Текст книги "Могущество на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7

Гончая просочилась сквозь дверь.

Мы с бессмертной остались у заглушки. Я показал девушке жестами, что подключаюсь к трансляции, а сам принялся наблюдать за происходящим глазами Хорвен.

Сейчас я находился на уровне второго или третьего этажа над уровнем земли. Два лестничных пролёта, короткий коридорчик – и я бы вышел аккурат к посадочной площадке для цеппелинов внутри сферы. Но гончую я вёл совершенно в ином направлении – по винтовой лестнице на нижние уровни цитадели. Управлять биомехом, одновременно сохраняя прозрачность помещений – та ещё задачка на концентрацию. Главное, чтобы не отвлекали.

Планировка крепости предусматривала наличие автономных генераторов и водоснабжения, замкнутой канализационной системы и хранилищ с запасом провианта. Тут были помещения для солдат, офицеров и техников. Ярусы связывались между собой посредством винтовых и обычных лестниц, лифтовых шахт, выездных пандусов. Благодаря грузовым платформам можно было поднять на поверхность хоть дюжину мехов, хоть отряд тяжеловооружённых воинов. А прямо сейчас я видел, как по спиральному треку вниз направляется песочного цвета внедорожник с тонированными стёклами. Машина привлекла внимание своей экзотичностью.

Я не сразу понял, что с этой тачкой не так.

А когда понял, криво ухмыльнулся.

Культовый пикап «аймара-круиз», попадавшийся мне не только в рекламных буклетах автосалонов, но и на отдельных билбордах в Западной Европе. Внедорожник, заточенный под военных, но ограниченными тиражами продающийся и простым смертным. Если, конечно, у этих смертных куры денег не клюют. И да, «аймары» производились в империи Наска. Одна из визитных карточек, можно сказать. Символ успешного успеха.

Я тут же перебросил Хорвен через три стены на этот бетонный трек и приказал следовать за машиной. Для чего пришлось врубить у гончей проницаемость. Казалось, вот оно. Спираль заканчивалась на большой глубине, упираясь в бронированные каббалистические ворота. На всякий случай я запомнил номер. Который был. Блатной номер, с тремя единицами и непонятными индейскими закорючками. В моей реальности письменность кечуа была основана на латинице, но здесь жители Наска сохранили свою идентичность. Так что закорючки, мать их. Надо будет потом Бродяге скормить…

Неожиданно из бетонных стен выдвинулись створки.

Бронированные поверхности сомкнулись перед самым носом Хорвен, отрезая «аймару» на последнем участке пути. Я на автомате применил свой Дар…

Но это не сработало.

Гончая царапнула щупальцами твёрдую поверхность.

Твою мать!

Я снова попытался сделать заглушку бесплотной, но потерпел неудачу. Возникло неприятное чувство психической преграды. Будто сами энергетические потоки упирались в невидимый, но вполне ощутимый для одарённого барьер.

Броня выглядела внушительно.

А самое отвратительное – исчезла и прозрачность.

Командный пункт и всё, что к нему примыкало, перестали для меня существовать.

По окружающему пространству прокатилась вибрация. Маро тронула меня за плечо, привлекая внимание. Обернувшись, я проследил за взглядом девушки и поначалу ничего не заметил. А потом уловил дуновение ветерка.

Врубил прозрачность.

К тамбуру цитадели стягивались люди.

Не знаю как, но попытка использовать Дар внутри крепости привлекла внимание защитников. Сирены не выли, но о нашем присутствии враги уже знают, догадался я.

Пора вытаскивать Хорвен.

Я ничего ценного в крепости не увидел, невезение восьмидесятого левела. Зато получил номер тачки, который попытаюсь пробить через Бродягу или мастера Багуса. Жаль, не успел сделать прозрачным сам внедорожник. Но грёбаный пикап слишком быстро двигался.

Гончая рванулась назад, вспарывая стены.

Проницаемость за пределами командного пункта работала превосходно. Биомех развил максимальную скорость, а я приготовился убивать. Достал из кобуры «глок», оттянул затвор, дослал патрон в патронник и занял удобную позицию для стрельбы. Кивком велел Маро сдвинуться с линии огня.

«Глоки» требуют аккуратного обращения.

В них нет предохранителя.

Точнее, есть. На спусковом крючке. Выжимается автоматически, и это надо учитывать.

Хорвен просочилась сквозь тамбурную дверь и уплотнилась над моей головой. Что касается меня, то я уже чувствовал лёгкие завихрения ки. Приближались бойцы совсем не монгольского происхождения. Все с холодным оружием – короткими мечами, саями, топорами. Минимум трое из них были одарёнными. Другие, выше, методично перекрывали коридоры и выходы на лестничные клетки.

Три выстрела через две стены.

Я бил через угол, где сходились два коридора. Первая пуля попала в голову перуанцу с увесистой двулезвийной секирой, вторая – под рёбра ещё одному атлету с парными саями. Третья угодила в шею коротышке со щитом и одноручным мечом.

По винтовой лестнице к нам бежала новая партия гостей, и я натравил на них гончую. Пока биомеханическая тварь включала адскую мельницу, разбрасывая по ступенькам ошмётки плоти, я сделал проницаемым часть коридора, и позволил ещё двум умникам с воплями рухнуть под землю.

– Мне работа останется? – возмутилась Маро.

Хмыкнув, я двинулся вперёд.

Витки спиральной лестницы вызвали у меня воспоминания о старых советских мясорубках. Кровь, кишки и далее по списку. Подниматься вверх приходилось аккуратно, чтобы не поскользнуться. И переступать через то, что осталось от охраны наместника.

Этажом выше нас атаковали меты.

Нападение было стремительным, вот только я уже научился вычислять этих ушлёпков по теневому шлейфу – как будто человека размазали в пространстве, и он находится одновременно в нескольких местах. И удлиняется, растягивается.

Драться с опытным метой на равных практически нереально.

Если ты не чемпион Великого Турнира, конечно.

У меня вообще не было времени на стандартную реакцию, а инстинкт подсказал сделать себя бесплотным. Когда размытая тень пронеслась мимо, вспарывая воздух и мою призрачную шею мечом, я даже не вспотел. У меты есть слабая сторона: разогнавшись, он должен притормозить и развернуться для повторной атаки. В этот момент я и уложил мужика одним точным выстрелом в голову.

Посмотрел на Маро.

Бессмертная смахнула кровь с лезвия катаны и убрала меч в ножны. Прямо по канону. Будто и не покидал средневековую Японию, честное слово!

У ног девушки лежал человек.

Лицом вниз, неестественно вывернувшись. В луже собственной крови.

– А говорила, работы не хватит, – улыбнулся я.

Хорвен устремилась вперёд по знакомому коридору, мы пошли за ней, стараясь не отставать. Я видел, что коридор изгибается и сворачивает за угол, а ещё дальше виднеется цепочка новых камикадзе.

Внезапно я шагнул в зону телепатического контакта с автоморфом Каримова.

Послал запрос на вход.

Слева прорезался узкий дверной проём, створка бесшумно сместилась. Или даже растворилась в воздухе, я не успел заметить.

– Валим отсюда, – бросил я. – Маро, ты первая.

Девушка скользнула в проём.

Из-за угла выскочил бородатый дядька с перекошенным лицом и двумя тесаками наперевес. Развернуться он не успел. Первая пуля вошла в колено, вторая – в голову.

В магазине у меня было девятнадцать патронов, и я ни разу не перезаряжал. Хорошо, что с этим глушителем недоступен полуавтоматический режим. Дисциплинирует и настраивает на экономию боеприпасов, хо-хо-хо!

По моему приказу гончая юркнула в дверь следующей.

Я завалил ещё одного бегущего шустрика прямо через искривление стены, сделав её бесплотной.

И скрылся в салоне автоморфа.

* * *

Бросок через иные измерения отнял всего пару минут.

За окнами соткалась мрачная осенняя степь. Вместо крепости и городских лабиринтов – извечный простор дикой, необжитой местности.

А ещё над степью воцарилась ночь.

Земля казалась тёмно-серой и неровной. В прорехах между тучами выступила ущербная луна. Нарисовались и колючие ноябрьские звёзды. С каждым порывом ветра я видел колышущуюся серую массу, слегка серебрящуюся в лунном сиянии. Тучи неслись с какими-то запредельными скоростями.

– Мы в трёх километрах от цели, – сказал Добрый Эх.

Цель – одна из оставленных крангами баз. Я хочу спокойно добраться куда надо, не отвлекаясь на толпы разгневанных мужиков с мечами.

К северо-востоку от нас лежал небольшой участок с вырисовывающимися на фоне звёздного неба этажерками и более приземистыми постройками. Шестиугольник портала по всему периметру окружали красные огоньки.

– Надо выйти, – сказал я.

Часть корпуса исчезла.

Выбравшись наружу, я поёжился от холода. Грёбаный ноябрь. Открыв багажник, я первым делом расстегнул сумку, добыл коробку патронов, выщелкнул опустевший магазин «глока» и приступил к перезарядке. Несмотря на ледяной ветер, я никуда не спешил. Подготовка оружия не терпит суеты, котятки.

Убрав пистолет в кобуру, достал АШ-12.

Подумав, распихал по подсумкам ещё несколько магазинов. У меня имелся разгрузочный жилет с мимикрирующими свойствами поверх комбинезона. А кроме того – удобный боевой пояс. К которому я присобачил ножны с кромсателем и дополнительные подсумки. Хочется верить, что до масштабной бойни не дойдёт. Но на Древних надейся, а сам не плошай, как говорят в здешней России.

Когда я вернулся в полном облачении на прежнее место, Маро посмотрела на меня со странным выражением.

– Что? – не выдержал я.

– И давно ты всем этим пользуешься?

Отвечать не хочется.

Пожимаю плечами.

– Ясно, – хмыкнула бессмертная. – Но я же не слепая. Ты не просто добываешь оружие, которое под строгим запретом Супремы, ты им мастерски владеешь. Ты практически любым видом оружия владеешь в совершенстве. Кто ты вообще такой? И сколько тебе лет на самом деле?

Я вздохнул:

– Уверена, что хочешь это знать?

Лука Каримов внимательно следил за разворачивающимся диалогом.

Мусаев сидел с непроницаемым лицом. Байта я очень люблю. Он не дурак, наверняка имеет собственное мнение, но никуда не лезет. Господин захочет – расскажет. Вот он, путь воина в чистом, незамутнённом виде.

– Хотелось бы, – Маро нежно погладила меня по плечу. – Но ты ведь будешь молчать.

– Кто знает, – многозначительно ответил я. – Времена меняются.

Почему-то вспомнился разговор с Джан о том, что она не против второй жены.

Такой, как Маро.

– Ладно, харе трепаться, – переключился я на деловой тон. – Сейчас идём на эту базу и зачищаем всех, кого видим. Потом я включаю портал – и перемещаю нас.

– Куда? – спросил Каримов.

– А ты умеешь? – вырвалось у Маро.

– Умею. А куда – время покажет.

– В смысле? – глаза Каримова расширились от удивления. – Ты сам не знаешь, куда нам надо попасть?

– Понятия не имею, – честно признался я. – Но как только доберусь до портала, у меня появятся варианты.

– Это что, какая-то сеть? – первой догадалась Маро.

– Вроде того. И я на самом деле не знаю, какие маршруты нам откроются. Но очень хочу узнать. Выяснить, куда ведёт эта кроличья нора.

Кэролла в этой реальности знали.

Одно из редких пересечений с моим миром.

– Нечего тут и думать, – вмешался Мусаев. – Веди.

…Автоморф выпал из многомерности в самом центре вражеской базы. Позицию мы выбрали грамотно. До шестиугольника рукой подать, при этом материализовались на невысоком холме. Когда на нас понесутся все эти тигры с вепрями, их будет легко отстреливать. А они понесутся.

– Включить иллюзионы, – приказал я. – Выпускаю гончую.

В крыше автоморфа открылся небольшой люк, через который Хорвен выскользнула наружу. По моему распоряжению гончая заложила восходящую спираль над холмом, осматривая окрестности и передавая мне образы. Зрение биомеха позволяло видеть ночью не хуже, чем днём. Я попросил дать увеличение на отдельные постройки, и к моему удовольствию выяснилось, что на базе всего пять или шесть крангов и парочка каббалистов, пьющих из кружек у костра. Что интересно, големов я не заметил. А каббалистов узнал исключительно по форме, которую уже видел на другой базе.

– Маро, Байт, – приказал я. – На выход.

Кранги не догадывались о нашем присутствии. Я догадался о причине этого, лишь когда покинул салон автоморфа и присоединился к своим товарищам.

Ветер дул в нашу сторону.

Звери не могли почуять непрошеных гостей.

– Там, – я указал Мусаеву на колеблющийся язычок костра и чёрный квадратик палатки. – Два человека. Ликвидировать.

Диверсант кивнул.

– И сразу возвращайся.

У меня и в мыслях не было натравливать прыгуна на полуразумных хищников. В такой схватке человеку не выжить. Даже если он атакует из многомерности. Те, кто с клыком к нам придёт, от щупалец Хорвен и погибнут. Крангов будет выносить гончая.

Отдаю мысленный приказ.

Мусаев исчезает.

– Присматривай за подступами, – велел я Маро.

И зашагал к платформе.

– Ты научишь меня стрелять?

От неожиданности я встал, как вкопанный.

Развернулся.

– Я серьёзно, – продолжила Маро. – Научи.

– Ты ведь понимаешь, что это значит.

– Да. Когда-нибудь за нами придут инквизиторы.

– Они уже знают слишком много.

– Сергей, я хочу уметь то, что умеешь ты. У меня впереди достаточно времени. И если за нами придут… что ж, это судьба.

Девушка приблизилась ко мне и, прежде чем я успел что-либо сделать, поцеловала в губы. Отстранилась, нежно провела рукой по щеке. И заявила:

– Мы с тобой одинаковые. Не знаю, как это возможно… Можешь ничего не говорить. Просто я… хорошо читаю по глазам. И знаю, как распознать беса.

Она развернулась и пошла к автоморфу, чтобы лучше видеть склон холма.

Признаться, такие вещи выбивают из колеи.

Но я взял себя в руки.

Мне ещё транспортный узел включать…

Глава 8

Узлы грузовой транспортной системы Предтеч включаются очень просто.

Запоминайте, вдруг пригодится.

Становитесь на краю платформы, выбрасываете все посторонние мысли из головы и смотрите прямо перед собой. Через несколько секунд увидите в воздухе кружок зелёного или красного цвета. Зелёный означает, что порталом можно пользоваться. Красный – что узел готовится к переброске из другой пространственной точки.

Я увидел зелёный.

Волевым усилием заставил развернуться этот огонёк в полупрозрачный, вращающийся вокруг собственной оси земной шар. Эдакий глобус, только без подставки. А на поверхности глобуса – другие точки. Разных цветов. Что делать дальше, я примерно понимал. Всё на волевых усилиях. Испытываешь интерес, желание – и глобус растёт в размерах, карта увеличивается, ты видишь нужный пункт, и в голове всплывают названия. Система подстраивается индивидуально под каждого. Язык, география, цвета индикаторов – всё взято из моей головы. Вот такой дружелюбный интерфейс. И древний, как мамонт.

От созерцания меня отвлекла Маро.

– Сергей!

Глобус исчез.

Это была не голограмма, картинка формировалась прямо у меня в голове.

Нагнувшись, я поднял с земли АШ-12 и подбежал к Маро. Рядом стоял Мусаев.

– Что у вас тут?

– По-моему, все мертвы, – сказал прыгун. – Те, что не наши.

Вспомнив про гончую, я открыл свой разум, и в меня плотным потоком устремились образы. Рептилия, поймавшая глазом отравленный шип. Покатившаяся по траве голова вепря. Взорвавшийся чёрными брызгами саблезубый тигр. Ещё один тигр… Снова шип, только уже за ухо вепрю… Опять чёрные брызги и конвульсивно дёргающаяся туша…

Гончая минут за семь истребила скудное население базы.

Девочка моя…

А ты становишься опасной.

– Молодцы, чё! – хмыкнул я. – Умеете, когда захотите.

Хорвен нарезала круги над вражеской базой, выискивая затаившихся врагов. Шла низко, всего в трёх-четырёх метрах над колышущейся серо-серебристой массой. В поле зрения биомеха промелькнула непонятная антенна, смахивающая на уменьшенную копию Останкинской телебашни.

Я приказал гончей возвращаться.

– Ты включил эту штуку? – спросила Маро.

– Да. Готовьтесь к переброске.

У меня по-прежнему не было чёткого плана. Хотелось увидеть систему. Понять, откуда монголов накачивают оружием. И, если повезёт, прыгнуть в какое-нибудь интересное место. На этом первый этап разведки будет завершён.

Гончая, Маро и Байт Мусаев погрузились в автоморф.

Артефакт развернулся, подкатил к платформе, неспешно въехал на серую поверхность и припарковался в центре. Наступал самый ответственный момент. Если кому-то вздумается перебросить сюда отряд боевиков, по периметру вспыхнут предупреждающие сигналы, и нам придётся спешно сваливать в многомерность.

Я развернул перед глазами схему сети.

Узел, как и прежде, светился зелёным.

Поверхностное изучение системы показало, что наши оппоненты успели активировать весьма ограниченное количество порталов. Большая часть узлов располагалась на островах Тихого океана, у восточного побережья Южной Америки, а также в Монголии. Здесь, в мятежной провинции, я насчитал целых шесть баз. Четыре рассыпались вдоль границы с РИ, одна у китайского рубежа, и одна – в центре Улан-Батора. А ещё один «сюрприз» полыхал изумрудным огнём на Британских островах. Если уж быть совсем точным – на севере Шотландии. Ах ты ж, моя прелесть!

В данный момент все порталы были отмечены зелёным.

Никто ничего не перемещал.

Выбор – это то, что замедляет принятие решений. Я колебался между Наска, Шотландией и тихоокеанскими островами. Администратор сказал, что Модуль, из которого осуществляется управление, никак не будет отмечен на карте. Значит, в Наска мне делать нечего. Британия? Есть шанс угодить прямо в сердце какого-нибудь закрытого НИИ или укреплённой воинской части. Острова? По идее, и там должны стоять чьи-то базы. Насколько я помню из курса географии, Наска официально не владеет ни одним клочком суши, настолько удалённым от собственной территории. Но есть протектораты. Дикари, которые «добровольно» подчинились сильной морской державе взамен на безопасность, экономические дотации и прочие ништяки. Эта схема отлично работает и в моей реальности.

Заглянуть на остров Рапануи сами боги велели.

Я никогда не перерождался в этом месте, да и ловить там особо нечего. А знаменитых каменных истуканов видел разве что по телевизору и на фотографиях.

И да, точку в Шотландии я тоже запомнил.

Усилием воли я потянулся к зелёному индикатору Рапануи. Вложил в систему желание переместиться. Не просто переместиться, а перекинуть всё, что находится на платформе.

Индикатор острова покраснел.

Карта исчезла.

А вместе с картой канула в небытие монгольская степь.

Как и полминуты назад в шестиугольнике продолжали находиться я и мои спутники, сидящие внутри автоморфа. Всех нас укрывали персональные иллюзионы.

Изменилось окружающее.

Вокруг простиралось зелёное поле. В утренних лучах каменные истуканы отбрасывали изломанные длинные тени. Чуть поодаль очерчивались контуры обрыва, где шумел океан. По небу ползли облака.

Разница часовых поясов ощущалась сразу.

Там, откуда я прибыл, стрелки часов клонились к полуночи. Здесь, судя по расположению солнца, было что-то в районе девяти утра.

Я быстро осмотрелся.

Платформа была развёрнута на обширном травяном участке. Чуть поодаль земля вздыбливалась, превращаясь в довольно крутой холм. К шестиугольнику вела асфальтовая дорожка. И никаких укреплений, подготовленных к отправке механикусов, бряцающих оружием латников или крангов. Высоко в небе, километрах в десяти от нас, лениво проплывал дирижабль. Даже какого-нибудь захудалого форта поблизости не возвели.

Только статуи.

И нет, эти штуки даже близко не напоминали людей.

В каменных истуканах угадывались совершенно чуждые черты инопланетной расы. Бесформенные фигуры, окутанные щупальцами, с выпученными глазами и круглой пастью вместо рта. Жуткие гибриды гуманоидов и рептилий, смахивающие на фантазии Гигера из фильма про Чужих. Мускулистые двуногие твари, чем-то напоминающие бога Анубиса…

И ни малейшего намёка на классику, которую мы привыкли видеть в туристических проспектах.

Ветер здесь тоже дул.

Достаточно сильный.

Развернувшись, я зашагал прочь. Проходя мимо автоморфа, указал на точку, в которую надо сместиться. Лука Каримов просто отъехал в указанном направлении.

Чтобы видеть своих спутников, я не спешил снимать маску.

Машина остановилась чуть в стороне от платформы и уходящего к склону холма шоссе. В корпусе прорезалась дверь. Распалась на невидимые составляющие, выпуская Хорвен, Маро и Мусаева. Добрый Эх неукоснительно следовал моим инструкциям – оставался внутри.

– Здесь безлюдно, – констатировала Маро.

– Сомневаюсь, – покачал я головой. – Мы видим лишь малую часть острова.

– База наверняка есть, – присоединился к разговору Мусаев. – Если они перебрасывают через остров воинские соединения, то должны охранять плацдарм.

– Думаю, ты прав, – согласилась Маро.

За свою бурную, наполненную событиями жизнь, эта девушка успела повоевать в регулярной армии Дома Эфы. Её мнение также следовало учитывать.

Моё внимание что-то привлекло.

Огоньки по периметру платформы вспыхнули красным.

– Все в машину, – приказал я. – Хорвен, на высоту пятьдесят метров. Дрейф. Жди распоряжений.

Гончая прекрасно воспринимала и голосовые команды, просто я давно ими не пользовался.

Когда мы оказались в салоне, под стационарным иллюзионом, Лука сделал стенки автоморфа прозрачными. Антикинотеатр в действии.

Не прошло и минуты, как на платформе материализовались машины. Компактный фургон цвета хаки, пара внедорожников явно заокеанского производства и броневик с выдвижными клинками. Колонна рыкнула моторами, покинула зону перехода, перестроилась и въехала на магистраль.

Я тут же отдал Хорвен приказ сопровождать прибывших.

– Что делаем? – уточнила Маро.

– Ничего, – ответил я, прислонив к ноге автомат. – Ждём.

– Гончая проследит, – пояснил Мусаев.

Диверсант уже начал привыкать к моей тактике.

– Пока не мешайте, – я откинулся на спинку кресла, снял капюшон, маску и закрыл глаза.

Поток образов тут же ударил по зрительному нерву.

Гончая шла на пятидесятиметровой высоте, как и было велено. Скорость синхронизирована с колонной внизу. Первым шёл внедорожник, в хвост к нему пристроился броневик, дальше – фургон. Второй внедорожник замыкал цепочку. Шоссе взбиралось по склону холма, огибая возвышенность. Серпантин на минималках.

С высоты я мог видеть не только шоссе и дурацких истуканов. Мне открылся вид на базу, которая занимала вершину и противоположный склон холма. Никаких фортов, навороченных крепостей. Да и зачем? Это же остров. База представляла собой несколько крупных серебристых ангаров, россыпь домов, среди которых обнаружилась и казарма, станцию РЛС, гаражи и складские помещения. Всё располагалось компактно, и с высоты можно было заметить снующие по территории человеческие фигурки. Шоссе огибало холм и вливалось в унылый квадрат парковки. Ага, пара мехов на «входе». И некое подобие КПП.

А вот флагшток не оставлял ни малейших сомнений.

На мачте под порывами ветра трепыхался флаг империи Наска – ступенчатый крест Чакана на красно-белом фоне.

Я вновь напряг свою память. В прежней вселенной остров Пасхи принадлежал чилийцам. Здесь название «Пасха» даже не появилось. Как и суверенитет Чили. Рапануи – это формально независимое островное государство под протекторатом Наска. Тут вроде бы есть даже какой-то крохотный городок с собственным мэром, по совместительству – президентом страны. Но президент этот ничего не решал. А решает, насколько я понимаю, командир гарнизона, к которому подъезжает колонна.

Гончая поднялась ещё выше и описала размашистую спираль над островом.

Ага, вот и силушка богатырская. Дрейфующий над искусственной бухтой дирижабль, по виду штурмовой, компактный форт и поблёскивающие на солнце мехи. По моей просьбе Хорвен увеличила изображение, и я узнал крайне редких и не встречающихся на нашем континенте «Паракасов». Этот класс шагателей соответствует четвёртому поколению «Тигров» и относится к амфибиям. То есть, «Паракасы» без проблем погружаются в воду, могут ходить по дну и даже плавать, что делает их опасными для входящих в гавань кораблей. Субмарину тоже могут потопить – на малых глубинах. Как вы уже догадались, это прибрежные охотники. Большого давления «Паракасы» не выдерживают. А ещё у пилотов быстро заканчивается воздух.

Хорвен завершила виток спирали и вновь приблизилась к холму.

Порт вместе с дирижаблем скрылся из вида.

Давай, детка. Покажи мне, что притащили эти ушлёпки.

Гончая сбросила высоту, замедлилась и повисла над парковкой. Здесь уже началась активная движуха. Из автомобилей выбрались люди в чёрной военной форме, броневик заблокировал въезд. Подтянулись големы и простые работяги на вилочных погрузчиках. Ну, как простые… Эти носили форму цвета хаки и тоже имели военную выправку. Нашивки, опять же.

Из фургона стали выгружать узнаваемые ящики. Я уже видел такие на базах вдоль российской границы. Каждый ящик – не активированный голем. Но…

Было одно «но».

Помимо деревянных ящиков фургон привёз металлические, гофрированные. С кучей непонятных значков на кечуа. Хрен его знает, что там внутри. Я бы выяснил, но через Хорвен не могу делать предметы прозрачными. Ясно одно – вот эти штуки были очень тяжёлыми и габаритными, их отвозили на склад вилочные погрузчики. Големы перемещали контейнеры вчетвером, а это показатель. Кантовать ящики, судя по всему, было строжайше запрещено. Я ни секунды не сомневался, что внутри – ценное оборудование.

– Что там? – не выдержал Лука Каримов.

Я поднял руку, пресекая обсуждение.

Надо подумать.

По идее, я увидел достаточно, чтобы отчитаться перед китайским императором. Причастность Наска к поддержке сепаратистов лежит на поверхности. Что дальше? Война двух сверхдержав? Очень сомневаюсь. Кормчие не допустят. Ноты протеста, взаимные эмбарго? Бред полный. Да и не моя забота.

Смущало то, что нигде не видно британцев.

А они есть.

Как те суслики…

У меня оставалось шесть или семь часов до запланированного сеанса связи с Администратором. По идее, я узнаю, где находится Центральный Грузовой Модуль. И смогу выполнить задание Администратора, которое очень хорошо совпадает с моей собственной политикой. Перекрыв врагам империи транспортные узлы, я сосредоточусь на поиске генератора Барьера. А когда поле удастся отключить, у сепаратистов начнутся серьёзные проблемы. Как и у крангов.

В уме всё выглядело красиво.

Но меня очень тянуло в Шотландию.

Хотелось понять, что там англосаксы наворотили такого. И почему Наска присоединили Туманный Альбион к своей стремительно разветвляющейся сети.

– Вот что, – я приказал Хорвен возвращаться, а сам обратился к друзьям. – Как вы смотрите на то, чтобы заглянуть в одну маленькую, но очень вредную страну?