Текст книги "Искатель, 2001 № 04"

Автор книги: Владимир Гусев

Соавторы: Журнал «Искатель»,Лоуренс Чандлер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Натан мрачно поднял пистолет, и раздался выстрел. Сабля вылетела из рук Билли Свэйна. Он, воя, схватился за раненую руку. Его взгляд, полный ненависти, обжег Натана.

– Какое-то странное оружие, а? Но ты ошибся, хвастунишка, у тебя больше нет пули, и моя сабля перережет твое горло.

Свэйн без страха двинулся к сабле. Натан выстрелил еще раз. Свэйн покачнулся и посмотрел на свою руку, где пуля Натана еще раз задела его плоть. Он в изумлении уставился на пистолет.

– Двойной выстрел! Что за пистолет?

– Здесь пуль намного больше чем две, приятель, – сказал Натан. – Я вышибу твои мозги в любой момент. Хочешь, чтобы я это сделал?

Билли Свэйн не был идиотом. Он крепко прижимал раненую руку, и в его глазах появилось явное уважение.

– Не надо, не надо. Я повинуюсь, я могу себе это позволить. Когда появится Викарий, он вас всех одолеет. – Взгляд Свэйна. устремился на неподвижную Марсию. Он усмехнулся и добавил: – И Викарий возьмет эту девицу и уведет ее с собой. Здорово, что вы ее раздели в ожидании Викария.

При этих словах Бернард внезапно развернулся и отвесил пирату оплеуху. Свэйн отлетел в сторону и завопил от злости. Вскочив на ноги, он кинулся к Бернарду, но Томпсон перехватил его, поднял за воротник и стал лупить изо всех сил. Как следует отколошматив пирата, Томпсон бросил его на палубу, тот упал на колени и больше не пытался сопротивляться, хотя по его виду нельзя было сказать, что его дух сломлен. Скорее, он решил, что перевес не на его стороне и стоит продемонстрировать покорность.

Он бросал быстрые взгляды на Марсию, которую обнимал муж, и на капитана Натана.

– Капитан, я в ваших руках и верю, что вы не расправитесь с беспомощным человеком.

Натан с сомнением смотрел на Свэйна и, казалось, находился в затруднении.

– Я бы хотел поговорить с ним, капитан, – сказал доктор Веллер, – если вы мне в этом поможете. Вероятно, есть какая-нибудь свободная каюта, куда вы поместили бы его, чтобы мы могли разузнать все до конца.

Капитан Натан вручил доктору Веллеру пистолет.

– Томпсон и Адамс отведут его туда, но если вы собираетесь расспрашивать его, лучше держать пистолет в руках. Маленький дьявол может взрезать вам горло, если у него появится хоть малейший шанс.

– Спасибо, – сказал доктор Веллер, принимая пистолет.

Натан обернулся к Бернарду.

– Полагаю, вы захотите после этого происшествия вернуться назад, мистер Бернард.

Бернард, с Марсией на руках, двинулся в коридор.

– Думаю, лучше всего так и поступить. Дайте нам некоторое время, чтобы понять, в каком состоянии моя жена. После этого я вам отвечу.

– Очень хорошо, сэр. – Натан повернулся и пошел на капитанский мостик.

Через несколько минут Бернард и доктор Веллер стояли в каюте Марсии и смотрели на спокойно лежащую женщину. Доктор Веллер только что вынул иглу шприца.

– Это очень маленькая доза снотворного, но ее будет достаточно, чтобы она спокойно провела остаток ночи.

Выражение лица Бернарда показывало, как глубоко его беспокойство.

– Вы уверены, что с ней все в порядке?

– Физически – да. А что до всего остального, вы знаете столько же, сколько и я.

– Как вы думаете, может быть, лучше вернуться в Нью-Йорк?

– Не знаю. Давайте сначала расспросим этого коротышку, посмотрим, возможно, мы найдем во всем этом какой-нибудь смысл.

Они вышли в коридор и увидели Томпсона и Адамса у одной из дверей.

– Были какие-нибудь осложнения? – спросил Бернард.

– Никаких, – ответил Томпсон. Затем мрачно добавил: – Если бы он хоть что-нибудь затеял, я тут же это остановил бы. Но он достаточно умен, чтобы ничего не начинать.

Доктор Веллер приблизился к Томпсону и присмотрелся к порезу на его груди. Кровь остановилась, и рана уже подсохла.

– Виноват, я об этом забыл. Надо продезинфицировать рану.

– Ничего. Я ее промыл. У меня есть немного спирта, и я могу протереть.

Доктор Веллер еще раз посмотрел на порез и произнес:

– Это абсолютно реально. В порезе нет ничего мистического. – И доктор шагнул к закрытой двери, оглянувшись на Томпсона. – Не забудьте протереть рану спиртом, а потом смажьте йодом.

– Да, сэр, – ответил Томпсон.

Доктор Веллер вошел в каюту. Бернард последовал за ним и закрыл за собой дверь.

Билли Свэйн сидел на краешке койки. Он выглядел присмиревшим и не сделал никаких угрожающих движений, когда мужчины вошли в каюту.

– Мы бы хотели поговорить с вами, – сказал Веллер.

– Согласен, – пожал плечами Свэйн. – Разговор стоит недорого, тем более пока не пришел Викарий, мне нечего делать.

Доктор Веллер сидел напротив Свэйна, крепко сжимая пистолет. Подобно раздвоенному языку змеи, два глаза Свэйна были устремлены на оружие.

– Почему вы так уверены в появлении Викария? – спросил Веллер.

– Он поклялся, что получит эту девушку. Он придет за ней.

– Откуда придет?

– Я… ну, мне это трудно сказать. Я знаю, что мы взяли «Повелителя Индий» и потопили его…

– Полагаю, вы говорите о корабле?

– О чем же еще? Испанский галеон, вернее, был испанским, пока мы не захватили его. А потом он превратился в погребальный костер, клянусь.

– А что же стало с людьми?

– Мы убили всех до одного, но Викарий, можно сказать, сошел с ума, когда увидел, что натворила с собой девушка…

– О какой именно девушке вы говорите?

Билли Свэйн нахмурился.

– Вы что меня дурачите? Какую еще девушку, кроме девчонки Консуэгра, мог я иметь в виду? Там, в каюте, она стояла с кинжалом в груди и с усмешкой на устах, когда он ворвался. Она ему бросила вызов, а Викарий не из тех, кому бросают вызов. Он поклялся, что она никуда от него не уйдет, что он обязательно разыщет ее.

Бернард и доктор Веллер в изумлении переглянулись. Затем, снова обратившись к непрошеному гостю, Бернард спросил:

– Вы себе представляете, какой сейчас год?

– Год? – Свэйн пожал плечами. – Точно сказать не могу, но какое это имеет значение. Моряки не обращают внимание на время. Жизнь коротка и прекрасна, говорят они и стараются избегать формальностей на всех берегах.

– Следовательно, вы не знаете, что оказались в двадцатом веке? – спросил доктор Веллер.

– Ничего я не знаю.

– Как вы полагаете, благодаря чему движется этот корабль?

– Благодаря парусам, чему же еще…

– А разве вы видели паруса, пока были на палубе?

– Если подумать – нет, не видел, но я был слишком занят другими делами.

– На этом корабле нет парусов.

– Значит, это галера?

– А вы видели весла?

– Не могу сказать, чтобы особо присматривался.

Веллер медленно поднялся на ноги.

– Пойдемте, я покажу вам, что движет этот корабль.

Бернард вопросительно глянул на доктора и сказал.

– Сначала, я думаю, мы должны сами решить, что делать. Я голосую за возвращение в Нью-Йорк.

Веллер задумался на мгновение.

– Возможно, это лучше всего. Не вижу причины продолжать путешествие.

– Очень хорошо. Пойду скажу об этом капитану Натану. – И Бернард вышел из каюты.

А Веллер велел Свэйну подняться, говоря:

– Мы собирались пойти посмотреть на мотор.

Адамс, который все еще стоял на страже у дверей каюты, удивился, но пожал плечами и дал им пройти. Через несколько минут Свэйн стоял в машинном отделении, в изумлении глядя на машины.

– Что-то вроде дьявольского котла! – пробормотал Свэйн. – И все сделано из железа! Клянусь всеми святыми…

– Эта машина работает на бензине, – сказал Веллер, – и благодаря этому корабль движется.

Но объяснения не заинтересовали Свэйна. В его глазах был страх. Он прислонился к стене.

– Вы меня заколдовали. Может, эта девчонка – ведьма. Так и есть! Ведьма! Она наслала заклятье на галеон, поэтому он и выглядит по-другому для меня, бедного простого моряка.

– Но вы сказали, что она умерла.

– Ведьмы никогда не умирают – кто же этого не знает. Вы с ней заодно, вот и дурачите бедного простого моряка!

В машинное отделение вошел Бернард. Как раз в этот момент доктор Веллер подтолкнул Свэйна к двери.

– Я понял все, что хотел понять, вернее, думаю, что понял, – сказал доктор Веллер. – Давайте вернем этого человека в каюту и поговорим.

Спустя несколько минут, в каюте Бернарда, доктор Веллер, нервно расхаживая, спросил:

– И что вы об этом думаете?

Бернард недоуменно пожал плечами.

– Не знаю. Ничего не могу понять. Несомненно, Свэйн попал на яхту с какого-то другого корабля, но с какой целью…

– Поблизости не было ни одного корабля.

– Откуда вы знаете?

– Это показал радар. Я тогда как раз стоял около капитана. Не было даже ни одной шлюпки с гребцами.

– Может быть, вертолет или…

– И в воздухе также ничего не было.

– Тогда остается один ответ. Он плыл с нами от Нью-Йорка как безбилетник.

Доктор Веллер резко глянул на хозяина яхты.

– Вы ведь не верите в подобное. Никто не мог попасть на этот корабль в Нью-Йорке.

– Вы правы, это действительно кажется невозможным, но…

– Я думаю, – сказал Веллер, – мы должны немного поразмышлять. Боюсь, для начала нам нужно забыть о логике и признать нечто невозможное.

– Вы хотите сказать, мы должны признать, что он и есть безбилетник, даже если это и невозможно?

– Не совсем так. Сначала я должен был отказаться от заключения, что наш незваный гость – актер. Он не актер. Он – тот, кем себя называет. И попал сюда именно оттуда, откуда он и сказал.

– Вы имеете в виду из прошлого? Из того самого пиратского времени? Да что вы говорите! Никогда не слышал ничего более абсурдного!

– Абсурд или не абсурд, но это – правда. Вот почему я показывал ему машины. До этого момента он мог играть, но я внимательно следил за ним: его испуг при виде моторов не был игрой. Человек в самом деле был в ужасе. Этот человек действительно служит Викарию из Пещеры Скелетов и думает, что до сих пор служит ему.

– Но послушайте! Прошло несколько веков с тех пор, как…

– Не для Свэйна. И мне интересно, как прошли эти века для Викария.

– Но… но это невозможно, – прошептал ошеломленный Бернард, – тогда что же…

Веллер с бледным лицом расхаживал по каюте.

– Многое есть на земле и в аду…

– Ради всего святого! Перестаньте цитировать Шекспира и думайте, думайте!

– Единственное, что мне приходит в голову – нужно немедленно возвращаться в Нью-Йорк.

– Приказ уже отдан.

– Одно очевидно. Мы столкнулись с чем-то нелогичным, необъяснимым и должны это признать. Пока не выясним, что произошло, ничего другого нам не остается. Думаю, тут случилась какая-то ошибка со временем.

– Ошибка со временем? Как время может ошибаться?

– Такое бывало. Подобные случаи известны, например, во Франции.

– Перестаньте, какая связь между Францией и этим коротышкой на нашей палубе! – воскликнул несчастный Бернард.

– Никакой. Я просто хочу посмотреть на нашу ситуацию под другим углом зрения.

– Должно же быть какое-то логическое объяснение.

– Надеюсь, мы доживем до того времени, когда сможем это понять, – мрачно сказал Веллер.

– Вы серьезно думаете, что наши жизни в опасности?

– Допустим, моряк-коротышка возник из фантастического дыма, – ответил Веллер. – Но нет ничего нереального в той ране, которая от удара сабли возникла на груди Томпсона. Если бы острие ударило точнее, Томпсон был бы мертв – и это уже не волшебная сказка.

– Но что же нам делать?

– Как можно скорее возвращаться в порт.

Именно в этот момент появился капитан Натан. Бернард и Веллер увидели, как он смущен и встревожен.

– Что такое? Что случилось? – резко спросил Бернард.

– Корабль, сэр. Что-то серьезное произошло с кораблем.

– Что? Что именно?

– Яхта перестала слушаться.

– Но это же абсурд! – воскликнул Бернард.

– Конечно, сэр. Но факт есть факт – корабль не слушается. Мы как будто в тисках – какое-то магнитное поле… Я ничего подобного никогда не испытывал.

– Короче, – сказал Веллер, – вы не можете повернуть?

– Именно так. Штурвал проворачивается, а яхта – стоит на прежнем курсе. Стоит – и не слушается руля.

– Это невозможно… невозможно, – изумленно бормотал Веллер.

– Но это так, сэр. Еще одна вещь. Когда яхта перестала слушаться, я остановил мотор, поняв наконец, что если мы не можем повернуть назад, мы не двинемся и вперед.

– И?

– Из этого не вышло ничего хорошего.

– Не надо было останавливать моторы? – недоверчиво спросил Бернард.

– Точно так. Яхта продолжала движение вперед по прямой – по прежнему курсу… и с прежней скоростью.

Бернард удрученно посмотрел на доктора Веллера.

– Господи, спаси нас! – чуть слышно произнес он.

Солнце уже поднялось высоко. Бернард стоял у перил ограждения и мрачно смотрел на море. Он наблюдал за пенистым следом, который оставлял корабль. Мотор давно уже молчал. Ветра не было. Однако корабль взрезал поверхность моря.

Бернард повернулся при звуках шагов приближающегося доктора Веллера. Веллер посмотрел на часы и сказал:

– По крайней мере, хоть это… чем бы ни была эта ловушка… она не меняет нашего времени.

Бернард посмотрел на свои часы.

– Десять минут одиннадцатого.

– Время идет.

– Вы заглядывали к Марсии?

– Да. Она проснулась. Думаю, вам неплохо было бы спуститься и поговорить с ней.

– Вы считаете, что надо сделать еще один укол?

Веллер насупился и покачал головой.

– Не вижу причины давать ей снотворное. Некоторое время она будет и так слегка не в себе.

– Но это может уберечь ее от возможной истерики?

– Именно так. Но вам лучше спуститься вниз.

– Как себя ведет наш посетитель?

– Опять петушится, продолжает настаивать на том, что все изменится, когда здесь появится Викарий.

Бернард вздрогнул.

– Слава Богу, этого никогда не случится.

– Хотелось бы верить, – пробормотал Веллер.

Бледная Марсия с широко открытыми глазами лежала в койке. Она повернула голову к двери, когда вошел Бернард. Он встал на колени и нежно поцеловал жену, но она никак не отреагировала. Марсия снова обратила глаза к потолку и так неотрывно смотрела туда, будто там перед ней развертывается некая картина, которая не видна никому, кроме нее.

– Он еще здесь? – прошептала она.

– О ком ты, дорогая?

– Викарий.

– Да что ты, это же чепуха.

– Нет, это не чепуха. Ты просто стараешься оберегать меня. Он пришел, верно?

– Дорогая! Викарий – кто бы это ни был – не придет. Сейчас его здесь нет. И не будет никогда.

– Он придет…

– Марсия! Перестань!

Она поглядела на мужа и грустно улыбнулась. Подняла руку и стала гладить Бернарда по голове.

– Бедняжка. Прости, что я тебя в это вовлекла. Ни один муж не должен видеть, как его жену утаскивает пират. Изнасилованную…

– Марсия!

– Видишь ли, мой дорогой, это старая, старая история, и только я знаю ее конец… Викарий и я. В последнем действии он получает меня. К финалу, вероятно, я уже слишком устану, чтобы сопротивляться.

Бернард был в отчаянии, и отчаяние сквозило в его голосе.

– Марсия! Я хочу, чтобы ты перестала так говорить! Это все галлюцинации, страшный ночной кошмар, который пройдет…

Она медленно покачала головой.

– Нет. Не пройдет. В каждой житейской драме бывает финал, и в этой тоже будет конец.

– Конец будет в Нью-Йорке, где ты отдохнешь и развеешься.

Она опустила голову на грудь.

– Видишь ли, мой дорогой, несколько столетий назад Викарий дал клятву, страшную клятву, а Викарий очень решительный человек.

– Был таким, дорогая. Он мертв… мертв…

– Да, мертв, в том смысле, в каком ты понимаешь, что такое смерть, но ты не знаешь, что Викарий жив и будет бессмертен еще какое-то время, потому что его держит сила его вожделения, жадности и ненависти.

– Дорогая, пожалуйста, попытайся уснуть.

– Ты не знаешь, что все это случилось раньше, в далеком прошлом, что я, Мария Консуэгра, в действительности не умерла, так как я совершила непрощаемый грех, решившись на самоубийство. Это даже более страшный грех, чем осквернение тела – осквернение тела женщины мужчиной. Самоубийство. Мне не позволено избежать расплаты.

Бернард не хотел слышать всего этого. Он стоял на коленях и обнимал жену, в то время как она продолжала:

– Как я уже сказала, это случилось давно. Три раза за прошедшие столетия Викарий приходил за мной. Трижды возрожденный своей похотью и своей ненавистью, он налетал со своим «Вампиром» и требовал мое тело и душу.

Бернард тихо плакал, ошеломленный эмоциональным напряжением и ужасом рассказа Марсии. Она замолкала, когда муж целовал ее, затем продолжала тихим невыразительным голосом.

– И каждый раз я тем же самым способом расстраивала его планы – он находил мертвое тело в каюте захваченного корабля.

– Моя дорогая, надо остановиться…

– Но каждый раз мне становилось все труднее ударить себя в сердце кинжалом. Каждый раз было все больнее и больнее. Агония длилась все дольше. Росли стыд и унижение…

Неожиданно она замолчала и положила голову Бернарда к себе на грудь. Затем сказала:

– Дорогой, ты должен дать мне кинжал.

Бернард оцепенел.

– Нет! Марсия!

– Это единственный способ. У меня должен быть кинжал. Я снова должна ему помешать. Может быть – в последний раз, но мне нужно это сделать. Я буду собирать силы для решительного шага, потому что вот-вот придет мой час.

– Марсия! Мы защитим тебя…

Она грустно покачала головой.

– Это не удалось вооруженным людям короля Филиппа. Против Викария нет защиты, кроме кинжала.

Измученный Бернард поднялся на ноги. Марсия закрыла глаза, и ему показалось, что она уснула.

Он повернулся и увидел доктора Веллера, стоящего в дверях. Бернард открыл рот, чтобы заговорить, но Веллер прижал палец к губам и вышел.

На палубе Веллер сказал Бернарду:

– Полагаю, мне нужно извиниться за подслушивание, но думаю, что эта ситуация вышла за пределы обычной вежливости. Я хотел услышать ее рассказ, и я услышал.

– И что же вы думаете обо всем этом?

– Сказать, что это ужасно, значит ничего не сказать, – горестно ответил доктор.

– Господи! Это не может быть правдой!

– Мы должны признать существующее положение вещей. Очевидно, что корабль движется, хотя должен был бы стоять. Очевидно, наш посетитель есть тот, за кого он себя выдает. Таким образом, можем ли мы отрицать остальное?

Бернард закрыл лицо руками.

– Я не знаю… не знаю…

– Пойдемте-ка со мной. Надо кое-что проверить. Это стоило сделать давно, но мне не хватало смелости.

Веллер повел Бернарда в капитанскую рубку, где лежали навигационные карты. Натан оцепенело стоял у штурвала и остекленевшими глазами смотрел на горизонт.

– Капитан, проверяли ли вы наш курс? – спросил Веллер.

Натан медленно обернулся.

– Разумеется, проверял. Похоже, он слегка изменился. Мы повернули на юго-восток и движемся в этом направлении. – И он показал направление на карте.

Веллер взял линейку и склонился над столом. Он прочертил линию курса корабля, и конец карандаша уперся в маленькую группу островов.

Доктор выпрямился и посмотрел на Бернарда, его палец указывал на карту.

– Прочтите это название, – сказал он.

Бернард наклонился к карте и медленно произнес:

– Пещера Скелетов! О, Господи! – И он застыл с вытаращенными от ужаса глазами.

– Именно так, – мрачно сказал Веллер. – Нас несет прямо в берлогу Викария.

Прошло несколько часов. Ничего не произошло, за исключением того, что яхта точно следовала этим страшным курсом, что солнце двигалось по небу и наступил полдень.

И снова Веллер и Бернард стояли у перил палубы, мрачно глядя на море. Веллер вынул изо рта курительную трубку, выбил пепел о перила и сказал:

– В этой деформации времени я никак не могу понять одного…

– Господи! – воскликнул Бернард. – А кроме этого вам все понятно?

– Да, довольно смутно, если принять во внимание, что я многого не знаю, но должен верить тому, что вижу. Я думаю, у нас есть основание признать, что искривление времени – проникновение из одного времени в другое – феномен, который произошел благодаря некой необъяснимой случайности в мироздании, которому нет дела до нас и нашего удивления по поводу того, что не соблюдаются основные законы природы.

– Безнадежно! Все безнадежно! – уныло воскликнул Бернард.

– Так. Мы знаем, что, по законам природы, время берет свое. Ни для чего время не проходит бесследно.

– К чему вы ведете?

Веллер нахмурился.

– Не могу точно сформулировать. Только нащупываю. Допускаю, что разок-другой естественный закон течения времени можно перехитрить, но…

– Да объясните же, что вы хотите сказать!

– Не знаю! – взволнованно крикнул Веллер. – Но не хочу махать руками и кричать: «Безнадежно! Безнадежно!»

Бернард тут же среагировал на критику.

– Прошу прощения, но… Марсия моя жена. Я ее люблю! Я…

Веллер обнял Бернарда за плечи.

– Я понимаю. Виноват. Простите, что не сдержался.

– Вы назвали вещи своими именами.

– Я не имел права грубить вам.

– Оставим это, – сказал Бернард. – У нас есть оружие и много патронов. Может, все сойдет благополучно…

– Я вернул пистолет Натану и хочу кое-что проверить. Пойдемте на капитанский мостик.

– Вы хотите подготовить оружие? Хорошая мысль.

Веллер ничего не сказал. Войдя к капитану, они увидели, что пистолет лежит на столе, рядом с картами. Веллер взял его. Немного поколебавшись, он направил пистолет на окно и нажал курок.

Ничего не произошло.

Он снова и снова нажимал на курок – так же безрезультатно.

– Возможно, он не заряжен, – сказал взволнованный Бернард. – Натан, вы вынули из него патроны?

Капитан уныло покачал головой. Веллер извлек из пистолета обойму. Она была почти полная. Доктор оцепенело уставился на пистолет. Бернард выхватил пистолет из рук доктора.

– Абсурд! Он должен работать! Он просто засорился. Надо его вычистить.

– Это бесполезно, – сказал Веллер.

– Почему? Господи…

– Точно так же можно пытаться остановить этот корабль. Какие-то силы, которые действуют против нас, не забыли и о пистолете.

Изумленный Натан прошептал:

– Давайте смотреть правде в глаза. Мы беспомощны, абсолютно беспомощны перед чем-то могущественным, ужасным и смертельно опасным.

Веллер взял пистолет из нервно дрожащих рук Бернарда и стал всматриваться в иллюминатор.

– Он здесь.

– Кто? – спросил Бернард.

– Викарий. Посмотрите. Убедитесь сами.

Бернард судорожно вздохнул.

У левого борта стоял корабль.

Длинный, черный, страшный корабль под флагом с черепом и скрещенными костями, с надписью на борту – «Вампир».

– Да, это он, – апатично произнес Бернард. Его безразличный тон сам по себе был странен, будто бы человек был околдован и лишен сил так же, как и оружие, как сама яхта. Будто судьба приговорила неподвижных роботов безвольно наблюдать за драмой, которая должна произойти, хотя они должны были бы сопротивляться.

– Да, – сказал Веллер, тоже равнодушно. – Викарий.

– Где? – спросил Натан, как человек, расспрашивающий о чем-то, что не представляет особого интереса.

– Здесь, у нашего борта. Его люди собираются взять нас на абордаж.

– Нет, они собираются спустить шлюпку, – сказал Бернард. – Да, я забыл…

– Что забыли? – спросил Веллер.

– Марсия… Марсия хотела кинжал. Я забыл ей принести его.

– Теперь уже слишком поздно, – произнес Веллер голосом, каким сказал бы о ничего не значащей вещи.

– Полагаю, вы правы, – лениво ответил Бернард.

Они следили за тем, как кровавая команда погрузилась в шлюпку. Они слышали крики и видели блеск сабель и мерзкую фигуру Викария – огромное, черное непотребство, воплощение дьявола, – стоящую на носу судна. Они следили за тем, как длинное судно мягко скользило к яхте.

Потом слышали стук борта о борт. Они видели головы пиратов. Раздались вопли и ругательства.

Внезапно все трое будто отошли от летаргии.

– Господи, Боже мой! – прохрипел Веллер. – Мы должны сражаться! Взять дубинки и гаечные ключи!

Но было слишком поздно. Они стояли как пригвожденные.

И тут все быстро и ужасно изменилось. Казалось, поднялся сильный ветер, который закрутился смерчем вокруг яхты. Однако ничто не двигалось. Не пошевельнулся ни один волосок на головах, только слышалось завывание шторма, и возникло явное чувство какого-то странного перемещения, какого-то нарушения порядка.

Викарий взобрался на яхту и с саблей наголо двинулся к капитанской рубке.

Оказавшись в центре беснующегося, но неподвижного урагана, он остановился, замер и превратился в статую с выражением агонии и ужаса на страшном лице. Пираты вокруг него тоже оцепенели. Время будто остановилось. Казалось, трое в капитанской рубке приглашены на удивительное представление.

Перед их глазами лицо Викария покрылось морщинами и съежилось. Сабля стала слишком тяжелой, рука не смогла ее удержать – блестящий клинок упал на палубу. Ураган бушевал еще яростнее. Викарий стал сжиматься, плоть его отстала от костей, одежда превратилась в лохмотья и в следующую секунду застыла кучкой на полу. И вот скелет, оставшийся от Викария, рухнул на доски палубы.

Всей его команде была уготована та же судьба. Группа скелетов превратилась в пыль – за несколько секунд прошли века.

– Смотрите, – прошептал Веллер. – Корабль!

«Вампир» разваливался на куски. Паруса превратились в клочья тряпок и исчезли. Доски обшивки трухой обсыпались в волны, и скоро все, что осталось от покинутого корабля, ушло под воду.

– Вот это и произошло, – сказал Веллер.

– Что? – спросил Бернард.

– Время потребовало расплаты. Время преодолело столетия, потратив на это всего лишь несколько секунд. Это произошло потому, что Викарий вступил в центр штормовой воронки. Несколько раз ему удавалось ее избежать благодаря простой случайности, но это не могло продолжаться вечно.

– Исчез… все исчезло… – пробормотал Натан.

Бернард, казалось, вышел из ступора.

– Марсия! – крикнул он. – Она тоже…

Веллер покачал головой.

– Нет, с ней все в порядке. Теперь она больше не Мария Консуэгра. Она двигалась сквозь время другим, естественным, образом. А вот кого-нибудь надо послать в каюту Билли Свэйна, чтобы вымести пыль от костей старого пирата.

– Корабль стал слушаться, – сказал Натан.

Веллер улыбнулся и указал вперед.

– И как раз вовремя. Гляньте. Перед нами Пещера Скелетов.

– Да, это она, – сказал капитан Натан.

– Но проклятье исчезло вместе с Викарием, он больше никогда отсюда не появится.

– Слава Богу!

Бернард спустился вниз, и Веллер сказал:

– Я думаю, что имею право отдать вам приказ, капитан.

– И какой же, сэр?

– Держим курс на Нью-Йорк.

– Слушаюсь, сэр!

Перевела с английского Кира Сошинская

Владимир ГУСЕВ

ВАРИАНТ «ОДНАКО»

(СЛАДКАЯ ПАРОЧКА-2)

Расставшись со Стасом, Влада пошла прочь от станции метро, совершенно не думая о том, куда она идет и зачем. Ясно было одно: дорога домой ей теперь заказана, а больше идти некуда. Единственное, что остается – идти куца глаза глядят, причем конкретно.

Как такое могло произойти? Как она влетела в такую ужасную непоняточку?

Слезы выступили из глаз Влады, словно вода из отжимаемой тряпки.

Она сошла с поребрика, ограничивающего проезжую часть какой-то вспомогательной дороги, и, часто-часто моргая, постаралась выдавить из себя побольше слез, чтобы сразу смахнуть их все, но слезы все текли, и сквозь них Влада почти ничего не видела. Взвизгнули тормоза. Водитель грузовика, высунувшись в окно, прокричал что-то матерно-обидное, но Влада не поняла, что это кричат ей, и спокойно поднялась на противоположный тротуар. Здесь она сняла рюкзачок, нашла в боковом карманчике несвежий платочек и попыталась вытереть слезы. Платочек сразу стал мокрым, а другого у нее не было. Она сунула платочек в карман бежевого жакета, надела рюкзачок и пошла куда-то, глотая вновь набежавшие слезы.

– Девушка, вы плачете! – увязался за нею какой-то парень, высокий и симпатичный, в отличие от Стаса.

– Нет, смеюсь! – рявкнула она, и парень благоразумно отстал.

Влада знала: нос ее покраснел и она стала совсем некрасивой; на нее оглядываются, и не только парни, но ей было все равно.

Жизнь, которая еще несколько часов назад была если не прекрасной, то во всяком случае интересной, жизнь, обещавшая непременно стать прекрасной в самом недалеком будущем, вдруг кончилась, словно Владу, как этого судейского, полчаса назад убили из пистолета. Вот только контрольный выстрел забыли сделать, и она, словно зомби, бродит среди еще живых людей, не понимая до конца, что же с нею произошло.

Выглянуло солнце, прятавшееся за облаками.

Солнце было черным, и лучи его были черными, но на улице было светло, потому что глаза людей, деревья и дома излучали тусклый внутренний свет. Однако Влада знала: ее собственные глаза мертвы и черны. Только глупые люди почему-то этого не замечают. Идут навстречу, беззаботные, словно овцы, которых ведут на бойню… Владе хотелось крикнуть: «Эй, человечки! Жизнь каждого из вас висит на волоске! Как можно шутить и улыбаться, если в любую секунду вас может сбить машина или застрелить киллер?» Но потом она подумала, что не стоит открывать этим людишкам глаза на жестокую правду. Пусть смеются, словно дети, которым показывают пальчик. Пусть радуются, как идиоты. Когда-то и она была такой же… Играла в сказочной, прекрасной виртуальности, милостиво позволяла любить себя некрасивому мальчику Стасу…

Слезы снова потекли из ее глаз. Влада достала платочек, попробовала осушить соленые ручейки, обнаружила на светло-голубой ткани темные линии и поняла: ее дорогая влагостойкая тушь поплыла. Значит, глаза теперь не только мокрые, но еще и в черных разводах. Пусть…

Все началось вскоре после возвращения Влады из Болгарии.

Отдохнули они замечательно. Папа в этом году особенно постарался: и домик их стоял на самом берегу моря, и фруктов было вдоволь, и в дорогие рестораны они три раза ходили. А уж за мамой он ухаживал… Правду говорят: седина в голову, бес в ребро, и очень хорошо, что на этот раз бес ошибся и заставил папу снова влюбиться в маму.

Едва отдохнув после дороги и приведя себя в порядок, Влада включила «Пень», влезла в Интернет и на доске объявлений игрового сайта http://www.game-exe.ru/, среди сообщений типа 20.07. 200712:16:49 Necroborg, Ё-бург, Скиталец-по-пустыне. Внимание меняю минигун Виндикатор и М60 на BOZAR с полным магазином, анклавовцев просьба не беспокоиться Казино Мордино в Нью-рено ваш лучший выбор!! 20.07. 200? 2:24:18 Seal, Владивосток, Хрен его знает… Не подскажет ли кто, откуда можно скачать BattleShip ломаный. Игруля старая, и уже не купишь на рынке…. Thanxxx.

обнаружила баннер с тремя сменяющими друг дружку строчками:

Если ты крутой геймер и хочешь…

сразиться в Quake– IV с самим Молотильщиком…

за приз в $ 15 тыс – жми сюда!

Влада не считала себя крутым геймером – не женское это дело – но иногда играла с кем-нибудь по Сети, a Quake-IV была ее любимой «стрелялкой».

Недолго думая, Влада нажала на кнопку.

Прежде чем ее выпустили на «поляну», пришлось зарегистрироваться. Имя своему персонажу Влада выбрала простое – Gearl. Она, конечно, знала, что на противника еще до схватки нужно оказывать психологическое давление, потому геймеры и выбирают имена типа «Бессмертный», «Молотильщик», «Терминатор». Но у нее была другая тактика. Поверив, что перед ним девчонка (никакого, кстати, обмана!), противник начинал играть вполсилы или даже, проявляя благородство, не сразу стрелял из выгодной позиции. За что и бывал мгновенно наказан: Влада промедления не прощала.