Текст книги "Дружественные интриги (СИ)"

Автор книги: Владимир Мясоедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)

Глава 14

Глава 14

О том, как герой ощущает себя важным работником зоопарка, получает пламенную благодарность и узнает о невозможности встречи с лидером Франции.

Небольшая летучая лодка, за которой в воздухе тащился огромный и сияющий флаг Франции, была выслана к эскадре из двух кораблей в качестве лоцмана. И привела она их не на какой-нибудь из обычных аэродромов, которых в этом мегаполисе было штук десять, если не больше, а в самое сердце города, откуда было рукой подать до Эйфелевой башни и многих других сооружений, хоть и не дотягивающих до этого символа Парижа, но безусловно уникальных, больших и явно принадлежащих кому-то значимому. Впрочем, разного рода дворцы, торгово-развлекательные комплексы и парки потеснились, дабы освободить место для здоровенного поля, на котором под прикрытием отдельного защитного барьера крепостного класса стояло восемь богато украшенных воздушных линкоров, а также десяток похожих на произведения искусства крейсеров разных размеров и форм…И среди флагов, которые над ними реяли, не было ни одного французского. Вероятно всё это были чьи-то яхты, просто в традициях этого мира соревнующиеся друг с другом не только качеством покрывающих корпус узоров, художественной ценностью носовых фигур и магических картинных галерей, притворяющихся парусами, но и толщиной брони вместе с мощью бортового залпа.

Олег удивленно моргнул, когда Тигрица медленно прошла через барьер, прикрывающий этот элитный аэропорт для больших шишек, которым не комильфо парковать свои напыщенные летающие жоповозки с парой сотен человек экипажа на окраине города, чтобы потом тащиться через весь Париж. Снаружи купол барьера выглядел совершенно обычным, как и происходящее за ним…Но внутри было светло! Более того, казалось будто наступил день, поскольку куда бы не падал взгляд, он ночной темноты не видел…Впрочем, это была все-таки какая-то хитрая иллюзия, а не игры со временем. Ведь улицы города, которые чародей ещё мог рассмотреть краешком, оказались почти пусты, если не считать редких гуляк, одиночных экипажей и стоящих чуть ли не через каждые сто метров жандармов в блестящих полированных шлемах. На фоне таких чудес вспыхнувшей на земле в двух местах по соседству подсветке, идеально повторяющей контуры броненосца или очень-очень сильно переделанного американского грузовоза, удивляться вообще не приходилось.

– Думаю для начала, дык, надобно нам при полном, знацича, параде пойти вдвоем али втроем с Доброславой., ибо тама внизу явно готовятся устроить тот ещё официальный циркъ с конями… – Донес до Олега ветер слова Святослава, что вместе с со Стефаном и их семьями находились где-то внутри своего корабля. – Солдатики-то наши того, заробеют при встрече такой…Да и офицеры али женщины тоже, боюсь. А мы с тобой морду, стал быть, кирпичом в армии держать научены…

– С Доброславой я договорился, она присмотрит за кораблями, пока мы будем делами заниматься и место для жилья искать, – тихо откликнулся чародей, пытаясь вспомнить, на дно какого сундука он заныкал свою боярскую шубу, но ничуть не сомневаясь, что его услышат. А вот не будет ли один из главных символов высшей власти на территории Возрожденной Российской Империи мятым как из задницы – это был уже другой вопрос. Против пуль, мечей и боевой магии эта меховая одежка должна была показать себя лучше всяких похвало, но рассчитывали ли её создатели на типичную бесхозяйственность обычного мужчины, у которого в хозяйстве нет достаточно свободного пространства для обширных гардеробов и тем более слуг, которые за этими гардеробами следят? – Репутация у Парижа конечно неплохая…Но когда воришек, шпионов, убийц и вообще каких-то подозрительных чужаков в фоновом режиме вынюхивает истинный оборотень, мне как-то спокойнее будет.

Красную ковровую дорожку к летучим кораблям раскатали, кажется, даже раньше, чем они успели приземлиться. Играла громкая бравурная музыка. Ярко светило солнце. Толпа встречающих напоминала собою море, ибо была хоть и несколько меньше по размерам, но рябила улыбающимися лицами и шумела какими-то радостными возгласами практически так же. Изящно спланировавший на землю Олег, ради которого во многом и была устроена эта торжественная встреча, польщенным себя почему-то совсем не чувствовал. Чувствовал он себя скорее каким-то важным работником зоопарка, то ли слоном, то ли ослом, то ли вообще каким-то противоестественным гибридом оных животных, любопытным но опасным феноменом. Ибо хотя ликующая публика старательно делала вид, будто ей тут просто опупеть как нравится и они просто счастливы от возможности на русского боевого мага поглазеть, но опытный взгляд целителя подмечал, что люди и парочка затесавшихся среди них нелюдей пусть и смотрят на парчоку приодевшихся в парадные шубы русских бояр с некоторым интересом, но все же скорее отрабатывают опостылевший им долг, чем наслаждаются процессом. И начинают усиленно потеть, ерзать, а то и трястись, если встречались взглядом с самим чародеем. Конечно же, это не касалось пары сотен выстроившихся почетным караулом мушкетеров-ведьмаков, что были поголовно вооружены какими-то воистину монструозными и тяжеленными стрелялами, напоминающими скорее фальконеты и прочую легкую артиллерию, а также все как один облачены в нарядные ярко-синие плащи поверх кольчуг, а также таскали на головах щегольские длиннополые шляпы со светящимися перьями. Или троицы высших магов, решивших самолично встретить высоких гостей. Двое из французов обладали шестым рангом, а еще один Святослава в грубой мощи заметно так превосходил. И Олег его даже знал. По портретам, имевшимся в учебниках мировой истории.

– Добро пожаловать! Добро пожаловать, наши дорогие друзья и уважаемые гости великой Франции! – С радостной и открытой улыбкой провозгласил не слишком-то высокий лысеющий мужчина с чуть крючковатым носом, которого звали Луи Бонапарт. И тому самому Бонапарту он был кровным родственником, пусть к числу потомков и не относился. Но знаменит сей архимагистр был не по этой причине, а благодаря тому, что являлся одним из самых старых и верных сторонников Деспота, с которым они сотрудничали и дружили даже раньше, чем этот человек смог захватить страну и едва ли не единолично прогнал прочь от столицы британскую армию. Благодаря чему обладатель загнутого книзу шнобеля и стал начальником жандармерии, под его руководством снискавшей себе славу одной из самых эффективных спецслужб в мире. А также самых жестоких и кровавых, поставивших на поток террор по отношению к врагам французского государства, как внешним, так и внутренним. – Не передать словами, как я рад наконец-то видеть своими глазами тех героев, от имен которых трепещет вся Англия! Сам Деспот обязательно бы явился поприветствовать вас и выразить вам свою пламенную благодарность, если бы смог!

Говорил главный жандрам на чистом русском языке и без какого-либо акцента…Впрочем, если бы он им не владел, то тогда бы пришлось для беседы очевидных врагов Британии использовать английский. Пусть Олег и пробежался по словарю, а европейские языки зачастую имели между собой немало общего, но объясняться с местными он сумел бы, максимум, на уровне: «моя твоя не понимай», да еще и с акцентом.

– Дык, а шо? – Простодушно удивился Святослав, кажется нарочно еще больше усилив свой своеобразный говор. Олег такие вещи уже давно то ли на слух определял, то ли просто понимал интуитивно. Видимо бывшего крестьянина тоже раздражала эта невесть с чего устроенная торжественность, толпа старательно изображающая ликование и локальное замещение ночи солнечным днем. Нет, безусловно, французы приложили немалые усилия в попытке произвести впечатление на своих гостей, но отдавала их работа какими-то нехорошими тухлыми нотками. Примерно как фотография молодящейся пенсионерки на сайте знакомств, рядом с лаконичной цифрой тридцать… – С ним разве, значица, чегой-то случилося?

– Конечно нет, господин Святослав! Наш великий лидер находится в добром здравии! – Поспешил заверить бывшего крестьянина второе лицо в государстве. Ну, может третье или четвертое, но точно один из полноправных заместителей и официальных наследников владыки Парижа, ибо своим собственным кланом и выводком потомков с прочими родственничками тот как-то не обзавелся. Нет, дети у него вроде как имелись, но ни один из ныне живущих до ранга высшего мага так и не добался, а потому родитель своей бескомпромиссной волей удерживал тех на относительно низких постах. – Просто вы решили нанести нам свой визит без предупреждения, а потому за четыре дня до появления вашей эскадры у границ нашего государства, дворец Деспота оказался окружен непроницаемыми барьерам и ушел в длительную изоляцию, не выпуская своих обитателей и не принимая никаких посетителей, даже самых важных. Но в этом нет ничего страшного, подобное случается не реже пары раз в год! Наш великий лидер просто решил взять очередную паузу, чтобы отдохнуть от государственных дел! Подобное редко длится дольше недели или двух…Ну а до тех пор вопросы государственной важности буду решать я! Шарль Луи де Бонопарт, по прозвищу Начальник Тысячи Гильотин…Но для вас, уважаемые Святослав Владыка Больших Грибов и Олег Путешественник, просто Луи!

– Дык, Луи, я конечно, того…Дико извиняюсь. Да токмо я Святослав из Малых Грибов вообще-то, – вдруг буркнул самой молодой архимагистр Возрожденной Российской Империи к изрядному удивлению своего друга. – Большие-то Грибы они, ну, исчо во времена моего прадедушки пепломъ погорели с половиной, значица, жителей. А те, кто выжил, километров гдей-то на пять в сторону переехали, и теперича ента деревня зовется Малые Грибы, ибо размеры там не те, и населения заметно так поменьше. И я ей даже не владыка…Хто вам вообще сказал такую, стал быть, глупость, которая потом в официальную дипломатическую периписку, дык, попала?

– Эээ…А в вашем досье, которое в министерстве кудесников и магических дел лежит,как место рождения Большие Грибы записаны. И великий гримуар кадастровой палаты Возрожденной Российской Империи, указывающий какие земли кому из высших магов принадлежат, именно вас как владыку Больших Грибов указывает. – Несколько растерялся француз, который этого явно не ожидал. – Таааак, кажется, кто-то из нашей разведки, ну то есть министерства иностранных дел, допустил в своей работе серьезный просчет…Приношу свои искренние извинения и заверю вас – виновные обязательно будут найдены! И полетят головы.

– Хотя может и владыка, но токмо я тогда от ентом же и знать не знаю, – заметно смутился Святослав, который не ожидал то ли публичных извинений со стороны другого архимагистра, то ли того, что тот намеревается кому-то за эту ошибку голову отрубить. И вряд ли он выражался фигурально… – Император мне, конечна, ничаво таково не говорил кажись…Дык, но может забыл просто по запрке? Али в министерствах наших для сбора налогов, рекрутов и прочих податей используются исчо те нормативы и топонимы, которые ажно при царях актуальными были, и с тех пор их никто не обновлялъ…

– А все равно полетят, – остался при своем мнение дальний родич Бонапарта, приходящийся тому кем-то вроде внучатого племенника. – Даже если эта ошибка произошла из-за бардака в работе иностранных министерств, наши сотрудники должны добывать верную информацию, а не то, что кем-то там считается правдой. Это ещё хорошо, что вы из-за этой ситуации не очень обиделись…Вы же не обиделись? Ну, вот и вообще прекрасно! Но ошибка в использовании титулов или намеренное их искажение вообще-то считается серьезным оскорблением! В древности его могли даже использовать как повод для объявлений войны…Той войны, которая все равно бы началась, конечно, но тем не менее! Эх, видимо придется мне наводить порядок в чужом министерстве, раз уж его глава сейчас убыл с дипломатическим визитом…

– Сочувствую вашему рабочему графику, уважаемый Луи. – Фальшиво улыбнулся Олег организатору самых массовых публичных казней в истории Франции. Причем чтобы заслужить это звание архимагистру пришлось хорошо постараться, все-таки устраивать из высшей меры наказания народные забавы и массовые культурные мероприятия обитатели этой страны любили и перещеголять своих предшественников начальнику жандармерии было не просто. Впрочем и Париж за последние столетия разросся в десятки раз по сравнению с тем, чем являлся этот город во времена какого-нибудь Людовика Шестнадцатого. – Мы со Святославом вдвоем управляем не страной, а всего-то маленькой торгово-военной компанией…И даже с ней забот столько, что иногда радуешься своей возможности неделями не спать, но времени все равно не хватает.

– У нас первые лет тридцать тоже был, как говорит вы, русские: «пожар в борделе во время наводнения»…А потом государственная машина наконец-то заработала как надо и те, кто своим местам не соответствовал, создавая проблемы вместо того, чтобы их решать, отправились либо в отставку, либо прямиком на гильотину! – Хохотнул этот невысокий веселый человечек, проливший столько крови, что хватило бы наполнить бассейн для левиафана. Причем французское правосудие редко предусматривало снисхождение для женщин или детей, даже если вся их вина была в родстве с теми, кого осудили по действительно тяжелым статьям. Во всяком случае, если осужденные не являлись сильными магами и не могли принести пользу государству как-нибудь иначе, чем демонстративно теряя головы и тем вселяя страх перед законом в своих соотечественников. – Кстати, господа, а почему с корабля сошли только вы одни?

Ответить Олег не успел, поскольку внезапно почувствовал смертельную опасность! И, кажется, не он один. Глава жандармерии буквально размазался в пространстве от скорости, стремительно выхватывая из висящей у него на поясе кобуры волшебную палочку и выплетая ей в воздухе какой-то узор, а парочка сопровождавших Луи магистров синхронно шагнула вперед к своему начальнику, положив ему руки на плечи и тем формируя своеобразный магический круг, только не совсем традиционной формы. Совокупная сила нескольких обладателей высших рангов могла очень многое, да в общем-то практически всё…Но все равно её немного не хватило. Или как минимум она немного не успела. Чутье опытных и могущественных чародеев, не раз бывавших в передрягах, сработало уже после того, как по ним начали стрелять!

Один из стоящих неподалеку летучих кораблей, слишком бронированный и многопушечный, дабы являться мирным судном и чересчур уж роскошный, чтобы являться всего-то обычным военной трудягой, извергнул из всех своих многочисленных орудий полноценный бортовой залп, целясь точно в высших магов. И это было далеко не самое маленькое судно, стоящее в самом фешенебельном аэропорте Парижа, пусть нынешней эпохе оно уже и не слишком-то соответствовало, смахивая больше на покрытое резными узорами и позолотой морское судно времен эпохи Возрождения, чем на современный летательный аппарат. Три яруса по двенадцать пушечных портов практически синхронно отдернули в стороны створки, скрывающие за собой орудия не самых маленьких калибров. Ну а те в свою очередь одновременно выплюнули из себя соответствующее количество снарядов, каждый из которых не только двигался на очень большой скорости и за счет грубого физического импульса мог бы пробить навылет дом или длинную-длинную шеренгу солдат, но и являлся якорем для разрушительной магической энергии, что оказалась бы спущена с поводка сразу же после столкновения с какой-нибудь преградой.

– Под землю нельзя! В воздух – тоже! – Обожгла сознание Олега паническая мысль, покуда он создавал вокруг себя защитные барьеры, пользуясь преимуществами резко замедлившегося времени…А когда чародей успел активировать вшитый в его голову артефакт, он и сам ответить бы толком затруднился. Вероятно тогда же, когда смертельную угрозу вдруг почувствовал⁈ – Кажется, там будет вот вообще полная жо…

Додумать боевой маг не успел, поскольку первые снаряды успели столкнуться с тем барьером, который успел наколдовать на их пути Бонопарт, и наступил полный хаос. А также – Хаос…Именно этим особо агрессивным типом энергии оказалось начинено подавляющее большинство снарядов, а потому реальность в зоне действия магического щита вместе с ним самим причудливо исказилась, местами заворачиваясь в крендель, местами сжимаясь, а местами просто разогреваясь до сумасшедших температур или охлаждаясь почти до абсолютного нуля. Барьер, пусть даже созданный усилиями трех высших магов, этого не выдержал. Казалось бы, в этом нет ничего такого уж плохого, ведь зона локальной аномалии располагалась на значительном удалении от чародеев, не зацепив даже толпы «ликующих зрителей», а пробиться через буйство этой первородной стихии было практически невозможно…Практически. Ведь некоторые заряженные в пушки гостинцы, кажется, были обработаны Порядком, а потому успешно прошли сквозь зону всевозможных нестабильностей, обрушившись прямо на людей и уже там высвободив те смертоносные чары, которые вложили в них создатели. И арсенал этих заклятий был довольно разнообразным, причем каждые отдельные чары тоже могли неприятно так впечатлить, ибо работали с силой пятого ранга как минимум!

Воздух наполнился ядовитым газом, способным мгновенно отправить в мир иной любого несчастного, кто его вздохнул. Впрочем, успели сделать это немногие, так как взлетевший в воздух Святослав практически мгновенно скомкал это облако до состояние сжатой в кулаке грязной бусины. Бесчисленные тысячи коротких, но очень острых, прочных и быстрых ледяных игл брызнули в разные стороны подобно пулям, пронзая тела всех, кто не обладал достаточной защитой. Впрочем, быстро переориентировавшийся на создание нового барьера Луи успел выписать палочкой еще один узор, рассеивая замерзшую воду безобидными брызгами. Ударивший в землю точно между двумя шеренгами мушкетеров снаряд канул в неё, словно в воду, а после этого грунт, камни и вообще вся твердая материя хоть как-то подвластная геомантии в радиусе полусотни метров разжижалась и закружилась в смертельном водовороте, не столько душащем своих жертв, сколько разрывающим их на части подобно горному селю или скальной лавине. Стискивая зубы от напряжения Олег своей силой и властью сумел остановить катастрофу…Вокруг себя. И вокруг тех, кому повезло рядом с ним оказаться. А вот задние ряды зрителей, попавших в зону действия атакующих чар, оказались мгновенно перемолоты и утащены куда-то на глубину. Детонировавший в воздухе незадолго до столкновения с магическим кругом снаряд мгновенно образовал нечто вроде черной дыры, со страшной силой приянвшейся засасывать в себя всё, что можно и нельзя, в первую очередь атмосферу, устремившуюся туда с просто сумасшедшей скоростью. Резкая вакуумная декомпрессия разорвала на части многих из тех, кто ещё был жив, и даже у Святослава не получилось её остановить или ослабить. Все, чего он смог добиться, так это не влетать самому в зону действия чар и удержать от того же пару сотен тел, некоторые из которых были живыми, а некоторые и нет.

На фоне этих воистину масштабных магически ударов обычные зачарованные снаряды, промахнувшиеся мимо цели или нанесшие куда меньше вреда, внимания Олега уже почти не удостаивались. Подумаешь, в земле образовалась парочка глубоких дырок от чего-то бронебойного, а по соседству с ними кусок летного поля, где никого не было превратился в стекло, фонящая чем-то некротическим дрянь застряла в броне «Тигрицы»… С этим пусть разбираются не уборщики, так ремонтники! Демон, намертво вшитый в обшивку «Ветерка», небось еще и порадовался, когда из упавшей к нему под бочок болванки вырвался десяток злобных духов, практически мгновенно всосавшихся в одержимый металл. Волна пламени, прошедшаяся по зоне действия чар геомантии, хоть и была похожа на локальный солнечный выплеск, но прикончить сумела лишь одного единственного ведьмака, похоже обладавшего не по рангу мощными защитными амулетами и потому пережившего буйство вертящихся водоворотом камней. Еще один вражеский подарочек тупо остановил сердца и парализовал мышцы вокруг себя за счет чар целительского арсенала? Ну, конкретно тут чародей мог отменять их действие щелчком пальцев, причем даже немного позже оказания помощи умирающим от масштабной кровопотери или повреждений головного мозга, поскольку немедленной гибелью подобное не грозило.

– Мерде! – Не сдержал эмоций Луи, в ярости сжимая кулаки и громко скрежеща зубами. Непонятно, что конкретно вызвало у француза такую степень бешенства, то ли один лишь факт атаки, то ли судьба большей части приветственного комитета, ибо сам он конечно же не пострадал. И его сопровождающие – тоже. Их одежда и защитные артефакты были выполнены на том же уровне, что и боярские шубы, которые от пребывания в эпицентре нескольких магических атак даже проплешинами не обзавелись, а потому можно было сказать, что все присутствующие одаренные высших рангов отделались исключительно легким испугом. – Кто-то мне за это заплатит…Полетят головы! Что с тобой, Жан⁈

– Кажется, новая сегментарная конфигурация моих личных барьеров получилась не очень удачной…При одновременной нагрузке на разные её элементы может немного жидкости пропустить. – Виновато признал один из спутников главного жандарма, стирая со своей щеки брызги крови, пусть даже не своей.

– Подтаскивайте ко мне раненных, буду стабилизировать, – говорить Олег начал уже после того, как телекинезом подтащил к себе первых «счастливчиков» из числа зрителей и почетного караула, которые еще дышали…Или хотя бы сохранили целыми грудь и голову, благодаря чему могли быть быстренько реанимированы, чтобы дождаться полноценного исцеления чуть позже. Чародей не надеялся спасти всех, но все же должен был попытаться! Тем более, в кои-то веки для этого имелись все условия, ведь врагами заняться было кому, с борта «Тигрицы» и «Ветерка» уже спускались обученные лично им санитары и маги-медики, да и прогремевшая на весь Париж канонада уже стягивала к месту чрезвычайного происшествия разного рода команды быстрого реагирования, в состав которых точно входили волшебники-врачи. – И разберитесь уже кто-нибудь с этой лоханкой, пока там пушки не перезарядили! Кстати, а чья она?

– Моя! – Проскрежетал зубами дальний родственник Бонапарта, вскидывая к небу свои маленькие кулачки и гневно ими тряся…Но поскольку одновременно с этим словно бы из ниоткуда возник десяток толстых и вроде бы металлических колонн, что совместным своим ударом с громким грохотом перевернули на бок тяжелый крейсер, словно опрокинутое ведро, жест этот выглядел каким угодно, но только не смешным. – И когда я поймаю тех, кто это сделал, то сделаю с ними что-то действительно страшное! И с часовыми, которые должны были её охранять! Девой Марией клянусь, Христом и всеми апостолами!

Ярость одаренного седьмого ранга вылилась в тряску опрокинутого судна, которое вибрировало словно бы оказалось в громадном массажном кресле. Хлопали пушечные порты, разбивались осколками стекол иллюминаторы, вылетал наружу всякий мусор…И тела. Мертвые в основном тела, облаченные в единообразную нарядную желто-голубую форму, видимо являющуюся стандартом то ли для всех французских авиаторов, то ли по крайней мере для тех из них, кто работал непосредственно на главного жандарма страны. Состояние у трупов тоже было, в общем-то, одинаковым. Выпученные глаза, сведенные судорогой лица и перерезанное горло.

– Мертвы уже не меньше пары часов, смерть наступила в результате действия какого-то яда, а дальше кто-то провел контроль, чтобы уж точно никакой живучий ведьмак не очухался и не попытался уползти или там в окошко вывалиться, тем подняв тревогу.– Выразил свое экспертное мнение чародей, стабилизируя уже примерно десятого пациента, покуда Святослав при помощи ветра подтаскивал к нему еще полсотни выживших. И вдвое больше тех, кто уже не дышал, но по крайней мере все ещё оставался похож на труп, а не превратился в обугленные обрывки.

– Ентот – жив! – Выдруг выдал бывший крестьянин, тыкая пальцем в какого-то желтоволосого молодого офицера с гербом в виде колоса на плече, у которого голова почти на паре ниточек держится. – Он, стал быть, покойником токмо притворяется!

– А⁈ – Луи удивленно уставился на тело, которое выглядело словно некачественная работа какого-то палача-недоучки, не сумевшего правильно обезглавить свою жертву с первого удара. Впрочем, удивление не помешало ему мгновенно заковать подозреваемого в массовом отравлении и убийстве своих сослуживцев в наколдованные кандалы, перемотавшие указанное Святославом тела словно бинты – мумию. – Он ещё жив⁈ Действительно⁈

– Ну, я так, стал быть, думаю. – Утвердительно тряхнул головой Святослав. – Енергетика у няво, ну, как у покойника, да и выглядит сей тпиус, дык, на редкость скверно…Но дышит, пусть и едва-едва. Мне итъ заметно, шо состав воздуха в легких, того-этого, меняется…А у нормальных покойников – нет. Им дышать ужо и не надо как-то, даже ежели совсем чуть-чуть.

– Тааак, – один из сопровождающих главного жандарма магистров присел над телом, судя по всему проводя ему углубленную диагностику. – А ведь действительно. В теле крови почти нет, оно холодное, да и энергетическая активность как у трупа…Но трахея и ведущие к позвоночнику нервные пучки сосредоточены как раз в том куске шеи, который якобы по чистой случайности уцелел. Сама по себе подобная аномалия возникнуть точно не могла. Это намеренная модификация тела, которую проделал какой-то высокоранговый целитель, причем достаточно давно.

– Закосить под одну из многих жертв сегодняшней трагедии, чтобы потом спокойно из морга сбежать. Или не сбежать, а оказаться захороненным с почестями и спустя пару дней отрыться самому или быть выкопанным подельниками. Умно-умно… – Луи начал разминать пальцы, словно пианист перед сеансом напряженной игры на рояле, и от этого его деловитого спокойствия Олегу почему-то стало страшнее, чем от недавней ярости архимагистра. – Признаю, могло бы сработать. Выкормыши наших английских кузенов хорошо усвоили науку своих хозяев…Или ты все-таки не родился где-то в окрестностях Лондона, а, Эмильен⁈

– Вива…ля…Франц…– Понявший, что притворяться дальше бессмысленно «труп» открыл глаза. В магическом восприятии он все ещё выглядел стопроцентным покойником благодаря какой-то хитрой маскировке, которая «тормозила» все энергетические процессы в его ауре. Во вспышке пророческого озарения Олег понял, что этот человек сейчас едва способен думать, мыслить или пошевелить хотя бы парой пальцев…Но чтобы нацелить орудия корабля в нужную сторону и выдать бортовой залп ему этого было вполне достаточно. Система управления огнем на личном судне главного жандарма была централизована, и после устранения всех дежурных членов экипажа террорист просто устроил врезку в её каналы управления, заняв относительно удобный для наблюдения за окружающим миром пост где-то вблизи иллюминатора. Куда приземляться летучие суда он знал, ведь места на этом ВИП-аэродроме было немного, кто будет их встречать – тоже. И в нужный момент предателю оставалось просто на одну единственную кнопку нажать, после чего постараться принять позу поживописнее и придать максимальную правдоподобность своей «гибели». – Смерть…Чужеземному…Тирану…

Последнее пойманный с поличным «покойник» говорил уже на французском, но о содержании его слов Олег все равно догадался, благо фонетика от тех же английских слов отличалась не сильно.

– Ну, вот где ты в Париже иностранного завоевателя увидел, придурок, где⁈ – Не сдержав эмоций, пнул почти обезглавленное тело один из сопровождавших главного жандарма магистров. – Да, родился Деспот действительно на территории Венеции…Но мы с ними воевали последний раз аж в шестнадцатом веке! И переехал он во Францию даже раньше, чем сюда прибыл первый из Бонапартов!