Текст книги "Тренировочный День 16 (СИ)"

Автор книги: Виталий Хонихоев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

– Прижгем мы прыщики зеленкой, трагично освещая путь ланитам, персям девы юной, что так хотела свой объем. Белый стих.

– Ну вот и хорошо. – хлопает в ладоши Виктор: – значит двадцать минут еще, а? Костер разжигайте, шашлыка я намарировал вчера на бригаду… а я пока на холм поднимусь.

– А ты-то куда? – хмурится Маша.

– Это… – чешет в затылке он: – так я ж Ростовцеву тоже пари проиграл. Геннадию Владимировичу, тренеру «Медведей». Сгоряча пообещал, что вы их выиграете. Вот и…

– Погоди-ка… – Маша усиленно трет лоб ладонью: – ты же с нами поспорил что если мы проиграем, то мы перед поездом майки задираем, а если выиграем, то ты задницу показываешь. А с Ростовцевым поспорил что… на что?

– Да почти на то же самое… – разводит руками Виктор: – так я пойду, наверное. Склон крутой, надо бы успеть…

– Постой. – девушка вытягивает руку вперед: – дай-ка сообразить. То если – выиграли бы мы или проиграли – ты все равно бы на холме стоял? Ты что, больной так спорить?

– В тот момент ничего другого в голову не пришло… – он снова развел руками, на этот раз – как будто извиняясь.

– Так ты эксгибиционист. – тыкнула в него пальцем Маша: – это ты по парку культуры и отдыха в черном плаще ходишь и перед одинокими женщинами его распахиваешь! Признавайся, тебе это удовольствие доставляет – терроризировать население своим хтоническим… этим!

– Мария Владимировна… – качает головой Виктор: – как вы могли подумать. Вечерами я занят. Я распахиваю свой плащ перед женщинами по утрам, перед тренировками.

– Ты мне шуточками не отделаешься, Витька! Какого черта ты так споришь? И что… зачем тебе сейчас на склон лезть? Ростовцеву скажешь, что выполнил и все, что он – контролировать будет? И вообще… детское пари какое-то.

– Ну, детское, не детское, а выполнять надо. Не давши слово держись, а давши слово – … соответственно. – вздыхает он. Маша смотрит на своего тренера.

– Скотина ты Витька… – прищуривается она: – чертов манипулятор. Вот как с тобой? Теперь и у нас обратного пути нет.

– Обратный путь есть всегда.

– Только он для нас неприемлем… Эй, курицы! – она поворачивается к остальным девчонкам: – слушайте сюда! Я с Витькой пошла, на холм. Вы можете оставаться, пока костер разожгите.

– Чего⁈ Но… зачем? Витька… Виктор Борисович же сказал, что не нужно!

– Да! Останемся на поляне, шашлыки и «Массандра»… скоро тепло станет.

– Я сама пойду. – говорит она, отвечая на вопросительные взгляды: – для меня это важно. Я дала слово, я играла и проиграла. Понятно, что Витька тут пытался с нами в психологию играть, чтобы стимул был, и чтобы мы серьезно к матчу отнеслись, но ведь если я сейчас не сделаю этого, то в следующий раз уже не буду такое пари серьезно воспринимать. Да и в душе останется… осадочек. Как будто струсила. Конечно, страшновато перед поездом так становиться, но в этом-то и смысл, верно? Чтобы было страшно. Или стыдно. Иначе зачем пари вообще? Так что… это ловушка, девочки.

– Ловушка?

– Наш тренер продолжает с нами в ментальные игры играть. – хмыкает Маша, расставив ноги пошире и скрестив руки на груди: – он у нас опять «дает нам выбор», хотя никакого выбора нет. Скажи Маслова… в глубине души ты же знаешь, как именно нужно поступить правильно, да?

– Ну… – Алена опускает взгляд вниз и в сторону: – стыдно же… и страшно.

– Вот поэтому я и пойду с Витькой… – она оглянулась: – а где он?

– Да он уже на холм пошел! – говорит Наташа Маркова, тыча пальцем: – с Лилькой!

– Вот же… инопланетянка. Ей-то, конечно, как с гуся вода… – бормочет Алена Маслова: – ей и не стыдно никогда и не страшно, это же несправедливо…

– Лилька! Жди меня! – вслед за ушедшими рванула Арина Железнова: – я сейчас!

– Ну… я в кино у Савельева все равно почти голая снимаюсь… на широком экране перед всей страной, чего уж… – гудит Валя Федосеева и неторопливо шагает за ней.

– Странные способы у вас тут командный дух поднимать… – роняет Евдокия Кривотяпкина и качает головой: – ну, будучи в Риме – поступай как римлянин…

– Эй! И ты тоже… Брут! – выкрикивает Алена Маслова: – и… Юлька! Хоть ты скажи, что это – глупость!

– Демонстрация молочных желез перед проходящим подвижным составом – глупость. – кивает головой Юля Синицына: – а вот сплочение команды путем совместного прохождения через вызовы – отнюдь. Кроме того, эгоистично только о себе думать, Маслова.

– А о ком я еще думать должна⁈

– Например о людях, которые в поезде сейчас едут. Сколько радости ты им доставишь…

Глава 17

Глава 17

Административный протокол N_______

В присутствии ст. серж-том Ануфриевым В. Т. в присутствии понятых Ерофеева А. Н. и Терешковой Е. В.

Составлен в (город, село) Малые Колоброды

197___года _______________________ месяца ________ дня ______ часов ________ минут

Настоящий протокол составлен в том, что (указать, когда, где, кто совершил нарушение и в чем оно выразилось)

3 ноября 1985 года, примерно с 07 00 утра и до 07 10, непосредственно рядом с населенным пунктом Малые Колоброды группой лиц по предварительному сговору было совершено нарушение общественного порядка, подпадающее под статью 158 КоАП РСФСР. По факту совершения административного правонарушения были задержаны и опрошены следующие лица:

Полищук В. Б., тренер спортивной команды «Стальные Птицы» г. Колокамск.

Манюскина Ж. В., фельдшер

Волокитина М. В. мастер плавильного цеха

Маслова А. С. оператор прокаточного стана

Бергштейн Л. А. мастер настройки доильного оборудования

Железнова А. В. игрок команды «Крылья Советов», г. Москва.

Кривотяпкина Е. С. чесальщица-мотальщица мотального цеха, г. Иваново

Маркова Н. Ф. помощник тренера спортивной команды «Стальные Птицы»

Федосеева В. С. рабочая мартеновской печи

Синицына Ю. Ю. доярка третьей категории

Чамдар А. В. слесарь-разнорабочий

Миронова М. В. монтажник электрооборудования

У указанных лиц были отобраны объяснительные, каковые прилагаются к протоколу.

Дата 03.08.1985 г.

Подпись __________________

Объяснительная

Я, Полищук В. Б. от пояснений отказываюсь, свою вину признаю полностью. Последствия мне разъяснены, спасибо.

Дата.

Подпись ________________

Объяснительная

Я, Манюскина Жанна Владимировна, 1958 года рождения, уроженка г. Ленинград, в настоящее время работаю фельдшером на металлургическом комбинате г. Колокамска. Партийная, взысканий по партийной линии не имею, не привлекалась.

По существу дела могу пояснить следующее – девушки из команды «Стальные Птицы» очень ответственно подходят к своей физической форме, следуя спортивному режиму, строгой диете и набору упражнений. В настоящее время команда вышла из области на национальный уровень и уже выиграла три матча в первой лиге страны. Руководством Комбината и города команда была неоднократно поощрена за спортивные успехи.

Однако для повышения иммунитета, закалки и улучшения спортивных результатов спортсменкам было необходимо принимать воздушные ванные на природе. Природные энзимы хвойного леса (сибирской тайги) благотворно действуют на организм, позволяя советским спортсменам показывать выдающиеся результаты, в том числе и на международной арене.

В связи с этим, мною, как медицинским специалистом было принято решение о принятии воздушных ванн за городом. К сожалению, участок для процедуры был выбран без учета, проезжающего мимо поезда. В результате чего пассажиры поезда «Москва-Челябинск» были вынуждены наблюдать процедуру принятия воздушных ванна спортсменками. Полагаю, что это возмутительный поступок и пассажиры могли бы проявить понимание к советскому спорту и авторитету СССР на международной арене и отвернуться.

Что же до факта распития спиртных напитков и жарки шашлыков, то у команды выходной день, после матча и воздушных ванн спортсменкам нужно отдохнуть и расслабиться. Крымская «Массандра» прописана в умеренных дозах для успокоительно-терапевтического эффекта.

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Волокитина Мария Владимировна, 1959 года рождения, уроженка г. Колокамск, капитан спортивной команды «Стальные Птицы».

По факту совершения правонарушения могу пояснить что как капитан команды приняла это решение, мне и отвечать. Мы всей командой проиграли тренировочный матч с «Уральскими Медведями», а значит проспорили. Полищук В. Б. разрешил не выполнять условия пари, так как он хотел педагогического эффекта, а не скандала. Однако мной было принято решение все же выполнить условия пари, для чего я и забралась на холм.

Дата.

Подпись

Объяснительная

Я, Маслова Алена Сергевна, 1963 года рождения, уроженка села Мыскино, оператор прокатного стана по существу заданных мне вопросов могу пояснить следующее – неправда это все! Вот вообще неправда! Не было ничего! Привиделось что-то этим пассажирам поезда! Где доказательства? Нету никаких доказательств, а то, что говорят, ну так мало ли чего говорят, вон в передаче «Вокруг света» йети показывали, а йети не бывает! Им и летающие тарелки видятся и Бермудские треугольники, и сфинксы у них ночами говорят и сокровища майя закопаны в огороде у бабушки и вообще! Мы с девчонками просто цветы собирали, вот! Да, ноябрь месяц, ну и что! Для гербария, засохшие уже! А тут – поезд! Мимо! Мы встали и руками помахали! Вот и все! Да кто в нормальном уме будет поезду титьки показывать⁈ Да никто! Это просто машинист ошалел от увиденного и кааак надавил на свою гуделку, обормота кусок! Чтоб ему так на том свете гуделось! Вот все и прильнули к окнам! И тут у них это… галлюцинация и массовое помутнение рассудка случилось, вот! Мы между прочим – команда первой лиги, уважаемые спортсменки, все – мастера спорта, а кое-кто даже мастер спорта международного класса, как вы себе это представляете вообще, товарищ сержант⁈ Что мы такие – на холмик забрались чтобы титьки поездам светить⁈ Да за кого нас тут принимают вообще! И что за понятые такие⁈ Вон у мужика улыбка до ушей, он ни на что не жалуется, а этой девушке просто завидно!

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Бергштейн Лилия Александровна, 1965 года рождения, уроженка города Калининграда, мастер настройки доильного оборудования на гормолзаводе имени Клары Цеткин, по существу дела могу пояснить _______________________________________________________________

У Вали Федосеевой – самые большие. Такие – сферически выпуклые и округлые, как облака в небе. Если ей на колени голову положить и вверх посмотреть – полнеба закроет. Но она мне больше не разрешает так делать, потому что «я ее лапаю». У Маши Волокитиной – аккуратные и упругие и вперед торчат, как пики у рыцаря – вот так! Даже если бюстгальтер снять. Особенно, если снять. У Алены Масловой их нет и она очень переживает по этому поводу, хотя вот у меня тоже нет и я не переживаю. Чего переживать? Хотя даже у Яны Бариновой, восьмиклассницы – и то больше. Хотя, чего больше, у Яны они прямо внушительные! Не такие как у Вали, конечно, но все равно. Валины, кстати – даже режиссер оценил, он сказал, что она «Кустодиевская женщина» и что советское кино без Вали – обречено.

У Дульсинеи Кривотяпкиной – тоже ничего так. Она высокая и потому кажется, что они у нее маленькие, но это относительно, да она еще и утягивает их в спортивный топ. Дульсинея мутит с Дюшей Князевым и это даже хорошо, потому что Дюша – это не Дрон, который Лавров и Казанова, у Дюши нет двух девушек в Саратове и одной в Свердловске, он серьезный. И алиментов не платит, не потому что скрывается, а потому что детей нет. Если они поженятся, то Дюше придется в Колокамск переехать, потому что Дуля меня любит и никуда от меня не денется. А мне девчата в команде нравится. И Витька. И Жанна Владимировна, хотя она меня иногда ругает за то, что я «себя не берегу». А еще мне нравится шашлык, который Витька делает. И милиционеры что приехали – симпатичные и предупредительные и все время краснеют как на Валю смотрят. Кроме того….

(текст прерывается, виден росчерк пера)

Объяснительная

Я, Железнова Арина Валерьевна, 1967 года рождения, уроженка г. Балашиха, профессиональный спортсмен, являюсь мастером спорта международного класса, неоднократно в составе команды «Крылья Советов» представляла нашу страну за рубежом. По существу вопроса могу пояснить следующее – мы со старшими товарищами в команде ели шашлык и пили чай, когда на нас из лесу напали эти вот! Я буду жаловаться в федерацию волейбола и в спорткомитет! У нас режим и диета, у нас соревнования на носу, а вы нас задерживать!

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Кривотяпкина Евдокия Степановна, от дачи показаний и объяснений отказываюсь.

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Маркова Наталья Федоровна, 1964 года рождения, уроженка села Малые Колоброды, помощник тренера команды «Стальные Птицы» по факту происшествия могу пояснить следующее – произошедший инцидент мог случиться только в том случае, если он был заранее подстроен, нет, скорее – сконструирован.

Предлагаю начать с простого вопроса – Сui prodest (лат), что означает – всегда ищи того, кому это выгодно. Итак, кому же выгодно чтобы лучшая команда области, только недавно вышедшая в первую лигу – была опозорена и выброшена из чемпионата по основаниям совершения поступка, несовместимого со статусом советского спортсмена? Что же, давайте разберем по пунктам.

В первую очередь это конечно же конкуренты команды «Стальные Птицы», потенциальные соперники в чемпионате первой лиги. Новосибирский «Труд». Однако, хотя эту команду нельзя вычеркивать из списков подозреваемых, времени на то, чтобы подготовить масштабную провокацию у них было не так много, да и ресурсов тоже. Следующими стоят Ленинградский «ТТУ» и Рижский «Радиотехник». Эти команды в течении длительного срока удерживали пьедестал первой лиги и так просто они его не отдадут. В Колокамск уже приезжала их разведчица, Кира Ворошилова, она вынюхивала сведения и между прочим – попыталась даже рекрутировать наших игроков прямо посреди сезона, что не является нарушением как таковым с точки зрения юридической, но не принято.

Тем не менее я считаю, что следствию не стоит зацикливаться на очевидных гипотезах, потому что что «нет ничего более обманчивого чем очевидный факт» – как говорил Шерлок Холмс. Что если нам – увеличить перспективу и понять, что частное – лишь следствие общего? Из деталей вырастает мозаика выводов, общая картина. Кому же выгодно чтобы советские спортсмены проиграли? Кто желает поражения нашей страны на международной арене? Вывод вполне очевиден – это империалистические страны НАТО! Капиталисты всех мастей, завидующие силе и красоте нашей страны!

Вот так, задав один простой вопрос мы находим неожиданный ответ. Получается, что старший сержант Ануфриев вместе со своим коллегой – невольно льют воду на мельницу враждебно настроенных стран. Может даже – ЦРУ.

Однако я верю, что поняв это наша советская милиция осознает свою ошибку и отпустит советских спортсменов, пожелав им удачи и здоровья.

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Федосеева Валентина Семеновна, 1961 года рождения, уроженка поселка Негринск, Колокамской области, официально работающая как рабочая мартеновской печи в горячем цеху, могу пояснить следующее —

Человеческое тело – это венец творения природы, как говорил Антон Павлович Чехов – в человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли.

В то же самое время Федор Михайлович Достоевский писал, что – красота спасет мир! И да, мы принимали воздушные ванны, однако я считаю, что классики правы и стесняться своего тела последнее дело. На съемках фильма режиссера Савельева я увидела француженку Мишель Делори, которая совсем не стесняется своего тела, да и сам режиссер считает, что правильная демонстрация тела – вид искусства. Недаром во все века скульпторы ваяли красоту человеческого тела – будь то мужское или женское тело.

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Синицына Юлианна Юрьевна, 1963 года рождения, уроженка города Колокамск, поэтесса и мыслитель.

По существу заданных мне вопросов могу пояснить следующее —

Порыв, прорыв, вперед как встарь

Несутся кони мои вскачь!

С собой неся в стальную хмарь

Дни тысячи моих удач!

Но что нам затхлый воздух туч,

Тесны оковы наших душ!

Разрежет тучи яркий луч

Застой как башню ты разрушь!

Не просто плоть перед тобой,

Не просто девичья грудь!

Как штык, как меч возьми с собой

Упругость плоти не забудь!

Пусть Дарвин плачет в тишине

Млекопитающих отряд

Но комсомолок перси вне

Любую кривду победят!

Обнажены, распяты, наги

Под тысячами жадных глаз

Но нет назад у нас дороги

Мы – не прикроемся сейчас!

Ведь наше тело, наша грудь —

Лишь выраженье воли нас

Идти вперед, вперед шагнуть

Рванув под серостью фугас!

Монументальность и объем

Валькирии сверхмощный стан

Или у Масловой втроем

Как будто спрятала в карман…

Но груди всякие нужны,

Неважен цвет объем и вес

Величественны иль скромны

– они и движут весь прогресс!

Канарейкина Ю. – это псевдоним!

Дата.

Подпись

Объяснительная

Я, Чамдар Ай-Кыс Валиджоновна, род. 1964, уроженка с. Джума, Джамбайского района, Узбекской ССР, слесарь-разнорабочая по существу заданных мне вопросов могу пояснить следующее – вы, товарищ Ануфриев меньше на Вальку пяльтесь. Все равно протокол составлять не будете, раз уж Гоги Барамович приехал и с Витькой вино пьет… так что меньше на Вальку пяльтесь. Она у нас уже актриса и по ней все вообще сохнут. Не понимаю, чего вы все в ней находите? Она же сверху сядет – у вас что-то треснет или лопнет или сломается. Наверное, все сразу. Вы бы лучше вон на Сашку Изъюреву посмотрели, а вы ее даже не заметили и в протокол не внесли. Обидно. Мы с Сашкой в этой команде – невидимки. Все смотрят или на Вальку, или на Лильку, оно конечно понятно, эти две выделяются. Первая – вот просто выделяется, ростом и размерами, а вторая – своей бесшабашностью и энергией… а мы с Сашкой ничем не выделяемся. Мы тут вместо фона. А между прочим, если бы не Сашка, то мы бы «Медведям» еще сильнее продули бы, вот! А я вот Айгулю на поле могу заменить в любой момент и сыграть не хуже!

А вы все на Вальку смотрите. Обидно, да.

В общем, вот тут мой номер телефона и адрес, товарищ сержант. Позвоните как-нибудь.

PS – и долго не тяни, а то поздно будет! Я не Маслова, ждать не буду.

Дата

Подпись

Объяснительная

Я, Миронова Марина Владимировна вообще не понимаю зачем я все это пишу, если Гоги Барамович и сержант Ануфриев вместе с Витькой уже по сто грамм «за знакомство» опрокинули. Я тут новенькая в команде, но Витьку давно знаю, мы вместе в коммуналке жили, у него дверь по диагонали от нас со Светкой была. И, честно говоря, ничем особенным он там не выделялся, парень как парень, вежливый и юморной, да, но чтобы вот прямо его девушки осаждали – никогда такого не было! Я даже пару раз у него в комнате ночевала, когда к Светке ее Батор приходил… спала на кровати, а Витька – на полу. Кто бы знал, что он в тренеры уйдет, а потом меня в команду возьмет? Тогда он таким простым казался, руку протяни… а сейчас – старший тренер! И ладно что должность ответственная, Витька носу не задирает, но вот то, что вокруг него все вьются… это бесит. Раньше он кому был нужен, как его Анжела бросила? Да никому! Я даже подумывала из жалости с ним замутить, а сейчас на кривой козе не подъедешь. Официально они вроде как пара с Лилькой, но все в команде давно уже знают, что Лилька его попросила пару изображать, а так у них не парочка, а прямо шведская семья с Волокитиной. У меня только от этого глаза на лоб полезли, а тут еще и Валька иногда… и Гулька. И вообще – может они правду про «особые тренировки» говорят? Делают вид что шутят, а сами…

Бесит меня что Витька такой сразу бабник стал. Хотя вроде всегда был, но тогда больше потенциальный был бабник, а сейчас прямо кинетический. Дала бы сковородкой, но как дашь сейчас – он старший тренер. Устроили меня на Комбинат, зарплата тут в два раза больше, чем я в малярной бригаде получала, да еще доплаты за вредность и премии. И командировочные. И боны в спецзакупку.

А если я Витьку сковородкой – то все, обратно в малярную бригаду, а мне Комбинат только ордер выписал на заселение, пусть однокомнатная, но отдельная! И в спецзакупке я себе магнитофон купила, импортный, двухкассетный, «Шарп» называется, Светка как увидит – так облезет! Так что я с Витькой драться не буду, хоть и бесит он меня – сил нет! Вот в тот раз как у него в комнате в коммуналке ночевали, почему он себя как дурак вел⁈ Мог бы и понять… вот мужики все тугие! И козлы… как Витька.

Дата.

Подпись

Глава 18

Глава 18

– … значит и атмосфера на Венере плотнее и самое главное – бури. Вернее – ураганы. В общем как не назови – а скорость ветра на Венере достигает трехсот километров в час! А если он с собой еще и песок несет, то такой ветер в момент может человека до костей обглодать, как будто стая пираний! – вещает Оксана Терехова, сидя на школьной парте и подняв палец вверх: – представляете какой ужас⁈ Так что с точки зрения терраформирования легче на Марсе начинать, там хоть по поверхности ходить можно.

– Ну да. И на Марсе будут яблони цвести… – выпрямляется Яна Баринова и оглядывает классную комнату критическим взглядом: – ну вот и все. Доску вытерли, мусор выбросили, стулья на парты подняли, подмели и даже протерли. Сейчас Лиза и Инна с ведром вернуться и все. Домой. В этом месяце у нас аж три дежурства по классу подряд.

– Это потому, что нас четверо. А я вам говорила – идите домой, меня не ждите. – говорит Оксана, спрыгивая с парты: – но все равно я бы на Венеру слетала! Она к солнцу ближе и у нее название… романтическое. Венера. Богиня любви. А Марс – это бог войны. Война вообще отмирающее дело, в следующем столетии никто уже не будет воевать, люди поймут что это глупое, бесполезное и отвратительное занятие и будут… ну скажем картины рисовать, вот! Или книги писать там. Создавать симфонии, лепить скульптуры и летать!

– Летать? – Яна присаживается на подоконник: – люди и сейчас летают.

– А, разве это полет! – легкомысленно взмахивает руками Оксана: – все эти трубочки, шестерни, винты и гайки, масло и керосин. Нееет, по-настоящему летать! Как птицы! – девушка раскидывает руки в стороны: – раз! И полетели! А там, внизу – маааленькие человечки, леса, озера, горы!

– Фантазерка. – хмыкает Яна, вытягивая ноги вперед: – и куда эти двое запропастились? Всего лишь ведро с грязной водой вынести и в туалет на втором этаже вылить, где они?

– Сейчас подойдут. – пожимает плечами Оксана: – куда они денутся. – она подошла к окну, встала рядом с Яной и выглянула наружу. За окном уже сгустились тяжелые, сизые ноябрьские сумерки.

Город потихоньку погружался в вечер. Голые, скрюченные ветви старых тополей зябко покачивались под порывами холодного ветра, царапая стекло. Внизу, вдоль мокрой дороги, один за другим вспыхивали желтые фонари, выхватывая из темноты блестящие пятна стынущих луж и первые, редкие снежинки. А далеко на горизонте, над крышами пятиэтажек, пульсировало багровое зарево – Металлургический комбинат дышал огнем, подсвечивая низкие тучи красным, марсианским светом. Никаких яблонь. Только сталь, дым и гул.

В самом классе царил тот особенный, умиротворяющий полумрак окончания второй смены. Пахло мокрой половой тряпкой, меловой пылью и старым деревом. На коричневом линолеуме еще поблескивали влажные разводы. Парты стояли ровными рядами, ощетинившись металлическими ножками перевернутых стульев. Зеленая доска, тщательно вымытая Яной, казалась в сумерках почти черной. В углу уютно и монотонно шипела чугунная батарея, от которой тянуло спасительным теплом, а из щелей старой деревянной рамы, наглухо заклеенной белыми бумажными полосами на зиму, все равно пробивался тонкий, колючий сквозняк.

Оксана прижалась лбом к холодному стеклу.

– Лилька сегодня опять дома ночевать не будет. – сказала она тихо: – Гоги Барамович от нее записку передавал, они всей командой шашлыки жарили рядом с мостом, а потом милиционеры приехали. Так что она опять у Марии Владимировны будет ночевать. Наверное, опять с Поповичем… бедная Лиза.

– Чего это она бедная? – хмурится Яна: – она же сказала, что больше не будет страдать неразделенной любовью и что влюбиться в своего физрука в школе – это штамп, клише и банальность, а она себе старшеклассника найдет. Этого, как его… Андрея?

– Ну ты даешь, Барыня! – всплескивает руками Оксана: – и ты ей поверила⁈ Как можно Боярыне верить вообще? Она же что говорит – совсем другое чувствует! А Попович – кобель, при всем моем к нему уважении как к бывшему классному!

– … вот интересно, чего в нем такого есть, что все к нему липнут как мухи на мед? – задается вопросом Яна и прикусывает губу. Поднимает голову и встречается с серьезным взглядом своей подруги.

– Да я просто так! – поднимает она руки перед собой: – … просто любопытно же! У мамы на работе дядя Коля есть, так он всю жизнь бобылем, а чем он от Поповича отличается? Он, между прочим, слесарь-фрезеровщик шестого разряда, на станках с ЧПУ работать может! И умный, в шахматы играет знаешь как хорошо! Книги читает разные… а что толку? Никого у него нет. А вокруг Поповича столько женщин вьются! И все – красавицы! Чего только твоя Лилька стоит!

– Лилька – Ирия Гай, она инопланетянка и на нее ваши общественные стереотипы и штампы не действуют! – вздергивает нос Оксана: – может у них там на планете Вестер так и положено, чтобы один мужчина и две женщины в браке были, а? Или вон как у Айзека Азимова, когда в инопланетном союзе трое должны участвовать – Эмоциональ, Рационал и Пестун. Эмоциональ – это как наша женщина, Рациональ – это мужское начало, а Пестун – это что-то вроде няни, материнское и отцовское начало.

– Нормально. – кивает Яна: – то есть эти двое заделали ребенка и скинули на няньку? Тогда у нас тоже инопланетный брак есть – мама, папа и бабушка.

Дверь в классную комнату со стуком распахивается. Внутрь вваливаются две девочки. Одна – в школьной форме, а другая – в джинсах и бежевой кофточке.

– Мальчишки опять подрались! – выкрикнула та, что в школьной форме: – прикиньте! Лермонтович снова с Борисенко подрался!

– И как ему не надоест уже? – пожимает плечами Оксана: – он же все время проигрывает. У Артура старший брат каратэ занимается и его приемчикам научил.

– Ха! Держись за парту, Ксюха! А знаешь почему они дерутся? Или вернее… – девушка в школьной форме прищурилась и бросила взгляд на свою подругу в джинсах и кофточке: – вернее из-за кого?

– Инна… – подруга складывает руки на груди и закатывает глаза: – ну хватит. Нашла, о чем…

– Они дрались из-за нее!

– Что⁈

– Правда⁈

– Инна…

– Нет, правда! Это был рыцарский турнир! – веселится Инна Коломиец: – вот даже до обычного своего ристалища не дошли, прямо в холле подрались! За руку прекрасной дамы, Нарышкиной Елизаветы! Сколько крови, сколько песен за прекрасных льется дам! Ой, я не могу!

– Инна!

– С ума сойти… – качает головой Оксана: – серьезно? А ты… ну ты… Лиза?

– Я вот уже шестнадцать лет как Лиза. Для тебя – Елизавета Петровна, если что, Терехова. Ну что, пошли домой? Надо свет выключить как выйдем.

– Ну нет, ты тему разговора не меняй, Лиза! А ты что думаешь⁈

– Ксюш. – Яна вскакивает с подоконника: – оставь ты Лизу в покое, сама же сказала, что у нее период тяжелый сейчас…

– Чего? – Лиза повернулась к Оксане и сделав шаг – ловко схватила ее за шиворот: – Терехова, ты чего обо мне слухи распространяешь⁈ Что еще за период у меня? А⁈

– Ай! Отпусти! У тебя руки как железные! Ай! Боярыня! Умоляю!

– Терехова!

– Лиза, отпусти Ксюшу, пожалуйста! Она ничего такого не сказала, просто что ты до сих пор по Поповичу сохнешь и…

– Я тебя убью, Терехова!

Тяжелые, обитые облезлым дерматином двери школы с глухим вздохом закрылись за их спинами, отрезая запахи теплой меловой пыли и столовских булочек.

Улица ударила в лица колючим ноябрьским холодом. Воздух был злым, свежим, пахнущим мокрым металлом и первым настоящим снегом. Девчонки дружно поежились, на ходу заматывая шарфы и пряча покрасневшие руки в карманы курток и пальто.

Город уже окончательно утонул в темноте. Вдоль улицы Архитекторов уныло горели желтые фонари – через один. Их тусклый свет выхватывал из мрака голые, раскачивающиеся на ветру ветви деревьев и блестящие корки льда на лужах. Под ногами, взламывая этот лед, глухо хрустели сапоги.

– По восемь уроков в день, «нынче в школе первый класс круче института», – проворчала Лиза, глубже натягивая вязаную шапку. В свете фонаря пар от ее дыхания вырывался густыми белыми облачками. – Идешь в школу – еще темно. Идешь из школы – уже темно. Жизнь проходит мимо. Молодость проходит мимо. Все проходит мимо. Какой смысл учиться, если жизни не остается.

– Это у тебя просто период такой, – мстительно хихикнула Ксюша, благоразумно отскакивая на шаг в сторону, чтобы снова не получить по шее.

– Я тебе сейчас знаешь куда этот период засуну, Терехова…

– Девочки, ну хватит! – Инна перепрыгнула через лужу, взмахнув портфелем. – Давайте лучше подумаем, что нам историчка завтра устроит. Она сегодня на перемене злая как собака была…

Они свернули с освещенной улицы во дворы, чтобы срезать путь. Здесь фонарей не было. Только тусклые желтые квадраты окон пятиэтажек да громоздкие тени от трансформаторной будки и длинного ряда металлических гаражей. Ветер в этой каменной трубе завывал особенно тоскливо, гоняя по асфальту какую-то жесткую картонку.

Оксана внезапно замолчала.

Лампочка над подъездом крайнего дома замигала и с треском погасла.

Ксюша остановилась. Ей вдруг почудилось, что звук шагов за их спинами не совпадает с их собственным ритмом. Хрусть. Хрусть. Пауза. Она резко обернулась. Никого. Только черная пасть арки между домами. Но в этой арке, там, где свет от уличного фонаря не мог пробить густую тень, что-то было. Не человек, нет. Что-то бесформенное, плотное, тяжелое. Оно словно дышало вместе с порывами ветра.

Сердце ухнуло куда-то в желудок. Волоски на руках под шерстяным свитером встали дыбом.

– Эй, астронавт, ты чего зависла? – окликнула ее Яна, остановившись в нескольких метрах впереди.

Оксана сглотнула вставший в горле ком. Темнота в арке шевельнулась. Наверное, это просто тень от качающейся ветки. Наверное. Но проверять не хотелось до одури.

Она почти бегом догнала подруг и намертво вцепилась в рукав Лизиной куртки.

– Боярыня… – голос Ксюши предательски дрогнул. – Девочки…

– Что случилось? – Лиза сразу перестала ворчать, почувствовав железную хватку подруги. – Ногу подвернула?

– Нет. – Оксана оглянулась через плечо. Темнота, казалось, подползла ближе. – Проводите меня до дома. Пожалуйста.

Яна удивленно моргнула, поправляя сползающий с плеча ремень портфеля:

– Ксюх, ты чего? Тебе тут два двора пройти, вон ваша пятиэтажка торчит.

– Я знаю. Но пожалуйста, – она сжала Лизин рукав так сильно, что побелели костяшки пальцев. – Мне… мне страшно. Там кто-то есть. Или что-то.