Текст книги "Развод с драконом или Кофейная дипломатия (СИ)"

Автор книги: Ямиля Нарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Глава 18. Подготовка

Утром Кайл пришёл ровно в девять. С ним был адвокат – невысокий, лысоватый мужчина с цепкими глазами и блокнотом в руках. Представился он как господин Рейнард, адвокат с двадцатилетним стажем, специалист по наследственным делам высшего света.

Я провела их в отдельный кабинет на втором этаже – тот самый, который мы оборудовали для шахматного клуба. Там было тихо, уютно, пахло деревом и книгами. Мы сели за низкий столик, Лина принесла кофе и пирожки, и начался разговор.

– Леди, – начал Рейнард, раскладывая перед собой бумаги. – Я изучил иск ваших родителей. Ситуация неприятная, но не безнадёжная. У них два основных аргумента: ваша недееспособность и сомнительность завещания. Нам нужно опровергнуть оба.

– Как? – спросила я.

– Для начала нам нужны доказательства вашей вменяемости, – он вытащил из портфеля несколько листов. – Я подготовил список свидетелей, которые могут подтвердить, что вы ведёте нормальный образ жизни, занимаетесь бизнесом, платите налоги. Ваши работники, постоянные клиенты, поставщики. Но этого мало.

– Чего ещё?

– Нам нужно медицинское заключение, – Рейнард посмотрел на меня поверх очков. – Официальное, от признанного лекаря, что вы психически и физически здоровы. У вас есть такой?

– Нет, – призналась я. – Но могу пройти обследование.

– Уже договорился, – вставил Кайл. – Лучший лекарь столицы согласился приехать завтра и провести осмотр. Его заключение не оспорит никто.

Я посмотрела на него с удивлением. Он уже всё организовал, даже не спрашивая меня.

– Второе, – продолжал Рейнард. – Нам нужны финансовые документы, подтверждающие, что ваш бизнес приносит доход. Выписки из банка, налоговые отчисления, договоры с поставщиками. Всё это у вас есть?

– Есть, – кивнула я. – Я веду учёт, у нас всё записано.

– Отлично.

Мы проговорили ещё часа два. Рейнард записывал, задавал вопросы, уточнял детали. Кайл сидел молча, только иногда вставлял замечания. К обеду у нас был готов план действий.

– Завтра приезжает лекарь, – подвёл итог Рейнард. – Послезавтра я подаю ходатайство о привлечении свидетелей. Через два дня начинается суд. Всё это время вы должны вести себя безупречно – никаких скандалов, никаких подозрительных действий. Работайте как обычно, общайтесь с клиентами, будьте на виду. Чем больше людей увидят вашу нормальность, тем лучше.

– Я поняла, – кивнула я.

Мы спустились вниз. В холле было полно народу – обеденный наплыв, Лина носилась с подносом, Тиана помогала на кухне, призраки работали на публику. Я встала за стойку и принялась варить кофе.

Рейнард сел за свободный столик, заказал ещё одну чашку и наблюдал. Кайл устроился в углу с книгой и делал вид, что читает, но я видела, как он поглядывает на меня поверх страниц.

Я работала. Варила кофе, разносила заказы, улыбалась посетителям, шутила с постоянными клиентами. Строители, которые пришли, как обычно, после смены, галдели, смеялись, рассказывали новости. Пожилая пара читала газеты за своим любимым столиком у окна. Молодая мама с ребёнком пила латте, пока Иви развлекала малыша, летая вокруг и сыпля блёстками.

Где-то в середине дня Кайл встал, подошёл к стойке.

– Чем помочь? – спросил он.

– Ничем, – ответила я. – Сиди и не мешай.

– Я серьёзно, – он оглядел зал. – Людей много, Лина одна не справляется. Давай я буду относить заказы.

– Ты? – я уставилась на него. – Лорд-дракон, генерал, с подносом?

– А что такого? – он пожал плечами. – Руки не отвалятся.

Я посмотрела на него, на его дорогую одежду, на его аристократические манеры, и хмыкнула.

– Хорошо, – сказала я. – Держи. Отнеси вон тем двум господам в углу. Только осторожно, не расплескай.

Он взял поднос, пошёл к столику. Шёл он уверенно, но я заметила, как напряглись его плечи – боялся, что прольёт. Донёс, поставил, даже поклонился церемонно. Посетители выпучили глаза, но промолчали.

Кайл вернулся к стойке.

– Видишь? – сказал он. – Умею, когда надо.

– Молодец, – похвалила я. – Теперь помоги Лине собрать грязную посуду.

Он пошёл собирать. И тут началось.

Кайл взял стопку тарелок, понёс на кухню, споткнулся о порог и едва не уронил всё. Тарелки зазвенели, но удержались. Он выдохнул, пошёл дальше, и тут его рука задела стоявшую на краю стола чашку. Чашка упала и разбилась.

– Чёрт! – выругался Кайл, глядя на осколки.

Я подошла, взяла веник и совок.

– Драконья сила, – сказала я. – Не рассчитана на посуду?

– Похоже на то, – он смотрел на свои руки так, будто видел их впервые.

На следующий день он снова попытался помочь. На этот раз взялся вытирать столы после посетителей. Всё шло хорошо, пока он не наткнулся на столик, за которым сидела пожилая пара с маленькой собачкой. Собачка, увидев дракона (пусть и в человеческом обличье), зашлась лаем и кинулась под ноги. Кайл споткнулся, взмахнул тряпкой и смахнул со столика вазочку с сахаром. Вазочка разбилась вдребезги, сахар рассыпался по всему полу.

Пожилая дама взвизгнула, её муж схватился за сердце, а собачка продолжала лаять, теперь уже из-под стула. Кайл стоял посреди этого хаоса, с тряпкой в руках, и вид у него был такой несчастный, что я не выдержала и расхохоталась.

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло удивление, а потом и он улыбнулся – криво, виновато, но искренне.

– Простите, – сказал он хозяевам собачки. – Я всё уберу. И куплю новую вазочку.

– Да ладно, – махнул рукой старик. – Бывает. Вы, главное, на собаку не наступите.

Кайл аккуратно обошёл собачку, собрал осколки и ссыпал сахар в ведро. Я принесла новую вазочку из кладовки и поставила на стол.

На обратном пути из кухни Кайл задел стул, стул упал. Он поднял стул, задел другой. Второй упал тоже.

– Да что ж такое! – рыкнул он, и от его рыка задребезжали стёкла.

Я не выдержала. Смех вырвался сам собой – сначала тихий, потом громче, потом уже почти истерический. Я согнулась за стойкой, уткнувшись лицом в ладони, и хохотала так, что слёзы текли по щекам.

Кайл замер посреди зала с поднятым стулом в руках и смотрел на меня. Посетители тоже смотрели. А я хохотала и не могла остановиться.

– Что смешного? – спросил он обиженно.

– Ты, – выдохнула я, вытирая слёзы. – Ты и эти стулья. И чашки. И тряпка в твоих руках. Ты похож на... на щенка, который пытается помочь по хозяйству и всё ломает.

Он поставил стул, посмотрел на свои руки, потом на меня.

– Я правда похож на щенка?

– Очень, – я всё ещё хихикала. – Большого, неуклюжего, но старательного.

– Ну, щенок так щенок, – сказал он и улыбнулся. – Тогда позволь щенку дальше помогать.

На третий день Кайл решил помочь с тяжёлыми мешками. Это у него получилось лучше – драконья сила позволяла таскать такие тяжести, с которыми мы с Линой мучились бы полдня. Он занёс мешки с зерном в кладовку, расставил их по местам и даже не запыхался.

– Спасибо, – сказала я, когда он вышел из кладовки. – Это действительно помогло.

– Рад стараться, – ответил он. – Если что ещё нужно – зовите.

– Позову, – пообещала я, сама удивляясь своим словам.

Так прошло несколько дней. Кайл приходил каждое утро, садился за свой столик, пил кофе и смотрел на меня. Иногда помогал – там, где не нужно было ничего мыть или разбивать. Носил тяжёлое, открывал тугие двери, подавал мне вещи с верхних полок. Посетители привыкли к нему, здоровались, иногда даже разговаривали. Иви окончательно осмелела и теперь частенько щебетала с ним о всякой ерунде. Теодор держался настороженно, но перестал шипеть при его появлении. Яга кормила его пирожками и ворчала, что «тощий больно, надо откармливать».

Я смотрела на всё это и думала о том, как странно устроена жизнь. Месяц назад этот человек вышвырнул меня на улицу. А теперь он сидит в моей кофейне, помогает с мешками и ловит на себе взгляды посетителей. И я начинаю привыкать к его присутствию. Начинаю ждать, когда он войдёт в дверь и сядет за свой столик. Начинаю ловить себя на том, что ищу его глазами в зале.

Это пугало. Потому что я не хотела снова впускать его в свою жизнь. Не хотела снова верить и снова обжигаться. Но он был здесь, каждый день, и с каждым днём стена, которую я выстроила вокруг себя, становилась всё тоньше.

Однажды вечером, когда кофейня закрылась и все разошлись, я сидела на крыльце и смотрела на звёзды. Кайл вышел следом, сел рядом. Молчал, не заговаривал, просто сидел и смотрел в небо.

– Ты чего не идёшь домой? – спросила я.

– Не хочется, – ответил он. – Там пусто.

Я не ответила. Мы сидели молча, и в этом молчании было что-то важное, что-то, что нельзя было объяснить словами.

– Карина, – сказал он наконец. – Я знаю, что ты меня не простила. И не простишь, наверное, никогда. Но я буду здесь каждый день. Буду помогать, чем смогу. Буду сидеть в углу и пить твой кофе. Буду смотреть, как ты работаешь. И буду ждать.

– Чего ждать? – спросила я.

– Не знаю, – честно ответил он.

Я смотрела на него и видела в его глазах то, чего не замечала раньше: боль, раскаяние, надежду. И впервые за долгое время мне захотелось ему поверить.

– Иди спать, – сказала я, поднимаясь. – Завтра трудный день.

Он кивнул, поднялся следом.

– Спокойной ночи, Карина.

– Спокойной ночи, Кайл.

Я вошла в дом и закрыла за собой дверь. Прислонилась к ней спиной, закрыла глаза и выдохнула. Сердце колотилось где-то в горле, и я никак не могла понять – от страха или от чего-то другого.

Глава 19. Суд

Я проснулась в пять утра, когда за окном ещё было темно, и долго лежала, глядя в потолок и прокручивая в голове все возможные сценарии. Худшие, лучшие, средние – все они перемешивались в кашу, от которой тошнило сильнее, чем от токсикоза.

Внизу меня ждали Лина, Тиана и призраки.

Лина всплакнула, утирая слёзы краем передника. Тиана сжимала в руках какие-то бумаги – свои дипломы и сертификаты, на всякий случай. Призраки витали в воздухе, взволнованно перешёптываясь.

– Не волнуйтесь, – сказала я им. – Всё будет хорошо.

– Мы верим, леди, – всхлипнула Лина.

Рейнард ждал нас у входа. Он был в идеальном костюме, с папкой документов под мышкой и уверенным выражением лица. Кайл стоял рядом, тоже при параде – в тёмном мундире с серебряным шитьём.

Мы пошли пешком. Суд находился в центре города, в старом массивном здании из серого камня. По дороге я смотрела по сторонам, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей, но ничего не помогало. В голове крутилось одно и то же: что будет, если я проиграю? Где я буду жить? Что будет с Линой, Тианой, призраками?

У входа в здание суда толпился народ. Я узнала несколько лиц – соседи, торговцы с рынка, даже пара наших постоянных клиентов. Они пришли поддержать меня, и от этого на душе стало немного теплее.

Внутри было прохладно и пахло старыми бумагами и полировкой для мебели. Нас провели в большой зал заседаний, с высокими потолками, тяжёлыми дубовыми скамьями и возвышением для судьи в конце.

Мы сели на скамью для ответчиков. На другой стороне, на скамье истцов, уже сидели мои родители и брат. Мать смотрела на меня с таким выражением, будто я была тараканом, который выполз из-за плинтуса. Отец хмурился и постукивал тростью по полу. Братец маячил сзади, нервно теребя пуговицу на сюртуке.

Рядом с ними сидел адвокат – лорд Кристофер эш'Велл, высокий, холёный мужчина с седыми висками и холодными глазами. Он даже не взглянул в нашу сторону, листая какие-то бумаги с видом полного превосходства.

Судья вошёл, и все встали. Он был пожилым, с усталым лицом и внимательными глазами. Сел на своё место, окинул взглядом зал и кивнул секретарю.

– Слушается дело по иску лорда и леди эш'Тарр к леди Карине эш'Тарр, – начал секретарь монотонным голосом. – Истцы требуют признать завещание леди Мортимер эш'Тарр недействительным и передать право на наследство им как ближайшим родственникам, имеющим право опеки над ответчицей ввиду её недееспособности.

Судья кивнул и посмотрел на нас.

– Слово предоставляется истцам.

Лорд Кристофер поднялся, одёрнул мантию и начал говорить. Голос у него был поставленный, уверенный, каждое слово звучало как приговор.

– Ваша честь, мы представим неопровержимые доказательства того, что леди Карина эш'Шерр не способна управлять своим имуществом и нуждается в опеке. Свидетели подтвердят, что она ведёт аморальный образ жизни, общается с потусторонними сущностями и занимается сомнительной торговлей, позорящей имя благородного дома.

Он вызывал свидетелей одного за другим. Первыми пошли бывшие подружки Карины – те самые, что хихикали на улице. Они рассказывали о её пристрастии к азартным играм, о том, как она проигрывала деньги в казино, как занимала и не отдавала.

– Она могла просидеть за карточным столом всю ночь, – вещала одна, брюнетка с точеными скулами. – А наутро прийти и снова играть. Мы пытались её остановить, но она не слушала.

Потом вызвали соседей из того района, где стоял замок Кайла. Они рассказывали о странных звуках, которые доносились из усадьбы, о криках, о том, как Карина якобы скандалила с мужем.

– Она была неуравновешенной, – сказала пожилая женщина в строгом платье. – Мы часто слышали, как она кричит на слуг. А однажды она выбежала на улицу ночью, в одной сорочке, и кричала что-то невразумительное.

Я слушала и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Это было похоже на правду. Та Карина действительно вела себя так. Но я – это не она. Я не играла в карты, не скандалила, не выбегала на улицу в сорочке. Но как это доказать?

Мать поднялась на трибуну и с дрожью в голосе (очень убедительной дрожью) рассказала, какая я была трудная в детстве, как я позорила семью, как вышла замуж без их благословения, как развелась и теперь торгую напитками в компании призраков.

– Она всегда была странной, – всхлипывала она, промокая глаза платочком. – А после замужества и вовсе с катушек слетела. Мы пытались ей помочь, но она не желала слушать. Теперь она живёт в доме, где обитают призраки, варит какие-то сомнительные зелья и называет это кофе. Это же ненормально!

Отец только кивал и поддакивал, но вставать на трибуну отказался. Сидел, смотрел в пол и молчал.

Когда они закончили, я чувствовала себя выжатой как лимон.

Судья повернулся к нам.

– Слово предоставляется ответчице.

Рейнард поднялся и вышел вперёд. Он выглядел спокойным и уверенным, будто всё, что происходило, было частью его плана.

– Ваша честь, – начал он, – мы представим неопровержимые доказательства того, что леди Карина эш'Шерр не только вменяема, но и ведёт успешный, законный бизнес, который приносит доход и пользу городу.

Он открыл свою папку и вытащил кипу бумаг.

– Вот финансовые отчёты кофейни «Кофе с того света» за последний месяц. Цифры говорят сами за себя: леди Карина не только содержит себя и своих помощников, но и платит налоги в городскую казну. Её бизнес процветает, несмотря на то, что открылся совсем недавно.

Судья взял бумаги, полистал. Я видела, как его брови полезли вверх – цифры и правда были впечатляющими.

Рейнард вытащил следующий документ.

– Вот медицинское заключение от лекаря высшей категории лорда Эдмунда эш'Тарена. В документе говорится, что леди Карина прошла полное обследование и признана абсолютно здоровой психически и физически.

Он протянул судье толстую пачку листов с печатями. Судья взял, полистал, кивнул.

– Здесь сказано, что леди Карина здорова. Более того, лекарь отмечает её необычайную эмоциональную стабильность и ясность ума.

– Это подделка! – выкрикнула мать с места.

– Тишина в зале! – стукнул молотком судья. – Леди, если вы ещё раз позволите себе выкрики, я удалю вас из зала.

Мать замолчала, но смотрела на меня с такой ненавистью, что мне стало не по себе.

Рейнард продолжал:

– Мы также пригласили свидетелей, которые подтвердят, что леди Карина ведёт нормальный, достойный образ жизни. Позвольте пригласить первого свидетеля – капитана Грегори, торгового мореплавателя.

Капитан вошёл в зал, глянул на меня, подмигнул и встал на трибуну. Он рассказал, как я пришла к нему в порт, как договорилась о поставках кофе, как чётко и ясно изложила свои требования.

– Она произвела на меня впечатление деловой женщины, – сказал он. – Я имею дело с разными людьми, и сразу вижу, кто стоит передо мной. Леди Карина не сумасшедшая. Она умная, расчётливая и знает, чего хочет.

Потом вызвали наших постоянных клиентов. Строители, те первые, рассказывали, как я их встретила, как варила кофе, как относилась к ним с уважением.

Пожилая пара, которая играла в шахматы с Теодором, подтвердила, что я веду себя совершенно нормально.

– Она культурная, вежливая, – сказала старушка. – И призраки у неё культурные. Мы с мужем каждую неделю ходим, и нам очень нравится.

Судья слушал внимательно, делал пометки. Когда свидетели закончили, он повернулся к адвокату истцов.

– У вас есть вопросы к свидетелям?

Лорд Кристофер поднялся, подошёл к трибуне, где стоял рыжий строитель.

– Скажите, – спросил он сладким голосом, – вы часто видите леди Карину?

– Каждый день почти, – ответил строитель.

– И как она себя ведёт? Не кажется ли она вам странной?

– Странной? – переспросил строитель. – Нет, нормальная она. Кофе варит, улыбается, шутит. Чего странного?

– А то, что она живёт с призраками, вас не настораживает?

– Так призраки добрые, – пожал плечами строитель. – Иви вон с детьми играет, Теодор в шахматы учит играть, Яга пирожки печёт. Чего ж настораживаться?

Лорд Кристофер скривился, но продолжил:

– А не кажется ли вам, что она могла вас приворожить? Своим кофе, например?

Строитель расхохотался так громко, что судья стукнул молотком.

– Приворожить? – вытирая слёзы, повторил он. – Да я мужик здоровый, меня не приворожишь. А кофе у неё просто вкусный, и всё. Вы бы попробовали, господин хороший, может, и сами бы поняли. Я в браке уже десять лет и никто еще не сомневался в моей любви к жене!

В зале послышались смешки. Лорд Кристофер побагровел и отошёл от трибуны.

– У меня всё, ваша честь.

Судья кивнул и повернулся к нам.

– У ответчицы есть ещё свидетели?

Рейнард поднялся.

– Да, ваша честь. Я хотел бы пригласить лорда Кайла эш'Шерра.

В зале пронёсся шёпот. Мои родители переглянулись, брат побелел. Кайл поднялся и вышел вперёд. Он выглядел спокойным и уверенным, будто каждый день давал показания в суде.

– Лорд эш'Шерр, – начал Рейнард, – вы были мужем леди Карины. Не могли бы вы рассказать суду, какой она была в браке и какой стала после развода?

Кайл посмотрел на меня долгим взглядом, потом повернулся к судье.

– В браке леди Карина была несчастна, – начал он. – И я был тому причиной. Я не уделял ей внимания, не пытался понять её, не давал ей того, что нужно женщине. Она искала утешения в картах и покупках – это правда. Но виноват в этом был я, не она.

Он говорил, и в зале становилось всё тише.

– После развода я следил за ней, – продолжил он. – Я видел, как она взяла себя в руки, как открыла кофейню, как построила бизнес с нуля. Я видел, как к ней тянутся люди, как они её уважают.

– Вы утверждаете, что она вменяема? – спросил Рейнард.

– Абсолютно, – твёрдо сказал Кайл. – Она самый вменяемый человек из всех, кого я знаю.

Мать на скамье истцов вскочила.

– Это ложь! Он её любовник! Они сговорились!

– Леди, – судья стукнул молотком, – ещё одно слово, и я удалю вас из зала.

Мать села, сверля меня взглядом.

Когда свидетели закончили, судья объявил перерыв и удалился на совещание. Мы сидели на скамье и ждали. Лина держала меня за руку, Тиана шептала молитвы.

Кайл сидел рядом и молчал.

– Спасибо, – сказала я тихо.

Он удивлённо посмотрел на меня.

– Это не подвиг, – ответил он. – Это просто правда.

Судья вернулся через полчаса. В зале воцарилась тишина, когда он поднялся на своё место и раскрыл папку с решением.

– По делу о признании завещания леди Мортимер недействительным, – начал он, и голос его звучал ровно, без эмоций, – Суд, рассмотрев представленные доказательства и заслушав свидетелей, постановляет.

Он сделал паузу. Я затаила дыхание.

– Завещание признать действительным. Иск лорда и леди эш'Тарр отклонён полностью.

Я выдохнула. Лина взвизгнула и бросилась мне на шею. Тиана захлопала в ладоши. В зале послышались аплодисменты – наши постоянные клиенты, которые пришли поддержать, радовались вместе с нами.

Судья поднял руку, призывая к тишине.

– Кроме того, суд выносит истцам строгое предупреждение за попытку оговора. Судебные издержки возлагаются на истцов.

Мать побелела. Отец смотрел в пол, не поднимая глаз. Брат вскочил и выбежал из зала.

– Заседание окончено, – объявил судья и стукнул молотком.

Мы вышли из здания суда под аплодисменты и радостные крики. Солнце светило ярко, небо было чистым, и я впервые за долгое время дышала полной грудью.

– Мы выиграли, – сказала я, поворачиваясь к своим. – Мы выиграли!

Лина плакала и смеялась одновременно. Тиана обнимала всех подряд.

Кайл стоял в стороне и смотрел на меня. Я подошла к нему.

– Спасибо, – сказала я. – За лекаря, за свидетелей, за всё.

– Не за что, – ответил он. – Ты заслужила победу.

Я хотела ещё что-то сказать, но вдруг почувствовала, как земля уходит из-под ног. Голова закружилась, в глазах потемнело, и я начала оседать на землю.

Кайл подхватил меня в последний момент, не давая упасть.

– Карина! – крикнул он. – Что с тобой?

Я попыталась ответить, но язык не слушался. В ушах шумело, перед глазами плыли цветные круги. Я чувствовала, как он держит меня, как прижимает к себе, и это было... странно. Странно и почему-то спокойно.

– Лекаря! – крикнул он кому-то. – Быстро!

Я хотела сказать, что всё в порядке, просто устала, просто напряжение сказалось, но сознание ускользало. Последнее, что я увидела – испуганное лицо Лины и золотые искры в глазах Кайла.

А потом темнота.