Текст книги "Невеста ледяного дракона в академии (СИ)"
Автор книги: Виктория Цветкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
7.2–8.1
7.2
Тренировка продлилась до позднего вечера. На выросшем из-под земли камне-подставке декан устанавливал в ряд то свечки, то просто деревянные лучинки, чтобы я зажигала по одной. Разумеется, не с помощью бытовых заклинаний, а призвав только дар. Я могу разжечь камин, но свечка?.. Это же древние века, кто ими пользуется сейчас? Тем не менее зажигать пришлось, и много. Камень треснул от жара пополам, а земля вокруг него стала черной.
Сосредоточиться на фитиле, представить стихию, воззвать к ней и влить крохотную порцию магии, соразмерно цели и задачи. Я долго не могла понять, каким образом определять необходимое количество. Дей’Хант оказался неплохим учителем и через некоторое время у меня хоть что-то стало получаться. Сложнее оказалось зажечь деревянную лучинку. Я натренировалась на свечах и уже знала, сколько нужно энергии, чтобы зажечь фитиль, но с деревом все было сложнее. Чтобы огонек не погас, едва зародившись, требовалось больше усилий, но сколько в точности?
Когда наступило время ужина, у меня уже темнело в глазах оттого, что магический резерв на нуле. Я заскулила, что хочу есть, надеясь, что пытка прекратится и меня отправят в столовую, но дей’Хант просто послал одного из старшекурсников-боевиков за перекусом. С бутербродом в одной руке и с большим переливающимся кристаллом-накопителем, который делился со мной магией, – в другой, я с тоской наблюдала, как декан, тоже усталый и потому злющий, в очередной раз выставляет на столе вперемешку палочки и свечки.
Я уже просто ненавидела запах расплавленного воска, а дым до слез ел глаза.
– Подзарядилась? Становись снова!
И снова, и снова… Пока я, и вправду, не свалилась без сил на землю возле ряда зажженных палочек. Бездумно уставилась в темное, сияющее прекрасными звездами небо. Как хорошо вот так лежать и не…
– Что, неужели это всё? – жестокосердный декан, возвышаясь надо мной, смотрел насмешливо и безо всякого сочувствия. – Вставай, Дана-таран!
Эй, вот только кличек мне не надо давать!
Я попыталась сесть, но усталые мышцы тут же отозвались мучительной болью. Пришлось сжать зубы, чтобы стонать не слишком громко на потеху жестокосердному тирану. Внезапно мир перевернулся, и я оказалась на плече у боевика. Очень жестком, надо сказать.
– Что вы делаете?! Пустите! – возмутилась я, отлепляя лицо от пропахшей гарью куртки декана.
– Не пищи, сама ведь не дойдешь, – уверенно ответил дей’Хант и шагнул в голубое пламя портала, который вынес нас на площадку перед жилым корпусом. В яркой вечерней подсветке его зеленые стены показались мне незнакомыми. У входа за нашим появлением наблюдали две целительницы, словно статуи изумления и шока. Декан мерным шагом направился к крыльцу, но я протестующе задергалась у него на плече.
– Не сюда, я в сиреневом корпусе живу!
– В третьем, что ли? Почему не здесь?
– Мест у девушек не было.
Снова портал, и на сей раз в конце показалось знакомое крылечко. Слава Шандору, больше моего позора никто не видел. Я вновь зашевелилась на неудобном мужском плече, норовя свалиться с двухметровой высоты, чтобы идти самой. В ответ прилетел увесистый весьма неожиданный и болезненный шлепок по мягкому месту. Стало обидно, даже слезы выступили.
А декан взбежал на крыльцо и вскоре уже шагал по коридору первого этажа. Встретившаяся молодая преподавательница приветствовала его смущенным «Звездной ночи», и долго смотрела вслед вытаращенными глазами – я-то это видела.
– Чего это тебя поселили на преподавательском этаже? – возмутился боевик, остановившись возле двери с номером двадцать четыре.
Уф, неужели пытка сейчас закончится?
Так и случилось, меня небрежно сгрузили с плеча. Хорошо, не смахнули. Я зашаталась от прилившей крови к голове и припала к стене. Прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя.
Передо мной оказалась небольшая склянка.
– Пей.
– Что это?
– Даже сейчас такая любопытная? Солдат должен не раздумывая выполнять приказ командира.
– А если он яд подсунет?
– Выполнять не раздумывая, – декан поднес фиал к самым моим губам. Жесткие пальцы впились в подбородок. – Давай.
Я закашлялась, когда горькая микстура обожгла горло. Огромная лапища зажала мне рот. Повинуясь злобному взгляду, проглотила огненную гадость.
– Вот и хорошо. К утру будешь бодрой.
Я возмущенно уставилась на мужчину:
– А почему сразу не сказать о свойствах эликсира?
Во взгляде декана прочла откровенную насмешку:
– Привыкай повиноваться командиру.
Вместо ответа я приложила звездочку к замку, раздался щелчок. Хотела взяться за ручку, но сильная рука придержала дверь.
– Что, Дана-таран, может, лучше замуж выйдешь, чем в академии так ежедневно мучиться?
Что? Этот кровожадный тип решил измором выжить меня отсюда? Я усилием воли прогнала остаточное головокружение и подбоченилась с самым дерзким видом.
– Замуж? А вы зовете, что ли?
Кое-кто заскрежетал зубами.
– Вот наглая девка! – побормотал мужчина сквозь зубы, и уже громче ответил мне в тон: – А если позову, ты пойдешь, что ли?
Вот и поговорили.
Дей’Хант убрал руку, и я заскочила в комнату. Напоследок услышала: «Прими горячий душ, иначе и эликсир не поможет…» И захлопнула дверь, не забыв возмущенно фыркнуть.
Уф, неужели этот длинный, тяжелый день, наконец, завершен?
С огромным трудом оторвавшись от двери, к которой бессильно привалилась, прошла в комнату и плюхнулась на кровать. Нужно встать и пойти в душ. И вовсе не потому, что приказал лорд-тиран, а по собственному желанию.
Придумает же, беспрекословно исполнять приказы… Не путает ли он магическую академию с военной? Я еще раз фыркнула и встала, сбрасывая с себя грязную форму. Кажется, возмущение возвратило часть сил. Отлично, значит, стану самой сердитой студенткой в академии.
Я вытащила из сумки шелковый халатик, взяла полотенце и направилась в купальню. Это было маленькое помещение, где я едва могла развернуться, а душ следовало принимать, стоя на полу. Еще одна диковинка для меня, хотя много ли я где бывала в родной Надании – пансион для девиц из знатных семей, да замок отчима. Каким был дом отца, я почти не помню – все скрыто словно туманной дымкой. Мне было почти девять, когда он умер. Мы с мамой переехали к Дирку арк’Брокку через несколько месяцев после его похорон. Странно, но только сейчас, под теплыми струями, я вспомнила о матери. Кажется, впервые с момента бегства из дома.
Заметила ли она мое исчезновение? Все долгие годы взросления я привыкла обходиться без нее. Не думать о ней. Или думать, как о предательнице, ведь она даже полгода не горевала об отце. Нянюшка и слуги об этом шептались, а я подслушивала. Возможно, это вовсе не мои мысли, и я повторяла то, что слышала. Наверное, мама просто любит лорда Дирка, потому так радовалась рождению сыновей и совершенно забыла обо мне. Даже в пансион приезжал только мой суровый отчим.
Я выключила воду и схватила полотенце. Вытирала волосы резкими, порывистыми движениями, словно хотела стереть давнюю обиду. С той жизнью покончено, у меня сейчас другие проблемы. Вот, например, одна из них: за весь день я так и не встретила Ги! А ведь Флорес – крохотный остров, и я исходила его из конца в конец по нескольку раз. Интересно, когда мы разминулись? Но завтра-то уж точно…
Тут в дверь нетерпеливо застучали, и я бросилась открывать, воображая, что Ги Марвейн уже каким-то чудом услышал, что я здесь, и разыскал…
Но на пороге обнаружилась незнакомая старшекурсница в фиолетовой форме.
– Дей’Фиерволф?
Я кивнула. Девушка протянула мне сложенный пополам листок.
– От ректора подарочек тебе, – она хихикнула и убежала.
А я медленно закрыла дверь и снова без сил привалилась к ней, пытаясь успокоить глупое сердце и смириться с разочарованием.
Завтра. Я обязательно увижу своего Ги завтра.
Чтобы отвлечься, развернула листок и протяжно присвистнула, читая расписание на завтрашний день: маг-физика (чувствую, это будет мой «любимый» предмет), практика по боевому искусству (как будто мало сегодняшней пытки), история магии и мира, а после обеда по два часа стихии огня и физической подготовки. О боги, за что все это? Прикрыла глаза, устало откидывая голову. Еще нужно выкроить время, чтобы забежать к Чернышу.
А, может, и правда, вариант с замужеством не так уж плох?
Меня ждали неотложные дела, и я медленно оторвалась от преграды, которая отделяла уютную комнатку от внешнего мира – он снова казался враждебным и опасным. Бытовым заклинанием почистила полевую форму и аккуратно развесила в шкафу все, что получила на складе. А потом забралась в кровать и накрылась одеялом с головой – сработала давняя детская привычка прятаться, когда в беспечную жизнь прокрадывались тревоги и сомнения.
Спать. Я со всем справлюсь.
Утро вечера мудренее.
7.3
По углам разливалось тусклое, зеленоватое свечение, в центре пещеры, на невысоком бортике колодца оплывала свеча. Пламя потрескивало на фитиле, однако одинокий огонек не в силах был разогнать царящий здесь мрак. Мелькнула мысль, что когда-то на этом месте был алтарь. Это знание не удивило, оно просто было.
Я заглянула в зияющий провал колодца. Дна не видно – темный тоннель круто уходил вниз; стены – неровные, местами осыпающиеся – густо поросли щетинистым черным мхом. Бортик был такой низкий, что только шаг отделял меня от бездны.
Я не могла оторвать взгляд от мрака, который скрывал дно колодца.
Зачем я здесь? И что прячется в темных глубинах?
– Веронна, оглянись! – прозвучал совсем рядом папин голос.
Я обернулась. На залитой рыжем отсветом стене четко выделялась уже знакомая мне тень. Уродливая, черная, словно сотканная из тьмы. Рождавшая безотчетный, подсознательный страх.
Что это?
– Кто ты? – закричала я.
«Ты, ты-ы, ты-ы, ты-ы, ты-ы-ы, ы-ы-ы-ы-ы!» – повторило эхо.
Тень на стене шевельнулась, словно сделала шаг вперед. Инстинктивно я отступила. Нога провалилась в бездну, и я кубарем полетела вниз, в темноту.
– Веронна-у-у-уа-на-а-на-у-а! – зазвучал в ушах искаженный эхом голос отца…
Перед глазами с невероятной быстротой мелькали стены колодца. Отчаяние, бессилие перед неизбежностью гибели – вот то, что я чувствовала сейчас. А еще вдруг вспомнила, что отец уже девять лет как мертв!
… От этой мысли я проснулась, вскрикнув. Смахнула слезы и резко села на постели, прижимая руки к ушам.
Пронзительные звуки сирены наполняли комнату. Такой шум и мертвого поднимет, не то что спящего студента! Странный и страшный сон, а теперь еще и вот это! Я вытерла лоб, покрытый холодной испариной. Мерзкий визг побудки причудливо наложился на сон, исказив голос отца.
Но что все это значит? Та пещера мне уже снилась. Повторяющийся сон, разве такие бывают? Вот падать во сне, вроде бы хорошо, говорят – растешь. Неплохо бы вырасти еще на пару сантиметров. Я бы посмеялась над глупым сном, только голос отца не выбросишь из памяти. Он хотел меня предостеречь от чего-то? Чтобы в колодец не прыгала? Ну, я вроде бы и не собираюсь. Хотя, может, дей’Хант прикажет… От этого тиранодекана любого зверства можно ожидать!
Я потянулась и недовольно оглянулась на прямоугольник окна – светло уже! На часовом артефакте семь утра. Пора вставать и приниматься за сборы. Тетради сами себя в сумку не упакуют!
Долой дурные сны, начинается новый день в академии! Надеюсь, он будет счастливым. Нет, он точно будет самым лучшим, потому что предстоит встреча с Ги! Он ведь тоже на боевом.
Я довольно бодро соскочила с кровати. То ли настрой, то ли вчерашнее огненное пойло от декана помогло, но мышцы почти не болели. Посетив купальню и окончательно взбодрившись под прохладным душем, я с расписанием в руках принялась собирать все, что нужно для лекций. Среди вещей, полученных на складе, была и сумка из плотной ткани со множеством отделений, такие я видела вчера у многих. С передней стороны крепилась карточка с именем и данными студента. Мои губы разъехались в радостной улыбке, когда я прочитала отпечатанное: «Д. дей’Фиерволф, Боевой стихийный ф., каф. Огня, I курс».
Я студентка! За всеми волнениями и происшествиями вчерашнего дня даже не успела просто порадоваться сему замечательному факту.
Рядом с каждым предметом на распечатке, указано, что нужно принести, а также как одеться. Какая внимательная и заботливая эта академическая «система» – все так подробно расписано! До обеда три лекции, потому требовался форменный костюм. А на большом обеденном перерыве после полудня надо успеть облачиться в форму для практических занятий магией или, как здесь ее называют, «полевую». Последние два часа – физическая подготовка на Тренировочном поле – придется вновь облачиться в сканадально-обтягивающую форму (надеюсь, девушки из моей группы уже получили новый тип спортивной формы, и я буду не одна).
Собрала сумку – только коробочка со стилосом[1] и три чистые тетрадки (хорошо, что учебники тащить не нужно!), облачилась в шелковую белую блузку с квадратным вырезом, отделанным кружевами и длинную юбку. Сверху накинула, не застегивая, приталенный пиджак. Полюбовавшись, завязала каштановые волосы в высокий хвост, а из него сплела косу.
Все, готова к учебным подвигам. Вперед, в столовую!
Перед инфо-экраном выстроилась небольшая очередь. К счастью, она двигалась очень быстро: студенты прикладывали пропуск к панели и выходили из корпуса. Я пристроилась в конец, с любопытством рассматривая студентов впереди. Рослого блондина с шапкой кудрявых золотистых волос узнала сразу же. Сердце подпрыгнуло, а к щекам мгновенно прилила кровь.
Ги Марвейн!
Как быстро исполнилось загаданное желание! Что мне делать? Позволить ему заметить меня или самой подойти и обнять?
Пока колебалась, к моему обожаемому Ги подбежала девица в бордовой форме с нашивкой на рукаве в виде облачка, перечеркнутого молнией, – воздушница, как и сам Ги. Стройная блондинка с голубыми, словно синий лен глазами и пухлыми губками, разве что плоская как доска. Со сладкой улыбкой поздоровавшись, она повисла на руке Ги. А тот вроде бы и не возражал, наоборот, насколько я видела, расплылся в счастливой улыбке.
__________________
[1] Стилос – артефакт с вечным пером, не требующий заправки чернилами.
8.1
Смотреть на то, как воркуют Доска и Ги, было неприятно. Не такой я представляла нашу встречу. Первым побуждением было подойти и подпортить воздушнице прическу, но я осталась на месте. Так сьерры себя не ведут, к тому же затевать драку неблагоразумно. Я должна действовать осмысленно. Да и успею еще украсить ее синяками, куда спешить?
Первое раздражение и ревность скоро отступили. Закипала злость. Не удивительно, что Ги пользуется успехом, он хорош собой – этого нужно было ожидать. Только я почему-то надеялась, что юноша отринет поползновения местных красоток, ведь он вроде как со мной.
Но злилась я вовсе не на Ги, и не на девицу. А на себя. В мечтах Ги бросался ко мне навстречу, и никакие Доски на нем не висли. Я вновь оказалась доверчивой и наивной дурехой!
Отвернувшись от неприятного зрелища, я попыталась понять, чего больше в душе: разочарования или оскорбленной гордости?
Тут кто-то дернул меня за рукав – долговязая девица в бордовом костюме нетерпеливо заглянула мне в лицо:
– Ты та самая новенькая? Скажи, это правда, что наш декан тащил тебя вчера с тренировки на плече?
Я заморгала от неожиданности, в очередной раз поражаясь, как быстро тут разносятся слухи!
От необходимости отвечать меня спас Яр. Как и вчера, красавец-блондин появился очень вовремя.
– Светлого дня, Дана!
Однако его громкое приветствие привлекло всеобщее внимание к моей скромной персоне. Обернулись также Ги и его девушка, которые уже направлялись к выходу. Блондинка – с любопытством, а Ги Марвейн застыл на месте и смотрел так, словно я явилась из-за Грани. Побледнел, показалось даже, что синие глаза вот-вот вывалятся из орбит.
Мне было не смешно, но я улыбнулась.
– Дана, ты?..
– Я. А вы не ожидали?
– Нет! Мне сказали, что ты погибла…
Вот так помрешь, а твой молодой человек через две недели уже весело смеется с какой-то плоской Доской!
– Ясно.
Взволнованный вид молодого человека остудил кипящую обиду. Чуть-чуть. Ги явно нервничал и беспокойно мял в руках тетрадку.
– Но как ты здесь-то оказалась, Дана?
– Ги, мы опаздываем на завтрак, снова все места займут! – вмешалась блондинка. В ее голосе, на редкость противном (я не придираюсь, нет!), послышались капризные, недовольные нотки.
Марвейн, видимо, только сейчас вспомнил о своей спутнице. Заморгал, разрываясь между нами. Помогать ему я не собиралась. Кого бы он ни выбрал – будет в проигрыше. Ги это понимал, потому завис надолго.
Яр, сложив руки на груди, наблюдал эту сценку, и, похоже, многое понял из обрывочных фраз и взглядов.
– Сьерра Дана, позвольте проводить вас в столовую? Не будем задерживать остальных, иначе нас тут раздавят.
Его слова заставили меня отвлечься от переживаний и посмотреть вокруг: действительно, в холле было не протолкнуться. Отметив пропуск, студенты не спешили на завтрак, а задерживались, стараясь подойти к нам, как можно ближе. Те, кто пришел раньше, вводил в суть дела вновь прибывших. Вероятно, симпатяга Ги – в числе популярных персон академии, как и Яр. Чужое любопытство показалось несносным. Я бросилась к инфо-экрану, приложила пропуск, а затем, с помощью Яра, протиснулась к выходу.
Лишь на улице вздохнула свободно. Солнце и ударивший в лицо свежий ветерок скоро развеяли странное послевкусие от встречи с любимым.
С любимым?
А не обманули ли меня первый взрослый вальс на вечере в военной академии и желание влюбиться, навеянное романами?
Я повернулась к Яру.
– Насколько это жалко выглядело?
Оборотень усмехнулся.
– Юнец смотрелся глупо. Но я рад, что тебя интересует, как именно выглядела ты: значит, сердце не болит.
Я пожала плечами. Правда, пока не жалуюсь на сердечную боль. Возможно, это шок? Но была ли любовь?
– Не думаю, что найдется хоть одна девушка, которая обрадуется, если увидит, что ее жених ухаживает за другой. Гордость пострадала, это уж точно.
– Ты вела себя как леди. Молодец.
Мы направились к столовой.
– Дана, подожди! – нас быстрым шагом нагонял Ги, за которым тащилась его недовольная подружка. – Мы должны поговорить! Я же ничего о тебе не знал…
Я обернулась, синие глаза Марвейна смотрели беспокойно. На нас по-прежнему были устремлены все взоры.
– Мы обязательно поговорим, Ги, обещаю. Только не сейчас. Нам всем нужно на занятия. Пока!
Мы с Яром ускорили шаг.
***
Завтрак на третьем уровне прошел на удивление спокойно. Шеллар и компания отсутствовали. Я съела воздушный омлет с грибами, запила эту вкуснятину сладким травяным отваром. Пока жевала, успокоилась и выбросила утреннее происшествие из головы. Встреча с Ги словно отрезвила меня. Даже его тонкая мальчишеская красота не произвела былого ошеломительного впечатления. Может, это потому, что сейчас мне есть с кем сравнивать? Или я сама изменилась, и теперь уже не влюблюсь в первого встречного?
Аудитория в корпусе факультета Теоретической магии подавила меня своими размерами. С портретов на стенах смотрели мрачные и серьезные магистры былых лет. За высокой, из темного дерева кафедрой преподавателя висел огромный инфо-экран. Ряды парт уходили вверх; большинство мест уже были заняты, и студенты все прибывали. На лекцию по магической физике собрался весь первый курс боевого, среди бордовых костюмов мелькала черная форма некромантов, а также фиолетовая – менталистов. Гомон стоял невообразимый.
Едва я вошла, встретила множество глаз, горящих откровенным любопытством, а то и злорадством. На меня показывали соседям, шушукались. Заметив у многих в руках маговизоры, я поняла, как именно здесь расходятся сплетни. Следует избегать скандалов и не давать им больше повода.
Не выбирая особенно, я остановилась возле первой же парты. Здесь, с краю, рядом с симпатичной девушкой-огневиком (судя по нашивке на рукаве), имелось свободное место. Я даже спросить не успела, не занято ли. Дева неэстетично фыркнула и бросила сумку на стул, не давая мне сесть. На такие штучки в пансионе я, не задумываясь, отвечала пощечиной. Это что у нас тут за хозяйка парты? Уже приготовилась сбросить сумку нахалки на пол, но тут услышала оклик:
– Дана!
Я оглянулась. Марвейн звал меня с третьего ряда. Он показал на свободное место за своей партой. А где же Доска? Огляделась и в пятом ряду, довольно далеко от Ги, заметила надутые губки блондинки.
– Садись сюда, здесь свободно, Дана.
Серьезно?
Хотя, почему нет?
Мне что, все три года сторониться бывшего возлюбленного? Еще чего! Да и учебу со скандала начинать, пожалуй, нехорошо. Ведь только что давала себе зарок.
Я обаятельно улыбнулась стерве с первого ряда и разрешила, глядя прямо в ее вытаращенные глаза:
– Живи пока.
Взбежала по узкой лесенке к третьему ряду и аккуратно села на предложенное место. Не обращая внимания на выжидательное молчание соседа, достала из сумки тетрадь и стилос.
Тут в аудиторию вошел пожилой магистр, на ходу начиная начитывать лекцию.
