Текст книги "Русская Доктрина"

Автор книги: Владимир Кучеренко

Соавторы: Максим Калашников,Виталий Аверьянов,Андрей Кобяков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 50 (всего у книги 76 страниц)

Значимо для нас также то, что в результате “газовой войны” резко ухудшилось и отношение белорусов к объединению с Россией. По данным социологических опросов, доля сторонников единения упала в Белоруссии с 25% до 13%.

Да, действия российских властей в области газоэкспортной политики можно оценивать по-разному. Можно предъявить и претензии. Однако в любом случае сегодня без всякого преувеличения можно констатировать, что, кроме поставок природного газа, у России почти не осталось экономических рычагов, чтобы удержать постсоветское пространство в орбите своих геополитических и геостратегических интересов .

Проведенный анализ деятельности главных энергетических компаний России в постсоветском пространстве в контексте геополических реалий позволяет сделать важный вывод: разукрупнение и приватизация таких естественных монополий, как РАО “ЕЭС России” и ОАО “Газпром”, – в нынешних условиях задача несвоевременная и крайне опасная для судьбы России. С их ликвидацией Россия окончательно потеряет экономические “козыри” своего влияния не только в ближнем зарубежье, но и в планетарном масштабе, так же, как она их потеряла после непродуманной приватизации нефтяного комплекса.

Другими словами, в глобализирующемся мире, в котором уже сегодня безраздельно господствуют западные ТНК, с которыми еще могут экономически состязаться только компании масштаба РАО “ЕЭС России” и ОАО “Газпром”, в случае приватизации последних Россия, по мнению серьезных экспертов, окончательно потеряет статус мировой державы с вытекающими для нее геополитическими последствиями.

В случае приватизации РАО “ЕЭС России” и ОАО “Газпром” Россия окончательно потеряет статус мировой державы с вытекающими для нее геополитическими последствиями.

Как в свое время отмечал известный американский экономист Джон Кеннет Гэлбрейт, на прибыльность компании или фирмы не влияет форма собственности. “Прибыльность напрямую зависит от качества менеджмента”, – резюмировал авторитетный американец. России следует тысячу раз подумать, прежде чем принимать решения по приватизации последних энергокомпаний – якобы для повышения их прибыльности, чтобы не лишиться экономических и политических признаков своей державности.

ЧАСТЬ V. РУССКИЙ СОЦИУМ

Глава 1. САМАЯ СТРАШНАЯ ЯЗВА НАЦИИ – ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ

Наиболее болезненный удар был нанесен в XX веке по институту семьи

Величие, могущество и богатство всего государства состоит в сохранении и размножении русского народа, а не в территории тщетной без обитателей.

М.В. Ломоносов

В начале ХХ века Россия по темпам демографического роста была впереди всей Земли. В начале XXI века – впереди всех по темпам вымирания.

Нынешняя демографическая ситуация в России – чрезвычайная и требует нестандартных мер. Выйти из кризиса можно лишь взламывая заблуждения и отбрасывая еще недавно почитаемое. Задача этой главы Русской доктрины вычленить коренные причины постигшего нацию коллапса и указать способы исцеления главных демографических язв, позволяющие переломить кризис и добиться устойчивого роста русского народонаселения.

1. Демографическая эпидемия

Сытые, благополучные, свободные от нравственных комплексов нации тихо вырождаются без всякой внешней агрессии. А вот полуголодные, бедные и темные народы – неудержимо размножаются… Их волны захлестывают США, Европу, последнее время их представителей все больше и больше в России… Парадокс? Или объективная закономерность?

Приведем несколько цифр. Необходимое для гарантированного простого воспроизводства (то есть для того, чтобы не было убыли населения) количество детей на одну женщину– 2,2. За последние 50 лет во всех цивилизованных странах этот рубеж был перейден и теперь повсюду в “развитых” странах если и не прямое уменьшение численности населения, то его стремительное “старение” (см. таблицу).

Количество детей на одну женщину

Источник: Р. Зидер. “Социальная история семьи”.

В СССР неуклонный демографический спад начался ненамного позднее, чем в странах Западной Европы: в 60-е годы XX века. После жесткой сталинской эпохи наступила “оттепель”, разрешили аборты, открыли “шлюзы” для деревенских жителей, чтобы желающие могли перебраться в города. Это была эпоха относительного “благополучия” – после революции, коллективизации, страшной войны, которые пережил народ, наступила эпоха стабильности, массового обеспечения жильем, неуклонного роста потребления продуктов питания, предметов быта. Опять тот же парадокс: в революцию, в войну, в условиях жизни в бараках и коммуналках наш народ не уставал размножаться, но испытание “хрущобами”, советскими городами и советским потребительским идеалом оказалось ему не по зубам.

В конце 70-х руководство СССР разработало специальную программу поддержки семьи, давшую матерям немалые социальные льготы. Например, возможность сидеть с ребенком до трех лет с сохранением рабочего места и непрерывного стажа, внеочередное предоставление квартир многодетным семьям и т.п. При этом аборты были разрешены, контрацепция доступна, но женская консультация и гинекология старались убедить женщин рожать. Конец советского периода дал относительно высокие показатели рождаемости, хотя и далекие от демографического благополучия.

Обвал рождаемости начался с 1987 года – кривая резко пошла вниз и достигла небывалого нижнего пика. Начался демографический коллапс нового Смутного времени (см. график 1).

Народ не сразу ответил на Смутное время повышенной смертностью, это произошло в 1992 г. В 1991-м уровень смертности впервые превышает уровень рождаемости, после этого рождаемость еще продолжала падать, а уровень смертности резко пошел вверх. Произошло наложение друг на друга двух демографических “воронок”: нерождения и смертности. Страна “убывала” по миллиону человек в год. После 2000 года негативные тенденции стали обращаться вспять – что опять же подтверждает динамику уходящей Смуты. Однако, если после предыдущего Смутного времени (1905–1920 гг.) демографическая ситуация начала выправляться резко, то сейчас, за 5 лет после ухода Ельцина, мы все никак не выберемся из состояния “убыли”, продолжаем вымирать. По логике истории у нас должен быть демографический рывок, но вместо рывка мы видим лишь вялое шевеление – рождаемость не перекрывает смертность, которая у нас остается значительно выше, чем даже в беднейших странах мира.

То, что мы пережили в 90-е годы, трудно поддается объяснению с помощью классической демографической науки. Один из самых сильных аналитиков в области здоровья профессор И.А. Гундаров предложил рассматривать это явление как “неинфекционную эпидемию”. После 1992 г. здоровье населения России стало резко ухудшаться, особенно много смертей наступило из-за сердечно-сосудистых заболеваний. Из объективных факторов, отягчающих состояние демографического коллапса, можно назвать значительное снижение количества браков, рост количества разводов, одиноких людей, рост мужского и женского бесплодия и других заболеваний, затрудняющих рождение детей. Возросло число детей, брошенных родителями (что является косвенным симптомом того же процесса деградации народа).

Проведенный с помощью метода исключения анализ показал, что известные социально-экономические и медицинские факторы риска не объясняютприроды сверхсмертности, равно как не объясняют и катастрофического падения рождаемостив России. В 90-х годах люди стали вести более активный образ жизни, больше двигаться, меньше употреблять жирной пищи. За счет падения промышленного производства экологическая обстановка в целом улучшилась. Число абортов сократилось на 40%, рост использования контрацепции был незначительным, несколько выросла младенческая смертность, но затем она вошла в пределы нормы. Коренную причину коллапса ухватить не удается. Существует некий таинственный фактор “X”,который не поддается однозначному научному объяснению.

2.Природа упадка не экономическая

С 2000 года, отмечает И.А. Гундаров, в отношении демографии “ не поступило адекватных программ возрождения ни от Российской Академии медицинских наук, ни от Государственной думы, ни от правительства. Основной упор в рекомендациях делается на достижение экономического благосостояния”.Однако, природа упадка жизненных сил народа явно не экономическая – зависимости его от падения уровня жизни обнаружить не удается. Более того, можно заметить даже обратную тенденцию: ч ем богаче семья, тем меньше в ней детей. В 1999 г. при сравнении 10% самых бедных к 10% самых богатых домохозяйств численность детей до 14 лет у вторых была меньше в 5,2 раза.

Природа упадка жизненных сил народа явно не экономическая – зависимости его от падения уровня жизни обнаружить не удается. Более того, можно заметить даже обратную тенденцию: ч ем богаче семья, тем меньше в ней детей. В 1999 г. при сравнении 10% самых бедных к 10% самых богатых домохозяйств численность детей до 14 лет у вторых была меньше в 5,2 раза.

Начало либеральных реформ, полагает Гундаров, в России характеризовалось активными духовными процессами: попыткой смены традиционного мировоззрения, изменением критериев добра и зла, внедрением новых социальных ориентиров и нравственных ценностей. В их основе лежала идеология индивидуализма и стяжательства, внушение чувства исторической вины, национальной ущербности, цивилизационной отсталости. Перечисленное послужило причиной сильнейшего стресса…

Исследователи-демографы обнаружили в XX веке прямую зависимость демографической динамики от духовного неблагополучия (выявленного по объективным критерием, таким как: динамика самоубийств, общей преступности, алкоголизма и токсикомании). Характерной чертой обществ с такой духовной картиной является повышение уровня смертности от неинфекционных заболеваний.

Однако духовное неблагополучие в Западной Европе сказывается не столько в отношении смертности (там этот уровень удается частично сбивать с помощью высокотехнологичной медицины и развитой социальной системы), сколько в отношении нежелания рожать. Установка на предпочтение чувственных наслаждений перед духовными привела к тому, что сила эгоизма оказалась выше потребности иметь детей. “В результате,– подытоживает Гундаров свои наблюдения, – рождающийся ребенок предстает для матери не как несравненная ценность, а как конкурент в обладании благами жизни. И здравый смысл подсказывает ей: зачем производить на свет своего конкурента?”

Конечно же, есть целый ряд побочных, сопутствующих факторов, отягчающих картину демографического упадка как, например, угасание интереса к противоположному полу в связи с “сексуальной революцией” (индустрия интимных развлечений, навязчивая порнографичность массовой культуры делают реальных подруг для мужчин уже не столь привлекательными, как “красавицы с обложки”), рост феминизма, сексуальных извращений. Отношение к “партнеру по сексу” становится примерно таким же как к “партнеру по теннису” (а много ли семей создается на основе увлечения теннисом?). Кроме того, в последние два десятилетия западная масскультура культивирует инфантилизм взрослых, модель “секса в большом городе” – когда тридцати-сорокалетние на экране ведут себя так, словно им 18–20 лет, стремясь “взять от жизни все”.

“Белое человечество” вырождается, проблема нехватки рабочей силы решается через приток цветных иммигрантов, заполняющих нижние сектора экономики. Нечто подобное наблюдалось в эпоху поздней Римской империи перед ее падением. Многие утверждают, что Запад просто состарился и, как общество отживших свое народов, клонится к естественному закату. Как бы то ни было, пример Западной Европы показывает, что природа демографического упадка современной цивилизации не экономическая. Вернее сказать, экономика играет в этом упадке роль фона.

Западные общества, когда они переходили от массовой нужды к относительному достатку, отреагировали на это всплеском рождаемости (так называемый “бэби-бум” 1946–1965 гг.). Однако дальнейший рост благосостояния вел к явному уменьшению желания обзаводиться несколькими детьми. Порогом послужила черта перехода от достатка к богатству и “сверхпотреблению” – когда уровень доходов “среднего класса” резко подскакивает, он теряет чувство жизни и духовной ориентации в ней. Новыми мотивациями, которые возникли у представителей западной цивилизации при переходе через “демографический порог”, стали массовая страсть к наживе, зависимость людей от идеологии роста потребления (а не стабильности потребления, как раньше), агрессивность, зависть, неудовлетворенность развлечениями и покупками в связи с отставанием растущего богатства от растущих потребностей. У “цивилизованных” народов в этот момент здоровье ухудшается, увеличивается количество и частота самоубийств, убийств, общих преступлений, значительно вырастают алкоголизм и наркомания. Таким образом, можно констатировать, что западные социальные системы дезориентированы и лишены мудрого государственного управления: возможности “экономической эффективности”, “благосостояния” и сверхпотребления не уравновешиваются достижением эмоционально-духовного благополучия и осмысленности человеческой жизни. Известно высказывание Исократа: “Хуже богатых могут быть только бедные”. Получается, что в наше время верно и обратное: “Хуже бедных могут быть только богатые”.

Некоторые исследователи видят причину упадка в социально-политической природе современной западной цивилизации. Приведем одну иллюстрацию. Англосаксонская рыночная модель разрушает связь между поколениями. Общество начинает жить в соответствии с философией атомизации: каждый сам за себя. В старости рассчитывают не на детей, а на пенсионные фонды, которые осуществляют не обеспечение старости в собственном смысле, а работают по принципу частной управляющей компании (его активы наполняются не за счет налогов со всего общества, как в социалистической системе, а за счет поступлений из личного бюджета за все время трудоспособности данного лица). Атомизация приводит к тому, что дети и родители утрачивают чувство естественной солидарности: по евангельскому выражению, “во многих охладеет любовь”. А если свою старость вы страхуете сами, то получается, что детей иметь вроде бы и не за чем. Пресловутый “стакан воды” в старости вам поднесут не дети, а социальные сиделки, служащие дома престарелых или сотрудники центра эвтаназии (добровольного ухода из жизни).

Англосаксонская рыночная модель разрушает связь между поколениями. Общество начинает жить в соответствии с философией атомизации: каждый сам за себя. В старости рассчитывают не на детей, а на пенсионные фонды. А установка на предпочтение чувственных наслаждений перед духовными привела к тому, что сила эгоизма оказалась выше потребности иметь детей.

Иными словами, дети в либеральной экономической системе отбирают у родителей средства, которые должны быть вложены ими в пенсионный фонд, в обеспечение старости. Введение в жизнь принципов либеральной экономики повсеместно подкосило рождаемость. Показательны обратные примеры – примеры систем, где рождение каждого нового ребенка не снижало, а повышало благосостояние родителей. Например, в Германии 1930-х годов был выдвинут лозунг: “Больше колыбелей, чем гробов!” Государственные деятели тех времен уяснили простую истину: увеличение продолжительности жизни без роста рождаемости ведет лишь к одряхлению народа, иссяканию его жизненных сил. Был взят курс на поощрение трехдетной семьи (с помощью брачных ссуд, выплат государственных субсидий на детей). Такая политика достигла своей цели: рождаемость в Германии выросла и не падала до конца пятидесятых годов ХХ в. Подобный опыт субсидирования деторождения и предоставления молодым семьям с детьми благоустроенного жилья практиковался в социалистической Восточной Германии (ГДР) в 1970–1980-х годах, отчего к 1985 году на 10 женщин детородного возраста в социалистической ГДР приходился 21 ребенок, а в рыночно-либеральной ФРГ – 15 детей. (Со вхождением ГДР в ФРГ рождаемость в Восточной Германии стремительно снизилась вдвое.) Страны традиционно католические – Испания, Польша – всегда отличались высокой рождаемостью и хорошими темпами прироста населения, причем эта “традиционалистская” тенденция всегда с лихвой перекрывала любые тенденции, связанные в других странах с демографическим упадком.

Отбросив прочь “стеснение перед мировой общественностью”, пойдя на государственном уровне на меры по спасению государствообразующего народа, его демографического потенциала, Россия в этом смысле опередит Запад в целом, запутавшийся в своих моделях ценностей и “потребительских идеалах”.

3. Россию ожидает беспрецедентная ситуация

До 1980-х русский народ был “моложавый”. До распада СССР большинству новобрачных – около 20 лет. Сразу по возвращении из рядов вооруженных сил молодые люди стремились создавать семьи, заводить детей. Соотношение 20– и 60-летних было около 3:1. Нынешнюю ситуацию и грядущие 2010-е лучше рассмотреть графически (график 2).

График 2. Динамика численности 20– и 60-летних русских

Сегодняшняя тенденция такова, что в 2010-х возникнет невиданная ранее в России ситуация: 20-летних будет в 2 раза меньше, чем 60-летних. Сейчас основу кадров России, в том числе и в ВПК, составляет поколение, рожденное в 1950-х. Скоро они по 1,5– 1,8 млн в год будут выходить на пенсию. Кому они передадут свой опыт?.. Кто будет развивать экономику?.. Наконец, кто будет стоять на обороне границ от Черного до Японского моря?..

Депопуляция (убыль населения) создает для России как государства объективные угрозы. Ускоренная депопуляция и ухудшающаяся возрастная структура рабочей силы ставят под вопрос перспективы экономического роста. Кроме того, это и угроза территориальной целостности России. Проблема численности всегда имела для нас важное геополитическое значение. Объясняется это обширностью нашей территории, благодаря которой плотность проживания здесь небольшая и составляет 8,5 человека на один квадратный километр. Такой уровень – самый низкий среди крупнейших государств: втрое ниже США, в 15 раз ниже Китая, в 17 раз ниже Западной Европы, в 34 раза ниже Индии, в 38 раз ниже Японии. Если же говорить об азиатской части России, где плотность равна 2,5 человека на квадратный километр, то различие становится еще более выраженным. Наконец, с последним обстоятельством связан и еще один тип угрозы для нации: растворение ее в иноэтнической среде, значительный приток иммигрантов из Дальнего Зарубежья, в том числе не владеющих или плохо владеющих русским языком (сегодня львиную долю оседающих в России иностранцев составляют китайцы, турки, уроженцы Индокитая).

Итак, проблема демографии – это проблема будущего страны. И, увы, проблема преимущественно для русских людей. Рождаемость на Кавказе по-прежнему высока, и даже наши соотечественники-татары поддерживают минимальный показатель естественного прироста (чуть больше, чем два ребенка на среднестатистическую семью). И только мы, русские, и социокультурно близкие к нам народы (мордва, удмурты, коми) продолжаем вымирать. Главным принципом государственной политики России должен стать принцип демографической компенсации русским:в течение жизни поколения необходимо восстановить благоприятный уровень рождаемости, восстановить естественную динамику русификации окраин – русские должны жить по всей России, ибо они представляют племенной стержень нации. В этом заинтересована вся нация.

Как бы ни повернулись события, в будущем русских ждет период суровых испытаний. Когда Союз пал, в РФ было чуть более 150 миллионов душ. Теперь мы приближаемся к показателю в 140 миллионов человек. 90-е годы дали чудовищный, сравнимый только с Великой Отечественной, спад рождаемости. Как было заявлено на Совете безопасности в 2004 году: когда придет время рожать детей тем, кто родился после 1991-го, – в 2012 году наступит новый провал. Детей в 90-е у русских было мало, а родят своих детей они еще меньше. К 2018 году русские дети будут редкостью среди толп взрослых и стариков. Между 2015 и 2020 годами подскочит смертность: станет умирать поколение советских “бэби-бумеров” 1940-1950-х годов рождения, когда народ после войны щедро обзаводился потомством.

Суровые времена ждут и другие части Русского мира. В 80-е годы советскую Украину населяло 50 миллионов душ. В 2004-м в самостийной “державi” осталось 43 миллиона. К 2012 году на Украине будут жить 37–35 миллионов человек. И тут вымирание мчится вперед на всех парах.

Рывок нужно совершить именно сейчас, не откладывая – совместными усилиями государства, общества и бизнеса. Срочность этой задачи связана с тем, что в настоящее время в возраст наиболее интенсивного деторождения входят относительно многочисленные поколения женщин, родившихся в первой половине и середине 1980-х гг. Это необходимо использовать для проведения активной демографической политики, направленной на повышение рождаемости. Ее эффект мог бы быть усилен благоприятными сдвигами в возрастном составе. Совсем иная ситуация сложится через 10–15 лет, когда активного репродуктивного возраста достигнут сравнительно малочисленные поколения, родившиеся в 1990-е гг. По состоянию на середину 2003 г. численность девочек в возрасте 5-14 лет в 2 раза меньше численности женщин в возрасте 20-29 лет.

Симптомы надвигающейся “ямы” уже налицо. Например, по данным проф. Базарного, в 2000 году все наши школы выпустили в жизнь 2 100 000 молодых людей, а в первые классы в том же году поступило лишь 1 300 000. Эта жутковатая тенденция будет в ближайшие годы не ослабевать, а только нарастать.

России нужен единый государственный орган – Государственный комитет жизнеспособности народа(ГКЖН), который бы “увязывал” всю деятельность по восстановлению демографического благополучия в единую программу. В ведение Комитета передаются все вопросы демографии, семьи и брака, рождения, медицинского обслуживания подрастающего поколения. ГКЖН должен быть подотчетен напрямую Главе Государства. Алгоритм деятельности Комитета должен быть следующим.

– Объявить в России режим Чрезвычайного демографического положенияна 5 лет. При Главе государства действует ГКЖН, имеющий право на первоочередное финансирование из бюджета (за счет образующихся излишков) ключевых программ по восстановлению народонаселения.

– В бюджете затраты на демографическое возрождение должны иметь следующее распределение: “основная цель – отдельная статья – самостоятельные приложения”.(Сейчас в бюджете вопросы демографии “размазаны” по разным разделам.)

– Внутри Комитета создать Совет демографической экспертизы, проверяющий на соответствие демографическим целям развития законодательство, а также вносимые на рассмотрение Правительства страны социально-экономические программы и инвестиционные проекты.

– Комитету и правительству России сформировать рабочий орган исполнительной власти, занимающийся вопросами регулирования демографических процессов и мониторинга демографической ситуации.

– Аналогичные органы создать в регионах при губернаторах.

– Главнейшим критерием успешности деятельности ГКЖН и исполнительных органов в центре и в регионах считать динамику количества новорожденных и растущих детей.

Реализация программы демографического возрождения может быть разбита на три этапа.

Этап первый (2 года) –экстренный. Он начинается с мер, которые откладывать нельзя. Охватывает 1/3 России в тех областях Русской равнины, Западной Сибири и Дальнего Востока, где в 1990-х был минимальный коэффициент рождаемости на 1 женщину. В течение этого этапа проводится анализ и корректировка программы возрождения народонаселения.

Этап второй (3 года)– расширительный. Охватывает 2/3 России, в областях, где в 1990-х было менее 1,35 рождений на 1 женщину.

Этап третий (выходит за рамки 5-летнего чрезвычайного положения)– всеохватывающий. Расширяется на все области, где в 1990-х было менее 1,5 рождений на 1 женщину. Реализация программы осуществляется уже не в режиме чрезвычайного демографического положения, а в режиме текущей государственной политики на основе проверенных и отработанных за 5 лет административных технологий.

4. Почему усыхают “русские родники”

Сравним потенциал русской “реки жизни” в динамике последних десятилетий (график 3).

График 3. Динамика численности “русских родников”

В середине 1950-х в России рождалось 2,2-2,3 млн русских детей. В 1990-х – менее 0,9 млн. Сейчас кривая числа рождений пошла слегка вверх, но с 2008-2009 гг. начнется “усыхание родников”. Пунктирная гистограмма показывает: при продолжении тенденций ХХ века “русские родники” к 2020 году “усохнут” до 0,5 млн, то есть ослабеют в 4 (ЧЕТЫРЕ!) раза по сравнению с 1950-ми годами. При этом доля русских рождений в России составит менее 50%. Так что улучшать ситуацию с русской рождаемостью надо не на проценты, а в разы!

По образному выражению А.Г. Гончарова, “сейчас в России, которая считается православной, нет для ребенка более опасного места, нежели материнская утроба: из трех детей двое будут убиты”.Ежегодно убивается 3,4 млн нерожденных, что сопоставимо с крупномасштабной войной.

С 1960-х почти равномерно из каждых трех-четырехзарожденных русских жизней лишь одна– рождается, а две-тривырываются абортами. Оценка показывает: от абортов за вторую половину ХХ века потери “русских родников” в 2,5 раза больше, чем от германской, гражданской войн, раскулачивания 1930-х и от Великой Отечественной войны – вместе взятых. Так что главный фактор сокращения числа русских рождений с 1950-х – это фактор “сдвига морали”.

По латыни “аборт” – это естественный выкидыш. В ХХ веке искусственное удаление плода в утробе матери стали называть тоже абортом. Однако называть операцию по удалению плода выкидышем – это все равно как прицельный выстрел назвать несчастным случаем!.. Сейчас аборты в России – медицинская “услуга”. Государство фактически финансирует миллионы абортов, уничтожая миллионами зарожденные русские жизни. Нужно ликвидировать госфинансирование прерывания беременности и ввести уголовную ответственность за прерывание беременности против воли женщины, за принуждение к аборту, за предоставление материалов для самоаборта.

Запрет абортов, хотя и не приведет к долгосрочному росту рождаемости, но приведет к ее всплеску. Однако главная задача запрета абортов иная – нравственная. Поэтому аборты нужно прекратить не одним волевым усилием власти, а общим нравственным усилием. Для этого в период от принятия постановления до его введения в действие должна быть проведена массированная общественно-государственная информационная кампания против абортов. Здесь требуется не дискуссия, а именно официальная пропаганда. Перед официальным введением “маратория на аборты” должна быть реализована полномасштабная кампания в телевизионных СМИ. Сущность аборта – глубоко отвратительная при ближайшем рассмотрении для любого психически полноценного человека – должна быть раскрыта перед всей нацией. Нужно стремиться пробудить в молодежи инстинкт матери и отца, заложенный в них от природы.Ведь увидев развитие новой жизни на экране, очень многие примут добровольное решение не убивать зарожденную ими жизнь.

Во всех гинекологических консультациях в этот период нужно установить промежуточную процедуру психологического воздействия между диагнозом и абортом. Для этого достаточно Приказа Минздрава об “усилении мер по получению информированного согласия идущей на аборт”. Дополнительно можно продумать поощрение врачей, спасающих жизнь нерожденному ребенку. Запрет на аборты, если общество воспримет справедливость принятых мер, желательно было бы закрепить в фундаментальных законах России. Если в ныне действующей Конституции РФ провозглашено: “Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения”(п.2 ст.17) – то в этой формулировке необходимо будет заменить понятие “от рождения” на – “от зарождения” (или “от зачатия”). Такая поправка носит праворасширительный характер и не означает запретительных мер. Но эти две добавленные буквыспасли бы жизнь миллионам русских людей самого юного, внутриутробного возраста.

Аборты должны быть запрещены по всем показателям, кроме медицинских, на любом сроке. (В этой связи важно отметить, что меры Дж.  Буша младшего по ограничению абортов – это пожалуй, самое лучшее, что сделал этот политик за время своего пребывания у власти). В России же тема “защиты жизни” является пока откровенно маргинальной, и ее нравственный аспект вообще осознается лишь воцерковленной аудиторией. Задача православной интеллигенции – перейти в информационное наступление в светских СМИ и образовательных учреждениях.

Однако, запрет абортов демографическую проблему не решает, оставаясь скорее моральным символом новой демографической политики – символом того, что нация ценит человеческую жизнь.

При этом, запретив убивать людей в зародыше, мы еще не побуждаем людей к созданию семьи и добровольному рождению детей. Почему же наш народ не желает рожать?

Конкретный человек в своей повседневной жизни не спрашивает себя: “Для чего государству большое население?”. Конкретный человек спрашивает: “Для чего мне дети?”. От того, каков ответ на сей вопрос, и зависитуровень рождаемости. Воспроизводство человека – это вопрос не благополучия земной жизни, а вопрос смысла этой самой земной жизни. Не всегда и не у всех народов земное благополучие является высшим смыслом земной жизни. Существует точка зрения, что корень демографического коллапса лежит в смене среды обитания: перебравшись в города, люди потеряли благоприятную биосоциальную среду для воспроизводства жизни. Уничтожение крестьянства и казачества с последующей сверхурбанизацией России подрубило корни и иссушило питательную почву могучего древа русской патриархальности.

Сегодня демографический рост, с этой точки зрения, невозможен без переселения обратно к земле. Однако, если посмотреть на переселившихся в русские города представителей иноэтнических диаспор, мы увидим, что эти, занятые в основном в торговом посредническом бизнесе, люди усиленно размножаются в наших городах, несмотря на скученность и малую площадь арендуемого и покупаемого ими жилья. Большинство из них оставило именно землю и село, чтобы перебраться в город – потому что здесь легче заработать на жизнь и пропитать многочисленную семью. Другой пример – православные священники. Некоторые из них живут не в отдельных усадьбах, а в городских квартирах, но детей у них рождается много – мотивация, заложенная церковной традиций, оказывается сильнее, чем “неумолимые законы урбанизации”.