Текст книги "Дело рода (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Уточкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

На всякий случай я достал из инвентаря Ухнеба и Вамп.

И не зря.

Эта нехорошая эльфийка попыталась ударить меня машинкой для тату. Удар Ухнебом в висок прервал её агрессию.

Я молча осмотрел качественно распятого Люция. Перевёл взгляд на страшненькую эльфийку. Ну, тут, похоже, всё. Её красные глаза смотрели в потолок безо всякого интереса к жизни.

– Как я рад тебя видеть, – попытался привлечь моё внимание Люций. – Освободи быстрей.

Я не ответил. И не проявил других эмоций.

Вместо этого направился к примеченной справа двери. Одним своим видом она вызывала уважение. Массивная, из тёмного дерева, стянутая железными полосами.

– Михаил! – Голос Люция дал петуха. – Ты чего? Я тут, если ты не заметил.

Я подошёл к двери и опустил огромный засов в пазы.

– Миша, давай без твоих ректорских воспитательных пауз, – сердито рявкнул Люций. – Я не твой студент, и мне сейчас не до этого!

Он попытался сделать сердитое лицо. Получилось плохо.

Я всё так же молча направился к нему.

– Нет, насчёт двери ты прав, – Люций нервничал всё больше. – Только нам всё равно придётся вместе выбираться из этого склепа, который находится в катакомбах Великого Противостояния.

Я подошёл к столу и стал рассматривать Люция, как очень интересный научный экспонат.

– Миша, ты это брось, – он перешёл на шёпот. – Ты один отсюда не выберешься. Место… специфическое. Телепортация не работает.

На лбу старичка выступил пот.

– Слушай, у нас были моменты недопонимания. Но ты же взрослый человек. Давай без этих многозначительных молчаний. Раздражает.

Я улыбнулся. Убрал Ухнеба. Проверил остроту заточки Вамп пальцем.

– Остановись! Давай договариваться. Если ты обижен, я готов внести виру. Если есть вопросы – задавай. Но освобождать меня тебе всё равно придётся. Один ты отсюда не выберешься.

Я перерезал ремни.

Получил сообщение об увеличении Силы Мысли на два балла.

– Миша, ты меня так больше не пугай, – пробормотал Люций. – Я существо старое. Могу не пережить.

Он со стоном сел, растирая запястья. Я опустился рядом и очень недобро взглянул на него. Люций передёрнул плечами.

– Ну давай поговорим, – сказал я. – Начнём с главного. Ты говорил, будто понял, что случилось с душой Надежды.

Люций смущённо поёрзал на месте. Чувствовалось, что этот вопрос не доставляет ему удовольствия.

– Тут так получилось… – замялся он.

Глава 21
Ллос

– Занимаясь переносом души, я немного напутал с внутренней структурой ядра, – Люций задумчиво почесал обгорелую бороду. – И так неудачно вышло… Она фрагментировалась.

Я молчал.

Люций отвёл взгляд и торопливо забормотал:

– На пять частей. И каждая попала в отдельную носительницу. Причём душа носителя доминирует. Надежда вспыхивает только изредка при перегрузке тела носителя.

Я сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

Пять!

Не одна. Даже не три. Пять!!

Ну, про Кэт я уже понял. Ещё Маша. И ещё трое где-то в этой огромной вселенной. И как я их найду? Это полный…

– Ты криворукая нехорошая сущность, – процедил я сквозь зубы.

Люций обиженно дёрнул щекой.

– Проехали, – уже спокойнее подвёл я итог его оправданиям. – Как искать? Где искать? Как зовут носителей?

Вот тут Люций начал отползать от меня подальше. В глазах его поселился страх.

– Миша, ты только не психуй, – проникновенно проблеял он. – Я не знаю.

В моих руках материализовались Ухнеб и Вамп.

– Миша, постой! – закричал Люций, выставив руку вперёд. – Я тебе всё равно нужен!

– Зачем? – Голос мой звучал ровно, не передавая ни грамма тех чувств, что бурлили внутри. – Ты ведь ничего не знаешь.

– Я знаю, где достать чёрную свечу, – сглотнув, сказал он. – Для ритуала освобождения фрагментов души и возрождения Надежды.

Я убрал оружие в инвентарь. Люций выдохнул с облегчением. На его лице промелькнула хрупкая надежда, что разговор пойдёт вербальным путём, а не тяжёлой дорогой переломов.

Я улыбнулся.

Видимо, улыбка у меня была такой многообещающей, что Люций шарахнулся в сторону, едва не упав.

– Миша, а вот этого не надо, – затараторил он.

Я не стал ничего комментировать. Просто достал чемоданчик из инвентаря. Тот, что мне предоставили некроманты в обмен на ампулы с мутагеном. Положил на стол, щёлкнул замками и открыл.

– Ты про эту свечу?

Мой вопрос повис в тишине.

Люций сполз со стола и сел на пол, прислонившись к паукообразным ножкам.

– Ну и чего ты хочешь? – Голос его звучал устало и как-то равнодушно.

Я закрыл чемоданчик и убрал в инвентарь.

– Для начала понять, – сказал я, – почему ты до сих пор магией не пользуешься.

Губы Люция дёрнулись в кривой усмешке.

– В катакомбах магия не работает. Тут я простой старый примат.

– Не куксись, – уверенно сказал я. – Выберемся. Заодно и долг рода перед тобой закрою.

Люций, до этого сидевший на полу с видом побитого жулика, вдруг неожиданно обрёл гордый вид.

– Не пойдёт, – холодно заявил он.

Я пристально взглянул на этого нехорошего старика, приподняв бровь.

– Для меня это вопрос выживания, – он задумчиво посмотрел в никуда. – Мир не примет изменения условий.

– Может, мне тебя просто пришибить? – как бы между прочим спросил я.

Люций глянул на меня без восторга, но ответил:

– Мир выкатит тебе порицание, а меня возродит.

Я наклонил голову набок.

– А чего тогда дёргался, когда я на тебя злился?

– Больно ведь! – возмутился Люций. – И возрождаться в этом отстойнике желания нет.

– Так чего тебе от меня надо?

Мой вопрос заставил Люция задуматься. Потом он махнул рукой, как бы говоря «а, да пошло оно всё».

И поведал свою грустную историю.

– Очень давно я проиграл свой фамильный перстень-ключ, – он поморщился. – Не спрашивай, где и как, это не имеет значения.

– Что, настолько важная вещь? – спросил я.

– Если его уничтожить, я разовоплощусь, – Люций уставился в пол и замолчал.

– Ну а я-то здесь при чём? – Мой голос вывел его из прострации.

– Он хранится в вашей запечатанной усадьбе, – сердито продолжил Люций. – Пробиться туда силой мне не удалось. Если погибнет последний в вашем роду, усадьба аннигилируется вместе со всем содержимым.

Он всё больше распалялся.

– Последний представитель рода Медведевых был явным кандидатом в покойники! Я внимательно за ним следил.

Люций, увидев, как я недоверчиво качаю головой, снова уставился в пол и замолчал.

– Что-то не стыкуется, – задумчиво высказался я. – Ты оказал услугу моему роду задолго до этого момента.

– Угу, – буркнул Люций. – Я подстраховался. Пробежал по всем параллельным реальностям, где существовал род Медведевых, и заручился долгом рода. Поэтому, когда Мише наступил карачун, выдернул тебя.

Вот тут волна гнева поднялась во мне во всей красе.

Люций это почувствовал и шарахнулся к стене.

– Миша-Миша! – заскулил он. – Ты чего вызверился?

– Ты нехороший. Ну очень нехороший… – сквозь зубы процедил я. – Это ты подстроил нашу смерть?

Люций возмутился и заорал в ответ:

– Совсем сдурел⁈ Меня мироздание за такие шутки в фарш перетрёт!

Это охладило мой пыл. Но смотрел я на него всё равно с подозрением. Люций гордо распрямился.

– Клянусь своей энергией, я не подстраивал твою смерть, – мир вокруг на мгновение словно мигнул. – Ну, теперь ты веришь?

– Ладно, проехали, – взяв себя в руки, выдохнул я. – Будем решать проблемы по мере их поступления. Поведай мне, Люций, что ты вообще тут делаешь, и где это «тут»?

Люций, успокоившись, опять сел на каменный стол. Стал с усердием стирать нарисованного углём паука.

– Это территория богини тёмных эльфов Ллос, – буркнул он. – Мы находимся в нижней точке разветвлённой сети пещер.

Люций достал из инвентаря странный приборчик, похожий на компас.

– Вот, – горделиво сказал он. – Стрелка всегда указывает на выход.

Я взял прибор в руки. Стрелка показывала на дверь. Ну, тут я и сам догадался.

Люций тем временем закончил размазывать рисунок:

– В пещерах пауки. На выходе тёмные эльфы.

Мы с ним бросили взгляд на труп убитой мной татуировщицы.

Я попытался вызвать фамильяров – не получилось. Хорошо, хоть доступ к инвентарю не перекрыт.

Повторно задал вопрос:

– А ты-то как здесь оказался?

– Да кое-что в хранилище артефактов взять надо было, – потупив взгляд, он закончил:

– Поймали.

Я несколько секунд рассматривал Люция. Потом задал вопрос в лоб:

– Люций… ты что, вор?

– Ну зачем так грубо? Вор! – Он возмущённо вскинул голову. – Я агент по перераспределению чужой собственности.

Я поперхнулся воздухом.

– Ну ты… – И, как культурный человек, не стал заканчивать фразу. Хотя очень хотелось.

– Ладно, – я потёр лицо руками, приводя мысли в порядок. – Каков наш план действий?

– Ты идёшь впереди и всех убиваешь, – не моргнув глазом, выдал Люций. – Выходим на поверхность и порталом перемещаемся в моё убежище.

Почему-то после предложенного им плана мне захотелось свернуть Люцию шею.

Вот чувствительное всё же существо! Я глазом не успел моргнуть, как он опять оказался в дальнем углу. И уже оттуда забубнил:

– Предложи сам что-нибудь получше.

Я обратил внимание на воздух в камере. Мы находились здесь уже приличное время, а затхлости подземелья не ощущали.

Решив проверить предположение, встал и вынул из ржавого кольца факел. Люций, увидев это, сразу запротестовал:

– Ты чего? Ты это зачем? Ты это прекрати, у меня и так день не задался.

– Помолчи, – бросил я.

Подойдя к закрытой двери, опустил факел к щели под ней. Пламя тут же дрогнуло и потянулось в сторону коридора.

Значит, я не ошибся. Воздух каким-то способом закачивается снаружи в нашу нижнюю камеру и устремляется по пещерам наружу.

Костяк плана сложился. Я обернулся:

– Ну хорошо. Выведу тебя. Должен будешь. У тебя в инвентаре вода есть?

Люций достал из инвентаря серебряную фляжку на пол-литра и перекинул её мне. Мой внутренний хомяк, до этого пребывавший в летаргическом сне, недовольно заголосил:

«Вот, запоминай, как живут нормальные люди. У них всё есть. Один я, как сиротинушка, по пустому инвентарю мыкаюсь».

Я поймал фляжку и перекинул Люцию факел. Он на удивление ловко подхватил.

– Будешь работать фонарём.

Моя фраза вызвала его бурчание:

– Дожил. Скоро получу повышение до Подсвечника.

В открытую фляжку я добавил антидот «Алоэ Мясокрасного». Выпив половину, перекинул фляжку Люцию.

– Пей.

Приказ не вызвал у него энтузиазма.

– Миша, – буркнул он, – меня очень сложно отравить.

Но под моим строгим взглядом выпил.

– Какая гадость, – лицо Люция напоминало сморщенное яблоко с обгоревшей бородой.

Но мне было уже не до его вкусовых пристрастий.

Я вытащил из инвентаря трубу со всё ещё цепляющейся за неё кистью скорпионши. Люций отодвинулся ещё дальше и пробормотал:

– Вот даже спрашивать не хочется, зачем тебе это надо.

Я примотал кисть скорпионши к концу трубы обрезками ремней со стола, которыми до этого был зафиксирован Люций. Полил длинные острые когти скорпионши содержимым флакона с пометкой «Пиявка зловредная».

Получившееся ядовитое копьё прислонил к столу.

Достал флакон с «газами болотной квакши». Аккуратно поставил его у щели под дверью. Открыл.

– Ну чего, присядем на дорожку, – предложил я. И снова перекинул путеводный прибор Люцию:

– Кроме фонаря, поработаешь навигатором.

Я сел на стол. Люций пристроился рядом и тихо спросил:

– Ты уверен?

Я хлопнул себя по коленям, встал, прихватив самодельное копьё, и направился к двери. Скинув засов, открыл её и уверенно заявил:

– Я всегда в себе уверен.

И сделал первый шаг.

За мной семенил Люций. Толку от него было немного. Хорошо хоть, росший на стенах мох мерцал зелёным светом и разгонял темень тоннеля.

Впереди в этом свете шевелилось непонятное нечто размером с телёнка.

Подойдя ближе, мы обнаружили полудохлую тушу паука. Я поморщился. Неестественно он выглядел. Чисто физически пауки таких размеров существовать не могут.

Люцию, похоже, было наплевать на физику процесса. Он радостно обогнал меня и прошипел:

– Ненавижу пауков.

Пнул тушу ногой.

– Осторожней! – Мой крик опоздал.

Паук, прежде чем сдохнуть окончательно, выпустил в Люция белёсую струю. Тот замер оплёванной статуей. Паук поджал ножки и затих мёртвым комком.

Принятый нами антидот сработал. Люций быстро пришёл в себя.

– Ненавижу. Ненавижу, – рычал он, продолжая пинать мёртвую тушу.

– Однако ты арахнофоб, – укоризненно сказал я. – Нехорошо. Пауки приносят огромную пользу. Уничтожают вредителей.

Люций одарил меня недобрым взглядом. Вернулся за мою спину и тихо пробурчал:

– Я не вредитель.

Наш путь занял почти час. Я шёл впереди, добивая пауков самодельным ядовитым копьём. Люций тащился позади, подсказывая оттуда направление и с завидным упрямством влипая в паутину и клейкую гадость на полу.

– Это просто издевательство какое-то, – шипел он.

Скоро нам начали попадаться тела тёмных эльфов. Впереди замаячил выход. Холодный лунный свет струился через арку мягко, как вода.

В этом загадочном свете проступила женская фигура. Сперва нечёткая, туманная. Через секунду она превратилась в стройную женщину. Хитиновый доспех не уродовал, а только подчёркивал её фигуру. Голос завораживал.

– Люций, – пропела она, – как я рада нашей встрече.

– Ллос, я совсем не рад, – пискнул тот из-за моей спины. – Давай сделаем вид, что ты меня не видела.

Ллос рассмеялась тихим шелестящим смехом. Больше всего этот звук напоминал шуршание песка под лапками тысячи пауков. Захотелось поёжиться и отойти подальше.

Белёсый туман устремился от неё в нашу сторону и накрыл нас с головой. Дыхание перехватило. Мышцы свело судорогой.

Сквозь эти неприятные ощущения моя отвечающая за науку часть сознания отметила:

«Нервно-паралитическая смесь. Летальная. Только как Ллос вообще работает с энергией в антимагическом пространстве?»

Антидот опять сработал на «отлично».

– Может, поговорим? – предложил я Ллос.

Она издала короткий резкий звук:

– Тррр-кххх…

Рядом с ней из тьмы выступил отряд тёмных эльфиек.

Люций, стоящий за спиной, с придыханием выдал:

– Ну ничего себе!

Я был с ним согласен. Узкие кожаные ремни мало походили на доспехи. Даже короткие мечи в руках смотрелись эротично.

Ллос с улыбкой произнесла:

– Девушки, отрубите им руки и ноги. Но не убивайте. Они нужны для опытов. Последняя партия паучков вышла не совсем удачной.

За спиной раздался нервный шёпот Люция:

– Миша, придумай что-нибудь. Иначе нам хана.

Я не стал отвечать. Усиленно прокручивал варианты. Мысль о связи Ллос с пауками неожиданно заставила вспомнить о сражении с роботом маркиза де Макрэ, ненормального техномага из бункера финнов.

Тёмные эльфийки сделали первый неспешный шаг в нашу сторону.

– Предлагаю обмен, – сказал я. – Наши жизни в обмен на методику кардинального улучшения пауков.

– Не интересует, – равнодушно прошелестела Ллос.

Действительно, кто будет торговаться со слабым подопытным материалом.

– Согласен, – я перехватил самодельное копьё и одарил Ллос своей фирменной улыбкой. – Зачем тебе разумные пауки? Вдруг они окажутся умнее создателя.

Я выбросил копьё на всю длину и ударил круговым движением. Мне не требовалось наносить глубокие раны. Достаточно чиркнуть противников ядовитыми когтями.

Эльфийки оказались очень шустрыми. Одной удался качественный удар мне в предплечье. Если бы не укреплённые кости, кисть с копьём уже валялась бы на земле. А так я отделался глубокой рубленой раной.

Отступив назад, стал готовиться к следующей атаке. Благодаря Дороге Крови, остановил кровопотерю.

Нанопаучки между тем приступили к работе.

Три эльфийки, получившие царапины, синхронно рухнули. Дёрнулись, пустили пену изо рта и сдохли. Осталось семнадцать. Ну что ж, в пределах разумного.

Именно в этот момент прозвучал приказ Ллос:

– Девушки, назад!

Одна из тёмных эльфиек, видимо, не услышала приказ и с бешеными глазами рванула ко мне. Копьё вошло ей в живот с хрустом. Я тут же выдернул его обратно и сделал шаг назад.

Кисть, оторвавшись от трубы, осталась в упавшей эльфийке.

Отбросив трубу, я призвал Вамп и Ухнеба из инвентаря. Мелькнула надпись:

Сила Духа +1

Вкладывать баллы в оружие пока не стал. Сначала надо узнать, что скажет Ллос.

Тело эльфийки с кистью скорпионши в животе дёрнулось и застыло. Её подруги качнулись в мою сторону.

И тут от Ллос рванули белёсые жгуты тумана. Как кнуты, они хлестнули по спинам выживших эльфиек.

– Я сказала – стоять! – прорычала Ллос.

Шестнадцать девушек распростёрлись со стонами на каменном полу.

Сама Ллос замерла. Взгляд задумчиво ушёл куда-то вдаль, словно она вела незримый диалог.

Через несколько секунд сознание к ней вернулось. Окинув меня сердито оценивающим взглядом, Ллос рыкнула:

– Свободен.

Не дожидаясь моей реакции, обратилась к эльфийкам:

– Хватит валяться. Найдите и приведите ко мне этого скользкого гада Люция.

Я машинально обернулся. За спиной было пусто. Видимо, пока внимание Ллос было приковано ко мне, этот старый пройдоха скрылся.

Перевёл взгляд обратно. Люций как раз покидал пещеру. Ллос, проследив за моим взглядом, резко повернулась.

Люций, помахав нам ручкой, исчез в мерцающем круге портала.

Я и Ллос высказались синхронно по поводу нехорошего Люция. Если даже слова и не совпали, смысл фразы был одинаковым.

Ллос, разворачиваясь к выходу, сердито рявкнула:

– Девушки, за мной!

Я кашлянул, привлекая её внимание.

– Многоуважаемая Ллос, – вежливо обратился я. – Ты не могла бы предоставить мне свиток телепортации? Очень домой хочется.

Повернувшись ко мне, она продемонстрировала на лице восхищение моей наглостью.

– С какой стати? – наконец спросила женщина. – Об этом с ним речи не шло.

– А… кто это «он»? – Моему удивлению не было предела.

– Предпочту промолчать, – ехидно улыбнулась Ллос. – При таких покровителях врагов не надо.

Тут я заёрзал.

Покровители, о которых я не знаю? Кто-то договорился с Ллос отпустить меня живым? Интересненько…

Но прямо сейчас разбираться некогда.

– Так что насчёт свитка?

Я достал из инвентаря бумаги маркиза де Макрэ. Те, что были посвящены пересадке мозга.

– Эти записи помогут значительно повысить уровень выживаемости пауков.

Ллос взяла бумаги и быстро пробежала по ним глазами. Не говоря ни слова, передала мне свиток.

Мы дружной большой компанией покинули пещеру. Сразу у выхода я сломал печать и чётко воспроизвёл в уме бункер-аквариум Лесника.

– Так-так-так, – прозвучал голос Ллос, уже углубившейся в просмотр документов, – чей же мозг лучше всего приживается у пауков?

– Думаю, мозг тёмных эльфов, – собираясь шагнуть в портал, поделился я своими мыслями.

Ллос оценивающим взглядом окинула свою свиту. Нехорошие эльфийки попятились. Потом бросились врассыпную.

Я шагнул в портал с улыбкой на губах.

Глава 22
Мир эльфов

Я снова оказался в бункере-аквариуме. Маша спала. Экзотические рыбы лениво плавали за стеклом.

Надо было хоть немного поспать и мне. Ведь завтра, а точнее, уже сегодня, предстоит много дел.

Зайдя в душ, выкинул в корзину грязное бельё. Холодная вода чуть взбодрила. На крючке остался последний чистый халат. Тапочек не было.

Добрался до дивана босиком и уснул ещё в падении.

Проснулся от густого правильного запаха кофе.

Открыв глаза, увидел за столом Машу и внучку Лесника.

– Рябинка, ты, конечно, права, – говорила Маша внучке Лесника. – Но очень уж он странный.

Рябинка кивнула:

– Я это ещё в первую нашу встречу заметила.

– Сплетницы, – обратился я к дамам.

Они вздрогнули и чуть не расплескали кофе.

– Как насчёт напоить героя кофе?

– Подслушивать нехорошо, – сердито сказала Маша.

– Ну и ладно, жадины, – проворчал я. – Обойдусь без кофе.

Через пару минут мне всё-таки вручили огромную кружку. Я сделал первый глоток и мысленно простил человечеству половину его недостатков.

И тут Рябинка, как бы между прочим, спросила:

– А сколько голов в твоей коллекции?

Я подавился очередным глотком и закашлялся.

– Нет у меня никакой коллекции, – просипел я. – Сказал, чтобы припугнуть того свина.

– Не хочешь – не говори, – обиженно протянула Рябинка.

– Ага, – кивнула Маша. Игнорируя моё присутствие, добавила:

– Насколько я его успела узнать, не меньше тысячи.

Я хмыкнул, допил кофе и отправился в душ, не обращая внимания на шушукающуюся парочку.

Из душа вышел готовым к новым свершениям. Спать хотелось, но терпимо.

Рябинка уже ушла. Зато за столом пили взвар Лесник и Крак. Маша затихарилась на дальнем диванчике и делала вид, что её здесь нет.

Поздоровавшись, я уселся к столу. Лесник подал мне кружку с горячим взваром. Не устаю поражаться разнообразию его вкусов. После первого глотка на язык легла горечь. Потом проступила медовая сладость, а в конце холодок мятных ноток. Я прикрыл глаза от удовольствия.

Покашливание Крака вернуло меня к проблемам сегодняшнего дня.

– Кратко расскажу, что удалось узнать, – начал Крак. – На планете два материка. На том, где живёт Маша, две соперничающие фракции: Лес и Дубрава. Между материками устойчивой связи нет. На втором материке любители природы находятся на уровне первобытно-общинного строя.

Крак прервался, чтобы сделать глоток. Лесник, хмыкнув, вмешался:

– Вопрос. Насколько я понял, сородичи Маши не сильно опережают диких сородичей с соседнего материка. Откуда там межмировой портал?

Маша на дальнем диванчике насупилась и что-то забурчала себе под нос. Крак и я пожали плечами.

– Так вот, – продолжил Крак. – Хочу предложить более правильное с экономической точки зрения решение, – он сделал следующий глоток. – Есть перспективная планетка с ресурсами. Сделаем там Машу королевой.

Я взглянул на Машу. Та судорожно мотала головой, категорически не согласная с этим вариантом.

– Ну ты, Крак, и жук, – протянул Лесник. – Карманное правительство решил организовать?

Крак раздражённо постучал по столу.

– Ну нет так нет. Миша, переодевайся. – Он махнул в сторону дивана.

Там лежали гидрокостюм и штаны чёрного цвета. Хорошо, что я уже был знаком с «Теневым хамелеоном» и знал, как им пользоваться. Быстро переоделся.

Через три минуты я стоял в привычном по прошлой жизни сером костюме-тройке и лакированных туфлях.

– Ну ладно, – поднимаясь, заявил Лесник. – Не будем тянуть оборотня за хвост.

Из инвентаря он вынул посох, похожий на случайно выломанную в лесу дубинку. У Крака в руках появилась изящная золотая трость с рубином в навершии. Они синхронно с размаху стукнули посохами в стеклянный пол.

Я поморщился, ожидая звона «дзынь» и потока воды.

Вместо этого посохи вошли в стекло, как в кусок масла, и застыли в вертикальном положении. Между ними появилось зеркало перехода.

Маша, сорвавшись с диванчика, подбежала и привычно вцепилась в мою руку.

– Первым иду я, за мной Миша и Маша, – после наших имён Лесник весело хмыкнул. – Крак, ты замыкаешь.

Сразу после этих слов он шагнул в портал.

Маша вцепилась ещё сильнее и прерывисто задышала. Пришлось приложить усилия, сдвигая её с места.

Следующий шаг привёл нас в зал размером в два футбольных поля. Сходство подтверждалось газоном под ногами. Стеклянный потолок поддерживали колонны-деревья, разбросанные по периметру в хаотическом порядке. Стены закрывали заросли лиан.

В центре этого зелёного великолепия возвышался трон с примостившимся на нём молодым эльфом. За троном – кресла поплоше, и в них десяток, скорее всего, родственников главного. Вдоль стен примерно сто лучников. Между нами и троном группа в цепях и рваных одеждах.

Всё это я успел разглядеть, слушая шёпот Маши:

– Ой, а что Маньнуриэль делает на мамином троне?

За спиной послышались шаги Крака. Лучники выпустили в нашу сторону тучу стрел.

Я рефлекторно сбил Машу с ног и накрыл собой. Ожидание острых подарков прервал голос Крака:

– Миша, а давай вы всем этим займётесь попозже.

Я приподнял голову. Стрелы зависли в воздухе примерно в метре над нами, медленно вращаясь. Сосредоточенный Крак стоял с тростью на отлёте.

Вставал я злой. Очень злой.

Выхватив из инвентаря Ухнеба и Вамп, медленно направился в сторону трона, не обращая внимания на вцепившуюся в меня сзади Машу и сминаемые ногами игольчатые астры. Именно в них превратились стрелы, ковром устилающие газон под ногами.

Краем глаза заметил, что лучники вдоль стен замерли оловянными солдатиками. Видимо, работа Лесника.

Голос Лесника и последовавшая за ним метаморфоза сбили мой накал неприязни.

– Эй, зубастики, а вы что здесь забыли? – удивлённо спросил Лесник.

Эльф на троне и его прихлебатели в креслах подёрнулись туманом. Когда туман развеялся, вместо них там сидели сородичи убитого мной вампира Владрека из дома Моретти.

Маша за спиной жалобно прошептала:

– А где красавчик Маньнуриэль?

На этом сумасшедший дом не закончился. Вампир, сидящий на троне, начал возмущаться:

– Князь Медведев, вы за что нас преследуете? Это не по закону! – Он распалялся всё больше. – Мы заплатили виру за хамское поведение нашего родственника Владрека. Вы виру приняли. Чего вам ещё от нас надо? Мой дом Моретти подаст на вас жалобу Гроссмейстеру!

Пока я пытался уложить в голове полученную информацию, Крак добавил свой вопрос:

– Миша, а за что ты им объявил кровную месть?

Я задумался. А действительно – за что?

Разумные вокруг смотрели на меня в ожидании ответа. Вот не люблю от слова «совсем» попадать в такие ситуации.

Мозг работал в усиленном режиме и выбрал якорем слово «вира».

– Я виру не получал, – громко объявил я.

Вампир на троне как-то сразу успокоился и облегчённо выдохнул.

– Мы передали её в имперскую канцелярию, – он достал красиво оформленную бумагу. – Почему вас не поставили в известность, я не знаю. Но у меня есть документ.

Он помахал бумажкой в воздухе.

– Вот и хорошо, – голос Крака прервал паузу. – Вот и разобрались. Ну что, можно по домам?

Я внутренне рыкнул, когда Маша, всхлипнув, спросила:

– А как же я и моя семья?

Она неожиданно сорвалась с места и бросилась к закованным в кандалы эльфам.

Я повернулся к Леснику и Краку. Процедил:

– Мне необходимо очистить этот материк от захватчиков.

Вампир на троне снова возбудился:

– Так нельзя! Наш дом честно оплатил разработку этой планеты!

Маша, добежав до пленных, пыталась их растормошить. Только сейчас я обратил внимание на отсутствующие взгляды эльфов, стоявших перед троном.

Я поудобнее перехватил оружие и сделал шаг к трону.

Лесник, вздохнув, шагнул ко мне и встал рядом.

Вампир на троне завопил:

– Я буду жаловаться Гроссмейстеру!

Позади грустно и протяжно вздохнул Крак:

– Давайте попробуем решить нашу проблему мирным путём.

Его голос остудил и меня, и вампиров. Тот, что занимал трон, вынул из инвентаря папку.

– Вот, – гордо провозгласил он. – Здесь все документы, подтверждающие наши права.

Крак быстрым шагом прошёл к нему и пролистал содержимое.

– Права на разработку планеты в порядке, – Крак вернул папку и повернулся ко мне. – А по Владреку… Их парень напал первым, без санкции дома. По межмировому праву такая агрессия против главы рода – повод для кровной мести, а то и войны. Чтобы не доводить до непоправимых последствий, Моретти заплатили виру и забыли. Ну а ты был в своём праве – оборонялся.

– Вот именно! – обрадованно закивал вампир. – Никаких претензий. Мы эльфы… в смысле, вампиры законопослушные.

Кровную месть я, конечно же, не объявлял. Вампиры сами себе напридумывали, увидев меня с оружием. Но разубеждать пока не спешил. Пусть понервничают.

– Как к вам обращаться? – спросил Крак у главного вампира.

– Дженовези, патриарх дома Моретти.

Вампир пытался казаться невозмутимым, но в его поведении чувствовалась нервозность. И хотя за его спиной стояли пятнадцать вампиров, вооружённых до зубов, а нас было всего трое, – не считая Маши, – он боялся.

– Дженовези, не объясните нам, – вежливо начал Крак, – почему именно эта планета?

– Цена, – кратко ответил тот.

– То есть если я предложу вам планету ближе к центру в совместное пользование, вы будете не против? – Крак улыбнулся.

– Не могли бы вы представиться? – улыбнулся в ответ Дженовези.

– Крак. Главный акционер банка «Крак и Сыновья» на межмировом рынке.

После этого они уселись за стол, принесённый вампирами. А Лесник, я и Маша занялись эвакуацией эльфов из зала.

Ну как занялись… занялся Лесник, а мы наблюдали.

Как пояснила Маша, находились мы в знаменитом в этом мире Большом зале. Вокруг него простирался парк, носящий статус нейтральной территории. Сейчас мы оказались на солнечной поляне с пнём посередине.

Маша бегала вокруг закованной в цепи группы эльфов. Я присел на пень. В голове мелькнула мысль: какой «чудесный» день.

Лесник, ловко лавируя между эльфами, тыкал указательным пальцем им в лоб. Во взглядах появлялось осмысленное выражение. Кандалы, если они были, сыпались на траву ржавой пылью.

Шум толпы нарастал. Иногда до меня долетали особо громкие фразы:

– Ель мне на всю голову! Где я?..

– Куст ты поломанный! Чем ты меня поил? Где дети?..

– Она меня точно убьёт…

Шум нарастал, и выделить отдельные слова стало невозможно.

Я наблюдал за Машей, которая беседовала с двумя женщинами. Одна – зрелая, с осанкой истинной королевы, – внимательно слушала, периодически бросая на меня нечитаемые взгляды. Вторая… вторая была вылитая Маша. Только в грязной одежде и с причёской типа «воронье гнездо».

Я вспомнил, что Маша упоминала младшую сестру. Интересно, на сколько минут она младше?

И тут меня посетила важная мысль. Ведь частичка души Надежды могла оказаться и в этой самой сестре. Я стал прикидывать, может попробовать аккуратненько лишить ту сознания.

Мой приценивающийся взгляд произвёл на сестрёнку Маши неизгладимое впечатление. Она пискнула и спряталась за спину царственной женщины, скорее всего, их матери.

Тем временем шум среди эльфов достиг пика и начал затухать. Толпа стала делиться, как одноклеточная амёба. Возникло два ядра притяжения. Справа – бывшая закованная группа, Маша и пара лучников. Слева – лучники под руководством эльфа, больше похожего на тролля.

Я на своём пне оказался посередине. Подошедший Лесник, оглядев оба лагеря, хохотнул.

А потом в наступившей тишине продекламировал:

– Мы стоим посередине, как корова в магазине. Слева гости, справа гости, приглашают на шашлык.

– Ну ты… поэт, – моему удивлению не было предела.

Тишину нарушил шелест извлекаемых ножей. Стрел у бойцов больше не было. Все их пустили на цветы в зале.

Лесник укоризненно покачал головой.

– Дети, мать вашу, природы! – прогудел он сердито. Даже у меня уши заболели. – Давайте жить дружно. А кто не захочет, того заставлю.

Убрав руки от чувствительных длинных ушей, эльфы поверили ему безоговорочно. Об этом сообщил шелест прячущихся ножей.

К нам направились эльфийская дама, Маша и её сестра. Сестра предпочитала находиться за спиной старшей. Причём опасалась она, кажется, не Лесника, а безобидного меня.

Слева подошёл эльф, похожий на тролля. Все его движения выдавали бывалого воина.

Мне пришлось покинуть нагретое место на пне и стоя встречать гостей.

Маша, проявив инициативу, решила нас представить. Начала с меня.