Текст книги "Развод с драконом или Кофейная дипломатия (СИ)"

Автор книги: Ямиля Нарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 8. Кофе, знакомства и неожиданные предложения

Спала я на удивление хорошо, без снов – видимо, организм требовал отдыха после вчерашней уборки и знакомства с призраками. Тео, этот драконий призрак, больше не являлся, и я решила, что тот разговор мне всё-таки приснился. Потому что одно дело – призраки в доме, с этим я как-то смирилась, и совсем другое – драконья половина бывшего мужа, которая заявляется по ночам и вещает про истинность.

Я спустилась вниз, где меня уже ждала Лина с завтраком. Она поставила на стол миску с овсяной кашей и кружку травяного отвара. Я жевала и смотрела на три мешка с зёрнами, стоящие в углу кухни.

– Лина, – сказала я, проглотив очередную ложку. – Сегодня мы будем варить кофе.

Она посмотрела на меня с таким выражением, будто я предложила сварить суп из камней.

– Леди, его же никто не пьёт. Я на рынке слышала, как торговцы переговаривались – дрянь, говорят, редкая, горькая, как полынь, и пахнет непонятно чем.

– Они просто не умеют его готовить, – я доела кашу и поднялась. – Вот увидишь.

Сковорода нашлась в том же шкафу, где Лина обнаружила посуду – чугунная, тяжёлая, с толстым дном. Я поставила её на огонь и высыпала зёрна. Они зашуршали по раскалённому металлу, и через минуту по кухне поплыл такой запах, что Лина замерла с половником в руке, а Иви прилетела с чердака, сверкая крыльями.

– Что это? – спросила Лина, втягивая носом воздух. – Пахнет... вкусно. И странно.

– Кофе, – ответила я, ловко встряхивая сковороду. Зёрна темнели, лоснились маслом, и я ловила тот самый момент, когда они начнут потрескивать. – Настоящий кофе.

Я ссыпала обжаренные зёрна в ступку – каменную, тяжёлую, нашлась в тех же запасах – и принялась толочь. Ритмичный стук камня о камень заполнял кухню, а запах становился всё гуще, всё насыщеннее. Лина подошла ближе, заглядывая через плечо.

Я засыпала молотый кофе в турку, залила водой – обязательно чистой, из кувшина, который Лина принесла с утра от колодца – и поставила на самый медленный огонь. Кристаллы я убавила до минимума, чтобы жар шёл едва-едва.

– Вода обязательно должна быть чистая, – объясняла я Лине, пока ждала, когда кофе начнёт закипать. – Если вода плохая, вкус испортится. И греть надо медленно. Кофе любит внимание.

Когда я разлила готовый кофе по двум маленьким чашкам – одной для меня, второй для Лины – в кухне воцарилась тишина. Лина смотрела в чашку с подозрением, нюхала, морщила нос.

– Леди, а это точно можно пить? – спросила она.

– Пей, – я поднесла чашку к губам. – Только осторожно, горячо.

Первый глоток обжёг язык, но следом пришло то самое – густая горечь с ореховой ноткой, долгое послевкусие. Я закрыла глаза и чуть не застонала от удовольствия. Почти месяц без кофе. Почти месяц в этом мире без единой капли нормального напитка. Я пила и чувствовала, как возвращаюсь к жизни.

Лина тем временем сделала маленький глоток, замерла, потом ещё один. Её глаза расширились.

– Леди, – сказала она тихо. – Это же вкусно. Это правда вкусно! А почему все говорят, что кофе – гадость?

– Потому что никто не умеет его варить, – ответила я, доливая остатки из турки в свою чашку. – Но для начала надо понять, понравится ли он людям.

Ответ пришёл быстрее, чем я ожидала, и с самой неожиданной стороны.

Мы с Линой как раз домывали посуду после завтрака, когда на улице послышались шаги и чей-то неуверенный голос. Я выглянула в окно. На крыльце стоял мужик в пыльной робе, с красным от загара лицом и мозолистыми руками, которые он мял перед собой, явно стесняясь.

– Эй, хозяева! – крикнул он, озираясь. – Есть кто? Мне б дорогу спросить...

Я вышла на крыльцо, вытирая руки о фартук. Мужик окинул меня быстрым взглядом и смутился ещё сильнее.

– Заблудился я, – сказал он. – Мы тут строим неподалёку, дом новый. А я за табаком пошёл и свернул не туда. Теперь не пойму, где я. Где тут улица Ветряная? А то наши сказали, направо, а я свернул и заблудился в этих ваших кварталах.

– Ветряная? – я задумалась, вспоминая карту города, которую вчера показывала Лина. – Это через два квартала прямо, потом налево, у старой пекарни повернёте и упрётесь.

– Спасибо, – он уже собрался уходить, но тут его нос дёрнулся. Он втянул воздух, принюхался, как охотничья собака.

– А чё это так пахнет? – спросил он, заглядывая мне через плечо. – Вкусно пахнет. Не пойму чем, но прямо слюна течёт.

– Кофе, – ответила я. – Мы тут собираемся на днях кофейню открывать. Хотите попробовать первым наш кофе?

Он замялся, переступил с ноги на ногу.

– Да я не знаю... Кофе, говорят, гадость редкая.

– Мой кофе – не гадость, – сказала я твёрдо. – Зайдите, попробуйте. Если не понравится – нальем чаю, я не обижусь.

Он подумал, почесал затылок и шагнул через порог. В холле огляделся, заметил столики, стулья, комод-стойку и присвистнул.

– А у вас тут уютно, – сказал он. – И чисто. Я думал, тут давно всё заброшено.

Я налила кофе в самую красивую чашку из тех, что мы нашли в буфете – белую, с золотым ободком, без единой трещинки. Поставила перед ним на блюдце, положила рядом ложечку.

Мужик смотрел на чашку с таким выражением, будто я подала ему яд. Потом взял, поднёс к носу, понюхал. Поморщился – видимо, запах показался слишком сильным. Подул, отхлебнул маленький глоток.

И замер.

Я следила за его лицом. Сначала он просто сидел с чашкой в руке, глядя в одну точку. Потом его глаза медленно, очень медленно расширились, зрачки стали огромными, и на лице появилось такое выражение, будто ему только что открыли тайну мироздания.

Он выпил вторую чашку так же быстро, как первую, но теперь уже не замирал, а довольно щурился и облизывал губы. Посидел ещё немного, потом встал и направился к двери.

– Спасибо, хозяюшка, – сказал он на пороге.

И ушёл. Лина выглянула из кухни, вытирая руки.

– Убежал? – спросила она. – Не понравилось?

– Понравилось, – ответила я, убирая чашку.

Ждать подтверждения этому пришлось недолго. К обеду с улицы донеслись голоса. Я выглянула в окно и увидела несколько мужиков в таких же пропыленных робах, которые валили к крыльцу, размахивая руками и перекрикивая друг друга. Впереди шагал тот самый первый клиент и тыкал пальцем в сторону усадьбы.

– Вот здесь! – кричал он. – Я ж говорю, там наливают какую-то дурь, после которой энергии валом! Я полдня кирпичи таскал и даже не устал!

Мужики галдели, толкались, но вели себя вполне мирно. Я вышла на крыльцо, и они разом замолчали, уставившись на меня.

– Здравствуйте, – сказала я. – Кофе хотите?

– А сколько стоит? – спросил один, подозрительно щурясь.

Я назвала цену. Чисто символическую, столько же, как они заплатили бы в любой харчевне за хороший чай. Мужики переглянулись, закивали, и через полчаса у меня во дворе сидели шестеро здоровых строителей, пили кофе из найденных в буфете чашек, закусывая свежими булочками, и довольно крякали.

Я варила кофе в трёх турках одновременно, Лина разносила чашки, а призраки выглядывали из окон и с интересом наблюдали за происходящим. Иви даже пару раз пролетела над головами гостей, но те её не заметили – слишком были увлечены новым напитком.

Первые деньги. Первые довольные клиенты. Первая маленькая победа.

Мужики ушли, оставив на столе горку медяков и обещание вернуться завтра. А я, собрав монеты, отправилась в город.

Я прикинула, что нам нужно. Вывеска, листовки, посуда. И ещё нужен френч-пресс. Потому что варить кофе в турке для толпы посетителей – это медленно и муторно. А френч-пресс позволит заваривать сразу несколько чашек.

Я вспомнила, что Лина рассказывала про чайную лавку на соседней улице, где продают всякие заварные устройства. Может, там найдётся что-то похожее.

Чайная лавка оказалась именно такой, как я представляла – тёмное дерево, полки с жестяными банками, запах трав и цветов. Хозяин, сухой старичок с длинной седой бородой, встретил меня приветливо, но без особого интереса – мало ли леди заходят побаловаться травяными сборами.

– Мне нужно вот такое устройство, – сказала я, протягивая рисунок.

– Это вы про чайный пресс? – спросил он, вытаскивая запылившуюся коробку. – Редкая штука, почти не берут. Говорят, неудобно. А мне нравится – заварил, нажал, и листья не плавают.

Он открыл коробку, и я увидела то, что искала. Стеклянная колба, металлический каркас, поршень с сеточкой. Настоящий френч-пресс, пусть и под другим названием.

– Сколько? – спросила я.

Он назвал цену, я даже не стала торговаться – купила сразу две штуки, на всякий случай. Продавец удивился, но деньги взял и даже скинул пару пакетиков редкого чая в подарок.

Я уже выходила из лавки, прижимая к себе покупки, когда услышала за спиной хихиканье. Обернулась.

Неподалеку стояла группа девушек. Красивых, холёных, в дорогих платьях. Подружки Карины, с которыми она когда-то играла в карты и ходила по магазинам. Они смотрели на меня и перешёптывались, прикрывая рты ладошками. Одна, высокая брюнетка с точеными скулами, сказала что-то, и все прыснули.

Я узнала их. Память Карины подкинула имена, лица, обрывки разговоров. С этими девушками она проигрывала деньги в казино, с ними же сплетничала о мужьях и любовниках, а когда её выгнали, никто из них даже не поинтересовался, как она.

Я постояла секунду, глядя на них. Потом развернулась и пошла дальше. Не было у меня ни времени, ни желания выяснять, что они там шепчут. Пусть себе шепчут. Мне от этого ни жарко ни холодно.

Типография нашлась на соседней улице. Это было маленькое здание с большими окнами, за которыми виднелись станки и горы бумаги. Я толкнула дверь, вошла.

Внутри пахло краской, бумагой и чем-то ещё, неуловимо знакомым. За конторкой сидел молодой человек в нарукавниках и перебирал кипы листовок. При моём появлении он поднял голову и вежливо улыбнулся.

– Чем могу помочь?

Я выложила на стойку листок с текстом, который сочиняла полночи.

– Мне нужно отпечатать листовки, – сказала я. – Вот текст. Тираж – двести штук. Бумага попроще, чтобы недорого, но шрифт читался хорошо.

Он взял лист, развернул, начал читать. И по мере того, как он читал, его лицо вытягивалось. Сначала брови поползли вверх, потом рот приоткрылся, а в конце он просто уставился на меня с таким выражением, будто я предложила ему напечатать приглашение на бал к демонам.

– Госпожа, – сказал он осторожно. – Вы это серьёзно?

– Абсолютно, – кивнула я.

Он перечитал ещё раз, шевеля губами. Потом хмыкнул, почесал затылок.

– Ладно, ваше дело. Двести штук сделаем, через пару дней будет готово. Деньги вперёд.

Я отсчитала монеты, он выдал мне расписку, и я вышла на улицу, довольно потирая руки. Листовки вышли отличные – с юмором, с вызовом, с той самой изюминкой, которая заставит людей хотя бы заинтересоваться.

Я завернула за угол и нос к носу столкнулась с девушкой. Она шла быстро, чуть не сбив меня с ног, и уже открыла рот, чтобы извиниться, когда узнала.

– Карина? – выдохнула она.

Я всмотрелась в лицо.

– Тиана, – вспомнила память Карины, и я улыбнулась. – Привет.

– Привет, – она схватила меня за руки. – Карина, как ты? Я слышала... мне так жаль! Твой муж, этот развод... Ты как? Где ты? Я искала тебя, но никто не знал, куда ты делась. Твои родители сказали, что ты уехала и не хочешь ни с кем общаться, а я не верила...

Она тараторила, сжимая мои пальцы, и я чувствовала, что это не пустые слова. Тиана действительно волновалась. Дочь какого-то обедневшего дворянина, если верить памяти Карины, они дружили, пока Карина не выскочила замуж, а потом не понеслась по наклонной.

– Я в порядке, – сказала я, высвобождая руки. – Правда. Живу в усадьбе бабки. Призраков приручаю, кофе варю.

Тиана замерла, переваривая информацию. Потом вдруг рассмеялась звонко, искренне, от души.

– Ты всегда была сумасшедшей, – сказала она. – Но я рада, что ты в порядке. Правда рада.

– А ты как? – спросила я. – Чем занимаешься?

Она вздохнула и махнула рукой.

– Да так, ничего хорошего. Академию закончила месяц назад, по специальности бытовые чары. А работу найти не могу. Везде просят опыт, а где его взять, если только что выпустилась? Дома сижу, мать пилит, что зря училась.

Я замерла. Бытовые чары. Именно то, что нам сейчас нужно в усадьбе до зарезу.

– Таина, – сказала я осторожно. – А что ты конкретно умеешь?

– Всё, – Тиана пожала плечами. – Ну, заклинания починки – если что-то сломалось, могу починить. Чистки – грязь убрать, пыль, пятна всякие. Восстановление – если ткань порвалась или дерево треснуло, могу срастить. Ну и по мелочи. В Академии нас учили всему, что нужно в быту.

– А плитку на полу можешь отреставрировать? – спросила я.

– Могу, – она посмотрела на меня с недоумением. – Это не сложно, там главное – структуру восстановить и цвет подобрать.

– А стены выровнять? Потолок побелить? Окна законопатить?

– Легко, – она уже начинала понимать, к чему я клоню. – Карина, ты что, предлагаешь мне работу?

– Предлагаю, – кивнула я. – У меня в усадьбе ремонта – непочатый край. Если ты действительно сможешь помочь, я тебя с руками оторву. Жильё дам, кормить буду, деньги платить – сначала не много, но буду. Согласна?

Тиана смотрела на меня так, будто я предложила ей место при дворе.

– Согласна, – выдохнула Тиана. – Когда приступать?

Мы пошли по улице, и я слушала её рассказы об Академии, о заклинаниях, о том, как трудно девушке-магу пробиться в этом мире. А в голове уже крутились планы.

– Ты правда не боишься призраков? – спросила я, когда мы подходили к усадьбе.

– А чего их бояться? – Тиана пожала плечами. – Мы в Академии мороков и духов проходили. Если они не злобные, то с ними можно договориться.

– Они хорошие, – подтвердила я.

Глава 9. Магия, ремонт и первая рекламная кампания

Тиана шла рядом и с любопытством разглядывала улицы, по которым я её вела. Когда мы свернули в наш переулок и перед нами открылась усадьба, она присвистнула.

– Ничего себе, – сказала она. – Я думала, тут совсем развалины, а выглядит... ну, не так страшно.

Мы вошли в холл, и Тиана замерла, разглядывая высокие потолки, лестницу, столики, расставленные у стен.

Из кухни вынырнула Лина, увидела Тиану и насторожилась.

– Это Тиана, моя давняя подруга, – представила я. – Она маг, будет помогать с ремонтом. Тиана, это Лина, моя правая рука и главный помощник.

Девушки поздоровались, и Тиана принялась осматриваться уже профессиональным взглядом. Она обошла холл, потрогала стену, постучала по мраморной плитке на полу.

– Плитку я восстановлю, – сказала она. – Трещины заделаю, цвет подгоню, заполирую так, что новой будет не отличить. Но это временно.

– В смысле – временно? – насторожилась я.

– Мои чары держатся, пока я их подпитываю, – объяснила Тиана. – Если я уйду или просто перестану тратить на них силу, они рассеются. Не сразу, постепенно. Месяца через два-три плитка снова потрескается. Поэтому настоящий ремонт потом всё равно придётся делать – по-человечески, строителями.

Я вздохнула. Понятно, магия – штука удобная, но недолговечная. Ладно, будем иметь в виду.

– А стены? – спросила я.

– Стены выровняю, покрашу. Краску надо купить.

– Хорошо, – кивнула я.

Из воздуха материализовался Теодор. Во фраке, с идеальной осанкой и слегка надменным выражением лица. Тиана вздрогнула, но не закричала и не побежала.

– Ещё одна смертная, – сказал граф. – Карина, ты коллекционируешь их?

– Это Тиана, – сказала я. – Наша новая сотрудница. Она маг, будет помогать с ремонтом. Так что будь добр, прояви вежливость.

Теодор склонил голову церемонно, но с явной неохотой.

– Маг, значит. Что ж, посмотрим, на что вы способны, юная леди.

Иви выпорхнула откуда-то сверху, приземлилась на перила лестницы и захлопала в ладоши.

– Ой, какая ты красивая! – воскликнула она. – Ты правда маг? А покажешь что-нибудь? А можешь меня сделать непрозрачной?

Тиана смотрела на фею с открытым ртом, но быстро взяла себя в руки.

– Такое не могу, – сказала она. – Вы же призрак, это не ко мне. А починить что-нибудь – пожалуйста.

Яга появилась из кухни, опираясь на клюку, и окинула Тиану цепким взглядом.

– Ладно, знакомство окончено, – сказала я. – Тиана, давай осмотрим фронт работ. У меня тут целый список.

Мы обошли усадьбу снаружи и внутри. Я показывала, Тиана записывала на клочке бумаги, кивала, задавала вопросы. К концу обхода у неё в руках был плотно исписанный лист, а на лице – выражение человека, который только что понял, что ввязался в крупную авантюру.

– Карина, – сказала она. – Тут работы на месяц. Если не на два. Ты уверена, что я справлюсь одна?

– А мы не одни, – я кивнула на призраков, которые парили неподалёку, делая вид, что не подслушивают. – Они помогают. Им всё равно делать нечего, только пугать прохожих и ныть. А тут хоть делом займутся.

– Я не ною, – обиженно возразил Теодор. – Я выражаю недовольство в цивилизованной форме.

– Вот именно это мы и называем нытьём, – отрезала я.

Тиана хихикнула, но быстро спрятала улыбку.

– Хорошо, – сказала она. – Давай тогда начнём снаружи. Фасад и крыша – это первое, что видят люди. Если они увидят развалины, никакой кофе их не заманит.

Я кивнула. Разумно.

Мы вышли во двор, и Тиана оглядела заросший бурьяном участок, покосившийся забор, сухую яблоню в углу.

– Тут работы много, – сказала она. – Но я справлюсь. Только помогите мне: надо траву скосить, деревья спилить, мусор вывезти. Это магией тяжело, быстрее руками.

Я кивнула Лине, и та метнулась в сарай за косой и топором.

Следующие несколько дней мы работали как проклятые. Тиана колдовала над фасадом: я своими глазами видела, как мох сползает со стен сам собой, как щели в кладке зарастают свежим раствором, а ставни, которые висели криво и рассохлись, вдруг становятся ровными, плотно закрываются и покрываются слоем свежего лака. Она стояла посреди двора, раскинув руки, и от неё расходились волны тёплого света, которые окутывали дом и делали с ним что-то невероятное.

– Крыша, – сказала она, промокая лоб. – С черепицей проблема. Её менять надо, настоящую. Я могу старую укрепить, чтобы не сыпалась, но если она битая – только заменять.

– Купим новую, – решила я. – Лина, записывай: черепица, водосточная труба, доски для забора.

Лина кинулась в дом за бумагой и карандашом.

Вскоре дом преобразился. Фасад сиял чистотой, ставни тёмным лаком поблёскивали в лучах закатного солнца, козырёк над крыльцом, который мы почистили и покрыли чёрным лаком, выглядел как новенький. Даже забор, который Тиана выровняла магией, а мы с Линой подкрасили свежей краской, теперь стоял ровно и гордо, белый, как паруса.

Во дворе было не узнать – бурьян мы скосили, сухую яблоню спилили (призраки помогли таскать брёвна), кусты сирени обрезали и привели в порядок. Дорожки, которые Тиана выровняла, мы засыпали свежим гравием, и теперь они приятно хрустели под ногами.

У входа стояли плетёные стулья и столики, найденные в сарае. Лина сшила для стульев новые подушки из старых запасов ткани, и теперь на них было мягко сидеть.

Внутри дома тоже кипела работа. Тиана прошлась по холлу, и стены, которые ещё утром были ободранными и грязными, вдруг стали ровными, гладкими и приобрели нежный, светло-фисташковый оттенок. Мраморный пол под её руками засветился – трещины затянулись, плитки встали на место.

Люстру мы сняли, и вычистили её до блеска – я даже не подозревала, что под слоем пыли и паутины скрывается такая красота. Медные рожки сияли, хрустальные подвески переливались в свете заходящего солнца. Мы вставили новые кристаллы в те места, где старые раскололись, и когда зажгли свет, холл преобразился окончательно.

Лестница на второй этаж, которая шаталась и скрипела при каждом шаге, после чар Тианы стояла твёрдо и надёжно.

Двери в комнаты мы проверили все до одной. Я смазала петли, где надо – подстрогала косяки, чтобы двери закрывались плотно, без щелей. В некоторых комнатах пришлось повозиться, но к вечеру все двери на первом этаже открывались и закрывались легко и бесшумно.

Мебель мы перетащили из подвала и с чердака. Три столика, которые я уже поставила в холле, Тиана отполировала до блеска и укрепила ножки. Восемь стульев, которые мы нашли в подвале, она починила – те, что разваливались, склеила магией, остальным просто укрепила каркас. Обивку мы почистили, а на трёх стульях, где ткань совсем истлела, перетянули сиденья старым бархатом, который нашёлся в бабкиных запасах.

Стеллаж для книг, стоявший в кабинете на первом этаже, мы отмыли, починили полки и перетащили в холл. Книги, которые валялись в том же кабинете кучей, Лина перебрала, вытрясла из них пыль, некоторые подклеила. Теперь они стояли на стеллаже ровными рядами, и любой посетитель мог взять почитать.

Посуду мы нашли в кладовке. Это был целый сервиз, старый, но красивый, с золотым ободком. Чашек оказалось штук двадцать, блюдец – чуть меньше, несколько заварочных чайников, сахарница, молочник. Мы перемыли всё это, и я с удовлетворением отметила, что посуды хватит на первое время.

Скатерти и салфетки лежали в старом сундуке на чердаке. Они были льняные, с вышивкой, пахнущие нафталином. Лина отстирала их, отбелила на солнце, погладила горячим утюгом, который нашёлся в чулане. Теперь столики в холле стояли накрытые, и это выглядело по-настоящему уютно.

Вечером мы сидели на кухне – я, Лина, Тиана и призраки. Яга наварила огромный горшок похлёбки, от которой пахло так, что у меня текли слюнки. Тиана ела жадно, быстро, словно боялась, что еда исчезнет.

– Давно не ела нормального, – призналась она. – В общежитии Академии кормили так себе, а после выпуска я на съёмной комнате сидела, на хлебе и воде экономила. Стыдно к матери было возвращаться.

На третий день, когда основные работы были закончены, Тиана подошла ко мне с виноватым лицом.

– Карина, – сказала она. – Я должна тебе напомнить. Через пару месяцев магия начнёт рассеиваться. Плитка снова треснет, стены пожелтеют, краска облупится. Надо будет делать настоящий ремонт.

– Знаю, – ответила я. – Ты говорила. Но эти пару месяцев нам нужны, чтобы встать на ноги, заработать денег и сделать всё по-настоящему. Так что не переживай. Ты дала нам время. А время сейчас – самое главное.

Тиана поселилась в мансарде на втором этаже – там была небольшая, но уютная комнатка с окном во двор. Лина осталась в своей каморке на первом. Я поднялась в спальню, упала на кровать и провалилась в сон.

Утром меня разбудил стук в дверь. Это был мальчишка из типографии.

– Заказ, – сказал он, протягивая мне стопку. – Двести штук, как просили.

Я взяла, пролистала. Текст напечатали точно, без ошибок, даже шрифт подобрали красивый. Я сунула мальчишке медяк на чай, и он убежал, насвистывая.

– Что это? – спросила Тиана, выходя во двор.

– Наша реклама, – ответила я, протягивая ей один листок. – Читай.

Она прочитала. Потом ещё раз. Потом подняла на меня глаза, в которых плескалось такое изумление, что я рассмеялась.

Листовки пахли свежей краской, и текст, который я сочиняла полночи, выглядел на бумаге именно так, как я задумывала.

«Кофе с того света»

Вам кажется, что вы уже всё пробовали? Что вас ничем не удивить? Что бодрящие зелья давно заменили вам нормальный сон, а травяные сборы навевают лишь тоску?

Приезжайте к нам.

Мы предлагаем напиток, о котором в столице слагают легенды. Кофе, приготовленный по старинным рецептам, не имеет ничего общего с той горькой бурдой, которую вам доводилось пробовать ранее.

Это – искусство. Это – традиция. Это – вкус, от которого просыпаются даже мёртвые.

К слову о мёртвых.

В нашем заведении работают НАСТОЯЩИЕ ПРИЗРАКИ. Не ряженые актёры, не магическая иллюзия, а те, кого обычно боятся встретить в тёмном переулке.

Хотите острых ощущений? За отдельную плату они могут пролететь прямо сквозь вас. Говорят, ощущение – как будто тебя облили ледяной водой и пропустили через кисель. Наши постоянные клиенты уверяют, что это отлично прочищает мозги.

А ещё у нас бывает:

♟ Шахматные вечера – для тех, кто любит думать (призраки иногда подсказывают, но мы за них не отвечаем)

📖 Чтения вслух – старые книги, страшные истории и тёплый кофе

🎭 Вечера настольных игр – приходите компанией, места хватит

🌿 Поэтические пятницы – читайте свои стихи или слушайте чужие (призраки тоже учавствуют)

Торопитесь? Кофе можно взять с собой! Мы наливаем его в специальные чашки – возвращать не обязательно, оставляйте себе на память.

Тихий квартал, старая усадьба в конце улицы

Для тех, кто готов попробовать что-то новое»

Листовки мы отдали уличным мальчишкам. Они разнесли их по всему Кориндилу – расклеили на столбах, засунули под двери, сунули в руки прохожим. К вечеру в городе только и говорили, что о новой кофейне в Тихом квартале.

– Слышали? Там призраки работают!

– А ещё кофе варят, после которого мёртвые просыпаются!

– Ведьма, говорят, открыла. Мужа своего дракона прокляла и теперь людей заманивает...

Слухи ползли по городу, обрастая подробностями. Лина прибегала с рынка и рассказывала, что там говорят. Я только усмехалась. Пусть говорят. Главное – чтобы приходили.

А Тиана тем временем продолжала работу. Во дворе мы поставили столики и стулья, Тиана укрепила их заклинаниями, Лина сшила новые подушки из старого бархата, и они стали выглядеть как новенькие.

Вечерами мы собирались в холле, пили чай – я, Лина и Тиана, призраки витали рядом, впитывая эмоции. Я читала вслух старые книги, найденные в кабинете, и призраки слушали, затаив дыхание. Особенно им нравились страшные истории, тогда эмоций было больше всего, и они буквально светились от удовольствия.

– Теодор, – спросила я однажды вечером. – А ты играешь в шахматы?

Он поднял бровь.

– Я – граф. Конечно, играю.

– Отлично, – я вытащила шахматы, которые купила вчера в антикварной лавке за смешные деньги. – Будешь вести шахматный клуб по пятницам. Это привлечёт людей.

– Карина, – сказал он медленно. – Ты хочешь, чтобы я, граф де Варенн, развлекал твоих посетителей?

– Хочу, чтобы ты помогал мне зарабатывать деньги, – поправила я. – А заодно питался их эмоциями. Тебе же всё равно надо есть, я права?

Он подумал, потом кивнул.

– В твоих словах есть логика. Хорошо, я согласен.

– Вот и славно. Иви, а ты что умеешь?

Фея захлопала ресницами.

– Я? Ну... я летаю. И светиться могу.

– Отлично, – я записала в блокнот. – Будешь отвечать за уют и помогать гостям. И если кто-то захочет острых ощущений – пролетишь сквозь них.

– Ладно, – согласилась она. – Если им не больно, то можно.

Яга только крякнула, когда я посмотрела на неё.

– Я на кухне, – сказала она. – Буду твоим гостям пироги печь и отвары варить. А если кто нахамит – клюкой огрею.

– Договорились, – улыбнулась я.

К открытию мы готовились тщательно. Я перебрала все зёрна, обжарила их, смолола, расфасовала в банки. Лина выучила рецепт и теперь варила кофе почти так же хорошо, как я. Тиана закончила с холлом и теперь работала над вторым этажом, там, где мы планировали открыть дополнительный зал.

Я спустилась в подвал, к порталу. Мне нужны были стаканчики для кофе на вынос – те самые одноразовые, к которым я привыкла в своём мире. Здесь таких не делали, но портал мог достать всё, что угодно, если правильно попросить.

Я подошла к пульсирующему мареву, погладила его по краю – насколько можно погладить портал – и зашептала:

– Слушай, дружок. Мне нужны стаканчики для кофе. Бумажные, с крышечками, чтобы не обжечься. Такие, в которых кофе продают на вынос. Понимаешь?

Портал задумался. Я чувствовала, как он перебирает варианты, ищет, сопоставляет. Потом марево дрогнуло, и из него вывалилась упаковка. Я подхватила её, разорвала плёнку и ахнула. Внутри лежали ровно такие стаканчики, как я просила. Пятьдесят штук.

– Спасибо, – сказала я порталу. – Ты чудо.

Он довольно засветился и затих.

Я поднялась наверх, и мы с Линой принялись обустраивать зону для чтений и игр. В углу холла поставили низкий столик, стул. На стеллаж с книгами я водрузила шахматы. Купила и несколько настольных игр – какие-то кости, карты, фишки.

Вывеску мы смастерили сами – длинную деревянную доску, которую Тиана выровняла магией, я покрыла тёмным лаком, а Лина выжгла надпись раскалённым магическим лучом. «Кофе с того света». По краям Иви нарисовала светящейся пыльцой завитушки, которые мерцали в темноте, хотя днём их почти не было видно.

Так мы и закончили приготовления к открытию кофейни.

А по ночам ко мне приходил Тео.

Я не знала, сон это или явь, но каждую ночь, стоило мне закрыть глаза, в комнате появлялся призрачный дракон. Он вился под потолком, вздыхал, жаловался на жизнь.

– Опять ты, – вздохнула я. – Чего тебе?

– Мне грустно, – ныл он. – Он не слушает меня, думает, что я просто голос инстинктов.

В первую ночь я пыталась его утешить. Во вторую – злилась. К концу недели я начала ненавидеть сны.

– Тео, – сказала я однажды, когда он явился с очередной порцией нытья. – У меня завтра открытие. Мне нужно выспаться. Если ты сейчас не заткнёшься и не дашь мне поспать, я найду способ запечатать тебя сама. И поверь, тебе не понравится.

Он обиженно замолчал, свернулся клубком в углу и просто лежал там, глядя на меня грустными глазами. Я вздохнула, перевернулась на другой бок и провалилась в сон без сновидений.

Утром я проснулась с чувством, что выспалась, и с твёрдым намерением сделать этот день лучшим в своей новой жизни.

Сегодня мы открываем кофейню.

***

От автора:

Визуал: