Текст книги "Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (СИ)"

Автор книги: Виктория Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 25

Глава 25

В кондитерской годных пирожных не оказалось. С витрины на меня смотрят сине-белые сугробы меренг, которые страшно взять в руки, не то что съесть.

Рядом мостятся бисквиты, украшенные жирным кремом.

– Мы такое не едим, – сморщив нос, поворачиваюсь к Илье.

– Как в детстве, Милка, – смеется мой старый друг. – Прикинь, такой магаз был бы в Макаровке. Да я бы там жить остался.

– И женился бы на продавщице, – фыркаю я. – Поедем… – и чуть не осекаюсь, проглатывая слово «домой». – Каролина ждет….

– Каролина жжет, – открывает телефон Дараганов. Показывает фотки, присланные экономкой. А там… Мой ошалевший ребенок прыгает в бассейн, ест клубнику со сливками и валяется на шезлонге попой вверх.

– Я ей даже не позвонила, – охаю растерянно. Стыд изнутри начинает подтачивать. Гоню прочь это мерзкое чувство. Нельзя думать о себе плохо. Иначе заболеть можно.

Девочка большая. Под присмотром. Да и отлучилась я на пару часов. Ничего страшного! Хватит себя казнить.

– Да, Мила, едем, – коротко кивает Илья. Заботливый и такой близкий. Самый настоящий друг. Роза с Агатой даже не позвонили. С утра полюбопытствовали, и ладно.

«Стоп. Роза! Она же теперь моя админка!» – вспоминаю я запоздало. Из-за козней Беляева последние мозги растеряла.

– Давай кофе попьем, – предлагаю Илье.

– Лучше уехать, Мил, – роняет он хмуро. Глазами показывает на парочку девиц в лосинах и длинных майках. А ярко-накрашенные куклы уже смотрят на нас с интересом. Шушукаются. Словно оружие, поднимают телефоны, готовясь заснять пикантные кадры.

– Милена! Милена! Вы – обманщица! – кричит одна, явно привлекая внимание посетителей кафе. – Дурите людей! Набиваете карманы деньгами!

– Спокойно, девушка! – рявкает Илья, закрывая меня от недопапарацци. – Оскорбление моей клиентки, съемка без ее ведома…

– А ты кто ваще? – выступает вперед другая, более наглая.

– Адвокат, – припечатывает Илья. Одним движением забирает из рук обалдевшей девицы сотовый. Стирает последние фотки и возвращает. – Господа и дамы, – обращается к персоналу и двум бабулькам, сидящим у дальнего столика. – Я – адвокат Милены Беляевой и официально вам заявляю, что ответственность за любые несанкционированные действия последует незамедлительно. Вы все поняли? – окидывает взглядом девиц, пухлую тетку за прилавком, бабулек и какого-то парня, расставляющего пирожные в круглой витрине.

Девчонки тушуются. Бабульки смотрят на нас подозрительно и сразу возвращаются к своим насущным разговорам. Продавщица передергивает плечами, давая понять, что ей наши разборки неинтересны. А парень у витрины вообще не обращает никакого внимания.

Ну и хорошо!

– Надо бейсболку купить и широкие джинсы, – размышляю вслух по дороге к машине.

– Хочешь, заедем, все купим, – улыбается мне Илья. И я в который раз за последние дни думаю, как же мне повезло. Никто больше руку помощи не протянул. Или ограничился разговорами, как Агата с Розой.

Роза! Точно! Как я могла снова забыть?

Открываю блог, а там сотни новых сообщений.

«Милена – ты мошенница! Рассказывала о семейном счастье, а сама не замечала, что творится под носом!»

«Да все она замечала! Просто делала вид. Так же выгоднее. Вы же ей свои кровные приносили. А она… У нее дом в Эмиратах и вилла на Бали».

– Какая чушь! – стискиваю в руках айфон. – Почему Роза ничего не удаляет? Куда она смотрит вообще…

Вопросы риторические. Оля бы справилась. Но она, к сожалению, сейчас по другую сторону баррикад.

«А она еще админа уволила. У той мать больная. Представляете, оставила без средств к существованию?»

«Сейчас еще закажет друзьям уголовникам. Админы много что знают и рассказать могут».

«Каким еще уголовникам? Вы о чем?» – вмешивается в это безумие моя постоянная подписчица. – «Да, поймала мужа на измене. Но так бывает».

«Это вы терпилы. И учитесь у Милены на курсах терпил», – отвечает ей с левого аккаунта моя конкурентка.

«В прокуратуру надо подавать!» – пишет кто-то.

А я просто схожу с ума от происходящего. И даже не знаю, что мне делать дальше. Блог спасать? Так ему уже ничем не поможешь.

– Не читай, – Илья решительно забирает у меня из рук телефон. – Достаточно на сегодня негатива.

– Хорошо, – соглашаюсь покорно. Положив затылок на подголовник, закрываю глаза. Сон не идет. Но хоть не реву, слава Богу!

– Скоро приедем, – Илья осторожно касается моего колена. Жест дружеский, успокаивающий, но я вздрагиваю.

– Тебе неприятно? – интересуется он. В голосе сквозят стальные нотки недоумения.

– Прости. Я задумалась, – вскидываюсь в ужасе. – Мысли не было тебя обидеть…

– Да ты и не обидела, – вздыхает Илья. – Я, наверное, много взял на себя по старой дружбе.

– Нет! Нет! – всхлипываю в голос. Неожиданно для себя начинаю рыдать. – Илечка, пожалуйста, не бросай меня. Я одна осталась. Все отвернулись!

– Не реви, Милка. Слышишь? – испуганно выдыхает Дараганов. Резко перестраивается в правый ряд под визг тормозов. Выезжает на обочину.

– Что ты делаешь? Мы чуть не разбились! – кричу в панике.

И тут же двигатель затихает, а я оказываюсь в крепких руках Ильи.

– Тс-с, тихо. Я с тобой, – шепчет он жарко. Прижимает мою голову к своему плечу. Гладит по волосам как маленькую и неожиданно целует в висок.

Замираю на месте, словно меня в силки поймали. Что это сейчас было? Что?

Хочу отпрянуть. Но сильные руки Дараганова мягко удерживают меня на месте.

– Мила, девочка… Я люблю тебя, – тихо признается он. Приподнимает мою голову, всматривается в бледное заплаканное лицо. Вытирает слезы, убирает назад старательно уложенные волосы. Смотрит на меня с нежностью и любовью и повторяет совершенно спокойно. – Я люблю тебя, Мила. Всегда любил.

– А? – челюсть реально падает от удивления. Но Илья воспринимает мою растерянность как приглашение. Осторожно накрывает мои губы своими. Целует бережно и страстно одновременно. А отстранившись, выдыхает яростно. – Ни о чем не думай. Я справлюсь.

______________________________________________

Ну вот и свершилось! Илья признался. Как вам, дорогие мои? Что ответит Милена?

Глава 26

Глава 26

Любит? Меня?

От изумления ничего сказать не могу. Вглядываюсь в лицо старинного друга и ничего не понимаю. Если любил, почему я об этом узнаю только сейчас?

– Лет с шестнадцати люблю, Мил, – осторожно отпускает меня Илья. Смотрит внимательно, будто впервые видит. – Какая же ты красивая! – выдыхает восхищенно.

Я? Красивая? Да как же!

– Почему молчал все эти годы? Никогда даже не намекнул, – улыбаюсь печально. Что сказать? Я-то всегда к Илюше как другу относилась. Не подозревала даже.

– Не знаю, – пожимает он плечами. – Сначала думал, ты понимаешь все, только хвостом крутишь. А потом…

– Да нет у меня никакого хвоста! – роняю в сердцах. Немного разряжаю обстановку. Илья улыбается. Берет мои руки в свои. Целует пальцы.

– Тебя мои признания ни к чему не обязывают, – шепчет глухо. – Просто ты должна знать. Ты для меня родной человек. Роднее не бывает. И я в лепешку расшибусь, но помогу тебе…

– Илюша, – спонтанно прижимаю его руку к щеке. – Миленький мой. Ты поэтому никогда не женился? – охаю, догадавшись.

– Не-а, – отмахивается он как мальчишка. – И не женюсь, Милка, ни на ком другом. Только на тебе. Если ты захочешь… Если полюбишь меня… Но мы к этому вопросу еще вернемся. Сейчас явно не время, – завершает он сеанс признаний. Заводит двигатель. Снова выезжает на трассу.

Однако что-то меняется между нами. Искрит. Немножечко. В воздухе словно разливается теплота. Та самая, которой ни с кем делиться не хочется. Просто прижать ладошку к груди и чувствовать. Осознавать. Сердце бьется сильнее, заставляя кровяные тельца нестись с удвоенной скоростью.

Развод… Крах бизнеса и самое фееричное признание в любви.

И от кого! От сурового законника в строгом костюме.

Эх, Илька, Илька. Ну почему ты не признался тогда! Я же тоже по тебе страдала. Между восьмым и десятым классом.

Это уже потом в универе появился Беляев. Вскружил голову, лишил невинности. Заставил жить идеальную жизнь, в которой нет места дурашливым проказам и взрывам эмоций. Стабильный респектабельный брак…

Я только сейчас поняла, как он душил меня. Хвала вселенной, Беляев слился первым. Спасибо ему за это.

Вздыхаю тяжело, стараясь хоть на несколько минут забыть о своих горестях. Переключаю внимание на здесь и сейчас. Я еду в тачке с самым известным адвокатом Москвы. Моим главным защитником.

Гелендваген несется по трассе. В салоне играет тихая музыка. Что-то легкое из классики. Илья, не снижая скорости, убирает одну руку с руля. Накрывает широкой крепкой ладонью мою руку.

– Почему руки холодные? – бросает мимоходом. – Сейчас погрею, – несильно стискивает мою ладошку. И мне в один момент становится спокойно и хорошо.

– Не боись, Милка, – заводит Илья свою старую песню.

– Я не боюсь, Илюша, – выдыхаю хрипло. – Знаешь, мне сейчас все равно. Пусть все забирает. Имущество, машины… Я обойдусь. Заработаю. Видеть не хочу Беляева. И даже слышать о нем. Не желаю я копаться в грязном белье и что-то выяснять. Пусть выходит из этой битвы победителем, если ему так хочется, – тараторю порывисто. – Пусть радуется! Мне плевать!

– С этого места поподробней, – снова тормозит Илюха Гелик. – Ты точно ничего не хочешь? Просто давай сразу договоримся. Мы боремся или играем в гордую и независимую…

– Я не хочу видеть Беляева. Понимаешь? – кричу запальчиво. – Пусть все заберет и валит в ад, который ему устроит Кузина дочка. А я пойду своей дорогой. Блог надо переформатировать, жить. Воспитывать Каролину. Поехать куда-нибудь к морю….

– Одно другому не мешает, Мила, – серьезно заявляет Илья. – Я бы тоже сейчас рванул в отпуск. К морю, к океану, к озеру. Лишь бы с тобой.

– А как же развод? Как же суд? – тяну оторопело. – Надо же там появиться…

– Кому? Нам не надо. Поехали, девочка. Приглашаю, – снова берет мои руки в свои Дараганов. – Ты не пожалеешь… А в суд мои коллеги сходят. Если у нас претензий нет, к чему надрываться… Только я против этого варианта. И знаешь почему? Такие люди, как Беляев, не понимают благородства. Он посчитает тебя лохушкой и захочет ударить побольнее. Просто так… Чтобы самоутвердиться. И будет бить, пока не сломает…

– Что ты предлагаешь? – поднимаю глаза на Дараганова. – Я не хочу войны. Понимаешь?

– Да, но она уже началась. Проигравший заплатит двойную цену. Поэтому я предлагаю следующее. Ты для себя реши, что тебе важнее. Квартира, тачка… Что там еще у вас есть из имущества. За то и пободаемся. А всякий шлак оставим Беляеву. Пусть с голой ж.пой идет к Ире Кузиной.

– Определюсь, и что? – смотрю растерянно.

– А дальше мои люди займутся. Ты можешь устроить отпуск. Только в замке. С территории пока лучше не выходить. Беляев – зараза вероломная.

– Да, – понуро киваю я. – Маринку против меня настроил…

– А ты ему за это талоны на усиленное питание, всю недвижку и тачку? С ума сошла, что ли? – улыбается мне Илья и смотрит так нежно, что у меня дух захватывает.

– Думаешь, стоит побороться? – бросаю с сомнением. – Тут только сутки прошли, а я уже чувствую себя измочаленной. Будто из меня все соки выжали…

– А ты не бери близко к сердцу, – убирает с моего лица невидимую прядку Илья. – Просто дыши, Милка. Самое страшное позади.

– Ты прав, – кладу голову ему на плечо и тут же получаю короткий поцелуй в темечко. – Что-то я совсем расклеилась. Надо взять себя в руки. А я не могу. Моя жизнь по швам трещит, а мне хочется забраться в нору и затаиться.

– Рвется всегда гниль, – вздыхает Илья. – Ты же понимаешь… Да? Оно уже порвалось. Беляев себя показал во всей красе. Марина твоя. Надо выгребать, Милка. Вовсю веслами работать…

– Больно. Но я справлюсь, – всхлипываю горестно и вздрагиваю от телефонного звонка.

Каролина.

О господи! Надо ехать!

– Да, малыш, – отвечаю на звонок и слышу сбивающийся голосок младшей дочери.

– Мама, тут Марина и Ира Кузнецова в поселок приехали. Хотят, чтобы я вышла к ним. Они мне подарок привезли.

– Нет! Не выходи! Это ловушка! – кричу я в трубку. – Пожалуйста, Каролина…

– Мамочка, не беспокойся, я поднялась в комнату. И Анастасию Николаевну предупредила. Она охране позвонила и Илье Александровичу, – совершенно спокойно и уверенно излагает моя младшенькая.

Поворачиваюсь к Илье, и он кивает, читая сообщение.

– Начбез в курсе. Охрана поселка предупреждена. Никого на территорию не впустят.

– Все под контролем, солнышко. Не бойся! Мы сейчас будем, – успокаиваю Каролину, а сама завожусь от гнева и ярости.

Ты хотела мира, Милена? Но у Беляева другие планы. Он хочет отобрать у тебя дочь и не скрывает своих намерений. Вон, даже старшую нашу и любовницу свою прислал. Зараза.

Ничего! Я буду биться. За себя, за Каролину. За свой бизнес, пущенный под откос. Ничего не обломится Владу и его телке. Все отберу. Если такая любовь, пусть радуются.

Сунув телефон в сумку, смотрю на Илью.

– Ну что? Ты снова в деле? – усмехается он, не отвлекаясь от дороги. А на меня нападает дурацкий смех.

– Ноги приставим, организуем слежку! – хохочу как ненормальная. – А все просто, Илюшенька! Великая любовь моего мужа сама обозначилась. Вон, под воротами КПП тусуется…

– Это называется «Спроси Каролину», – вторит мне Дараганов. – Вот же я обломался! Все так просто. Опрос свидетелей – наше все. Где-то же они пересекались с пассией Беляева…

– Да, – дергаюсь, как от шокера. – Похоже, этот гад не таился.

Глава 27

Глава 27

«Влад не таился, и дочки знали», – в который раз прикусываю губу. С горечью осознаю неприглядную истину. Сглатываю вязкий ком. Стараюсь не плакать. Что уж теперь?

Изменял, настраивал старшую дочь и родителей против меня, подделывал документы. О чем думал этот человек? И знала ли я, с кем жила?

Телефон снова заходится радостным кукареканьем, поставленным на родственников Беляева.

Лида. Жена Никиты. Обычно она мне звонит накануне праздников. Мы согласовываем какие-то организационные вопросы, немного говорим о детях и прощаемся до встречи или следующего раза.

Мы не дружим, не общаемся между собой. Все больше через мужей. Лида – добрая, нежная. Обожает Никиту, младшего брата Влада. Считает его чуть ли не божеством. Никакой карьеры не делает. Полностью посвятила себя семье. Мужу и маленькой дочке Анютке, моей крестнице.

– Да, Лидочка, – отвечаю сдержанно. А в ответ слышу звонкий щебет невестки.

– Милена, милая! Я только узнала. Что хочу сказать… Я на твоей стороне. Господи, да как же такое возможно! Владислав Сергеевич всегда казался нерушимой крепостью. А сам…

Как обычно, режет слух полное имя-отчество моего супруга. Но Лида – медсестра, работает в одной больнице с моим бывшим и его братом, считает мужа и его брата божествами, а свой брак невероятным везением.

Вышла замуж за врача! Ну, надо же!

– Спасибо, моя дорогая! – улыбаюсь я сквозь слезы.

Сердце щемит от неожиданной поддержки. Сейчас как трава на ветру, я любому затишью радуюсь. Любому доброму слову.

– Если нужна какая-то помощь…

– Нет, нет, Лидочка, – уверяю я бывшую родственницу. – Все хорошо…

– У меня однушка бабушкина в Люблино стоит закрытая, – уже спокойно и уверенно предлагает Лида. – Если тебе надо, я ключи привезу. Куда скажешь…

– Лид, спасибо тебе. Правда, все хорошо, – успокаиваю я родственницу и сама чуть не плачу. – Мне друзья помогают, – улыбаюсь Дараганову. А он мне подмигивает как мальчишка и снова смотрит в лобовое. В лучах заходящего солнца его чеканный профиль кажется хищным и безупречным.

– Хорошо, если так, – вздыхает Лидочка. – Но если будет что-то нужно, дай знать. Я тебе помогу. Слышишь?

Вот кто я ей? Да мы почти не общались. А Лида как узнала, сразу позвонила. Предложила помощь.

– Спасибо, Лидуша, – смаргиваю слезы.

Лидочка скомканно и неуверенно прощается, впрочем, как всегда, и первая отбивает звонок.

– Кто это? – не отрываясь от напряженной дороги, интересуется Илья.

– Жена младшего Беляева. Представляешь, поддержала меня, – выдыхаю, утирая слезы.

– А может, хотела выведать информацию? – пожимает плечами Дараганов. – Я вот думаю, Мила, как твоя старшая дочь и Ира Кузина узнали о местонахождении Каролины. Кто проболтался? Ты же Владу в банке ничего не говорила.

– Нет, ни в коем случае. Лида не такая. Она очень добрая и честная, – мотаю головой. – А с Владом я не общалась, – гляжу изумленно. – Иначе зачем все это?

– Хвоста за нами не было. Это точно. Да если бы и был, – вслух размышляет Илья.

А меня пробирает дрожь. Неужели персонал замешан? Но на всякий случай открываю нельзяграм, тыкаю на страницу младшей дочери и изумленно пялюсь на свежий пост.

«Летом я предпочитаю жить за городом и плавать в бассейне». И пара фоток в подтверждение. Каролина сидит на бортике, пьет сок через трубочку. Каролина плавает…

«Балда мелкая!» – думаю в сердцах.

Показываю наивные опусы маленького блогера Дараганову.

– Все гораздо проще, – тыкаю в локацию. И тотчас же на карте высвечивается коттеджный поселок «Лозанна».

– Мы ее вроде предупреждали, – бурчит раздраженно Илья.

– Да, но мы просили никому ничего не говорить… А она… объявление вывесила, – смеюсь я. – И конечно, Марина и ее папаша воспользовались…

– А при чем тут Ира Кузнецова? – непонимающе тянет Дараганов. Сворачивает к поселку. В глаза сразу бросается новенькая синяя Мазда. Влад что-то рассказывал недавно. Вроде как Кузя и Неля раскошелились и купили дочери первый автомобиль.

Ага! А сам Кузя ездит на задрипанном старом мерсе. И Нелька ноет, просит машину. И тут взяли и купили. Ага!

Вот только где мои глаза были? И деньги мои… На зарплату врача такие подарки не делают.

– Останови, – прошу Илью.

– Да ну на фиг, – морщится он. – Пусть тут кукуют сколько влезет.

– Я поговорить хочу! – вскрикиваю как раненая.

– О чем? «Как ты могла, Ира?» Или соскучилась по новой порции хамства от дочери?

– Ты прав… Но… – пытаюсь втолковать я неразумному мужчине.

– Я знаю, – перебивает меня Илья. – Я всегда прав!

На всех скоростях подъезжает к шлагбауму, щелкает пультом, машет охране и совершенно спокойно въезжает на территорию поселка.

– Обломайтесь, девочки, – выдыхает мстительно.

Невозможный человек!

– Так нельзя! – ору я. – Останови, я выйду!

– Нет! – отрезает Илья. – Обойдешься. Будешь себе опять нервы портить и скулить в подушку. Хватит, Милена. Никаких переговоров с предателями.

– Да, но… – бессильно взмахиваю руками.

Гелик врывается в «Лозанну», проезжает по уютным улочкам, тормозит на переходах, украшенных стойками с цветами. И едет дальше. А я, словно дикая, озираюсь по сторонам. Фонтаны на площадях с круговым движением, поле для гольфа, детские площадки. Шикарная жизнь за огромные бабки.

«Даже мне тут дом не по карману», – размышляю я, пытаясь унять ярость. Еще не хватало с Ильей поссориться. Он, конечно, самодур, каких поискать, но все говорит правильно. Бессмысленно встречаться с Ирой, а с Мариной тем более.

Что я хочу узнать в очередной раз? Что не оправдала надежды дочери и мужа? А они для меня что-то сделали?

В сумке опять трынькает сотовый.

Прекрасно знаю, кто мне звонит. Но все равно лезу за трубкой. Выуживаю ее со дна сумки и отвечаю.

– Да, Марина…

– Ну и долго тебя ждать? – возмущенно фыркает моя старшая дочь. – Мам, ты совесть имеешь? Мы уже сорок минут сидим на жаре с Иркой … А ей нельзя…

– Что? – переспрашиваю, догадавшись. – Что?!

– Я говорю, ты когда будешь? Тут связь плохая…

– А где вы меня ждете и зачем? – включаю режим дуры.

– Так под «Лозанной» этой дурацкой. Мы к Каролине приехали. А нас не пускают. Ты предупреди охрану и скажи номер дома. Бессовестно с твоей стороны заставлять ждать. Мы же тоже люди. Пусть не звезды, как ты… – выговаривает мой родной ребенок, а у меня внутри все застывает от холода. Это что? Элементарная зависть?

– Ничего не понимаю, Марин. Мы же виделись недавно. Ты зачем приехала?

– Я не к тебе! Я к сестре! Пропусти сейчас же! – орет она и добавляет в сердцах. – Вот же свинья…

– Прости, – не выдерживаю я. – Ты что-то совсем обалдела.

– А ты не обалдела?! – верещит в трубку Марина и выплескивает на меня всю ненависть. – Правильно отец поступил! Ты невозможная!

Вот как? В трубке слышится какой-то посторонний шум. А затем ко мне обращается Ира.

– Тетя Милена…

– Я тебе не тетя, девочка, – отрезаю и холодно интересуюсь. – Что ты хочешь?

– Поиграть с Каролиной. Мы приехали. Ждем…

Поиграть? Девица двадцати пяти лет приехала поиграть к тинейджеру? Не смешите!

– А где вы ждете? – кошусь на напряженного и злого Илью.

– Ну как где? – охает новая любовница моего бывшего. – Под Лозанной.

– А где это? – обретаю неожиданное спокойствие. Смотрю на детей, бегающих около искусственного пруда, мажу взглядом по раскидистым ивам, растущим вдоль берега. И чувствую, как внутри меня просыпается ребенок. Такой мелкий пакостник, любящий пошалить.

– Ну как где? Поселок в десяти километрах от МКАДа, – растерянно тянет Ира.

– А что вы там делаете? – глумлюсь откровенно.

– Вас ждем, – неуверенно заявляет Кузина дочка.

– А я должна туда приехать? Точно? Мы с тобой договаривались, Ира? Я что-то не припоминаю.

– Но мы видели локацию у Каролины. Решили сюрприз сделать…

– Так она ее наобум поставила, наверное. Сейчас инет барахлит, – выдаю я и добавляю поспешно. – Пока, девчонки…

– Тетя Милена! – вскрикивает в трубку Ира. – Отпустите Влада! Он вас не любит…

Я, значит, «Тетя», а мой бывший – «Влад». Прикольный поворот. Впрочем, и так все ясно.

– Он никого не любит, девочка, – вздыхаю горько. – Запомни мои слова. А на развод я уже подала, – припечатываю каждым словом и обрываю связь.

– Крышесносно ты их отбрила, – смеется Илья, тянется к моей руке, мягко сжимает мою ладошку. – Ты необыкновенная, Милка. Просто ходячий фейерверк!