Текст книги "Я подарю тебе новую жизнь (СИ)"

Автор книги: Юри Анфилада

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Беспокойство кольнуло где-то в районе живота, но не позволив ни единой мышце дёрнуться на лице – мои пальцы пылали огнём разбегаясь, ударяя и подскакивая от клавиш. Машинальной памятью вонзаясь в нужные места, даже в пустом пространстве – звук исходил, не проваливался. Сердце не успевало произвести очередной стук, когда уже наступал следующий, разум пропадал и терял контроль, а тело не реагировало ни на что проникая в мелодию и продолжая играть назло всем обстоятельствам. Страсть, жар, любовь, боль, злость и сила – я вылила энергию инструменту, я отдала себя зрителям, я посвятила себя музыке.

Кураторы мероприятия помогли очнуться медикаментами приводя в чувства, уже позже объясняя, что нахожусь в гримёрке. Как оказалось, меня едва успели поймать – я потеряла сознание, как только сделала два гордых шага за кулисы, предварительно идеально отработав программу. Оставалось дождаться результатов. В связи с этим был объявлен перерыв в двадцать минут: угоститься закусками, напитками и насладиться беседой с присутствующими.

Пройдя в просторный холл концертного зала, среди огромного количества изысканно представленных взору людей взгляд зацепился за знакомое лицо – мистер Смит стоял в окружении остальных членов жюри. Заметив меня, он едва сделал кивок в мою сторону, и продолжил разговор с грузным мужчиной в смокинге, активно размахивающим бокалом с чем-то похожим на шампанское. Помещение блестело и пылало бежево-золотистыми цветами и переливами. Желудок бурно отозвался на великолепный шведский стол, распростёртый по огромному помещению и отдаваемый в воздух притягивающий запах с различными вкусностями. Было крайне неуютно ощущать себя среди такого количества уверенных и уже утвердивших себя в творчестве разных направлений людей. Казалось, что я не только не в своей тарелке, а вовсе оказалась маленькой, несозревшей ягодой, среди сочных гроздей виноградной лозы.

Но тут я почувствовала две руки слегка обхватившие мою талию, резко развернулась уже готовясь к конфликту, инициатором которого буду я, в эту же секунду борясь с чувством такта навязанным обществом и ситуацией. Обернувшись, наглец обнаружен не был, но голос раздался теперь уже позади моей спины. По всей видимости, невоспитанный кавалер юркнул к накрытому столу обогнав меня в скорости.

– Ваш талант не знает границ, мадемуазель. Ровно, как и моя нахальность, за которую сиюминутно прошу простить меня… – ласковая нега голоса тянулась в пяти сантиметрах от моего уха.

Теперь предо мной уверенно стоял изумительного вида парень – с аккуратно уложенными волосами, облачённый в белоснежную хлопковую рубашку, две верхние пуговицы которой с нотами шарма блистательно оказались расстёгнуты, далее взгляд зацепился за тёмно-синие брюки, но добавляли эстетики к композиции определённо дорогие, идеально начищенные кожаные дерби, отражающие лоск атмосферы помещения. С бокалом в руках и небольшой тарелочкой, на которой гнездились тарталетки, парень с услужливым видом протянул закуску мне:

– Каков будет ваш ответ, муза захватившая мой разум и пленившая душу?

Первоначально опешив, я крайне растерялась, но… мне надоело быть терпеливой мышкой и стесняться своих действий, чувств и их выражения, размышляя: «а что подумают люди обо мне?» Подойдя достаточно близко чтобы он услышал, но всё же не переходя грань этикета, я слегка поправила стойку воротника его рубашки, чуть притянув к себе перешла на полушёпот:

– Уважаемый Чейз Грант, если я одержу сегодня победу, я с нетерпением ожидаю своей награды сегодняшней ночью, потому что моим скопившимся эмоциям необходимо дать волю. – слегка похлопав по груди, будто разглаживая рубашку, отстранилась, и перехватила бокал из его рук. Непринуждённо отпив содержимое и нутром чувствуя растерянную реакцию моего парня, я внутренне ликовала произведённым фурором, продолжая всё так же специально невозмутимо смотреть по сторонам.

– Ох, ваше раскрасневшееся лицо выдаёт непристойные мысли, о чём же вы соизволили подумать? Я ведь всего-навсего под словом награда подразумевала занятия чем-то прекрасным, например, занятия музыкой, припоминаете? – залитый в краску Грант бархатисто рассмеялся и покачивая головой сказал: – Один – один.

Спустя мгновение к нам подскочила Джесси, обняв меня и выразив восхищение выступлением убедила не волноваться и знать, что она всегда на моей стороне, каков бы ни был результат – я всё равно сделала всё идеально. Меня немного поразил её внешний вид. Зная, как Джесс трепетно относится к своему ежедневному образу, сейчас – она предстала в измятом летнем платье, не уделив время макияжу, с домашним хвостиком собранным наспех с неровностями. Но дело было ни в коем случае не в моей неловкости от её вида, а в том – что даже на учёбу подруге требовалось минимум сорок минут, дабы быть готовой и эффектно покорять учебное заведение. Неужели подруга настолько себя плохо чувствовала, но ради меня всё же пришла на мероприятие?

– Джесс, у тебя всё в порядке? Мы можем отойти с тобой ото всех и поговорить, или тебе требуется помощь? – подруга дала ответ со смесью странных эмоций… неловкости, страха и… стыда?

– Нет-нет, Эйп, правда, всё в порядке. Всё хорошо, всё по-прежнему.

Не до конца поверив в слова подруги, я поделилась кусками воспоминаний с выступления, особо выделив в который раз пропадающие текстуры. Чейз крепко задумался, а Джесс почему-то часто сверлила глазами пол стараясь не встречаться со мной взглядом, изредка вбрасывая фразы в разговор, по типу:

– Кстати, а когда будут результаты?

Народ уже начал просачиваться обратно в основной зал. Пропустив большую часть, группа поддержки размесилась вновь на свои места, а я с остальными конкурсантами вышла на цену. Наступил решающий момент. Почти не слушая вступление и речи благодарности спонсорам, я оставалась погружённой в свои размышления. Меня захватило чёткое внутреннее предчувствие, что скоро произойдёт что-то важное, что скорее всего – носит отрицательный характер. Рассуждая, возник вопрос: «‎по какой причине уже более двух недель не было кусочков сценария, прописанных автором? Не так давно, почти бесследно пропал преподаватель, сегодня – я чуть не провалилась на выступлении, но тем не менее – получается, мы живём автономно, независимо от писателя… Люди рождаются, умирают, достигают своих целей, то есть – этот мир какой бы ни был – реален для нас?»

Накалённые до предела лампы светили на участников, которые желали скорее услышать своё имя, принять награду, поздравления, овации и выбежать на воздух из здания. Все терзались в ожидании.

– Эйприл Элванс! – всё ещё витающая в облаках я поймала концентрацию только тогда, когда среди шеренги конкурсантов пошли перешёптывания, ведь никто из присутствующих не отзывался.

– Эйприл Элванс! – повторное озвучивание ведущим моего имени и моя улыбка озарила концертный зал. Подойдя к середине сцены под аплодисменты и восторженные свисты, я, наконец, смогла выдохнуть. И вновь вздохнуть полной грудью. «Я смогла, цель достигнута, грант мой!». Клубок чувств начинал по чуть-чуть распутываться, позволяя почувствовать вкус заслуженной победы. Потирая в волнении уже твёрдые от застарелых мозолей пальцы, увидела заветный приз: простой договор в формате голограммы, со всеми личными данными владельца сертификата, которые сейчас вводили помощники, а также биометрическими данными, дабы усложнить подделку или пользование для посторонних лиц…

– Я протестую! – донеслось из зала.

Недоуменный ведущий мероприятия взялся за попытки выискать в массивном зале недовольного зрителя. Но оказалось всё гораздо проще и ближе: мистер Смит восстал над объединённым столом с другими жюри уперев в него кулаки для опоры.

– Хейз Смит, решение о победе Эйприл Элванс, если я не ошибаюсь, принято единогласно всеми членами жюри?

Директор стал подниматься на сцену, я же стояла как вкопанная. «Он же должен быть за меня? Я точно помню, что сам озвучивал при личной беседе: буду только рад, если студентка нашего колледжа одержит победу» Внезапно обойдя всех кураторов, помощников и даже ведущего, мужчина направлялся ко мне. Мягко уводя за локоть ближе к кулисам, глава колледжа молча достал свой телефон предварительно отключив функцию проявления изображения вне устройства, нажал: воспроизвести видео. Моему взору открылась запись с камер наблюдения того дня, когда на первом этаже колледжа я не смогла выйти из здания и окружающие студенты зависли в неестественном треморе. И всё ровно до того момента, пока не случилось моего же вмешательства в систему, после чего – всё пошло своим чередом.

– Получается, тогда вы тоже видели происходящее, но никак не отреагировали? Для чего вы показываете мне это именно сейчас? Мы могли это обсудить ранее, или позже… но не сейчас, когда победа почти у меня в кармане, вы же знаете, как никто другой как мне необходим этот грант!

– Я до последнего надеялся, что ты не одержишь победу и будет проще отчислить тебя, Эйприл. Но сегодня ты играла даже лучше своей матери, это невероятно, признаю. – у меня едва удалось выдавить слабую улыбку, но я всё ещё стояла в растерянности, ожидая продолжения.

–Эйприл, буду многословен. Тебе стоит быть благодарной, что я удалил эту запись ото всюду – она есть только у меня и исключительно на моём телефоне. Мои условия – ты покидаешь наше учебное заведение, а также город, и мы с тобой больше никогда не встречаемся. Благодаря этой записи я определённо уверен – дело в тебе, Эйприл, а мне, поверь, теперь есть кого терять, я не хочу подвергать опасности исходящей от тебя свою семью и остальных студентов. При твоём согласии на мои условия – удаляю эту единственную копию. Если твой ответ будет отрицательным – я передаю запись в охранные структуры города. Извини, но это максимум, что я могу сделать для тебя – в знак моего уважения к твоим родителям и восхищаясь талантом их дочери. – меня будто рыбу выкинули на сушу, далее отпустили обратно в океан, а затем вновь оставили без воздуха в лёгких барахтаться в сложившейся ситуации. Ссора в парке с Латой – это душистые цветочки, по сравнению с ягодками, которые свалились мне на голову сейчас.

Мужчина смотрел на меня ожидая ответа.

– Я выбираю первый вариант, но… позволите просьбу? Огласите конечные результаты так, чтобы это не помешало моей музыкальной карьере в будущем, пожалуйста.

– Хорошо, Эйприл, я приму это во внимание. Если совсем откровенно, то… я не понимаю во что ты ввязалась, какие технологии задействуешь, дабы так влиять на людей и какие цели за этим преследуешь, но знай – это не доведёт до добра.

Подтвердив удаление видеоматериала с устройства, он направился внести коррективы для ведущего конкурса. Сюрреалистичность и неадекватность ситуации ставило в тупик. Директор стал возвращаться на своё прежнее место, а я стояла, точно на меня вылили чан с ледяной водой, выискивая глазами поддержку в зрительном зале в лицах дорогих мне людей. Чейз наблюдал за происходящим с аналогичным непониманием произошедшего, но закипающую злость выдавало его напряжённое тело, готовое в эту же секунду сорваться ко мне. Джесс сидела на соседнем месте закрыв лицо рукой.

Мистер Смит кивнул ведущему, и тот продолжил:

– Прошу прощения, за предоставленные неудобства. Мы разобрались в некорректной информа…

Вещатель даже не успел закончить свои слова, как завис с открытым ртом и немного глупым выражением лица на месте. Вспыхнувшие яростью глаза директора тут же встретились с моими… «Ну… меня спасает сейчас то, что видеозапись уже не восстановить и обвинить меня у него не получится» – истерический смешок сам невольно вырвался из моих уст.

Взор настигает мерцание сцены, пол под ногами рябит и проваливается, занавес пестрил переливами, а конкурсанты начинают испаряться по очереди, что в итоге – я остаюсь на сцене почти одна. Лишь одна маленькая девчушка лет пяти с кристально-чистыми глазками, забавными кудряшками и одетая в смешное платьице, всем своим видом напоминающая фарфоровую куколку, держала в руках небольшой букетик фиалок для главного победителя, наивно хлопая пушистыми ресницами в поисках своей мамы, находящейся, по всей видимости, в зрительном зале. Маленькая красавица стояла поодаль, почти на краю сцены и ровно в это мгновение на неё сверху устремлялся гигантских размеров софит с такой скоростью, что шансов у девочки на выживание определённо не оставалось. Преодолев расстояние меньше чем за пару секунд, мне удалось схватить её и отшвырнуть в сторону, при этом умудряясь ничего не повредить себе. Но уже лёжа распластанной по краю сцены в шаге от раздробившего насквозь и без того изрешечённого пола едва сама не свалившись с высоты, я обернулась, дабы проверить успела ли, спасла ли… но последнее что увидела бросив взгляд в сторону малышки – это невыразимый страх в глазах ребёнка от всего что происходит вокруг, вперемешку с ещё не осознанной благодарностью за спасение, а затем… исчезла и она.

Будто ударом в колокол от испытанного леденящего кровь в венах страха, мне приходит мысль: «А если предположить, что причина в том, что они – массовка?! Не влияющие на сюжет персонажи, ничего не ощущающие и не осознающие в полной мере себя? Либо, которые больше не важны для сюжета? Отчего же мне раньше не пришло это предположение, а именно сейчас… когда нужно бежать со всех ног!»

Окружающее пространство продолжало с неестественной скоростью пропадать и не восстанавливаться, большая часть зрителей лицезревших метаморфозы – в панике пытались выбраться из концертного зала, создавая давку. Пришлось скинуть неудобную обувь, подоспевший навстречу Чейз схватил меня за руку и потащил к запасному выходу, у которого оказалось на тот момент наименьшее количество столпотворения чем у основного.

– Где Джесс?! – визг и истошные крики окружающих заставляли говорить громче, с целью передать или расспросить хотя бы минимальную информацию.

– Она убежала ещё в тот момент, когда ведущий только собрался выступать второй раз! Сказала, что плохо себя чувствует!

Вначале коридора приходилось протискиваться, одновременно ощущая отдавленные мне каблуками истеричных женщин ноги. Выскользнув из здания, он подхватил меня на руки и устремился в сторону припаркованной машины. Автомобиль воспарил и начал своё движение без промедления.

– Ну, и? Каков будет план? – эмоции постепенно сходили на нет, в большей степени благодаря сосредоточенному парню, рядом с которым страх и паника отступали. Но сердцебиение упорно отстукивало бешенный танец, в памяти всё ещё всплывали моменты гибели людей и маленький букет фиалок… Ответа не последовало.

Уже по направлению движения я предположительно догадывалась о намеченной цели поездки. Путь к дому Чейза лежал через центр города, вдоль перекрёстных улиц и на центральной площади с ужасом на физиономиях носились люди. Разрушение стало приобретать всё больший размах. Пока парень, управляя авто пытался вызвать на связь попеременно своих родителей, а далее Джесс – я продолжала смотреть на окутавший наш город хаос. Билборды, светофоры, здания, основная масса всего за что цеплялся взгляд – мерцало в сумасшествии, будто билось в агонии после которой истратив всю энергию рассыпались в ничто. Животные замирали на месте, а деревья надламываясь валились в разные стороны. Точно весь мир обозлился на нас, в старину бы сказали – Боги разгневались, но только мы знали кто в нашем мире является высшим существом играющим с судьбами.

– Чейз, послушай. Если мы в книге, то как и в любом произведении, будь то кино или рассказ, есть прописанный или прорисованный мир, а также второстепенные персонажи и массовка – безликая, не критично важная, но создающая атмосферу. Обрати внимание, мы с тобой – как важные персонажи, живы и здоровы, но исчезли в основном те, кто не влияет на сюжет. То есть их отсутствие не принесёт для книги весомых потерь, за исключением, если такое произойдёт с главными героями. Как думаешь?

– Никто не отвечает и не выходит на связь… – произнёс он будто на выдохе. Парень остановил автомобиль, уперев локти на руль схватился за голову взъерошив волосы:

– Так, хорошо, согласен. Но в чём логика, что сперва – провалы в текстурах, которые становились все массивнее, далее – зависание персонажей, потом их исчезновение, а теперь – всё разваливается к чертям?

– Всё разваливается к чертям, говоришь… Так может, основная проблема не у нас? Мы видим и можем наблюдать лишь верхушку айсберга, но корнем проблемы является… кто? Правильно – писатель.

– И что ты предлагаешь? – его брови едва нахмурились.

– Нам нужно разобраться в этих чёртовых символах и к чему они ведут, и каким-то неведомым способом дать сигнал писателю что мы живые существа. То, что мы испытываем – как кролики, заточённые в клетке над которыми ставят эксперименты – мне совершенно не нравится. Наш мир рушится по неизведанным причинам, а что будет дальше? Что будет, когда автор закончит книгу? Если он вообще её закончит…

Любимые глаза, как два огромных озера уставились на меня в непонимании. Боковым зрением за его спиной я заметила, как устремляясь всё ближе к машине где находились мы, завершала своё падение внушительных размеров сосна.

– Чейз, гони!!! – секунда замешательства, но отменные навыки вождения парня сделали своё дело. На том месте, где были минуту назад мы, вековое дерево погубило несколько простых граждан. Ловко объезжая разбушевавшийся народ, столкнувшиеся вдребезги десятки автомобилей из капота которых валил дым, истерически настроенных людей выбегающих из зданий, кто-то приземлялся на землю в приступах эпилепсии, пожилые хватались за сердце и падали замертво, но паникующая масса не замечала никого и спасаясь бежали прямо по пострадавшим уничтожая и так уже порядком изувеченные тела. Я хотела было выскочить из машины чтобы оказать помощь, но крепко охваченное моё запястье Чейзом не дало возможности даже открыть дверь автомобиля.

– Ты им ничем уже не поможешь, а тебя подвергать опасности я не собираюсь.

Наконец, в тяжёлом молчании мы вышли на свободную трассу. Первое время ехали в тотальной тишине не рассуждая вслух, каждый в своих мыслях. Звукоизоляция в машине ограждала нас даже от звука треска текстур, которые появились десять минут назад, когда я открыла окно, чтобы посмотреть на всё дальше удаляющийся родной Слифорд.

– Я предполагаю, что сейчас стоит направляться за город в аэропорт, далее – садимся на ближайший рейс и летим к моим родителям на восток.

– Нет, подожди, аэропорт? Я так не могу, а Джесс? А бабушка? А как же все остальные? Нет, я против! Пожалуйста, разворачивай машину, Чейз, нам необходимо вернуться за ними!

– Если ты забыла, то напомню – у твоей бабушки сегодня день рождения. И за день до празднования она всегда отправляется на море, её нет в городе, а то, что ты её не поздравила… – Чейз тактично промолчал.

– Чёрт, я ужасная внучка… – сгрызающая совесть неумолимо подавила остальные чувства, – Ладно, тогда Джесси! Я не могу её оставить там!

– Эйприл, мы не можем сейчас рисковать друг другом. Очнись! Люди вокруг – обезумели. Мы не вернёмся в этот мешанину балагана бесчеловечности! – тон голоса был твёрже титана, но я не собиралась мириться с его планами:

– Да, действительно, не можем. Зато мы можем рисковать моими близкими, которых и так – на пальцах одной руки сосчитать! Конечно, с твоими-то родными всё в порядке. Какое тебе дело до моих! – я распылялась всё больше, настолько, что начало трясти от ярости, эмоции требовали выхода и я злилась в первую очередь на себя, так как своим отвратительным поведением обидела близкого человека глупо поддавшись панике. Желваки на его скулах перекатывались, а руки всё сильнее сжимали руль. Трасса была совершенно пустой и нелюдимой, вокруг – простор, лишь глубоко вдали виднелись крошечные здания, которые как карточные домики складывались один за другим. Он резко остановил авто, подошёл и открыл дверь с моей стороны вытянув наружу. Я предположила, что обострённым чувствам парня потребовалось сделать остановку, с целью успокоиться, прогуляться, но я ошибалась.

Схватив меня и перекинув через плечо далее усадил меня на капот машины, и не в силах больше сдерживаться требовательно впился таким же яростным поцелуем, каким был его вид во время нашей небольшой ссоры. Его язык заполнил мой рот полностью, сильные руки сжимали бёдра, прижимали затылок направляя к себе. Страсть всецело захватила его ясный разум – вжимаясь всем телом в меня, покусывая мои губы, шею, спускаясь влажными поцелуями к груди. Я не понимала в полной мере что происходит, но мне это определённо нравилось, необыкновенные чувства, невероятно приятные и ранее неизведанные затягивали в чистое наслаждение урагана его энергии.

Слегка смущённо я запустила пальцы в серебристую копну волос и откинулась назад наслаждаясь мгновениями, утопая в ласках, ещё глубже погружаясь на дно бескрайнего океана, всё ближе вжимаясь бёдрами в объект подтверждения его желания. Одежда оказалась беспощадной преградой для соединения душ, но мы не торопились. Истомные и жалостливые стоны растекались по густому воздуху как перед грядущей грозой, которая должна была резкой мощью поразить нас вдвоём и так напряжённых до беспамятства. Где-то справа от двух влюблённых пославших в бездну весь мир и возможно в последние секунды наслаждавшихся друг другом промелькнула искрящаяся вспышка. Среагировав, я повернула голову наблюдая за неясным явлением втиснувшимся в беседу двух душ.

– Чейз… там… настолько темно… – мой ещё хриплый голос пропадал, трепет внизу живота резко пропал.

Парень услышал не сразу. Наскоро приведя себя в порядок, мы осторожно подходили к краю дороги держась за руки. Чуть в отдалении от машины располагался мигающий знак с перечёркнутым названием Слифорд, определяющий завершение территории нашего города. А впереди, прямо перед нами – беспросветная тьма и буквально ничто, будто бездна распахнула свои очи ото сна и смотрела в ответ, наблюдая и желая схватить в свои уничтожающие лапы.