Текст книги "Курс по соблазнению. Секс против дружбы (СИ)"
Автор книги: Юлия Крымова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 40.
Когда проходит ещё два дня, а Костя так и не даёт о себе знать, я перестаю питать иллюзии о возможных проблемах с телефоном.
Надеюсь, у Аверина всё хорошо! Просто я оказалась не той… Или одной из тех, с кем ему не по пути. Так бывает.
Мы выбираем, нас выбирают, как это часто не совпадает! В голове играет мелодия знакомая с детства. Любимая песня моей мамы. Невольно подпеваю, пока телефон не начинает подпевать в ответ.
– Ксюх, у меня, как обычно, – тараторит Скорикова без всяких приветствий. – Сегодня первый урок по лингам-массажу, на который я так хотела, а у малых ветрянка. Представляешь?
Представляю! Никита тоже болел в пять лет. Ох, как вспомню, так вздрогну. Хорошо, что он у меня был один. А у Нинки сразу двое.
– Чем помочь, Нин?
– Сходи вместо меня на эту лекцию, а?
– Хорошо, – спокойно соглашаюсь, отчего в трубке повисает минутное молчание.
– Хорошо? – в недоумении переспрашивает Нина. – Это тот массаж, на который ты фыркала.
– Ну да. Скинь адрес в смс.
Возможно, Белецкая видела меня насквозь. Я действительно скучная и закомплексованная. Лингам, чем не повод это исправить?
Уже поднимаясь в лифте по нужному адресу, я стараюсь не думать, что меня ждёт. Урок будет проходить в одном из офисов стеклянного небоскреба, что определённо радует. Ведь я боялась оказаться где-то в полуподвальном помещение на окраине города.
Но нет, помещение светлое и просторное, похожее на конференц-зал. Правда, весьма своеобразный. По центру проектор и магнитная доска, но на столах, возле каждой девушки, стоит резиновый мужской половой орган.
Да уж. Я так понимаю, оттачивать материал предполагается на нём. Хорошо, не на настоящих.
Хотя уверена, приклей у входа в бизнес-центр объявление, напечатанное мелким шрифтом: «Требуются мужчины на бесплатный эротический массаж», и желающих помочь с «реквизитом» было бы в разы больше, чем учащихся.
– А ты на каком месяце? – всё-таки решаюсь спросить у своей соседки по парте.
Миловид
– На восьмом, – смеясь, отвечает беременная девушка. – Мне гинеколог запретил пока сексом заниматься. А мужу то нет. Вот приходится искать способы, как удовлетворять его потребности и не переживать, что может мне изменить.
Хм, интересно… Если бы я в своё время мыслила так же, спасло бы это мой брак? Или мой мир всё равно бы перевернулся с ног на голову?
Одно могу сказать точно: иногда полезно менять своё положение в пространстве. Смотреть на всё под другим углом.
Ещё месяц назад я кривилась и едва не затыкала уши при упоминании подобного «массажа», а сейчас увлечённо слушаю, что рассказывает эффектная блондинка. Да, я усердно конспектирую и стараюсь запомнить все эти термины. Кажется, высшая математика – просто цветочки по сравнению с древнеиндийской техникой.
В конце занятия я уже не считаю это чем-то постыдным. Скорее это больше похоже на медитацию, которая направлена на раскрытие сексуальных чакр, причём у мужчины и у женщины одновременно.
Желательные атрибуты процедуры: свечи, тихая расслабляющая музыка, тёплое массажное масло и полное доверие с обеих сторон. Мужчина закрывает глаза и отдаёт себя во власть партнёрши. А она при помощи рук и различных движений, которые совершает ими, помогает испытать максимальное удовольствие. Причём не единожды. Ведь в этом и заключается суть: почувствовать, что партнёр вот-вот нырнёт в состояние эйфории и задержать его на самом краю. Оттянуть процесс. Не дать улететь, а заставить парить и лишь потом позволить утонуть в наслаждении.
Уверена, девушка чувствует и наполняется в этот момент не меньше.
И мне бы очень хотелось проделать всё это по-настоящему. С мужчиной. С один конкретным. С тем, который исчез из моей жизни так же внезапно, как и появился. Но почему-то из мыслей моих исчезать отказывается.
Домой я еду в противоречивых чувствах. С одной стороны, я рада, что рискнула и открылась новому. С другой – опять думаю про Аверина.
Да чёрт с ним! Я готова поверить в похищение инопланетянами, если через пару дней он явится ко мне на порог. Пусть даже ничего не говорит. Сама придумаю для него оправдание. Я скучаю. Очень.
Настолько, что когда брожу в супермаркете, закупая продукты для ужина, нахожу себя в винном отделе с такой же бутылкой красного сухого, с которой приходил Костя.
Правда, чуть не роняю её, услышав где-то поблизости женский голос. Знакомый, который елейно щебечет.
– Костик, может, вина попьём? Какое ты всегда покупаешь?
Глава 41.
– Да всё, Аверин, не бурчи, – смеётся Настя, одной рукой закидывая в тележку огурцы, а другой прижимая телефон к уху. – Почти всё купила, что просил. Жди свою кормилицу. Скоро буду!
Только «целую» в конце не хватает, шепчет ядовитая ревность, отравляя внутренности. Руки трясутся и не слушаются. В ушах эхом резонирует «Жди свою кормилицу». Каким образом мне удаётся поставить бутылку на место, а не разбить вдребезги? Я не знаю.
Совпадений, что блондинка разговаривает с каким-то другим Костей, быть не может. Так что мне больше не нужно придумывать для него оправданий. Он прекрасно обходится без них.
Не моргая, смотрю как соседка Аверина прячет телефон в сумку и спокойно катит покупки в сторону кассы. Заглядывает в тележку, проверяя, всё ли взяла. А затем крутит головой по сторонам и резко тормозит возле стенда с презервативами.
Если там, в винном отделе, моё сердце чудом не выпрыгнуло, то сейчас падает прямо на затоптанный кафельный пол. Настя берёт пачку контрацептивов и какую-то маленькую баночку. Ещё один заказ Аверина?
Воздуха в помещение становится катастрофически мало. Или мне почему-то с трудом удаётся сделать новый вдох. Лёгкие словно обвиты колючей проволокой. Боль дикая.
Приходится дышать рвано и часто-часто. Жадно хватать каждую порцию кислорода.
Под недовольным взглядом работника супермаркета, я оставляю свою корзину прямо посреди зала и спешу на выход.
Во мне зреет адская смесь из обиды, злости, разочарования. Но я не собираюсь саморазрушаться в одиночку. Я взорвусь на пороге у Аверина. Выскажу ему всё перед тем, как окончательно разрушить нашу недо-пере-дружбу. Может, хоть задумается и на будущее перестанет воспринимать девушек как секс-игрушки. Захотелось: сегодня поиграл с одной, а через пару дней с другой.
Сажусь в первое попавшееся такси прямо у торгового центра. К счастью, водитель не лезет в душу. Чувствует, что вот-вот сдетонирую. Везёт осторожно, но быстро. Так, что запал не успевает угаснуть, а воинственный настрой лишь усиливается по мере приближения к нужной квартире.
На звонок не жму. Заношу руку и уверенно колочу по прочному металлу.
Проходит максимум минута, когда на пороге появляется «больной» собственной персоной.
– Ксюша? – на лице Кости растерянность, шок. А на моём – маска из презрения и злости.
– Не меня ждал, да? – криво усмехаюсь. Конечно, да! Кормилицу свою. Можно было и не спрашивать.
Молчит. На секунду устало прикрывает глаза. Кажется, будь его воля, он бы запер дверь обратно и не открывал, даже если бы я выносила её с петель. Правда, спортсмен быстро берёт себя в руки. Отступает в сторону, жестом приглашая войти.
– Нет! Спасибо! Я всего-навсего хотела убедиться, что ты жив-здоров, – цежу сквозь зубы, прежде чем развернуться и двинуться в сторону лифта.
Взрыва не случилось. Разве что внутри меня. Стоило его увидеть, как все мои заготовленные фразы о том, какой он мудак, прилипли к нёбу. Какой смысл что-то выговаривать ему? Унижаться ещё больше?
– Ксень, – Костя ловит мою руку, останавливая на полпути.
От этого виноватого «Ксень» сердце предательски трепыхается. Эй! Ты ведь осталось там. В супермаркете. Не смей реагировать! Не смей верить, чтобы он не сказал сейчас!
Нехотя оборачиваюсь.
Стоит босиком. Взгляд встревоженный. Смотрит на свою ладонь, что буквально обжигает заледенелую мою, как на нечто инородное. Тоже опускаю на неё глаза. Фокусируюсь, пытаясь понять, что это за мелкие красные точки. Они мне чудятся или правда есть?
– Чёрт, – отдергивает руку, отступая на шаг.
– Кот? Это что? – в недоумении смотрю на него, пока до меня наконец-то доходит. – У тебя … Ветрянка?
Коротко кивает. И опять растерянное выражение лица. Такое же, как в спортивной школе, когда застала его катающимся по полу с детворой.
– Боже! – закрываю лицо ладонями, не зная, плакать мне или смеяться.
– Надеюсь, я не успел тебя заразить, – отступает еще на шаг, пряча руки за спину.
– Ты дурак? Аверин! Скажи мне?! – сама сокращаю расстояние между нами и цепляюсь за край его футболки, не давая даже шанса отстраниться. – Я чуть с ума не сошла за неделю твоего молчания, а ты всего лишь боялся заразить меня ветрянкой?
Нет! У меня в голове не укладывается! Хочется: то ли отхлестать его по щекам, чтобы больше так не делал, то ли зацеловать. Человеку тридцать три. Он действительно болеет, но прячется от меня.
– Прости. Никогда не думал, что эта детская болячка настолько херовая. Я только пару дней как начал нормально соображать. До этого температура сорок и чешется всё, хоть на стены лезь.
Мы по-прежнему стоим в подъезде, мои руки сомкнуты на талии у Аверина, а сам он неуверенно обнимает меня в ответ. Я чувствую его тепло и потихоньку начинаю оттаивать.
– Скажи, что ты болела! Иначе я сожру себя, если ты заразишься.
Уже заразилась. Только не ветрянкой, а тобой. Поэтому меня так ломало все эти дни.
– Болела! – прижимаюсь крепче, выдыхая недельное напряжение.
Но если бы и не болела, не отошла бы ни на миллиметр. Даже если бы у Кости был никому неизвестный вирус.
– А Никита?
– И Никита.
– Выходит, только я такой «счастливчик», – смеётся Костя, пряча улыбку у меня в волосах. И тут же целует в макушку, простым движением стирая все мои дурные мысли.
– Я скучала, – произношу как заклинание, от которого Аверин на мгновение замирает. Хорошо хоть вдохнуть успел, а то стоит не шелохнётся. Лишь сердце стучит, будто вот-вот выпрыгнет.
– И я очень скучал, Ксень. Просто не хотел, чтобы видела меня таким.
Глава 42.
«Каждый из нас волшебник и может исполнять как чужие, так и свои собственные желания».
К этому выводу я прихожу с утра, когда просыпаюсь в кровати Аверина.
Не открывая глаз, растягиваю губы в улыбке и довольно утыкаюсь носом в подушку. Улавливаю полюбившийся терпкий аромат мускуса и забиваю им лёгкие до отказа.
Рецепторы мгновенно реагируют на запах. Оживляют в памяти ночные картинки. Странно, как под нами с Костей не загорелась кровать? Ведь наши тела устроили настоящий пожар. Сила трения, с которой мы скользили друг об друга, была запредельной.
Чёрт! Стоит вспомнить, как желание ощутить себя вдавленной в матрац крепким мужским телом, вновь пробуждается.
Протянув руку, вожу ладонью по смятым простыням. Но как ни стараюсь нащупать Костю – безуспешно.
В ужасе всё-таки распахиваю глаза. Нет! Нет! Нет! Он был рядом. Прошлая ночь не может быть очередным сном. Наши разговоры полушёпотом. Долгие поцелуи. Всё это было! И засыпала я в его объятиях.
Я помню! Он ещё говорил, что нам с Ником надо переехать к нему. А я, уже не в силах дать ответ, просто улыбалась. Возможно, последняя фраза мне и приснилась, но всё остальное ведь было таким настоящим?
Моргаю, понимая, что рядом со мной действительно пусто. Однако светло-серые стены и постельное бельё графитного цвета беззвучно подсказывают, что я всё же в постели Аверина. Вся пропитана им и его запахом.
Первым делом проверяю телефон и, убедившись, что у Никиты всё в порядке, откидываюсь обратно на подушку. Довольно жмурюсь, улавливая приглушенные звуки льющейся воды, что доносятся из недр холостяцкой квартиры.
Перед глазами тут же всплывает обнаженная фигура Кости под мощными струями, и мои пальцы начинают упрямо зудеть. Безумно хочу прикоснуться.
Без раздумий вскакиваю. На ходу стаскиваю с себя его футболку и направляюсь воплощать собственные мечты в реальность.
– Доброе утро, – шепчу, прижимаясь к крепкой загорелой спине.
Как тогда, в моём сне. Да, он успел стать навязчивой фантазией. Только в жизни всё оказывается в сотню раз лучше. Я могу делать что угодно: трогать, целовать, гладить.
Не сдерживаясь, оставляю короткий поцелуй между лопаток. И ещё один. И... Хочу ещё, но больше мне не дают.
– Самое доброе, – мурлычет Костя, разворачиваясь и оттесняя меня к стеклянной дверце.
Да, для двоих тут совсем тесно. Особенно, когда кто-то такой мускулистый и большой. Принимать совместно душ, увы, не выйдет. А вот сливаться в одно целое атмосфера так и благоволит. Белые облачка пара рассеивают неловкость. Разгорячённое мужское тело пробуждает страсть. А поцелуи, такие нужные и желанные, заводят с полуоборота. В шею. В ключицу. Цепочка из влажных следов к груди.
С каждым новым прикосновением горячих губ дыхание сбивается всё больше. Я то вовсе забываю, что мне нужен воздух, то хватаю кислород, будто последний раз в жизни. Судорожно. Жадно.
От столь сладких ласк мне вдруг тоже хочется поиграть.
– Ты что делаешь, Ксень? – шумно сглатывает Костя, когда я в прямом смысле беру инициативу в свои руки. Обхватываю налитый член ладонью и вспоминаю движения, которым учили на курсе Лингама. Сцепляю пальцы в импровизированное кольцо и медленно веду рукой вниз.
– Пока ты болел, я была на уроке эротического массажа. И сейчас хочу попробовать сделать тебе приятно. Очень-очень постараюсь, чтобы было хорошо.
– Кто ты и куда дела ту скромную Ксюшу, которую я знаю? – смеётся Аверин, закидывая мою ногу себе на бедро.
– Это всё твоё влияние!
– Ну, раз моё! Тогда я сейчас сделаю хорошо нам обоим. А новые умения ты обязательно покажешь мне в спальне.
– Ну, Кот, – не прекращаю двигать рукой, с каждым движением распаляясь всё сильнее. – Я хочу попробовать подарить тебе другие впечатления. Мне тоже будет хорошо.
Мне уже хорошо. Он в моих руках. Такой большой. Твёрдый. Горячий. Я чувствую его мощь и просто утопаю в собственных ощущениях. Это не секс. Это нечто большее.
– Маленькая моя, с тобой и без всяких массажей в миллион раз круче, чем с кем-либо. Просто нереально.
В подтверждении своих слов Костя начинает ласкать мою грудь так, будто это самое важное занятие в жизни. Требовательно сжимает, ловит губами сосок и жадно посасывает. Боже!
– Кот, – жалобно хнычу, чувствуя, что вот-вот сдамся.
Он явно тоже проходил какие-то уроки. И не одни. Иначе откуда он так досконально знает моё тело? Кажется, даже лучше меня. Где нажать, где оттянуть, где поцеловать и как именно провести языком.
– Ммм, – всё-таки не выдерживаю. Опускаю руку и через мгновения ощущаю головокружительную наполненность внутри.
– Даааа. Идеально, – выдыхает через слово. – Лучше просто не придумаешь.
С каждым новым толчком его голос становится всё приглушённее. Ведь Костя раскачивает нас всё сильнее. И мне ничего не остаётся, как вцепиться в крепкие плечи, понимая, что пол медленно уплывает из-под ног.
Тёплые капли барабанят по нам, окончательно раскрепощая и унося куда-то далеко, в другую реальность. А может, это делают признания Аверина.
– Люблю тебя, – шепчет еле слышно. Или это мой поплывший мозг окончательно сошёл с ума?
Глава 43.
Если говорить откровенно, то «устаревшая» версия меня была не только сексуально закомплексована и зажата, но и полностью запрограммирована на правильность.
Всегда делать то, что нужно. И так, чтобы никто не осудил в ответ. И смешно, и грустно, что я прожила тридцать один год, оглядываясь на мнение окружающих: родителей, преподавателей в институте, бывшей свекрови, мужа и абсолютно малознакомых людей. Людей, которым откровенно плевать на меня.
Сколько себя помню, я не могла позволить себе даже банальное опоздание. Не важно куда. Будь то стоматолог, который стабильно принимал меня на полчаса позже назначенного времени. Или кофейные посиделки с сестрой мужа, которая тоже не отличалась пунктуальностью. Я должна была прийти в четко назначенное время. Внутри меня словно стоял невидимый таймер. Он включал чувство тревожности и та, в свою очередь, подгоняла разбиться в лепёшку, но успеть. Так было всегда. Сколько себя помню.
А вот сейчас мои внутренние часы наконец-то сломались. Не знаю, кто вывел из строя этот механизм. Но мне абсолютно всё равно, сколько мы уже стоим в пробке. Минут тридцать. Или больше.
Скорикова обрывает телефон с угрозами съесть самое вкусное мясо, которое я когда-либо пробовала. На что я совершенно спокойно отвечаю: «Ешьте. Мы застряли на МКАД». Внутри ни капли беспокойства. Ни капли сожаления, что не предусмотрели, не выехали раньше.
– Ну, вы где? Ждём ещё десять минут и садимся за стол без вас, – третий звонок за последние полчаса.
– Главное свечи без нас не задувайте, – прошу, высматривая в окно, где же там конец затора. Далеко. Очень-очень далеко. Возможно, не успеем и к торту.
Нинка что-то недовольно бурчит в ответ, но мне не слышно. Самые нетерпеливые водители начинают раздражённо жать на сигнал. Или, может, просто бьют в истерике головой по рулю, оглушая всех вокруг своим несдержанным «Фа-фа».
– Всё, Нинуль, едем, – сбрасываю вызов и с улыбкой смотрю на Костю.
Спокойный как удав. Время от времени потягивает через трубочку айс-латте, который уже давно нагрелся и превратился в обычный кофе. Тянусь к такому же стакану и делаю глоток. Можно было ругать себя за то, что предложила заехать в кофейню. Или за то, что слишком долго выбирала десерты. Или свалить всё на Ника, который захотел апельсиновый фреш, а тот упрямо не пробивался на кассе. Но какой в этом смысл?
– Чего улыбаешься, Ксень? – ловит мой довольный взгляд Костя. И сам в долгу не остаётся. Зыркает на мои голые коленки.
Уверена, будь мы одни, Аверин продемонстрировал бы, чем ещё можно заняться в пробках. Да так, что потом я полюбила бы столичные заторы ещё больше.
– Просто хочется.
Да, оказывается, «наслаждаться моментом» – это когда вот так. Дальняя дорога. Вкусный кофе. Приятная прохлада в салоне авто, а не плюс тридцать три за бортом. Негромкая музыка, которую перебивает болтовня сына. Они с Авериным обсуждают, какой диаметр колёс лучше выбрать для первого скейта. Лично я заблудилась ещё в названиях: лонгборд, круизер, пенни борд. Поэтому и думаю совершенно о другом.
«Неважно опоздал ты или успел. Важно, кто с тобой рядом в этом момент». Вот вам жизненная мудрость лично от меня.
До дачи Скориковых мы всё-таки добираемся спустя сорок минут. Успеваем не только на торт, но и на новую порцию шашлыка. Идеально прожаренного, сочного. Не зря Нинка шантажировала нас именно им.
– Нин, а почему мы не могли купить Ване с Даней разные подарки? – недоумевает Аверин, когда шестилетние виновника торжества убегают распаковывать коробки с радиоуправляемыми вертолётами. – Разве не логичнее было бы подарить одному вертолёт, а другому танк или машинку?
Да, на мой вопрос: «Что дарить?», Нинка ответила: «Всё равно что! Главное – одинаковое!
– Наверное, потому, что у меня родились одинаковые дети, – посмеивается мать близнецов. – Они вечно дерутся из-за игрушек. Если у одного синяя машинка, а у другого красная, то сначала Ваня будет отбирать у Дани синюю, а затем Даня у Вани красную. И да, просто поменяться – не вариант.
– И одежду ты им одинаковую тоже поэтому покупаешь? – догадывается Костя. – Я думал, чтобы не заморачиваться.
– Ага, один раз «заморочилась». Купила им разные куртки. До сих пор глаз дёргается, как вспомню, что они с ними сделали. Вцепились в рукава с разных сторон и разорвали на две части.
– Это же пацаны. Мне кажется, им всё равно, из-за чего драться.
– Да, только благодаря тебе, их драки уже далеко не шуточные.
– Эй, вообще-то ты сама привела ко мне своих детей. И у них отличные задатки. Я лишь показываю приёмы, – явно скромничает Костя.
Вчера я подглядывала, как он вёл тренировку, и поняла, почему мальчишки от него без ума. А теперь и я тоже. Он выкладывается так, будто все пятнадцать охламонов – его собственные. Знает, где пошутить, где похвалить, кого приструнить, одарив строгим взглядом.
– Ты, Аверин, когда своих детей нянчить будешь, а не чужих? Или тут лучше у Ксюши спрашивать? – предательница, которую ещё минуту назад я называла своей подругой переводит хитрый взгляд на меня. – Ксюх, Константину Сергеевичу надо срочно подарить лапочку-дочку. Хватит с него пацанов.
Закашливаюсь и тянусь к стакану с водой. Жадно пью. Стараюсь даже не смотреть на реакцию Кости. Какая лапочка-дочка? Мы без году неделю вместе. И я до сих пор испытываю неловкость, когда Кот на глазах у всех берёт меня за руку или обнимает.
– Пойду поищу Ерохину, – вскакиваю, так и не решаясь встретиться с Костей глазами. – Что-то она за салфетками ушла и пропала.
Вопреки внутреннему протесту, воображение мигом рисует серьезного Аверина, держащего на руках малышку с розовыми бантиками. Как она водит по его лицу своими маленькими пальчика, а Кот, играясь, пытается их откусить, чем вызывает громкий звонкий смех. Он будет отличным папой. Тут даже гадать не надо. И матери его ребёнка невероятно повезёт. Жаль только не могу с Нинкиной уверенностью заявить, что ею стану я.
С этими мыслями я брожу по участку, пока, наконец, не нахожу Ольку в тени ветвистой яблони. Она устроилась на подвесной дачной качели и под её скрип активно с кем-то переписывается.
– Вы с Артуром встречаетесь только у тебя? – неожиданно сую нос не в свои дела. От Нинки, что ли, заразилась?
– Нет, – тут же спокойно отзывается Ерохина. – У него есть друзья, которые знают про наши отношения. Иногда проводим с ними выходные за городом. Иногда летаем куда-нибудь на острова.
Хочется задать ещё так много вопросов. Например, не ревнует ли она Артура к законной жене? А он сам? Что чувствует к одной и другой? Или какими подруга видит эти отношения через пару лет? Артур ведь вряд ли уйдёт из семьи. Оля это прекрасно понимает. Как скоро ей надоест? И что будет, если она встретит достойного мужчину? Свободного. Готового любить лишь её одну, а не составлять график ночевок. Сомневаюсь, что отец её дочери просто так отойдёт в сторону и будет радостно наблюдать, как его любовница налаживает личную жизнь.
– Ну, что замолчала, Ксю? Раз вопросов больше нет, расскажи, как у вас с Авериным? Всем бы такие «отношения без отношений», – мечтательно тянет Олька, отрывая нас от земли. – Если что, это белая зависть. Вы же глаз друг с друга не сводите. Это так… Не знаю… Странно, что ли. В хорошем смысле.
Не пряча улыбки, смотрю на Костю, который бежит с мячом, пытаясь обыграть Ника. На воротах Ваня и Даня. Нинка готовит новую порцию коктейлей. Её муж, Дима, возится у мангала.
– А как он кормил тебя виноградом? Даже мне, хотя я терпеть не могу ягоды, вдруг захотелось.
Щёки вспыхивают, вспоминая как полчаса назад Кот сорвал на соседнем участке гроздь белого винограда и, пока я выкладывала тарталетки на стеклянное блюдо, скормил мне его. Пару раз, когда он направлял виноградины мне в рот, я нарочно прикусывала вместо ягод его пальцы, на что Аверин посылал мне многообещающие взгляды.
– Оль, мы так и не говорим о том, что между нами происходит, – делюсь с подругой своими страхами. – Я не знаю, насколько у него всё это серьёзно. А спросить не решаюсь. Должна ли девушка заводить разговоры на подобные темы?
С Игорем всё было просто и понятно. Спустя полгода отношений он предложил съехаться. А на моё «родители не одобрят» сказал, что тогда мы можем расписаться. Недолго думая, я согласилась. Это казалось логичным и правильным. Он стал моим первым мужчиной, значит, должен стать мужем и отцом детей.
К сожалению или к счастью, в девятнадцать я ещё не знала, что это не является автоматическим гарантом семейной идиллии.
Поэтому, как люди сходятся после тридцати, я тем более не имею понятия.
– Ксю, ты как маленькая! – улыбаясь, Олька качает головой и принимается втолковывать мне правду жизни. – В девяноста процентах случаев инициаторами отношений выступают девушки. Или ты думаешь, все эти видео с предложениями руки и сердца где-нибудь на фоне Эйфелевой башни действительно придумывают мужчины? А свадьбы, на которые они тратят миллионы своих кровно заработанных? Ха. Если бы всё зависело от них, то профессия «организатор свадеб» давно бы вымерла. Они бы спокойно жили в гражданском браке, абсолютно не видя смысла в кольцах, клятвах и прочей важной нам ерунде.
– То есть я зря переживаю?
– Конечно! Мужики, в принципе не любят лишних разговоров. Тем более про отношения. Это ж надо потрудиться внятно изложить свои мысли: что он планирует трахать тебя до конца своих дней, при этом, чтобы ты не обиделась и поняла всё правильно.
– Думаешь, планирует? – переспрашиваю со смешком.
Хорошо бы.
Легкость Ерохиной незаметно передаётся и мне. Может, я действительно зря себя накручиваю? В конце концов, Костя может сам не знать, как правильно и как нужно.
– А то! Ксю, Аверин на тебя так смотрит, что других вариантов быть не может, – Оля пару раз резво отталкивается, раскачивая нас всё выше. А затем, поджав под себя ноги, задумчиво добавляет. – Помнишь, я спросила у тебя, что такое любовь? Так вот, глядя на вас с Костей, мне кажется – это она.
