Текст книги "Курс по соблазнению. Секс против дружбы (СИ)"

Автор книги: Юлия Крымова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 35.

– Мам, это что за коробка? – раздаётся из прихожей голос сына одновременно со звуком захлопывающейся двери.

«Никита вернулся» экстренно загорается в голове.

Застываю с чашкой в руках. А мысли, как назло, скачут одна за другой. Как сын отреагирует на нашего гостя? Может, спрятать Костю на балконе?

– Я хочу поговорить с Никитой с глазу на глаз. Можно? – уточняет Аверин, переводя взгляд с меня на стоящего в дверном проёме Ника.

– Кот? – встревоженно восклицаю и одновременно пытаюсь спросить, сама не знаю что.

Конечно, Костя не сделает ничего плохого. Тогда за кого из них я больше переживаю?

– Давай поговорим, – тут же хорохорится Никита.

Аверин бегло целует меня в висок и направляется за Ником в гостиную. Плотно прикрывает за собой дверь, чем вызывает еще больше недоумения.

Это что ещё за секретные разговоры?

Я честно держусь, несколько минут нервно расхаживая по кухне. А потом на цыпочках крадусь в коридор и припадаю к двери.

– Ник, ты как бы уже взрослый, – доносится уверенный голос Кости. – Поэтому буду говорить с тобой открыто. Как пацан с пацаном. Мне нравится твоя мама.

Что? ЧТО? Перемотайте, пожалуйста, последнюю фразу. Желательно раз двадцать, не меньше.

– Я как бы уже заметил, – недовольно отзывается Ник.

– Сильно нравится.

– Рад за тебя, – язвит сын.

– Спасибо, но мне не очень радостно. Мама боится, что ты опять сбежишь. Поэтому выстроила стену и не подпускает меня к себе.

– А ты не думал, что дело не во мне? Может, она просто не хочет с тобой общаться?

– Думал. Но у меня нет шанса проверить.

– Так от меня тебе что надо?

– Чтобы дал мне зелёный свет. Чтобы разрешил маме проводить со мной время.

– Пф… Не дождёшься. Ты мне не особо нравишься.

– Ну, это нормально. Я ведь хочу нравиться твоей маме, а не тебе.

– Ей ты тоже не нравишься. Понял! – выплёвывает Ник. – Так что отвали.

– Хорошо. Отвалю, – спокойно отзывается Костя. – Но ты подумай, что завтра вместо меня придёт кто-то другой. А потом, может быть и ещё. Твоя мама очень красивая девушка. Всех будешь отгонять?

– Если надо, то да.

– А потом? – спрашивает Кот.

– А что потом?

– Ты вырастешь, заведешь отношения. А мама? Останется одна? Или настанет её очередь указывать, с кем тебе общаться, а с кем нет?

– Не твоё дело.

– Ага. Не моё. Только я был точно такой же, как и ты, – Костя неожиданно переходит на личное. – Запрещал матери любое общение. Отгонял всех её ухажёров. Стучал кулаком по столу и доказывал, что мужчина в доме один. Я. А теперь каждый раз, когда я приезжаю навестить её, мне чертовски стыдно за ту тишину, которая царит в квартире.

Повисает пауза, и я смахиваю непонятно откуда взявшиеся слёзы.

– Ладно, тащи коробку с прихожей. Помогу собрать и уеду, чтобы не раздражать тебя своим присутствием.

– Что в коробке?

– Ничего особенного. Система для хранения вещей. Твоя мама говорила, что вам не хватает места.

Да, говорила. Вернее, вскользь обмолвилась во время новоселья. Поинтересовалась, будет ли Макс забирать свои вещи, так как единственный шкаф полностью забит.

– Я сам соберу, – Никита упрямо стоит на своём.

– Ну хорошо. Будешь собирать сам. Но я ведь должен убедиться, что мне продали полный комплект и все запчасти на месте.

Раздаются приглушенные шаги, и я спешу спрятаться обратно на кухне. Зачем-то мою уже чистые кружки, раз за разом прокручивая подслушанный разговор.

Из гостиной доносится возня. Костя читает инструкцию и как бы между делом комментирует. Ник молчит и пытается справиться самостоятельно. Видимо, не получается, раз через время доносятся уже совместные обсуждения. Что интересно, они не спорят, а ругаются на изготовителя мебели. Вдвоём.

Не могу сдержать улыбку.

Хочется дать Аверину медаль за стойкость и сообразительность. Бывший муж даже «Лего» с сыном собрать не мог. Вечно критиковал и высмеивал, что Ник всё делает не так.

– Мам, пойдём, посмотришь, что у нас Костей получилось, – на кухне появляется довольный Никита.

В недоумении заторможено моргаю.

С Костей? Не с «этим»? И не с «типа твоим другом»? А с Костей?

Аверин, ты когда-нибудь перестанешь меня удивлять?

Глава 36.

– Кот, нас ждут, – напоминаю скорее для приличия, когда Аверин глушит мотор и тянет меня к себе на колени.

Мы приехали на ужин с его знакомым. Сквозь тонированные стекла авто мне даже видно фасад ресторана. В восточном стиле. С резными арками, мозаикой, уличными топчанами и фонтаном посередине. Очень необычно. Только почему-то никто из нас не спешит оказаться внутри.

Вместо того, чтобы потянуться к дверной ручке, я послушно перекидываю одну ногу через Костино бедро и усаживаюсь верхом.

– Подождут, – выдыхает Костя, вместе с тем, как водительское кресло отъезжает назад. – Я тоже ждал. Мучительно долго. Сдохну, если сейчас не услышу твои стоны. Специально так оделась?

В ответ лишь хитро улыбаюсь. Совру, сказав «нет».

Выбирая наряд, я представляла подобные сцены. Не в машине, правда, а где-нибудь в более уединённом месте. Подбирала всё так, чтобы Косте удобном было меня раздевать. Воздушная юбка-миди, в которой я отдалённо похожа на балерину. И топ с приспущенными с плеч бретелями, который не предусматривает наличии бюстгальтера, показались мне максимально удачными.

– Аверин, так не честно! – наигранно возмущаюсь, когда Кот ловко задирают юбку до самых бёдер.

Кажется, зря я так старательно красила губы. Горящий мужской взгляд именно на это и намекает. Вот-вот он съест мою помаду, подарив взамен естественную припухлость губ.

– Не честно, Ксень, тратить драгоценное время на разговоры, вместо того чтобы целовать меня.

Хочется сказать, что после ужина мы могли бы спокойно поехать к нему, но его губы самостоятельно притягивают мои.

Как я и думала, требовательный рот беззастенчиво стирает помаду.

Мне бы возмутиться. Но какой смысл? Это, оказывается, всего лишь обманный манёвр. Пока мужские губы жадно меня поедают, ловкие пальцы уже вовсю хозяйничают под юбкой. А тут, как вы понимаете, грех высказывать недовольства.

– Кооот, – цепляюсь за крепкие плечи и скребу тонкую ткань рубашки ногтями.

– Что, Ксень? Прекратить? Идём на ужин? – издевается змей искуситель, проталкивая два пальца глубже.

Вместо ответа тянусь к его ремню и максимально быстро справляюсь с пряжкой. Пуговица в сторону. Резинка боксеров вниз. И вот мы уже трогаем друг в друга в тех местах, где не принято касаться лучших друзей.

Ну а мы как бы и не друзья больше. Или правильнее: куда больше, чем друзья.

Хоть Костя не делал мне никаких признаний. Мне хватило того подсушенного разговора с Никитой.

Он, кстати, чудодейственным способом поменял Ника. После ухода Аверина сын зашел на кухню и в лоб спросил: нравится ли мне Костя? К подобному я была абсолютно не готова. Рассчитывала, что в скором будущем сама буду заводить с Никитой беседы на амурные темы, а не наоборот. Поэтому пришлось, краснея и бледнея одновременно, кое-как выдавить из себя «нравится».

– Тогда я больше не буду вам мешать. И сбегать тоже. Он кажется нормальным, – слова сына прозвучали как Благословение. – Только не проси называть его папой.

– Конечно, нет, – заверила я, едва пряча улыбку. – Спасибо, что решил присмотреться к нему.

Ведь лично я давно присмотрелась и окончательно стала в ряды его фанаток.

Особенно сейчас, когда он миллиметр за миллиметром насаживает меня на себя.

– Ммм, – не получается сдержать стон.

– Хорошо?

– Очень.

– И мне, – признаётся Костя, впиваясь пальцами в бёдра и толкаясь в меня до упора. – Только места в машине мало. Придётся тебе двигаться самой.

Двигаться самой? Чёрт. Я ведь не умею. Я деревяшка. Так говорил бывший муж. А если Косте не понравится?

– Дааа…Вот так, – выдыхает Кот одновременно с тем, как я начинаю медленно раскачиваться на нём. – Охрененно.

Стоит ли говорить, что все мои страхи мигом рушатся после таких поощрений? И я уже активнее включаюсь в процесс. Упираясь руками в рельефную грудь, двигаю бёдрами, представляя себя как минимум богиней любви.

А как иначе? Музыку в салоне заглушают наши несдержанные стоны, и именно я причастна к этому совместному удовольствию. Теперь не только Костя наполняет меня, но и я его.

Я чувствую. Как и чувствую, что вот-вот оргазм накроет с головой. Снесёт мощной волной и утянет куда-то на неведанную глубину.

Сейчас весь мир сузился до пределов этого БМВ.

Обычный немецкий автомобиль стал нашей персональной галактикой страсти. Есть только мы. Наши тела и наши запахи, которые смешиваются в один. Дурманящий. Развратный.

Удивительно, насколько близость с мужчинами может восприниматься по-разному. С Игорем мне хотелось поскорее закончить. А с Костей я согласна и от ужина отказаться, лишь бы не прекращать.

Только прерваться нам всё-таки приходиться. Ведь одновременно с тем, как прямо на кожаную обивку из меня выливается наше наслаждение, в окно раздаётся громкий прерывистый стук.

Глава 37.

Уже сидя в ресторане меня вдруг пробирает на еле сдерживаемый смех.

Это же надо! Нас почти застукал полицейский. За тем самым занятием, которое можно смело отнести к нарушению общественного порядка. Мы ведь были на парковке. Хоть и казалось, что тонированный автомобиль спрятал нас от всего мира.

Сейчас эта неловкая ситуация вспоминается с улыбкой. А двадцать минут назад мне было не до смеха. Пока мужчина в форме настойчиво стучал в окно, я испуганно смотрела на Костю, желая стать невидимкой.

– Не бойся, Ксень, – успокаивал Аверин, наспех застегивая брюки. – Нас не видно. Максимум слышно.

Не знаю как, но Костя чувствовал себя вполне спокойно и даже умудрялся шутить. Пересадив меня обратно на пассажирское кресло, он вышел из машины и недолго беседовал со стражем порядка.

Судя по тому, что удалось услышать, на парковке угнали автомобиль и теперь допрашивали возможных очевидцев. Мы приехали уже после происшествия. Поэтому ничего не видели. Хотя, если бы всё это происходило у нас под носом, то мы бы вряд ли заметили.

Нам с Авериным категорически противопоказано появляться вместе в общественных местах. Ведь как объяснить, что без приключений у нас не обходится?

Опять смеюсь. Правда, на этот раз незаметно не выходит. Кот ловит мой весёлый взгляд и вопросительно поднимает бровь. Отрицательно мотаю головой. Всё в порядке. Просто мне необъяснимо хорошо.

Жаль, не додумалась запечатлеть момент, когда я с голой грудью скакала на Косте. Отправила бы фото бывшему мужу. Чтобы знал, как должна выглядеть довольная и удовлетворённая девушка. Её выдаёт лихорадочный блеск в глазах, искусанные губы и растрёпанные волосы.

– Лия, а давно ты в Москве? – я пытаюсь вернуться в реальность и завязать разговор с девушкой Костиного приятеля. Точнее Марат основатель спортивной школы, в которой работает Аверин. Полгода назад он уехал в Сочи открывать новый филиал. А вернулся оттуда с невестой.

– Несколько недель, – отзывается стройная симпатичная брюнетка. Она переводит взгляд на Марата, будто спрашивая разрешение «говорить или нет». Но видя, что парни заняты обсуждением каких-то предстоящих соревнований, негромко добавляет. – Пока никак не привыкну.

– Просто тебе надо чуть больше времени. Знакомых завести и дело по душе найти. Я тоже не так давно вернулась в столицу. А сейчас, кажется, что и вовсе не уезжала.

Неуверенно пожимает плечами.

– Я будто задыхаюсь здесь. Воздух совсем другой. Вместо деревьев и гор – многоэтажки и череда машин.

Да, человеку, выросшему в уединении с природой, непросто выживать в шумной среде мегаполиса. Возможно, любовь поможет ей освоиться быстрее. Мне так точно помогает.

– Расскажи, как вы познакомились с Маратом? – хочу немного отвлечь девушку и разговорить.

Сложно не заметить с каким трепетом она жмётся к жениху и внимает каждому его слову.

Только сам Марат будто мысленно сейчас не с нами. Он то и дело поглядывает на входную дверь. При этом его взгляд какой-то абсолютно пустой. В нём нет и близко того блеска, как в глазах у Аверина, когда Кот смотрит на меня. Он практически не улыбается своей невесте и самостоятельно не касается её.

Я бы сказала, что Марату абсолютно всё равно кто рядом с ним.

Хочу ошибаться. Ведь Лия мне нравится. Она кажется милой. И я всегда считала обладательниц восточной внешности по-особенному красивыми.

– Кость, я отойду ненадолго, – шепчу, забирая сумочку.

В ответ Кот тянет меня ближе и озадаченно заглядывает в глаза.

– Всё хорошо, – оставляю на его небритой щеке беглый поцелуй, – Важные дела в дамской комнате.

– Тогда не закрывай дверь, – недвусмысленно играет бровями.

Смеюсь и отрицательно машу головой. Мне хватило ситуации на парковке.

Но видимо кто-то сверху решил, что нет, мало с меня приключений на сегодня. И только я открываю дверь в уборную, как сталкиваюсь с Белецкой. Лицом к лицу. Моё испуганное против её надменного. Сделать вид, будто я её не заметила, увы, не выйдет.

– Золотарёва, я смотрю, ты с первого раза плохо понимаешь, – скрестив руки на груди, шипит Кира. – Может, приложить тебя головой об эту мраморную раковину, чтобы мозги встали на место?

Да, в отличие от меня, Белецкая ничуть не удивлена нашей встрече. Она явно видела нас с Костей внутри. Как и видела, что вели мы себя далеко не по-дружески.

– Рискни, – я вскидываю подбородок и с вызовом смотрю в тщательно подведённые глаза. – Или ты только сыпать угрозами можешь?

Не знаю, зачем я её провоцирую. Наверное, потому что, если и драться из-за мужика, то только из-за такого как Аверин.

Белецкая прищуривается и делает шаг мне навстречу. А я мысленно прикидываю какие у каждой из нас шансы. Мы почти одинакового роста и комплекции. Только Кира, не изменяя себе, на высоченных каблуках. И если мы одновременно вцепимся друг другу в волосы, думаю, она упадёт быстрее.

Похоже, Белецкая тоже это понимает. Поэтому вместо действий продолжает нападать словами.

– Такая смелая стала, потому что чувствуешь покровительство Аверина? Посмотрим, насколько его хватит. Ты ж вся такая правильная, что аж тошно. Ну трахнул он тебя пару раз, чисто ради интереса. А дальше?

Мне так хочется стереть это насмешливое выражение с её лица, что я примеряю на себя образ стервы. Небрежным жестом откидываю назад волосы и растягиваю губы в улыбке.

– Меня хотя бы пару раз. А тебя ни разу, – сочувствующе смотрю на неё. – Понимаю, почему ты бесишься.

То ли от моих слов, то ли от моего тона, Белецкая поджимает губы, отчего впервые становится похожа не на стерву, а на маленькую обиженную девочку. Мне даже стыдно за свою резкость. Правда, недолго. Стоит вспомнить её угрозы и обещания испортить мою жизнь в Москве, как я сама превращаюсь в столичную гиену. Чувствую запах крови и добиваю.

Да, когда хочешь забрать себе самого лучшего мужчину, нужно отращивать клыки и учиться ими пользоваться.

– Приятно было с тобой поболтать, но меня ждут, – целенаправленно задев Киру плечом, я спешу на выход.

Возвращаюсь в зал с ощущением выигранного сражения.

Занимаю своё место рядом с Костей и довольно ему улыбаюсь. Сжимаю под столом его руку. Расслабленно выдыхаю, когда в ответ он начинает поглаживать моё запястье. Млею от этой нежности.

«Ну трахнул он тебя пару раз, чисто ради интереса. А дальше?» некстати эхом отзывается внутри.

Глава 38.

А дальше? Дальше пророчество Киры сбывается. Костя исчезает.

Утром ещё ничего не предвещает беды, и я порхаю по квартире собираясь на совместную прогулку в парк. Аверин, Никита и я. Костя сам предложил.

Пока ношусь по комнате, думая собрать ли волосы в высокий хвост или потратить как минимум полчаса на укладку «без укладки», сын воодушевлённо строит маршрут и отмечает на каких аттракционах он хотел бы прокатиться.

Когда Ник уже составил полный список, от Аверина приходит сообщение.

«Ксень, прости! Сегодня всё отменяется. Я, похоже, заболел!».

В недоумении смотрю на буквы, пытаясь проглотить ядовитую горечь во рту.

Как там бросают по смс? Не так ли?

Конечно, Костя так бы делать не стал. Он бы объяснился лично. Правда?

Хотя что я знаю о мужчинах?

Только ради Никиты приходится старательно держать лицо и всё-таки собираться в этот проклятый парк. Я ем мороженное, катаюсь на колесе обозрения, а внутри меня в это время собственные американские горки.

Нет, ну многие болеют именно летом. Невидимой мухобойкой я упрямо отгоняю дурные мысли. С чего бы Косте врать мне? Мы ведь давно уже не в школе, чтобы притворяться больными и прогуливать ненавистные контрольные.

На следующий день я пишу ему сама. Спрашиваю, как здоровье и интересуюсь, не нужно ли ему что-нибудь? Лекарства? Или свежесваренный бульон? Но ответа нет. Как бы я не дергалась на каждый писк телефона, Костя молчит и во вторник, и в среду.

Это всё?

«Я, похоже, заболел!».

«Вот так ты Аверин отшиваешь тех, кто надоел?» спрашиваю куда-то в пустоту.

Перед глазами, будто реклама к какому-то фильму, проносится этот месяц в Москве. Наша с Костей первая встреча. Ночевка у него дома и мои подглядывания в душе. Близость на дне рождении Белецкой. Клуб. Встреча с Родионовым. Секс на парковке и наш последний совместный вечер. Всё же было хорошо? Или нет? Собственно, так же я думала про свой брак, в то время как муж регулярно изменял мне.

Образ Кости рассеивается, а следом всплывает ситуация в спортивной школе и та рыжеволосая. Как её звали? Катя? Её рассказ, заигрывания и полнейшее равнодушие Аверина. А потом ведь была и соседка Настя. Разъярённая фурия, у которой очень много чего было сказать Аверину. Я бы тоже сейчас высказалась.

Именно с этой мыслью мой телефон оживает, заставляя меня вздрогнуть от громкости мелодии. Но нет. Опять мимо. Это Скорикова звонит поругать, что я отбилась от рук и игнорирую наши встречи. Угрожает прислать мне домой того стриптизёра, что был у Ольки, если я сейчас же не приеду в центр. Смеюсь, отвечая, что уже вызываю такси и мысленно благодарю Вселенную за подруг. Хоть с кем-то мне повезло в этой жизни.

Про нас смело можно снимать русскую версию сериала «Секс в большом городе». Ерохина – это Саманта. Раскрепощенная, сексуальная и откровенная. Скорикова – стопроцентная Шарлотта. Чокнутая мамашка, которая обожает своего мужа и детей. А я… Наверное, та самая Керри, которой не везёт с мужчинами.

– Мы уже думали тебя в розыск подавать, – выкрикивает Олька, завидев меня издалека.

Они со Скориковой начинают что-то скандировать и махать руками, пока я, с трудом сдерживая смех, делаю вид что их не знаю и деловито вышагиваю по летней террасе модного столичного заведения.

Загадочные улыбки на лицах подруг, словно в громкоговоритель вопят, что сейчас меня будут пытать. Поэтому к столику совсем не спешу. Кручу головой по сторонам, рассматривая интерьер. Мебель из ротанга. Вазоны с живыми цветами. Вентиляторы над каждым столом и распылители влаги, которые включаются по таймеру. Когда я уже перестану так всему удивляться? В этом городе есть абсолютно всё. Под любой кошелёк и любую прихоть.

– Ну не томи! Рассказывай, давай! – требует Ерохина, едва я усаживаюсь рядом с ней и утыкаюсь носом в меню.

– Да, нечего особо рассказывать. Всё по-старому.

– Ты нам зубы не заговаривай! – вклинивается Нинка. – Что там с Авериным у вас? Оля мне поведала про ваш поход в клуб. И про ваше с ним исчезновение.

Глава 39.

Бросаю на Ерохину гневный взгляд. Но Олька лишь смеётся, пожимая плечами.

– А я что? Я теперь на танцы не могу спокойно ходить. Так и вижу перекошенное лицо Вики, когда Костя тебя забирал.

Опять прячу глаза в меню и, чтобы выиграть немного времени, подзываю рукой официанта.

– Да нечем мне вас удивить.

– Прям таки нечем?

Спасибо улыбчивому Тимофею, который появляется возле меня, чтобы принять заказ. Порхая пальцами по планшету, он помогает оттянуть неизбежное. Я дотошно пристаю к нему с вопросами. Прошу посоветовать десерт и допытываюсь как у них делают миндальный латте? На миндальном молоке или просто с добавлением сиропа?

– Принесите ей шоколадный круассан и уже хоть какой-нибудь кофе, – нетерпеливо командует Нинка. – Мы тут сейчас от любопытства умрём. Секс был?

Конечно, последняя фраза на максимальной громкости. И как по команде на нас оборачивается половина присутствующих. Даже Тимофей уже не торопится. Навострив уши, он лениво собирает грязную посуду.

Мне хочется залезть под стол. Но, несмотря на стыд и смущение, Скориковой противостоять невозможно. Ей только лампы в руках не хватает, чтобы светить мне в глаза, выбивая чистосердечное.

– Был.

– И?????

– Что и?

– Аверина! – вскрикивает Нинка, – Тьфу ты! Золотарёва! Что ж из тебя всё клешнями надо тянуть? Как? Хорош наш чемпион?

– Хорош, – коротко отзываюсь.

Ещё как хорош!

В груди тут же болезненно ноет, а веки как-то подозрительно щиплет. Я ведь так надеялась, что, болтая с подругами, смогу не думать о Косте. Забыть хоть на время. Но где там. Вопросы девчонок режут без ножа.

– Ну, Ксю! – бьёт в плечо Олька. – Нам ведь интересно. У вас отношения теперь?

– Отношения без отношений, – криво усмехаюсь.

– Так, давай как мы закажем пару коктейлей и насильно вольём в неё, – теряет терпении Нинка. – По-другому, видимо, правды не добьёмся.

– Я не знаю, что вы хотите услышать, но мы просто ужинали пару раз. Ладно, не только ужинали.

– Ну, а на продолжение он намекал? – хором задают вопрос.

Неуверенно пожимаю плечами. Намекал? Я не знаю! Казалось, что да! А теперь я уверена, что придумала себе всё. Сама очаровалась им. Его заботой, вниманием. Костя же просто был рядом, ничего не обещая. Он не обманывал. Это я обманулась, принимая его горящие взгляды за особенные признания.

– Аверин, наверное, до конца не верит своему счастью, – комментирует Олька. – Он, кажется, всю жизнь в тебя влюблён.

От такого шокирующего предположения, я округляю глаза и с трудом проталкиваю в себя кусок круассана.

– Только не надо доказывать нам, что это не так и вы просто дружили. Мы все дружили. Но провожал домой он всегда только тебя. Место всегда занимал только тебе. Если мы с Ерохиной приходили вдвоём, то вопрос был один: «Где Ксюша?». А когда вы переехали, то он и вовсе отбился от компании.

Зависаю на слое белой пенки с нарисованным сердечком, пытаясь осмыслить услышанное. Выходит, я действительно всегда нравилась Косте? А я, дура, думала, что он влюблён в Белецкую. Почему? Потому что однажды увидела в его тетради выведенное карандашом сердце с буквой «К» внутри. И, естественно, первым делом на ум пришло именно «Кира». Вся такая модная и интересная. Звезда нашей компании.

– Нин, тебе в школе, по-моему, рыжий нравился из параллельного класса. Но это ведь не значит, что ты любишь его до сих пор? – вопросительно смотрю на Скорикову, пытаясь убедить то ли подруг, то ли себя, что Костина подростковая симпатия давно в прошлом.

Не знаю, было бы у нас что-то, признайся он в своих чувствах семнадцать лет назад. Единственное, в чём уверена – Белецкая оказалась права. Ему стало скучно. Костя понял, что реальная я отличаюсь от той, из его фантазий. Поэтому он не придумал ничего лучше, чем просто скрыться от меня со всех радаров.