Текст книги "Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (СИ)"

Автор книги: Виктория Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 43

Глава 43

– Я смотрю, ты хорошо тут устроилась! – бросает презрительный взгляд свекровь. Невысокого роста, толстенькая, похожая на танк. Такая же тяжелая и непробиваемая. Только с химией на голове.

– Ты кто? – пренебрежительно роняет от окна Яша.

Перестаю дышать. Точно знаю, какие будут последствия. Хотя Лютов профи и провоцирует мастерски. Нахамил, но не подкопаешься.

– Я! Я! – хватает губами воздух Нина Владимировна. – Не смейте мне тыкать! А не то…

– Я вызову полицию и обвиню вас во вторжении на частную территорию. Мы вас сюда не звали. Вас, кстати, тоже, – оглядывает хмуро Никиту и Марину. А те застывают в дверях. Деверь хватает мать за руку. Шепчет ей что-то.

Не прислушиваюсь, но до меня долетают обрывки фраз.

– Мам, прекрати… нужно помочь Владу… Каролину забрать!

А вот это фигушки! По всем пунктам.

– Ты чего сидишь как статуя, Милена? – поворачивается ко мне свекровь. – Нравится по мужикам шастать? – со всех ног бежит ко мне.

Навстречу ей поднимается Илья.

– Не так быстро, – преграждает путь. Нина тормозит. За малым не врезается в Дараганова. Но он и не думает отстраниться. – Вам лучше уйти. Здесь такие выпады неуместны.

– Что значит уйти? – вскидывается она. – Да ты кто такой? Пропусти! Я сказала…

– Санек, выведи, – совершенно безучастно велит Лютов охраннику, стоящему в дверях. – За пределы поселка, братан, – смотрит, не моргая, как кобра перед нападением. – Вас мы тоже не задерживаем, – кивает холодно Никите и Марине.

– Мариш, пойди с бабушкой, – тихо просит деверь. Видимо, понимает, что переговоры провалились не начавшись.

Ах, какая досада!

– Я хочу поговорить с мамой и забрать Каролину, – требовательно заявляет моя дочь. Да еще подбородок вверх задирает.

– По какому праву, позволь узнать? – улыбается ей Илья.

– Она моя сестра. Ее тут насильно удерживают, – наступает на него Марина. И мне совершенно очевидно, в кого пошла моя старшая дочь.

– Каролина находится под моей ответственностью. Я ее мать, – скрестив руки на груди, стараюсь говорить спокойно.

– Ты? Мать? Да ты на себя посмотри! Ты никем не занималась никогда. Сбросила нас на отца. А теперь лови ответочку, счастливая женщина! – кричит она.

Яша уже поднимает глаза на охрану. Сейчас минута, и Марину выведут прочь. Но я словно отлепляюсь от дивана, подхожу к книжному шкафу, за которым прячется Каролина, и делаю шаг назад. К своей старшей дочери…

– Может быть, ты права, и я никудышная мать, раз позволила чужим людям лить тебе в уши гадости обо мне. Но помнишь, ты болела… Тебе было пять лет, и у тебя воспалилось ухо. И мы с тобой поздно вечером ехали на такси в больницу. И я тебя несла на руках. А твой папа в это время был вне зоны доступа. Может, на операции, а может, с очередной подружкой. И я потом звонила Никите, – перевожу взгляд на деверя.

– Да, было, – кивает он понуро.

– А когда ты сломала ногу, помнишь, Марин? Кто за тобой приехал в летний лагерь? Папа? Бабушка Нина? Или все-таки я? А потом на всех скоростях везла тебя в первую градскую, потому как боялась, что в области репозицию сделают плохо, и ты останешься хромой. А твои зубы? Посмотри на себя в зеркало! Кто нашел хорошего ортодонта и оплатил твои брекеты? Тоже папа? А когда ты занималась балетом и забыла дома пуанты… Кто мотался через весь город? А кто сидел с тобой, когда ты болела? Кто выхаживал тебя после гнойной ангины? Кто не спал ночами? Не припомнишь? Папа-врач или мама-сволочь? А твоя элитная гимназия? Университет? Кто платил и платит за твое обучение? Это не любовь? Не забота?!

Говорю сбивчиво. Голос дрожит. Выпаливаю все, что приходит на ум. Не рассчитываю на понимание. Просто выплескиваю накипевшую обиду. Как же так? Я старалась! Всю душу вкладывала в эту девочку!

– Какая же ты мелочная, мама, – передергивает плечами Марина. – На твоем бы месте…

– Вон пошла отсюда, – тихо рыкает Лютов. – И чтобы больше я тебя, сопля зеленая, не видел…

– А вы вообще кто? Мамин любовник? – с вызовом бросает Марина. – Так она старая…

– А ты молодая? Да? – усмехается он и снова просит Санька. – Выведи эту дрянь. Пусть подумает, с кем и как разговаривает. А ты, – впивается взглядом в Марину. – Еще раз попадешься, пеняй на себя. Я тебе такие штрафы обеспечу, всю жизнь работать на меня будешь. Уяснила?

– Да пошел ты, – фыркает она и с видом победителя выходит из комнаты.

– Я-то пойду… В суд, – кивает Лютов и обращается к помрачневшему Беляеву. – Ну что, Никита Сергеевич, о чем говорить будем? Предлагаю начать с иска к племяннице. Я расцениваю моральный ущерб – свой и своей подзащитной – в два миллиона рублей. Но можем решить в досудебном порядке…

– Милена, я ничего не понимаю, – смотрит на меня недоуменно Беляев.

– Я тоже, Никита, – вздыхаю я. – Всегда казалось, что я живу в родной и любящей семье. А оказалось… Влад гулял, как мартовский кот, а вы всем табором настраивали против меня детей. Зачем? Что вы выгадали?

– Это какая-то инсинуация, – бормочет недовольно бывший деверь. – Твои адвокаты спровоцировали маму и Марину…

– Это теперь так называется, – подает голос Илья. – А твой брат упаковал меня в СИЗО со всеми нарушениями… На кого ты там выходил?

– Да на Степанцова, – фыркает негодующе Яков. – Думаешь, он тебя по головке погладит? Или Терехов с Пухляковым?

– И поэтому вы устроили Владу публичную казнь? – испепеляет нас взглядом Никита. Смотрит пристально, будто пытается запомнить. – Я так полагаю, торг здесь неуместен, – поджимает губы и становится похожим на свекровь.

– А мы при чем? – пожимает плечами Илья. – Ты в материалы дела загляни, хоть кто-то из нас там фигурирует?

– Так весь интернет кипит… МедБрат этот, Горгулья… Это ты их натравила? – зыркает на меня враждебно.

– Ни в коем случае, – собрав волю в кулак, мотаю головой.

– Он звонил тебе. Я видел расшифровку звонков!

«Хорошо хоть не распечатку разговоров», – выдыхаю мысленно. А вслух говорю уверенно и тихо.

– Да, звонил. Не отрицаю. Но я ничего не знала. МедБрат, оказывается, собирал материал на Влада в течение нескольких лет. И только наш брак с Беляевым удерживал его. Влад сам открыл ящик Пандоры. Ты сам посуди. Десятки обращений. За короткое время невозможно собрать столько эпизодов. Лично у меня нет таких ресурсов.

– Точно? – хмуро роняет Никита. Тяжело поднимается из кресла.

– Я развожусь, если ты забыл. Других проблем у меня нет.

– Оставь брату хоть что-то, пожалуйста.

– Он бы мне и полушки не оставил, – вздыхаю горько и совершенно некстати вспоминаю о доверенностях. – Пусть отзовет все документы, оформленные нотариально. Иначе я тоже возьму молоток и вобью несколько гвоздей в крышку гроба.

– Каких? Ты о чем? – сняв очки, протирает линзы Никита.

– Влад знает, – смотрю в упор. – Часть документов мне удалось найти. Мои адвокаты объявили их ничтожными. Но вероятно, у Влада есть еще козыри в рукаве. Не советую ими пользоваться. Передай ему. Я не вернусь и советую вести себя честно.

– Да, конечно! – радостно кивает мне Никита и резвой прытью выскакивает за дверь. А оба моих адвоката смотрят на меня с укором.

– Без лоха и жизнь плоха, – снисходительно бросает Яша.

А Илья молча подходит ко мне. Обняв, целует в висок и выдыхает горестно.

– Да что же это такое, Мила! Ты – просто подарок для аферистов. Придется жениться на тебе и защищать…

– Да женись уже на ней, бро, – улыбается Лютов. – А то она все свое имущество растрынькает. Доче – квартиру, бывшему – дачу. Стараешься, бьешься, а тут на тебе! Ты что упорола, Милена Викторовна?

– Я все сделала правильно, – положив голову на плечо Ильи, задираю подбородок. – Я хочу жить счастливо , не думать, не вспоминать Беляева. Не судиться с ним. Просто. Ж ить. Счастливо . А у счастья тоже есть цена, Яков Дмитриевич. И я согласна ее заплатить.

Глава 44

Глава 44

– Выходи, повелительница библиотеки! – открываю потайную дверцу, как только уходят незваные гости.

Навстречу нам вылетает радостная Каролина.

– Какие же они противные! Особенно бабушка и Марина. Спровоцировали их, – как старушка, всплескивает руками.

– Ты из кустов наблюдала, что ли? – снисходительно роняет Яков. Скользит взглядом по рядам книг, тянущимся до потолка.

– Ну да! Там есть окошки! – тараторит малая. – Хотите, покажу?!

– Что? – приподнимаю бровь.

– Я нашла. Правда! – тушуется девочка.

Дом как айсберг, все интересное спрятано от посторонних глаз. Игорек, небось, передачу «За стеклом» смотрит. Гаденыш!

Но за укрытие и охрану ему спасибо. Милене тут спокойнее, и меня паника не кроет. Даже в СИЗО уверен был, что мои в безопасности.

Мои!

На губах появляется и тает усмешка. Мои! Быстро я привык. И сам до конца не верю, что Милена моя женщина.

Без стеснения разглядываю Милку. Красивая, умная. И сам себе завидую. Даже не загадывал никогда. Только издалека любовался. И сам не заметил, как выхватил счастливый билет. В кармане пиджака лежит кольцо в бархатном мешочке. Хочу Милке наедине вручить.

Но фиг его знает, когда все разойдутся.

– Прошу к столу. Все готово, – вплывает в библиотеку экономка. – Илья Александрович, как же я рада…

– Спасибо вам, – киваю ей и обнимаю Милену. По-свойски, по-пацански, будто мы с ней давно женаты. – Пойдем, Мила. Соскучился я ужасно…

– Илья Александрович… хмм… – слышится сзади голос Каролины. – А у вас с моей мамой все серьезно? – смотрит на меня с интересом и тревогой.

– Конечно, детка, – оборачиваюсь к ней. Беру Милену за руку, ловлю ее взгляд. – Ты выйдешь за меня?

– Да, – улыбается она. А я достаю из кармана кольцо. Нетерпеливо выуживаю его из мешочка. Пальцы путаются в шелковом шнурке. Кольцо выпадает из пальцев. А Милена его ловит на лету.

– Мое! – смеясь, поднимает руку вверх.

– Твое, – забираю технично и надеваю его на тонкий палец. – Обещаю быть тебе честным и верным мужем, всегда заботиться о тебе и Каролине. О наших детях, если Вселенная даст, – поднимаю глаза к небу. И даже представить не могу, как мы с Милкой породим чудо, похожее на нее и на меня одновременно.

Да я с ума сойду только от одной мысли.

– Ура! – вопит на весь дом Каролина. – Мама, ты лучшая! Вон, какого жениха отхватила!

– Какого? – лениво подходит к нам Яша. Пожимает мне руку, обнимает меня, затем Милену. – От души поздравляю, ребята!

Чуть дольше удерживает в объятиях мою женщину, а меня уже кроет от ревности.

– Но-но, сбавь обороты, Яков Дмитрич.

Потом мы перемещаемся в столовую. Долго устраиваемся за столом. Я прошу принести шампанское, а на большом экране уже появляется добродушная будка хозяина дома.

– Вас можно поздравить… Илья! – сжимает руку в кулак. – Милочка, – улыбается подружке детства, и я точно замечаю тот момент, когда она его узнает.

– Ой, Гарик, это ты! – смеется радостно.

– Ну а кто? – зачесывает назад выцветшие волосы наш общий дружбан. – Илька, ты крутой братан. Таки добился своего! Поздравляю. Мила, он тебя с детства любит. А ты внимания не обращала… -сдает меня с потрохами друг.

– Так всегда бывает, Гарик, – вздыхает она и прижимается ко мне. А у меня сердце колпашит как заведенное. От счастья, от радости, от победы!

Еще сегодня утром я сомневался, что выйду в ближайшее время. А оно, поди, как все обернулось. Стараниями Яши было возбуждено служебное расследование. Выяснилось наконец-то, с какими грубейшими нарушениями меня арестовали. Ну и… Всем братьям раздали по статьям… А у Беляевых бабло кончилось.

Тут уж моя любимая постаралась. Запустила процесс против бывшего мужа. Басаргин так бы и сидел на своих секретных материалах. Но Мила, видимо, его убедила.

И пошла волна. Уже Минздрав подключился. Великого доктора отстранили от работы. Иск сегодня в суд Лютов отправил. А значит, Владислав Сергеевич немного отвлечется от маклей с разводом. Надо свою ж.пу спасать! Она важнее имущества и бывшей жены.

– Илья, – отвлекает меня от раздумий Игорь. – Я по твоему запросу провел расследование…

– Какому запросу, Иль? – поднимает на меня глазищи Милена. – Что-то еще?

– Все хорошо, детка, – шепчу на ухо под пристальным взглядом Каролины. Провожу рукой по позвонкам. И Мила дрожит. Волнуется, – Чшш, все хорошо, – целую в висок. – Игорь выяснил, кто стоит за срывом твоего выступления на форуме…

– И кто же? – вскидывается она.

Наш циничный олигарх смущается. Что-то блеет про организаторов и сговор. И прежде чем попрощаться, велит мне подавать против бизнес-центра иск. – Я перетер с собственниками. Они полностью согласны с нашими требованиями. Такой косяк недопустим. Поэтому взгрей рублем оргов форума, а они в свою очередь быстро найдут, на кого перевести стрелки.

– Да, у меня все готово. Завтра подам, – киваю в ответ.

Кто победитель? Я победитель!

Вот только Милена отстраняется и дергает меня за руку.

– Удалось выяснить, кто заказал это шоу? Кто, вы знаете? – требовательно смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Игорька.

Смаргивает слезы. Пытается сдержаться. Но, видимо, снова мысленно оказывается там, на сцене… И снова как снег на голову ей падают дурные новости.

– Мила… кхмм… – прокашливается Игорь. – Мила. Ну, какая разница? Каждый человек должен отвечать за свои поступки…

– Гарик, – нервно сцепляет руки Милена. – Скажи, пожалуйста…

– Это твоя дочь, Мила. Это Марина тебя заказала. Ее парень работает в бизнес-центре монтажером по свету. Вычислить не составило труда.

– Тогда никаких исков, – всхлипывает Милена. – Я против. Она – моя дочь. Пожалуйста, Илья, – поднимает на меня заплаканные глаза.

А я… Что я? Внутри все аж обрывается, стоит только увидеть слезы любимой.

– Как скажешь, девочка, – обняв, прижимаю к себе.

– Мила, так нельзя! – раздается с экрана грозный голос Игоря. – Надо учить. Марина потом еще куда-нибудь влипнет.

– Я поговорю с ней. Скажу, что знаю. Но пожалуйста, не надо ее рублем наказывать. Если сейчас не поймет, то получит по заслугам от других людей. Я не буду в этом участвовать. Марина – моя дочь, – рыдает навзрыд Милена и снова заглядывает мне в лицо. – Илья, я прошу тебя.

И мне кажется, на кону вся моя жизнь стоит. Подам иск против зарвавшейся девки и все проиграю. Да ну на фиг! Раз Мила просит. А вот за ее дочкой придется присмотреть.

– Мы все решили, братан, – бросаю раздраженный взгляд на хозяина дома. – Спасибо тебе за поздравления! – добавляю едко.

– Ну, простите, чего уж… Я не знал… – разводит руками Игорь и обрывает связь.

«Балбес», – припечатываю мысленно. Обвожу потухшим взглядом празднично накрытый стол и веду Милу наверх. В спальню.

Глава 45

Глава 45

Грустно и больно. И я ничего не могу с собой поделать. Тихо скулю на плече у Ильи.

Почему? За что?

Самый мой близкий и родной человек, моя дочь, просто вытерла об меня ноги и пошла дальше. И что ей даст наш развод?

Всхлипываю. Никак не могу успокоиться, а Илья лишь гладит по спине и уговаривает.

– Мила, все пройдет. Ну, дурная девка. Сама не знает, что творит…

– Если бы не ты, я бы умерла, – шепчу, обвивая руками накачанную мужскую шею.

– Если бы не ты, я бы сдох, – усмехается криво Илья. – Я минуты считал, когда выйду…

– Ты даже не поел, – утыкаюсь носом в грудь Дараганова. – И все из-за меня.

– Все из-за тебя, – шепчет горячо мне на ушко. Опаляет дыханием и целует в шею, безошибочно находя самое нежное местечко.

Вздрагиваю от легкого невинного поцелуя. И тут же оказываюсь лежащей на спине.

– Мила, девочка, – выдыхает Илья. – Как же я ждал… Как надеялся…

– Я тоже ждала, – стягиваю с любимого мятую майку.

– Подожди. Я в душ, – отстраняется он на минуту. Уходит. А я остаюсь одна и чувствую себя осиротившей.

Подхватываю телефон. Кошусь на дверь в ванную. И заслышав, как в душе льется вода, звоню Марине.

– Послушай меня внимательно, – сразу перехожу к делу. – Если ты не угомонишься…

– А что будет, счастливая женщина? Что? – гадко хохочет она в трубку. – Что ты мне сделаешь, мама дорогая? Обратно засунешь?

– Ты нарвешься когда-нибудь. Я знаю, кто сорвал мое выступление на форуме. И организаторы тоже знают.

– Это еще надо доказать! – фыркает в трубку дочка. Маленькая зарвавшаяся свинья.

– Уже все доказано, Марина. И если ты не возьмешься за ум, то тебя ждут огромные штрафы, а твоего мальчика – увольнение. Зря он тебе помог. А самое главное, чего вы добивались?

– Да прикольно было на твою морду благостную посмотреть, – усмехается она и добавляет. – Послушай, ты… Если Виталика уволят, я тебе такое устрою…

– Не возражаю, милая. Ты сама напросилась, – отвечаю спокойно и твердо. Нажимаю на кнопку отбоя. И сталкиваюсь глазами с Ильей. В одном полотенце он похож на молодого сурового бога. Красивый властный мужчина. И полностью мой!

– Ты Марине звонила? – смотрит на меня осуждающе.

– Да… Пыталась достучаться, – пожимаю плечами.

– Бесполезно, солнце мое. Она в Беляева. Мстительная и гадкая натура. Думает, ей все сойдет с рук, – вполшага Илья оказывается рядом. Обнимает меня. Целует в лицо, в шею, в ключицу. – Но больше она тебе не навредит… Обещаю, – выдыхает он, поднимая меня на руки. Несет в кровать.

Опустив на постель, нависает сверху. И я, взрослая тетка чуть за сорок, забываю дышать. Тянусь с поцелуем к Илье и тут же оказываюсь в мягком, но сильном захвате.

Дараганов сминает мои губы в решительном грубоватом поцелуе. Неумело пытается расстегнуть пуговички на платье.

– Что же ты не подготовилась? – фыркает шутливо. Дергает, отрывая разом все пуговицы. Они отскакивают, стукаются об пол как горох и разлетаются в разные стороны. А Илья одним движением сдергивает с меня платье и устраивается между моих бедер. – Красивая ты, – ведет ладонями по черному кружевному бюстгальтеру, а затем и трусикам. – Очень красивая, – шепчет, сдергивая с меня белье. – Но так лучше. Поверь.

Губы Ильи уже находят затвердевший сосок, потом спускаются ниже, к пупку. А потом еще ниже.

– Илья, – только и могу выдохнуть. Ерзаю по постели. Выгибаюсь навстречу. И вскрикиваю, когда внутрь толкается Дараганов.

– Милена? – замирает невольно. – Тебе плохо?

– Мне хорошо, – невольно задаю ритм.

– Ах так! – смеется Илья. Одним движением переворачивается на спину, увлекая меня за собой. – Давай, ты сверху, – командует он.

На секунду застываю в малознакомой и неудобной позе. Будто шпорами зажимаю пятками крепкие бока Дараганова, упираюсь ладошками в широкие плечи и выгибаюсь вперед. Сердце колотится, эмоции зашкаливают. Чувствую ладони Ильи, поддерживающие меня в этой сумасшедшей скачке. И падаю ему на плечо.

– Ты победила в первом забеге, – целует меня Илья и переворачивает на спину. – А теперь чур я.

Обхватываю его торс ногами и поддаюсь бешеному ритму Дараганова. Внутри меня словно поршень ходит, сознание уплывает, а мозги… Они давно отключились.

Потные и усталые, мы одновременно падаем на постель, стискиваем в объятиях друг друга. В животе стучит, словно второе сердце, снова лечу куда-то и вздрагиваю, проснувшись на плече Дараганова.

– Разбудил тебя, – вздыхает он горестно. – Там нам еду принесли…

– Я голодная. Ужасно голодная, – тянусь с поцелуем.

– Сейчас наверстаем, – вдавливает меня своим телом в матрас Илья. Снова вторгается в рот, хозяйничает там, заставляя меня дрожать, и резко отстраняется. – Настя под дверями с подносом, – на ходу надевает мое черное кимоно. Выходит за дверь и вкатывает в комнату столик на колесах.

Даже через закрытые никелированные крышки слышится приятный аромат свежеприготовленного мяса и выпечки.

– Вставай, Мила, – устанавливает тарелки на небольшой столик Илья. – Давай поедим. Силенки восстановим и продолжим.

– Продолжим?

Ой, мамочки! Я и не подозревала, что можно заниматься любовью всю ночь.

Глава 46

Глава 46

Дело Беляева приобретает большой резонанс. Только ленивый не пишет в сети о поддельных анализах и липовых диагнозах. Даже на судебное заседание по нашему разводу собираются прийти журналисты.

Против Влада возбуждено уголовное дело. Ошибочные диагнозы удалось доказать с трудом. И хотя многие из врачебного сообщества встали на сторону моего бывшего, такая вот странная солидарность по цеху, но нашлись принципиальные врачи. Те же Кириллов, Муркин, Басаргин… Все дали заключения по спорным моментам.

Но суд отложили!

– Мила, ты видела? – ко мне в кабинет входит Илья. В черном костюме от Армани, с портфелем. Озабоченно читает что-то в телефоне. – Министерство обороны подало иск к Беляеву…

– Ты хочешь сказать… – догадавшись, в ужасе закрываю рот ладошкой.

– Да, твой бывший подделывал истории болезни призывникам. – Телефон и портфель летят в кресло, а мой любимый мужчина разводит руками. – Ничего не боялся, зараза. Сколько ж говна выплыло, – направляется ко мне. Заглядывает в блокнот. – Ну что ты надумала с блогом, Мила?

– Я переформатирую его, – заявляю торжественно. – Ни о каком счастье вещать больше не собираюсь.

– Почему это? – приподнимает бровь Дараганов. Как всегда, уверенный в себе. Неотразимый мой адвокат.

Наклоняется надо мной, фиксируя подлокотники кресла.

– Ты со мной несчастлива?

– Счастлива абсолютно, – тянусь с поцелуем. Илья упирается коленом между моих бедер, кладет руку на мой затылок, надежно фиксируя. И целует. Как же он целует!

– Вы опять лижетесь! – через открытую дверь заглядывает в комнату Каролина. Фыркает как кошка. – Мама, скоро свадьба, а я не знаю, что надеть! – ноет в привычной манере.

Что поделать, переходный возраст!

– Как будто это ее свадьба, – закатывает глаза Дараганов.

– Я представляю, как она нас достанет, когда соберется замуж, – вздыхаю я.

– Так что там со счастьем? Расскажи, – убирает с моего лица волосы Илья. – Почему у тебя в блоге о нас нет ни слова? Беляев мелькал постоянно. А меня ты игнорируешь, что ли? – улыбается он.

– Не хочу, Илька. Не желаю ни с кем делиться. У нас с тобой настоящее счастье! Понимаешь?

– А что было раньше, мадам Эксперт? – касается кончика моего носа Дараганов. Дразнится. Провоцирует.

– Раньше была подделка. Но я и сама верила, что оно настоящее… Ваша честь, – добавляю, потупив взгляд.

– Лиса, – довольно выдыхает Илья. Отстраняется от меня. Поправляет галстук. Задумчиво смотрит в окно. Трет башку. – Через три часа суд, Мила. Думаю, тебе там делать нечего. Я сам управлюсь. Разведу тебя с Беляевым, а через неделю поженимся. Вот что значит личная заинтересованность в успехе, – улыбаясь, поднимает вверх указательный палец.

– А может, мне пойти? – пожимаю плечами. – Никогда не разводилась, не знаю, как принято. Надеть красивое платье… Купить букет по дороге.

– И отвлечь судью от работы. Нет уж. Сиди дома. Нечего тебе там делать. Набегут журналисты, блогеры. Устроят бардак. А я по-быстрому управлюсь, и к тебе, – снова целует меня Илья и смотрит пристально. – Так о чем ты вещать в блоге будешь, Милена Викторовна?

– О любви! К себе! Уже переименовала. Я выбираю себя. Нравится?

– Я тоже выбираю тебя! – соглашается он. Наклоняется поцеловать. Обдает облаком парфюма и уходит.

А я остаюсь дома. Стараюсь не думать о Беляеве. О наших родственниках. Но губы сами растягиваются в улыбке. Сейчас мой бывший мужчина встретится с моим настоящим. Вот бы посмотреть на физиономию Влада.

Всего месяц прошел. А у него по всем фронтам нули. Ни семьи, ни карьеры, ни денег, которыми он так любил разбрасываться.

Вот и клевали девушки. Думали, он богат. А не я.

А я не жалела. Перечисляла на карту и не задумывалась. Все для семьи старалась. Каждому по поводу и без подарки делала. От души! И вот как мне отплатили.

На глаза наворачиваются слезы. Утираю их ладошкой. Задумчиво смотрю в окно и словно прощаюсь со своим прошлым. Еще пара часов, и я свободна.

Еще неделя, и вместо Беляевой у меня в паспорте будет значиться другая фамилия.

Дараганова.

Милена Дараганова.

Сердце замирает от предвкушения. Развод. Свадьба. Медовый месяц.

Илья решил устроить мне сюрприз. Сам заказал путевки, сам оплатил. Опции, невиданные для Беляева. С ним все решала я.

До сих пор слышу в ушах противный лебезящий голос. «Как скажешь, Милешенька!»

Подхожу к шкафу, открываю дверцы. Рассматриваю свадебное платье. Серое, отделанное белым кружевом. А рядом на полках лежат пакеты с пляжной одеждой.

Хотя, зная Дараганова, уверена – она мне там не понадобится.

Улыбаюсь собственному отражению в зеркале. Мечтательным взглядом обвожу просторную спальню. Мы так и остались жить в доме Игорька. Удобно. До Москвы легко можно добраться. И олигарху нашему спокойнее. Дом ожил вместе с людьми.

Выхожу на балкон. Выдыхаю, отгоняя прочь все проблемы и невзгоды. Я победила. Мне хватило сил разорвать порочный узел и уйти от Беляева. Начать новую жизнь, которая оказалась гораздо интереснее прежней.

И отвлекаюсь на шум в кустах.

– Кто здесь? – вскрикиваю испуганно.

– Мама… – раздается снизу знакомый голос. Только теперь в нем нет ни хамства, ни скандальных ноток. Тоненький, поникший, аж сердце екает.

– Марина? – в ужасе смотрю на дочку. В сером бомбере и черных джинсиках скинни она похожа на подростка из неблагополучной семьи.

– Мам, мне с тобой поговорить нужно. Спустись, пожалуйста, – просит она, а я, не раздумывая, бегу вниз.