Текст книги "Апокалипсис для избранных (СИ)"

Автор книги: Ян Сикоревич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 60 страниц)

***

Постовой по имени Сверкающий Луч так и не дождался Скользкой Тени. Прождав ещё три дня, он отправился домой, чтобы узнать, почему не явился сменщик. Сильное подозрение было на то, что старый индеец мог попасть плен к врагам. И если так, то наверняка отрезали голову для изготовления сувенира тсандзы. Дикий обряд был чем-то заурядным для племён этого лесистого горного края, куда боялись ступить жители окрестных деревень. Даже дети, воспитанные в суровости и жестокости, спокойно говорили об этом. Однажды Сверкающему Лучу пришлось, стоя за большим деревом, услышать такой разговор между двумя девочками, одна из которых была его дочерью.

– Послушай Твина, – заискивающе произнесла Иу, дочь Сверкающего Луча, спроси свою маму или она разрешит тебе, если я попрошу, обменять тсандзу, которая висит у вас сбоку жилища, на несколько засушенных бабочек из моей коллекции? Она мне очень нравятся.

Грустная Твина оживилась.

– Ты прочитала мои мысли, я сама хотела предложить тебе такой обмен. – Но, извини, Иу, – ответила девочка, – той головы уже нет, ее украли. Но моя грусть была недолгой. Вчера ее место заняла голова вора.

– Получилось так здорово, удачная тсандза! – похлопала в ладоши Иу.

– Не перебивай, откуда у тебя эта привычка? – возмутилась Твина и продолжила:

– Папа нашёл вора, отрезал ему голову и сделал, как подобает в таких случаях из него сувенир, вождь разрешил! Но я, – глаза девочки затуманились, – лишилась лучшей подружки. Теперь дочка вора не хочет со мной играть. Говорит, что потеряла отца из-за меня, а я тут причем?! Её папочка теперь висит при входе. Я боюсь домой заходить, ещё укусит.

– Не бойся, не укусит, – улыбнулась Иу, – голова мертва. Скорее берегись острых зубов бывшей подружки, его дочки.

– Стой, Твина, – внезапно дёрнула за косу подругу дочка Сверкающего Луча Иу, – сделаем так. Я хочу тебе помочь, дам тебе, как и договорились, бабочек за сувенир из головы ее папы. Ты хотела этой девочке подарить бабочки, чтобы задобрить. Я тебя разгадала.

– Только бабочки не заменят папу, – с грустью произнесла Твина.

Иа хлопнула себя по лбу.

– Сделаем так. Голову, которую обменяю на бабочки, я верну твоей подружке и у нее опять будет дома папа. Она сможет играть с его головой. А ты ей дай впридачу и бабочек.

Твина просияла.

– Как ты здорово придумала. Только ведь у тебя не будет ни бабочек, ни тсандзы.

– Не переживай Твина, зато у меня будешь ты.

Сверкающий Луч стоял позади толстоствольных деревьев и с грустью думал, что в произошедшем ребёнок не виноват. Его сердце не совсем очерствело.

Дети не услышали, как индеец тихо одними губами прошептал:

«Доченька, скоро у тебя будет новая тсандза и бабочек тебе насобираю». Воин радовался какая у него щедрая, умная и хорошая дочь.

И разве можно осуждать тигра за то, что он приносит домой детям растерзанную антилопу.

***

На этот раз Сверкающий Луч, три дня был в пути. И вот, оказавшись в племени, склонился индеец ниц перед вождём, поцеловал пальцы ног, и сделал неприятное сообщение: на пост не вернулся Скользкая Тень. После известия, что верный друг пропал, Мудрый Скорпион решил никого не посылать, а самому выяснить, что произошло. Шуар не сомневался, что Скользкая Тень сейчас в трудных обстоятельствах, но не в безнадежном положении. Он, вождь, обязан его спасти. Мудрый Скорпион знал, что в пещере, которую охраняют шуары кроме несметных богатств и знаний находится кристалл времени. Посмотреть бы в него поскорее, да узнать, что произошло на самом деле. Положив под язык несколько листьев коки для выносливости, старый вождь отправился в путь. И промелькнули перед глазами лес, подъемы, спуски, да крутые обрывы. Вот и знакомый яку армана и бурный поток под ним. Остаётся только смело нырнуть, но тонко рассчитать, чтобы не оказаться под главным каскадом. Иначе – смерть. С первой попытки проплыть под скалой не удалось. Вначале не хватило дыхания, а потом и сил. Ждать, когда упадёт уровень воды, вождь не мог, время поджимало. И только с третьей попытки, невероятным усилием воли удалось достичь тайного грота. Наконец, голова Шуара высунулась из воды. Легкие судорожно вдохнули воздух. Вождь, не отдышавшись, бросился к треугольнику времени. И кристалл рассказал всю правду…

Положение Скользкой Тени было ужасным. Хотя, несмотря ни на что, оставалась маленькая надежда, но и её прервал внезапно голос, «рассекая» голову изнутри своим хриплым тембром:

– Слушай, вождь! Я посланник богов! Наступил момент, которого ждали твои сородичи на протяжении долгих тысячелетий. И сейчас, ты должен узнать истину…

Вскоре, Мудрый Скорпион узнал, что предстоит сделать. С ним разговаривал невидимый посланник богов.

Шуара наполнился гордостью, что почётная миссия выпала на долю времён его правления, а не на отца или кого-то из потомков. Ведь теперь останется память о Мудром Скорпионе на многие тысячелетия, а может и на всё существования мира.

Но почетная миссия была связана с убийствами. Ему придётся посылать воинов в дальние походы, чтобы уничтожать врагов человечества – изгоев.

Если они останутся, как объяснил посланник богов, то человечество будет лишено возможности подняться в высший мир блаженства и зажить счастливой жизнью.

Сделав сообщение, и дождавшись, когда вождь поклялся своей жизнью, что выполнит поручение, изображение посланника исчезло с грани настоящего, превратившись в дымку. И тут же мысли вождя переметнулись в глубокую думу о друге. Сердце вождя сжалось от сознания того, что жизнь Скользкой Тени висит на волоске.

Кристал, повернутый к лицу вождя гранью настоящего, начал свой рассказ.

Когда вынули кляп со рта Скользкой Тени, тот заговорил, обращаясь к воинам малаката, пленившим его:

– Я понимаю, вам хочется меня убить и использовать плоть, как заблагорассудиться, а возможно, и съесть.

Воин племени малаката, обнажая гнилые зубы, рассмеялся…

– А ты догадливый. Мы трое суток ничего не ели, любимые тапиры здесь не водятся, – индеец радостно смотрел на пленника.

Еще бы. Такая удача! Знаменитый шуара у них, и с ним, можно делать все что угодно. Он продолжил:

Ну, а всякой падалью питаться не привык.

– Спасибо, что не считаешь меня падалью. Но послушай. – Скользкая Тень поднял голос прибавил голос, а индейцы напрягли уши.

– Убить меня и зажарить на костре всегда успеешь. Но тогда не узнаешь, где зарыт слиток золота. А ведь у белого человека ты сможешь обменять на него острый металлический нож.

Воин задумался… А после, ответил:

Дело говоришь, возможно, ты и прав, могу еще сутки не есть, говори, где зарыл слиток, тогда разрешим, выбрать смерть, какую хочешь.

Индеец приставил нож к горлу Скользкой Тени. Сторож хранилища богов решительно мотнул головой.

– Убери свой тупой нож. Я все равно в вашей власти. Скажу, – несколько капель крови, выдавленные из горла индейца, словно подтвердили правоту его слов.

***

Спустя час обещанное было найдено. Старый индеец держал слиток в тайнике, на всякий случай. Запасливый и предусмотрительный шуара знал психологию человека. Это была своего рода западня, которая давала шанс выжить. Тут же возник спор, благодаря жадности два малаката никак не могли выяснить, чьим будет золотой слиток.

И наконец, после ругани и бесполезных убеждений, они сошлись в смертельной схватке. Ножи и копья были отброшены в сторону. Правила чести не позволяли им сражаться со своим соплеменником вооруженным. Клубок из двух человеческих тел несколько минут метался по полянке, выдавив траву на ней, как асфальтный каток.

То один, то другой индеец оказывался сверху. Наконец, младший из малаката захрипел. Пальцы его соплеменника все сильнее сжимали горло врага.

– Все, – выдохнул старший из малаката. Индеец под ним перестал шевелиться. – Одним братом у меня меньше. Зато через месяц у меня будет новый острый нож.

Окровавленный воин с тяжелым выдохом обессиленно повалился на траву.

– Брата, хоть зарой, а? Ведь гиены сожрут его тело, – побеспокоился связанный по рукам и ногам лианами Скользкая Тень.

– Не твоя забота, шуар. Сейчас же выбирай свою смерть, мне некогда.

Скользкая Тень продолжал игру, пытаясь продлить свою жизнь.

– Подожди меня убивать. Я хранитель библиотеки богов и сокровищ, – проговорил шуар и выплюнул кровь со рта.

Молоката вскочил на ноги, ошарашенный такой вестью.

– Почему раньше не сказал? – И вдруг, приняв решение, индеец только что ставший братоубийцей, закричал:

– Жить хочешь? Веди меня туда. Клянусь своими детьми, покажешь вход, ослеплю, чтоб забыл мое лицо, и отпущу на все четыре стороны.

– Нет, я не могу нарушить клятвы, – Скользкая Тень играл в кошки-мышки с жадным врагом. Он понимал, что тому не терпится стать обладателем сокровищ.

А такая возможность: поймать главного хранителя пещеры с сокровищами богов предоставилась, может быть, раз в жизни.

Шансы, остаться в живых у Скользкой Тени увеличились ровно наполовину.

Воин развязал пленному ноги, но оставил руки в плену сплетенных лиан. Как назло, на голову Скользкой Тени спрыгнула какая-то шальная обезьянка и понимая, что тряся головой тот не сможет ее сбросить. Обезьяна же во время ходьбы колотила шуара по голове и царапала тому лицо.

Идти пришлось недолго. Скользкой Тени ничего не оставалось, как рассказать как проплыть под водопадом, чтобы попасть в пещеру с сокровищами. У Скользкой Тени сжалось сердце. Впервые он приходил сюда пленником. Индеец малаката опять связал врагу ноги лианами положил того на муравейник. Потом, предвкушая то, что увидит внутри пещеры, произнес:

– Я думаю, до моего прихода они тебя сожрут полностью, желаю им приятного аппетита.

Муравьи, недолго думая, занялись привычным делом. Когда к ним попадала жертва, то они вначале деловито окружали ее слоем в кулак, а потом начиналось пиршество. Скользкой Тени оставалось только наблюдать, как муравьи слой за слоем стали покрывать тело. А тем временем индеец малаката, хищно улыбнувшись и пожелав шуару хорошо провести время, удалился под сводом грота. Скользкая Тень ему все рассказал, но он почему-то не сомневался, что тот из пещеры живым не выйдет.

Все так и случилось, как предполагал хитрый шуар. Лишь только голова измученного смертельной схваткой индейца показалась внутри грота, как он получил удар камнем по голове.

Это была работа Мудрого Скорпиона.

Стонущего врага вождь бросил в пещере. Вынырнув с противоположной стороны, быстро разыскал друга. Скользкая Тень корчился от боли. Насекомые принялись за пиршество, но индеец был ещё при сознании. Мудрый Скорпион подтащил друга, покрытого панцирем из муравьев к водопаду. Под струей воды насекомые начали нехотя спадать. И наконец, последнее насекомое исчезло в водах горной реки.

Скользкая Тень ни на секунду не потерял сознание.

– Спасибо, вождь.

– Да что ты, Скользкая Тень. Тебе спасибо. Такого натерпелся, как ты все предвидел?

– Я не предвидел вождь, я видел в кристалле, – и на обезображенном укусами лице расцвела улыбка.

Мудрый Скорпион улыбнулся в ответ.

– Я знаю, я видел в треугольнике тебя и то, как ты малаката приведёшь к гроту. И потому, был готов встретиться с врагом.

Вождь шуара задал следующий вопрос:

– Скажи, зачем же дал себя пленить, если знал, что ждут враги?

– Мудрый Скорпион, а иначе бы ты не пришёл сюда.

– Ты прав, как всегда, Скользкая Тень. Сможешь сам идти или…

– Вождь, я останусь здесь, я же хранитель. А раны заживут, поищу коренья целебные, не беспокойся.

В этот момент к нему на плечи прыгнула назойливая обезьянка, которая колотила шуара по голове всю дорогу до пещеры, когда тот был пленником. Сейчас же Скользкая Тень сгреб маленькое животное. Это был детёныш. Теперь ему будет не так одиноко.

Мудрый Скорпион без прощания пошел обратно. Он был задумчив, ведь предстояло собрать племя шуаров и рассказать всё как есть. Он не сомневался, что ни один индеец не откажется выполнить приказ. По сути, это не приказ – это воля богов.

Глава 7

Экспедиция на корабле

1

Почему, когда человек оказывается на палубе корабля, ему начинает казаться, что ждет его замечательный отдых, полный солнца, улыбок и всевозможных маленьких радостей, которым сопутствует мерное покачивание на волнах, как в люльке, и едва различимый гул мотора под аккомпанемент мелкого дрожания палубы.

И сразу разомлевшей психике кажется, что мир прекрасен и полон неожиданных сюрпризов, которые свалятся тебе на голову сразу или распахнутся книжкой-раскрывалкой. И даже противные мысли из страны Озабоченность, пристающие, как назойливые мухи, разлетятся на время, словно их никогда и не было.

Ну, а если к этому еще примешивается мистика?

Дело в том, что когда подъехали к пристани и глянули на корабль, то у всех забились лихорадочно сердца.

Их ждал знакомый корабль со странным названием «Навуходоносор».

Что за чудеса? – подумал Хьяльти. – Мы же четыре часа тому назад расстались с гостеприимным Буэнос-Айресом, где стоял на причале этот самый корабль. Не мог же он переместиться по воздуху из Ла-Платы в Амазонку через территорию всей Бразилии?! Но на этом сюрпризы не закончились.

Ещё больше удивился Хьяльти, когда увидел приветливого капитана, стоявшего на палубе и широко улыбающегося.

Как только они поднялись на борт, Хьяльти подбежал к капитану.

– Что случилось? Как вы оказались тут?

Капитан озадаченно почесал затылок и ответил:

– Как только вы сошли с борта в Аргентине, мой боцман посетовал: «Такая приятная компания, весело прошёл бы рейс, а остались одни китайские делегации и парочка команд в гольф из Штатов, да две с половиной калеки туристов».

Я же ему ответил, что может еще с вами встретимся. И как видите – оказался прав. Но не думал, что это произойдет в тот же день. Вы Хьяльти не шутите. Мы никуда не отплывали. Это вы передумали и вернулись на корабль!

– Не верите, – Хьяльти весь позеленел от злости и досады! – Мы сейчас в Амазонии.

– Я еще не сошел с ума! – капитан повертел у виска пальцем показывая на руководителя экспедиции.

Но тут вмешался помощник капитана.

– Капитан Дорчига. Слева за бортом у нас океанский лайнер «Ветры Амазонки». Он сроду не заходил в воды Ла-Платы. Я плавал на нем десять лет. Мы в Бразилии.

Доклад помощника прервал матрос с последней информацией по радио от руководства компании.

– Капитан, разрешите доложить? – вопросительно произнес матрос. Дорчига кивнул.

– Компания предлагает войти в Амазонку и высадить экспедицию Хьяльти в том месте, где река становится недоступной для нашего корабля по осадке.

Капитан испуганно вздрогнул головой: «Убедили!» – произнёс он, а потом пригласил членов экспедиции отдохнуть в кают-компании, перекусить сэндвичами с прохладительными напитками. А сам Дорчига отправился к себе в каюту выяснять отношения с Хьяльти.

– Мистика! – Вы слышали о подобном? – капитан почти в ухо кричал руководителю экспедиции.

Весь корабль перенесся в пространстве над территорией страны и ничего с нами не произошло. Я только увидел, что мы попали в туманное облако и все.

Проделки нечистой силы! – закончил капитан, утвердительно подняв указательный палец над головой.

– Нет, возразил Хьяльти, – подобные случалось в прошлом. Телепортация. Я читал, что в России была перенесена целая деревня на другой берег реки и люди даже не почувствовали этого.

– Но это же не Россия, где случается много непонятного. И не Бермудский треугольник, где бесследно исчезают корабли и самолеты…

А потом, – перебил профессор – внезапно обнаруживаются в другом месте.

– Впрочем, вы правы, – побледнев, говорил Дорчига – на днях, нечто подобное случилось с лодкой одного рыбака. Отправившись рыбачить на своей скрибухе, он, на обратном пути сбился с курса. Я не знаю сколько времени он провёл на воде, но, – поджал губы капитан, – его подобрали в Индийском океане. Да-да, в Индийском океане, кивая головой в утверждение словам, закончил Дорчига.

– А что тут удивительного? – кинул вопрос Хьяльти.

– А удивительное то, что рыбачил он в Баренцевом Море, на севере Европы – понимаете разницу?!

– Значит, – задумался археолог – и с вами случился такой казус?! Капитан, – взволновано взглянул профессор, – Раз такое возможно, пожалуйста, будем начеку.

Капитан оживился.

– Предлагаю всех пометить радио маячками, чтобы никто не потерялся…

– Или, чтобы никого не выкрали, – продолжил Хьялти фразу капитана…

Он вошел в фойе корабля. Все гуляли, веселились, флиртовали, словно это был не поход в серьезную экспедицию, а развлекательная прогулка на катере. Ничего. Это лучше чем испуг… и пусть люди хорошо отдохнут перед тяжелым походом через джунгли. Да и людей тут много посторонних, пусть перезнакомятся, веселей время пройдет в общении. Сельва снимет с них прыть!

2

У бильярдного стола подружились Ни-Зги и Пуля.

– Где вы так научились метко в лузу вколачивать шары, – с завистью спросил Ни-Зги.

– Пришлось в Солдатах Удачи провести часть жизни. Там мы играли на нечто большее, чем денежный интерес или бутылку портвейна.

– Расскажите, – попросил Ни-Зги, когда очередной шар, метко пущенный Пулей оказался в лузе.

– А вы скажите, откуда у вас такое странное имя? Знаете, что такое

Ни-Зги по-русски?

– Скажете, узнаю? – улыбнулся Ни-Зги.

– Это значит, что полная темень, ничего не видно.

– Ну это мы умеем, – внезапно человек стал прозрачным и полностью растворился. Потом появился опять.

– Здорово! – Пуля обнял нового друга, – Вы настоящий мастер мистификации, здорово подействовали на мозг своим трюком, чтобы я вас перестал видеть.

Ни-Зги улыбнулся. А солдат удачи продолжил:

– Ну и точно! Какой вы проницательный! Хорошо, слушайте.

Было это в одной из африканских стран, неважно где.

Стояли мы там без дела, зато был стол биллиардный. Как он там оказался одному богу известно.

Понимаешь, – он перешел незаметно на ты, – когда играешь на что-то более драгоценное, чем деньги, то зрение обостряется, а рука приобретает твердость.

Вот от нечего делать стали мы играть на всякую чепуху для интереса.

В тот день играли так: кто проигрывает, глотает верблюжью колючку, а это, я тебе скажу, мало радости, особенно если это уже засохший чертополох.

Словно не колючка, целый еж.

Ладно пойдем к тому столику. Там моя пассия – метиска Мелисса. Как думаешь за поход я смогу склонить ее сердце?

Ни-Зги рассмеялся.

– Она скорее полюбит черта чем тебя, чего это пивом подавился? Знаешь почему? Потому что сама любит преследовать добычу. Не любит, когда за ней гонятся. Ладно. Не хочу хорошего парня обнадеживать в неудаче! Идем.

Пуля Вместе с Ни-Зги подошел к столику оживленно беседующих людей.

Солдата удачи передернуло. Там находился один из членов экспедиции, к которому испытывал не то что нелюбовь, а просто отвращение, Джек Самурай. Но выбор был Хьяльти. Профессора не интересовало – или люди знали друг друга раньше. Он выбирал в экспедицию по личной симпатии.

Один раз и тот и другой помогли в чрезвычайных ситуациях. Пуля оказался рядом, когда ночью к профессору, бредущему в раздумьях домой, подошли двое грабителей, которые вместе с кошельком собирались отнять и жизнь.

Пуля сохранил для него и то и другое. А вот преступники недосчитались нескольких зубов. Джек Самурай же помог профессору, когда с группой захвата вызволил Хьяльти.

Какой-то сумасбродный тип тогда захватил археолога в заложники и собирался взорвать, если этому типу не дадут срочно миллион долларов.

Джеки персонально принес в дом миллион и под дулом пистолета по приказу сумасшедшего пересчитывал деньги. У захватчика глаза на лоб полезли, когда ему показалось, что не хватает десяти тысяч. Он отбросил оружие и лично стал пересчитывать. Джеки рассмеялся, тут же одним ударом отключил жадного безумца.

Почему Хьяльти не спросил тогда, а знакомы ли они и в каких отношениях?

Если уже идти до конца, то это были два врага. А два врага в джунглях не

лучший состав для маленькой группы. Особенно, если оба в совершенстве владеют всеми видами оружия. Но и Джек Самурай и Пуля оба поняли, что есть в группе человек, который может помешать им выяснить отношения. Это был Ни-Зги. От того всего можно было ожидать. Человек сверх способностей. Даже мысли читает, если ему верить. Поэтому они старались не думать о том, что предстоит выяснить в один из благоприятных для задуманного дней отношения в джунглях… а может и раньше, при случае.

А история возникновения ненависти была такова. Однажды Пулю с Джеки послали в одну деревню на усмирение, приказ командира не обсуждался. Они затолкали всех буянов в сарайчик, человек десять и должны был поджечь, чтобы все жители убедились, что никто больше не будет возмутителем спокойствия. Дело в том, что агрессивная группа измывалась над всей деревней. Кого хотели, колотили, отбирали последнее, насиловали жен соседей. Им все сходило с рук, потому что они были объединены.

Пуля попросил Джеки:

– Дай спички, свои забыл. Нужно скорей кончать их. Народ ждет возмездия.

– Я не согласен, не все из них виновны в одинаковой степени. Давай подождем суда старейшин деревни.

– Ты что, обед стынет! Я не хочу остаться сегодня с сухим пайком.

Джеки сгреб Пулю и потянул за рубашку к себе.

– Я сказал, что совет надо собирать.

Пока они спорили, загнанные тихо-тихо прошмыгнули мимо и растворились среди пальм.

Краем глаза Пуля заметил движение рядом. Он неожиданным ударом под дых отключил напарника и тут же успел схватить последнего убегающего.

Человек орал что есть мочи. Рядом у ног Пули корчился Джек Самурай. Но местные люди оказались не простыми зеваками. Видя, что ничем не закончилось и что из врагов отпустили, они с палками набросились на двух солдат удачи. Да и один из них не способен был оказать сопротивление.

Через пять минут отчаянной борьбы на них набросили сеть и все же заставили прекратить сопротивление.

Потом оба, так сказать товарища, оказались друзьями по несчастью. Расторопные жители, осмелев, поймали всех членов местной банды вымогателей.

Теперь в сарае вместе с бандой поместили и двух вредных драчунов. И с улыбками и песнями жители собирались торжественно сжечь всю компанию. Но старейшина племени понимал по-английски. Он в детстве был бас-боем в одном из ресторанчиков Нового-Орлеана.

Старейшина велел освободить Джека Самурая. И попросил того поджечь всех вместе с Пулей. Хотя у Джеки и хватило совести тогда обратиться к старейшине с просьбой освободить его сослуживца, уговорив тем, что если явится сам обратно, то его расстреляют, но подлый удар под дых поселил между ними ненависть.

Старейшина оказался добрейшим человеком. Оба солдата удачи побитые и без оружия вернулись в свою часть. Живы они то остались, а врагами стали на всю жизнь.

Ни-Зги все таки прочитал мысли двух недругов и побеседовал с Хьяльти наедине.

– Да, влипли, Куда мои только глаза глядели? Что делать, Ни-Зги?

– Профессор, это даже к лучшему, что два врага в экспедиции. – человек со сверх способностями задумался. – Они будут всегда начеку, ждать подвоха друг от друга. И конечно удобного случая, чтобы уничтожить противника.

А в джунглях нужна бдительность. Наличие врага рядом не даст им расслабиться. Не беспокойтесь, я буду следить за ходом их мыслей.

Когда они расстались, Хьяльти задумался.

Он уже боялся даже не так бывших солдат удачи, ожидающих удачный момент расправиться друг с другом. Он стал опасаться Ни-Зги.

3

Под огромными южными звёздами, беспечные воды Амазонки, ласково обволокли корму плывущего корабля, передавая по эстафете от одной волны до другой…

Три женщины смотрели на завораживающее отражение звезд, скользящее по воде.

И периодически над поверхностью ночной тайны вспыхивали искорки, это маленькие рыбки-летуны выпрыгивали из воды, пытаясь сохранить свою жизнь. Но выглядело это очаровательно и так мирно.

– Какой замечательный вечер. – это была Линда, радистка экспедиции.

Наступило минутное молчание.

– Слышишь, Мелисса, – обратилась она к мулатке, – сейчас хорошо загадывать желание. А как ты Свен себя чувствуешь. Уже лучше?

– Да, милая, я приняла таблетку от головной боли. У меня бывает после длинных перелетов. Твоя счастливая улыбка помогла больше всех лекарств.

– Спасибо Свен, я очень благодарна тебе, мы недаром много лет дружим. А вот и Мелисса стала нам подругой. – она повернула голову к бразильянке.

– Да, конечно, отныне мы три неразлучных подруги! Нас союз нерушим! – нашлась Мелисса.

– А вот это мы проверим, – сказал подошедший к женщинам Пуля.

Линда оживилась. У нее явно было настроение пофлиртовать с мужчиной.

– Кто из нас троих вам по душе? Свен отпадает, у нее муж есть. Я имею бойфренда, Мелисса тоже. Как же вы собираетесь нас разбивать? Мне интересно?

Пуля хитро улыбнулся.

– Я хочу пригласить вас на танец!

– Вот здорово, романтично. Только музычки то нет.

Мелисса захохотала:

– Сейчас мы это исправим, – она метнулась молнией в бар и быстро вернулась, держа в руках два ножа. Потом стала отбивать ими о поручни ритм бразильской самбы.

Свен, обладающая бархатным сопрано тут же воспроизвела мелодию Тико-Тико.

Пуля подхватил Линду и тут же стал провоцировать ее на танец.

– Давай, подруга! Не ударь лицом в грязь! – закричала сквозь грохот, который она создавала ножами, Мелисса.

И Линда, вдохновленная импровизацией подруг, стала вытворять такие па, что Пуля скоро захотел превратить все в шутку. Танец был не его лучшим умением. Он все время искоса поглядывал на Мелиссу, ловя ее встречные взгляды. И они, словно ожоги ложились на его душу. Горячие и страстные. Когда закончился танец Мелисса встала и предложила Пуле прогуляться по палубе на нос корабля.

Свен и Линда переглянулись.

– Все, пропал парень. Мелисса его из своих когтей не выпустит.

Только что неразлучное трио сразу распалось. Пуля был красивым мужчиной. И у Свен, и у Линды пробежал в сознании ветерок зависти.

Ведь они были в первую очередь женщины. А красивый мужчина, увлеченный подругой, похуже новости, что у подруги появилось сногсшибательное платье или сережки, которые ей очень к лицу.

Издалека в наступающем мраке южной ночи две фигурки слились вдалеке в одно пятно.

– Как думаешь, Свен, Мелисса разрешить ему поцеловать себя? – задумчиво произнесла Линда.

– Девочка моя, наблюдая за Мелиссой, я поняла, что мужчины важная часть ее жизни. А это не только поцелуи.

Вполне вероятно, что ее кровать в нашей каюте так и останется застеленной.

– Ты думаешь…

– Я не думаю, я уверена. Тем не менее Мелисса мне во всех отношениях нравится. Она такая обаяшка! – Свен с трудом отогнала от себя мысль, что когда-то с одной девочкой она была близка и сейчас с Мелиссой она тоже не отказалась бы…

Но волевая женщина взяла себя в руки: «Лезет же в голову всякая чепуха, делом заниматься надо». Она повернулась к Линде.

– Ты уже отправила радиограмму, что мы уже на корабле, в спонсорский центр, который наблюдает за нашей экспедицией?

– Ой, нет. Хорошо, что напомнила, уже бегу.

Линда хотела удалиться, но тут подошли Мелисса с голубоглазым с вьющимися волосами красавцем Пулей.

Мулатка тепло простилась с мужчиной. Пуля произнес:

– Девочки, желаю вам приятных сновидений. И, смотрите тут, не балуйтесь – сказал с ухмылкой и удалился.

Мелисса не могла даже дождаться вопросов.

– Хочешь новость? – мулатка была сильно возбуждена.

– Говори, – Свен с интересом установилась на бразильянку.

Пуля сделал мне предложение.

– А как же твой возлюбленный в Буэнос-Айресе?

– Знаешь, Пуля сказал мне одну русскую пословицу «До бога высоко, а до царя далеко». Приеду через полгода домой и сообщу бывшему, что приглашаю на свадьбу.

– А ты уверена, что не с ним, бывшим, как говоришь, возлюбленным?

– Какая ты прозорливая, но у меня принцип – живу одним днем, так меня учила мама, – Мелисса грустно улыбнулась.

Сердце Свен сжалось от непонятной боли: Ей стало жаль эту шоколадную девочку, которая, несмотря на броскую внешность была несчастной…

Потом Мелисса неожиданно сказала:

– Свен, у меня с Пулей была близость… прости, что говорю об этом, я сама его спровоцировала. Не могу с этим в себе бороться.

Свен обняла несчастную девочку.

– Не переживай, Мелисса. У нас впереди джунгли. Там будет не до этих глупостей, так устанешь, что будешь руки с ногами путать.

– Свен, я виновата перед тобой. Меня Хьяльти знаешь как пригласил?

– Как? – сердце женщины упало. Она не сомневалась в верности мужа. Никогда волна ревности не била в голову. Но сейчас ревность хлынула кипящей волной.

– Свен, прости. – опустив стыдлива голову вниз, понизила голос Мелисса,-

Но в прошлом году, после одной конференции твой муж не дошел до своего номера.

– И… – Свен замерла в напряжении.

– Не переживай, в последний момент я взяла себя в руки и попросила его, хотя сама и спровоцировала, уйти. Он у тебя мужик классный. Стал уговаривать, мол раз пришел уже, то давай… Но я оказалась непреклонной.

– Не верю!

– Можешь мне поверить, между нами так ничего и не было. Хотя он уже готовился войти в меня. И я уже держала его за это… ну сама знаешь… кстати классный прибор… прости… Но не такая уже я и железная. Просто ждала в тот вечер другого мужчину более энергичного и молодого. И тело попросило: «Подожди». Вот какая я эгоистка.

– Уф! – вырвалось у Свен. Хотя как может любой мужчина, если он еще помнит об этом, устоять перед таким роскошным телом? Все таки муж ей не успел изменить. Но теперь она будет за ним поглядывать. Зерна ревности уже поселились в душе.

А сказала ли Мелисса правду?

Свен испуганно стала прислушиваться к знакомым толчкам внизу живота. Ее тоже тянуло к знойной мулатке.

И она испугалась, уже на этот раз за себя. А что если один разок попросить Мелиссу побыть наедине с ней? Только разок! Нет! Свен сцепила зубы! Никогда! Она резко провела по лицу рукой, словно пыталась прогнать наваждение.

И тут, словно в резонанс ее настроению, по поверхности воды прибежал откуда-то далекий тягучий гудок парохода. Свен показалось, что это вернулся обратно крик безысходности, пущенный много лет назад и напомнивший сейчас о себе.