Текст книги "Последний из младшей ветви (СИ)"

Автор книги: Юджин Никитин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 31 страниц)

Молчание было отрицательным ответом на его вопрос. Ответом достаточно красноречивым. Конечно возможность того что кто-то считает иначе была. Но сориться с курирующим Буйским уезд бароном никто не счел нужным, и, наверное, самое главное разумным. Любое возражение в такой момент сразу запишет барона если не во враги, то в недоброжелатели точно. А с такой разницей в весовых категориях на политическом олимпе Губернии это было бы похоже на самоубийство. Это Белову сироте неприкаянной терять нечего кроме чести и жизни. За всеми остальными кто собрались сегодня в кабинете стояли семьи, люди и судьбы, зависящих от них людей. Так что оспаривать никто ничего не стал.

Удовлетворенный произведенным эффектом и общим согласием о признании его права Савельев продолжил.

– От лица Имперской канцелярии для контроля законности происходящего присутствует Александр Сергеевич Данилов – представил он сидящего от него по правую руку мужчину. Крепкого, темноволосого примерно сорокалетнего. С совершенно непроницаемым лицом на обычном, невыразительном лице. Единственное что выдавало его живой ум и скрадывало ощущение от него как молчаливой куклы это внимательные карие глаза с прищуром наблюдавшие за происходящим. Представленный канцелярист кивком поприветствовал остальных и продолжил так же молча и ровно сидеть как раньше.

– От лица школы присутствует директор школы Николай Семенович Антонов – Белов с интересом посмотрел на директора школы в которой он учился две недели и которого увидел за эти две недели первый раз. Как ни странно, мужчина выполнивший кивок головы в знак приветствия присутствующих, куда глубже чем канцелярист до этого, произвел на Алексея приятное впечатление. Никакой злобы исходящей от директора в его адрес он не почувствовал. Лишь внимательный взгляд. А уже одно это было весьма неплохо в сложившихся обстоятельствах.

– От лица попечительского совета присутствуют Глава Рода Леонид Викторович Белых и его советник Анатолий Сергеевич Белых. – оба знакомых Алексею мужчины так же, как и остальные до этого кивнули собравшимся. А Савельев перешёл к представлению остальной пятерки собравшихся, от той самой пятёрки что источала в его сторону в той или иной степени неприкрытую злобу. По крайней мере взгляды, падающие на него, не сулили ничего хорошего. Да что там хорошего – мужчина что сидел рядом с его вчерашним противником и был практически его более старшей копией не скрывал что готов прямо сейчас разорвать Белова на месте своими руками. Никак иначе его выражение лица и взгляд истолковать было нельзя. Стоящий рядом с несомненно отцом, ну или на крайний случай старшим братом, вчерашний оппонент Белова был кроме него единственным кто остался на ногах. С понурым видом, бросая на Алексея злые взгляды он на этом судилище судя по всему также был в числе обвиняемых. Осознание этого совсем жизнь Белова не облегчило, но немного успокоило его раздражение. Значит не одного его судить будут. Могли бы и просто сделать его козлом отпущения, обвинив во всем произошедшем.

– В качестве участников правежа сегодня – Алексей Николаевич Белов

Пришла очередь Алексею делать полупоклон в сторону собравшихся.

– В качестве законного представителя несовершеннолетнего Алексея Николаевича ввиду отсутствия родственников или иных уполномоченных лиц будет присутствующий директор школы.

– Андрей Дмитриевич – привлек к себе внимание Алексей. – Я хотел бы остаться сам своим представителем, несмотря на свой возраст и положение. – брови Савельева поднялись от удивления, но он молча переглянулся с сидевшим рядом Даниловым и видимо не получив возражений от того обратился к Белову.

– Алексей Николаевич Вы четко понимаете суть происходящего?

– Прекрасно понимаю Андрей Дмитриевич и продолжаю настаивать, находясь в твердом уме и ясной памяти что желаю свою судьбу решать только самостоятельно. Как и нести ответственность за свои решения самостоятельно и в полной мере.

Решение, озвученное Савельеву, далось Белову легко. Директора, тем более что он за человек Алексей не знал совсем, и того как он мог повлиять на принятие решения, или вернее кто еще мог повлиять на принятие решения Антоновым, он даже предположить не мог. Так что не стал рисковать, доверяясь по сути совершенно незнакомому человеку. Кроме того, что это было более безопасно. Алексей поймал себя на том что ему претит что кто-то будет иметь власть над его решениями. В прошлой жизни он решал за себя сам, в этой жизни никому по крайней мере при нём новом, он не был нужен и оставался лишь на своем попечении. Так что менять в этой парадигме ничего не хотелось. Да и отвечать сам за себя он привык давно. Полагаться на чьи-то чужие решения, нет уж увольте.

Видно, что проведенная им местечковая эмансипация не имела противоречий в законах, так что возражений со стороны барона и представителя Имперской канцелярии не было. Надежда что совсем уж беззакония никто себе не позволит у Белова была достаточно сильна. Слишком уж неоднородный состав участников сегодня здесь собрался, чтобы допустить их общий сговор. Да и не государственную же измену рассматривают чтобы идти на крайности.

Директор школы кстати, как заметил Алексей облегченно выдохнул, когда понял, что судьба избавила его от ноши быть представителем Белова на правеже. И это подтвердило догадки Алексея что влияние и возможно способ давления на директора, так или иначе кроме присутствующего здесь попечителя в виде Белых старшего, имел еще кто-то. Вдобавок ко всему он поймал полный невысказанной благодарности взгляд директора, направленный в его сторону. Видимо здорово прижали местного руководителя по поводу его судьбы. И решение Алексея избавило его от такой тяжести. Будет теперь отрабатывать роль статиста, теперь его максимум пожурят за воспитание подопечных и вечером он спокойно пойдет к семье с чувством выполненного педагогического долга.

Тем временем Самойлов перешел к представлению оставшихся участников сегодняшнего действа.

– В качестве второго участника правежа сегодня – Александр Григорьевич Борисенко из Рода Борисовых, и его Глава семьи Григорий Валерьевич Борисенко – как законный представитель.

Вчерашний крепыш с понурым взором сделал полупоклон. А сидящий с ним рядом мужчина, оказавшийся, как и подозревал Белов его отцом лишь кивнул. Лишь на мгновение перестав буравить Алексея злобным взглядом.

– В качестве основного свидетеля, произошедшего присутствует Лактюшин Василий Юрьевич из Рода Борисовых, со своим законным представителем, Главой семьи Лактюшеным Юрием Дмитриевичем. – внешне остававшийся спокойным одноклассник Белова сидя рядом со своим отцом бросил в сторону лишь один быстрый взгляд и продолжил любоваться чем-то в окне кабинета. Отец же его внешне выражал полное безразличие происходящим, что вызывало у Белова смутные подозрения. Подозрения что возможно эта гоп компания уже списала его со своих счетов. А весь этот спектакль собран лишь для того чтобы всё вывернуть так как будто один Белов во всем происходящем виноват.

– От лица рода Белых в качестве блюстителя интересов Рода присутствует Глава Рода Борисов Иван Георгиевич. – высокий и крепкий, русоволосый с прямым и уверенным взглядом мужчина олицетворял собой канон славянской породы. На такого смотришь и понимаешь – не перевелись на Руси богатыри. Не было ни малейшей детали, в которой он уступал бы находившемуся здесь конкуренту – Белых.

Завершив представление всех присутствующих Савельев замолчал и обвел кабинет взглядом. Как будто оценивая – все ли готовы к предстоящему действу. Остановив свой взгляд на Белове, взгляд в котором не было ничего веселого он произнес, под общее молчание:

– Приступим к правежу.

Глава 30

17 апреля 1894 года Вторник город Буй Костромской Губернии

– Приступим к правежу.

Фраза барона Савельева прозвучала для Алексея как приговор. Настолько безапелляционным тоном она была озвучена. Если его подозрения верны, то сейчас его виновность облекут в красивую обертку и упакуют в виде пинка под зад из школы. Кроме возможности продолжения обучения и соответственно дальнейшего поступления в посольский приказ, что в первые минуты нахождения в кабинете волновало его больше всего, он может потерять слишком многое из того что он, очутившись в этом мире воспринимал как должное. Пришло запоздалое осознание что этим решением местного аналога суда, его по факту лишат вообще всего. Лишат крыши над головой, банально лишат еды, которую он совершенно спокойно набирает в столовой на поднос три раза в день. А за воротами школы несомненно его будут ждать чьи ни будь молодчики что если и не лишат его жизни, то как минимум постараются сделать её невыносимой. Уже забытое чувство горькой обиды на несправедливость замешенное с раздражением и злостью создавало в нём опасный коктейль эмоций, что был готов поглотить его разум, и побудить совершать необдуманные поступки. Лишь сила воли помогла немного успокоиться и держать лицо соответственно ситуации и окружавшим его людям.

– У нас на повестке два основных вопроса что мы сегодня должны окончательно решить – перешёл тем временем Савельев к сути происходящего. – Первый, нарушение Имперского закона, заключавшееся в нанесении инициированным магом магического удара неодаренному. Сам факт такого удара подтвержден четырьмя свидетелями и самим виновником. Трое свидетелей находившиеся в момент нанесения удара в прямой видимости дали заверенные присягой показания, и ввиду того что они не оспариваются виновной в нанесении удара стороной, привлекаться к участию в правеже не будут.

Единственный стоящий, как и Белов на ногах, тот самый виновник и исполнитель удара казалось весь ссутулился, наверное, невольно хотел стать как можно незаметнее под взглядами окружающих. Не поднимая опущенную голову он всей своей позой казалось излучал сожаления и раскаянье. Но уже следующие слова Савельева, заметно приободрили его.

– Вместе с тем мы не будем принимать поспешные решения и выносить сейчас вердикт с наказанием. Необходимо выяснить все детали произошедшего и уточнить не был ли удар обоснован по той или иной причине. – барон замолчал и снова внимательно смотрел на стоящего напротив Белова.

А посмотреть сейчас со стороны было на что. По мере того как озвучивались слова второй части речи Савельева от лица Алексея отхлынула кровь. И теперь он стоял мертвенно бледный, с сжатыми до боли зубами, стиснув кулаки до боли от впившихся в кожу ладоней ногтей.

Сейчас судя по услышанному оправдывались худшие его подозрения. Ублюдки решили сыграть грязно, в нарушение всех возможных правил и приличий. Конечно место для своей провокации Борисовские выкормыши подобрали грамотно и теперь оставалось лишь их слово против его. Если они изначально именно так и не задумывали, то кто-то им подсказал грамотный выход из сложившегося положения. Таким темпом и крепыша оправдают в том, что он нанес Алексею магический удар. Он де факто проиграл в драке, но может сейчас победить в игре, ставки в которой намного существеннее чем в простом сведении счетов. Он может быть тысячу раз прав. Но не сможет победить в этом разбирательстве. Всё в итоге свалят на него. И горе побежденным. Горе только вкусившему новую жизнь Алексею Николаевичу Белову во всех его ипостасях. Суки, какие же суки. Билось в его голове, пока слова барона зависли над ним как Дамоклов меч.

– Второй вопрос на который мы сегодня должны найти ответ – это установить истину о произошедшем. Степень вины каждого участника – дабы разобраться по чести и, вынести справедливое решение. Если кто попрал честь дворянскую то решение будет строгим. Никчемные людишки в дворянском сословии Империи не нужны – под горькую усмешку Белова закончил говорить Савельев вводную речь.

А представитель Имперской канцелярии всё время что барон говорил внимательно смотрел на Белова. Его взгляд, равнодушный и холодный скользил по лицу Алексея высматривая малейшее проявление эмоций у молодого парня. И когда после завершения речи Савельева в кабинете повисло краткое, но густое молчание он был первым кто нарушил тишину.

– Осмелюсь напомнить, с Вашего позволения господин барон, процедуру правежа для тех, кто не знает нужного порядка. – слова явно предназначались не для умудренных жизнью взрослых мужей. А именно для Алексея. Это понимали все, понял это, и сам адресат и не став спорить или как-то иначе проявлять эмоции, охватившие его. Степенно молчал, сделав над собой невероятное усилие чтобы не возразить той вопиющей несправедливости что, по его мнению, сейчас здесь оформлялась в красивую и самое неприятное в официальную обертку.

– Итак господа – начал Данилов, своим сухим голосом, что в этот момент очень неприятно резал слух Алексея – но я должен спросить прямо. Вы все отдаете себе отчет что все что будет произнесено сегодня в этом кабинете должно быть достоверно, действительно достоверно, без малейшей лжи и в случае попытки обмана понесет за собой законную ответственность? Алексей Николаевич, Вы понимаете это? – резко, неожиданно не только для Белова, но и для остальных собравшихся обратился он к Белову.

– Абсолютно, Александр Сергеевич. Клянусь честью что с моей стороны будут только слова правды и никак иначе. – резкий ответ Алексея, не удержавшегося от намека на возможную нечистоплотность других участников этого процесса, заставил на миг глаза Данилова расшириться от удивления, но тот смог удержаться и промолчать.

Вот только не все смогли сохранить самообладание. Намёк Белова был правильно истолкован всеми, благо он был достаточно явным, да и недалеких среди собравшихся не было. Глупые обычно в среде аристократов не шибко выживают. Так что разразившаяся брань со стороны старшего Борисенко и его разъярённый рык – Да что ты себе позволяешь щенок! – четко указал на адресата Алексеевского намёка.

– К порядку! – отрезвил всех голос барона, что сразу прервал возможную свару. – Говорить все будут только тогда, когда к ним обращаются. И никак иначе! – он обвёл взглядом кабинет и остановившись на Алексее спросил – Возражения есть?

Ответом послужило молчание, а Белов лишь мотнул головой как бы говоря что у него возражений нет.

– Спорить мы здесь не будем господа – продолжил Савельев, переводя разговор в практическое русло, необходимое для проведения правежа. – Лишь настоятельно прошу, и требую, чтобы все, кому будут задаваться вопросы четко и ясно и конечно максимально точно на них отвечала. Только факты и никаких домыслов.

Атмосфера в кабинете и до того бывшая по мнению Белова не очень-то и радостной, сейчас после слов Савельева переменилась полностью в сторону мрачности. Казалось, что даже небо за окном стало как-то серее что ли. А может так воздействовали на него мрачные опасения и мысли о возможном исходе собрания. Бледный, непривычно бледный свет для начала дня освящал помещение, но при этом придавал всему какой-то оттенок безжизненности и уныния. Бросив взгляд на старшего Борисенко, Алексей увидел, как его тонкие губы, плотно сжатые приподнялись в уголке, обозначив легкую ухмылку, предназначенную без малейших сомнений именно ему. И невидимую со стороны барона, и сидящего рядом канцеляриста. А взгляд, устремившийся к Белову при этом был острым и беспощадным. Но как бы в этот момент Белов не был зол, но понимание того что его стараются спровоцировать на эмоции немного отрезвило. Слишком важный момент был сейчас чтобы поддаваться эмоциям. Поэтому Алексей замер и приготовился выслушивать то ведро помоев, что однозначно сейчас на него выльют эти честнейшие и благороднейшие люди.

– Александр Григорьевич Борисенко, будьте любезны в деталях, но кратко расскажите при каких обстоятельствах вчера произошла встреча с Алексеем Николаевичем Белых и что послужило причиной конфликта. И самое важное что послужило причиной нанесения Вами удара магией.

Савельев высказавшись откинулся в кресле, и сейчас всё его внимание было поглощено стоящим рядом со своим папашей крепышом. Взгляд при этом у него был одновременно как-бы ленивым и пронзительным, по крайней мере именно такое впечатление создалось у Алексея, которому чтобы не взбеситься окончательно пришлось отвести глаза от Санька в сторону, и уж так получилось, что стороной на которой он остановился был Савельев.

Голос Борисенко звучал со стороны, и, хотя Белов его внимательно слушал чтобы не пропустить какой-нибудь важной детали, то общий смысл сам для себя он уже предсказал заранее. Общий замысел Борисенко и Лактюшина был на виду, вспомнив брошенную крепышом вчера ещё до начала потасовки тираду: «Не будет никакой дуэли твареныш. Я тебя измордую так, что и мать родная не узнает. И чтобы ты понимал мелочь тупая, я скажу, что ты сам напал, а Василий скажет, что так оно и было.» так что сомнений, как и что будут говорить эти двое у Алексея не было. Как говориться – у них был план, и они ему следовали. Молодцы, что сказать. Обстоятельно подошли к делу. Рассказ тем временем из крепыша с каждой фразой лился всё свободней. Если первые слова ему давались с трудом, то принимая общее молчание за одобрение он видно уверовал в себя и своё возможное избавление от наказания.

– Вчера после полудня я с Василием Лактюшеным беседовал недалеко от здания школы. В один из моментов нашего разговора проходящий мимо Белов высказался в наш адрес фразой «Борисовские подстилки». На что я затребовал от него остановиться и объясниться по этому поводу. Меня ситуация удивила своей неожиданностью и беспринципной наглостью, поэтому я не смог пропустить такое оскорбление не только меня и моего товарища, но и всего нашего Рода. – Борисенко остановился на миг, переводя дух – На моё требование объясниться Белов подошел к нам и встав напротив меня повторил фразу «Борисовские подстилки», добавив, что ничего он нам объяснять не должен. Создалось ощущение что он говорил, как безумец. Так как я посчитал что его слова позорят не только меня, но и весь наш Род то потребовал сатисфакции в ближайшее время, так же я сказал, что извинений ы этом случае будет мало и дуэль должна быть по всем правилам. И оскорбление должно быть смыто его кровью и публично – Лицо Борисенко до этого момента рассказа представлявшее собой маску, озарилось злостью – Я повернулся к Василию чтобы попросить его стать моим секундантом на предстоящей дуэли и в этот момент, когда я отвернулся от Белова – голос Борисенко теперь звенел от злости, а Белов даже восхитился его такой неожиданной актерской игрой, что с интересом и кривой улыбкой теперь смотрел на говорившего – когда я отвернулся, Белов нанес мне удар со спины, который я не мог предвидеть. Да я даже подумать о таком не мог.

Столько искренней обиды сейчас прозвучало в голосе крепыша, что даже Алексей поверил в искренность его слов, не говоря уже об остальных собравшихся. Чьи презрительные в большинстве своем взгляды он начал ловить на себе. Даже Леонид Игоревич осуждающе поджал губы, а уж за галерку с Борисовыми и говорить нечего. Если бы взгляды могли убивать, то он судя по всему уже лежал бы на ковре расчлененным. В принципе Алексей и не сомневался, что Санек говорит с обидой искренне, так сыграть очень сложно, вот только обида его в другом по мнению Белова – в том, что он так бездарно проиграл мелкому мальчишке, в драке которую сам же и начал.

– Когда от этого подлого удара меня пошатнуло, Белов начал наносить удары ногой и еще несколько кулаком. Василий от нас стоял на расстоянии в метрах десяти, поэтому, когда я упал и увидел, что Белов намеревается очередным подлым ударом, теперь с ноги ударить мне в голову не умышленно, а лишь в попытке защититься ударил магией. Только чтобы пресечь еще один подлый удар.

Закончив свою речь Борисенко стоял совсем в другом виде чем её начал. Раскрасневшийся, пылающим праведным негодованием он всем своим видом показывал, как вновь пережитое оскорбляет его.

Хмурый взгляд Данилова внимательно до этого наблюдавший за говорившим снова перешел на Алексея. Таким взглядом смотрят на какое-то насекомое, когда хотят от него избавиться, но брезгуют взять в руки чтобы выкинуть – по крайней мере такая ассоциация сложилась у него от этого взгляда.

Кипящий от внутреннего негодования и злости Белов оставался внешне спокоен. Рассказ Борисенко конечно местами его удивил своей проработанностью, но примерно такого изложения он и ждал. У его противников было время подготовиться пока он лежал без сознания.

– Мы Вас услышали Александр Григорьевич. – тяжело вздохнув и бросив на Белова взгляд произнес Савельев. – Еще то ни будь добавите?

– Нет Дмитрий Андреевич. Я все сказал, как было. – с горячностью, еще не остывшей после своего эмоционального рассказа ответил крепыш.

– У кого-то из присутствующих кроме Алексея Николаевича есть вопросы? – барон, увидев, как до этого вскинулся Алексей, собираясь что-то сказать после речи Борисенко, ненавязчиво осадил того, в самом заданном вопроса указав что Белову сейчас говорить не следует.

– Дмитрий Андреевич да что тут спрашивать? – вскинулся, приподнявшись со стула и обжигая при этом гневным взглядом стоящего Белова. Отец крепыша – Выгнать этого поганца. Не место ему среди порядочных людей. Подлое семя.

Молчавший до этого момента Белов вскипел мгновенно и развернувшись к взбеленившемуся Борисенко старшему сквозь зубы практически прорычал:

– Дуэль. Дуэль насмерть старая тварь. Старая подлая тварь. Такая же, как и твой ублюдок сын.

С яростью, удивившей даже самого себя Белов воспринял оскорбление в сторону родителей. Да он их не знал по-настоящему. Не знал вернее Белов старший. И дело, наверное, было даже не в чувствах мальца, хотя и они сыграли свою немаловажную роль в этой волне ярости. Но образ матери местного Белова, что несмотря на свою болезнь и все те трудности что она прошла, сделала всё возможное для своего сына, эта старая тварь посмела очернить своим оскорблением. И это мгновенно послужило спусковым крючком для того чтобы ярость и обида что и так копились в нем всё это сборище прорвала плотину спокойствия и выплеснулась наружу.

Белова, рванувшегося к опешившему от такой вспышки ярости и невольно отшатнувшемуся на стул, отцу крепыша, в последний момент смог остановить тихо сидевший до этого директор школы.

– Молчать! – Савельев ударил ладонями по столу, заставив вздрогнуть всех присутствующих. Разве за исключением Белова и Борисенко старшего бодавшихся ненавидящими взглядами. Если Алексея держал за плечи подскочивший директор, пытаясь успокоить его как какого-то как озлобленного пса, сорвавшегося неожиданно с цепи, когда хотят, чтобы он не покусал случайных прохожих, то в роли успокоителя Борисенко выступил сидевший рядом с ним глава Рода Борисовых. Ему это удалось намного проще – он просто положил свою правую руку на плечо озлобленного мужчины и этого хватило чтобы прижать его сверху, не давая вскочить. При этом Белов увидел на лице Борисова кривую и довольную улыбку. И только в этот момент в полной мере осознал, что его грубо спровоцировали. Тем самым показывая живое доказательство слов Борисенко младшего о неадекватности и буйности Алексея. Это был грамотный и расчетливый и явно не спонтанный удар что несомненно достиг своей цели и сделал положение Белова еще более угрожающим чем было до этого.