Текст книги "Эволюция Генри 4 (СИ)"

Автор книги: Владимир Ильин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 5

– Еще час, максимум два.

– Что? – Встрепенулся я, посмотрев на мистера Портера.

Вопросов я ему давненько не задавал – сидел себе на скамейке за столом кафешки сомнительного вида и изучал купюру в один доллар, украшенную фиолетовым штампом.

Стол располагался на улице, а само кафе представляло собой грузовой контейнер с прорезанной дверью, окнами и выведенной из крыши трубой. Внутри жарили мясо, пластали на тонкие ломти, заворачивали в бледную лепешку и щедро поливали острым соусом.

Стоило получившееся блюдо неприлично дорого – двадцатку за порцию вместе с чаем, но если не покупать – из-за стола прогоняли. А сидеть на траве, как человек двести, ожидающих своей очереди на вход в город – не хотелось.

Не потому, что эти сотни все до единого были бродягами – разные люди с надеждой смотрели на закрытые ворота, запирающее ущелье, долину и здоровенный холм за ней, заросший хвойным лесом.

Просто не хотелось раз за разом отшивать разных проходимцев, предлагающих «выгодную работу», «поменять доллары по выгодному курсу», «купить, продать» и – из самого забавного – «провести без очереди». Как-будто по их слову мрачные стальные створки метров в шесть высотой, украшенные колючей проволокой, отъедут за бетонные стены проходной…

Местами «продавцов» и «нанимателей» прогоняли пинками – там, где они совались к крупным группам из людей серьезных, чаще всего семейных, с детьми.

Но кто-то верил и платил – и конкретно этот мошенник, получивший плату, исчезал навсегда. Зато появлялись его подельники.

Да и не отпустил бы меня мистер Портер к «переселенцам» – как повел в сторону кафешки и усадил на скамью, так и остался опекать. Его приятель Томми отправился «устраивать все» в город – для «граждан» тут в стене была своя калитка. И энтузиазма было в нем столько, что тросточка, на которую он всерьез опирался, была будто бы и не нужна – тот словно танцевал, а не шел. И ведь ни слова согласия от меня не услышал – просто был уверен, что ни один дурак не откажется зарабатывать кучу денег, почти ничего не делая.

Возможно, в чем-то он был прав – я ведь и не отказал. Отчего бы, вместо коллекционирования различных неприятностей, не потратить какую-то часть жизни на зарабатывание хрустких, зеленоватых бумажек? Сесть на мешок из них до конца жизни, правда, не получится – на каждой купюре отпечатана дата внутри того самого фиолетового штампа, после которой она перестает что-либо стоить. Говорят, защита экономики города – без штампа сюда бы навезли миллиарды, а без даты, поди угадай, сколько «баксов» крутится в обороте – люди тут имеют повадки уходить в Мертвый лес со всеми накоплениями и дохнуть. Потерянные денежки город посчитает и «перевыпустит», потратив на что-нибудь.

Так что придется время от времени ходить с деньгами в обменный центр и проставлять на них новые даты. В общем-то, не самое обременительное дело.

– Говорю, максимум еще два часа сидеть, – Портер глянул на наручные часы, а затем на солнце.

И то, и другое указывали на приближение полудня.

«Новичков» – тех, кто в Новый город прибыл впервые и не обзавелся штампом в паспорт или местным документом – пускали за ворота скопом, дважды в день. Там тормозили перед вторыми створками и, пока громкоговоритель объяснял местные особенности и правила, накрывали всех талантом, который должен был очистить одежду, багаж и владельцев от вшей, клопов и разнообразной заразы. Ехали-то сюда со всей страны, и путь у многих был не из легких – жрать, что придется, спать, где получится. В общем, разумная предосторожность, чтобы потом все это не расплодилось внутри.

Потом первые ворота закрывались и открывались вторые – а дальше оформляй бумажки и делай что хочешь. Как в любом большом городе, все зависело от способностей и везения.

Можно было довериться обещаниям рекрутеров – они, как я видел талантом, тоже скучали с той стороны ворот в ожидании потока новичков, с рекламными плакатами и табличками, пока еще валяющимися на земле рядом. Надписи предлагали вещи простые и понятные: работу, жилье, горячее питание, достойную плату, «талант бесплатно!». Где-то были подписаны названия фирм, где-то просто «сбор урожая». Обещались особые условия семейным – таких, к слову, на обочине было много.

Но всегда можно было попытаться найти дело самому – в Долине, так называемом «внешнем контуре», или в самом городе, запрятанном под холмом.

Все это еще мне предстояло пройти – но мистер Портер решил объяснить все заранее. В том числе о том, что вторые ворота открываются почти сразу – остается лишь их иллюзия, которую видят только люди без возвышения. Соответственно, и ждать со всей толпой не надо – можно сразу идти вперед. И бумаги можно будет оформить раньше всех, не стоя в общей очереди. Правила и местные законы так или иначе услышишь – динамики повсюду. Еще и памятку вручат, под роспись.

– Да было бы куда торопиться, – хмыкнул я, убирая доллар в нагрудный карман.

Надо будет его побыстрее потратить – три дня до окончания срока действия. Все бы купюры отсортировать – но не здесь же. Слишком многие поглядывают голодным взглядом на наш стол – запахи жареного мяса разносились далеко – и если бы не прохаживающаяся тут и там местная полиция, уже наверняка попросили бы поделиться или накормить. А тут – три штуки баксов, может и резьбу сорвать…

– Ну, денек-другой Томми даст тебе отдохнуть, – ухмыльнулся мистер Портер. – А дальше готовься зарабатывать большие деньги.

– Внутри так скверно с развлечениями? – Проявил я вялое любопытство.

– Да как сказать, Генри. Есть, где потратить деньги. – Пожал тот плечами, пригубив пластиковый стакан с остывшим чаем. – Но ты не сравнивай живое исполнение и компакт диск. Запись песни – это же дешевка, записи у всех есть. – С пренебрежением отозвался Портер. – Видел хоть одно приличное заведение, где нет живых артистов? Все хотят, чтобы пели специально для них. А тут, в Новом городе, где ты можешь завтра сдохнуть, все хотят чувствовать себя королями, хотя бы на один вечер.

– Если они пьяными полезут обниматься с Льюисом Армстронгом… – Усмехнулся я.

– А что, не смогут?

– Да, наверное, смогут. Только он же умер давно. Его, наверное, и не надо показывать. Да и остальных… – Призадумался я следом. – Вскроется же, рано или поздно, что это все – иллюзия, фальшивка.

– Пусть у Томми голова болит, – дернули в ответ плечом. – Томми человек толковый, он свои деньги до последнего цента отработает. Вот ты говоришь – фальшивка. А он скажет – гастроли, всего один день. Весь город плакатами завесит. И то, что завтра этот твой…

– Армстронг?..

– Нет, – поморщился Портер. – Гастроли из рая – перебор. Кого-нибудь другого давай.

– Тейлор Свифт.

– Ну вот она, – покладисто кивнул он. – Приехала на день, максимум на два.

– А потом гримерку заблокируют местные бугры и потребуют ее на приватный танец.

– Значит, убежит тайным ходом…

– Ну, если так. – Согласился я.

– Или не убежит. Томми договорится, и у бугра будет незабываемая ночь.

– Мистер Портер…

– У Томми полно на все согласных девочек. Уверен, найдется та, что всю жизнь хотела стать этой самой Тейлор…

– Будут приезжать исключительно артисты. – Мрачно заявил я.

– И зря. Учти, у Томми на все согласных мальчиков нет.

– Фу, мистер Портер. Фу.

– С девочками, согласись, оно естественное. Так что не мешай этой Тейлор посетить наш славный город. – Улыбался мужик.

– Пусть просто поет.

– Пусть. – Успокаивая, медленно кивнул он. – Но денег будет меньше.

– Да и ладно. – Вздохнул я.

– Это ты сейчас так говоришь. Потом вкус к деньгам придет. В молодости всегда и всего мало… Да не возмущайся, – хлопнул мне по плечу свободной рукой. – Это куда лучше, чем давать себя пристрелить пару раз в неделю.

Я хотел было возразить, но внутренне махнул рукой.

– Вы у нас охранником? Томми сказал, дает вам долю из своих.

– Я буду за его здоровые ноги. Ты же видел, как он хромает.

– Да бегает как молодой. – Фыркнул я.

– В том и дело, что не положено боссу бегать. Скоро будет руководить, а бегать придется мне и нанятым мною парням. Есть надежные, не переживай. Так что, один-два дня, Генри. Один-два дня, и все завертится. – С воодушевлением посмотрел мистер Портер на ворота.

– Как скажете, мистер. Как скажете.

Продолжать я не стал – талантом заметив оживление у механизма внешних ворот.

– Сейчас запускать будут. – Прокомментировал собеседник лязг железа. – Пока сиди, тут, как на самолете – спешить некуда. А то эти, вон, того гляди – затопчут, – кивнул он в сторону оживившихся путников, часть их которых чуть ли не бегом рванула вперед.

– Ранг таланта со слов запишут? – Посмотрел я на желтый прямоугольник, нашитый поверх куртки на уровне сердца мистера Портера.

Желтый – это первые три уровня возвышения. Хотя первый от третьего отличался прилично, в решении объединить знак различия был свой смысл – слишком много было тех и других в городе, и слишком сильно гнобили бы «третьи» – «первых», если бы их сразу обозначить. А так – поди угадай, насколько опасному человеку уронишь кружку на голову – и надо ли это вообще делать…

Фиолетовый – цвета штампа на деньгах – уровни от четвертого до шестого. Основные кормильцы Нового города – именно они тащат из Леса за холмом ценные находки, защищают и обеспечивают порядок внутри. И, разумеется, владельцы «фиолетового» лоскута ткани – основной источник проблем для всех остальных.

Красный прямоугольник на одежде незнакомца – хороший повод перейти на другую сторону улицы. Седьмых и выше уровней, по словам мистера Портера, в городе мало – поэтому избежать их несложно. Проблемы начнутся, если они сами захотят встречи.

При всем этом, Новый Город признавал только боевые уровни возвышения. Искательские, сельскохозяйственные и просто бестолковые – которые легко раскачать именно по причине своей бестолковости, не ценились. Несогласным предлагалось доказать, что небоевой талант способен принести победу.

Томми успокаивал – то ли себя, то ли меня – что мой талант иллюзий уж точно примут за боевой. Но на всякий случай он отправился в город первым, чтобы предварительно провести переговоры на мой счет – были у него там знакомые.

«С фиолетовой нашивкой жить, знаешь ли, гораздо спокойнее».

У Томми была желтая – и тех, кто наградил его хромотой, она не остановила.

Разумеется, самовольная нашивка цветов на одежду сурово наказывалась – вплоть до лишения гражданства. А тех, кто не носил свой цвет – ожидал крупный штраф и толкование законов не в его пользу. Что не мешало закрывать нашивку верхней одеждой, если это было выгодно.

Правила, в общем-то, придумывалось для людей вовсе без нашивок – чтобы верно оценивали свои силы и обходили неприятности стороной. Но не прошло и месяца с момента ввода соответствующих законов, как появились нашивки организаций, банд и известных отрядов – черной нитью поверх соответствующего цвета. А то и – просто вышивкой поверх нейтрального цвета, если человек без возвышения. А там – трижды подумаешь, стоит ли трогать человека из крупной бригады, пусть у него и нет боевого таланта – зато за него придет мстить двое-трое «фиолетовых». Нашивки не запрещались – наоборот, город их фактически узаконил после введения вышивок на знак для полиции, чиновников и внутренних служб. Как-то им тоже нужно было различаться, а с чеканкой знаков были проблемы.

На вопрос: «можно ли оставаться просто честным гражданином, без банд и криминала?» – мои новые друзья недоуменно переглянулись и показали на самих себя. Один – торгует людьми, второй – сбывает ему людей. Столпы общества, сразу видно…

Ладно, я тут гастролями известных личностей заниматься собрался – авось не вляпаюсь никуда…

– Иди потихоньку, – поднялся и сам мистер Портер с места. – Эти вроде утрамбовались.

– Ага.

– И, как учил – сразу по стеночке вперед.

Впереди уже хрипло заговорили динамики, рассказывая о чудесном месте, куда столь везучим людям удалось добраться.

Я зашагал к воротам, оглядывая по пути опустевшее место ожидания, заваленное разным мусором и хламом. На машинах новичков не пускали – для права на свои четыре колеса требовалось платное разрешение. А то и газон бы распахали колесами…

От стены – из технических входов – уже вышли местные уборщики с инвентарем и мешками, чтобы под обещания о будущем успехе и перспективах собрать весь этот хлам.

Я кивнул ближайшему пареньку в бумажной униформе поверх одежды, а тот отчего-то отвел взгляд.

Да ну – нашел, чего стыдиться, я вот за двумя орденами и тремя правительствами прибирал, через кровь и ванны с трупами…

Голос из динамиков, между тем, от восхвалений перешел к конкретике:

«В городе не существует тюрем, но есть штрафы, каторга на западном руднике и принудительные работы на пользу города. В городе нет суда, адвокатов и присяжных, но есть патрульные судьи, способные посмотреть в прошлое. Ни одно преступление не останется не раскрытым, ни один виновник не уйдет от наказания. Любой ущерб будет оплачен».

Я обогнул стоящих в проходе людей – вот же встали-то, под ногами железный рельс направляющих, а все равно, видимо, страшновато шагнуть вперед.

«В городе уважают право человека на самоограничение собственных прав. Сделки с ними не запрещены, но не одобряются и ограничены временными рамками. К покупателям предъявляются требования по содержанию и обеспечению».

Люди переглядывались, не понимая сказанного.

Да чего тут не понимать – город воротит нос от работорговли, прямой или завязанной на «коллективную эволюцию». Но нуждается в дешевом рабочем труде – иначе бы попросту запретил это все.

«Высшим преступлением является посягательство на жизнь гражданина, выраженное прямо и не подразумевающее двоякого толкования. В этом случае, гражданин или город как выразитель его воли в праве забрать все личные свободы виновных».

Я принялся пробираться по стенке вперед – мимо охранников, которые не давали «новичкам» прислониться к стенам или зассать тут все от прилива нервных чувств. Смотрели на меня настороженно, ожидая всякой пакости, но я кивал в сторону иллюзорных ворот – настоящие как раз отъехали в сторону.

«Новый город – город возвышенных. Не пройдет и недели, как вам предложат первый талант. Полезные городу таланты будут отданы вам бесплатно. Полезные работодателю оплатит он сам, закон запрещает брать за них плату».

А за полезные лично для себя – тут изволь раскошелиться. Ну, оно и понятно…

«Внимание! Воздействие, уровень семь: „Очищение уставшего путника“. Степень эволюции таланта ниже на два и более уровня! Заблокировано».

Можно было бы и принять, но кто его знает, что там…

«Внимание! Воздействие, уровень шесть: „Запечатление образа“. Степень эволюции таланта ниже на два и более уровня! Заблокировано».

«Разрешить», – спохватился я.

Делают картотеку всех жителей? Если так – то будет глупо в нее не попасть и потом объясняться, почему так вышло.

«Внимание! Воздействие, уровень семь: „Снятие отпечатков пальцев“. Степень эволюции таланта ниже на два и более уровня! Заблокировано».

«Разрешить», – а случись что, я себе новые отпечатки сделаю. Да и лицо тоже…

«После получения бесплатного таланта житель обязуется исполнить связанный с ним контракт. Неисполнение контракта карается полным поражением в личных правах на время до истечения контракта. Через год житель получает гражданство и может претендовать на второй бесплатный талант на свой выбор. Работайте честно, соблюдайте законы, и достаток никогда не покинет ваш дом. Все в ваших руках!».

«Внимание! Воздействие, уровень пять: „Воодушевление“. Степень эволюции таланта ниже на два и более уровня! Заблокировано».

«Внимание! Воздействие, уровень четыре: „Родные стены“. Степень эволюции таланта ниже на два и более уровня! Заблокировано».

Только на слова не полагаются, в общем – вон, как у людей глаза загорелись. А то приуныли было – за левый талант еще и отработать придется, хоть он и бесплатный…

Пауза какая-то длинная – что, все? Эдак они все пойдут уже – а я только за ворота вышел.

«Прослушайте перечень требуемых городу вакансий…»

– Это надолго, – успокоил я сам себя, оглядевшись за воротами.

Рекрутеры уже выстроились в коридор, расположившись в каком-то своем давно установленном порядке – позади них рядком стояли автобусы и пикапы праздничной расцветки, в флагах США, с красивыми лозунгами на борту и вымытыми окнами, но меланхолично курившими водителями поодаль.

– Добрый день, сэр. Охранное агентство «Флоид и партнеры» предлагает пять сотен подъемных и две тысячи в месяц для начала, – пристроился рядом мужик в бежевом костюме, ненавязчиво предлагая отрез ламинированной бумаги. – Рассмотрите, если будет время.

Я взял бумагу, и тот отступил в сторону, ближе к стене – явно не собираясь вставать в общий коридор рекрутеров.

«Две тысячи», – хмыкнул я, рассматривая бумагу с адресом и краткими условиями.

Предлагали право на авто, на ношение оружия и служебное жилье.

«Сойдет как запасной вариант», – сложив, сунул я бумагу в карман.

Больше никто не сунулся – простые рекрутеры разве что проводили любопытствующим взглядом, вновь сосредоточившись на ожидании основной массы людей.

– Так, мне, видимо, сюда, – пробормотал я, глядя на комплекс зданий справа.

Первое из них – песочного цвета – пятиэтажным прямоугольником блокировало вид на долину. Сверху прохаживались вооруженные люди, в окнах же первых этажей был виден отсвет от мониторов; сидели клерки официального вида – в белых рубашках и брюках.

Я прикинул высоту нависающей над долиной скалы ущелья – метров сорок – видимо, этого достаточно, чтобы электричество работало нормально на всех этажах.

Ко входу шла выложенная плиткой дорога – широченная, но все равно зелень по краям вытоптана. Значит, точно сюда – другого подходящего направления для сотен новых жителей не видно.

– И где Томми? – Хмыкнул я, на всякий случай осмотрев улицы рядом.

Что-то ни у входа, ни где-то в переделах видимости нет…

– Значит, о всем уже договорился и пошел налаживать дело в город, – сделал я вывод, вновь подбодрив себя звуком собственного голоса.

Мистер Портер тоже обещал подойти – можно и его дождаться, но смысл?.. Никогда не нравилось, когда водят куда-то за руку.

К этому времени я уже дошел до дверей и оттолкнул от себя легко поддавшуюся створку.

Внутри – прохладный и широкий холл, как в банке, с множеством клерков за единым П-образным столом, расположенным вдоль стен. Везде – хромированные столбики, перетянутые бархатной нитью, создававшие эдакие лабиринты в общем пространстве – от входа до каждого клерка.

Ко мне сразу же шагнул служка с бумажкой и номером «четыре» на ней. Электронная очередь?

Тот, правда, обернулся в сторону окна, и тут же с извиняющимся тоном уточнил:

– Сэр, вы уже прошли возвышение?

Оставалось кивнуть.

– Вам в другое здание, я провожу, – обрадовали меня искренней улыбкой.

– Валяйте, Альберт, – прочитал я его имя на нагрудном бейджике.

Тот предупредительно открыл для меня дверь, а на его место тут же встал другой паренек – отчего-то, после вручения ему пачки с номерками, весьма от этого грустный.

– Через улицу, сэр. Как вам долина, город? – Вышагивая чуть впереди, Альберт то и дело оборачивался.

Вид на долину открывался действительно любопытный – даже если не использовать талант, просматривалась она весьма хорошо.

– Что тут раньше было, Альберт? – Отметил я множество однотипных строений, выстроенных улицами, вокруг которых пытались отстроиться позднее.

Домов, даже на первый взгляд, было под несколько тысяч.

– Эм, – замешкался он. – Говорят, туристический город. Я из Атланты, сэр, всего год тут. – С извинениями добавил он.

– Да неважно.

– Могу узнать, сэр.

– Говорю же, не важно, – вздохнул в ответ.

Что мне до старого названия, если даже здешние хозяева решили его не сохранять?..

Место отличное – широкая долина, несколько прудов, на которых видны лодки рыбаков, здоровенная гора, обеспечивающая красивый вид из окна и пешие прогулки для жителей. Наверняка было поселение для миллионеров или для туристов с большим кошельком.

Пока все не испортила Беда. А конкретно для этого места – громада высоченного леса за горой.

Смотреть на «Лес смерти» талантом я уже пробовал – и тут же прекратил, когда на затылок надавило ощущением, будто кто-то смотрит в ответ.

До горизонта, с черными, серебристыми кронами – «Лес», если подняться на гору, занимал бы все пространство до горизонта. И даже не веяло – давило от него настолько угрюмым и чуждым ощущением, что хотелось просто спалить его, наплевав на все его ценности. Одновременно, было чувство, что Лес желает сделать тоже самое с остальным миром.

Жить рядом – ломая в себе подсознательное желание немедленно сбежать – такое себе удовольствие.

«С другой стороны, а где сейчас безопасно?»

Раз с доходов, вытаскиваемых из недружелюбной территории, город окреп настолько, что спокойно посылал правительство страны, смысл тут находиться определенно был.

Во всяком случае, достать меня здесь будет трудновато. А в этом, в общем-то, и весь смысл.

– Прошу, сэр, – очередное здание было угрюмей, всего в один этаж – и окна больше походили на узкие бойницы.

Толщина стен, видимая в окнах – под два метра. Не дом, а бункер…

«Решеток нет – так и наплевать», – вздохнул я, кляня Томми с Портером.

Мог бы и объяснить, что тут дальше и как.

– Дверь, прошу, – отодвинулся Альберт в сторону от металлической створки, предлагая открыть самостоятельно.

Я дернул, прилагая обычное усилие – не шелохнулась, как закрытая.

Зато ожил экран, который до того я полагал выцветшей табличкой – там появились цифры.

– Откроется, если будет больше сотни. – Раздался голос издалека.

Я обернулся – Альберт уже стоял сильно поодаль, но смотрел с любопытством.

– Это проверки такие? – Матюгнулся я несильно и вновь взялся за ручку.

«Активировано умение: Сила Гризли, уровень двадцать восемь».

– Альберт! – Рявкнул я, недовольно ставя дверь рядом со входом и глядя на ноль на табло. – Прибор сломался! Альберт! – Крикнул я вслед убегающему пареньку.

– Ну и бардак, – хмыкнул, глядя в тишину и сумрак пространства за входом. – Есть тут кто?

В ответ – тишина.

По уму, вернуться надо обратно – взять Альберта за шиворот и попросить объясниться.

С другой стороны – талантом впереди виделись зеленоватые силуэты людей, и идти было к ним куда ближе. А еще – я еще раз посмотрел на улицу – памятное первое здание уже штурмовали сотни новоприбывших.

– М-да. – Почесал я затылок и шагнул вперед – в длинный коридор с единственной дверью впереди.

На полу были различимы секции – от одной до тридцатой – словно отсчитывалось расстояние от входа, только не в футах, дюймах или метрах. Скорее, две цифры отделяли два шага – не больше.

Впрочем, пока шагал – разницы особо не почувствовал. Видимо, если и был тут какой-то тест, то сломалось все вместе с дверью на входе.

– А нет, зараза, – под конец обратил я внимание на карманы с какой-то мелочевкой на одежде, изрядно оттопыренные.

Словно те враз потяжелели. В руках же – никакой разницы.

Ладно, будем считать, что этот тест тоже пройден.

Новую дверь, хоть и массивную, помня судьбу прошлой, оттолкнул осторожно – та отворилась без особого сопротивления, показав тамбур с тусклым освещением перед еще одной дверью, до которой идти шага три.

Пока прошел это расстояние, первая дверь захлопнулась. Что-то загудело в стене, свет тревожно замерцал и погас.

– Ну, Альберт, – скрипнул я зубами.

Тронул дверь впереди – хотя бы не закрыта…

Впереди небольшой холл с диванчиком, телевизором, журнальным столиком – обычное место для ожидания. Окон нет и света нет, но это давно не мешает.

Один минус – нет никакой другой двери. А люди – совсем рядом, за парой стен.

– Минуту, сэр, я сейчас подойду, – завибрировал пол. – Пожалуйста, дождитесь меня.

Голос солидный, человека в возрасте. Да и журналы на столе – свежие, часть отпечатана в Вашингтоне, часть прямо тут – «Вестник Нового города».

А поскандалить я всегда успею – завалился я на кресло, взял прессу в руки, и только потом пробрало ощущением какой-то неправильности.

Я уже несколько минут не дышал – вернее, грудная клетка поднималась и опускалась, но без потока воздуха. При этом, я в полной темноте читаю прессу – пока только кричащие заголовки с титульной страницы…

Посмотрел по сторонам – стоит стеклянная банка «Колы». Интересно, там кислота? Царская водка? Махнуть что ли, на радость тем, кто наверняка смотрит в помещение через камеры…

«Да к черту», – отмахнулся я, давя раздражение внутри себя.

Привычка к скрытности – это правильно, но раз можно повесить на грудь «фиолетовый лацкан» и отсечь кучу проблем – так почему бы не сделать это сразу?..

«У Томми, видимо, договориться не получилось – вот он и сдернул в город. Или где этот жук потерялся?» – Перебралось на него раздражение. – «Ладно, потом с ним поговорим».

– Что тут пишут? – Беззвучно произнес я, разворачивая «Вестник». – «Диверсия в тоннеле?» А говорили – звери прорыли…

По материалам полиции выходило, что сначала был взрыв, и уже потом на беспомощных строителей через образовавшийся провал напали местные Лесные обитатели. Сведения верные, получены от достойных доверия людей, близких к расследованию…

То есть из местной полиции «течет», а, значит, те никакие не сверхлюди, и тоже берут взятки…

Со стороны дверей загудело компрессором – и через какое-то время легкие с небольшой болью расправились, получив свою долю воздуха.

Замерцав, загорелся свет над головой – одновременно включился телевизор, показывая знакомую шлюзовую с невысоким мужчиной в армейской форме, в камуфляжной кепке, с фиолетовым прямоугольником над сердцем.

– Меня зовут майор О'Хилли, внутренняя безопасность Нового города. – Смотрел мужчина прямо в камеру. – Вы не возражаете, если я зайду?

– Заходите, – убрал я газету и поднялся на ноги.

– Благодарю, – дверь тут же открылась, и тот же господин вошел в помещение. – Майор Крис О'Хилли, – протянул он руку и шагнул навстречу ко мне.

– Генри.

Тот вопросительно посмотрел, ожидая продолжения, но я предпочел не заметить.

– Предлагаю сменить обстановку и пройти в мой кабинет, пока готовятся ваши документы, Генри.

– Не против. А что это, вообще, было? – Отразил я легкое раздражение и посмотрел по сторонам.

– Вы отклонили воздействие седьмого уровня, пока были возле ворот, Генри. Это зафиксировала система – была еле заметная задержка от момента воздействия до получения сведений. Не вините Альберта, он выполнял стандартный протокол проверки.

– Когда сбежал и ничего не объяснил? – Хмыкнул я.

– Не всякий сможет спокойно смотреть на вырванную с мясом пятитонную дверь. Он клялся, что вы хотели ей в него кинуть. – Обозначил майор слабую улыбку.

– Вычтите дверь из его зарплаты.

– Его премия все равно будет выше. Как и ваш приветственный бонус в городе. Но давайте обговорим все в моем кабинете. – Указал О'Хилли на выход.

«Сразу бы сказали про компенсацию», – проворчал я внутри себя, двигаясь за зашагавшим вперед майором.

– Майор, сэр. – Замялся я, неосознанно проведя рукой по карману. – А тот мужчина из охранного агентства…

– Он подходит ко всем, кто игнорирует иллюзию. Поверьте, он не хотел вас оскорбить ежемесячной платой, которую вам предложил. – Мягким голосом заверили меня.

«Оскорбить двумя штуками в месяц?..»

– Я так и понял. – Отделался в ответ нейтрально. – Еще вопрос: тут на территории был мистер Томми… Томас… – Замялся я, не помня фамилию – да и не зная ее, если честно. – Возвышенный-«тройка», ходит с тростью, в возрасте.

– Мистер Генри, – с укором ответил майор, остановившись у входа на улице. – Вы знаете, законами Нового города попытка сокрытия высокого ранга путем коммерческого подкупа чиновников не одобряется.

– Оу…

– Я понимаю, что вам, столь могущественному гостю города, не хотелось бы привлекать к себе излишнее внимание. Но давайте согласимся, что суммы вы для этого выбрали неподходящие, – словно шутку произнес майор. – За десять или даже двадцать тысяч ни один мой сотрудник не пойдет на такой проступок. Они не святые, но чувство самосохранения – великая вещь. Сегодня ты выдашь желтую степень опасности, а завтра твой дом и половину города придется отстраивать заново.

– Поверьте, и в мыслях нет…

– Весьма рад слышать! Прошу, нам в следующее здание. – Указал он на довольно симпатичное строение в три этажа, которое было бы уместно назвать жилым домом – на всех окнах занавески, видны горшки с цветами, а если заглянуть внутрь – то обычные спальни, кухни, душевые.

Для одно человека он большеват – но местное руководство тут с комфортом бы разместилось.

– Так что будет с Томми, майор, сэр?

– Ничего, ведь он действовал по вашему поручению. А возвышенных «красной» степени у нас не принято наказывать за подобную мелочь. Но я попрошу впредь вместо взяток просто говорить мне – все устрою в лучшем виде. Сэкономите кучу денег.

– А взамен? – Не удержался я, хоть и хотелось помалкивать, вкушать весь этот мед и уточнять, насколько далеко мне тут можно делать что я захочу, и как много мне за это ничего не будет.

Но ведь обязательно должно быть какое-то «но»?

– Взамен, Генри, вам необходимо носить красный знак отличия на груди. Новый Город – город возвышенных, и чем выше их ранг, чем больше их на улице, тем спокойнее жителям.

«Мистер Портер говорил иначе. Кстати…»

– Еще меня сопровождал мистер Портер. Надеюсь, мы сможем встретиться позже?

– Ваша свита в целости и сохранности будет ожидать вас у выезда из комплекса. Им предоставят все условия.

– Благодарю.

– Но мы можем предоставить вам проводников гораздо более компетентных. Они покажут вам город и ответят на все ваши вопросы.

– Мне достаточно этих двух. У нас с ними намечается деловое сотрудничество.

– Как скажете, Генри. Моя задача – обеспечить для вас наиболее комфортабельное пребывание внутри Нового города. Возможно, он вам понравится, и вы захотите остаться на более длительный срок.

– Откровенно говоря, мне тут уже нравится. – Ответил я честно, пока майор широким жестом отворял передо мной дверь.

– Обычно это говорят после вручения ключей от дома, машины и сотни тысяч на мелкие траты.

– Странно, что все возвышенные страны еще не здесь, – под впечатлением, покрутил я головой.

– Мы делаем все, чтобы это исправить, – вежливо улыбнувшись, майор прошагал до двери на первом этаже с золотой надписью по шлифованной стали: «Отдел внутренней безопасности. Руководитель». – Чай, кофе? – Остановился он в центре небольшой комнаты со столом, компьютером и отдельным столиком, где стояла кофемашина и чайник.

– Просто воды, – кивнул я на закрытые бутылки.

Судя по всему, готовить чай пришлось бы самому майору.

– Берите, какая вам понравится. – Открыл О'Хилли смежную створку и, обогнув массивный стол, уселся в кресло. – Присаживайтесь, Генри.