Текст книги "Дело рода (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Уточкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

– Как-то совсем не хочется участвовать в этой трапезе.

Я полностью его в этом поддерживал. Покрепче перехватил Ухнеба.

Из-за деревьев показалась стая из пяти лис. Большая мышь переключила внимание на них. Лисы атаковали грамотно: одна в лоб, две с флангов, ещё две обходят сзади. Идущая в лоб лиса получила серое облако и рухнула. Фланговые ударили одновременно и сбили огромную мышь с ног, хоть и были в два раза меньше её.

Бой продолжался не больше минуты. Стая победила числом, потеряв двоих. Оставшиеся трое принялись пожирать тело и расти.

Из леса важной походкой вышел Лис. Этот был другой. Лис с большой буквы. Размером с пони, с хвостом, как боевое знамя. Проходя мимо бездыханных сородичей, он легонько кусал их за загривок. Зубы блеснули зелёным, мёртвые лисы задёргались и встали на лапы.

Вожак с достоинством дожрал оставшуюся от мыши голову.

Потом все лисы обратили внимание на нас. Окружив площадку, они скрылись под листвой.

Тайво за спиной шумно сглотнул.

– Да-а, будет сложнее, чем я предполагал, – окидывая взглядом панораму, констатировал я.

Из-за дальних деревьев показалась фигура человека. Во фраке, с тростью в руке и в цилиндре.

Я прикрыл глаза и помотал головой, отгоняя галлюцинацию. Открыл. Не помогло. Франт приближался. А лисы, выскочившие было из листвы, бросились от него наутёк.

– Мне не нравится этот идущий к нам человек, – сквозь зубы процедил Тайво. – Да и человек ли это?

– Пока не доказано обратное, будем считать человеком, – я мысленно перебирал инвентарь в поисках достойного аргумента для грядущих переговоров.

– Тогда почему вся живность разбежалась?

– Либо он хозяин этой локации, либо настолько силён, что пугает местную фауну.

Тайво подумал пару секунд и сделал вывод:

– Мне не нравятся оба варианта.

Человек во фраке тем временем продолжал свой путь к нам.

Глава 14
Йорик

Дошедший до нас франт имел вид директора похоронного бюро, однажды умершего на своём посту, но по рассеянности продолжающего службу.

Перехватив трость за середину, он коснулся энергетической сетки каменным шариком-набалдашником трости. Шарик был точной копией моего. Того, что лежал в инвентаре после разрушения сферы.

Сетка пошла рябью, и в ней открылся проход.

Я был готов в любой момент пустить в дело живой жидкий металл. Ухнеб и Вамп в сражении с таким противником, очевидно, не помогут. А вот мой непредсказуемый и непонятный временный спутник, может, и пригодится.

– Вы разговариваете по-английски? – процедил сквозь губу этот франт на чистом английском языке.

Я ответил без запинки и без акцента. Брезгливости в моём тоне было не меньше, чем в его. Дальше мы говорили на английском.

– Я вас не знаю. Где мадам с дочерьми?

Тон у него был резкий. Но я уже понял, что франт нападёт, только если почувствует слабину. Настоящий боец не лезет сходу на неизвестного противника. А перед нами, несмотря на странный вид, был именно Воин – с большой буквы.

– Мадам после ритуала чувствует себя настолько плохо, что забыла назвать ваше имя, – я прокачал кровь по венам и тоже приготовился к возможному бою. – А вы забыли представиться.

В воздухе повисла напряжённая тишина.

– Любопытный у вас наряд, – чуть сменив стойку и явно готовясь к прыжку, заявил франт. – Эту форму мы поставляем тем, кому временно позволяем умирать за свои интересы.

– Думаю, он больше подходит для данной местности, чем ваш, – я напружинил ноги, готовый уйти в перекат. – После ритуала моя одежда пришла в негодность. Коготь отбыл по срочным делам, не успев снабдить меня достойным одеянием.

При упоминании Когтя франт заметно сбавил напор и представился:

– Реджинальд Йорик, эмиссар Ассоциации Миров Некрополиса. Прибыл на замену де Сау.

Отвесив поклон, он спросил:

– Товар при вас?

Чисто на звериной интуиции я вытащил из инвентаря чемоданчик с ампулами мутагена. Открыв его, продемонстрировал содержимое.

Йорик полностью расслабился. Достал из своего инвентаря узкий чёрный камертон. Провёл над ампулами.Содержимое ампул отозвалось янтарными искрами. Камертон тихо зазвенел – чистая нота, похожая на хрустальный бокал.

– Какую ступень вы занимаете у крыланов? – убрав камертон, спросил он.

– Шея, – Сам не знаю, почему выбрал именно эту часть тела.

Франт замолчал на удар сердца. Потом поклонился. Как младший старшему.

– Ваш визит оказался неожиданным. Оплата может быть предоставлена через полчаса. Если вас это не устраивает, назовите удобное время.

– Подожду, – скривился я. – Но после обмена прокол на базу должен быть закрыт. Навсегда.

Франт недовольно дёрнул щекой.

– Это создаст сложности в последующих контактах.

– Ваши проблемы, – моё лицо закаменело.

Франт выдержал паузу. Кивнул.

Я убрал чемоданчик в инвентарь.

– Скоро вернусь, – он коснулся набалдашником трости сетки, открывая проход. Шагнул в лес и через секунду растворился за деревьями.

Стоило ему скрыться, как за спиной шумно задышал Тайво. Похоже, всё наше общение он дышал через раз.

– Михаил, – севшим голосом начал он. – Ты только что…

Он замолчал, подбирая слова. Не нашёл. И начал заново:

– Этот… франт. Он тебе поклонился как слуга… И ты разговаривал с ним так, будто каждый день встречаешься с представителями межмировых корпораций мертвецов.

– Не каждый. Через день.

Тайво не оценил юмора. Помолчал. Потом задал вопрос, который, видимо, мучил его весь разговор с Йориком:

– Михаил… А ты правда этот… как его… шея крылана? Что бы это вообще ни значило.

Я посмотрел на него. Тайво стоял, потупив взгляд, с выражением человека, осознавшего, что его господин может оказаться не совсем тем, за кого себя выдаёт.

– Тайво, – терпеливо сказал я. – Какой я тебе крылан? Совсем сдурел?

Я начал доставать из инвентаря всё, кроме живого металла, и складывать рядом с чемоданчиком.

На каменную площадку легли переговорник, маркер, фигурка минотавра, документы на дом, россыпь алхимии из лаборатории покойного людоеда, серый шарик, стопка бумаг де Макрэ. Из них выпала платиновая карточка с деньгами, полученная ещё в поезде от Харченко.

– О, думал, потерял её, – улыбнулся я находке.

Тайво присел рядом и спросил:

– А что ты ищешь?

– Способ сделать так, чтобы ампулы раскололись через два часа после передачи.

– А зачем?

– Оставлять оружие массового поражения в руках межмировой корпорации мертвецов – так себе идея.

Тайво помолчал. Потом полез в карман куртки и достал серый брусок размером с колоду карт.

– Пластид. Хватит на все пять. Детонаторы встроенные, химические, с таймером. Можно заложить под подложку внутри чемодана. Снаружи не видно будет.

Я уставился на него. Потом на брусок. Потом снова на него.

– Тайво. Ты носишь с собой взрывчатку?

– Да.

– В кармане куртки?

– Да.

– Тебя привезли в финский бункер связанного, с мешком на голове. И у тебя в кармане лежала взрывчатка?

– Они меня не обыскивали. Только рюкзак.

– Откуда вообще привычка таскать с собой пластид?

Тайво пожал плечами.

– Дед учил, мол, из дома без универсальной отмычки ни шагу. А с пластидом любая дверь открывается. Вопрос дозировки.

Он уже присел возле чемоданчика и аккуратно извлёк подложку с ампулами. Его пальцы двигались уверенно. Ни тени суеты.

Я смотрел, как мой будущий слуга рода, тот самый, которого полчаса назад считал обузой, минирует оружие массового поражения с невозмутимостью сапёра на пенсии.

Искатель кладов, интуит, полиглот, подрывник. Мой внутренний хомяк с уважением приподнял шляпу.

Через пять минут ампулы снова лежали в чемоданчике и выглядели ровно так же, как до начала работы.

– Два часа, – Тайво захлопнул крышку. – Плюс-минус три минуты. Точнее на алхимическом таймере не выйдет.

Я удовлетворённо кивнул и принялся загружать обратно в инвентарь разбросанное имущество.

– Тайво, ты молодец! Повышаешься до старшего слуги рода.

На лице Тайво впервые за весь день появилась довольная улыбка.

Йорик появился раньше обещанного. Вышел из-за деревьев тем же размеренным шагом. В левой руке он нёс чемоданчик – копию моего.

Коснувшись набалдашником сетки, вошёл.

Поставил чемоданчик на камень, щёлкнул замками и откинул крышку.

Содержимое прикрывала тонкая кожаная папка. Йорик извлёк её и протянул мне.

– Спецификация на объект. Полагаю, вы хотите ознакомиться лично.

Я принял папку. Пока он одёргивал рукав фрака, бросил короткий взгляд в открытый чемоданчик.

В бархатной ложе лежала свеча. Грязно-зелёная, будто отлитая из бутылочного стекла, пролежавшего столетие на дне болота. Неровная поверхность с пузырьками воздуха, тёмные вкрапления, мутные прожилки. Фитиль – тонкая чёрная нить, уходящая в глубину.

Уродливая вещь.

Я раскрыл папку. На первом листе оказалась схема предмета в разрезе, выполненная с аптекарской точностью. Подписи на языке, которого я не знал.

Второй лист – краткое описание на английском от руки:

Свеча Исхода.

Кристаллизованная субстанция границы между миром живых и мертвых.

Функция чёрного пламени: извлечение фрагментов душ из любых носителей.

Горение: 5–7 минут. Однократное применение.

Ого! Артефакт для работы с душами. С таким ни разу не сталкивался даже в прошлой жизни.

Я с невозмутимым видом закрыл папку.

– Зачем вашему Патриарху этот артефакт? – Йорик задал вопрос с видом светского любопытства, но взгляд у него был цепким.

– Понятия не имею, – я пожал плечами. – Патриарх своей шее не докладывает.

Выдержал паузу и добавил:

– Встречный вопрос. Зачем Ассоциации мутагены?

Йорик чуть склонил голову. Видимо, отвечать тоже не хотел, но из уважения к моему статусу решил пойти навстречу.

– Это катализатор. Мутагенная субстанция при правильной обработке усилит энергетическую матрицу Некрополиса, и мы расширим зону влияния Ассоциации.

Он позволил себе тонкую улыбку.

– Меня всё устраивает, – я открыл свой чемоданчик и вновь продемонстрировал ампулы.

Йорик окинул их взглядом. Кивнул. Я закрыл крышку. Мы обменялись чемоданчиками.

Йорик убрал свой в инвентарь. Я сделал то же самое и выжидающе приподнял бровь.

– Да, разумеется, – Йорик достал из кармана фрака кроваво-красный кристалл размером с фалангу пальца. – Через полчаса после моего ухода разбейте. Вас перенесёт на базу, а прокол закроется.

Я взял кристалл – тёплый и пульсирует, как маленькое сердце.

– И последнее, – сказал Йорик, покручивая в руке трость. – Сейчас наша сеть агентов в Российской Империи пострадала. Рода Мазеповых фактически больше нет. Пользуйтесь резервным каналом через род Мышиных.

Я еле удержал равнодушную маску на лице. Ну и дела! Род, с которым я заключил ритуальный союз через рукопожатие с Василием. Вот тебе и «мышиная осторожность». Тем временем Йорик продолжил:

– В этом роду старший наследник, Максим Мышин, наш человек. Единственный из всего рода. Остальные пока не в курсе.

У меня аж от сердца отлегло.

Он протянул тонкую визитку чёрного картона, которую я убрал в карман. На ней были выгравированы серебром имя и номер переговорника.

Йорик поклонился.

– Было приятно вести дела с профессионалом. Передайте Патриарху наши заверения в искренней дружбе.

Коснулся набалдашником сетки и шагнул в проход. Фрак мелькнул между стволами и растворился в зелени леса.

Полчаса тянулись и тянулись.

Тайво дважды предложил раздавить кристалл раньше. Второй раз вообще с аргументом: «а вдруг он нас обманул, и надо успеть первыми».

– Тайво, – я повертел красный кристалл в пальцах. – Если раздавим раньше, скорее всего, Йорик вернётся. Очевидно, что он не убьётся в свёртываемом проколе и будет очень недоволен. А ещё у него в руках – наш заминированный чемоданчик. Мне очень бы хотелось, чтобы он взорвался подальше от нас – в мирах Некрополиса.

Тайво открыл рот, чтобы возразить.

– Ещё одно гениальное предложение – и понижу обратно до младшего слуги, – осадил его я.

Ровно в озвученное Йориком время я раздавил кристалл. Тёплая скорлупа хрустнула. По пальцам потёк жидкий свет.

Перед глазами выскочила надпись:

Закрытие межпространственного разрыва: завершено.

Начислено: Сила Духа +2, Сила Мысли +2.

Мир подёрнулся рябью, как вода от брошенного камня. Ноги потеряли опору. Секунда невесомости – и мы оказались в столовой.

Знакомые стены, знакомый запах остывшей ухи. Печь сдвинута. На месте прокола – бетонный пол.

Входная дверь была завалена с той стороны чем-то тяжёлым. Серафима с Плутархом подошли к нашей защите серьёзно. За дверью стояла тишина. Никто не скрёбся и не пытался вломиться.

Похоже, ожившие мертвецы стали обычными мертвецами.

Я задумался. Ассоциация объявила награду за мою голову, а Йорик – эмиссар той самой Ассоциации. И не узнал. Интересно, почему. Может, он уже давно в проколе и без связи со своими мирами. Представляю, как он удивится, когда вернется. Впрочем, с учётом заминированного чемоданчика, удивляться Йорику предстоит недолго.

Пока я размышлял, Тайво огляделся. Прошёлся по кухне, простучал стены. Заглянул даже в кладовку. И исчез там за стеллажами.

– Михаил, тут люк.

Под мешком с мукой обнаружился металлический люк с ржавым кольцом. За ним узкий лаз, выводящий наружу через дренажную канаву.

Я вылез первым, выпрямился и огляделся.

Купол Люция мерцал в лунном свете – бледный, истончившийся, но пока целый. Твари на нём больше не висели. Десяток лис-мутантов бродили за периметром, но без прежнего остервенения. Скорее, просто не успели ещё разбежаться по своим мутантским делам.

Полная луна заливала Топь вокруг серебром. Туман стелился над чёрной водой – густой и маслянистый. Из тумана торчали мёртвые деревья. Голые стволы без коры и веток.

Между ними мерцали холодные зеленоватые огоньки. Словно глаза бесконечного болота.

И тишина!

Ни лягушек, ни сверчков. Только еле слышный звук, как если бы огромное существо под поверхностью болота медленно, очень медленно вздыхало.

Смертельная красота!

– Неуютно тут, – Тайво поёжился рядом.

– Пошли в арсенал, – скомандовал я.

В арсенале спал Плутарх. Он храпел с такой самоотверженностью, что стены гудели. Прислонённая к стене секира подрагивала в такт. Наш приход его даже не разбудил.

Серафима сидела в углу, прямая, как штык. Тёмные круги под глазами. Пистолет на коленях.

– Живые, – констатировала она, оглядев нас с ног до головы. – Прокол?

– Закрыт.

– Как?

– Долгая история.

– Я никуда не тороплюсь.

На меня навалилась усталость. Разом. Как мешок с цементом на плечи. Я устало сел у стены и прикрыл глаза.

– Тайво, расскажи, – тихо сказал я.

И Тайво рассказал.

Первые три минуты я ещё слушал. Потом периодически проваливался в дрёму, иногда выныривая и ловя обрывки его фраз:

«…а потом Михаил одним взглядом заставил лесное чудовище упасть на колени…»

Я даже приоткрыл один глаз. Тайво вдохновенно жестикулировал:

«…стая из ста лис-мутантов отступила, повинуясь силе его голоса…»

«…представитель Некрополиса трижды просил пощады, прежде чем Михаил соизволил принять дары…»

«Трижды просил пощады», надо же. Йорик бы оценил.

Даже меня, балансирующего на грани сна, проняло. Серафима слушала с каменным лицом. Потом посмотрела на меня. На Тайво. Снова на меня.

Сплюнула на пол.

– Бесите, – сказала она и ушла спать.

Я подождал, пока её шаги стихнут. Потом, стиснув зубы, встал и пошёл проверить егерей. К сожалению, одного так и не спасли. Но девять явно придут в себя. Надеюсь, они очнутся своевременно, а не немного позже.

Оставив Тайво дежурить, двинулся к зданию со Стелой.

Стела изменилась.

Вместо обрубка без верхушки передо мной стояла полноценная Стела. Не такая мощная, как рядом с Академией, но цельная. Верхушка светилась мягким белым светом. Песок вокруг постамента улёгся ровным кольцом.

Стоило мне войти, как голос ударил по сознанию. Не механический, как в прошлый раз, а живой, с отголосками чужого разума. Словом, обычная старшая Стела.

Идентификация: Михаил Медведев.

Статус: подтверждён.

Задание: установка Первокамня и ликвидация прокола.

Статус задания: выполнено.

Оценка: сверхординарная.

За выполнение задания премиум-класса

ранг повышается до пятого уровня: Сфинкс.

Только порадовался, как сразу ушат холодной воды:

Ограничение: проклятие на источнике носителя и поврежденные магоканалы блокируют конвертацию ранга в энергетический потенциал.

Получается, дали только саму статуэтку этого Сфинкса. Это как дать диплом профессора школьнику. Его можно повесить на стену и любоваться, но читать лекции не поможет.

– Ты обещала информацию, – сказал я вслух. – Где тут снимать проклятие?

В непосредственной близости от данной точки

расположена, предположительно, пещера.

Природа объекта: переменная.

Доступ: периодический.

Высока вероятность обнаружить способ снятия проклятия внутри

– Вероятность? – повторил я. – Не гарантия⁈

Гарантии выходят за рамки моей компетенции

– Где именно находится пещера?

Поиск – задача носителя

– Может, хотя бы направление?

Не отвлекайте.

У меня очень много работы после длительного простоя

Стела замолчала. Окончательно. Свет на верхушке мигнул, мол, разговор окончен, дверь там.

Я сплюнул. Развернулся и пошёл обратно.

В арсенал я вернулся в паршивом настроении. На вопрос Тайво: «Что случилось?» высказал всё, что думаю о Стеле, аномалии и всём остальном по списку. Выражений не выбирал.

Тайво, впитав поток моего красноречия с каменным лицом, молча встал и вышел из арсенала. Я же сел и задумался о дальнейших действиях.

В этот момент передо мной возник Гроссмейстер, Сын Горя.

Без всяких спецэффектов. Просто пустота перед глазами сменилась его громадной фигурой. Я с ним уже пару раз сталкивался и по привычке стал шарить глазами в поисках кресла – обычно оно появлялось вместе с ним. В этот раз Гроссмейстер просто стоял, и от него исходило холодное раздражение.

Достав белый платок, Гроссмейстер неспешно протёр пенсне и водрузил его на нос. Посмотрел на меня, как на полезного, но начавшего путать берега подчинённого.

– Ты переувлёкся, – процедил он тихо, почти доверительно. – Некоторые твои поступки могут привести к катастрофе.

Я вопросительно поднял бровь.

– Именно так! Мутаген в Некрополисе вызвал неуправляемую цепную реакцию, – голос его звучал ровно, но вызывал несвойственное мне чувство дискомфорта. – Нам пришлось закрыть участок вселенной на карантин. Полностью. Со всеми вытекающими отсюда неудобствами.

Я пожал плечами.

– Сами виноваты. Нечего было связываться с крыланами и постоянно лезть мне под ноги.

Он выслушал, не моргая и не проявляя эмоций.

– В этот раз я разберусь с последствиями. Но это единичная акция. При повторении – всё приостановлю.

– Что именно «всё»? – неподдельно удивился я.

– «Всё» значит – всё.

После этой фразы Гроссмействер исчез – так же неожиданно, как и появился.

Пока я пытался осознать, что это сейчас было, в дверях появился Тайво с сервировочным столиком. Лёгкие закуски и дымящаяся кружка.

– Энергетический напиток, – подал он мне сей сосуд. – Собственный рецепт. Не хуже Венского Чернокнижника.

Так вот зачем он уходил. Пошёл мне готовить.

Сделав глоток – горячий, терпкий, с привкусом хвои и мёда, – я выкинул из головы визит Гроссмейстера и занялся насущными вопросами.

– Тайво, у тебя ведь была карта пути к пещере желаний?

Тайво кивнул. Надорвал подкладку куртки и вытащил знакомый мне пергамент.

– Точка входа где-то на этой базе, – сообщил он. – Но найти её теперь невозможно.

– В чём проблема?

Напиток действительно работал. Усталость отступила, голова прояснилась.

– Во время моего задержания они сломали артефактную самописку. От деда досталась, – Тайво растерянно развёл руками. – Без неё карта не активируется. Нужен аналогичный проводник.

В голове щёлкнуло. Маркер!

Тот самый артефакт, с помощью которого мы с Блудовым искали осколок первокамня.

Вынул маркер из инвентаря. Передал Тайво. Тот повертел его в руках, понюхал и даже лизнул.

– Интересная штуковина, – он прищурился. – Принцип похож на дедову самописку. Только грубее. Придется его разобрать. И всего на один раз хватит.

– Приступай

Я уверенно кивнул.

Тайво мгновенно разобрал маркер и выдавил из него на карту каплю мерцающей жидкости. Дальше последовал речитатив на финском – быстрый, ритмичный, похожий на заклинание.

Капля ожила. Мелким тараканчиком двинулась по пергаменту и остановилась у северного края защитного купола, который до сих пор висел вокруг базы.

Тайво с вопросом уставился на меня.

– Нет, – я покачал головой. – Пойду один.

По его лицу пробежала тень разочарования. Он уже открыл рот.

– Тайво, – я посмотрел на него тяжёлым взглядом. – Там, возможно, есть способ снять проклятие с моего источника. Это личное. Жди здесь.

Он проглотил возражения. Молча кивнул.

– Жду. Буду здесь.

Через десять минут я стоял перед огромным валуном у северной границы купола. Заросший жирным мхом, он выглядел древней тварью, которая не рада гостям. Я вооружился Вамп и Ухнебом и забрался на камень.

В голове зазвучал механический голос. Не такой, как у Стелы. Отдающий древностью.

Вы можете обменять жизненную энергию

на материальные блага по вашему запросу

Я скривился. Чувствую, придётся обеспечить каменюку материальным благом – хорошим ударом по хребтине.

Видимо, валун уловил мою мысль. Предложение сменилось:

Ты готов пройти испытание согласно своему рангу?

В случае провала твоё тело будет погружено в стазис

и использовано как источник энергии

Вот это уже интереснее. Судя по последнему месяцу, испытания – это моя судьба.

– Условия прохождения? – спросил я вслух.

Условия определяются в процессе

– Награда?

Определяется по результатам

Исчерпывающе. Прямо как собеседование в моём бывшем университете.

– Принимаю.

Мир провалился в темноту.

Я стоял в пещере с кучей факелов, укреплённых на стенах.

– Ну сколько можно, – разочарованно протянул я. – Пещеры, факелы… у вас что, фантазия полностью сдохла?

Мир дёрнулся.

Я стоял в светлом просторном кабинете, где всё кричало о больших деньгах. За массивным столом из редчайших пород дерева сидел Сфинкс. Только вместо передних лап у него были вполне обычные руки.

Он раскрыл лежащую перед ним папку. Пробежал глазами по тексту. Задрал брови и заорал, брызгая слюной:

– Ты уволен!

Я не успел удивиться, как что-то липкое и мерзкое попыталось пробраться в мой мозг. Опять менталисты!

Ну когда же вы закончитесь⁈