Текст книги "«Совершенно секретно! Только для командования». Стратегия фашистской Германии в войне против СССР. Документы и материалы"

Автор книги: Вячеслав Дашичев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 45 (всего у книги 55 страниц)

В условиях государственно-монополистического капитализма эти тенденции приобрели несравненно большую силу, более глубокие и гибельные социальные последствия. В фашистской Германии они вылились к тому же в крайне уродливую форму: во главе стратегического руководства оказался политический проходимец, авантюрист, человек, имевший лишь элементарное образование, не обладавший систематическими военными знаниями и страдавший сверх того психической неполноценностью.

Но дело здесь не столько в личности Гитлера, сколько в конкретно-исторических социальных условиях фашистской Германии, породивших чудовищную машину нацистского господства. Гитлера нельзя рассматривать вне среды, из которой он поднялся, изолированно от сил, возвысивших и поддерживавших его, но не предвидевших, к каким плачевным для них самих результатам это приведет.

Германские милитаристы наравне с Гитлером и другими нацистскими деятелями несут прямую ответственность за все просчеты и провалы фашистской стратегии. Это они формировали мнение своего «фюрера», готовили ему материалы для его пресловутых директив и приказов. Это они вдохновляли сумасбродные и авантюристические планы Гитлера. Это они не смогли найти в себе мужества воспротивиться заведомо безрассудным и преступным решениям.

Западногерманская историография уделила исключительно много внимания исследованию причин поражений, крупнейших стратегических просчетов командования вермахта. В первое послевоенное десятилетие она усматривала эти причины главным образом в субъективных факторах – ошибках и просчетах Гитлера, его дилетантизме в вопросах стратегии, в особенностях его личности и пр. Это антинаучное истолкование явлений истории имело своим предназначением оправдание германского генералитета, снятие с него ответственности за постигшую Германию военную катастрофу.

По мере накапливания фактов, исторического материала все более очевидной становилась несостоятельность легенды о единоличной ответственности Гитлера за поражения. Многие буржуазные историки и даже бывшие генералы вермахта вынуждены были пересмотреть эти взгляды. Так, Г. Улиг писал: «Было бы не только неисторично и неправдоподобно, но и опасно превращать Гитлера в единственного козла отпущения, приписывать ему, кроме постоянной инициативы и самой тяжелой ответственности за решения в последней инстанции, еще и всю вину за ошибки, приведшие к катастрофе на Востоке, как это часто делалось по понятным причинам после 1945 г. Если рассуждать так, то, к примеру, получается, что только военные специалисты одерживали для него победы, а он один терпел лишь поражения. Иными словами, это означает: без Гитлера и эта война была бы выиграна! Подобный взгляд понятен психологически, но он не выдерживает критики с точки зрения истинного положения вещей. Разве Гитлер смог бы планировать и вести эту гигантскую, вначале протекавшую успешно войну с людьми, стоявшими якобы в тайной или явной оппозиции к нему, с людьми, которые, обладая всей дальновидностью, неохотно подчинялись ему, чтобы «предотвратить худшее»? ...А тем, кто пытается оправдать свое послушание аргументом, что они якобы всегда были против Гитлера, но, руководствуясь интересами фронта, не могли подать в отставку, можно возразить следующее: со стратегической точки зрения нет ничего хуже, чем променять свои принципиальные позиции относительно ведения войны на ложную линию, зная заведомо, что она приведет к поражению. Кто так поступает, совершает, по мнению Наполеона, не только военную глупость, но и преступление»[589]589
  H. U h 1 i g. Das Einwirken Hitlers auf Planung und Führung des Ostfeldzuges. «Aus Politik und Zeitgeschichte», 16 März I960, S. 162


[Закрыть].

Приведем еще весьма любопытное высказывание бывшего генерала вермахта А. Филиппи о моральной ответственности германского генералитета за провалы гитлеровской стратегии, «...нельзя отрицать, что высшие военные круги не нашли в себе сил воспротивиться варварской воле (Гитлера.– В. Д.). Фактом остается, что они, хотя и сопротивляясь, выполняли требования, которые во все возрастающей степени переходили границы допустимого риска»[590]590
  A. P h i 1 i p p i, F Heim Der Feldzug gegen Sowjetrußland 1941 bis 1945.Stuttgart, 1962, S. 172.


[Закрыть].

Таким образом, отдельные представители западногерманской историографии вынуждены были признать, что без поддержки генералов Гитлер не мог бы вести войну, а потому нелепо взваливать на него всю вину за поражение.

Этот более объективный подход обусловлен тем, что к руководству бундесвера приходит уже новое поколение генералов, хотя и впитавших былую агрессивность, но не запятнанных ошибками и преступлениями гитлеровского руководства и заинтересованных в деловом извлечении уроков из минувшего опыта для наиболее эффективного строительства и использования бундесвера в интересах западногерманского империализма. Очевидно, именно этими новыми потребностями объясняется тот знаменательный факт, что не только многие исследователи, но и представители официальных кругов ФРГ признали систему стратегического руководства фашистской Германии порочной, не соответствующей времени и не обеспечивающей правильного согласования стратегии с политикой и военными возможностями. Так, Ф. Хосбах в своем труде «Развитие органов военного руководства армии в Бранденбурге, Пруссии и Германской империи с 1655 по 1945 г.» писал: «С объединением политической и военной власти в лице Гитлера снова были учреждены неограниченные командные полномочия в одних руках во всех сферах военной деятельности и в таких масштабах, в каких они были оправданы только в более простых и ограниченных условиях абсолютизма XVIII в., когда два столь выдающихся государя, как Фридрих Вильгельм I и Фридрих Великий, стояли во главе государства и армии. Но ход истории после эпохи Наполеона с величайшей убедительностью показал, что никакой человеческий гений не способен длительное время с успехом объединять в своих руках все руководство государством и вооруженными силами великого народа. Самоучка Гитлер пренебрег этим выводом, поддавшись искушению взять на себя тяжелую обязанность полководца современных вооруженных сил, не имея даже опыта и настоящей подготовки в области военного искусства. Тем самым он лишил себя способности производить, находясь на вершине государственного аппарата, необходимое согласование политических требований и целей с военными возможностями»[591]591
  F Hoßbach Die Entwicklung des Oberbefehls über das Heer in Brandenburg, Preußen und im Deutschen Reich von 1655—1945. Würzburg, 1957, S, 121.


[Закрыть].

Даже бывший начальник оперативного отдела генерального штаба сухопутных войск генерал Хойзингер, отдавая дань времени и рядясь в тогу демократа, признал несостоятельность организационных принципов стратегического руководства фашистской Германии. Критикуя тех представителей западногерманских военных кругов, которые все еще продолжают придерживаться в этом вопросе старых взглядов[592]592
  А таких в ФРГ не мало. Достаточно вспомнить «бунт генералов» бундесвера (Треттнера, Паницки и других) в августе – 1966 г., когда они потребовали устранения контроля со стороны гражданских властей над западногерманской армией.


[Закрыть], он писал: «Внушает опасение то, что военные хотели бы видеть государство организованным по образцу военных командных органов, так как они не могут себе представить по-иному деятельность крупного объединения... Мы должны здесь учесть другой аспект, который по праву беспокоит военных. Я имею в виду распространенное ложное мнение, что во время войны демократия якобы заведомо несостоятельна, потому что она действует слишком медлительно и нерешительно. Несмотря на то, что победа демократий в обеих мировых войнах доказала обратное, это опасение все еще очень распространено среди военных. Они при этом не понимают того факта, что здоровая демократия в час опасности очень охотно прибегает к твердому руководству, даже требует его. Твердое руководство является именно признаком стабильной демократии. Как США, так и Великобритания подчинились во второй мировой войне очень крепкому, даже своенравному государственному руководству (Рузвельта и Черчилля)...»[593]593
  А. Heusinger. Reden 1956—1961 Beppard am Rhein, 1961, S. 43


[Закрыть]. «Неограниченную концентрацию командной власти» в руках «тоталитарной диктатуры» Хойзингер квалифицировал как «особо опасную» в военном отношении[594]594
  А. Heusinger. Reden 1956—1961, S. 45.


[Закрыть].

Хотя в основе банкротства фашистской Германии лежали объективные, закономерные причины, ее поражению в немалой степени способствовали и субъективные факторы, крупнейшие стратегические ошибки. Последние также были обусловлены природой фашистского государства, его политическими целями.

Уже первый период второй мировой войны, пусть даже он и ознаменовался крупнейшими победами вермахта, обнаружил просчеты военного руководства Германии в области стратегии. Главным из них следует признать, что во внешне блистательной западной кампании летом 1940 г. гитлеровскому командованию не удалось достичь основной военно-политической цели – полностью сокрушить западные державы, чтобы обезопасить свой тыл для последующей борьбы против Советского Союза. Фашистская Германия оказалась не в состоянии вывести из войны Англию – последний оплот антигерманской войны в Западной Европе,– потенциального союзника в лице Соединенных Штатов с их мощными военно-промышленными ресурсами.

Теперь в случае неудач и осложнений в предстоящей борьбе против Советского Союза фашистская Германия могла оказаться перед необходимостью бесперспективной для нее войны на два фронта. Поэтому все расчеты и надежды гитлеровского командования при планировании «Восточного похода» покоились на идее молниеносного сокрушения Советского Союза в течение 1941 г., еще до того, как Англия соберется с силами после поражения Франции, а Соединенные Штаты развернут свой военный потенциал для борьбы с Германией.

Однако планы покончить с Советским Союзом одним стратегическим усилием оказались полностью несостоятельными. В войне против социалистического государства гитлеровское руководство столкнулось с совершенно новым, непредвиденным им обстоятельством: вооруженные силы фашистской Германии, использовавшей ресурсы почти всей Западной Европы, были неспособны не только одержать победу, но и избежать поражения на одном советско-германском фронте.

Уже в битве под Москвой Советская Армия поставила крест на фашистской стратегии «блицкрига». Трудно переоценить все значение этой битвы для последующего хода второй мировой войны. Реальностью стало то, чего больше всего опасалось гитлеровское руководство,– война приняла затяжной характер, стратегическая инициатива начала ускользать из его рук, фронт борьбы против Германии стал расширяться, объединив Советский Союз, Англию, Соединенные Штаты и народы оккупированных стран.

Новая попытка германского командования вывести Советский Союз из войны в 1942 г., пока борьба на два фронта не стала реальностью, окончилась полным провалом и небывалым поражением на Волге. Достигнув кульминации в своих территориальных завоеваниях, вермахт начал под натиском советских войск движение вспять. «В оперативном отношении война была проиграна с 1942 г.»,– констатируют составители дневника ОКВ[595]595
  КТВ OKW, Bd IV, Hb I, S 10.


[Закрыть]. Если в июне 1941 г. немецко-фашистская армия начала наступление на фронте от Черного до Баренцева моря протяженностью в 3000 км, а в 1942 г. она смогла наступать лишь на южном крыле фронта шириною в 850 км, то в 1943 г. ей оказалось под силу предпринять наступательную операцию против Курского выступа на участке фронта всего лишь около 300 км. Это очень показательно для характеристики убыли мощи вооруженных сил Германии под ударами Советской Армии.

На протяжении трех лет, с июня 1941 г. по июнь 1944 г., Советский Союз, ведя фактически один на один ожесточенную борьбу с главными силами фашистской Германии, не только остановил гитлеровскую агрессию, осуществил коренной перелом во второй мировой войне, но и приступил к невиданному по своим размахам стратегическому наступлению. Стратегические концепции германских милитаристов были похоронены.

Захватнические цели фашистской Германии оказались превыше ее политических, военных и экономических возможностей. Из этого коренного порока фашистской стратегии вытекали важнейшие провалы, оказавшие решающее влияние на ход и исход вооруженной борьбы. К ним можно отнести:

1) в первый период войны – неспособность Германии вывести из борьбы Англию, перед лицом предстоявшей борьбы против СССР;

2) срыв Советской Армией плана «молниеносной» войны;

3) банкротство повторной попытки разбить Советскую Армию в летне-осенней кампании 1942 г., завершившейся грандиозным поражением вермахта под Сталинградом;

4) провал наступления под Курском и окончательная утрата вермахтом стратегической инициативы.

Таким образом, все важнейшие стратегические планы германского фашизма разбились о твердыню социализма – Советский Союз. Громадные преимущества советского общественного и государственного строя, кипучая организаторская деятельность Коммунистической партии по мобилизации неисчерпаемых материальных и духовных ресурсов страны на отпор врагу, высокий патриотизм советских людей, их массовый героизм в бою и на производстве, боевое мастерство советских воинов и высокое военное искусство командных кадров Советской Армии обеспечили нашему народу победу над самой мощной военной машиной капиталистического мира того времени.

«В гигантском военном столкновении с империализмом и его наиболее чудовищным порождением – фашизмом, – говорится в Тезисах ЦК КПСС к пятидесятилетию Великой Октябрьской социалистической революции,– победил социалистический общественный и государственный строй. Источниками силы Советского Союза явились социалистическая экономика, социально политическое и идейное единство общества, советский патриотизм и дружба народов СССР, сплоченность народа вокруг партии коммунистов, беспримерный героизм и мужество советских воинов. Это была победа социалистической идеологий над человеконенавистнической идеологией империализма и фашизма»[596]596
  50 лет Великой Октябрьской социалистической революции. Тезисы ЦК КПСС. «Коммунист», 1967, № 10, стр. 14—15.


[Закрыть].

84.[597]597
  «Zeitschrift für Militärgeschichte», 1965, № 2, S 177—194; печатается с сокращениями.


[Закрыть] Приказ о подготовке обороны Берлина

 
Оборонительный район Берлина.
Оперативный отдел, № 400/45
 
 
Бертин – Груневальд
9.3.1945
Секретно.
 

Приказ о подготовке к обороне имперской столицы (Основные положения)

Основные положения настоящего приказа должны стать достоянием командиров всех действующих частей и подразделений (включая командиров фольксштурма)...

2. Задача.

Оборонять столицу до последнего человека и до последнего патрона.

3. Способ ведения боевых действий.

Исходя из количества сил, имеющихся в распоряжении для непосредственной обороны столицы, борьба за Берлин будет вестись не в открытом сражении, а в основном носить характер уличных боев.

Эту борьбу войска должны будут вести с фанатизмом, фантазией, с применением всех средств введения противника в заблуждение, военной хитрости, с коварством, с использованием заранее подготовленных, а также обусловленных трудностями момента всевозможных подручных средств на земле, в воздухе и под землей.

При этом необходимо максимально использовать преимущества, вытекающие из того, что борьба будет вестись на немецкой территории, а также то обстоятельство, что русские в массе своей предположительно будут испытывать боязнь перед чуждыми для них огромными массивами домов. Благодаря точным знаниям местности, использованию метрополитена и подземной канализационной сети, имеющихся линий связи, превосходных возможностей для ведения боя и маскировки в домах, оборудованию комплексов зданий – особенно железобетонных строений – в укрепленные опорные пункты обороняющийся становится неуязвимым для любого противника, даже если он обладает огромным численным и материальным превосходством!

Противнику нельзя давать ни минуты покоя, он должен быть ослаблен и обескровлен в густой сети опорных пунктов, оборонительных узлов и гнезд сопротивления. Каждый утраченный дом или каждый утраченный опорный пункт должен быть немедленно возвращен контратакой. При этом следует засылать в тыл противника с использованием подземных ходов штурмовые группы, которые должны внезапно нападать на него с тыла и уничтожать его.

Однако предпосылкой для успешной обороны Берлина является удержание во что бы то ни стало каждого квартала, каждого дома, этажа, каждой изгороди, каждой воронки от снаряда!

Речь идет вовсе не о том, чтобы каждый защитник германской столицы во всех тонкостях овладел техникой военного дела, а прежде всего в том, чтобы каждый боец был проникнут фанатической волей и стремлением к борьбе, чтобы он сознавал, что мир, затаив дыхание, следит за ходом этой борьбы и что борьба за Берлин может решить исход войны.

4. Командная власть.

Руководство мероприятиями по подготовке обороны германской столицы возложено на меня, как на командующего оборонительным районом Берлина.

В этой должности я непосредственно подчинен фюреру со всеми обязанностями и правами коменданта крепости.

Я сознаю, что эта задача военного руководства может быть решена лишь в теснейшей связи с политическим руководством, и требую от всех своих подчиненных безусловного товарищеского, основанного на доверии, сотрудничества со всеми организациями и инстанциями партии, государства и вооруженных сил...

д) Народная война в тылу противника. Решающее значение приобретает борьба в тылу противника. Для этой цели следует использовать прежде всего добровольцев, проникнутых фанатизмом и ненавистью и готовых превратить немецкую землю в ад для большевиков.

В борьбе в тылу противника задача состоит в том, чтобы использовать все средства военной хитрости и коварства и нанести противнику максимальный вред и урон. Не вступая в открытую борьбу, необходимо прежде всего в ночное время нападать из засады на железнодорожные эшелоны, на отдельных связных, на автомашины, атаковать слабо охраняемые склады, мосты, участки железной дороги, командные пункты, проводить диверсионные акты против линий связи противника.

Ни минуты покоя противнику!

В качестве укрытия для этих диверсионных групп могут служить леса, окружающие Берлин. Они буквально как будто специально созданы для ведения малой войны в тылу противника. Эта борьба в тылу противника является трудной. Она требует от каждого бойца, который при определенных обстоятельствах вынужден будет действовать совершенно в одиночку, больше мужества, выдержки и решимости, нежели когда он вместе с товарищами принимает участие в наступлении под твердым руководством командира. Тот, кто, находясь в глубоком тылу противника, в одиночку ведет, невзирая ни на что, беспощадную борьбу против врага, наносит ему урон, где это только возможно, и тем самым защищает отчизну и государство, тот выполняет высший солдатский долг...

 
Рейман
 

85.[598]598
  «Военно-исторический журнал», 1964, № 8, стр. 88.


[Закрыть] Приказ Гитлера о «выжженной земле»

Приказ

Фюрер отдал 19.3.1945 г. следующий приказ:

Содержание: о разрушении объектов на территории Германии.

Борьба за существование нашего народа заставляет также и на территории Германии использовать все средства, которые могут ослабить боеспособность противника и задержать его продвижение. Необходимо использовать все возможности, чтобы непосредственно или косвенно нанести максимальный урон боевой мощи противника. Ошибочно было бы полагать, что после возвращения потерянных территорий можно будет снова использовать не разрушенные перед отступлением или выведенные из строя на незначительный срок пути сообщения, средства связи, промышленные предприятия и предприятия коммунального хозяйства. Противник оставит нам при своем отступлении лишь выжженную землю и не посчитается с нуждами местного населения.

Поэтому я приказываю:

1. Все находящиеся на территории Германии пути сообщения, средства связи, промышленные предприятия и предприятия коммунального хозяйства, а также материальные запасы, которыми противник может в какой-либо мере воспользоваться, немедленно или по прошествии незначительного времени подлежат уничтожению.

2. Ответственность за уничтожение возлагается: на военные командные инстанции в отношении всех военных объектов (включая дорожные сооружения и средства связи), на гаулейтеров и государственных комиссаров обороны в отношении всех промышленных предприятий, предприятий коммунального хозяйства, а также всякого рода материальных запасов. Войска должны оказывать гаулейтерам и государственным комиссарам обороны необходимую помощь в выполнении стоящих перед ними задач.

3. Настоящий приказ немедленно довести до сведения всех командиров. Все распоряжения, противоречащие данному приказу, утрачивают свою силу.

 
Гитлер
 

86.[599]599
  «Военно-исторический журнал», 1960, № 6, стр. 81—94; печатается с сокращениями.


[Закрыть] Из дневника ОКВ за период с 20 апреля по 9 мая 1945 г.

20 апреля 1945 г. Для высших командных инстанций начинается последний акт драматической гибели германских вооруженных сил.

Передовым танковым подразделениям русских удалось прорваться в район Барута, находящегося в 18 км от Цоссена, где на протяжении многих лет располагалась ставка верховного командования вооруженных сил (ОКВ), штаб оперативного руководства вооруженными силами ОКВ, а также генеральный штаб сухопутных войск.

На основании событий этого дня на фронтах можно сделать следующие выводы относительно преследуемых противником целей: на фронте советских войск четко вырисовывается направление главного удара на Берлин, в то время как наступление в Саксонии и в районе Штеттина имеет целью сковать крупные немецкие силы, прорвать в нескольких местах оборону и как можно дальше продвинуться на запад. Такие же цели противник преследует на участке фронта, проходящем в Австрии, Богемии и Моравии. Здесь действуют в основном войска 3-го Украинского фронта, стремящиеся не допустить отхода крупных немецких соединений в Альпы. Тот же самый оперативный замысел заставляет американское командование, используя все силы и средства, продолжать наступление в Южной Германии на юго-восток, т. е. в направлении Австрии, с целью соединиться с русскими войсками. Американцы также стремятся не допустить того, чтобы значительные силы немецких войск заняли оборону в Альпах.

На центральном участке фронта западных союзников главный удар наносят войска генерала Брэдли. Здесь действуют главные силы американских войск. Они имеют задачу соединиться с советскими войсками и тем самым рассечь Германию на две части; таким образом предполагается ускорить достижение окончательной победы.

Наступление войск 21-й группы армий англичан преследует прежде всего цель овладеть немецкими портами на Северном море с их верфями и последними базами подводных лодок. В нижнем течении Эльбы противник, очевидно, стремится прорваться к побережью Балтийскою моря...

Командующий войсками Северо-Запада фельдмаршал Буш получил задачу перейти силами армейской группы генерала Блюментритта в наступление против западного фланга войск противника, наступающих на Гамбург, и остановить их продвижение. Предмостные укрепления немецких войск южнее Гамбурга приказано удерживать, чтобы противник не мог помешать действиям вновь сформированной 12-й немецкой армии генерала Венка, находящейся южнее, в районе западнее и юго-западнее Берлина... Первоначально поставленная перед этой армией задача нанести удар с востока на запад с целью деблокировать окруженные в Рурской области войска группы армий «Б» была снята с повестки дня ходом развития событий. Теперь армия заняла своими незначительными силами позиции фронтом на восток и на запад и имеет задачу на одном фронте наступать, а на другом обороняться.

Ей приказано остановить наступление американцев на Эльбе и восточнее, установить и поддерживать в районе между Эльбой и Мульдой локтевую связь с действующей там 7-й немецкой армией и, ведя маневренную оборону, задержать советские войска, стремящиеся овладеть рубежом Ютербог – Торгау.

Перед лицом тревожных донесений, поступающих со всех фронтов, Гитлер не хочет сдаваться. Он агитирует за фанатическую борьбу до последнего человека.

Главнокомандующий военно-морскими силами гросс-адмирал Дениц получает приказ немедленно начать подготовку к полному использованию всех людских и материальных ресурсов для обороны северных областей на случай, если связь между северной и южной частями Германии по суше окажется прерванной...

Обстановка на фронте вынуждает перенести из Цоссена на север ставку верховного командования вооруженных сил, штаб-квартиру штаба оперативного руководства вооруженными силами и генерального штаба сухопутных войск. Штаб оперативного руководства вооруженными силами располагается в школе ПВО в Ваннзее. Все совершается в спешке, так как уже слышно, как вдали ведут из пушек огонь русские танки. В Ваннзее деловая жизнь штаба продолжается. Настроение подавленное. Еще этой ночью значительная часть отделов верховного командования вооруженных сил и штаба оперативного руководства вооруженными силами перебрасывается на самолетах в Южную Германию. Все считают, что если обстановка в Берлине будет продолжать ухудшаться, то руководство всеми операциями будет осуществляться из Южной Германии.

21 апреля 1945 г... Командующий войсками Запада фельдмаршал Кессельринг, недавно сменивший на этом посту фельдмаршала фон Рундштедта, доносит, что командующий 1-й немецкой армией, действующей в районе Штуттгарта, считает, что с обстановкой можно справиться, лишь отведя войска на Швабскую Юру. Гитлер отклоняет это решение и приказывает перейти в наступление.

Русские впервые начали вести пристрелку из одного дальнобойного орудия по центру Берлина.

Кажется странным, что в этих условиях невозможно получить от Гитлера указания, где должно находиться окончательное местопребывание руководства вооруженными силами. В кругах высшего командования все еще предполагают, что ставка неожиданно может быть перенесена в Южную Германию, в район Берхтесгадена. Многие органы управления уже находятся там. Однако работу способна продолжать лишь находящаяся на юге часть штаба оперативного руководства вооруженными силами. Все остальные учреждения верховного командования вооруженных сил работать не в состоянии.

22 апреля 1945 г. Гитлер принимает, наконец, для самого себя решение не бежать на юг, а лично руководить борьбой за Берлин и остаться в имперской канцелярии.

Около 15 часов в имперской канцелярии в последний раз проводится большое оперативное совещание. Во время этого совещания Гитлер в первый раз официально высказывает мысль о том, что война проиграна. Он обвиняет генералитет и своих помощников в неверности и в предательстве и говорит о том,что хочет покончить с собой. Однако время для этого еще не наступило. В этих условиях, когда он решает остаться в Берлине, его ближайшие помощники, в том числе Кейтель и Йодль, также хотят продемонстрировать свою верность ему и вызываются остаться с ним в имперской канцелярии. Однако он приказывает фельдмаршалу Кейтелю, генерал-полковнику Йодлю и рейхслейтеру Борману лететь на юг, чтобы продолжать оттуда руководить всеми операциями. Но все трое отказываются выполнить этот приказ. Тогда Гитлер принимает предложение Йодля снять с фронта против англосаксов все войска, бросить их в бой за Берлин и самому руководить через ОКВ этой операцией.

После этого последнего общего оперативного совещания ставка верховного командования вооруженных сил и штаб оперативного руководства вооруженными силами переносятся в Крампниц и объединяются там в единый штаб ОКВ.

В Берлине обстановка становится все более угрожающей... В это воскресенье, как и несколькими днями раньше, жители города стоят в бесконечных очередях перед продовольственными магазинами в надежде получить еще что-либо съедобное на предстоящие дни блокады...

...Вечером фельдмаршал Кейтель направляется в Визенбург, что юго-западнее Бельцига, чтобы обсудить там оперативную обстановку в штабе 20-го корпуса, которым командует генерал Келер. Этот корпус, состоящий из трех так называемых молодых дивизий, является единственным, более или менее боеспособным соединением, которым располагает командование на обширном пространстве западнее Берлина. Одновременно 3-й корпус СС (командир корпуса обергруппенфюрер СС Штейнер), действующий севернее Берлина, имеет задачу нанести силами 25-й моторизованной дивизии и 7-й танковой дивизии (остатки дивизии, почти совсем лишенные транспортных средств) из района северо-западнее Орапиенбурга удар против открытого фланга русских войск, наступающих на запад в направлении Науэна, с целью облегчить положение окруженных в Берлине войск, а затем деблокировать их.

23 апреля 1945 г. Битва за Берлин приняла особенно ожесточенный характер. На рубеже Беелитц – Треббин – Тельтов удается остановить наступление крупных сил противника,поддержанных танками. Севернее Берлина советские войска пытаются форсировать Хафель.

Фельдмаршал Кейтель, посетив корпус Келера, направляется в штаб 12-й армии. В 10 часов он прибывает к генералу Венку, находящемуся в лесничестве «Альте Хелле» около Визенбурга, и обсуждает с ним план наступления на Берлин в направлении Потсдама с целью соединиться с войсками 9-й армии... Таким образом, с армии снимается стоявшая до сих пор перед ней невыполнимая задача борьбы на два фронта и она может целиком посвятить себя «борьбе против Советов»...

В 15 часов Кейтель и Йодль снова отправляются в сопровождении своих адъютантов для доклада в имперскую канцелярию. Здесь они в последний раз видят Гитлера...

После оперативного совещания в имперской канцелярии и возвращения в Крампнитц фельдмаршал Кейтель, уверовавший в то, что его личное воздействие может благоприятно повлиять на развитие операций в районе Берлина, сразу же снова направляется в штаб 12-й армии...

...Поступает телеграмма рейхсмаршала Геринга. В этой телеграмме Геринг рассматривает себя как преемника Гитлера. Основываясь на развитии положения в Берлине, он считает, что если не последует отрицательного ответа, он вступит в свои полномочия в 22 часа 23 апреля. Однако от Гитлера поступает радиограмма, в которой он в самой резкой форме запрещает рейхсмаршалу предпринимать какие-либо шаги в этом направлении.

24 апреля 1945 г. Преодолевая ожесточенное сопротивление немецких войск, русские продолжают наступление и вышли в район юго-восточнее Бранденбурга, южнее Потсдама, севернее Кенигс-Вустерхаузена, а также заняли восточную и северную окраину столицы.

Командование все еще питает надежду, что в результате наступления войск 12-й армии, расположенной западнее и юго-западнее Берлина, удастся задержать наступление войск противника, продвигающихся с юга, а также продвижение вражеских сил, пытающихся охватить Берлин с севера и северо-запада.

В 19 часов 45 минут 12-я армия получает приказ о наступлении на Берлин. Но к этому моменту 12-я армия уже больше не в состоянии создать сплошной фронт, обращенный на восток. Наступление на противника приходится вести отдельными боевыми группами, чтобы замедлить его дальнейшее продвижение. Район действий армии ограничивается с севера рубежом Виттшток – Альтруппин – Герцберг – Креммен – Руппинский канал. На юге разграничительная линия армии проходит примерно по рубежу Дессау – Котбус...

На севере армия примыкает к войскам группы армий «Висла», которая все еще носит такое наименование, хотя вся Висла за исключением Данцигской низменности уже в течение нескольких месяцев в руках противника...