Текст книги "Невеста ледяного дракона в академии (СИ)"
Автор книги: Виктория Цветкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
11.1-11.3
11.1
Я предполагала, что для подтверждения личности придется обращаться к отчиму. Однако, как ни готовилась, звуки низкого властного голоса оживили яркие впечатления от многочисленных выволочек, которые доставались на мою долю в отрочестве. Только мысленно дав себе подзатыльник и напомнив, что мне давно не десять, я вернулась в тревожное настоящее.
– Кузен Джерт! Рад слышать после стольких зим! – голос лорда Дирка, немного приглушенный из-за огромного расстояния, излучал восторг.
Красивое лицо ректора осветила любезная улыбка. Если не знать, как неприятно ему общение с родственником, я решила бы, что у них прекрасные отношения.
– Ты не изменился, Дирк, все такой же. – Отдав дань формальностям, Джерт арк’Брокк стал серьезным. – Я по делу. Получена странная бумага от одного из ведомств Надании.
– Вижу, что ты все так же прямолинеен, кузен, – отчим нарочито громко вздохнул. – Я в курсе запроса из Зангрии. И что же в нашем ответе кажется тебе странным?
– Выходит, ошибки нет? Девочка жива, но объявлена мертвой?
– Ты как никогда прав, кузен. Король подписал бумаги еще три недели назад.
– В то время сьерра Дана действительно числилась пропавшей, однако теперь она нашлась. И с ней все в полном порядке.
– Ха-ха, ты проверял, что ли? Почему так уверенно говоришь?
– Хм, сьерра Данаиса – невеста одного из самых завидных женихов Ангрианна, лорда энн’Галлдиора.
– Хм. Забавно. А эльфа не смущает, что у нее нет имени? Артефакт рода дей’Фиерволф уничтожен. Ты знаешь, что это влечет за собой. Наследство ее отца выдано несостоявшемуся жениху в качестве компенсации.
Я обмерла. Так вот, о чем приходил поговорить Нико! Уже тогда, в Аламо, ему было все известно: не случайно он обмолвился, что на мне никто не женится. Выслушай я его, избежала бы сегодняшнего позора.
Сознание вдруг начало уплывать. Наверное, и ноги подкосились, потому что дей’Хант вдруг оказался рядом. Поддержав за плечи, усадил в кресло возле ректорского стола и втиснул в руку стакан с водой.
А разговор продолжался. Ректор повысил голос. На плечи снова надавила яростная драконья аура.
– Как ты посмел разбить камень ее рода? Ты ведь знал…
– Осторожнее, Джерт, даже ледяным не позволено оспаривать решения королевского дома Надании, – немедленно вспыхнул огненный. Затем резко успокоился и продолжил с прежней любезностью: – Что до побуждений, я объясню тебе по-родственному, если нужно. Мы с женой были опозорены, когда дерзкая, эгоистичная девчонка нарушила волю Повелителя драконов и сбежала от жениха. Где и с кем она пропадала, неизвестно. Стоит ли упоминать, что, если бы об этом узнали, в глазах общества она была бы обесчещенной, а на имя семьи легло позорное пятно.
– Не надо утрировать, Дирк! Мы оба знаем, что ты, как лорд-канцлер, способен замять любые слухи. Никто не посмел бы вякнуть.
– Спасибо за веру в меня, дорогой Джерт. Но я не всесилен и живу в окружении врагов. А они молчать не станут.
– Да брось…
– Поверь, это было непростое решение. И оно принято ради сохранения доброго имени и чести всего клана. Вопрос Данаисы теперь закрыт. Как она будет жить, ни мне, ни ее матери неинтересно. Неблагодарная отвергла брак с красивым, достойным молодым драконом и сама выбрала путь бесчестия и безвестности. Я очень надеюсь, что благородный лорд энн’Галлдиор одумается и возьмет свое слово назад.
Обвинения Дирка арк’Брокка били меня, словно пощечины. И тем обиднее, что, действуя импульсивно, я действительно не думала о последствиях, не рассчитывала, чем все обернется, была одурманена своей первой любовью. А на поверку оказалось, что не было никакой любви. Мои щеки пылали от стыда, а сердце разрывалось от боли и возмущения. Да, скоропалительный побег был моей огромной ошибкой, но наказание – уничтожение кристалла рода, хранящего всю силу и память предков, – несоразмерно содеянному.
– Скажи, существует ли хоть малейшая возможность вернуть девочку в лоно рода? Может, ее примут родственники, раз артефакта ее семьи больше не существует?
– Как трогательно ты печешься о ней! Поверь, на добро она ответит очередной неблагодарностью. Нет, как глава клана и канцлер Надании, могу заверить, что ни одна семья ее не примет.
После этого категоричного заявления, не меняя фальшиво-дружелюбного тона, мой бывший отчим распрощался, сославшись на доклад у короля.
Несколько минут в кабинете стояла тишина. На большом стенном экране мигали какие-то символы, но ректор, откинувшись в кресле, не обращал на них внимания.
– Ну что ж, мне как будто больше нечего здесь делать. – подал голос герцог дей’Тар. Он спешно поднялся и, поклонившись, направился к дверям. – Благодарю, лорд арк’Брокк, что уделили время.
– Надеюсь, вы удовлетворены, эйс дей’Тар? – голос ректора догнал гостя уже на пороге.
Тот резко остановился:
– Вполне. Я всегда доволен, когда справедливость торжествует. Пускай девушка не самозванка, но она все-таки безродная, и ей не место здесь.
Высказавшись, он важно удалился в полном сознании своей правоты.
И ведь не поспоришь. Мне действительно не место в лучшей академии магии на Андоре.
Эйс дей’Хант небрежно развалился в кресле, которое только что покинул отец Шеллара.
– Мне жаль тебя, Дана-таран, но он прав. Попечители и родители учеников забросают короля жалобами, если кто-то из наших студентов не будет иметь рода.
Декану не терпится избавиться от неудобной ученицы? Впрочем, он ведь никогда и не скрывал этого.
– Адер, тебе не пора вести первый курс на практику? – спросил ректор довольно раздраженно.
– С этим справятся и наставницы, Джерт. От неумех, которых мы напринимали в этом году, я не жду сюрпризов. Главный нарушитель здесь, и скоро я от него избавлюсь. Было приятно с тобой работать, Дана.
Хотелось сказать, что я считаю его напыщенным индюком. Но в моем положении лучше держать слова и мысли при себе.
Ректор писал что-то в маговизоре, но сейчас отвлекся:
– Подожди прощаться, Адер. Дана у нас самородок, а талантливого студента я могу оставить на особых условиях. С королем договорюсь.
– О нет! – декан боевиков шутовски закатил глаза, и я вдруг поняла, что он только играет роль сноба и дразнит нас с ректором.
– Именно. Если ты не хочешь талантливую студентку, ее возьмет арк’Асгейрр. Он уже выражал желание заполучить ее после третьего курса.
– Только не этот старый развратник!.. – Адер зажмурился в притворном ужасе. – Ладно, уговорил.
Что? Я остаюсь?
11.2
Самой не верилось, но, благодаря заступничеству ректора, я осталась в академии. Внешне все было как прежде: комната в преподавательском блоке, место в столовой на втором уровне, лекции, практика. Изменилось лишь отношение. Раньше для однокурсников я была чужой, непонятной, но все-таки принадлежала к высшему классу, и с этим не могли не считаться даже самые завзятые грубияны и наглецы. Теперь же меня вычеркнули из одной касты общества, а в другую я не попала. Меня презирала знать и не принимали простолюдины.
Однако я восприняла свершившееся не так уж остро. Такой характер с детства: я не интересуюсь мнением неблизких мне людей. Хорошо это или плохо, но эта защитная реакция помогла в детстве пережить равнодушие матери. А еще наложила отпечаток ранняя юность, проведенная среди чужих и очень разных людей в пансионе – там тоже имелись недруги, на мнение которых мне было начхать.
Гораздо хуже сознавать, что мой род – славный и древний – загублен благодаря моему же легкомыслию. Ни о чем другом я не жалела. И винила только себя. Вот причина моих странных снов про пещеру, жуткую тень, падение в пропасть. Вот почему я слышала папин голос. Мое легкомыслие привело к столь печальному итогу. Можно было предположить, что огненный станет мстить, и хотя бы попытаться выкрасть родовой артефакт предков из сокровищницы дракона.
Но предаваться сожалениям и грусти мне было некогда.
После визита в ректорат несколько часов подряд я зажигала палочки на практике. Получалось неплохо и с контролем справлялась уже лучше, так что декан отпустил меня с обеда, чтобы я подтянула теорию.
Академия сегодня была почти пуста – студенты всех курсов по средам разъезжаются: кто в тренировочный лагерь, кто на практику. Так что, я спокойно прогулялась по безлюдному парку, пообедала и вернулась в комнату.
Вскоре снова вышла на улицу с двумя запечатанными конвертами. Один был адресован госпоже Ринии в Аламо для Эйнара, а другой – в юридическую контору, где мы заключали договор. Ректор поддержал мою идею расторгнуть помолвку с наследником эльфов, чтобы глава Дома Высокого Клена не примчался сюда с угрозами и проклятьями. Первородные лояльны к своим побочным детям – могут стерпеть даже полуорка, если он одарен магией природы, однако не стоит подставлять Эйнара, навязывая еще и безродную невесту. Царь белого народа благороден и вряд ли решил бы первым расторгнуть договор, который теперь позорит его. Потому за него все сделала сама.
Во второй половине дня небо затянуло серыми тучами. Когда я вернулась в общежитие, в комнате неприятно сгустились тени. Я задернула штору, зажгла светильник и обложилась учебниками по магфизике и теоретической магии. Непонятные места выписывала: расспрошу магистра ди’Бри в субботу. К моему удивлению, новый материал не был таким уж сложным. Доступно объяснялось то, что раньше казалось просто чудом, и я даже увлеклась, решая задачки.
Когда услышала скрежет со стороны окна, с удивлением обнаружила, что на улице совсем стемнело.
Снова какой-то шорох. Сердце подпрыгнуло и заколотилось в испуге.
Кто-то лезет ко мне?
Я погасила свет. Огненный сгусток величиной со среднее яблоко на моей ладони озарил комнату теплым оранжевым светом. И да, я влила в него ровно столько силы, сколько нужно, чтобы отучить любого лазить по окнам.
Снаружи правильно истолковали смену освещения – скрежет немедленно прекратился и до меня донеслось приглушенное:
– Спокойно, Дана. Это Яр.
Я мигом погасила шарик и выглянула в окно. Одна створка была уже приоткрыта. Из темноты на меня уставились жутковатые светящиеся глаза оборотня.
– Звездной ночи. Разреши войти, нужно поговорить.
Я растворила окно и отошла, прибирая конспекты и учебники, неряшливо разбросанные по столу.
Высоченный оборотень бесшумно переступил через подоконник в комнату, закрыл окно и задернул занавеску. Я зажгла лампу, слегка приглушив ее свечение. Села на единственный стул, предоставив гостю стоять. Но припозднившийся нахал тут же сдвинул стопку учебников и боком присел на столешницу.
Я молча выжидала, когда гость объявит о цели прихода. C Яром мы не так уж близко знакомы, зачем ему вламываться ко мне? Если сделает непристойное предложение – не стану долго возмущаться. Просто поджарю.
– Я слышал… те сплетни.
– Если то, что я безродная, то это не сплетня, а правда, к сожалению.
– Ты расстроена?
– А ты как думаешь?
– Никак! У моего народа есть понятие клана и изгнания из него. Это совсем другое.
– Да, я расстроена. Но злюсь больше на себя. Нужно было позаботиться об артефакте рода, прежде чем бежать из дома.
– Не всегда есть время на раздумья. Я такой же, как ты. Когда нужно действовать, действуешь. Говорят, мудрость приходит с годами. – Яр невесело рассмеялся: – Лет через пятьдесят будем и думать, и планировать. Только действовать уже не получится.
Его легкий тон рассеял грусть и напряжение, и я улыбнулась.
– Я пришел сказать, что оборотни за тебя, Дана. Обращайся к любому, тебе помогут. Мы далеки от предрассудков людей.
На сердце потеплело: у меня все-таки остались друзья!
– Спасибо. Я очень рада, что твой народ не поддерживает чужих предрассудков.
Яр улыбнулся в ответ, но сказать ничего не успел: входная дверь вдруг с треском распахнулась. На пороге в наспех наброшенном камзоле стоял Адер дей’Хант, мрачный и холодный, словно осенний вечер. Осмотрев комнату и убедившись, что мы всего лишь спокойно беседуем, мужчина немного расслабился и привалился плечом к косяку.
– Тореддо, что ты делаешь в комнате студентки? – декан почти шипел. Это у дей'Ханта, как я уже знала, признак крайнего раздражения.
– Разговариваю с Даной, – спокойно ответил Яр. Он даже позы не переменил, только глаза настороженно сузились. – Пришел подбодрить ее.
– Подбодрил? Теперь вон отсюда! И помни, моя комната на втором этаже, прямо над этой – так что, забудь дорогу!
Яр смерил мужчину недобрым взглядом и направился было к окну.
– Куда? – шепотом заорал декан. – Выходи, как подобает, через дверь. Еще увидят, как ты через окно лезешь!
– А в коридоре не увидят? – ворчливо парировал Яр, но неохотно воспользовался традиционным выходом.
Декан наградил меня мрачным взглядом и молча закрыл дверь с той стороны. Я с облегчением выдохнула – боялась, что эйс начнет винить меня и читать нотации: к порядочным девушкам по ночам мужчины не приходят! Усмехнулась, вспоминая недовольную физиономию Яра, когда того выгонял магистр. Да я и сама немного расстроилась, что нас прервали – хотела ведь расспросить оборотня о том, что его гнетёт. Представится ли другой удобный случай?
В раздумье послонявшись по комнате, я вновь уселась за учебники.
11.3
Вечером я засиделась за учебниками, спать легла за полночь, так что, услышав сирену, просто закрыла голову подушкой и продолжила спать. Поэтому на учебу пришлось собираться в пожарном порядке.
По четвергам до обеда наш курс занимается в корпусе Теоретической магии, потому я надела длинную узкую форменную юбку, белую блузку и пиджак. Вчера выдалась свободная минутка, и я, наконец, разобрала сумку, с которой приехала сюда. Среди одежды и белья обнаружила фиолетовый кристалл на цепочке, подаренный Эйнаром. Странно, но я не вспоминала о нем с того вечера, как сняла, вернувшись из театра. А ведь этот артефакт должен охранять меня от мелких пакостей магического характера. Теперь, когда меня не защищают мое имя и статус, такая предосторожность нелишняя. Так что я спрятала маленькое сокровище под блузку.
Чистые тетради и стилос были заброшены в сумку, и я вылетела из комнаты, влившись в стройный поток припозднившихся на завтрак студентов.
Не люблю утро. А если это утро первого дня в новом качестве отверженной – не люблю его вдвойне.
Как чувствовала, что окружающие постараются сделать мою жизнь «слаще». Срезая путь к столовой возле стадиона, я услышала сзади тоненький вскрик и шум падения. Оглянулась на бегу: симпатичная блондинка в светлом костюме целительницы с ошарашенным видом сидела посреди дорожки, а вокруг ее лодыжки кольцом обвился вылезший из-под земли корень. Я бы подумала, что кто-то грубо подшутил над бедняжкой, если бы не недоуменный взгляд, обращенный ко мне.
«Тебе не понятно, милая, почему упала ты, а не я? Просто не нужно делать другим гадости!»
Подруги незадачливой целительницы проводили меня возмущенным шипением.
На лекцию по теоретической магии я пришла за несколько минут до звонка. С порога заметила, что мое обычное место сегодня уже занято: рядом с Ги, гордо задрав нос, восседала Мелена. Не останавливаясь и делая вид, что в упор не вижу Марвейна и его пассию, я хотела подняться по проходу – сзади имелось несколько свободных мест. Но тут меня окликнули с другого конца аудитории.
– Дана, проходи сюда! – с парты во втором ряду мне помахала изящная девушка с неуловимо хищными чертами лица и сверкающими яркой зеленью глазами. – Тут есть место.
Я резво направилась на зов. Села у самого окна, рядом с позвавшей меня оборотницей.
– Спасибо.
– Не за что! Альфа приказал помогать тебе, так что рада, что смогла быть полезной. Меня Зоэ зовут.
Ах, вот как, значит, оборотни выполняют приказание Яра! Ничего себе у него власть! Впрочем, это не умаляет моей благодарности.
– Спасибо, Зоэ. Буду рада, если смогу отплатить тебе добром.
Оборотница равнодушно кивнула, вероятно, полагала, что от благодарности отверженной человечки пользы ей мало. Может, она и права.
Лекция началась. Знакомый уже по магфизике профессор ди’Бри чертил в своем маговизоре схемы заклинаний, а те отображались на инфо-экране за его спиной. И никого здесь такие чудеса техники не удивляли – только меня, провинциальную простушку.
Сухое изложение лекции навевало сон, у профессора был удивительно монотонный голос. Даже в учебнике материал подан увлекательнее, с примерами из жизни и практики магов прошлого. Вчера я неплохо продвинулась, потому лекция казалась не заумной, а просто скучной.
А прямо за окном, возле которого я сидела, горели на солнце ало-оранжевые розы, порхали бабочки, за кольцевой аллеей виднелся кусочек парка…
– Юная студентка, вы там женихов высматриваете? – профессор ди’Бри вдруг перестал журчать и оторвался от маговизора.
По рядам аудитории полетели обидные смешки.
– Повторите, студентка эээ… Дана, что я только что сказал.
Дана. Теперь у меня нет фамилии. И это очень, очень тяжело сознавать. Это хуже всего, ведь я привыкла гордиться знатным именем.
Я встала и, не обращая внимания на насмешки в шепотках соседей, ответила:
– Вы говорили: «Формулы заклинаний состоят из двух или трех блоков. Несущей части, прилагаемой силы и, в более сложных случаях, особого условия. Сейчас мы говорим о заклинаниях второго и третьего порядка» …
Профессор важно кивнул:
– Хорошо, садитесь, Дана, но в окошко надо глазеть на переменах.
До конца лекции я смотрела исключительно на загорелую лысину профессора.
Когда прозвенел спаситель-звонок, и студенты повалили из аудитории, я тоже вышла, стараясь держаться в стороне от острых локтей девушек и загребущих рук юношей (последние, кажется, приняли понижение моего социального статуса слишком буквально).
Неподалеку от входа в учебный корпус декан боевиков беседовал с двумя старшекурсниками. Заметив меня, он знаком отпустил их.
– Дана, подойди.
Я приблизилась, и вместе с дей'Хантом отошла в сторону от любопытных сокурсников. Убедившись, что никто нас не слышит, мужчина повернулся ко мне:
– На, держи!
В руку лег тонкий граненый прямоугольник из прохладного металла. Я удивленно вскрикнула.
– Маговизор?!
– Точно, ты догадлива, – губы мужчины дрогнули в ироничной усмешке. – Теперь отойди в сторонку от остальных и включи его.
Не дав времени на расспросы, декан повернулся на каблуках и быстро направился к зданию администрации. Я постояла, ошарашенно глядя ему вслед, и побрела в парк.
Зачем мне дорогущий артефакт связи и что будет, если или, вернее, когда, я включу его?
Нырнув под зеленые кроны, я поспешила отдалиться от людных дорожек. Моя любимая скамейка в зарослях покрытого душистыми цветами снежноягодника была не занята. Я уселась на прохладный зеленоватый мрамор и положила рядом артефакт связи. Темный металл загадочно поблескивал, причудливо отражая толстые стволы деревьев вокруг, листву и клочок голубого неба.
Подушечкой большого пальца я провела по выпуклой кнопке управления. Легче легкого нажать ее, но дальше что?
Зачем мне маговизор? С кем мне общаться? Я одна в целом мире, и никто не ждет вестей от меня. Даже Эйнар вне связи.
Декан сказал просто включить, но зачем? С несвойственной мне прежде осторожностью медлила, а между тем, краткие минуты перерыва истекали.
«Что с тобой, Дана? Ты заразилась вредной нерешительностью? А как же девиз: сначала делаем, а потом думаем?»
Я шумно вздохнула и надавила кнопку. Экран заполнил голубоватый свет – так всегда бывает, когда прибор настраивается на вызов на дальние расстояния. Звук знакомого голоса долетел до меня быстрее, чем появилось изображение.
– Светлого дня, Дана…
12.1-12.3
12.1
Сначала меня бросило в жар, потом в холод, и пришлось вцепиться в маговизор, чтобы он не выскользнул из ослабевших пальцев.
– Ты?
Уголок рта ледяного дракона слегка дернулся в намеке на улыбку.
– Кого-то другого ожидала, малышка?
Синие глаза смотрели еще более твердо и пронзительно, чем мне помнилось. Нико выглядел немного уставшим, под глазами залегли легкие тени. Я невольно отметила, что одет он по-домашнему – тонкая белая рубашка расстегнута до середины груди.
– Что, неужели своего Эйнара ждала? – Красивый рот мужчины искривила саркастическая ухмылка.
Я закатила глаза. Ну что сказать? Замечательное начало разговора! Мы снова воевать собрались?
– Тебя не ждала! – ответила, кстати, правдиво. – Ты что, знаком с деканом боевого факультета?
– Ну да, мы приятели.
Как интересно! И где же они познакомились? Неужели дей’Хант бывал в Иллирии? Это же закрытая страна. В голове роился с десяток вопросов, но я задала главный:
– Надеюсь, ты не просил его следить за мной?
Нико закусил губу, что было, как я помнила, признаком досады, и сел, чуть наклонившись вперед.
– Дана, мы опять с тобой не о том говорим. Я сожалею, что мерзость, которую сотворил твой отчим, выползла наружу. Я пытался избежать этого… Клянусь, я найду способ вернуть тебе имя, милая.
Я тяжело вздохнула. Конечно, мило, что Нико переживает и принимает участие в моей беде, но что он может сделать?
– Как? Склеишь камень, который разбил мой отчим? – фраза прозвучала ворчливо и даже грубо. Я не хотела показывать дракону всю горечь, что скопилась внутри. Но удержаться было трудно. – Не нужно мне помогать из жалости.
– Это не жалость! Я обращался к Повелителю Иллирии и тот, подтвердил: мы не сможем пожениться, пока я не верну тебе имя.
Я сжала зубы. Опять он об этом?
– Только-то? Ну тогда и вовсе не старайся, потому что я не собираюсь за тебя!
Против ожиданий, Нико не рассердился, а рассмеялся. Синие глаза засверкали шаловливыми яркими искорками.
– Мы поговорим об этом, когда я приеду.
О нет, только не такой взгляд! Пожалуйста! Перед ним я безоружна!
– К счастью, сюда не пускают посетителей! – нашлась я.
– Ничего, это не проблема. Теперь, после перевода в Южный легион, я ближе к тебе, чем твой липовый женишок. – Нико вновь стал серьезным: – Послушай, милая, я хочу, чтобы ты обращалась ко мне всегда, когда тебе что-то нужно. Я положу на твое имя…
Вой звонка перекрыл все звуки. Я воспользовалась этим.
– Послушай, Нико, мне ничего от тебя не нужно. Не думай, пожалуйста, что чем-то обязан. Буду рада, если вернёшь хотя бы часть наследства моего отца, но содержать меня излишне.
– Это не обсуждается, Дана. Не упрямься.
Ох, ледяной дракон, такой… дракон!
– Мне пора на лекцию. Спасибо за заботу, но я ни в чем не нуждаюсь. Пока!
Нажала на кнопку, обрывая вызов. Выключила артефакт, чтобы не было соблазна снова увидеть этого мужчину.
Нико имеет право считать меня неблагодарной, ведь он спас мне жизнь, а я даже толком не спасибо не сказала. Но мы столько ссорились… Только и делаем, что спорим… и целуемся. Он не прислушивается к чужому мнению, не понимает моей смертельно раненной гордости.
В том, что со мной произошло, вины Нико нет. Думаю, я все же правильно сделала, сбежав от него, хотя это и вылилась огромными неприятностями. Нико арк’Одден слишком властный, рядом с ним я маленькая и слабая. Таю от взгляда синих, как небо, глаз.
Я подняла голову и взглянула в темно-голубой клочок неба в просвете между кронами. Высоко, почти под облаками, серебряными точками парили всадники на вердах. Летят на запад, наверное, в Иллирию. На миг захотелось вот так же улететь от всех, устроиться на новом месте – там, где никто меня не знает… Нет, не годится, первый же опытный маг раскроет обман.
Я должна быть сильной. Мне не нужен никто, я сама добуду себе имя.
Изумительная лесная тишина вокруг и безмятежные трели птиц говорили, что лекция давно началась. Как на грех, это была «География Андора», и вела предмет наставница Солей, которая еще с «Истории мира» имела на меня зуб. Вот не хотела опаздывать на ее предмет, собиралась стать самой ответственной студенткой. Но видимо, не судьба.
Я пробежала по тихому коридору и остановилась перед аудиторией. Припала к прохладной поверхности двери, до меня долетал размеренный голос Эрмины Солей, которая вещала о каких-то реках.
Ну, делать нечего. Я поскреблась и отворила дверь.
Все взгляды тут же сосредоточились на мне. Что ж, мне не привыкать. Но опаздывать еще раз после прошлого скандала – похоже на вызов: ну-ка, наставница, выгони меня еще раз к ректору и вновь получи выговор от разъяренного дракона! Но у меня и в мыслях такого не было.
Солей оборвала повествование о реках Зангрии и холодно уставилась на меня.
– Извините, – пробормотала я, глядя на ступени профессорской кафедры.
Эрмина Солей уже растеряла большую часть авторитета в глазах студентов на прошлой лекции, а теперь оказалась перед сложной дилеммой: выгнать меня, рискуя снова нарваться на гнев ректора, или позволить занять свое место, но самой упасть во мнении окружающих еще ниже. Наставница выбрала первое и произнесла короткое: «Вон!».
Я не стала тратить время на споры, повернулась и вышла, бесшумно прикрыв дверь. На этот раз Солей поступила умно, не отправив меня в ректорат или к декану. Что ж, у меня образовался почти час незапланированной свободы. Было бы глупо провести это время не в библиотеке.
12.2
В огромном, заставленном высокими стеллажами зале оказалось неожиданно многолюдно. Я думала, что во время лекции встречу здесь лишь пару служителей, но к кафедре выдачи выстроилась небольшая очередь из старшекурсников в серых костюмах. Девушки награждали меня брезгливыми взглядами, а вот юноши мерили откровенно заинтересованными. Не знаю, кто из них был мне более противен. Чтобы не возбуждать подозрения у библиотекаря, который увлеченно заносил данные о книгах в маговизор, я прошла дальше. В прошлый раз, когда я приходила сюда за учебниками, Яр показал, как здесь выбирают книги: конечно, с помощью «системы» и инфо-экрана.
Уже хотела поднести к панели звездочку-пропуск, но тут меня посетило сомнение – а вдруг вездесущая «система» зачтет мне прогул – и рука замерла на полпути. Я недоверчиво покосилась на экран и отошла подальше. Безнадежным взглядом обвела безбрежное море стеллажей, доверху наполненных книгами. «Система», конечно, подберет молниеносно литературу, но рисковать не стоит. Попробую обойти зал и отыскать интересующие меня темы, ориентируясь по надписям на обложках. Никаких иных указателей здесь не было – аккуратные таблички на шкафах сообщали лишь их номера в картотеке «системы».
Решив, что раздел с законами располагается где-то неподалеку, я медленно пошла вдоль центрального ряда, внимательно читая названия книг.
– Эй, малышка!
У меня, кажется, даже волосы встали дыбом, такую ненависть вдруг вызвало снисходительное: «малышка». Не знаю, почему так завелась, ведь еще и часа не прошло, как это словечко звучало из уст Нико, но не рождало протеста.
На наглой морде преградившего путь верзилы было написано, что он совершенно уверен в праве приставать к девушке, лишенной рода. А ведь еще вчера этот молодец не смел даже обратиться к сьерре, не будучи представленным. Вот что обидно.
Я опустила правую руку, сжав пальцы в кулак. Сила просилась наружу, пощипывала кожу, но употребить ее здесь было бы неразумно, не так ли?
– Крошка, мы должны познакомиться ближе! – Чужое влажное дыхание коснулось моего лба. Я сделала шаг назад.
– Вы это мне, господин? – Голос прозвучал холодно и спокойно, но картину высокомерной невозмутимости портило то, что я лихорадочно осматривалась в поисках увесистого тома. На беду, под рукой на полке оказались лишь тонкие брошюры – такую тупую башку не пробьешь!
– Не строй из себя недотрогу! – Меня пребольно схватили за плечо.
Хм, может, библиотека все-таки защищена специальными заклинаниями от пожара?
– Эй, оставь девушку немедленно! – сзади на моего обидчика налетел высокий жилистый брюнет, показавшийся смутно знакомым.
– Да ты что, Лесс?! Из-за какой-то…
– Пошел отсюда, Хенли!
К моему удовольствию, нахала оттащили, схватив за грудки. Спаситель был и выше, и крупнее, потому юнец предпочел убраться с глаз. А темноволосый молодой человек повернулся ко мне.
– Вы не пострадали, Дана? – Меня одарили теплым, ласковым взглядом. – Помните, мы встречались в столовой в ваш первый день?
Я просияла улыбкой.
– А, да-да, теперь поняла, почему вы кажетесь таким знакомым. Второй раз спасаете меня, Лессли. Спасибо!
Тот зарделся.
– Не о чем говорить, Дана. Я рад, что оказался поблизости. Но что здесь делаете вы? Неужели первокурсников так же, как и нас, освободили от лекций для подготовки к курсовой?
Объяснила свою тяжелую ситуацию, и Лессли согласился, что мне нельзя прикладывать здесь карточку. В конце каждого учебного дня ректор проглядывает список прогульщиков и назначает отработку.
Вместе мы вернулись у инфо-экрану и Лесс, приложил свою звездочку.
– Выбирайте, что вас интересует.
Я ошалело смотрела на длинный список тем на экране. Одна только буква «А» занимала четыре страницы.
– Наверное, я быстрее найду, если просто пойду по рядам, – безнадежно вздохнула я.
Но Лесс рассмеялся:
– Да нет, «система» уж точно быстрее. Здесь же миллионы книг. Давайте, помогу. Какая тема вам нужна?
– Воссоздание артефакта рода или получение нового.
Лесс внимательно посмотрел на меня, карие глаза согрели добротой и сочувствием.
– Трудное это дело. Но, молодец, что не сдаетесь.
– А вам спасибо за то, что не отвернулись от меня, – искренне ответила я.
– Что вы, Дана! Я презираю устройство нашего общества и все эти кастовые условности. Но вполне понимаю, почему вы хотите вернуть утраченное.
– Да, мне нужно вновь обрести имя. Спасибо, Лессли.
Юноша нажал кнопку сбоку на панели и ввел запрос.
Экран мигнул и выдал куцый список литературы, я аккуратно записала номера шкафов и полок трех первых сборников законов.
– А можно еще один поиск? Мне требуется любая информация о Печати Тьмы на ауре.
Лессли вскинул брови, но начал поиск. Экран тут же прочертила надпись красным: «Запрос не выполнен. Требуется высший уровень доступа». Я разочарованно поморщилась, а молодой человек развел руками:
– Наверное, эту информацию могут получить только преподаватели.
Я с досады закусила губу. Что делать? Может, преодолеть естественный страх перед некромантом-драконом и подойти к магистру арк’Асгейрру? Ой, жутко не хочется, он так странно смотрит – словно я пирожное.
– Возможно, что-то отыщется в публичной библиотеке Триесты? – предположил Лессли. – Если хотите, забегу туда сегодня вечером. Я еду в город показывать заказчику проект.
Вряд ли там что-то найдется, но попробовать стоит.
– Я была бы благодарна. Но что у вас за проект? Вы уже работаете? Как замечательно!
Мы направились по проходу между стеллажами, отыскивая шкафы с нужными мне книгами. Я радовалась, что Лесс не покинул меня – вдруг тот ненормальный Хенли болтается где-то поблизости.
– Да, у нас на Промышленной магии многие уже считаются мастерами. Для меня это третий большой проект – особняк для семьи королевского целителя.
