Текст книги "Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (СИ)"

Автор книги: Виктория Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 47

Глава 47

Запахнув поплотнее халат, слетаю по лестнице вниз.

– Что-то случилось, Милена Викторовна? – поворачивается в кресле охранник Саня. Смотрит внимательно и напряженно.

Поднимается навстречу.

– Там моя Марина пришла. Проводите ее сюда, пожалуйста, – прошу, переводя дух. А внутри поднимается волна негодования и паники.

Как на закрытую территорию пробралась моя дочь? Зачем она пришла? И почему шастала под моим балконом?

А я… Что я? Я все-таки мать. Вот и сорвалась с места не подумав.

– Странно, как ее охрана пропустила, – пожимает плечами Саня. Просит кого-то найти Марину на территории и привести в дом.

– Если хотите, я рядом постою, – улыбается мне простой мальчишеской улыбкой.

– Посмотрим, – вздыхаю в ответ.

Гляжу на зеркальные часы с золотыми стрелками. Заседание начнется через час с небольшим. Последний шанс все отменить и переиграть, хотя Беляеву уже ничем не поможешь.

Подхожу к окну. Обняв себя за плечи, смотрю, как здоровенный охранник ведет под локоток Марину по умытой аллейке. Дочка хмурится, плетется, опустив голову, но идет! Странно. Если б была какая-то провокация, сбежала бы.

А тут… Случилось что-то?

Поворачиваюсь навстречу Марине, входящей в дом. Она, словно больная, оглядывается по сторонам забитым взглядом, неуверенно подходит ко мне.

– Мам…

– Что случилось? – заглядываю в лицо. Подрывает кинуться навстречу и обнять. Прижать к себе. Сказать, как я люблю ее, несмотря ни на что. Не могу не любить! Она моя. Первая. Долгожданная!

– Мы можем поговорить? – смотрит растерянно.

– Да, конечно, – указываю на диван.

– Наедине, мам, – настаивает Марина.

– Холл большой. Мы будем говорить тихо, – мотаю я головой и ляпаю не подумав. – Это не мой дом, Марина. Я не могу тут распоряжаться. Прошу, – указываю на большое разлапистое кресло.

– А чей? Олигарха какого-то? Как ты тут оказалась, мам? Он твой любовник? – тараторит она, вытирая о ветровку потные руки.

Нервничает.

– Игорь – мой друг детства. Мы с ним пасочки на берегу реки лепили в Макаровке, – улыбаюсь я и тут же пресекаю дурацкий треп. – Что случилось? Ты почему приехала?

– Виталя бросил меня, – заламывает она руки. – После той дурацкой истории с баннером. Сказал, что я его подставила, и ушел. А я беременна от него. И теперь не знаю, что делать…

– А от меня ты что хочешь? – стараюсь сдержаться. А у самой слезы подступают.

– Не знаю… Наверное, надо сделать аборт. Я не потяну одна ребенка. Жить негде. Бабушка точно не потерпит… Доучиться нужно… – ерзает на краешке дивана. Потерянная и несчастная.

Сыграть такое невозможно. Да и актриса из Марины никудышная.

– Иди сюда! – раскрываю объятия, и Марина кидается ко мне.

– Мама… Мамочка! – всхлипывает горестно и поднимает на меня глаза. – Ты мне дашь деньги на аборт? Мне больше некого попросить…

– Нет, Марин, – качаю головой. И тут же натыкаюсь на взгляд, полный злости. – Но я помогу тебе. Не делай ничего, о чем потом пожалеешь. Дай малышу жизнь. Прошу тебя, – складываю руки в молитвенном жесте. – Потом сама себе не простишь. Поднимем… Какой срок?

– Пять недель, – опускает голову.

– Вот и хорошо, – улыбаюсь я. Беру тонкую дочкину руку в свои. – Не раскисай. А там глядишь, и Виталя твой вернется…

– Нет, он козел, – мотает она головой.

А мне так и хочется закричать в голос. Я говорила! Я была против!

– Значит, встретишь другого, – обнимаю ее за плечи. – Есть будешь? – перевожу разговор на простое и понятное. Не время сейчас планы строить и о будущем мечтать. Мелкими шагами надо выходить из проблемы.

Марина не пришла бы, если бы не припекло. Умом понимаю. А с сердцем что делать? Рвется на части и кровоточит. От обиды, от безысходности. Сейчас если встать в гордую позу, уйдет Марина и не вернется. И от ребенка избавится.

– Да, я бы поела, – всхлипывает она. – Но мне тут не рады… Как собачонку из кустов выволокли…

– А зачем ты по кустам? – смотрю с любовью и жалостью.

– Так иначе до тебя не добраться, подружка олигарха, – улыбается она сквозь слезы. Замирает, увидев спускающуюся по лестнице Каролину.

– Зачем ты пришла? Мама! – кричит моя младшая дочь. И в холл вбегает охрана. Кидается к Марине. А она от ужаса сжимается в комок.

– Стойте! Подождите! Все хорошо, – всем телом закрываю свою старшую и зову Каролину. – Подойди, пожалуйста. Марина пришла с миром…

– Я не верю! – вздергивает подбородок Каролина. – Она все врет…

– Могу показать УЗИ, – лезет в сумочку моя старшая.

«А мне и в голову не пришло», – усмехаюсь мысленно. Поверила с первого слова. Сказала, что беременна, и я растаяла.

– Вот, смотри, – протягивает Марина снимок сестре. – Мне плохо без вас…

– А когда маму оскорбляла, хорошо было? – ставит руки в боки Каролина, да еще ногой топает. – Уходи. Мы и без тебя счастливы…

– Мам, – жалобно стонет Марина. – Может… я и вправду пойду…

– Нет, погоди, – забираю у нее снимок. – Каролинка, твоя сестра ждет малыша, – протягиваю ей результат УЗИ, где уже видна маленькая фасолинка.

– Да ну? – с недоверием тянет Каролина. – Правда? То есть у тебя будет собственный ребенок, и ты не будешь гнобить меня? – смотрит с подозрением и укором. – Так, что ли?

– Выходит, так, – разводит руками Марина и вздыхает, задыхаясь от слез. – Простите меня. Я вела себя как последняя сука…

Глава 48

Глава 48

– Нормально вы тут устроились, – удивленно хмыкает Илья, на секунду зависая в дверях столовой. – Мы победили, любимая, – под изумленным взглядом Марины совершенно спокойно подходит ко мне, целует в щеку. Тянусь навстречу, и Дараганов тут же сминает мои губы своими. С видом победителя оглядывает собравшихся и выдыхает. – Ну вот и все!

– Мама, – не может прийти в себя Марина. – Ты с адвокатом…

– Со старым другом, – подмигиваю ей и объявляю официально. – Я выхожу замуж за Илью. Через неделю свадьба.

– Быстро ты, – обескураженно тянет дочь. – Я не думала…

– Сама удивляюсь, – словно девчонка пожимаю плечами. – Но знаешь, я тебе благодарна. За эту надпись на экране, за мой развод. Иначе бы жила сейчас с Владом… Теперь я точно знаю, что такое счастье, – встаю из-за стола. Обнимаю Илью.

– Горько! Горько! – кричат Каролина и экономка.

А Маринка тянет язвительно.

– Эксперт по счастью с десятилетним стажем только сейчас узнала, что это такое.

– Мы никому не скажем, девочки, – деловито заявляет Илья.

Адвокат до мозга костей. Помогает мне сесть и сам садится рядом.

– Итак, раз вся семья в сборе, рассказываю, что нам удалось отыграть при разводе. – Милена, за тобой остаются три однушки, купленные Беляевым втихаря. Моим детективам удалось раскопать все его темные сделки. Ваша дача в Степаново отходит твоему бывшему, а тебе – ваша квартира на Знаменской. Вклады тоже делятся пополам. Машины остаются во владении Беляева. Решение потом отдам, – снимает он пиджак. Кидает на соседний пустой стул и тянется к блюду с эклерами. – А посерьезнее у нас ничего нет? Мяса там или… мяса? – поднимает взгляд на Анастасию.

– Да, конечно, – бежит на кухню она.

– Мама…

Поворачиваюсь к Марине.

– Неужели папа крысятничал? – тянет она в ужасе. – Этого не может быть…

– Сейчас покажу решение, – наклоняется Илья за портфелем.

– Нет, не надо. Я вам верю, – машет руками Марина. – Просто в голове не укладывается… Папа всегда такой честный и принципиальный… – причитает она.

А я почему-то с жалостью думаю о своей машинке. Ну как я ее отдам Беляеву? Зачем мне однушки какие-то? Почему Илья за мою тачку не поборолся?

– Нам всем так казалось, – встревает в разговор мудрая Каролина. – Я вчера говорила с дедушкой Сережей. Так он в шоке. Бабушка Нина слегла от горя. Все обвиняют маму, а она тут при чем?

– Да, я тоже так думала, – честно признается Марина. – И у меня кипело… Ну вы знаете, – обреченно вздыхает она. Вертит в руках вилку. Ничего не ест.

Да и мне кусок в горло не лезет. Тошнит от волнения.

– Но я вчера, когда была в клинике, случайно натолкнулась на Муркина…

– Случайно? – поднимает одну бровь Дараганов.

– Нет, конечно, – улыбается виновато Марина. – Я на УЗИ ходила, а его кабинет напротив. Ну я и зашла. А у него там тома компромата на папу. Вернее, доказательств… – заикается она. Кладет на место вилку. Берет в руки салфетку.

– Не нервничай. Тебе сейчас нельзя, – машинально накрываю ее ладонь своей. – Давайте лучше поедим…

– Вот-вот, – жует что-то Илья. – Давно пора.

Как завороженный смотрит на блюдо у Анастасии в руках. Она ставит его на стол, поднимает никелированную крышку. И по всей столовой разносится пряный мясной аромат.

– Ммм… Я бы поела, – тянет носом Марина и натыкается на строгий взгляд Ильи.

– Ты заболела?

– Нет, просто проголодалась, – смеется тихо она.

– Я про клинику. Ты ходила на УЗИ. Что-то серьезное? – перестает он есть.

– Мам, – косится на меня Марина. Видимо, сама признаться стесняется.

– Любимый, – поворачиваюсь к Дараганову. – Я скоро стану бабушкой! – заявляю под общий смех.

– Прекрасная новость, – возвращается к своему любимому мясу Илья. – Хотел жениться на соседской девчонке, а женюсь на бабушке, – смотрит на меня с любовью.

– На бабушке! Ты согласен? – во все глаза смотрю на Дараганова. Ищу во взгляде какое-то недовольство или раздражение, но вижу только любовь и капельку – стеб.

Но в этом весь Илья. И мне нравится!

– Конечно, согласен, – обнимает меня Дараганов. – Я на все согласен, Милка. Лишь бы ты рядом была, – выдыхает порывисто и затыкает мне рот поцелуем. – Я буду хорошим дедом, – выдыхает он, отпуская меня. – А будущий отец что? – снова буравит строгим взглядом Марину. Накладывает в тарелку мясо, картошку.

– Он козел, – вздыхает печально дочка.

– Ладно, порешаем, – морщит недовольно нос Илья и предлагает миролюбиво. – Все. Едим. Все разговоры потом.

– Ешьте, я не хочу, – мотаю головой. Наполняю тарелку Марине. А Каролина сама по-хозяйски берет кусок мяса с айвой и зажаренные ломтики картошки.

– Вкусно как, – выдыхает Марина, оттаяв окончательно. И мне кажется, я словно наяву вижу, как с нее спадает колючая змеиная шкурка. – Спасибо, что простила, я бы не смогла, – признается перед отъездом.

– Ты ей веришь? – обнимает меня Илья, наблюдая, как Марина садится в одну из служебных машин.

– А что делать? Она моя дочь. Кто ей еще поможет? Не Беляевы же, – утыкаюсь носом в родное надежное плечо. – И ребенка жалко. Марина пришла ко мне в отчаянии…

– Может, поселить ее у нас? Только бы аборт не сделала, – глухо рычит Илья. Гладит меня по спине. Успокаивает.

Прикрываю глаза, пытаясь справиться с приступом тошноты.

– Погоди, я сейчас, – вырываюсь из объятий и бегу в ванную. Успеваю добежать до раковины, как меня скручивает жесткий приступ рвоты. Кажется, до печенок пробирает.

– Это от нервов. Или съела что-то не то, – подает стакан воды Илья. Делаю глоток. Принимаю из рук любимого полотенце. Судорожно вытираю лицо и без сил опускаюсь на мягкий зеленый пуфик.

– Нет, это другое, – мотаю головой. – Завтра надо будет съездить за тестом.

– Думаешь? – восхищенно тянет Дараганов и опускается рядом со мной на колени. Обнимает меня, заглядывает в лицо и выдыхает довольно. – Милка, ты просто офигенная. Я прямо сейчас смотаюсь. Уснуть не смогу, пока не узнаю!

Глава 49

Глава 49

Месяц спустя

– Неохота вставать, – вздыхает Илья, переворачиваясь на бок. Кладет ладонь на мой еще плоский живот. – Интересно, у нас сын будет или дочка? – тянет мечтательно. – Я на любой вариант согласен.

– А если двойня? – подначиваю его.

– Да ладно, всех вырастим, – поднимается он на ноги. Нагишом подходит к распахнутому окну, за которым виднеются океан и наш личный бассейн. Ловит развевающиеся, словно паруса, легкие белые шторки. Завязывает каждую узлом и возвращается ко мне. – Твой новый формат блога оказался удачным, – ложится рядом. – Сколько прибавилось подписчиков за сутки?

– Не знаю, – легкомысленно пожимаю плечами. – Каждый день по тысяче приходит… Людям нравятся реальные дела…

– И заметь, без личного контента, – щекочет меня Илья. – Почему нет ни одной фотки с Мальдив? Эксперт по счастью?

А я смотрю на него серьезно.

– Не хочу, – приподнимаюсь на локте.

– А что хочешь? – затыкает мне рот поцелуем. Между бедер снова тянет, по телу разливается сладкое желание. – Иди ко мне, – глухо шепчет Илья. Нависает надо мной, вжимая меня в матрас. Ловит губами мой сосок. Обводит его языком, спускается ниже, заставляя меня дрожать всем телом. – Любимая моя, – толкается внутрь. Подчиняюсь грубоватому быстрому ритму, от которого сносит крышу.

И вместе с мужем уношусь куда-то ввысь. А когда он падает рядом на подушку, прикрываю глаза.

– Обожаю тебя, – чуть наваливается на меня Илья и тут же откатывается в сторону. – Я тяжелый. Тебе нельзя.

– Можно. Нам все можно, – утыкаюсь лицом в широкую мужскую грудь. И повторяю тихонечко. – Даже не верится. Я – Милена Дараганова, – рассматриваю кольца на безымянном пальце. Безукоризненное, с умытым квадратным бриллиантом. И венчальное. Простой золотой ободок, внутри которого выгравирована надпись.

Мой счастливый билет!

Провожу большим пальцем по колечкам. И прикрываю глаза, вдыхая запах любимого мужчины и океана.

«Ты счастлива», – шепчет прибой.

«Абсолютно», – проваливаюсь в сон.

И просыпаюсь одна в комнате.

– Илья! – выглядываю в окно абсолютно голая. Но тут и нет никого, кроме нас.

– Я здесь, Милена, – заходит он в спальню. – Пойдем, поплаваем?

– Послушай, у меня есть идея, – подхожу вплотную к моему мужчине. Пробираюсь руками под тонкую льняную рубашку. И повторяю совершенно серьезно. – Хочешь, расскажу?

– Естественно, – плюхается на диван Илья, увлекая меня за собой. – Ты мечтаешь о доме за городом? О двойне или новой тачке?

– Тачку ты мне подарил. Она идеальная! – с улыбкой вспоминаю, как на следующий день после развода Дараганов вручил мне ключи от новенькой Инфинити. Красной прикольной машинки.

– Тогда что? – заваливает меня на диван. Нетерпеливый, страстный, непредсказуемый и любимый.

– Нет. Я хочу открыть антикризисный центр, – выдыхаю, чуть откатившись в сторону. – Хочу не только советами помогать женщинам, попавшим в беду. Сколько людей бежит от домашнего насилия? У нас с тобой есть ресурс, Илья. У меня публичность, за тобой – закон…

– Из полицейских вменяемых ребят подтянем, – муж подхватывает идею и размышляет вслух.

Понимает меня с полуслова. И как же я ценю это его качество!

– Психологов, волонтеров, – тараторю я и уже представляю новый проект во всей красе.

– Разместим все это хозяйство где? – целует меня в висок Илья и смотрит скептически. – У нас в Макаровке.

– Илька, – хватаю мужа за руку. – Мы с тобой, – хохочу в голос.

– Что? – улыбается он.

– Так и не вытащили рыбу из холодильника, – всхлипываю от смеха.

– Приедем, я надену противогаз и войду, – совершенно спокойно заявляет мой герой и добавляет со вздохом. – А кризисный центр можно разместить в нашем замке. Не зря же Игорь нам его подарил…

– Жители элитного поселка нас сожгут на костре, – рисую вензеля на плече любимого.

– Ну, тогда найдем другой вариант, Мила, – муж убирает волосы с моего лица. Теплая ладонь скользит легко и непринужденно, а я млею от прикосновений. Невозможно так реагировать на мужчину. Но я реагирую. Каждой клеточкой его чувствую и балдею. – Только у меня одно условие, жена, – целует меня в ключицу.

– Какое? – поднимаю на него шалый взгляд.

– Ты не будешь сейчас никого спасать. Бегать с животом или с младенцем на руках я тебе не позволю. Давай вернемся к этому разговору года через три. Идет?

– Идет, – вздыхаю кисло. Подчиняюсь.

Илья абсолютно прав. Но ждать два года?

Эпилог

Эпилог

Два года спустя

– Спят как зайчики, – заглядывает в детскую Марина. – Мам, ты только посмотри, – улыбается счастливо.

За два прошедших года дочь округлилась, стала спокойной и красивой. В выражении лица пропали нервозность и злость. Так бывает, когда осознаешь, ради чего и кого живешь. Отец ребенка так и не объявился. Илья сначала хотел его принудить, но мы с Мариной и Каролиной высказались против.

Можно привести лошадь к водопою, но кто заставит ее пить?

– Да, набегались, – смотрю с любовью на сына и внучку.

– Тетя с племянником, – фыркает сзади Каролина. – Всему дому джазу дают.

– Так и положено, – обнимаю дочек. – Ладно, я пойду. Меня ждут… – киваю на распахнутую дверь детской.

– А можно я с тобой, – настраивает радионяню Марина. – Интересная тема, мам. Если ты не против, я в деле…

– И я, – подает голос Каролина. – Хоть волонтером, мам, – складывает руки в молитвенном жесте.

– А я могу поработать психологом, – вставляет слово Марина. – Мне немного доучиться осталось. А практика, сама знаешь… Лучший учитель…

– Тогда пойдем, – пропускаю дочек вперед.

Вместе с ними вхожу в библиотеку, давным-давно переделанную под кабинет Ильи. А там уже собрались наши друзья. Яков Лютов, Роза, Игорь Кольцов и даже Соня и Женя Бобровы.

– О, ты с группой поддержки, – вполшага рядом оказывается Илья. Целует меня в висок и кивает на плазму, висящую на стене, где когда-то был тайный вход в наше маленькое укрытие. Теперь это – часть библиотеки, разделенная деревянной перегородкой, на которой уместились и книги, и крутящаяся плазма.

– Давайте приступим, – сверлит недовольным взглядом Марину Лютов.

– Давайте, – прохожу к столу. Открываю программу со слайдами. – Предлагаю вашему вниманию проект антикризисного центра. Денег он не принесет. Предупреждаю. Зато будут нервотрепка, бессонные ночи и решение чужих проблем, – торжественно заявляю под общий хохот. – Но кроме нас помочь некому. Женщины чаще всего становятся жертвами домашнего насилия, попадают в непростые житейские ситуации. И у них один выход. Сбежать. Спасти себя и ребенка. Поэтому и нужны антикризисные центры, где можно переночевать, съесть тарелку супа, собраться с мыслями, а в случае необходимости обратиться за квалифицированной помощью. Медицинской, юридической, психологической и социальной. Думаю, мы в силах им помочь. У меня общественное признание, у Ильи и Якова – знание законов, на Игоре – безопасность, Роза – мой бессменный администратор и координатор, а Евгений Николаевич…

– Соня попросила, Мила, – скупо улыбается Бобров. – Сама пережила… Если бы не вы тогда… Поэтому финансы на мне. При строгом учете, конечно…

– Можешь своего бухгалтера привлечь, – усмехается Яша.

– Да, у меня опытные спецы, – кивает Женя и переводит взгляд на меня.

Откашлявшись, продолжаю. Вглядываюсь в серьезные лица, кошусь на мужа. Дараганов улыбается мне. Кивает, словно подтверждая: «правильно говоришь».

Волнуюсь ужасно. Даже тогда, на Женском форуме, не переживала ни капельки, а сейчас трусит от нервов.

– А как мы назовем центр? – тихо спрашивает Марина.

– Счастливый билет, – поднимает вверх указательный палец мой муж. Словно дает понять: а как же еще?