотичными поцелуями в шею, скулы, лоб. Его руки блуждали по моему телу, исследуя и будто стараясь запомнить каждую клеточку. Я вновь запрыгнула на него обхватив ногами, и в полупьяных чувствах стараясь дойти до кровати мы не могли остановить поток неудержимой энергии, которая плескалась в поисках выхода. Шатаясь по всему помещению, он прижимал меня к стене поднимая вверх дабы продолжать одаривать ласками, я же в ответ с жаром выбрасывала в воздух все свои новообретённые чувства впиваясь от исступления ногтями в его плечи. Добравшись до кровати, Чейз окончательно снял с себя рубашку и нависнув надо мной, как дикий зверь в ожидании выпуска на свободу из тесной клетки, в очередной раз прильнул к моим губам, сбивчивое дыхание и едва уловимый шёпот:
– Ты уверена? – улыбнувшись, я дала положительный ответ:
– Я доверяю тебе, Чейз, – безусловно, не стоит говорить о том, что капельку страха я всё же испытывала, но после того, как он сказал:
– Для меня самое важное – чтобы тебе было хорошо и комфортно, не бойся говорить мне если будет неприятно, договорились? – я позволила себе полностью раствориться в космосе, в котором растворялись сейчас только двое.
Двухчасовой сон не придал сил, а будто сделал только хуже, я чувствовала себя разбитой и вымученной – лучше в таких случаях совсем не ложиться спать. Приоткрыв один глаз, мой мужчина предложил валяться весь день в постели, но я, отказавшись продолжила сборы. Если у него сегодня не было занятий, то у меня в графике стояла, как назло, всего одна пара, но пропусков я не планировала допускать.
– Чейз, ты же помнишь, что сегодня мы с Латой поедем на осмотр квартиры? – пытаясь попасть в неподдающуюся штанину брюк и балансируя на одной ноге я танцевала по всей комнате.
– Если не будешь занят, я буду рада если составишь мне компанию. Потому что неизвестно что может поджидать нас в случае, если мой сон окажется не просто сном.
– Без проблем. Сообщишь, я подлечу. – перевернувшись на другой бок и подгребая в объятия подушку на которой спала я, стало раздаваться мирное сопение.
Двадцать третье мая, до конкурса по задумке автора остаётся два дня, а это означает то, что в ближайшее время лишь прибавится в количестве этих раздражающих сцен. Но в основе моей злости лежит даже не это, а то, что я хочу сама выбирать что и когда мне делать, строить свою жизнь без риска для остальных несмотря на то, что нахожусь в вымышленном мире. Я тоже имею право на жизнь! Моей нет вины в том, что меня создали и я каким-то образом обрела сознание.
Такси подъехало к колледжу. Выбравшись, я заметила толпы студентов на перемене, и сквозь массу народа ко мне пробиралась Лата, усердно ругая окружающих в свойственной ей манере, но подойдя ко мне краски речи изменились:
– Ты не обращай внимания, всё равно они знают моего перса как стерву, так что ничего страшного. Ой, извини, привет! – переминаясь с ноги на ногу девушка улыбалась мне.
«Удивительно, что с ней стало… стоп! Мне не послышалось?»
– Лата, о чём речь? Что ты сейчас имела ввиду?
– То, что уборщику пора заклеить рот, пока он не натворил бед, – горячо выпалила девушка, – Ходит как блаженный, пытается до всех достучаться, глаза всем раскрыть. И ладно я поняла, что к чему, но других то зачем тревожить этим? Праведник нашёлся. – ухмыльнувшись и сложив губы трубочкой она отвела взгляд.
– И тебя это не пугает? – я стояла в изумлении, на самом деле, я не ожидала, что Лата окажется столь сообразительной. На мои слова девушка рассмеялась, а далее по-заговорщицки шёпотом пояснила:
– Так ты-ж главная героиня! Мне-то чего бояться! – и ухмыляясь подмигнула. Она действительно выглядела довольно милой, когда смеялась, шутила и не была книжной Латой, какой ей и следовало являться по сюжету, я улыбнулась на её слова.
– Расскажешь, что конкретно он всем треплет?
Одногруппница на мою просьбу молча достала телефон и воспроизвела записанное ею видео. Во время матча по футболу наших ребят и соседнего колледжа протискиваясь на трибуне, по-видимому, выбрав место, где наибольшее количество народа, Гулберт расталкивая и слоняясь между студентов ходил с плакатом на котором была изображена… конечно же я. Распевный тон его лозунгов не рассеивался даже от шума болельщиков:
– Уже явилась та, которая разрушит наш мир и внесёт хаос в наши дома! Её лукавая душа изменит мышление каждого! И все мы уже не будем думать как прежде! Так услышьте меня, грешные! Избавьте наш город от зла! Не дайте этой падшей деве изменить наш уклад! Вы уже успели завидеть то, что произошло по её вине! – голограмма рассеялась, оставив меня в замешательстве.
– Не думай, ему мало кто верит, знают, что он немного двинутый на своей собственной вере, а тут ещё и это…
– Меня забавляет то, что директор не пресекает это. Выбрал удобную пешку и даёт зелёный свет на его фокусы, которую легко вывести для всех как дурачка, в случае проблем. Что-ж, молодец, не отступает.
«Где та точка отсчёта, с которой всё началось? Точно ли Гулберт был первым, а если это так, то почему именно он?»
– Эйприл, я вот почему к тебе сейчас подошла. Я всё-таки сумела договориться с предками и мне дали дубликат брелка от Пайнстрит, но вернуть нужно до трёх дня, потому что далее у мамы куча клиентов на той улице, и помогать ей уже будет отец. За исключением, если вы с Чейзом согласитесь на покупку.
– Без проблем, сейчас сообщу Чейзу, пока можем направляться туда. То, что ты пропустишь пары вместе со мной не окажет негативного отношения твоих родителей к тебе?
Девушка с гетерохромией рассмеялась:
– Нет, конечно, да и если честно, то им всё равно. Тем более сейчас у меня хотя бы понимание в голове складывается, путём моих действий. Раньше… – выражение лица Латы стала озлобленным, с тенью болезненности, – Я будто чувствовала себя заточённой, без способности выбраться. Да, скорее всего я этого не понимала, но чувствовала. Заданную мне роль, позицию, что я должна делать и как себя вести… хорошо, когда ты положительный персонаж… но моя роль – мерзость… ещё раз извини за волосы… – Лата потупила взгляд вниз, я же машинально запустила пятерню в отросшие до плеч локоны, будто щупая воспоминания о том дне.
– Да, лукавить что это нормально и нет ничего страшного не буду, но главное, что мы разобрались. Так что считай, что я не держу обиду на Лату, которая сейчас передо мной.
Скрестив мизинчики в знак мира, я отзвонилась Чейзу, подходило время отправляться на разведку. Первое потрясение сегодняшнего дня оказалось тем, что дома на улице из моего сна действительно существовали, учитывая то, то такая архитектура не является обыденной для наших времён. Вторым – то, что поплутав около двадцати минут, почти в конце улицы я всё же узнала и нужный дом. Следует вывод, что те сны, которые мне предоставлены – не просто сновидения, а имеют за собой подоплёку.
Брелок, который выудила Лата у матери являлся универсальным, то есть открывал риелтору любую желаемую квартиру из свободных на улице для покупки или сдачи в аренду. Объяснять одногруппнице истинную цель нашего проникновения мы не стали, убедив в том, что нам просто нужно оценить конкретную квартиру для возможной дальнейшей покупки. Конечно, она не поверила, но и отказываться от авантюры не стала, тем более пообещала оказать помощь. Да, такая Лата мне определённо нравилась больше. «Интересно, смогли бы мы подружиться?»
Щелчок открывающейся двери заставил вздрогнуть, но прохладная ладонь моего мужчины уже взяла мою руку для успокоения. Мы зашли первыми. Та же недлинная прихожая с тусклым освещением, такие же жёлтые обои на стенах и мебель. Но квартира была нежилой, а соответственно не живой. Верхней одежды на вешалке, личных вещей и собачьего корма в углу помещения тут не оказалось. Перемещаясь из комнаты в комнату, заходя в кухню, обходя гостиную не было ничего примечательного, квартира да квартира. Спустя двадцать минут блужданий Лата и Чейз присели на диван. Чейз читал книгу периодически поглядывая на часы, а далее задремал, Лата же листала социальные сети.
Но я не сдавалась, ведь не может быть такого, что эти сны не являлись зацепкой, они определённо подавались чьими-то воспоминаниями, которые по какой-то так же не ясной причине вижу я. Злость начинала подниматься к горлу, хотелось закричать и кромешно в пух и прах разрушить квартиру. Этим я и занялась – не церемонясь, первым делом открывая все шкафы и шерстя руками внутри полок, далее двигая письменный стол осматривая со всех сторон в поисках знаков или символов я ничего нашла. Эмоции брали вверх над смиренностью, топнув со всей силы в пол я задела ногой лежавший в гостиной ковёр так, что его край отлетел в сторону.
– Твою … – обычно, я, конечно, не выражалась, но в этом случае, это было скорее необходимостью, что даже Чейз, проснувшись вытаращил глаза и пробормотал:
– Во дела…
Лата же насупила брови с интересом, но неясностью произошедшего.
Втроём скрутив ковёр и сдвинув в сторону, мы с ребятами окружили метровый рисунок выцарапанный на полу. По всей видимости это и был тот самый недостающий элемент из символа на книге, которую я держала в руках бросая взгляд и сравнивая. Закольцованный змей будто угрожающе или точнее предупреждающе смотрел прямо на меня.
– Чейз, я считаю, что мне стоит попробовать встать в центр круга и проделать те же действия, когда мы были в отеле, – мужчина слышал, но не смотрел на меня прикрыв рукой лицо был погружённым в сознание. Лата до этого сидевшая с открытым ртом и разглядывающая узор на полу решила уточнить:
– Так, секундочку. Во-первых: справедливости ради стоит предупредить о том, что через полтора часа нам нужно будет дать какой-то вердикт моим предкам и уйти отсюда. А во-вторых: Эйприл, я не совсем понимаю о чём речь, но если это опасно? Ты же не знаешь, что может произойти! – она обеспокоенно смотрела то на меня, то на Чейза, который всё-таки вернулся в разговор:
– Поступим так, арендовать эту квартиру можно, верно? – Лата положительно кивнула головой, – Отлично, значит я оплачу квартиру на пару дней, нам хватит времени подготовиться и решить точно, как собрать всё воедино не торопясь.
Я перебила его, не дав сказать полностью:
– Чейз! Да нельзя ждать, понимаешь! Скоро опять этот конкурс и неизвестно как вновь всё пройдёт, уже сейчас около тринадцати процентов населения города бесследно исчезли, а также неизвестно сколько начали осознавать себя и окружающий мир, а это гораздо масштабнее проблема, чем исчезновение! – протараторив и сжав книгу в руках я смело направилась в центр круга.
– Стой! – четыре руки с обоих сторон схватили меня, едва я сделала шаг.
– Лата, позвони пока маме и спроси куда отправить плату за аренду, пусть вышлет договор я подпишу. – девушка беззвучно согласилась с Грантом, после чего ушла на кухню, мы остались вдвоём.
– Чейз, да как ты не понимаешь! – на яркие возражения он приложил палец к моим губам, и понизив голос произнёс:
– Эйп, у меня есть скудная, но идея, потребуется время. Я не могу подвергнуть тебя чему-либо и даже не перестраховаться. Вернёмся сюда вечером, но уже вдвоём, хорошо? Не торопись. – я моргнула глазами в подтверждение.
Обстановка становилась накалённой, оставалось ещё часть не дающих мне покоя вопросов. Например, какая истинная причина исчезновения миссис Агаты Грейс? Ведь она пропала раньше всех, ещё до конкурса талантов. Или как заставить замолчать уборщика, пока он не натворил бед своими разглашениями? Каким образом тотальное разрушение устроенное Джессикой вмиг остановилось?
Добросив меня до дома Грантов, Чейз направился по делам, по каким – говорить не стал. Побродив по дому, не зная куда мне приткнуться и чем себя занять приняла душ, несколько раз заглянула на кухню для перекуса и посмотрела скучный фильм. В помещении повсюду пахло свежестью, по всей видимости, робот-горничная выполнила хорошо свою работу, и мне, страдающей сейчас бездельем даже не удастся протереть пыль или прибраться. Не зная, чем ещё себя увлечь решила просмотреть вновь на всякий случай книгу. Ничего нового не прибавилось, и я даже начинаю волноваться… «Всё ли в порядке с писателем? Наша жизнь, говоря прямо – полностью зависит от него… Или это можно расценивать как затишье перед бурей?!»
В половине шестого мы с Чейзом были вновь в неприятной квартире. Несмотря на визуальную чистоту и минимальное количество мебели, вся обстановка там будто была пропитана болью, слезами, морально давила и высасывала все силы. И чем ближе солнце катилось к горизонту открывая дорогу наступлению сумерек, тем более росло нагнетание негативных ощущений.
– Пока ты была у меня, я ездил к близкому другу отца, – Чейз завязал разговор, – Он является самым выдающимся учёным нашей страны и разрабатывает со своей командой новые модели роботов, а в свободное время мелкие полезные штучки по типу этой… – на протянутой ладони размещался небольшой белый футляр сантиметров десять в длину
Аккуратно открыв незамысловатую на вид коробочку, мне представились…
– Линзы? Те самые, о которых ты мне рассказывал? – мои брови поползли вверх, – Но ты же говорил, что их цена запредельна?! Неужели ты купил их?
Художник, склонив голову вбок, довольный произведённым эффектом пояснил:
– Нет, я не покупал. Мне, так сказать, их подарили, но в обмен на небольшую услугу – нарисовать портрет его внучки, якобы она видела мои работы и для неё это как небольшая мечта – оказаться запечатлённой в искусстве.
– Чейз, ты… невероятный! – но порывы восторга постепенно сменились на уточнения: – Но-о-о что мне с ними делать? Как они могут мне помочь?
– Каждая линза обозначена в какой именно глаз фиксируется, смотри – вот правая, а эта, соответственно, помещается в левый глаз, пробуй.
Подцепив на палец сначала одну, а затем другую, я поочерёдно вставила их как обычные контактные линзы. И в тот момент, когда я распахнула оба глаза одновременно, было не передать словами мои ощущения. Непривычность визуализации нашего мира потрясала, и вначале даже возникло чувство дискомфорта.
Первое что я увидела – Чейза, но над его головой располагалось небольшое меню, в котором первым пунктом было – данные о человеке, второе – визуальная оценка состояния здоровья, далее коммуникативные пункты – для передачи информации друг другу, которые оказались заблокированы, так как у собеседника отсутствовал контакт для синхронизации, ввиду отсутствия линз. В верхнем правом углу небольшое солнышко – индикатор заряда от солнечной энергии и поблизости прогноз погоды, в нижнем правом – временное отключение прибора, если интерактивные объекты на данный момент не требуются или мешают взору. Глубже разбираться я пока не стала, так как интерес завёл меня в картотеку своего парня.
Данные на 23.05.51 17:45 – Чейз Кристофер Грант, 20 лет. Место рождения: Польша, город – Варшава. Место проживания: Великобритания, город – Слифорд. Рост и вес: 188см, 75 кг, мезоморф. Генеалогическое древо; – Пропустить; Данные о состоянии здоровья – здоров, требуется пройти ежегодное обследование населения: подробнее? – Пропустить; Личные предпочтения (основанные на выборе того или иного с момента рождения); Увлечения и интересы; Официально зафиксированный уровень дохода на сегодняшний день, а так же информация об уплате налогов;
«Мда-а-а… С такими технологиями люди и знакомиться перестанут, раз всё настолько открыто». При изложенном объёме данных это ещё не вся информация из доступной, которую можно просмотреть. Хитрые зелёные глаза стрельнули в глаза любимого, а в голове пробежало: «Хорошо, что хотя бы не указано какого цвета нижнее бельё на тебе сейчас» – я смутилась от своих же мыслей и слегка похихикала, Чейз скучающе сидел на диване болтая ногой в ожидании пока я изучу предмет. Хотя, как я поняла далее, всё же каким-то образом линзы понимают о качестве связи с человеком и кем вы приходитесь друг другу, соответственно, и доступность информации либо расширена, либо будет минимально-стандартной если человек малознаком обладателю линз. Вызвала трепет в душе и графа его семейного положения: состоит в отношениях с Эйприл Мари Элванс.
– Мари! – воскликнула я так громко, что любимый дёрнулся, словно его ударило током.
– Через два дня у неё день рождения, мне нужно заранее записать видео сообщение с поздравлениями! – тут же достав телефон и благословив мысленно и бывшую подругу, послужившую причиной «отката назад», и писателя, благодаря которому я хотя бы сейчас буду внучкой с совестью, достала телефон и нажала кнопку записи.
Указав день и время для отложенной отправки, нажала подтвердить. Надеюсь, это будет не последнее моё видео для неё. Чейз решил внести дополнительную лепту в инструктаж пользования:
– Вместо телефона ты сейчас могла использовать их и записать видео, они тебя голограммой бы отзеркалили. – я лишь махнула рукой на его слова, – Это, без сомнений очень крутая штука, но всё-таки объяснишь мне, какую роль линзы играют в подготовке к нашей затее?
– После того, как мы войдём в этот знак, и ты произведёшь все манипуляции – неизвестно что может произойти. И на случай, если мы разделимся, то с помощью этого прибора я могу следить в режиме онлайн за тем, что ты видишь, буквально твоими глазами. Все данные будут поступать на мой телефон, я уже настроил доступ, единственное – дальность контакта ещё в бета-тестировании. Главное помни, что питание производится при дневном свете. Для полного заряда на полные сутки тебе достаточно час находится не в тени, что, думаю, не будет проблемой.
– Чейз, я бы и сама справилась, мне действительно не требуется помощь. В конце концов, что со мной может произойти… Я же всего-навсего… персонаж. – суровый взгляд брошенный в мою сторону, в комнате стало холоднее.
– Так, персонаж! Ты – самая что ни на есть реальная, цельная. Нереальной тебя действительно можно назвать, но лишь потому, что такую как ты очень трудно выдумать. Одна на всю вселенную, – он взял меня за руку, – Попробуем, и прямо сейчас, я буду с тобой, не волнуйся. Пока я убираю ковёр подготовься и возьми с собой сумку на всякий случай.
Сцепившись за руки и скрепляя поцелуем наше волнение делаем шаг в нацарапанный символ. В левой руке – книга, на плече – сумка, в правой руке – рука Чей…
– Чейз? – сжимая кисть, понимаю, что любимого нет рядом, его рука выскользнула, как только я заступила за черту. Повернувшись корпусом, наблюдаю то, как он стоит и что-то усиленно произносит, жестикулируя ртом и руками. Между нами – будто стена, а я нахожусь в капсуле. Он не может войти в круг уробороса. Удары, наносимые Чейзом по незримой стене не приносят успехов. Меня захватывает паника, я в ловушке?
Покинуть пространство мне так же не удаётся. Значит, остаётся только один выход…
Глава 6
г. Слипфорд, 2023 год.
Едкие мазанные краски ночного города в алкогольном состоянии танцуют, извиваются, как ещё час назад плясали девицы на шесте перед моими глазами. Этот город никогда не спит, с наступлением сумерек вылазят отбросы общества которым нечего терять в жизни, с единственной целью рассеять себя во времени почивших суток. Одним из таких подонков последнее время был и я. По венам токсично, словно ядовитой змеёй расползается бутылка дешёвого бурбона, а зажигалка предательски не даёт поджечь сигарету и сделать плотную затяжку, чтобы окончательно убить в себе разум и человека, имеющего только прошлое и ни шанса на следующий день. Когда-нибудь я должен был завершить свой путь. Почему бы не сделать это сегодня?
Здесь меня уже ничего не держит. Не зря говорят, что любимых нужно ценить вовремя. Я не ценил. Она была всегда рядом, светлым лучиком солнца освещала мою жизнь, поддерживала творческий путь в самые тёмные времена. А её музыка! Боги, её музыка! Её пальцы словно были созданы для чёртовых клавиш! Будто прекрасный ангел садился за инструмент и очаровывал всех грацией и изяществом. Она сливалась с музыкой так, что была обвенчана со всеми произведениями мира. Чем я заслужил эту женщину? Не восхищался её светом, зато теперь тону в густейшей тьме.
Не ценил. Не успел. Не заметил.
Права на книги безвозвратно проданы издательствам, я отдал всё, кроме своей души, которая и гроша не стоит, и даже после моего ухода некому позаботиться о нашей собаке. Нет, уже не нашей. И весь грёбанный мир никогда не заменит мне её. Проклятый город. Чёртова улица. Ненавистный дом. Поднимаясь до квартиры по лестнице, швыряю тело по стенам, размазываюсь о перила, растекаюсь по ступеням. Прежде чем придумаю способ, стоит вывезти Султана на улицу и оставить записку с ним – он не заслужил моей участи.
А книгу… пёс с ней. Я не смог. Даже это грёбанное обещание для любимой я не выполнил! Если существуют какие-то загробные миры, небеса и прочая мистическая лабуда, то я готов верить в неё. Готов молиться, готов просить и умолять, но только что бы быть с ней в любом из миров. Вновь касаться, измениться и дать всю любовь, что отдавал писательству вместо того, чтобы вкладывать её в свою женщину. Я умоляю всё что есть в этом мире – дайте мне шанс!
Замочная скважина с треском дала добро после двух глухих поворотов ключом. Хмельное состояние не проходило, но было всё равно недостаточно крепким для настроя в которое мне необходимо войти для желаемого действия. Обычно в это время Султан всегда уже сидит подле порога и встречает радостным лаем, но в этот раз золотистый ретривер подал голос из спальни. Я напряг слух, настрой собаки показался дружелюбным, тем не менее внутреннее чутьё подсказывало, что мы тут не одни. Трезвость сейчас бы не помешала, перед глазами всё упрямо расплывалось. Отыскав припрятанную монтировку между стеной и шкафом я направился навстречу к незнакомцу. Старания взять себя в руки и собрать зрение воедино начали давать свои плоды. Мозг стал активнее работать, адреналин ускорил процессы сознания и принялся разветвлениями раскладывать варианты событий поджидающих меня и способы решений. Возможно, я утром оставил окно открытым и залетела птица, а Султан всего-навсего сейчас развлекается с пернатым другом? Или всё-таки кто-то проник в квартиру с целью ограбления? Но над этим человеком я бы даже посмеялся, максимум, что я мог бы отдать более-менее ценного из своего имущества – это слабый по техническим характеристикам на наше время ноутбук. Корпус местами погрызен псом, какая-то часть кнопок так же отсутствует по той же причине, а работает он без зарядки питания не больше часа, поэтому, вряд ли за эту безделушку кто-то бы выручил существенную сумму.
Шуршащим шагом направляясь прямо к спальне вдоль стены, я притаился для того, чтобы осмотреть комнату на предмет опасности и требуется ли помощь собаке. Но эти самые поджидающие события оказались пробирающе-ужасными. Мне будто дали удар под дых. Я упал на колени.
г. Слифорд, 2051 год.
Если вы когда-нибудь чувствовали тупую обжигающую боль которая сжирает тебя по кусочкам, пробирается в каждую клетку тела вонзаясь, отчего даже нет возможности произнести слово, сделать вдох, расщепить зажмуренные глаза из которых тут же прорывают свой ход слёзы, тогда вы поймёте меня, и что я испытала.
Устойчиво встав внутрь мерзкой змеюки, я силой надавила запястьем на обложку книги. Последнее что врезалось в памяти, и я надеюсь, что никогда не забуду – бездонное море моих родных глаз, в котором читалась буря эмоций. Невероятной силы торнадо готовое разрушить всё в пух и прах граничило с иссушенным на последнем издыхании родником, не понимающим как ему продолжать теперь своё существование, ведь его источник – бесследно исчез.
Будто феникс, сгорая дотла, а затем возрождаясь вновь из пепла и так миллион раз по кругу, я не понимала, где я нахожусь, что я или кто… чем я являюсь, как меня зовут, для чего я существую. Из меня будто выбили все знания, воспоминания. Я сливалась с эфиром, а потом вновь обретала неопределённую форму, чтобы рассыпаться на тысячи мелких пылинок, уже в эту же секунду собирающихся воедино. Сколько прошло времени? И важно ли тут, где я нахожусь – понимание времени? Только мысли рассеивающиеся в звонком, слишком лёгком, будто не имеющим никакой плотности, свободном пространстве. Мысли, которые разъедают. Я не могу ничего вспомнить, не получается почувствовать или потрогать то, что вокруг меня. Так ли люди умирают? Так ли выглядит забвение? Бездонная пустота, миллион вопросов проникают в мысли перебивая, вытесняя ответы и тут же находя их. И только нескончаемый поток звёздного неба… вальсом кружит в пространстве едко разъедая.
Яркая вспышка света ослепила до боли в глазах. Первое что я увидела после того, как раскрыла жгущие слизистую глаза – это белый потолок и жёлтый тяготящий приглушённый свет от торшера в дальнем углу какой-то комнаты.
«Где я? Кто я? Я ничего не помню. Что происходит вокруг?» Едва мне удалось встать на ноги и побороть головокружение, ко мне подбежал пёс и принялся скалиться, рычать и стараться напасть, укусить за ноги. Страх. Меня всецело поглотил страх, пёс только добавил ощущения опасности ситуации. Я попятилась назад и упёрлась икрами ног в диван, почти не оборачиваясь и держа взгляд одновременно контролируя лающую угрозу, попятившись забралась на спинку мебели. Я ощущала себя потерянной, словно сосуд, который опустошили до дна и выкинули с окна многоэтажного дома в неизвестность, но сосуд бы в таком случае разбился, а я – целая. Целая, но пустая. Слёзы ручьём потекли по щекам, я закрыла лицо руками продолжая сидеть на возвышении и тихо всхлипывая, но тут разъярённый лай утих, я ощутила мокрый нос настырно обнюхивающий мой локоть. Разведя пальцы, чтобы увидеть всю картину целиком обнаружила мохнатого исследователя у моей обуви. В глазах этого пса читалось замешательство, интерес, и после какого-то, по всей видимости, учуянного им знакомого запаха на мне – восторг и на этот раз заливистый, даже оглушительный лай! Пёс ринулся на меня облизывая щёки и скулы своим влажным языком, я же в непонимании сначала пыталась отпихнуть безумца, но, с другой стороны, лучше так, чем быть поглощённой мохнатым зверем.
Равнодушие отставлено в сторону, пёс наглаженный и неистово счастливый вертелся вокруг меня, я же принялась разглядывать обстановку. Комната имела не внушительные размеры, но была явно не единственной, судя по простору квартиры. Напротив меня располагалось зеркало в полный рост, в отражении которого синхронно моргала и повторяла движения за мной юная девушка с нежно-розовыми волосами, комплектация тела скорее миниатюрная, но не щуплая, прямой носик и весёлые щёчки с не пухлыми, аккуратными губами. Если отражение в зеркале – это я, то почему в таком случае я не ничего не помню о себе? Базовые знания об окружающих предметах мебели, получается, я имею, словарный запас так же присутствует, но никаких воспоминаний.
Чуть правее от входа в комнату стоял старенький, даже винтажный коричневый комод с выдвижными ящиками, на котором располагались фотографии, кубки и награды. Напротив комода у окна – письменный стол, беспорядочно заваленный бумагами и скомканными листами, сверху которых водружался ноутбук. Тёмно-зелёный овальный ковёр застилал добрую половину комнаты.
Собравшись с духом приняла решение спускаться с безопасного и уже освоенного места на расследование. Больше всего меня заинтересовали фотографии. Первая фоторамка являла на себе меня, стоящую посреди концертного зала вместе с приблизительно пятьюдесятью людьми в официальных костюмах, лица каждого озаряла улыбка и наибольшая часть держала в руках какой-либо музыкальный инструмент, все, кроме меня. На следующей также я, но уже в объятиях высокого статного мужчины с чёрными как смоль волосами. Пришлось взять фоторамку в руки, дабы детальнее рассмотреть лицо мужчины с притягательными медовыми глазами. Меня постигло странное чувство, ведь показалось, будто я знакома с ним, или видела ранее, но определённо какие-то закоулки в моём сознании больно отзывались смотря на этого человека. Я оказалась настолько погружённой в попытки выцепить хотя бы толику понимания происходящего – кто этот мужчина на фото рядом со мной, кто я такая, и причину провала в памяти, что не заметила вошедшего, по всей видимости, хозяина квартиры. Однако, когда подняла взгляд, фоторамка выскользнула из моих рук и разбилась на сотни осколков сознания.
Не успела среагировать должным образом, ведь мужчина, который при виде меня почему-то изначально упал на колени с застывшим ужасом на лице, а далее молниеносным движением схватил наиболее крупный осколок от разбившейся рамки с пола и направил его на меня медленно приближаясь!
Мысли разорвались на части, выдав всецелое: «Чёрт подери, куда я попала?»
– Отвечай сейчас же… кто ты такая?
Язык заплетался, все мышцы тела сжались оставляя дорогу свободно бегающим мурашкам. Пёс, остававшийся до этого в стороне, неожиданно стал безудержно лаять, агрессивно скалиться в попытках напасть, но краем глаза я заметила, что объектом злости животного была, что неожиданно, не я, а вошедший мужчина.
– Султан, сидеть! Не сейчас. Жди! – властный голос, но жестокости в нём не слышалось – команды, чёткое обозначение границ и ситуации, после которых пёс послушно выполнил все поручения.
– Я н-н-не з-з-знаю. – меня трясло, как осиновый листочек, который ветер отчаянно пытается сорвать с ветки, а он трепещется, держась за последнюю ниточку жизни. Переступив через нахлынувшую панику, я взяла себя в руки, так как осознала, что выбор невелик: либо я – либо меня.
– Я не знаю кто я такая и как я сюда попала! – рявкнув на человека напротив я так же схватила осколок, но теперь уже направила его на свою шею. Голову будто сжало в тиски, и я слышала своё сердцебиение где-то в районе горла. От напряжённой обстановки подкатила тошнота, от силы сжимаемой остриё, по руке вниз потекла кровь завершая свой путь в районе локтя, с которого благополучно летела вниз. Раздающиеся в тишине капли словно таймером отсчитывали секунды до решающего действия. Окружающее пространство наполнилось запахом железа. Заметив ужас на лице незнакомца поняла, что всё-таки я приняла хоть и отчаянное, неразумное, но правильное решение. «Если я есть на фото, следовательно он меня знает, и его реакция – либо искусный блеф, либо кто-то из нас тут сошёл с ума. И гарантии нулевые, что это не я или мы оба.»
– Эйприл? Ты меня слышишь? Эйприл, так? Положи осколок на место, иди ко мне. Я не причиню тебе вреда, и не буду угрожать, клянусь. Мы во всём разберёмся! – откинув своё средство защиты вдаль комнаты мужчина протянул мне руку в знак доверия. Тем самым он предоставил мне своеобразный выбор – полоснуть по его руке оружием, или протянуть свою в ответ. Рядом с правым коленом под действием времени образовывалась небольшая лужа багряных тонов. Боли я не ощущала, скорее оттого, что находилась в состоянии аффекта и всё происходящее длилось не больше, чем полторы минуты. У меня не оставалось никаких сомнений, что в моей ситуации, когда я чувствую себя загнанным зверем в ловушку, не понимаю происходящего, существу, которого можно назвать чистым листом, стоило бы выбрать первый вариант. Но в моём сердце отозвались его слова.
