Текст книги "Под тихое мурчание...(СИ)"

Автор книги: Яна Титова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

– Да, в основном, – кивнул Грушев. – Но вообще, я и таксистом одно время работал, и туристический автобус водил…

– О, вот это очень хорошо! Значит, пассажиров вы тоже возили. И с людьми хорошо ладите?

– Ну, в целом – да… – теперь голос Егора зазвучал не очень уверенно, и это не укрылось от его собеседника.

– У нас шоферы возят и грузы, и кошек, и людей, – сказал тот серьезным тоном. – И часто эти люди – тяжело больные, которых сопровождают врачи или родственники. То есть, сами понимаете, ваши пассажиры могут нервничать, могут срываться на вас, и вам надо будет находить с ними общий язык, сглаживать конфликты. Вы умеете это делать?

Грушев заколебался еще сильнее. Перевозить больных ему как-то не доводилось, а со здоровыми пассажирами конфликты иногда случались, и не всегда ему удавалось погасить их в зародыше. Пару раз он долго ругался с особо скандальными личностями, которые потом еще и жаловались на него его начальству – собственно, из-за этого он потом и перешел с живых людей на грузы, с радостью приняв предложение одного из коллег открыть собственную фирму.

Но сообщать об этом новому начальству, понятное дело, не стоило.

– У меня бывали пассажиры в плохом настроении, но обычно с ними удавалось поладить, – сказал молодой человек.

Директор понимающе кивнул. Кажется, неуверенность Егора ему даже понравилась – все выглядело так, словно водитель не пытался сделать вид, что у него никогда не было проблем на работе.

– Отлично, – сказал он, – но это еще не все. К нам скоро – возможно, сразу после Нового года, возможно, чуть позже – приедут наши коллеги из европейских питомников. Что-то вроде… проверяющих, которые следят, чтобы у наших животных все было хорошо. У них, как вы уже видели, действительно все хорошо, но нужно сделать так, чтобы эти… иностранные гости не смогли придраться к каким-нибудь мелочам. Поэтому перед их приездом всем нашим сотрудникам придется еще и заняться уборкой и приведением всех помещений в идеальный вид. Где-то надо будет что-то отмыть, где-то подремонтировать. Справитесь вы с такой работой?

– Ну уж с этим точно справлюсь! – усмехнулся Грушев, вспоминая, как его еще в детстве постоянно заставляли то участвовать в генеральной уборке у родственников, то помогать им переклеивать обои.

– Что же, тогда все замечательно, – улыбнулся глава пансионата. – Можете вы приступить к работе прямо сейчас?

– Да… наверное, – удивился Егор, думавший, что этот разговор был только началом собеседования и что за ним последует еще не одна встреча с кадровиком, начальником шоферов и другими важными шишками.

– Тогда спускайтесь на первый этаж и выходите на улицу через задний выход, – сказал Михаил Александрович. – Прямо перед выходом будет стоянка для машин – она сейчас почти пустая, а за ней гаражи. Спросите там Василия – это наш главный водитель – и скажете ему, что вы от меня. А он вам скажет, что делать. А завтра придете ко мне – мы подготовим ваш договор, и вы его подпишете.

– Конечно… спасибо, – все так же удивленно пробормотал Грушев и вышел из кабинета.

«Быстро тут все делается! Выздоровел за ночь, на работу устроился за пару минут…» – посмеивался он про себя, спускаясь сначала в свою комнату за дубленкой, а потом на первый этаж. Столь стремительное развитие событий могло только радовать: значит, он наверняка и за руль сядет уже скоро, и сможет изучить этот город и все выезды из него. Может, ему даже сегодня поручат что-нибудь – или кого-нибудь – куда-нибудь отвезти…

Его предположения оправдались с лихвой. Гараж, рядом с которым были припаркованы грузовик и микроавтобус, Егор нашел без труда, а знакомство с новыми коллегами заняло не больше минуты.

– Я – Василий, а это – Дмитрий, – сказал ему невысокий, но широкоплечий мужчина лет сорока, мотнув головой в сторону молодого парня, изучавшего что-то в открытом капоте грузовика. – А вот твоя машина, – он подвел новичка к другому грузовичку, поменьше. – Обычно будешь ездить на ней, если не понадобится подменить кого-то из нас.

Грузовичок был явно старым и вообще выглядел не слишком презентабельно, но сейчас Грушева больше волновал другой вопрос, так что он лишь бросил на эту машину мимолетный взгляд, а потом снова повернулся к новым знакомым.

– Скажите, это вы меня подобрали на шоссе и привезли сюда? – спросил он, переводя взгляд с одного водителя на другого. – Я… очень благодарен…

Что еще следует говорить в таких случаях, Егор не знал – все приходящие ему в голову фразы казались чересчур пафосными и неестественными. Но спустя еще мгновение выяснилось, что ничего больше говорить не требуется. Два шофера переглянулись и отрицательно покачали головами.

– Это не мы, – сказал Дмитрий. – Мы ночью обычно не работаем, разве только что-то срочное случится… Это был… другой наш житель, его сейчас нет в городе.

– Но мне сказали, что это был шофер, – удивился Грушев. – А пропуск, чтобы выехать за пределы города, как я понимаю, есть только у вас двоих?

Дмитрий с Василием снова обменялись быстрыми взглядами – словно что-то скрывали от него и не знали, что ему ответить.

– Ты, походу, не так понял, – сказал, наконец, старший водитель. – Пропуск иногда выдают и некоторым другим местным, тем, кому точно можно доверять. Вот один такой человек тебя и нашел. Но ему надо было на время уехать, так что он, после того, как тебя привез, снова укатил.

– А можно хоть узнать, кто это, как его зовут? – спросил Егор, но Василий в ответ лишь небрежно махнул рукой:

– Он все равно надолго уехал. Вот вернется – тогда и познакомишься с ним. Давай лучше с делами разберемся – раз ты теперь у нас работаешь, надо кое-куда съездить за покупками.

– О’кей, – не стал спорить Грушев. Эти двое явно что-то скрывали от него, как и Таисия вчера вечером, но настаивать, выспрашивая у них о своем спасителе, пожалуй, не стоило. Может быть, этот человек вообще уехал из города нелегально, внезапно пришло ему в голову, а шоферы и Тая знают об этом и пытаются его прикрыть. Или даже он сбежал отсюда, и его побег пока не обнаружили… В любом случае, Егору пока следовало сделать вид, что он ничего не заподозрил – пусть думают, что он глупее, чем на самом деле, ему же легче потом будет самому отсюда слинять.

Василий, тем временем, протянул ему ключи от грузовика, несколько купюр и какую-то исписанную бумажку.

– Вот деньги, а вот список того, что надо купить, – сказал он, подведя нового сотрудника к грузовику. – В конце списка – адрес магазинчика, где все это продается. А вот здесь план города, – он залез в кабину и открыл набитый каким-то хламом бардачок. – Разберешься?

– Разберусь, что тут сложного? – пожал плечами Егор, забираясь на водительское сиденье.

План секретного городка, так легко попавший к нему в руки, стал для молодого человека приятной неожиданностью. Он не думал, что сумеет заполучить его так быстро, и теперь прикидывал, стоит ли прямо сегодня, на первом задании, покататься по улицам и найти выезды из города. Пожалуй, стоит, решил молодой человек. Самое время для этого – он здесь новенький, города не знает, вполне может заблудиться, отыскивая нужный магазин. Это вряд ли вызовет у кого-нибудь подозрения.

Егор уже собирался захлопнуть дверь кабины, как внезапно из гаража к грузовику метнулась маленькая черная тень – пушистый кот, похожий на того, которого молодой человек видел позавчера в столовой, или даже тот же самый котяра. Зверек молниеносно запрыгнул в кабину, перескочил через сидящего за рулем Грушева и приземлился на пассажирское сиденье, сверкнув яркими желтыми глазами.

– О, Кусихвост решил составить тебе компанию! – засмеялся Василий.

– Приглядывай за новеньким, Кусихвост! – добавил его помощник, и черный кот, словно соглашаясь с ними, чуть наклонил голову и пошевелил острыми треугольными ушами.

Егор махнул новым знакомым рукой, захлопнул дверцу и, подозрительно покосившись на кота, завел машину. После всего, что он успел узнать о местных кошках, напутствие, данное черному Кусихвосту, вовсе не выглядело шуткой. Как знать, вдруг этот мохнатый «пассажир» попытался бы помешать Грушеву уехать из города, набросился бы на него, вцепился ему в лицо когтями?

Словно подтверждая опасения водителя, кот выпустил длинные когти, сверкнувшие белым на фоне его непроницаемо-черной шерсти, и принялся старательно точить их об уже заметно исцарапанное сиденье. Шоферу очень хотелось спросить, за многими ли новичками этот хищник уже «присматривал», но он все же удержался от этого. Разговаривать с котом, пусть даже и не совсем обычным, как с разумной личностью… это было бы уже чересчур.

Некоторое время Егор изучал план, а потом выехал на дорогу, по которой они с Таей шли вчера в интернет-кафе, и двинулся по ней в центр городка. Вскоре он убедился, что даже главная улица здесь была узкой и выглядела так же «открыточно», как и все остальные – повсюду виднелись освещенные золотым светом витрины, старинные фонари и изящные скамейки, вокруг которых лежали сугробы неубранного снега. Низкое солнце, совсем недавно выползшее из-за горизонта, но уже собиравшееся снова закатиться, подсвечивало облака оранжевыми лучами, придавая городу еще более сказочный вид.

При этом на плане городок оказался не только маленьким, но еще и очень простым в планировке. Все улицы пересекали друг друга под прямым углом, все кварталы были одинакового размера, и только в центре находилась небольшая – по меркам обычного города – круглая площадь. Доехав до нее, Грушев подумал, что идея подольше покататься по городу, чтобы изучить его, была не такой уж удачной: другие водители вряд ли поверят, что он, дальнобойщик со стажем, умудрился заблудиться в такой ситуации. Впрочем, городок был совсем небольшим, так что он вполне мог изучить его и гуляя после работы пешком…

Найти нужный магазин Егору тоже не составило труда. Две продавщицы, узнав, что он новый шофер кошачьего питомника и пробежав глазами его список, понимающе закивали головами:

– Ага, к комиссии уже начали готовиться! Пошли на склад, вместе будем все таскать.

Следующие полчаса Грушев перетаскивал в кузов грузовика коробки с моющими средствами, банки с краской, малярные кисти и еще кучу каких-то вещей, о предназначении которых он мог только смутно догадываться. Судя по их количеству, к грядущей комиссии, что бы она из себя ни представляла, в пансионате готовились очень серьезно. И Егору явно предстояло провести ближайшие месяц или два не только за рулем, но еще и с тряпкой или кистью в руках. Если, конечно, он не сбежит из кошачьего города раньше.

Но думать о побеге пока было рано. На плане Грушев увидел только один выезд из города, за которым начиналась дорога, идущая к Туруханску – в остальном же это маленькое поселение со всех сторон окружала тайга. И можно было не сомневаться, что выезд из такого секретного места хорошо охраняется, хотя, конечно, это все равно стоило проверить.

Егор снова сел за руль и посмотрел на Кусихвоста, который во время погрузки покупок выглядывал в окно и провожал своим желтым взглядом каждую пронесенную мимо кабины упаковку.

– Ну как, все проконтролировал? – хмыкнул молодой человек и завел мотор.

Назад он отправился по другой улице, параллельной той, по которой приехал в магазин. Она проходила чуть в стороне от пансионата, и по ней можно было добраться до выезда, но в последний момент Грушев все-таки передумал ехать туда. «Что ты скажешь охране, которая наверняка там будет? – спросил он себя. – Что заблудился в трех соснах?» Эта мысль казалась логичной, и водитель почти убедил себя, что ему не хочется вызвать подозрения в первый день работы. Хотя он не мог отделаться от ощущения, что дело не только в этом. Было что-то еще – какое-то слабое, едва уловимое предчувствие, говорившее ему, что стоит поскорее вернуться в пансионат. Да еще и кот, почти всю дорогу назад дремавший на сиденье, внезапно проснулся, навострил уши и уставился в окно, нервно дергая хвостом, словно ему тоже зачем-то срочно понадобилось снова оказаться в гараже.

Егор увеличил скорость, въехал на стоянку позади пансионата и увидел бегущим к нему навстречу коллег-шоферов. Оба размахивали руками и что-то кричали, а позади них, возле гаража, виднелся еще один микроавтобус – не тот, что Грушев видел в самом гараже, а какой-то другой, темно-серый и припорошенный снегом. Как раз в тот момент, когда Егор притормозил, собираясь спросить у Василия с Дмитрием, в чем дело, задняя дверь этого микроавтобуса открылась и из него выглянула женщина в длинной меховой шубе. Выбравшись из машины, она сразу же снова сунулась внутрь и вытащила оттуда ребенка лет пяти – закутанного в «сто одежек» и явно тяжелого.

Грушев остановился, распахнул водительскую дверцу и высунулся из грузовика:

– Что-то случилось?

– Молодец, что так быстро приехал! – крикнул ему Василий. – Тут пациентов привезли, некоторые не ходячие, помоги их в пансионат отнести!

Кусихвост перепрыгнул через Егора и выскочил из кабины на снег – а потом иссиня-черной тенью метнулся к мини-вэну. К женщине, державшей на руках ребенка, и к другим вылезающим из салона людям.

Глава IX

За ту пару минут, что понадобились Егору, чтобы вылезти из грузовика и закрыть кабину, из микроавтобуса выбрались не меньше десятка человек. Двоих – мужчину и женщину – по очереди вытащили Василий с Дмитрием и усадили на снег возле мини-вэна, остальные вышли сами. Все были в толстых шубах или дубленках, а поверх них, к тому же, кутались в накинутые на плечи клетчатые шерстяные пледы, словно там, откуда они приехали, было еще холоднее, чем в кошачьем городе, и словно в машине, которая привезла их сюда, не работала печка. Хотя, может, так оно и было?

Грушев подбежал к мини-вэну и протянул было руки к женщине, державшей ребенка, собираясь забрать его у нее, но внезапно позади него раздался голос запыхавшейся Таисии:

– Стой, ребенка я сама донесу, помоги кому-нибудь более тяжелому!

Егор оглянулся на девушку и в очередной раз машинально отметив про себя, что он не слышал, как она подбежала к нему. Но удивляться было некогда, и он снова повернулся к пассажирам мини-вэна. Его коллеги-водители уже повели к пансионату едва передвигающего ноги мужчину, обхватившего их за плечи, так что Грушев подошел к сидевшей рядом с машиной женщине:

– Обнимите меня за шею и держитесь!

На первый взгляд эта дама выглядела довольно полной, но когда он взял ее на руки, она оказалась совсем легкой – видимо, все дело было в надетой на нее объемной пушистой шубе.

– Спасибо вам, – тихо сказала она, пока Егор нес ее к черному входу в пансионат, а потом вдруг добавила, возвысив голос: – Пусть судьба вознаградит вас за вашу доброту!

– Да не за что, мне не сложно… – смущенно пробормотал молодой человек, не зная, как реагировать на такую неожиданно горячую благодарность.

Ему и правда было удивительно легко нести ее, словно это был не взрослый человек, а ребенок лет пяти-шести. Мало того, даже сквозь ее толстую меховую шубу он смог почувствовать, что эта женщина была страшно худой, словно в руках у него был живой скелет. При этом лицо у нее было вполне обычным, не исхудавшим и осунувшимся, как у людей, которые долго голодали.

– Егор, сможешь дверь открыть? – послышался сзади голос Таисии.

Грушев оглянулся на девушку – она шла следом за ним с ребенком на руках, но ей явно было тяжелее, чем ему, так что двигалась она гораздо медленнее. Еще дальше, постепенно догоняя ее, к пансионату шли, поддерживая друг друга остальные вновь прибывшие, а в самом хвосте ковыляли отставшие от всех Василий с Дмитрием, теперь уже почти тащившие на себе первого пациента.

– Сейчас открою! – крикнул Егор в ответ и еще быстрее зашагал к черному входу.

Перед дверью он перехватил свою ношу поудобнее, перевесив ее на левую руку, и правой не без труда дотянулся до дверной ручки и дернул ее на себя. Женщина, которую он нес, чуть слышно охнула.

– Извините, – сказал Грушев, оглядываясь по сторонам. – Сейчас впустим остальных и сами тоже войдем.

– Да конечно, не торопитесь, – отозвалась женщина все тем же тихим голосом. – Я не так уж замерзла, могу подождать…

– Долго ждать вам теперь не придется, – пообещал Егор, и она слабо улыбнулась:

– Я ждала этого всю жизнь – несколько минут точно ничего не решат.

К двери приблизились двое обогнавших Таисию пассажиров – их лица были почти полностью закрыты низко надвинутыми шапками и поднятыми шарфами, так что их невозможно было разглядеть, но со стороны они показались Грушеву глубокими стариками.

– Спасибо вам, – сказал один из них, когда они проходили мимо Егора, и его голос оказался совсем молодым, чуть ли не как у подростка.

После него в пансионат прошла, пошатываясь, Тая – она только кивнула Грушеву с напряженным видом, полностью сосредоточенная на том, чтобы не уронить тяжелого ребенка. Следом за ней шла еще одна женщина, на вид вполне здоровая – остановившись рядом с Егором, она протянула руку к дверной ручке.

– Идите, отнесите ее внутрь, я подержу дверь, – предложила она, и Грушев, благодарно кивнув, устремился со своей подопечной в тепло – он лишь теперь начал чувствовать, что на улице довольно морозно. «Видимо, это родственница кого-то из больных или, может, сиделка», – подумал он, поднимаясь по ступенькам.

Кто-то включил на этой обычно темной лестнице свет, а со второго этажа доносился шум множества взволнованных голосов. Егор ускорил шаг, торопясь дойти до этого этажа и узнать, куда нести пациентку дальше, и с легкостью обогнал Полуянову, но потом ему навстречу вдруг выбежали несколько кошек – уже знакомый молодому человеку серо-полосатый Мышебор в окружении таких же полосатых собратьев, которых Грушев пока не отличал друг от друга. Все они бросились навстречу Егору и замельтешили перед ним, нетерпеливо подпрыгивая и приподнимаясь на задние лапы.

– А ну брысь! Дайте пройти! – шикнул на них молодой человек, и к его немалому удивлению, молодые коты послушно разбежались в разные стороны. Только Мышебор продолжил вертеться прямо перед Грушевым, не обращая на его окрики ни малейшего внимания.

– Как они вас слушаются… – женщина, которую Егор нес, скосила глаза на кошек, а потом с уважением посмотрела на него самого. – Вы, оказывается, здесь большая шишка!

– Да не сказал бы… – пробормотал водитель, сворачивая в коридор второго этажа и пытаясь сообразить, куда ему следует идти дальше.

Несколько ближайших к выходу на лестницу дверей были открыты нараспашку, и в одну из них как раз в этот момент кто-то вбежал – Грушеву показалось, что он узнал одну из работавших в пансионате медсестер. Из-за другой двери снова послышались напряженные голоса, тоже смутно ему знакомые: там явно о чем-то спорили еще двое местных сотрудников. Егор шагнул к этой двери, но в следующий момент из комнаты напротив выглянул взъерошенный Константин, сразу же поманивший его к себе:

– Давай сюда, здесь койка свободная!

Грушев метнулся в его сторону и снова едва не наступил на путающуюся под ногами кошку, на этот раз трехцветную Вкусилису.

– Пшла! – прикрикнул он на нее, и она, изогнувшись дугой, боком отпрыгнула к Косте.

«Похоже, коты и правда начали меня слушаться, с чего бы это вдруг?» – машинально отметил про себя молодой человек, входя в комнату и направляясь к застеленной белоснежной простыней кровати. Одеяла и подушки на ней не было – Егор краем глаза увидел какой-то большой белый комок на стоящем в углу кресле, но приглядываться к нему не стал, решив, что Костя просто не успел подготовить комнату для приема гостей. Но с этим можно было разобраться и позже.

Грушев осторожно опустил женщину на кровать и сразу же метнулся обратно к двери, а выскочив в коридор, бегом бросился на лестницу. Навстречу все еще тяжело поднимающейся по ней Таисии с ребенком.

Идти вверх по лестнице с чересчур увесистой ношей, да еще не имея возможности хвататься за перила, девушке было совсем трудно. Егор обнаружил ее в самом низу, поднявшуюся всего на несколько ступенек и уже практически выдохшуюся.

– И зачем было мне говорить, что та тетка тяжелее?! – возмущенно накинулся на нее молодой человек, выхватывая у нее из рук ребенка и прижимая его к себе.

– Осторожнее! – испуганно вскрикнула Полуянова. – Только не урони!

Юный пациент действительно оказался более тяжелым, чем та почти невесомая женщина, но Грушеву за свою жизнь приходилось таскать куда более тяжелые грузы, так что он без особых усилий зашагал вверх по лестнице. Девушка уцепилась за перила, шумно вздохнула и поспешила следом за ним.

– Я боялась… что ты его уронишь… – с трудом выговорила она. – У тебя же нет опыта… в переноске больных…

– Ха, у меня со старших классов есть опыт переноски пьяных товарищей! – усмехнулся в ответ Егор.

Ребенок у него на руках тихо хихикнул, и молодой человек лишь теперь посмотрел на него. Если в первый момент шоферу показалось, что это был мальчик лет пяти, то теперь ему стало ясно, что на самом деле он старше – скорее всего, ребенку было уже лет семь, хотя для своего возраста он все же был слишком маленьким и легким. Весил бы он, как обычный семилетний мальчишка – и хрупкая Тая вряд ли вообще смогла бы его поднять.

– Сравнил! Пьяных товарищей можно сколько угодно ронять и вообще по земле волочить! – несмотря на усталость, в голосе Таисии зазвучали ее обычные язвительные нотки.

Мальчик снова хихикнул, но потом вдруг посмотрел на Грушева не по-детски серьезным взглядом:

– Меня действительно нельзя ронять, я себе обязательно что-нибудь сломаю, если упаду. Кости слишком хрупкие.

– Да… понятно, – Егор слышал о таком заболевании, но понятия не имел, что ему теперь ответить ребенку. – Но можешь не беспокоиться, тебя я точно не уроню, – пробормотал он, наконец, торопясь поскорее донести его до кровати.

Полуянова забежала вперед, скрылась в коридоре, а потом снова выскочила на лестницу, призывно размахивая рукой:

– Егор, сюда, я покажу, в какую его комнату нести!

Вокруг водителя по-прежнему кружили кошки, но теперь они держались от него на некотором расстоянии и не лезли под ноги – он даже удивился такой дисциплинированности от этих своенравных животных. Они не помешали Грушеву пройти в ту же комнату, куда он до этого отнес женщину, и положить мальчика на соседнюю кровать, и лишь когда он отошел в сторону, пятеро котов запрыгнули к ребенку на постель и улеглись вокруг него. Егор отступил к двери, и взгляд его упал на соседнюю кровать. Женщине, которую он отнес туда, помогала снять шубу одна из работниц пансионата. Под шубой пациентка была одета в теплый вязаный лыжный костюм, и молодого человека поразило, насколько худым оказалось ее тело – на кровати словно лежал живой скелет, обтянутый кожей, но без мышц. Несколько кошек в нетерпении замерли возле ее кровати, поставив передние лапы на матрас, но пока не запрыгивая к ней.

– Это называется мышечная дистрофия, – сказала пациентка помогавшей ей женщине. – Еще год назад я кое-как могла ходить, по стеночке – но про ваш приют тогда еще не знала.

– Я знаю, нам сообщили обо всех, кто должен приехать. Но мы вас ждали только завтра, – ответила ей сиделка. – Сегодня не готовы были, вы извините…

– Да мы и должны были завтра приехать, но вчера в Красноярске к нам еще одна женщина присоединилась, у нее что-то экстренное, – ответила истощенная пациентка. – Водитель гнал, как Шумахер! Если бы не авария, мы бы еще раньше сюда примчались.

– Господи, вы еще и а аварию попали?! – охнула ее собеседница.

– Да, к счастью, в небольшую, столкнулись в Туруханске с какой-то легковушкой. Никто не пострадал, но одна наша девочка, похоже, сильно испугалась – молчала всю дорогу, мать никак не могла ее растормошить… Скажите, ваши питомцы ведь смогут ее успокоить? Если уж они с неизлечимыми болезными справляются…

– Наши питомцы все могут, – заверила сиделка, и одна из кошек, словно посчитав ее слова руководством к действию, прыгнула на край кровати и прижалась к лежащей на ней женщине.

Грушев, видя, что здесь от него больше ничего не требуется, отступил в коридор и огляделся, пытаясь понять, нужна ли где-нибудь еще его помощь. Двери большинства комнат по-прежнему были открыты, и из-за них доносились нервные голоса, но кошек больше нигде видно не было – похоже, все они разбежались по комнатам, готовясь лечить вновь прибывших. Молодой человек медленно зашагал мимо этих дверей, бросая быстрые взгляды внутрь – он решил найти Таисию и спросить у нее, что ему теперь делать.

Двери комнат, в которых сотрудники пансионата помогали гостям расположиться, начали закрываться, но не до конца. Все они оставались слегка приоткрытыми – для кошек, догадался Егор, вспомнив, как четвероногие целители менялись в его собственной кровати. Но заглянуть в большинство комнат теперь было сложно, так что водитель дошел до одной из стоящих у стен банкеток и уселся на нее, решив дождаться, когда Тая выйдет в коридор. Что-то подсказывало ему, что он действительно еще может ей понадобиться.

Ждать пришлось недолго – минут через десять из комнат стали выходить, все так же не до конца прикрывая за собой двери, местные служащие. Вскоре вышла и Полуянова. Быстро оглядевшись и увидев Грушева, она заспешила к нему, одновременно жестом подзывая его к себе.

Егор вскочил и бросился ей навстречу.

– Слушай, можешь еще кое-чем мне помочь? – шепотом заговорила девушка, оглядываясь на не закрытые двери. – Надо быстро найти и принести сюда еще одного баюна. Все наши коты уже заняты, надо попросить у кого-нибудь, кто живет поблизости…

– Конечно, пошли поищем, – кивнул молодой человек, но девушка покачала головой:

– Сбегай один, мне надо еще в аптеку забежать. Тут многим пока еще лекарства нужны.

– Хорошо, только… у кого мне кошку-то попросить? – с сомнением уточнил Грушев. – Я же тут никого не знаю!

– Да позвони в любую квартиру и скажи, что ты из пансионата, – объяснила Полуянова. – Нам тут многие котов одалживают, если нам своих не хватает. Можешь сунуться в третий дом на Синей улице – это та пятиэтажка, напротив которой заканчивается наша аллея, помнишь? Звони там в любую квартиру!

– Ладно, сейчас, – Егор развернулся в сторону лестницы и оглянулся на Таю, но та снова помотала головой:

– Иди один, я через другой выход пойду, так быстрее!

С этими словами она вприпрыжку двинулась дальше по коридору, завернула за угол… и ее шаги мгновенно стихли.

Грушев с трудом поборол соблазн добежать до угла и посмотреть, куда она исчезла. Напомнив себе, что ему надо быстрее принести кота или кошку кому-то тяжело больному, молодой человек поспешил к выходу на лестницу, пообещав себе, что в следующий раз он обязательно разберется в этой странности местных жителей.

Возле ближайшего к пансионату дома молодой человек на мгновение заколебался – ему все-таки сложно было представить, что местные жители разрешат взять их питомца незнакомому человеку. Даже если они и правда хорошо знали всех, кто работает в пансионате – с ним-то никто из них знаком не был. Но если бы у Таисии были сомнения, что ему отдадут кота, она бы, уж наверное, не стала давать ему такое задание.

Егор подошел к крайнему подъезду, распахнул дверь, машинально отметив, что в местных домах, похоже, нет домофонов, и, взбежав на площадку первого этажа, позвонил в одну из квартир.

Глава X

Дверь – простую, деревянную, всего с одним замком – долго не открывали. За ней слышалось громкое и протяжное кошачье мяуканье, но других звуков Егор, как ни старался, уловить не смог. Он уже решил, что хозяев нет дома, и собрался звонить в следующую квартиру, но внезапно услышал еще какие-то шорохи, похожие на тяжелые шаркающие шаги, за которыми последовал щелчок замка. А потом дверь со скрипом распахнулась, и на лестничную площадку выглянула полная пожилая женщина, закутанная в серый пуховый платок.

– Здравствуйте… – пробормотал Грушев, удивленный, что она даже не спросила из-за двери, кто там, не говоря уже о том, чтобы сначала приоткрыть ее на цепочке. – Я из пансионата, и мне бы, если можно…

– Опять баюнов не хватает? – перебила старушка незваного гостя и отступила назад, в квартиру, жестом приглашая его тоже войти. – Я всегда говорила этому дурачку Мишке, что нельзя раздавать медикам так много котов, что в приюте должна быть большая популяция, но разве ж он будет слушать старших? Он же лучше знает, как надо дела вести, не то что мы, старики! Он же хочет как можно скорее по всему миру баюнов распространить, а что их может здесь не хватить, ему самому в том числе – так это ж мелочь! Это ж частность – а он у нас глобально мыслит!..

Не переставая ворчать, хозяйка двинулась вглубь квартиры по узкому темному коридору – впрочем, он был бы более широким, если бы вдоль обеих его стен не возвышались до самого потолка полки с книгами, газетами и туго набитыми чем-то бумажными папками. Егор захлопнул входную дверь и тоже шагнул в коридор, в конце которого светилось две пары кошачьих глаз, зеленая и желтая. «Интересно, кем эта бабуля приходится нашему директору, если называет его Мишкой?» – усмехнулся он про себя, но потом заставил свои мысли переключиться на более важные вопросы. Старушку надо было поторопить – в пансионате ее кошек ждал кто-то неизлечимый.

– Мне действительно нужен баюн, к нам только что привезли сразу много пациентов, и одному не хватило… – заговорил молодой человек, но хозяйка снова перебила его:

– Да знаю я, как у вас это бывает – всегда все не слава Богу, всегда больных неожиданно привозят, всегда кошек не хватает, все делаете в последний момент, всегда вам помощь требуется… Возьмешь всех моих котов, а не одного – мало ли, что у вас там еще случится, нечего из них все силы высасывать!

– Всех я не унесу! – испуганно запротестовал Грушев. Пока он видел только две пары кошачьих глаз, но интуиция подсказывала ему, что у такой ярой защитницы котов-баюнов, скорее всего, обитает гораздо больше животных. И словно подтверждая его мысли, хозяйка распахнула дверь комнаты, из которой ей навстречу выбежали еще несколько кошек и целый выводок маленьких котят.

– Сразу видно, что вы недавно там работаете, – продолжила ворчать пожилая женщина, подхватывая на руки одного из котят, – наверное, вы вообще новенький в городе, правильно я понимаю? Иначе знали бы, что нести никого не надо, они сами за вами побегут.

Грушев представил себе, как он пойдет к пансионату во главе длинной кошачьей процессии, и чуть слышно фыркнул. К счастью, хозяйка кошек этого не расслышала – иначе она наверняка разразилась бы еще одним ворчливым монологом. Она же вместо этого взяла на руки еще одного кота, светло-рыжего и заметно более крупного, и с торжественным видом вручила его Егору: