Текст книги "Русская Доктрина"

Автор книги: Владимир Кучеренко

Соавторы: Максим Калашников,Виталий Аверьянов,Андрей Кобяков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 76 страниц)

Дальнейшие рассуждения авторов о будущем партийном строительстве в России можно не читать и не принимать во внимание, потому что в последующих рассуждениях и предложениях по государственному устройству (см. раздел “Триада государственного строительства”) партиям не отводится ни роли, ни места. Больше того, при рассмотрении “Сословно-корпоративного управления” они пишут: “Мы должны отдавать себе отчет в том, что партийная система в нынешнем мире теряет значение и деградирует. Это предопределено уходом в прошлое эпохи доминирующего индустриализма (для которой институт партий был органичен) и становлением надиндустриальной формации, стремительностью перемен в экономике и обществе, образованием новых социальных отрядов, кризисом доверия народа к политикам”.

Вот и приехали, трусость, о которой говорилось выше, на лицо: повторяем, открыто и прямо боятся сказать, что политические партии изжили себя, не предложив ничего взамен. Как же, все их работодатели-предприниматели – спонсоры состоят в тех или иных корпоративных партиях, а многие и в партии власти. Сказать им, что они отслужили свой век, у них язык не поворачивается: прекратят финансирование, на о. Корфу больше не съездишь, да и издаваться не на что будет.

Так вот, господа “динамические консерваторы” авторы “Русской доктрины”, то, что вы боитесь сказать, сказали за вас и уже давно авторы КОБ. Вот, что ими написано в аналитической работе под названием “О текущем моменте 9(45) сентябрь 2005” (кстати, для вашего сведения, “Текущие моменты” выходят из-под пера авторов КОБ, в её развитие, ежемесячно в течение многих лет, они доступны общественности бесплатно, авторы деньги за них не получают, в отличие от некоторых ваших авторов):

“Если же анализировать объективные процессы, происходящие в пореформенной России, то вывод напрашивается однозначный: никаких партий (в том классическом виде, в котором мы все привыкли понимать партию, исходя из своих стереотипов восприятия партийного прошлого) сегодня в стране нет. А что есть? А есть, как и в США, некоторое количество раскрученных “политических фигур” – Зюганов, Жириновский, Явлинский и др.; есть отраслевые кланы (ставшие собственниками Газпрома, РАО ЕЭС, РАО РЖД, нефтянка, липецкие и пр. – в своём большинстве бывшие функционеры КПСС, ВЛКСМ и органов Советской власти); также есть финансовые фонды, накачанные деньгами этих отраслевых кланов; есть и партийные вывески – “Единая Россия”, КПРФ, “Родина”, ЛДПР, “Яблоко”, СПС и др., которые служат инструментом достижения целей отраслевых кланов.

Все отраслевые кланы в процессе глобализации по библейским рекомендациям рано или поздно утрачивают свою национальную идентичность и становятся частью глобальных отраслевых кланов, которые в принципе не могут интересоваться судьбами народов тех стран, на территории которых та или иная отрасль осуществляет свою деятельность. Всякий народ для глобальных отраслевых кланов – всего лишь природные ресурсы (трудовые ресурсы) этих отраслей, аналогичные в смысле возможностей купли-продажи таким природным ресурсам, как нефть, газ, уголь, лес, руда и т.п.

А как же КПРФ и многопартийная система, которая была создана в процессе перестройки? – спросят некоторые скептики. А они – всего лишь инструменты достижения узкоклановых целей заправил той или иной отрасли.

Сегодня всякому должно быть понятно, что в XXI веке партии в их прошлом виде – финансируемые за счёт членских взносов – существовать не могут, поскольку таких 20-миллионных партий, какой была КПСС, в стране нет и быть не может. Содержание же аппарата любой партии (зарплата освобождённым чиновникам, офисы, связь, транспорт, печать, проведение съездов и т.д.) и финансирование её деятельности в процессе политической активности – требует больших финансовых ресурсов, которых у массы “рядовых” членов партии не может быть в принципе (особенно в такой стране как вогнанная в нищету Россия). Поэтому всё происходит, на первый поверхностный взгляд, строго в соответствии с XIX-м протоколом “сионских” мудрецов: “Мы поделим всё общество на партии, а поскольку все деньги будут у нас, то мы же и будем контролировать все партии”.

Вам господа, будущие “державники” и “народники”, это не понятно или не приемлемо? Думаем, что больше, чем понятно, поэтому-то вы и не отвели места и не обозначили роли предлагаемым вами двум партиям в государственном устройстве будущей России.

Но вы можете задать вопрос, а как же без партий, кто же идеологией будет заниматься? Почитайте весь указанный “Текущий момент”, в нем вы найдете ответ на свои вопросы.

Необходимо сказать, что к вышеуказанному выводу авторы КОБ пришли не сразу. Они всегда рассматривали вопросы партийное строительство с позиций шести обобщенных средств управления обществом (методологический, хронологический, фактологический, экономический, геноцид, военный) и относили его к третьему приоритету – фактологическому. Напомним, что к нему относятся вероучения религиозных культов, светские идеологии, технологии и фактологии всех отраслей науки. Следовательно, при рассмотрении вопросов партийного строительства необходимо, прежде всего, вести речь об идеологии. А с ней неразрывно связан такой вид власти, как идеологическая. Но самая главная власть – это концептуальная власть, власть, определяющая концепцию жизнеустройства общества. До авторов КОБ никто эту власть нигде и никогда не упоминал, власть предержащие всех держали за лохов, и продолжают держать за таковых, в том числе и с вашей помощью, и внушали им, что существует только три вида власти: законодательная, исполнительная и судебная (не является ли это издержками “римского права”, за которое вы так ратуете?). Понимая роль идеологической власти, как власти, облекающей в притягательные для людей формы концепцию жизнеустройства общества, авторы КОБ соответственно и выстраивали понятие партийного строительства на новых, отличных от прежних, принципах. Поэтому они ещё в 1992 году написали первую редакцию аналитической работы, посвященной партийному строительству под названием “Теоретическая платформа всех мыслящих партий”, а в 1999 году была написана новая редакция этой работы. В ней изложены, в том числе, и мировоззренческие принципы партии. Не сочтите за большой труд, господа авторы “Русской доктрины”, обратиться к указанным сайтам Интернета и ознакомиться с этой работой, сравните с изложенными вами подходами в данном вопросе.

Но с тех пор прошло много времени, мир менялся. Менялось и наше общество, в том числе и под воздействием КОБ. И КОБ продолжала развиваться. И как следствие были определены новые подходы к партийному строительству, которые были указаны выше. Был получен и большой опыт по строительству Концептуальной партии “Единение”, который также был учтен при определении новых подходов.

Так, не только в теории, но и на практике были опробованы подходы к новому партийному строительству в современной России. А вы только находитесь в поисках. Поздно, господа хорошие, не стоит наступать на грабли партийного строительства не только на опыте XX века, но и тем более увлекаться визинтийской историей партийного строительства, а лучше вспомнить какой вред Византийская империя нанесла России.

В разделе “Триада государственного строительства” авторы Доктрины справедливо предъявляют претензии к современным государственникам, обвиняя их в том, что в этой сфере:

– отсутствует целеполагания;

– выставлено в качестве стратегической цели государства – укрепление демократии, которая не является народным завоеванием; демократия воспринята политическим классом как квазирелигиозная ценность, что фактически оказалось прикрытием для элиты временщиков;

– выставлена такая государственная цель как достижения конкурентоспособности, что предполагает принятие в качестве аксиомы неких международных правил игры, правил конкуренции;

– приняты западные жизненные стандарты.

Они предлагают оказаться от демократии как внешнего инструмента воздействия на политику России, как сверхценности политического устройства России, но вместе с тем признают демократию одним из путей властестроительства, предлагая выстраивать процесс демократизации как требование повышения в России будущего значения плебисцитарных форм принятия политических решений.

По их мнению, формирование полноценной государственности возможно путем сочетания демократии с другими политическими началами: автократическим и аристократическим или другими словами строить национальную власть России как совокупность трех государственных начал: демократии, компетентной аристократии и единоначалия в их конкретных политических формах;

В их понимании новая аристократия, не что иное как смыслократия, которая доказывает свои права на особую политическую роль в государстве путем постоянного творческого усилия (если это претензия на роль “концептуальной власти”, то “постоянное творческое усилие” посильно каждому гражданину России, и, следовательно, каждому посильно встать концептуально властным, т.е. “смыслократом”. Так что, “аристократия” тут ни при чем).

Завершить государственное устройство авторы Доктрины предлагают восстановлением монархии.

Рассмотрим это подробно.

Итак, государственного устройства, по мнению авторов Доктрины, должна опираться на гармоническое сочетание демократии, аристократии и автократии, а также на принятие идей, высказанных в “Русской доктрине”, в качестве руководящих. Это, по мнению авторов, воспроизведет триаду самосознания: национальное-родовое-индивидуальное и не только не приведет к снижению уровня демократии в России, но напротив будет способствовать выработке самостоятельных, сильных, действенных форм демократической процедуры. Для этого предлагается повысить требования значения плебисцитарных форм принятия политических решений, в частности, сделать референдум одним из регулярных средств легитимизации решений Верховной власти в обход бюрократии и элит. При этом, по мнению авторов, сама же форма устройства власти не может быть чем-то раз навсегда данным и определенным.

Первым принципом государственного устройства, как указано выше, должен быть принцип демократии, при котором ключевые решения, требующие всенародного обсуждения, должны приниматься самими гражданами, а также их объединениями. В качестве инструмента предлагается система советов как групп граждан равной численности, имеющих право обсуждать открытым или закрытым голосованием и выносить решения по важнейшим политическим вопросам, с описанием соответствующей процедуры принятия решений.

Другая форма государственной власти, предлагаемая авторами Доктрины, является форма, напоминающая старые Земские соборы, куда будут входить не избранные депутаты, а будет производиться отбор лучших и важнейших представителей. Главное дело Земского собора – не разработка, а утверждение новых законов.

Признавая демократию в качестве одного из путей властестроительства, авторы Доктрины “рассматривают политический народ как совокупность прошедших, настоящих и будущих поколений, образующих государство как исторический субъект. Такое понимание демократии существовало в средневековой России и обозначалось термином ‘соборность’. Соборность предполагает солидарное стремление к общему благу средствами государственной власти. Политическая воля народа в духе соборности – не механическое большинство голосов, а выражение мнения нации как органического единства, в котором ни одна из образующих его групп не получает превосходства перед другими в силу численности или богатства.

С этим можно было бы согласиться, если бы авторы указали в Доктрине пути становления прошедших, настоящих и будущих поколений в качестве народа и пояснили, что они понимают под соборностью.

В отличие от них авторы КОБ не спешат называть эти поколения народом и утверждают, что мы жили и всё ещё живем в толпо-“элитарном” обществе, принцип которого заключается в том, что каждый работает в меру понимания на себя, а в меру не понимания на того, кто больше понимает. При этом они принимают определение толпы, данное В.Г.Белинским, как собрание людей живущих по преданию и рассуждающих по авторитету. Преодолеть такое состояние и превратиться в народ толпа может лишь путем получения полного доступа к знаниям (вопрос государственной политики) и личностного преображения каждого человека, помятуя о том, что “…поистине, Бог не меняет того, что (происходит) с людьми, пока они сами не переменили того, что есть в них” Коран, Сура 13:12). Только на этом пути можно достичь “соборности”. Соборность – это не что иное, как коллективная деятельность, но не всех людей, а людей поднявшихся до уровня человеческого типа строя психики (так как авторы Доктрины об этом умалчивают, то напомним, что типы строя психики по КОБ бывают: животный, зомби, демонический, человечный и опушенный в противоестественность под воздействием табака, алкоголя, наркотиков. О типах строя психики см. Приложение № 2). Поэтому соборность не может быть втиснута в оргштатное расписание партийных организаций, в устав и программу партий (даже если они не пустое словоблудие). Кроме того, она не терпит толпо-“элитарной” этики личностных отношений, но способна проникать в любые структуры, в том числе и государственные, где есть люди.

Оперирование авторами Доктрины такими старыми стереотипами как “элита”, “правящий слой” (отошли от “правящего класса”) постоянно вводит их в заблуждение и побуждает к поискам механизмов обновления правящего слоя. Это всё происходит из-за отсутствия у них понятия “концептуальной власти”. Восполним этот пробел:

КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ ВЛАСТЬ несёт на себе:

· распознавание факторов, оказывающих давление среды на общество;

· формирование векторов целей в отношении фактора, оказывающего давление;

· формирование целесообразной, целенаправленной функции управления структурным и бесструктурным способами, т. е. концепции управления достижением цели развития общества.

Концептуальная власть – начало и конец всех контуров управления, высший из видов внутриобщественной власти. Она АВТОКРАТИЧНА, т.е. самовластна по своей природе и игнорирует “демократические” процедуры общества, не видящие её или не желающие признать её автократию ²⁵[1].

Авторы КОБ считают, что “…главная проблема действительно демократического устройства общества не в способах и в сроках голосования.

Главная проблема построения истинного народовластия – в построении такой организации жизни общества, при которой самовластье концептуальной власти доступно всем, в силу чего самовластье не может стать антинародным. Здесь корень демократии-народовластия, поскольку предиктор-корректор концептуальной власти – начало и конец всех внутриобщественных контуров самоуправления”. (ВП СССР, “Мертвая вода”, часть I)

В качестве второго принципа государственного строительства авторы Доктрины, стоя на позициях толпо-“элитарного” общества и считая, что “спор о конкретной форме государственного устройства является тактическим и вторичным по отношению к вопросу о путях смены и обновления правящего слоя России”, предлагают выстроить, “аристократический этаж государственного строя” на основе компетентности и обладания реальным знанием государственных и общественных дел, путем формирования неизбираемых компетентных советов (Сенат, Государственный совет). Функциями такого органа будет осуществление постоянной законосовещательной, консультативной и директивной работы по государственному управлению. Этот орган мыслится авторами Доктрины, как несменяемое учреждение, формируемое “на одну четверть из представителей военно-служилого сословия, на одну четверть из представителей духовного сословия с решительным преобладанием представителей Русской Православной Церкви, на одну четверть из представителей академических и университетских корпораций и на одну четверть пополняется по назначению главы государства”. Ну, никак не могут они жить без принципа толпо-"элитаризма", постоянно ищут для элиты теплое, уютное место.

При этом текущая работа по составлению законов, собиранию и согласованию законодательных инициатив будет передана в ведение специальных коллегий профессионалов при Сенате.

Но авторы Доктрины не пишут, что же за профессионалы будут заниматься законодательным творчеством. И для нас вполне понятно, почему они этого не делают. Потому что авторы нигде не затрагивают психологические аспекты управления и не знают, что все достижения культуры, как духовной, так и овеществленной (обычно называемой “материальной”), все теоретические знания и практические навыки (теоретически формализованные и неформализованные), как профессиональные, так и бытовые, освоенные индивидом, – только приданое к его строю психики, а не выражение достоинства человека, о чем говорится в Приложении № 2 к настоящему анализу.

Третий принцип гармоничного государственного устройства –монархический принцип единоначалия авторы Доктрины предваряют обоснованием принципа самодержавности предлагаемого государственного строительства, исходя из того, что понятие “самодержавие” значительно шире его общепринятой узкой трактовки. Ими предлагается употреблять слово “самодержавие” в значение слово “суверенитет”. “Самодержавие-суверенитет– по мнению авторов – одна из высших форм осуществления свободы, и национальной , и личной, так как Русское понятие самодержавия включает в себя прежде всего позитивный аспект, это не только независимость от чьего-либо чужого суверенитета, но и концентрация в едином властном полномочии огромной государственной мощи”.

В постсоветскй России, по мнению авторов, принцип самодержавия был фактически утрачен, что немедленно сказалось на качестве, эффективности и дееспособности государства.

По нашему мнению, этот принцип был потерян гораздо раньше, в послесталинский и последующий периоды существования СССР. Причиной этого послужило попадание страны, по недомыслию её руководителей, под внешнее концептуальное управление, которое активно использовало антисоветские информационные технологии. К сожалению, о причине потери принципа самодержавия авторы Доктрины умалчивают, хотя и говорят о добровольном заложничестве России в начале 1990 годов.

“Мы стоим, пишут авторы Доктрины, перед задачей восстановления традиционного понимания природы государства, то есть внутреннего самодержавия как единства, полномочности государственной власти и ее сосредоточенности на актуальных исторических задачах.

Проект восстановления монархии, по мнению авторов Доктрины, может разрабатываться на конкурсной основе либо путем:

– восстановлением старой монархии правящей династии (Романовых);

– прямого избрания монарха на Земском соборе;

– воспитания монарха с детских лет под опекой и контролем правящего слоя.

Это позволяет, по мнению авторов Доктрины, сосредоточить власть принимать конкретные и чрезвычайные решения в одних руках и одной голове (президент, правитель и т.д.), являющийся одновременно верховным главнокомандующим. Это должен быть национальный лидер.

Поскольку монархия является, пишут авторы Доктрины, органической формой осуществления самодержавия, то она должна вызреть, а в качестве переходного периода может быть использована диктатура, как кратковременная форма правления.

Авторы прекрасно понимают, что “приход к монархии после длительного периода удаления правящих династий от власти не может произойти легко и безболезненно. Одним из наиболее вероятных путей учреждения вновь монархии в России было бы сознательное решение правящих сил, институтов, согласное с народным общественным мнением”.

Нам представляется не безынтересным привести в данном анализе подход к трактовке понятия “самодержавия” с позиций мировоззренческого стандарта, используемого авторами КОБ. Они опираются в данном вопросе, в том числе, и на позицию В.О.Ключевского. Вот что они пишут в аналитическом сборнике “Об искоренении глобальной угрозы международного терроризма”, Санкт-Петербург, 2004 г.:

“… в основе самодержавия лежит произвольное выражение каждым того желающим общественных интересов как таковых, позволяющее отличить интересы общественные от частных. В Концепции общественной безопасности это называется концептуальной властностью. Концептуальная власть – власть автократичная, т.е. самовластная: и соответственно “самовластье” – это неотъемлемый атрибут самодержавия. И если самодержавие не вырождается в самовластье ради самовластья или не противится Промыслу Божиему, бездумно ссылаясь на те или иные старые или новые догмы, а действует осознанно осмысленно в русле исповедания Промысла, то это – Богодержавие.

И с начала ХХ века Россия нуждается не в самодержавии исключительно государя (главы государства при той или иной форме государственности), а в Богодержавном самодержавии общества как такового, когда знания и навыки, необходимые для осуществления концептуальной власти, а равно – для выявления, осознания и выражения общественных интересов, – доступны всем и каждому, кто того пожелает. Это исключает возможность злоупотребления концептуальной властью со стороны того или иного меньшинства, преследующего свои частные корпоративные интересы в ущерб воплощению в жизнь интересов общественных ²⁶[2]. Это и есть демократия как истинное народовластие”.

Авторы “Русской доктрины” завершают свои предложения по формированию государственных органов власти рассмотрением вопроса, связанного с сословно-корпоративным управлением и соотношения государства и местного самоуправления. При этом, как говорилось выше, подчеркивается тезис о том, что партийная система в нынешнем мире теряет значение и деградирует, а посему ни для одной из партий не просматривается ни роли, ни места в государственном устройстве. Лишь опосредовано говорится о том, что “политическая элита (возможно партийная?) в ходе истории нащупывает оптимальную форму государства, подготавливает для неё почву, воспитывая нацию (каким образом?) для принятия и усвоения самых благородных политических институтов”.

Авторы также подчеркивают, что парламентская система в современной России дискредитировала себя (растет пассивность электората) и предлагают “создать рядом с партийно-политическими институциями (какими? деградирующими?) представительство реально существующих в стране социальных, профессиональных и корпоративных групп (а как дела у них будут обстоять с партийной принадлежностью?)”, как дополняющие деятельность Сената: Военный совет, Совет традиционных религий России, Стратегический совет, отраслевые советы экспертов. При этом авторы Доктрины полагают, что корпоративное представительство способно ограничить вредный для интересов государства и общества теневой лоббизм (очевидно, заменив его открытым лоббизмом).

В качестве местного самоуправления предлагается самоуправление территориальных общин. Община – первичная политическая ячейка нации. Местное самоуправление, по мнению авторов Доктрины, должно сопрягаться с органами государственной власти.

Контроль (наблюдение) за деятельностью структур в процессе управления, осуществляемого ими и координация взаимодействия разных структур по мнению авторов Доктрины, входит в компетенцию Сената. В частности:

– осуществление этического и политического надзора (ценза) над высшими органами государственной власти и высшими должностными лицами государства;

– принятие решений о несоответствии отдельных министров и парламентариев цензу, предъявляемому к их должностям;

– констатация невозможности исполнения главой государства своих полномочий вследствие непреодолимых причин, включая состояние его здоровья, а также совершение им государственного преступления;

– отклонение кандидатур на должность главы государства;

– объявление недействительными актов главы государства, изданных от его имени во время его пребывания в плену неприятеля или под влиянием иной враждебной воли.

Рассмотренные выше предложения по государственному устройству не могут быть оценены нами как абсолютно непригодные, так как в них содержатся и рациональные зерна. Но отсутствие системного подхода, отсутствие методологии, понятия видов власти и обобщенных средств управления обществом, отсутствие схем и функций управления и, самое главное, описания органа, несущего обществу концептуальную власть, не позволяют авторам Доктрины сделать свои предложения логичными и завершенными, приводят к ошибочным мнениям, типа восстановлении монархии.

На основе вышеприведенного анализа опубликованных журналом “Политический класс” двух глав из “Русской доктрины” можно сделать следующие выводы:

1. Мировоззренческий стандарт авторов Доктрины не может быть оценен по причине его отсутствия в опубликованных материалах.

2. Авторы Доктрины владеют фактологическим материалом исторического и современного характера, но не проявили в указанных материалах знания методологии управления.

3. Реальное положение дел в России оценивается не совсем точно, у авторов нет понимания концептуальной неопределенности, в котором находится страна, и соответственно не обозначены пути преодоления концептуальной неопределенности.

4. В предложениях не просматриваются положения какой-либо теории управления.

5. В материалах полностью отсутствуют психологические аспекты управления социальными процессами и не затрагиваются вопросы нравственности, как основы любой доктрины, концепции и т.п.

6. Предлагаемая авторами “Русская доктрина” не отражает сути глобального исторического процесса.

8. Принимая во внимание вышеприведенные выводы, основанные на двух опубликованных главах, можно с уверенностью сказать, что “Русская доктрина” является очередным порождением библейской концепции жизнеустройства, внешней для России, на которой основано толпо-"элитарное” общество, и не может быть “оружием сознания нации”.

9. Авторы Доктрины, придерживаясь “динамического консерватизма” и проводя пиар-кампанию ещё не опубликованной работы, содержащей секретные материалы, не подлежащие оглашению широкой общественности, уподобляются коммерсантам средней руки, стремящимся подавить конкурента на рынке, забывая при этом, что нравственности и справедливому жизнеустройству не нужна никакая реклама, ибо ими не торгуют. А народ быстро разберется, что к чему и почему!

Дмитрий СЕДОВ. ДИНАМИЧЕСКИЙ КОНСЕРВАТИЗМ

http://www.rusdoctrina.ru/page95819.html

“...Но думаю, многие согласятся со мной, что решая стоящие перед нами задачи и используя при этом все самое новое, генерируя эту новизну, мы вместе с тем должны и будем опираться на базовые морально-нравственные ценности, выработанные народом России за более чем тысячелетнюю свою историю. Только в этом случае мы сможем правильно определить ориентиры развития страны. И только в этом случае нас ждет успех”

Из Послания Президента России Федеральному собранию 26 апреля 2007 года.

Именно таких слов ждали от президента России многие отечественные ученые-экономисты, политологи, социологи. И когда она прозвучала с высокой трибуны Мраморного зала, они с надеждой загадали на ближайшее будущее: состоится ли долгожданный поворот, не унесет ли стремнина беспощадных обстоятельств в сторону от заявленного курса?

Ведь эта выверенная фраза является концентрированным выражением идеологии динамического консерватизма, которая шаг за шагом пробивает себе дорогу в спорах о путях развития России.

Что такое динамический консерватизм? Это прямой антипод социал-дарвинизму, которому поклонялась команда Е.Гайдара. Суть социал-дарвинизма сводится к простому, как мычание, тезису: мы действуем по непреложным законам абсолютного рынка, а вы выживайте как хотите. Выживут сильнейшие, погибнут слабейшие. Все по Дарвину, за исключением пустяка – ни себя, ни своих папу с мамой Е.Гайдар в стихию абсолютного рынка не опустил. Старики наблюдали за опытами сынка над согражданами с балкона комфортабельного особнячка в Праге. Да и сам великий дарвинист не стал сажать свою семью на получившуюся в результате его экспериментов среднероссийскую зарплату, что позволило ему сохранить не только здоровый цвет лица, но и выпестовать политически ангажированную дочку с розовыми щечками.

К сожалению, заболевание российской правящей элиты социал-дарвинизмом оказалось широко распространенным, и потребовалось время, чтобы начать от него избавляться. И если практически в каждом разделе Послания Президента говорится о необходимости укрепления роли общества и государства, значит, близится банкротство лживых, навязанных зарубежными “консультантами” критериев управления экономикой.

Значит, настало время “Русской доктрины”, над которой трудились лучшие молодые умы российской науки. Именно в “Русской доктрине” применена формула “динамический консерватизм” как основополагающая идеология общественно-экономических реформ. Хочется верить, что сегодня завершается путь доктрины через Всемирный Русский Народный Собор на рабочий стол Президента.

Очень хотелось бы, чтобы коллектив ученых, работавший над “Русской доктриной”, был привлечен правительством для разработки концепции среднесрочных преобразований, которую они сейчас начинают разрабатывать по собственной инициативе.

Так что же такое динамический консерватизм?

Это осуществление социально-экономических реформ с учетом разнообразных особенностей богатейшей национальной традиции. “Русская доктрина” пронизана бережным отношением к духовным ценностям нашего общества и умелой апелляцией к ним в решении практических задач. Она убедительно доказывает, что строительство экономической модели общества с опорой на деятельность “атомизированных” (отъединенных от социального целого) граждан-индивидов не дает и не даст искомых результатов. Новостройка социал-дарвинистов с самого начала перекосилась и выглядит сегодня как убогая, нищая “хрущоба” с роскошным пентхаузом для избранных. Без собирания народного духа в единую силу для движения вперед в нашей стране ничего не будет. А значит, следует отвергнуть “атомизацию” общества и работать над его объединением во имя общепонятных и бесспорных целей. На системной и плановой основе этим может заняться только государство, имеющее для этого сеть культурно-просветительных и образовательных учреждений, а также опору в виде правящих политических партий. Именно об этом речь Президента. Русские всегда были сильны соборностью, соборным духом, и это значимый факт не только нашего исторического прошлого, это важно и для будущего. Президент говорил в своем обращении об усилении роли государства практически во всех ключевых отраслях жизни, и все способные слышать, услышали: государство возвращает себе сберегающую и собирающую роль в отношениях с обществом. Это ли не луч надежды для тех, кто оказал слабейшими в созданной недоучками-американоидами системе социал-дарвинизма?